Тень под лампой. Лу-Фадо

2 августа/ 11:46/ <место не определено>

Всю полость его рта снова заполнил до боли знакомый вкус железа.

Действительно, до боли. Рана кровит необычно долго.

Он вновь и вновь проводил по ней языком, ощущая, как кожа то расползается в стороны, то сжимается в изначальную форму. Режущая боль, подобно острому лезвию, пронизывает ногу, уступая лишь привычным монотонным болям в животе. Неизвестно, сколько уже прошло времени с тех пор, как в организм попадало что-нибудь съестное. Пара новых треснувших костей не позволяла сдвинуться с места, а кровь, сочившаяся из кожи, унесла с собой последние частицы энергии.

Больно… Как больно… Как больно и холодно… И этот запах. Этот мерзкий запах гнили и железа в носу… Настолько плотно въелся, что только его и чувствую… Лишь запах движения… Дуновения. Хотя бы один вздох… ОДИН.

Внезапная волна ярости накрыла его с головой. Кровь в жилах начала кипеть, словно крутой кипяток. Он слишком резко дернулся, и деревянная перегородка с треском упала вниз на нижний этаж.

Опять эта боль. Ненавижу… Уйди… Хватит.

Древесные занозы впились в костяшки пальцев, тем самым спровоцировав наступление очередной адреналиновой волны. Он вцепился в стежки на своём лице и начал их тянуть. Швы натянулись, как струны демонической арфы, играющей на высоких нотах его болевых точек. Вновь брызнула кровь.

Тьма! Тьма! Беспросветная тьма!

Он натянул стежки до предела, кожа едва ли не расползалась на лоскуты, кровь каплями скатывалась вниз по щекам и шее. Казалось, скрепляющая леска уже вот-вот должна треснуть вместе с эпидермисом, но боль в лице будто назло парализовала руки. Он не мог дальше шевельнуться. Его пальцы скользнули вдоль щек, размазав стекшую багровую жидкость по коже. Леска осталась невредима, чего не скажешь о его лице…

Наступил момент тишины.

Идеальной тишины и громких вздохов, которые плавно переросли в истерический вопль, сотрясая пространство вокруг. Он схватился за волосы и с грохотом упал на пол, продолжая кричать. Звук был настолько громким и пронзительным, что в ушах от перенапряжения начало скрипеть, наполовину заглушив источник внешнего шума.

Опять и опять. Нескончаемая…

Звериный вой уступил место щенячьему скулению. Он лежал неподвижно, ощущая каждой клеточкой своего тела пульсирующую боль и этот запах… Этот густой и настолько плотный запах, словно облако ядовитого газа окутал его тело. Вновь наступила тишина, только уже смешавшаяся с барабанящим пульсом в ушах. Что-то легким прикосновением осушило кровь на его лице. Это было дуновение сквозняка. Долгожданный глоток воздуха. Он жадно наполнил им легкие до предела и медленно выдохнул. По телу пробежался приятный холодок, из-за чего напряженные мышцы начали расслабляться, а голова опустошаться от всех картинок и слов…

Наступило спокойствие. Он больше не придавал внешним и внутренним раздражителям никакого значения. Под телом будто не было поверхности, оно витало само по себе в воображаемом густом тумане, который постепенно отключал каждую функцию в организме, медленно погружая разум в сон.

2 августа/ 11:46/ <место не определено>

Сигареты… Сигаретный дым… Человеческий пот… Чужой.

Пространство вокруг будто кололи шипами раздражающие скрипящие звуки, доносившиеся откуда-то снизу.

Прекратите. Покой… Дайте покой. Пускай картинка вернется… Сапфировый блеск прекрасного… Темная спадающая прядь… Вернись. Хочу видеть…

– Скорей сюда!

Голос, доносившейся снизу, словно ударил ему по затылку, в мгновение вернув его из царства снов в реальный мир.

Нет… Нет, не это… Ненавижу.

В эту самую секунду он оказался на коленях, опираясь на костяшки пальцев, которые были поражены занозами.

