Предвестники: Сердце Жертвенницы

Космическое пространство,

словно ткань,

состоящая из множества невидимых сот, представляет собой

безграничное множество

разновидностей миров.

Большая часть из них –

проекции Земли,

вращающиеся на той же орбите,

что и голубая планета,

но живущие полностью

по своим законам.

Часть I

Скованные одной цепью

– Вот это буря, – подметил старый монах, выглядывая из окна трапезной.

– Да, вы правы, такого сильного ливня я давно не видывал, – ответил молодой монах, подходя к нему.

Дождь, действительно, был сильным. А из-за невероятно густых туч тьма была непроницаемой. Они, скорее, слушали ненастье, чем созерцали его. Но через секунду перед ними раскрылась краса природы. Раскаты грома. Они будто порождали новые и новые свирепые и яркие молнии. В эти доли секунды зрителям представлялась одноврАеменно устрашающая и завораживающая картина грозы. Перед ними расстилались поля, леса и горы в исключительно другом свете.

Зазвучал звон колокола. На несколько секунд старый монах забыл обо всём. О громе, молнии и даже о своем собеседнике. В этом монастыре он прожил почти всю свою жизнь, но слышал этот сигнал второй раз за всё это время.

Это был не обычный звон, а чётко выверенная звонкая композиция на основе пяти нот, которая использовалась издавна, он был уверен, что кроме него не осталось в живых ни одного человека, кто помнил бы её. Выходит, он ошибался…

– Случилось что-то очень серьёзное, — проговорил младший монах, возвращая старшего к действительности.

К тому моменту, как они вошли в общий зал, там уже были все. Все двадцать два монаха. И женщина.

– Это возмутительно…

– Здесь? Она не может находится здесь!

– Кто она?

– Она материализовалась из воздуха, я сам видел!

– Тихо! – крикнула женщина настолько громко, что огонь некоторых настенных факелов возле неё качнулся, – У меня к вам дело.

Её коричневые ботинки, брюки и жакет были в грязи, её черная мантия и длинная каштановая коса, доходящая ей до пояса, были мокрыми. Вокруг неё быстро образовывалась лужица. Однако никаких мокрых следов вокруг неё не было, а она находилась в центре комнаты.

– Здравствуй, Морона, – поприветствовал её старый монах, протиснувшись сквозь толпу.

Молодой монах следовал за ним. Когда он приблизился, то увидел корзину у ног женщины.

– Ах! Старик. Ты ещё жив. Приятно видеть, – ответила ему Морона.

– Я слышал, ты борешься против гражданской войны в Цикаре?

– Да. Мне понадобилось немало времени, чтобы найти виновника этого раздора.

– И как успехи?

– Я нашла его. Это всё, что от него осталось, – и она легонько толкнула корзинку к ногам старца.

Послышались удивленные вздохи. Но причиной их были не слова о Цикаре, ведь всем монахам было известно, что эту страну раздирают кровопролитные войны вот уже не один десяток лет и что находится она на другом материке за Великим морем. В эту минуту общее внимание было приковано к корзинке. В ней лежал младенец, совершенно не вписывающийся в мрачноватый монастырский антураж.

– И что же великая ведьма, победившая не менее великое зло, хочет от нас, простых монахов? – нисколько не изменившийся в лице старый монах подошел ближе. Он был единственным, на чьём лице не возникали сотни немых вопросов. Он спокойно спросил: – Повелительница времени и, как мы видим, пространства, чем же мы можем помочь тебе?

– Я и не знала, что монахи способны на такие комплименты! – улыбнулась женщина. – Но мне, действительно, нужна ваша помощь. Моя сила помогла мне продлевать свою жизнь многие годы, но, как ни парадоксально, она же её и отнимает. Я позволю тебе жить вечно, старец, но ты должен будешь выполнить одно условие.

– Я бы рад служить тебе, но время моё скоро придёт, я не готов обманывать природу и самого Создателя. И я не думаю, что кто-то здесь поможет тебе.

На мгновение воцарилась тишина.

– Я готов! – вышел, а точнее, выпрыгнул из неровного строя монахов юнец, стоявший не так давно в трапезной со своим наставником.

