Не быть жертвой. Как противостоять абьюзу, манипуляциям и вредным привычкам

Шесть ролей в игре «Алкоголизм»

Обычно люди мало задумываются об алкоголе. В нашей стране это нормальное культурное явление. И есть две крайности: кто-то считает, что это очень плохо, а кто-то – что совершенно естественно.

А я буду говорить о другом подходе. В XX веке прославился психолог Эрих Берн, написавший несколько интересных книг по теории психологических игр – о них я и расскажу дальше.

Мы живем в нескольких психологических системах. К человеку можно относиться по-разному – как к Божьему творению, созданию природы или еще как-то, – но в любом случае это удивительный механизм с удивительной психологией.

И в этом механизме есть какой-то загадочный процессор, который работает определенным образом. Всегда есть какие-то мотивы, точки соприкосновения, причинно-следственные связи, которые возникают у нас в голове. То есть, человеческое сознание – это некий компьютер, который задает или которому задают некие программы.

В этом мире ничего не происходит само собой. Все происходит, только если кто-то приложил к этому какие-то усилия.

Наш образ жизни, сама жизнь – это всегда набор неких задач и направлений. Любая ситуация, в которой мы находимся, так или иначе направлена на удовлетворение наших чувств и желаний. То есть, мы никогда ничего не делаем из того, что нам не свойственно или к чему мы не тянемся.

Когда именно алкоголь становится проблемой? Когда начинает действовать разрушительно – на семью, здоровье, работу или на все это в совокупности.

Почему же человек участвует во всем этом? Он не понимает и не видит, что происходит?

Оказывается, употребляя алкоголь, он удовлетворяет свои психологические потребности. И самое интересное, что не он один. То есть существует некая схема, игра, в которой участвуют также его близкие, родственники, друзья.

В полном виде эта схема включает в себя шесть ролей. И каждый участник может исполнять одну или несколько из них.

Центральная фигура этой игры – сам алкоголик, который полностью в нее погружается. Алкоголик – это лицо, которое находится в некоей психологической зависимости от употребления спиртных напитков. И важно разобраться в ее природе.

Нам кажется, что это происходит так. Алкоголик думает: «Я не могу не пить, у меня ломка». Но в действительности здесь есть еще масса удивительных нюансов.

Мы, люди – групповые существа, мы не живем в одиночестве. Для нас очень важно общение – и для мужчин и для женщин. Мы взаимодействуем. Мы люди, мы влияем на людей, люди влияют на нас. И не просто влияют – мы собираем вокруг себя тех, кто помогает нам удовлетворить психологические потребности, причем как нормальные, так и ненормальные.

И в данной схеме первое лицо – это алкоголик, который является ведущим этой игры: не будет его – остальным будет грустно, игра потеряет смысл.

На самом деле таких игр бесконечное множество. Мы разбираем их на примере алкоголизма, но могли бы взять и любую другую: «Работающая женщина», «Я-же-мать», «Активист, собирающий на домофон в подъезде» или «Бабка, сидящая у подъезда». Все это не просто так – все эти роли работают, и в этих играх важны все участники.

Например, дети играют в хоккей во дворе. Если вы задумаетесь, то поймете, что, кроме них, в этом процессе учувствуют и много других людей: мамы, у которых появляется время заняться своими делами; папы, которые болеют и радуются за детей; бабушки у подъезда, которые ругают машущих клюшками «маленьких монстров», вымещая на них свое раздражение.

Если дети или взрослые играют в хоккей профессионально, то в этом участвует еще больше людей: кто-то делает клюшки, кто-то строит стадионы, кто-то организовывает турниры, а компании, производящие форму, вообще зарабатывают миллионы долларов на всем этом.

То есть в игре есть главные герои – хоккеисты, а есть второстепенные – те, кто с ними так или иначе связан, и они тоже являются значимыми. Заметьте, если не будет компаний, производящих форму, если не будет зрителей, то игра постепенно сойдет на нет, ее не станет. Любой вид спорта, где нет спонсоров и зрителей – всегда умирающий вид спорта.

Это же правило работает и в схеме с алкоголиками – главное лицо тесно связано со второстепенными.

Вторая роль в этой схеме – преследователь. Обычно ее играет лицо противоположного пола, супруг или супруга алкоголика.