Ярость, злоба и ненависть действовали, как обезболивающее для него. Поэтому загнанная ещё глубже под кожу древесина даже не откликнулась каким-либо дискомфортом в его теле. Он активно начал гонять воздух через ноздри.

Этот запах соли и дыма стал гораздо активнее.

Запах движется. Запах движется наверх.

Застыл.

Он начал приобретать более активные ноты, более резкие. Настолько резкие, что перерос в вонь. Воздух вокруг буквально застыл. Он кожей начал чувствовать множество мелких колебаний воздуха, которые были напрямую направлены к нему. Он словно на вкус попробовал чувство человеческой паники и неуемного парализующего страха. Этот вкус ему знаком в точности также как и вкус воды.

Человек, стоявший ниже на лестничном пролете, плотно прижался спиной к стене. Его тело настолько колотило от дрожи, что на курок пистолета он не мог надавить даже двумя пальцами. Но это было уже неважно… Жизнь, наполнявшая его тело, потоками выливалась наружу…

Он вновь ощутил пульсирующую вену у себя на языке, сладковатую плоть на зубах и теплую жидкость, заливавшую его одежду…

2 августа/ 06:55/ <Загородный заброшенный кинотеатр>

– Камеры ничего подозрительного не засекли. Его здесь нет, – сказал мужчина на телефонной линии.

– Я слышала странный шорох. В этой зоне определенно кто-то есть, – ответила девушка на противоположном конце.

– Это элементарно могло быть какое-то животное. Или брак со звуком.

– Ева, и правда, это могло быть какое-то животное. Или сбой, – рыжеволосый парень, сидящий на диване сбоку от девушки, аналогично пытался её переубедить.– Я работал с этими самосборными камерами. Сбои время от времени случались.

– Александр, эту программу и камеры разработал Шнайдер, поэтому я сомневаюсь, что мог произойти сбой, – продолжила она настаивать на своём.

– Каждая система может дать сбой. В конце концов, Шнайдер не бог технологий, – также не отступал Александр на «линии». – Я и Накс продолжим расставлять камеры в этом районе, ничего не случится, не нервничай ты так, Ева.

– Мне это сейчас напоминает клише из фильма ужасов, – негромко сказала девушка, потирая висок.

– Намекаешь на то, что их после этой фразы ждет трагичная смерть? – рыжий парень решил разбавить обстановку шуточным вопросом.

– Ева, перестань смотреть ужастики перед сном. А ты, Эрик, засунь своё чувство юмора себе в…

– Кхм, – возмутилась Ева, не дав договорить напарнику острое словцо.

– Ну, ты в принципе сам понял куда, – продолжил Александр, обращаясь к Эрику.– И последняя новость: один труп с предыдущей группы мы по-прежнему не можем найти. Мы идем дальше, продолжаем поиски. До связи.

Гудки. Мужчина сбросил вызов.

– Подожди! – девушка попыталась остановить Александра, но было уже поздно.

В этот момент Ева вовсе растерялась. Она словно потерялась в пространстве. Чувства смешались, и девушка уже не различала, где здравый смысл, а где предрассудки. Тело Евы пробило на мелкую дрожь. Стало немного холодно, хоть температура в помещении была стабильна.

…Это слишком тяжкая ноша для меня… Нести ответственности за человеческие жизни, находясь вдали – невыносимо… В конце концов, я врач, а не полководец…

– Что с тобой? – Эрик приобнял девушку за плечи.

В ответ Ева лишь отрицательно помотала головой, мол ничего.

– Сейчас Александр и Накс дополнительно установят датчики движения, и в этот раз мы точно поймаем эту тварь…

– Почему я ранее не настояла на этих датчиках? – девушка задала самой себе риторический вопрос.– Ведь изначально было ясно, что с одними только камерами ловить заключенного Лу-Фадо – безрассудное самоубийство.

– Прекрати винить во всем себя. Шнайдер же тогда сказал, что этого будет достаточно.

– Мало ли что сказал Шнайдер. Все окончательные решения должна принимать я.

– Не забывай, что ты работаешь в команде. Вся вина распределяется равномерно.

– Из-за меня всё это происходит…

Эрик тяжело выдохнул, опустив плечи.

