Неукротимая Лея

Оставив машину на стоянке управления полиции округа и города Хайфа, Лея уверенно вошла внутрь здания. На проходной молоденькая служащая в форме c погонами сержанта подсказала ей нужный этаж и номер кабинета, куда она, отправившись к лестнице, поднялась пешком. Пару минут спустя Лея уже была у нужной ей двери под номером 312, в которую легонько постучала и, после разрешения войти, шагнула внутрь.

– Госпожа А-ва? – среднего роста моложавый подтянутый мужчина в цивильном костюме встал из-за стола навстречу ей.

– Так точно, – чётко ответила Лея, подходя.

– Капитан Ицхак Барнур, – представился он, пожимая ей руку, – прошу садиться.

Хозяин кабинета располагался за столом, в центре которого находился большой компьютерный монитор, рядом стояли пара стационарных телефонов и лежали целых три мобильных.

– Кофе? – спросил он несколькими секундами позже, после того как разглядел свою гостью повнимательнее.

– Можно, – ответила она, осматриваясь по сторонам.

Кабинет Ицхака был небольшим, но, кроме стандартной мебели – стола, кресла хозяина, четырех стульев для посетителей, большого шкафа с многочисленными папками дел и обязательного сейфа, вмещал в себя множество цветов. В основном это были кактусы самых разных форм и расцветок, которые стояли в кадках у стены и на подоконнике. Еще здесь имелся небольшой аквариум с золотыми рыбками, а у окна пристроился маленький кофейный столик.

– В наличии у меня имеется «боц». Или, если хотите, «капучино» из автомата? Он у нас тут стоит в коридоре рядом, так я сбегаю?.. 1

– Просто растворимого с молоком, если он у вас есть, будет достаточно, – улыбнулась она.

Дверь едва слышно скрипнула, и в комнату вошёл еще один мужчина, завидев которого, Ицхак вскочил со своего места.

– Добрый день! – поздоровался вновь пришедший мужчина лет сорока пяти, одетый в гражданское, направляясь к столу и попутно внимательно оглядывая Лею; затем представился: – майор Ави Тамам, отдел специальных операций.

– Лея А-ов, – кивнула ему гостья.

Мужчины обменялись быстрыми взглядами.

– По телефону мы вас немного ввели в курс дела, – с ходу начал разговор Ави, присаживаясь на свободный стул, – так что, если вы не против, мы могли бы выехать на место в самое ближайшее время для ознакомления, так сказать.

– Нет проблем, – сказала Лея, принимая из рук Ицхака картонный стаканчик с кофе. – Можно прямо сейчас.

– Как я вам уже сказал, правда, по телефону, работа эта опасная, так что вы еще раз хорошенько обо всём подумайте.

– Я приняла решение и готова действовать.

– Окей, замечательно! – потёр ладони Ицхак.

Спустя минут десять, сидя в быстро двигавшемся большом белом служебном авто «шевроле», они продолжили разговор.

– В нашем городе, кто бы мог подумать, действует серийный насильник, – говорил сидевший за рулём Ицхак, уверенно вписываясь в узкие участки дороги. – И действует нагло, чуть ли не в открытую, а мы пока ничего не можем с этим поделать.

– За девять месяцев семь изнасилований. Это те случаи, после которых пострадавшие обратились в полицию… После третьего случая мы установили вокруг несколько дополнительных камер, но толку от этого почти не было. Есть с десяток фото, в которые попал наш подопечный под разными ракурсами, но он всё время ходит в куртке с капюшоном, даже в жаркое время. А еще пару раз в дни происшествий была туманная погода, тут ведь до моря всего несколько сотен метров, так что часть фото вышли нечеткими.

– Есть ли какая-то периодичность во всех этих случаях? Ну, фазы Луны там или что-то в этом роде, – спросила Лея, сидевшая рядом с водителем и с интересом разглядывавшая разворачивающуюся перед ней панораму центральной части города Хайфа, в котором она не была вот уже несколько лет. И отметила для себя, что многое изменилось за это время, появилось много новых дорог, развилок, стоянок, построек.

– Нет, наши аналитики не нашли в этом закономерности, – ответил Ицхак.

– Предпочтения насильника? – задала новый вопрос Лея. – Пострадавшие женщины молодые или же среднего роста, полные или худенькие, с полными ногами или, может быть, с большой грудью?

Мужчины переглянулись.