– Ты готов пойти на это, Ри? – удивленно обернулся к нему старец.

Но молодой монах уже уверенно встал перед Мороной.

– А, нашёлся всё-таки смельчак в ваших рядах, господа, – улыбнулась ведьма. Она вытащила из нагрудного кармана прозрачный сосуд с чёрной жидкостью и дала его молодому монаху. – Это малая часть моей силы. Ты должен будешь каждые три года давать этому малышу три капли, а сам принимать одну. Это не даст тебе вечную молодость, но даст вечную старость, чтобы ты мог служить в защиту этого мира.

– Я буду должен следить за ребенком? – удивился Ри.

– Это не просто ребенок, это первая весточка зла, внёсшая свой вклад в свержение нашего мира. Он не должен вырасти и закончить то, что начал.

– Почему бы просто не убить его? Я понимаю, что это ребенок, но если это само зло во плоти…

По лицу Мороны проскользнула тень сомнения. То ли от такой неожиданной идеи из уст монаха, то ли по каким-то своим соображениям. Затем после небольшой паузы она сказала: – Если его физическая оболочка умрёт, то он закончит свой логический цикл, и за этим последует второй этап.

– И что тогда? – монах уже начинал сожалеть о своем выборе.

– К концу четвёртого этапа нас всех ждет Смерть.

Женщина отдала флакон с чёрной жидкостью и сложенный клочок пергамента монаху, затем отошла от него и сжала кулак перед своим лицом. Тело её начало искривляться, отдельные части то увеличивались, то уменьшались в размерах, словно в отражении кривого зеркала, а затем она и вовсе исчезла.

Одинокий путник сидел у костра, играя на губной гармошке. Единственными слушателями были лишь подпевалы-сверчки, не попадавшие в такт человеческой музыки, и ночные звери, выходящие на охоту в тёмное время суток.

Путник свернул с дороги и забрёл поглубже, чтобы переночевать, поэтому он не боялся других людей, которые могут увидеть свет или дым от его костра. Никто не рискнет идти ночью через лес ради сомнительного улова. Лесные обитатели также не пугали этого человека. Он мог найти общий язык со многими зверьми. Для остальных же – рядом лежали лук и остро наточенный короткий меч.

Единственной серьезной угрозой в данный момент он считал непогоду. Наверху погромыхивало уже около часа, однако дождь так и не начинался. Перспектива вымокнуть была непритягательной, однако идти до ближайшего ночлега оставалось ещё довольно долго, а он уже порядком вымотался за этот день. Поэтому возможность долгожданного отдыха казалась способна оправдать любые риски.

Сунув гармошку в карман, путник подложил свою небольшую сумку под голову и улёгся спать. Пока ещё было тепло, и если ему повезёт и дождь не начнётся, то ночь будет прекрасной. Жаль лишь, что за тучами не было видно восхитительного звёздного полотна и так красиво сияющих в ночи осколков луны. По религиозным верованиям, её разбили на две части Боги в своей глупой войне.

Ветки в костре потрескивали, сверчки, несмотря на молчание диковинного духового инструмента, продолжали стрекотать. А выжидающая свою жертву сова иногда приглушённо вскрикивала.

И уже когда сновидение подкралось совсем близко, а сознание начало падать в приятную пустоту, послышался глухой удар о землю и треск дерева. Земля будто задрожала от прокатившегося грома.

Путник одним резким движением вскочил на ноги, выхватил лук и приготовил стрелу. Он огляделся. Перед ним красовалось сваленное молнией дерево и горящий пень, у подножия которого лежал человек. Рядом с ним, перпендикулярно воткнувшись в землю, торчал меч. Таких мечей охотник в своей жизни не видел: длиной метра в полтора, а шириной в две мужские ладони. Трудно представить, как вообще можно управляться с такой махиной, но самым странным было не это. Под грязью и копотью можно было разглядеть, из чего был изготовлен меч, – из золота.

Тело возле меча дёрнулось. Затем пришелец медленно поднялся, отряхнулся. Сначала он посмотрел в небо, затем огляделся по сторонам.

Заметив человека перед собой, он поздоровался: – Здравствуй, не подскажешь, где я? – Затем, секунду подумав, добавил: – Начнём с материка, и, да, скажи, какой сейчас год?

