«Пусть всегда будет солнце»

© Саша Корал, 2026

ISBN 978-5-0070-7133-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ПРОЛОГ

С наступлением утра, город просыпался как всегда с наполненной суетой и беспорядочным движением жизни, которая начиналась с того, что вдоль еще пустых, бесконечно каменных мостовых, двигалась поливая, словно из большого кувшина, поливальная уборочная машина, делая вид, что наводит чистоту и порядок в городской среде… Летящие брызги из-под нее, оседая на стеклах многочисленных витрин магазинов и стен домов, постепенно высыхая, превращали разноцветные пейзажи в один одноликий, серо-матовый фон, который со временем становился таким же привычным и обыденным, как и другие атрибуты типичного островка цивилизации в океане разнообразных палитр цветов, созданной самой природой на этой планете…

С каждым часом, с каждой минутой на улицах пребывало все больше и больше машин, пока они не превратились в одну сплошную массу, медленно движущуюся под ритм ранее заведенных урчащих моторов, словно что-то большое, мягкое и выпускающее из себя, не очень приятное вещество, черно-сизого оттенка…

Не взирая, на пугливых прохожих, которые издали заметив на тротуаре, стремительно приближавшийся силуэт, шарахаясь из стороны в сторону, девушка лет шестнадцати, достаточно уверенно приближалась к перекрестку, где догорал последние секунды, зеленый свет для пешеходов. Даже не остановившись, словно испытывая сладкое упование от момента, когда реле светофора будет переключено на красный она, тотчас обогнув очередную застрявшую в потоке машину, была уже почти на спасительной зебре, где перед ее взором выросла уже другая, зажатая спереди и сзади машина. Едва задев боковое зеркало своим висевшим за спиной рюкзаком, она ни сколько не смутившись, обогнула препятствие и стала разгоняться дальше, желая успеть попасть на противоположную сторону перехода.

В этот момент, словно отпустив вперед старт машину, первые жеребцы, а точнее ездоки, испытывая стадное остервенение, нажали до пола педаль газа, едва не сбив с ног, любительницу роликового экстрима… Желая разогнаться на первые сто метров как можно быстрее, чтобы оторваться от своего табуна, водители, едва проехав, вновь остановились, увидев впереди застывшую толпу у следующего перекрестка…

— Ты совсем с ума сошла!? — крикнул ей вслед мужчина, с красным лицом и выпученными глазами, высунув свою седую голову из окна белого седана, чье поврежденное зеркало грустно смотрело вниз.

Девушка, лишь мило улыбнувшись в ответ и показав традиционный международный жест среднего пальца вверх, выскочив на спасительный тротуар, взяла новый старт, разгоняясь все быстрее и быстрее, пока не скрылась во дворе многочисленных пятиэтажек, одинаково похожих друг на друга…

В небольшой двухкомнатной квартире, в которой уютная атмосфера была не на последнем месте, стоя у плиты, над которой густым шлейфом от горящего масла, стоял смог, мужчина лет пятидесяти, увлеченно жарил на сковороде оладьи…

Его седые короткие волосы, выдавали в нем человека много повидавшего и, перенесшего жизненные перипетии, которые отразились не только на внешнем, но и на внутреннем характере. Было заметно, когда он, подбрасывая готовые оладьи над сковородкой, ловко укладывал их в общую горку на большой тарелке, чуть придерживая вилкой, ухмыляясь и бормоча что-то себе под нос, что у него есть определенные познания в этом кулинарном искусстве.

В прихожей квартиры раздался знакомый звук, закрывающейся входной двери.

— Лиза! Доча, это ты? — громко спросил мужчина, застыв на мгновение, прислушиваясь, к тому, что происходило в коридоре и, желая услышать ответ.

Но звуки, напоминающие, что тяжелая обувь слетает с ноги, лишь доносились в ответ…

Перевернув очередную оладью и мастерски уложив ее на тарелку мужчина, вытерев руки о свой фартук, вышел в коридор.

— Привет пап! Ты что коптишь там!? — с раздражением воскликнула Лиза, снимая ролики с кроссовок.