– Точнее, из-за папочки твоего парня- Марка Эккерта.

– Не забывай, что он ещё наш опекун.

Вспомнив об этом человеке, Ева будто бы покрылась корочкой льда. Её кожа стала холодной, а тело застыло в одном положении. Лицо скрывали длинные пряди неестественно алых волос, поэтому какую-либо эмоцию на лице девушки рассмотреть было сложно.

– Сестрица, кончай себе накручивать. Всё будет в этот раз хорошо, даже не смотря на то, что первый блин был комом, – он задумался. – Точнее, первые четыре блина…

– Ты к четырём погибшим напарникам способен применить подобную шутку с выпечкой? – сквозь зубы процедила Ева.

– Прости, я не хотел оскорбить их память, – замялся парень, поняв, что сморозил глупость.

– Увы, они нас уже не простят.

– Ты же знаешь, что смех – моя защитная реакция в стрессовых ситуациях. Нам необходимо скорее завязывать с этой охотой…

– Рот тебе необходимо завязать, – фыркнула Ева и, освободившись из объятий брата, встала с дивана.

Под каблуком что-то хрустнуло.

Эрик выдернул из-под левой ноги девушки планшетный компьютер фирмы Apple.

– Ты всё-таки решила разорить младшего Эккерта? —он упомянул парня Евы, стряхивая с планшета стеклянные осколки.

– Чёрт… – тихо ругнулась девушка и закатила глаза.– Уже третий планшет за последние пять месяцев.

– Минус ещё программка от Шнайдера – прямая трансляция с камер наблюдения и датчиков.

– Не сыпь мне глюкозу в спирт… – отпустила Ева типичную для нее «медицинскую» шутку.

– Поехали ко мне домой, – внезапно предложил Эрик, встав вслед за сестрой.

– Не сейчас. У меня ещё общее собрание в клинике.

– По-моему, это глупая затея, если брать в расчет то, что происходит…

– Ничуть не глупая. Это по-прежнему моя работа. За 2 недели я там ни разу не появилась…

Девушка направилась вверх по узкой лестнице, обитой бархатным покровом. По обе стороны от прохода вместо привычных кресел зала кинотеатра были сплошные длинные диваны, на которых беспорядочно лежали различные приборы, провода и коробки. Со стороны это больше напоминало техническую свалку закрытого типа. Определить, что это бывший кинотеатр было довольно просто – себя сразу выдавала стена размером с киноэкран IMAX. Только не было большого белого полотна для воспроизведения киноплёнки. Стены были сплошь увешаны небольшими экранами впритык друг к другу, на которых мелькали различные изображения: виды с камер наружного наблюдения, множество кодовых текстов, открытых программ, а некоторые экраны не работали вовсе. Всё в целом было захламлено и визуально перегружено, а тусклый желтоватый свет потолочных ламп подчёркивал это как нельзя лучше.

– … Всё это время я провела здесь вместе с тобой и Шнайдером, – Ева в очередной раз упомянула имя хозяина данных «апартаментов».

– Кстати, где он сейчас? Я его сегодня не видел.

– Конкретно, где он, не знаю. Но знаю, что Шнайдер обещал вернуться этим вечером.

– Вот как раз отдохнем у меня дома, а вечером обратно сюда, – продолжил уговоры брат.

– Слушай, я… – речь Евы внезапно оборвалась из-за резкого головокружения.

Девушка пошатнулась назад и едва не упала с лестницы, но Эрик успел ловко подхватить её сзади.

– Ева, ты совсем невменяемая? Как ты сейчас на своё долбанное собрание пойдешь, если тебя уже ноги не держат? – начал громко возмущаться парень.– Ещё раз напомни-ка мне, сколько мы здесь безвылазно пробыли?

– Восемь дней, – ответила она, прижимая ладонь к больному виску, – и семь часов… Кажется…

– А ела ты когда в последний раз?

– Сегодня ночью.

– Чай?!

– Чай.

Эрик раздраженно закатил глаза, продолжая придерживать Еву за талию.

– Я пробуду в клинике до полудня, а ты пока напиши отчет о последнем заходе, – тихим голосом распорядилась девушка.