Ответа от собеседника он дождался не сразу. Тот стоял застывший, не веря собственным глазам. Бывалый охотник видел перед собой нечто: оно было похоже на человека, ростом около двух метров. На удивление пышные волосы были светло-жёлтыми, ниспадающими чуть ниже плеч. Под рваными кожаными серыми доспехами просматривалось крепкое телосложение воина. На запястьях красовались два широких серебряных расписных браслета.

Это могучее существо можно было бы с натяжкой назвать сказочным принцем, если бы не одно «но». И дело не в рваных одеждах и взлохмаченном виде, а в лице. Оно было похоже на фарфоровую белую маску, которую мастер делал по образу прекраснейшего лица. Но в процессе создания шедевра что-то пошло не так, и ремесленник, не в силах справиться с эмоциями, разбил своё творение.

Лицо это двигалось, треснувшие фарфоровые осколки изображали мимику, щель на месте рта изобразила ехидную улыбку, обнажив белоснежные зубы, которые были больше человеческих и походили на клыки хищника. Из верхних щелей выглядывали веселые желтоватые глаза.

– Понятно, — сказал пришелец, не переставая улыбаться, – Покажи, в какую сторону идти до ближайшего места, где можно встретить людей, умеющих разговаривать.

Ошеломлённый путник указал головой на юг, не опуская лука и не отводя взгляда от странного гостя.

– Благодарю вас, сударь, – учтиво ответил необычный странник, закинул огромный меч за спину и скрылся в лесу.

Простояв неподвижно минут пять, охотник сел. Пытаясь убедить себя, что всё это последствия грибного супа, съеденного только что, он снова лёг, но лук из рук не выпустил. Прошло около часа, прежде чем он снова смог расслабиться.

Однако стоило ему закрыть глаза, как он почувствовал на руках жжение. Мгновенно очнувшись, он посмотрел на них: на запястьях виднелись золотые толстые цепи. Не успел он сообразить, что происходит, как неведомая сила потащила его в сторону юга.

Его волокло по земле несколько метров, он врезался в какой-то ствол. Вокруг всё плыло. Он не понимал, сколько прошло времени. Вдруг невдалеке послышались грязные ругательства – пришелец вернулся.

– Что ты со мной сделал? –поднявшись на ноги, проорал путник. Его уже не пугало существо, несмотря на то, что лук и меч были далеко. В этот момент он заметил, что никаких цепей нет.

– Так ты умеешь говорить, – холодно протянул странный тип.

– Кто ты? Откуда ты? И что ты сделал со мной? – не унимался путник.

– Как много вопросов для человека, который совсем недавно не мог вымолвить ни слова.

– Отвечай!

– Начнём с того, что здесь я не по своей воле, – он указал в сторону горящего в дали дерева, – Меня сюда прислали, не спрашивая моего желания.

– Кто прислал? Зачем? И вообще, это не то, о чём я тебя спрашивал.

– Просто прими за аксиому, – но, увидев непонимание собеседника, он поправился, – Прими как должное, что этот мир не единственный, я пришёл из другого измерения, сейчас там война, и я нужен там. Благо, что преимущество межпространственных дыр в том, что есть возможность попасть в то же самое место, из которого меня выкинули.

– Ммм…, – невольно промычал охотник.

– Да, для твоего разума это сложно, однако послушай: почему-то меня выбросило именно сюда, к тебе, и нас связало, – он погладил своё запястье. — Я не могу отойти от тебя, а ты от меня. Это, насколько я знаю, побочный эффект перемещения. Ему нужна опорная точка, которой почему-то оказался ты, и, как побочный эффект, как ошибка в расчётах, нас связало. Что-нибудь понял?

– Да, немного.

– Правда? – пришелец казался действительно удивленным. – Так вот. Я не силён в этой области магии и не знаю точно, что будет, если я тебя убью. Либо мне придётся таскать твоё тело с собой, что не очень удобно, но позволительно или же, что хуже, меня привяжет к месту твоей смерти. А из этой глуши мне не достать то, что нужно.

– Так ты зна-ешь…, – парень запинался, ему было впервой разговаривать со страшным фарфоровым лицом, – Знаешь, как исправить это?