— Оладьи! — ответил мужчина, явно обрадовавшись появлению дочери.

Девушка, скинув второй кроссовок с ноги, подхватила ролики и, бросив их в угол прихожей, быстро прошла в свою комнату, поцеловав отца по дороге в щечку.

— Я решил сегодня, как говорится на скорую руку, что-то сварганить этакое… простое…

— Вау…

С досадой донеслось из соседней комнаты,

— Опять ты за старое взялся!?

— Но Лизонька…

Девушка, наскоро переодевшись в домашнее трико, вновь проскользнула мимо него из комнаты, скрывшись в ванной, откуда тотчас громко донеслось:

— Извини папуся! Мое тело отказывается потреблять лишние калории! А, кроме того, у тебя, похоже, скоро будет пожар!

Девушка, высунув лицо из-за двери, сильно поморщилась…

Мужчина, спохватившись, что на кухне горят оладьи, тотчас махнув рукой, бросился к плите… Но было уже поздно. Едкий дым, наполнив всю кухню, едва не вызвал удушливый момент, который вынудил схватить сковороду и подставить ее под струю холодной воды… Открыв форточку, мужчина явно с раздосадованным лицом, опустился на стул. Невольно повернув голову, его взгляд упал на фотографию жены, что висела в черной деревянной рамке, над кухонным столом.

— Если бы ты была с нами, все могло быть по-другому… — с грустью заметил он.

Часы громко пробили восемь утра, звуком напоминающим кукушку.

— А вот и я! — воскликнула девушка, вытирая мокрые волосы.

Войдя на кухню, она слегка поморщилась, оценивая аварийную ситуацию с завтраком.

— Да, к сожалению сегодня не мой день! — воскликнул мужчина, разведя руки.

— Ты так думаешь? — спросила его дочь, откусив край оладья, лежавшего на столе.

Мужчина, пристально наблюдая за реакцией, взял газету в руки, чувствуя, что момент истины настал.

— Оу! Неплохо… Неплохо! — послышалось в ответ…

— Нравится?

Лиза посмотрела на отца и слегка ухмыльнулась:

— Все! Больше нельзя!

Она положила оставшийся кусочек обратно, тяжело вздохнув:

— Фигура, папочка! Фигура!

— Ну, а кому этот кусочек оставила? Доешь!

Девушка молча, покачала головой.

— Ладно, мне уже даже чай некогда пить! — отец свернул газету и встал:

— Там в холодильнике я салат овощной приготовил и еще вчерашняя курица осталась…

— Хорошо!

— А мне надо бежать, уж извини! Сегодня завтракать будешь без меня…

— Ну конечно, па-пу-ля! — улыбнулась Лиза:

— Ты прелесть!

— Я себе сама положу, не волнуйся!

— Ну а если захочешь все-таки оладьи…

— Папусик!

Девушка перебила отца, посмотрев осуждающим взглядом:

— Мне же не пять лет, в конце концов!

— Ну, хорошо, хорошо!

Он попытался поцеловать дочку в лоб, но она увела голову в сторону, явно ожидая, пока отец не покинет кухню. Тот, тяжело вздохнув, вышел в коридор…

— Лиза, подойди сюда, пожалуйста! — послышался оттуда голос отца.

Лиза хотела уже достала овощной салат из холодильника, прикрытый сверху пленкой, как голос отца насторожил ее. Положив его обратно, она послушно вышла.

— Скажи, пожалуйста! Это что такое? — спросил отец, в одной руке которого была ее красная спортивная куртка, а в другой пачка сигарет «Marlboro».

Лиза, виновато опустив голову, молчала…

— По-моему у нас был разговор на эту тему!

— Это не мое… — тихо ответила она.

Отец посмотрел на нее строгим взглядом из-под очков и бросил куртку в сторону.

— У меня нет сейчас времени разбираться… Но сегодня после работы я с тобой обязательно поговорю!

— Знаешь пап! В конце концов, я уже немаленькая!

Воскликнула Лиза, вернувшись на кухню, добавила:

— И мне нравоучения совсем не нужны!

Отец вошел на кухню и, подняв очки, пристально посмотрел на дочь.