Третья роль – спаситель. Он обязательно должен быть в этой схеме. Это может быть врач, который лечит от алкоголизма. Он реализуется, что-то изучает – он нужен в этой схеме по определению. Он пытается избавить алкоголика от его пагубной привычки, то есть без него – никак. И он от алкоголика достаточно серьезно зависит. Если тот вылечился, то врач радуется, поздравляет. Правда, на следующий день алкоголик может, опять сорвавшись, уже валяться в канаве, и все начнется сначала. Но до этого момента врач испытывает гордость, за свои достижения. То есть некий доктор во всем этом находит смысл своего существования и решает какие-то свои психологические вопросы.

Четвертый человек в схеме условно называется простак. Это какой-то деликатный человек, который, например, одалживает деньги алкоголику, потому что они ему нужны. Простак может накормить алкоголика, дать ему бутерброд, налить чашку кофе и так далее. Он не пытается его ни преследовать, ни спасать, он просто такой – добрый самаритянин.

Чаще всего эту роль выполняет мама, иногда друзья. Мама дает алкоголику деньги, поддакивает ему, выслушивает его жалобу на жену-стерву, которая его не понимает и во всем виновата. Мама слушает, кивает и соглашается.

Алкоголику часто приходится искать какие-то правдоподобные объяснения, почему ему нужны деньги. И в такие моменты оказывается, что он очень креативный человек – потому что у него есть физическая зависимость, побуждающая мозг работать в этом направлении. Так же выглядит игра наркомана – только там все еще жестче, добавляются еще другие персонажи.

То есть алкоголику приходится объяснять, зачем, на что ему деньги, куда он будет их девать (причем очень часто его об этом никто даже не спрашивает). И люди делают вид, что верят ему, хотя и знают, зачем алкоголику деньги.

Так часто бывает, на это легко повестись, потому что есть некие психологические трюки, которые отлично работают, если попадают в цель – в психологическую потребность того, на кого направлены. Например, у человека может быть потребность быть добреньким, и он реализует ее таким образом.

Иногда простак начинает исполнять и другую роль, не самую существенную, но тоже характерную для ситуации – роль подстрекателя, такого хорошего парня, с которым всегда можно забухать. Он говорит: «Заезжай, поехали на природу, у меня все есть, я пиццу сделал».

У меня была такая ситуация. Я тогда уже стал вегетарианцем, хотел есть вегетарианскую пищу, но не знал, как ее готовить. Поэтому я покупал лаваш, клал в него овощи, засыпал сыром и засовывал в духовку, и у меня получалась пицца, точнее несколько. Я звонил друзьям и говорил: «Приезжайте, у меня есть пицца». Они приезжали и всегда привозили с собой пиво. То есть если бы я их не звал, они бы и не бухали. А так они бухали каждый день. Хотя я ничего такого не делал – просто готовил вегетарианскую пиццу, – но был в роли подстрекателя. Как в фильме «Покровские ворота»:

– А не хлопнуть ли нам по рюмашке?

– Заметьте, не я это предложил!

Это классический пример подстрекателя.

Есть еще одна второстепенная роль – посредник, непосредственный поставщик алкоголя. Это может быть бармен, продавец в магазине, а то ивообще можно расширить эту роль до всей алкогольной промышленности в стране и в мире. Но обычно человек сталкивается с этим через какую-то личность.

Посредник обычно хорошо понимает потребности алкоголика, язык алкоголика, он понимает, как с ним общаться. Иногда он наливает просто так, иногда он дает в долг.

Посредник – это всегда профессионал, он всегда знает, когда надо остановиться, в отличие от подстрекателя, который не видит краев.

Вы заметили, что всем этим ролям что-то надо от алкоголика? Все они в чем-то заинтересованы, реализуют какие-то свои потребности. Причем таких игр может быть сразу несколько – одна, вторая, третья – и они могут пересекаться. Они цепляются друг за друга сбиваются в группы – словом, все довольно запутанно.

В этой игре все удовлетворяют свои психологические потребности. А самое интересное (и самое страшное) – всех все устраивает, даже страдающую жену, несчастную маму, переживающих друзей и людей, которые думают о здоровье нации.

Сама выпивка при этом является лишь дополнительным удовольствием на пути к истинной кульминации. Хотя нам кажется, что цель – сам процесс: ты кайфуешь, пока бухаешь.