– Да, знаю. И тогда цепи разорвёт, и мы избавимся друг от друга. Так что тебе придётся идти со мной.

– А если я не захочу тебе помогать, просто сяду тут и всё?

Пришелец расплылся в своей омерзительной улыбке, которая пугала сильнее оскала волка, и расхохотался.

– Во-первых, я не прошу помощи. Ты мой балласт. Я прошу идти со мной. Во-вторых, ты видел, что будет, нас просто будет стягивать обратно при преодолении определенного расстояния. Мне кажется, это порядка двести метров.

– Просто отличные перспективы, – сказал путник и выругался.

– Я рад, что ты согласен, – улыбнулся пришелец. – А теперь позволь представиться! – Левую руку он положил на грудь, правую отвел в сторону и сделал своего рода реверанс: – Рэус Рав Беллум!

– Арней, – подавать руку мужчина не стал.

Они вернулись к костру. Пришелец осмотрел своего нового компаньона: молодой мужчина, наверняка ему ещё не было тридцати, поношенная тёмно-серая рубаха, поверх неё кожаный жилет бурого цвета, сшит он был довольно неряшливо, шея обмотана платком. Грязные штаны также из кожи, похоже, что этот человек много времени проводил в лесу и на охоте. Чёрные волосы собраны в короткий хвост на затылке.

– Что ж, Арней, теперь, когда мы научились разговаривать, поведай мне, где мы и какой сейчас год.

– Насчет местоположения скажу: на юго-востоке от нас Каркодес, в противоположной стороне Глациес. А вот за годом я не слежу, да и никто не следит уже, кроме придворного писаря.

– То есть мы сейчас в Бенаге́е? –обрадовался Рэус.

–Ты знаешь название этого материка? Узнаёшь города?

– Да, я был здесь когда-то. Пытаюсь понять, когда. Сколько поколений королей сменилось с правления Америна Первого.

– Америна Первого? – Арней был поражён. — С тех пор правило четыре короля, сейчас пятый. Прошло уже более двухсот пятидесяти лет. Каков же твой возраст, чудовище?

– Ты и чисел таких не знаешь, да и восприятие времени у нас с тобой значительно отличается, – слова про чудовище его явно не задели. – Скажи, есть ли поблизости место, где можно отдохнуть, поесть и выпить? Нам есть что обсудить. Затем мы двинемся в Каркодес.

– Вообще-то, у меня были другие планы, – Арней помедлил, осознавая всю тщетность возражений. Затем продолжил: – К югу отсюда находится таверна «Бычий Дом». Правда, место не из лучших, да и ты привлечёшь внимание.

Рэус подошёл к сумке Арнея, покопался в ней, вытащил походный плащ и накинул на себя, натянув капюшон, как можно ниже.

– Вообще, неплохо, однако твой меч слегка заметен.

– Это не проблема, – странный воин провёл рукой по своему оружию, закинул на спину, и оно исчезло, – Я могу скрывать свой кладенец, пока он в ножнах. Тем временем клинок просто укрепился на спине хозяина без каких-либо приспособлений, но что именно подразумевал под «ножнами» пришелец, в данный момент Арнея интересовало в последнюю очередь. — Ну что, выдвигаемся?

– Сейчас? — удивился Арней. – Я ведь собирался здесь переночевать.

– Ах, это не проблема, ложись, я подожду. Рэус показательно отвернулся и начал насвистывать мелодию.

И тут до путника дошло, что заснуть посреди леса, наедине с этим существом у него вряд ли получится. Он собрал вещи, затушил костер и пошёл в сторону юга.

– Отлично, я в тебе не сомневался, – губы Рэуса расплылись в улыбке, – Только вот ходить – это долго…

Он прокричал что-то на непонятном Арнею языке: – Celer, pati, forti, ctltr, pati, forti….

Из-под земли, раскидывая куски почвы, вырвался рыжий конь и подбежал к хозяину.

– Кто ты, чёрт возьми? – охотник в очередной раз замер в изумлении.

– Ох, – ухмылка скользнула по лицу пришельца, — Надейся, что никогда этого не узнаешь.