— Повторяю! Мы еще вернемся вечером к этому разговору, и сейчас я не хочу слышать никаких оправданий! Вот когда меня не станет, делай что хочешь! А пока тебе придется меня слушаться!

Он быстро вышел и захлопнул входную дверь за собой…

— Почему меня держат за маленькую дуру!? — прошептала она, поставив чайник на плиту.

Присев на стул, ее взгляд устремился на портрет матери и, показавшись, что глаза с портрета, будто с укором смотрят на нее:

— Ну вот, и ты туда же, — произнесла она, невольно отведя взгляд в сторону.

Встав и подойдя к окну, она увидела, как внизу, в небольшом садике, дворники убирали утреннюю листву,..

Взяв телефон, она набрала номер:

(Слышны длинные гудки…)

— Алло… Привет Галчоныш! Ну что… Встречаемся?… Ну так же… А-а-а!

Лиза махнула недовольно рукой…

Как всегда… Предки есть предки!

Услышав ответ, она громко рассмеялась и, выключив телефон, положила его на стол. Чайник уже закипел и громко свистел, поднимая клубни водяного пара к невысокому потолку…

ГЛАВА 2

Открыв дверь, отец Лизы зашел в вестибюль большого белого здания и, увидев знакомое лицо, кивнул чуть головой.

— Доброе утро, Петр Иванович! — воскликнула молодой администратор, отложив в сторону ручку.

— Здравствуйте, Полина, как там? — он многозначительно поднял палец к верху…

— А-а-а, безнадежно, — ответила девушка, разводя руки в стороны.

Петр Иванович, сняв плащ, пошел по длинному коридору, направляясь к лестнице. Из-за угла неожиданно навстречу вышли знакомые коллеги, в белых халатах, впереди которых шла крупная женщина в очках, держа папку в руках.

— О! Петр Иванович! Голубчик!

Воскликнула она, столкнувшись с ним в коридоре:

— Где же Вы ходите?

— Доброе утро, Зоя Аркадьевна, — ответил Петр Иванович, явно смутившись.

— Вы помните, что сегодня у нас за день?

— День… Какой? — задумался Петр Иванович, пристально глядя на женщину.

— Это я хочу Вас спросить?

Петр Иванович, пытаясь подобрать нужные слова, все был в нерешительности. Женщина оглянувшись вокруг, показала коллегам жестом руки, чтобы они проходили вперед.

— Забыл вчера, моя вина! — ответил, наконец Петр Иванович.

— Эх, Петр Иванович, Петр Иванович!

Осуждающе покачала головой Зоя Аркадьевна. Подняв очки, она внимательно посмотрела ему в глаза:

— Если бы я Вас не знала столько лет… другое б дело…

Она вздохнула она и, увидев в этот момент проходящего мимо врача, поймала его за локоть:

— Сергей Николаевич, после обхода зайдите ко мне на разговор, пожалуйста!

— Хорошо Зоя Аркадьевна! — ответил тот, направившись дальше.

Петр Иванович, чувствуя свою вину, продолжал смотреть взглядом в сторону, словно ожидая приговора…

— Ладно, продолжим разговор позже, — Сказала Зоя Аркадьевна и поправив ему воротник на рубашке, тут же пошла дальше. Повернув за угол, послышался ее громкий голос:

— Не опаздывайте на обход!

Петр Иванович, еще больше нахмурив брови, постоял еще некоторое время, чуть задумавшись, словно ожидая, что Зоя Аркадьевна еще может вернуться обратно для ввода новых указаний и направился дальше в сторону лестницы.

Открыв дверь, у входа которой висела табличка «Ординаторская», Петр Иванович зашел во внутрь.

— А вот и Петя! — обрадовано воскликнул доктор, читая утреннюю газету.

— Всем коллегам физкульт привет! — произнес Петр Иванович, направляясь к своему шкафчику.

— Тебя Зоя сегодня спрашивала, — сказала женщина, сидя за столом, заполняя акты.

— Спасибо Ниночка, я уже имел счастье столкнуться с ней в коридоре…

— Вот как!? — Нина, открыв рот от удивления, отложила ручку в сторону, с нетерпением ожидая продолжения истории.