Но алкоголику важно похмелье – когда его начинают спасать, потому что ему плохо. А похмелье наступает, когда токсины уже начинают выходить. Когда он бухает – нет смысла его спасать. Для спасения ему должно быть плохо.

Истинная психологическая кульминация для алкоголика – это похмелье.

Когда ты бухаешь, помогать тебе не надо, даже если ты заблевал весь троллейбус. Алкоголик получает внимание, когда ему плохо. Ему важно быть жертвой, потому что тогда его кто-то будет жалеть.

Любой жертве важно, что кто-то ее будет жалеть, будет обсуждать – мол, так ее жалко, у нее такой муж… Она будет прибегать к подружке и рассказывать, какой он гад: избил, назвал овцой и так далее. Тогда ей будут сочувствовать, говорить, как ее жалко.

И никто не задумывается, почему она его не бросит? Да просто если она его бросит, то потеряет весь интерес – ее никто не будет жалеть, потому что счастливых никто не жалеет. И если ты болеешь – тебе апельсинку принесут, обижена – посочувствуют.

Когда никто не обращает внимания и демонстрировать свою боль некому, жертва теряет интерес к игре. Но если кто-то реагирует, то жертва начинает генерировать жалобы снова.

Для алкоголика похмелье – не столько физическая боль, сколько психологическая пытка. И в этой пытке он находит удовлетворение своих потребностей.

Два любимых развлечения алкоголика: первое – обсуждать, сколько выпили вчера и что с чем смешивали, и второе – говорить: «Как мне сегодня плохо».

Когда в психологической группе обсуждают алкоголизм, для большинства участников тема пьянства не интересна. Они говорят о нем только из-за уважения к человеку, который в группе играет роль преследователя. На самом же деле им важно обсуждать их страдания.

Если вы попадете на собрание клуба анонимных алкоголиков, то увидите, что речь там будет идти не о том, как было хорошо, а о том, как было плохо. Потому что, когда ты рассказываешь о том, как тебе было хорошо, это вызывает раздражение, какую-то дурную зависть и другие подобные эмоции, но никогда не вызывает беспокойства или сочувствия.

То есть цель пьянства, помимо других каких-то удовольствий, – это создать ситуацию, при которой внутренний ребенок был бы строго отруган внутренним родителем («Да как ты так мог сделать? Зачем ты это сделал?») – и не только им, но и любым желающим.

То есть, критикуя, обвиняя алкоголика, вы тем самым льете воду на мельницу его алкоголизма, потому что в действительности ему именно это надо. Он чувствует себя так: «Я такой плохой, я такой падший, я самый-самый пропащий человек». И определяющее слово здесь – «самый».

Многие психологи, которые занимаются вопросом алкоголизма, говорят о том, что терапия в этой игре должна сосредоточиться не на самом пьянстве, а на следующим после пьянства похмелье и на похмельном страдании.

Нужно отучить человека заниматься самобичеванием. А он никогда не отучится от этого, пока есть те, кто получает свои психологические бонусы, находясь рядом с ним.

Допустим, муж говорит: «Да, я брошу, я обещаю тебе». А жена потом: «Да как ты мог, да ты же обещал, ты же разрушаешь себя». И самое интересное, что всем хорошо в этой ситуации.

Женщина чувствует себя такой крутой: «Вот, я его спасительница, без меня бы он сдох. А если я его брошу, он точно сдохнет. Я его вылечу».

Но для того, чтобы вылечить человека от алкоголизма, надо уметь лечить от алкоголизма. Если вы хотите научить человека играть в шахматы, надо, во-первых, чтобы он хотел этого, а, во-вторых, чтобы вы умели играть в шахматы.

Очень похожая схема – человек, потерявший работу. Иногда психологи называют такого человека «непьющий алкоголик». То есть физически человек не пьет алкоголь, но психологически все идет по той же схеме. Есть те, кто его спасают, например, любимая жена: она сама ходит на работу, помогает, считает, что без нее муж сдохнет, дети опухнут с голоду. Есть те, кто одалживает ему немножко денег – старенькая мама отдает пенсию. То есть, существует масса людей, которые получают шикарные психологические бонусы от ситуации, когда кто-то безработный. Причем он работу находить тоже не очень-то хочет – потому что выяснилось, что как безработный он даже востребованней и получает больше психологических бонусов.