У места они оказались довольно быстро. Арней хоть и был знаком с верховой ездой, но не считал это любимым занятием. Его быстро укачивало. Сейчас же они промчались на невероятной скорости. Охотник спрыгнул на землю, как только они остановились, его мутило, он еле стоял на ногах.

– А ты крепкий парень, как я погляжу! – в голосе Рэуса была слышна издёвка.

– Я… ненавижу… лошадей…

Будь его желудок не пуст, Арнея бы, наверное, вывернуло в этот момент. Он поднял глаза и увидел перед собой таверну.

Это было большое двухэтажное здание. Первый этаж выложен камнем, второй, видимо, построенный немного позже, был из дерева. Крыша была покрыта сланцевым шифером. Над входом висела вывеска «Бычий Дом» (буква «д» была недавно подправлена, поэтому выделялась ярче других) с нарисованным быком, который с жадностью пил пиво из огромной кружки. Разбитая, подвешенная над входом лампа качалась из стороны в сторону. Однако темно не было: из каждого окна сочился свет, и вкупе со смехом, доносящимся изнутри, это говорило о приятной обстановке внутри заведения.

Из дверей вывалился какой-то пьянчуга и зашагал быстрым шагом прочь. Новоиспеченные друзья вошли внутрь. Конь за их спинами будто провалился сквозь землю. Атмосфера и правда была приятной. Помещение было просторным, повсюду разместились столы в произвольном порядке, уютно потрескивал огонь в огромном камине, в укреплённом в нём котелке закипала очередная порция похлебки. За стойкой стоял управляющий и тщательно протирал чистой тряпицей кружки, при этом вслушиваясь в доносящиеся до его ушей разговоры посетителей, пытаясь пополнить свои запасы новым товаром – слухами. Официантки разносили пиво и еду, пытаясь не подставляться под шлепки захмелевших мужчин, и мило улыбались. Публику в этот раз больше привлекали места за центральным столом, там и расположилась большая часть посетителей. Тем, кто не смог поместиться на лавках, пришлось вставать позади спин сидящих, пролезать под ногами других, забираться на соседнюю лавку.

– Что там происходит? — спросил Арней у ближайшей официантки.

Девушка улыбнулась, посмотрела на одного путника, затем на второго. Её явно настораживало, что второй не снял капюшон.

– Там два брата показывают магические фокусы, говорят, что их предки были могущественными колдунами и что им передалась их сила.

Дальнейших разъяснений не требовалось. Толпа в передних рядах представления отшатнулась, произошёл небольшой огненный взрыв. Все охнули, кто-то отступил, затем снова собрались в кучку.

– Можно вас попросить, – Рэус подошёл поближе к официантке и протянул три золотые монеты. Голос его стал доверительным и немного шипящим, – Мне и моему спутнику налить лучшего вина, если у вас такое найдется, немного еды и комнату на ночь.

Глаза девушки заблестели. Золотые монеты приятным грузом легли в её хрупкую ладонь. Она боялась, что не найдется то, что сможет удовлетворить гостей за такую цену, но не успела она ничего ответить, как путники уже сидели за столом в самом неприметном углу таверны.

– Значит, так у вас сейчас выглядят великие маги и колдуны? – усмехнулся Рэус.

– Магия запрещена, – коротко ответил Арней.

– Так вот чем закончилась та великая война, которую мне посчастливилось наблюдать.

– Так ты был на войне с магами?

– Да, я видел многое своими глазами. Зрелище не из приятных.

–Ты сам зрелище не из приятных, – Арней заметно осмелел в многолюдном месте, – Если у тебя столько важных дел в своём мире, что ты здесь делал тогда?

Рэус засмеялся, он оценил шутку, ни тени обиды не было на его «лице».

– В тот момент моя цель находилась именно в этом мире. У меня была, так сказать, командировка сюда. Но всё пошло не по плану, и меня вернули.

Арней не понял слова «командировка», но уже начинал мириться, что не все слова его нового спутника будут ему понятны.

– Расскажи про то, что случилось в те времена. Об этом так много слухов, но какие из них правдивы, не известно.