Петр Иванович, надел белый халат и свои белые тапки, которые ему когда-то подарила Зоя Аркадьевна, привезя из Германии и, тяжело опустившись на стул, оглянулся по сторонам.

— Петя, ну рассказывай! Мы же все в нетерпении тут… — сказал доктор, которого утренние новости уже не интересовали так, как ситуация, которая сложилась вокруг их коллеги.

— Дима, разговора еще не было… Но она пригласила к себе пообщаться после обхода.

— Вот оно как? — удивился тот.

— Я думаю, что тебе тяжело придется!

Добавила Нина:

— С учетом того, что этот сумасшедший, так дело, похоже, не оставит…

— Пожалуй, трудно не согласиться, — поддержал Дмитрий коллегу.

Петр Иванович пожал плечами и, подойдя к столу, где лежали всевозможные стопки документов, стал что-то искать…

— Что ищешь, Петь? — спросила Нина.

— Вчера я куда-то сюда положил снимок томографии из болезни этого… что лежит в седьмой палате с головой…

— Федосеенко?

— Да, да, Федосеенко!

— Так его утром Даша забрала.

— Как? — удивился Петр Иванович.

— Она сказала, что Зоя Аркадьевна запросила все документы по нему…

Петр Иванович невольно усмехнулся, надев очки.

— Ну теперь мне понятно… почему она вызывает меня!

— Старик! Не дрейф, такая ситуация не только у тебя… У меня пару месяцев назад было тоже самое, — Дмитрий встал и достав пачку сигарет, хотел было направиться за дверь, как Нина его остановила:

— Так, так, — про меня не забудь, пожалуйста!

— Конечно Ниночка, что ты! — Дмитрий протянул сигарету женщине и вышел.

Та, подхватив с собой кое-какие бумаги, дотронулась до плеча Петра Ивановича и вышла вслед, закрыв дверь за собой.

Оставшись один, Петр Иванович присел за стол и стал читать попавшиеся анализы больного. Посмотрев на часы, которые показывали без десяти десять, он невольно сам себе произнес:

— Ну, все что ни есть, все к лучшему, уважаемый Петр Иванович!

ГЛАВА 3

Узкая улица, на которой едва могли разъехаться два автомобиля была, едва ли не самым почитаемым местом среди творческой богемы, из-за многочисленных небольших кафетерий, которые словно ласточкины гнезда, были налеплены здесь друг на друге. В одном из таких уютных забегалок, пахнущим ароматным жаренным арабиком, сидели за столом две молодые девушки, с наслаждением потягивая из тонких пластмассовых трубочек, любимый, свежезаваренный, напиток. Рядом с ними лежали видавшие виды, две пары роликовых коньков. Глядя, как за окном мелькали прохожие и изредка проезжали машины, они совершенно не обращали ни на кого никакого внимания, как впрочем, и на время тоже…

— Это происходит каждый раз, когда я возвращаюсь с утренней прогулки! — произнесла Лиза, затягиваясь сигаретой и с удовольствием выпуская струйку белого дыма вверх.

— Не бери в голову, подруга,

Небрежно заметила ее подруга, глотнув немного кофе,

— У меня такие же концерты каждое утро. Я уже привыкла! Просто не преюсь на это.

— Галчоныш, что же мне делать?

— Переходной возраст!

— Переходной возраст у папы!? Хм. И сколько мне ждать, пока он на пенсию не уйдет?

— С ума сошла!

Галя наклонилась поближе к Лизе и что-то прошептала ей на ухо.

Они обе громко засмеялись. В этот момент к ним подошел молодой официант.

— Вы заказывали! Вот Ваши сливки! — сказал он, поставив на стол две порции десерта из абрикос..

— Ах, молодой человек, Вы так любезны! — с иронией воскликнула Лиза.

Сделав знак глазами своей подруге, та не преминула поддержать подругу:

— А может Вы с нами посидите?

— Спасибо, я на работе, — Молодой человек, почти незаметно поменяв пепельницу, быстро ушел.

Девушки тихо хихикнули ему в след.

— А что у тебя с этим, как его? — спросила Галя, закурив новую сигарету.