– Пожалуй, насчёт груди… четыре из них таки да, имеют довольно большую грудь, – сказал майор Тамам, слегка запнувшись при ответе. – В остальном же нет совпадений. Кстати, мы надеемся, что «наш» насильник, получивший кодовое имя «Петр», даст о себе знать в ближайшие дни, потому что со дня последнего случая прошло три недели.

– Доподлинно установлено, что он русскоязычный? – спросила Лея, услышав русское имя.

– Да, пострадавшие женщины в один голос утверждают, что несмотря на достаточно хорошее знание иврита, преступник говорит с акцентом, а одна из них, русская по происхождению, просто уверена в этом.

– Венерические заболевания, извращения имели место быть? – задала новый вопрос Лея. – Их, пострадавших женщин, в смысле, ведь проверяли после этого?

– Болезней никаких не выявлено, а вот насчет извращений… в одном, всего в одном из случаев, в предпоследнем, кажется, наш подопечный, атакуя женщину сзади, имел с ней половой акт в задний проход.

– В спешке и при активном сопротивлении потерпевшей он мог и не разобраться куда и что, – спокойно резюмировала Лея. – А может, он решил таким способом наказать её за сопротивление. Но это лишь моё предположение, – уточнила она, заметив что её спутники словно по команде задумчиво нахмурили брови.

Оба полицейских молчаливо покивали.

Спустя некоторое время их автомобиль приблизился к месту событий и сбавил скорость.

– Это каньон, – сообщил Ицхак, хотя Лея и так уже узнала об этом из огромных рекламных щитов, и просто при виде трех огромных зданий, по виду явно торговых.. 2

– Вот тут, на этих переходах, все эти изнасилования и происходили, практически на одном и том же месте, – вновь заговорил Ицхак, притормаживая и уменьшая ход машины до минимума, а затем и вовсе остановившись. – После второго случая мы выставили полицейскую охрану – парами, в гражданском, однако, как вы сами понимаете, мы не можем здесь держать людей подолгу, потому что, если преступник внимательный и осторожный, то сразу вычислит тех, что слоняются тут без дела долгое время, и это его может отпугнуть. Тем более, что после десяти вечера тут почти прекращается движение, то есть каждого видно. Он же обычно дожидался момента, когда жертва оставалась одна в пределах видимости и нападал…

– Вот этот металлический мостик с довольно узкой лестницей, ведущий к одному из боковых входов в каньон, на которой произошло пять из семи случаев, – продолжил Ави. – Получается, что на ней удобно, догнав человека, ограничить его в движении, схватив сзади. Мы мостик этот хотели было совсем перекрыть, построив другой – пошире, но где гарантия, что наш преступник не найдёт другое подходящее ему место для нападений. Мы очень надеемся на вас, Лея, иначе ирия с нас не слезет, и тогда надо будет ставить дополнительные камеры, а также подключить к поиску патрули, включая автомобильные, а всё это может спугнуть нашего клиента, не говоря уже о том, что будут потрачены уйма времени и куча денег. 3

– Ну хорошо, будем надеяться, что я по всем параметрам подойду нашему насильнику, – сказала Лея невесело улыбнувшись. – Мне потребуется специальный лиф – пластиковый, который кроме большего размера бюста даст и дополнительную защиту, трусы-бандаж, которые невозможно снять с человека. Насколько я знаю, у вас всё необходимое есть. Ну, и всё. Когда вы хотите начать?

– Да, хорошо бы прямо сегодня! – воскликнули мужчины одновременно.

– Но я вас прошу, Лея, вы всё же еще раз хорошенько всё обдумайте, – уже снизив тон, сказал Ави Тамам. – Как-то страшно посылать вас туда, в руки этого маньяка. Вы мне как дочь… С другой стороны, если не мы, профессионалы, сделаем это, тогда кто? Итак, если вы окончательно решили помочь нам, мы с вами должны составить договор, а также заполнить страховой полис, затем получить и примерить на вас всё, что с этим связано. Еще у вас будет короткая беседа с нашим социальным работником, после чего вы получите чек на всевозможные, включая непредвиденные, расходы. Номер в гостинице для вас уже снят. Так что удачи!

Оба офицера с чувством пожали ей руки.

Еще около двух часов заняла у неё работа со специалистами техотдела, после чего она с помощью приятной женщины по имени Нили примерила и надела на себя пластиковый лиф и трусы-бандаж.