Рэус улыбнулся. Ему нравилось внимание, он любил рассказывать истории и когда его слушают. А сейчас его собеседник был само внимание. И тогда он начал: – Сейчас мы находимся на материке Бенагея, в одноимённом государстве. Когда-то сюда приплыла знаменитая ведьма Анита Эзерлье, представительница знатного рода. Поговаривали, что она спасалась от своего очень навязчивого ухажёра. Но эта причина больше подходит для романистов. Она обожала страну, в которой родилась и выросла – Ландезию. Но напряжённая ситуация с соседним государством Пелеон вызывала у неё множество проблем. В Пелеоне начались гонения на людей, владеющих сильными магическими способностями, и этот опыт страна передавала своей соседке –Ландезии. Великие маги притворялись обычными фокусниками, сродни нашим с тобой сегодняшним соседям, и прятались. Анита была слишком горда, чтобы прятать свои выдающиеся силы, поэтому она переплыла море и приехала в страну, о которой многие говорили: «Рай для магов».

Благодаря своему незаурядному уму и магическим способностям она быстро доросла до приближённой короля. А ещё потому, что она была очень хороша собой. – Рэус поднял глаза, предаваясь воспоминаниям, и облизнул губы своим невероятно длинным змеиным языком. – Король был сражён её красотой и талантами, и между ними случился роман. Однако ни к чему хорошему это не привело. Как я сказал, Анита была слишком горда, чтобы оставаться просто любовницей, она хотела власти. Но король не мог отказаться от своей жены, наследницы самого знатного и богатого рода в Глациесе – столице Бенагеи. Но у Аниты уже появлялись свои сподвижники. Почти все сильнейшие маги Бенагеи считали её своим лидером. Той, кто продвинет их, магов, на государственные посты. В стране начались волнения. Король понимал, что нужно всё решать миром и попытался прогнать Аниту. Она уехала, но через девять месяцев вернулась.

– Это лучшая бутылка вина из нашего погреба, господин, – любезно улыбаясь, сказала официантка, – Как только зажарится баран, я тотчас же принесу вам самый лучший кусок.

– Благодарю, сударыня, – слегка поклонился Рэус.

Как только она скрылась за пивной стойкой, он продолжил: – Да, она принесла ему дитя. Ах, я забыл упомянуть, что король уже долгие годы не мог зачать ребенка со своей собственной женой, и престол после его смерти должен был перейти к его младшему брату. Что, кстати говоря, и произошло в конечном итоге. Но обо всем по порядку.

Рэус откупорил вино, понюхал и налил в бокалы.

– Король сначала растерялся и заперся у себя на несколько дней. Анита с малышом всё это время жила в замке, стараясь как можно чаще попадаться на глаза королеве. На четвертый день король позвал к себе Аниту. Она была готова ко многому, даже к изгнанию, на что у неё был припасен запасной план. Но вот на что у неё не было плана, так это на измученный и нездоровый вид короля. Увидев её, он подошёл. Казалось, что величественный повелитель сейчас расплачется и упадёт на колени. Этим она была сбита с толку. Но, поравнявшись с ней, он неожиданно всадил стилет ей прямо в грудь. Служанки слышали крик женщины, затем плач ребёнка. Через четверть часа король вышел из своих покоев. Один.

– Это звучит безумно, – признался Арней, – Я слышал, что она штурмовала замок, что король героически отбился от атаки магов. Никакой любви, никого ребенка!

Рэус, удовлетворённый реакцией собеседника, вальяжно отпил вина:

– Первым же распоряжением короля был указ привести в боеготовность армию. С этим он не прогадал. После вести о смерти наставницы среди магов вспыхнула волна гнева. К ночи этого же дня они отправились на штурм замка. Королева была убита. Погибло много слуг и воинов короля, методов борьбы с магией было мало. Несколько колдунов могли уничтожить большой отряд хорошо вооружённых солдат. Но, как это и случается, нашёлся предатель. Маг, которого ни во что не ставили, его силы были ограничены. И только благодаря влиянию отца его звали на значимые в мире магов мероприятия. Король пообещал, что за добрую службу оставит его при дворе и он станет королевским магом, единственным живым в стране, а следовательно, самым сильным. Это право должны были получить все его потомки, однако больше одного ребёнка ему иметь запретили. Он согласился.