— Ой, лучше не спрашивай… какой-то отстой с ним…

— А ну-ка, ну-ка расскажи!

Лиза мельком оглянулась по сторонам:

— Понимаешь, он какой-то темный…

— То есть?

Лиза выпустила струйку белого дыма, пристально глядя на подругу.

— Я не понимаю, чем он занимается! Хорошая машина… много бобла… одет туда-сюда… ну вообщем крутой!

Галя взяла чайную ложку и, попробовав, немного десерта, кивнула головой испытывая неимоверное удовольствие…

— Знаешь, я бы не стала и париться… Если тебя он устраивает то, как говориться, так тому и быть!

На улице за окном сильно громыхнуло.

— Что это было? — спросила Лиза, посмотрев в окно.

Первые капли дождя, упав на стекло, медленно стекали вниз, оставляя за собой едва заметные следы. Ярко сверкнув где-то далеко, чуть позже донесся еще один раскат грома.

Этого еще не хватало! — воскликнула Галя, невольно поежившись, сидя в одной полупрозрачной блузке.

— А тебе сейчас куда? — спросила Лиза, наслаждаясь абрикосовым десертом.

— Слушай, у меня с утра сегодня смена, … считай, что на другой конец города!

— Вау!

Усмехнулась Лиза, немного добавив:

— Не парься! Я тебе свою красную куртку дам… Она все же водозащитная как никак!

Лиза достала из рюкзака спортивную куртку с капюшоном и положила рядом с Галиной.

— Что бы я без тебя делала! — усмехнулась та, докуривая сигарету.

— Была бы мокрой как курица! — Лиза громко рассмеялась.

— Да-а-а, сколько мы уже знакомы? — задумалась Галя.

— Считай с первого класса! Всю сознательную жизнь!

Девочки вновь рассмеялись. На улице пошел ливень. Тротуары, стало заливать водой и многочисленные лужи, едва успевая стекать в сточные канавы, становились все больше и больше. Зазвонил мобильный телефон, лежащий не далеко от Лизы.

Алло!

Ответила она, глядя на Галину:

— Нет! Еще нет… Да… Хорошо… Мы в кафе!… На Бронницкой… Да-а-а, хорошо.

Сумасшедший дождь.. Конечно! Пока!

Лиза положила телефон и, докурив сигарету, потушила окурок о пепельницу:

— Сейчас Борис приедет!

— Это твой новый?

— Ну, да-а… я же тебе только что про него рассказывала…

— Как интересно! — воскликнула Галина, пристально посмотрев на Лизу.

— Так что подруга, не дрейф, дождик нам нипочем!

— Вот что значит иметь подругу детства! — воскликнула Галя, чуть коснувшись ладонью руки Лизы.

Они невольно снова рассмеялись.

ГЛАВА 4

Обход больных начался ровно в десять. Зоя Аркадьевна, в очках и строгим лицом, сопровождаемая десятком врачей, медленно двигалась из палаты в палату. Подходя к каждому больному, она бегло смотрела историю болезни и спрашивая больного почти одно и тоже, давала тут же указания стоявшим сзади нее лечащим врачам. Петр Иванович, дождавшись, когда они вошли в седьмую палату, невольно встал рядом с главврачом, слегка напрягшись внутри.

— Федосеенко Захар Валентинович!

Произнесла Зоя Аркадьевна, нагнувшись к мужчине с перевязанной головой, из-под многочисленных бинтов которой, с кое-где просочившейся кровью, был виден только один глаз, который с тревогой наблюдал за всем происходящим вокруг него.

— Как мы себя чувствуем? — громко произнесла она.

— Хорошо, — тихо ответил больной.

— Петр Иванович! Это же Ваш подопечный?

— Да. — ответил Петр Иванович, протягивая ей анализы.

— Так-с, так-с, что у нас тут!?

Подняв очки, стала всматриваться в текст главврач…

— Ну понятно.. понятно… сахар… холестерин… ишемия…

Зоя Аркадьевна, пристально посмотрела на Петра Ивановича.

— А где томография?

— Вот! — протянула ей снимки, медсестра.