– Ты пробудешь там максимум до девяти утра, – начал торги брат.

– До одиннадцати.

– Десяти.

– Одиннадц… – она хотела продолжить препираться, но к ней вновь вернулся приступ головокружения. – Хорошо, до десяти, – быстро согласилась она.

– И только с моим сопровождением.

Молодой человек неспешно повел сестру к выходу, придерживая её хрупкий стан. Со стороны это напоминало, будто один солдат тащит на себе другого раненого солдата с поля боя. И ведь действительно было так. Только битва с их стороны была пассивной, что хоть и не спасло их души, но спасло их жизни.

2 августа /8:20/ <частная клиника «Эккерт»/ зал совещаний>

Помещение заполнял свет. Глянцевые поверхности светлых тонов отражали лучи солнца по всему пространству. Все было пронизано легкостью – за счет широких коридоров, высоких потолков, витиеватых лестниц, фасада, состоящего из одного лишь стекла и небольших колон. От каждого угла веяло чистотой и роскошью. Такая клиника со стороны больше напоминала курортный отель. Хоть из окон не был виден океанский пляж, но его прекрасно заменял вид дивного сада с декоративными растениями и фонтаном с экзотическими рыбками.

Несмотря на то, что Эрик шел быстро, он успевал насладиться красотой архитектуры.

– Всегда мне нравилась эта клиника, – сказал парень, скользя взглядом по мраморному полу и потолку с цветной подсветкой.

– А мне что-то не очень, – шепотом произнесла Ева, подозрительно озираясь по сторонам.

– Кажется, кто-то зажрался, – подметил он, глядя на сестру.

– Не в этом дело, – девушка остановилась возле лифта и нажала кнопку вызова, – я просто знаю, над чем хожу…

Эрик в ответ лишь скривился и дальше развивать тему не стал. Двери лифта открылись, парочка зашла внутрь. За какие-то считанные секунды они оказались на последнем этаже. Лифт был скоростной, несмотря на то, что в здании было всего пять этажей.

– Я буду ждать тебя за дверью, – сказал Эрик, стоя рядом с сестрой около зала совещаний.

– Хорошо, – кивнула Ева.– Проще согласиться. С тобой спорить – себе дороже, – мысленно проворчала девушка и потянула руку за разбитым планшетом, который торчал из сумки Эрика.

– Нет-нет! – возразил он. – Это я изымаю, чтобы младший Эккерт, не дай бог, ядом от бешенства не захлебнулся.

Ева одарила его недовольным, тяжелым взглядом, демонстрируя, что шутка брата в очередной раз была провальной.

– Хотя, – Эрик потянулся за планшетом, чтобы отдать его сестре, тем самым намекая, что смерти её парня он ждёт, как собственного дня рождения.

– Иди уже! – фыркнула девушка, юркнув в зал.

В просторном помещении рассказывал о новостях клиники заместитель главного врача – Эрнест Вольфович. По всему залу были расставлены стулья с подлокотниками и мягкой обивкой. На них сидели множество врачей и медсестер. Несколько сотрудников на задних рядах уткнулись в свой блокнот, мирно посапывая, другие активно конспектировали информацию о нововведениях, а кто-то просто уставился в свой гаджет, погрузившись в виртуальный мир. Но на новый источник шума переключила внимание вся аудитория. В особенности красноречивый заместитель, речь которого нагло перебил звук захлопнувшейся двери.

– Лирел! – рявкнул он фамилию Евы.

Казалось, усы под носом Эрнеста Вольфовича начали сами по себе шевелиться от бушующей в нём злости.

– Я уж подумал, вы нас совсем покинули, – продолжил возмущаться он.

– Если бы я вас совсем покинула, то собрание проходило бы не в зале, а на кладбище, – бесстрастно съязвила Ева, даже не глядя в сторону заместителя.

Из разных углов начали доноситься смешки.

– Немедленно займите любое место и молча слушайте новую информацию! Поговорим с вами позже, – приказал Эрнест Вольфович.

Сяду, сяду… Только прекрати брызгать на меня своим спинным мозгом.