– Смотри, – напутствовала её Нили, – человеку не под силу без инструмента снять с тебя эти вещи; разве что зная наверняка как они устроены и закреплены. Кстати, девочка моя, эти мужланы сказали тебе, что наш насильник физически весьма силён, или же не стали тебя пугать, пожалели? – В её голосе звучал лёгкий сарказм.

– Видишь ли, Нили, понятное дело, что он физически не слаб, вероятно, как любой средний мужчина его возраста и комплекции, которому под силу справиться с обыкновенной женщиной, да ведь и я не совсем простая… Другое дело, что он предельно нагл, и слёзы его жертв не пугают его, а возможно, даже возбуждают. Наши пострадавшие дамочки, скорее всего, не помнят всех деталей нападения на них, так как, я читала, 70% женщин при изнасиловании впадают в шоковое состояние. Но, – прервала Лея сама себя, повторившись, – я ведь не совсем простая женщина…

– Это-то меня хоть немного да успокаивает, – сказала Нили, окончательно подгоняя амуницию, после чего установила и закрепила в волосах Леи за ухом микрофон не более чем в сантиметр величиной.

– За тобой будет вестись постоянный контроль – аудио и видео. Я настояла, чтобы кто-нибудь вёл тебя также напрямую, под постоянным визуальным контактом. Это будут опытные офицеры, находящиеся в автомобиле сопровождения. Чем подставлять тебя под удар, по мне было бы спокойнее, чтобы государство выделило на это дело еще пару-тройку миллионов шекелей, понимаешь, но чтобы всё прошло гладко.

– На твоём пелефоне будет постоянно открыто одно из окошек в режиме записи. Сейчас наши специалисты в соседней комнате подгоняют его для этой цели. Вот тебе флакончик с газом, он, как ты видишь, размером не больше тюбика помады. Газ сильный, при прямом попадании в лицо шокирует минут на десять, человек всё это время ничего не видит и практически не может функционировать. Держи его всегда под рукой. 4

– Принято, спасибо, – с излишней весёлостью в голосе сказала Лея.

Спустя еще некоторое время она въехала на стоянку гостиницы, быстро отметилась у стойки портье и пешком поднялась в свой номер на третьем этаже. Номер оказался даже лучше, чем она надеялась, эдакий полу-люкс. Накануне Лея легко перекусила в первом подвернувшемся кафе салатом и стаканом сока, решив что наедаться не следует, особенно если ей предстоит схватка с насильником. Улегшись на диван со всем этим защитным оборудованием на теле, она поняла, что ей в нём неудобно – жмёт в некоторых местах и кое-где мешает движениям, – но делать было нечего.

«Завтра надену эту сбрую как можно позднее, накануне выхода, – подумала она, заставляя себя закрыть глаза в надежде часок подремать. – А может, как знать, никакого завтра уже и не будет, и всё произойдёт еще сегодня». Так или иначе, она решила никакой конкретной стратегии поведения не придерживаться, понадеявшись на то, что при необходимости её мозг и чувства подскажут, как себя вести.

Вечерело, когда Лея вышла на свою «охоту», оставив машину на бесплатной стоянке в «кармашке» у дороги. Оказавшись на заранее обговоренном месте, она внимательно огляделась по сторонам. Вид на город, тянувшийся всеми своими зданиями вверх, по холмам, был великолепен, а набережная Хайфы, начинавшаяся в двух сотнях метров отсюда, с подсвеченными пальмами, растущими вдоль дорог, смотрелась очень даже симпатично.

Стоял конец сентября. Погода была чудесной: многочисленные яркие звезды всех существующих цветов грудились перемигиваясь на небе; летняя жара, которая держалась в Израиле от начала июня до середины сентября, всего несколько дней назад стала уступать место осенней прохладе; в России такой период назвали бы бабьим летом. С моря дул легкий бодрящий бриз. Здесь, вблизи каньона, в этот час было уже совсем малолюдно. Редкие бегуны рысцой проскакивали мимо, почти у всех на руках были прикреплены мобильные устройства, из ушей торчали провода, у некоторых же на головах имелись крупные чаши наушников.