— Ага… угу… Понятно!

— Ну что, готовим капельницу…

Сказала Зоя Аркадьевна, обернувшись назад:

— Когда поступил к нам больной? — спросила она.

— Больной поступил к нам три дня назад,

Заглядывая в журнал, произнес Петр Иванович:

— Открытая черепно-мозговая травма, открытый перелом голени, выполнена операция по восстановлению жизнеобеспечения желудочного тракта и еще…

— Что говорит нам свертываемость? — перебила его главный врач.

— Там есть один вопрос… еще рано говорить об операции…

— После обеда сделать повторный снимок головы, все равно будем готовить к операции.

И чуть наклонившись к больному, чуть добавила:

— Не переживайте, все будет хорошо!

— Спасибо доктор, — еле слышно произнес больной.

— Так! Что у нас дальше? — спросила Зоя Аркадьевна, направляясь к двери.

Врачи выходят в коридор.

— Здесь в восьмой палате выздоравливающие. Скоро всех будем переводить в общую палату, — сказал Дмитрий, косо поглядывая на Петра Ивановича.

Они заходят в палату.

— Что анализы? — Зоя Аркадьевна поднимает очки и смотрит то на больных, то на лечащего врача Дмитрия.

— У всех удовлетворительные.

В этот момент в палату заходит медсестра и отдает Зое Аркадьевне, листок бумаги.

— Даша, что еще?

— Списки вновь поступивших.

— Хм, ну хорошо…

Ответила главврач, внимательно вчитываясь в фамилии:

— Ладно, пойдемте дальше…

Врачи выходят снова в коридор…

ГЛАВА 5

В кафе, на стене часы показывали уже одиннадцатый час… Галя невольно посмотрела на экран своего мобильного.

— Ты сейчас в салон, на работу? — заметила Лиза, доедая десерт.

— Угу. А ты грызть гранит науки? — выпуская встречный клубок, ухмыльнулась Галя.

— Издеваешься?

— Нисколько! Только факты, милая, только факты!

— О! Смотри! Вот и Борис приехал! — воскликнула Лиза, увидев черный Мерседес за окном.

В кафетерий зашел мужчина спортивного вида, лет тридцати с короткой стрижкой, одетый во все черное, отряхивая с себя от воды. Бросив короткий взгляд по сторонам, увидев Лизу и Галю у окна, он направился к ним.

— Борюся, привет дорогой! — сказала Лиза, почувствовав его нежный поцелуй в щеку.

— Привет подруги! Что Вы тут кисните?

— Так ты видишь, что на улице делается! — воскликнула Лиза, подвигаясь ближе к окну.

— Не успел заметить!

Пошутил Борис, пристально глядя на эффектную подругу своей девушки, подсаживаясь рядом:

— Бежал, чуть ли не спотыкаясь!

— О, видишь какой заботливый! — заметила Лиза, видя, что Галина тоже внимательно оценивает молодого человека.

— Вы тут давно? — спросил Борис.

— Да уже собирались уходить, как вон, какой ливень пошел!

— Ладно! Не переживайте! Решим вопрос!

— Это Галя, моя подруга детства! — представила Лиза.

— Оч-чень приятно! — заметил Борис, чуть подмигнув Галине.

— Спасибо!

Сказала Галя, докуривая сигарету:

— А Лиза как раз о Вас рассказывала…

— Как интересно! Что же такого?

— Хвалила Вас!

Борис посмотрел, чуть улыбаясь на Лизу.

— Да-а-а? Ну ладно… — ответил он, посмотрев на часы.

— Едем? — спросила Лиза, посмотрев на Галю.

Та кивнула головой. Борис, посмотрев счет, вложил несколько бумажек в чек и, не дожидаясь сдачи, подхватил ролики и сумки, направившись к выходу. Девушки последовали за ним, невольно улыбнувшись официанту на прощание.

Подъехав к зданию института, Борис притормозил около стоянки. Свободных мест не было, все вокруг было забито машинами преподавателей и отдельных богатых студентов. Борис передавал ролики и сумку Лизе.

— Сегодня хотите немного развлечься? — спросил он у девушек.