То есть он работал, зарабатывал, жена на это все плевала, не благодарила, брала деньги, тратила. А тут он потерял работу, она уже начинает с ним каждый день говорить, вдохновлять, переживать рядом какие-то эмоции, ей уже есть о чем поговорить с подругами:

– Мой Валера потерял работу…

– Ленка, как мне тебя жалко! Как ты держишься?

– Ой, прямо не знаю…

У наркоманов схема такая же, только вместо алкоголя наркотики. И она более зловеща и драматична – потому что все развивается гораздо быстрее, и последствия гораздо серьезнее. У наркомана жизнь не короче, она просто быстрее.

Вы знаете, чем игра «Алкоголизм» перекрывает игру «Наркомания»? Тем, что алкоголь, в отличие от наркотиков, легален. В игре «Наркомания» появляются дополнительные драгдилеры, какая-то субкультура, сленг, необходимость прятаться. Если кто-то бухает в подъезде, то полиция не приедет, а если наркоманы там варят какое-то ширево, то нарушается закон. Алкоголики же, пока никого не убили, закон не нарушают.

Как люди начинают пить

Обычно причина всегда в каком-то стаде. Ребята где-то купили банку самогона, и ты пошел вместе с ними пить, хотя и не хотел. «Надо попробовать» – попробовал и заблевал весь костер. Также начинают и курить – это всегда некий психологический эффект, когда ты хочешь кому-то что-то доказать.

А теперь представьте, что вам не надо ничего доказывать. То есть те люди, которые тебя окружают, это не те люди, на которых этим можно произвести впечатление. Эти люди тебя любят, они тебя уважают. Зачем перед ними что-то доказывать?

Иногда люди начинают бить кого-то на улице, унижать – есть масса психологических отклонений. Собираются в какое-то стадо или стаю, бьют кого-то ногами, снимают на видео, а потом выкладывают в Интернете. Почему они это делают? Они больные, но они же не родились больными, они выросли в обществе, где это на кого-то производит впечатление.

Ни один человек не принимал волевое решение стать алкоголиком.

Не происходит же так, чтобы человек однажды сказал: «Мама, папа, я подумал и решил, кем я хочу стать. Я хочу быть алкашом. Я хочу бухать каждый день, чтобы видеть мир разноцветным. Я хочу уходить в запой, там еще наш дедушка живет, я его буду там встречать. И это мое решение. Вы спрашивали, кем я хочу быть – космонавтом, ученым или врачом. И я решил – я буду алкашом».

Никто никогда так не говорит и не принимает таких решений. Возникает вопрос: откуда тогда вообще берутся алкаши?

Они рождаются из культурно выпивающих людей. Всегда – все алкаши когда-то были просто культурно пьющими людьми.

Не все культурно пьющие люди становятся алкашами, но все алкаши сначала были культурно пьющими людьми.

Есть огромное количество людей, которые не употребляют алкоголь вообще – спортсмены, туристы, или люди, которые покоряют Эверест. Потому что невозможно пьяным покорить Эверест. Но есть и огромное количество культурно пьющих, часть из которых потом станут алкоголиками.

Почему еще люди пьют? Деньги у тебя есть, но внимания нет. Жена тебя не ценит, не общается с тобой, эмоции жизненные у тебя очень слабенькие. И только алкоголь позволяет тебе почувствовать жизнь и получить какие-то новые впечатления.

Есть три фильма, в которых сюжет развернулся из-за того, что главные герои были пьяными: «Ирония судьбы», «Любовь и голуби» и «Москва слезам не верит».

И многие идут по тому же пути: жизнь слишком грустная, сделать ее интересной никак не получается, а алкоголь помогает придать ей красок.

Кстати, для женщин алкоголь намного опаснее. Они быстрее привыкают, и деградация происходит тоже намного быстрее. И прекратить ее почти невозможно. Есть такое мнение, что женский алкоголизм вообще нельзя вылечить – можно только растянуть период трезвости во времени.

Но женщина всегда будет в зоне риска. Если мужчина может выйти из зоны риска, то женщина – никогда. Это то же самое, как не бывает бывших наркоманов. Любой наркоман скажет вам, что героин может ждать.

Бонусы участников игры