Последняя фраза заместителя прозвучала как угроза, но девушку это ничуть не встревожило. Она просто молча подчинилась приказу. Ева заняла одно из свободных мест на передних рядах. По правде говоря, ей было плевать на происходящее. Она пришла лишь для галочки, чтобы ещё больше не запятнать свою репутацию.

Сейчас Ева передвигалась лишь на одной силе воли. Она ничего не слышала вокруг, кроме собственного шума в голове из-за переутомления и стресса.

Откинув назад свои длинные алые волосы, Лирел принялась строчить информацию о новых поступивших медикаментах.

Всё постепенно вошло в свою колею. Даже Эрнест Вольфович перестал периодически сверлить Еву Лирел взглядом и продолжил спокойно рассказывать о новинках. Часть медперсонала заново уснула на своих местах. Но в спину Евы вперился испепеляющий взгляд одного парня за несколько рядов от неё. Он ни на секунду не сводил глаз с девушки, но подходить к ней пока не решался. На то была «усатая» причина в лице заместителя главного врача. Гнев, бушующий внутри, молодой человек вымещал на простом карандаше, который он судорожно потирал большим пальцем.

– Эй, Алекс, – потревожил парня его сосед справой стороны.– Никуда она сейчас не убежит. Расслабься.

В руке Алексея через секунду карандаш сломался в двух местах сразу.

– Воу, ну не так же, – сказал сосед с еле уловимым американским акцентом.– И вообще, Эккерт, эта девица тебя портит. Нервный ты какой-то стал.

– Джастин, да заткнись ты уже! – прошептал Алекс.

Минимум половину штата сотрудников составляли иностранные медики и практиканты. На нынешний отрезок времени клиника «Эккерт» считалась одной из самых лучших и продвинутых медицинских центров элит-класса. Слухи о новейшей медицинской аппаратуре фирменного производства распространились по миру, как вирус. Аппарат сбора крови с мгновенным результатом анализа по всем необходимым показателям, усовершенствованный аппарат МРТ с автоматическим определением пораженных участков, 3D-УЗИ с объёмной цветной проекцией внутренних органов и многое другое. Также немаловажным являлись научные отделы для самостоятельных ведений новейших медицинских разработок. И жилой блок для пациентов и врачей, позволяющий людям не расставаться со своей семьёй во время лечения или работы. Каждое подразделение и блоки находились в величественных белых зданиях, которые образовывали небольшой городок.

Именно из-за таких обширных возможностей большое количество талантливых медицинских умов и съехались в одно место на окраине России – город Кронштадт, клиника «Эккерт».

Короткая вибрация. На мобильный телефон Евы пришло смс-сообщение. Девушка разблокировала экран и уставилась в текст, присланный Эриком.

«Сестрица, начинай бежать с низкого старта прямиком к выходу. Александр и Накс попросили срочно с ними связаться. Тачку я уже завел.

Целую во все приличные места.

Жду».

– Всем хорошего дня! Можете вернуться к своим обязанностям, – как раз вовремя завершил лекцию Эрнест Вольфович.

Алексей Эккерт как по сигналу, одним движением руки сгрёб все вещи в сумку и ринулся в сторону своей девушки- Евы Лирел. На его удачу та и с места не сдвинулась. Алексей поспешно пробирался к ней сквозь толпу, а за ним вприпрыжку нёсся его друг Джастин. Эккерт уже стоял сбоку от своей девушки, собираясь наклониться к ней, но тут в нос ему чуть не прилетел каблук от туфли. Ева, не отводя взгляда от своего телефона, держала на вытянутой руке свою туфлю, словно катану, которой она пыталась отгородиться от разъяренного парня.

…Только тебя сейчас не хватало, любимый…

Даже в мыслях Евы сарказм занимал доминирующую позицию.

Алексей Эккерт на это действо отреагировал лишь усмешкой.

– Решила меня заколоть своим китайским «лабутеном», – указательным пальцем парень отвел каблук в сторону и медленно, подобно хищнику, наклонился к лицу девушки.

– Милая, поговорить не хочешь?

Его бархатный голос казался спокойным, но Лирел прекрасно понимала, что это липовое ангельское поведение через некоторое время должно взорваться миной из истерики и криков.

– Говорить не хочу, – Ева не спеша стала складывать вещи в сумку.– Спать хочу.

– Чудно! Едем спать! – вырвав сумку из рук девушки, Эккерт схватил её за талию и одним движением поставил на ноги.

От такой резкости голова Лирел вновь закружилась. Она, подобно мешку с картошкой, свалилась на Алексея, прижав ладонь к виску. Алекс сразу понял, что переборщил. Он не на шутку испугался и сбавил обороты, аккуратно усадив Еву обратно на стул. Сам присел рядом, придерживая её за плечи.

– Ева, тебе плохо? Чем-то заболела? – Алексей слегка встряхнул её.

– Только не тряси меня! Ничего катастрофического. Просто голова кружится.

– Идти можешь?

– Могу и побежать, если продолжишь засыпать меня вопросами, – недовольно шепнула Ева.

– Ладно, прости.

…Теперь нужно подловить момент, когда можно будет тихонько улизнуть… Чёрт, как же это напрягает…

Алексей помог Еве встать и, продолжая поддерживать её за талию, вывел в коридор. Джастин, естественно, поплелся вслед за ними с недовольным выражением лица и надутыми губами.

Со стороны этот человек напоминал несчастную шестёрку, которая таскается везде за сыном директора клиники. Джастин хоть и был близким другом Алекса, но даже он откровенно не понимал его слепой любви. Как такой серьёзный и влиятельный человек может позволять так издеваться над собой? По этому поводу Джастин проводил регулярные беседы о лично-неличной жизни Алексея, а конкретно, о его обожаемой Еве. Девушка, у которой тайн и загадок больше, чем одежды в шкафу. Её исчезновение на несколько дней было в порядке вещей.

Всё так и продолжая следовать за своим другом и его девушкой, Джастин продумывал очередную нравоучительную лекцию для Алекса. Троица неспешно двигалась прямо по коридору. Пока Алексей выпытывал, где в этот раз пропадала Ева, его персона притягивала множество взглядов, в основном, женских и в основном, восхищенных. Столько внимания изо дня в день парень получал не только потому, что являлся сыном директора клиники, но и потому, что был писаным красавцем, внешность которого не уступала даже голливудским актёрам. Выразительные ониксовые глаза, пухлые изящные губы, смоляные волосы и светлая кожа молочного оттенка. Такие достоинства не могли не поражать женские сердца. Конкуренция за внимание младшего Эккерта возрастала с каждым днём. Да только самому Алексею это было не шибко нужно. Ему сейчас было намного важнее узнать, куда всё время исчезает его неуловимая девушка.

– То есть, сессия брата была причиной отвечать на звонки раз в два дня? – всё никак не унимался Эккерт.

– Да.

– То есть, он опять завалил весеннюю сессию, а ты в очередной раз помогала ему?

– Вот видишь, ты сам всё знаешь, – безмятежно ответила она.

…Кроме того, что Эрика из института уже давно отчислили…

Слишком медлительный говор девушки убедил Алекса не терзать ее расспросами, но, к сожалению, не смог убедить до конца в правдивости её слов.

– Давай, действительно, сейчас поедем домой, отоспимся, потом за ужином поговорим, – предложил Алексей.

Предложения Алекса после подобных курьёзных инцидентов для Евы были равносильны приглашению на добровольный расстрел.

– О чем поговорим? – немного встревожено спросила она.

Дойдя до парадной на первом этаже, они остановились.

– О нас, конечно, – Алекс аккуратно перебирал длинные пальцы девушки, глядя из-под смоляной чёлки в её небесно-голубые глаза.

– Кхм… – Ева потупила взгляд, будто ей сейчас впервые в жизни уделяет внимание парень.

…Фу! Только не здесь. Все же смотрят…

Алексей уже наклонился, чтобы поцеловать девушку, но в мгновение она оказалась в крепких объятиях брата.

– А чем мы это тут занимаемся? – нагло встрял между ними Эрик.