Медленно поднявшись по ступеням на уровень zero – нулевой этаж, она исподволь внимательно огляделась по сторонам, но не заметила ни одного подозрительного или даже просто одиноко стоявшего мужчины. Обследовав оказавшийся к ней ближе всего местный «Нью-фарм», из которого Лея вышла с небольшим пакетом с покупками, девушка отправилась в супермаркет, где в течение примерно получаса честно изучала ассортимент магазина, складывая покупки в корзинку, заметив что в торговых предприятиях города Хайфы все товары на 10—20% дешевле, чем в её родном городе Кфар-Саба. Рассчитавшись в кассе, в обратный путь она пустилась уже с двумя увесистыми пакетами в руках.

– Лея, – вдруг прозвучало у неё прямо в ухе, – это Йони, старший офицер группы сопровождения. Всё идет как обычно, подозреваемого пока не наблюдаем, но у нас всё под контролем. Не волнуйтесь, если что, минута, самое большее две и мы, если потребуется, конечно, окажемся с вами рядом.

Лея не отвечая улыбнулась, давая понять, что и у неё всё в порядке.

Перемещаясь с сумками наперевес, она честно тратила время, исследуя все магазинчики поблизости, затем исходила все лесенки и переходы, находившиеся с этой стороны каньона, после чего, глянув на часы, отправилась к стоянке своего автомобиля. Она шла тяжеловатой походкой утомившегося за день человека, но не слишком демонстрируя усталость, ведь возможно и то, что насильник не лишен чувства прекрасного и не заинтересуется измученной женщиной, лишённой хоть частички шарма. Стараясь не глядеть по сторонам, словно погруженная в собственные думы и заботы, она нарочито медленно спустилась вниз, к своему автомобилю, но на её честь так никто и не покусился.

Уложив пакеты и заведя двигатель, Лея тронулась с места, а спустя пару минут связалась по мобильному с офицером, руководившим засадой.

– Ну что, Йони, мой «клиент» на ваших камерах не засветился?

– Очевидно, у него сегодня выходной, – со вздохом ответил старший группы капитан Йонатан. – Нили уже по дороге к тебе, в гостиницу.

– Спасибо, до завтра. Будем на связи.

Нили дожидалась её у входа в номер.

– Прости, что приходится отрывать тебя от семьи, – сказала Лея, открывая дверь и впуская гостью.

– Да ничего, дело привычное. Да и «шаот носафот» не помешают, денег больше заплатят. 5

– Выпьешь со мной кофе или чаю? – спросила Лея, раскладывая принесённые покупки на кухонном столике. – Надеюсь, мне не придется всё это съесть здесь, в гостинице, иначе это дело возьмёт у нас целую неделю.

– Ага, закупилась ты основательно, – усмехнулась Нили, бросая взгляд на продукты. – Давай я тебя вначале освобожу от твоих доспехов, а то ведь, как я понимаю, в них и вздохнуть толком невозможно.

Женщины, закончив дела с переодеванием, перекусили бутербродами с сыром и печеньем, выпив кофе, а затем и чаю, и спустя примерно час тепло расстались.

– Завтра я буду у тебя не раньше 19.30, – сказала Нили на прощанье.

– Ты извинись за меня перед супругом и детками за позднюю работу, – сказала Лея с улыбкой, провожая женщину к дверце кабинки лифта.

– Окей, всё будет хорошо, – отозвалась Нили.

Вернувшись в номер, Лея около получаса болтала со своим супругом Алексом, частично посвятила его в свои дела, не раскрывая самой сути задания, а попрощавшись с ним, стала готовиться ко сну.

Следующее утро Лея начала с пробежки, удовольствие от которой трудно было переоценить, так как Хайфа носит неофициальный титул самого красивого города страны. Начав бег с нижней точки горы Кармель, она взбежала на самый верх, откуда ей открылся потрясающий вид на каскадные Бахайские сады. Отсюда сверху были также видны пляжная линия и променад с многочисленными кафешками и ресторанами.

«Ужасно, когда в таком красивом городе заводится мразь вроде этого насильника», – подумала Лея; подспудно где-то в душе было даже приятно, что именно ей поручено попытаться его поймать, избавив город от хотя бы одного из позорных пятен, его портящих.

В этом прекрасном городе было еще много чего интересного: пещера Ильи-пророка, кармелитский монастырь Стелла-Марис, и многие-многие прочие места, которые Лея планировала посетить если не в этот приезд, то в самом ближайшем будущем.

Спуск вниз оказался гораздо легче подъема, всего же её тренировка заняла около двух часов. Усталость после неё была основательной, но приятной, а после контрастного душа и вовсе отступила.

Позавтракав в гостиничном ресторане, она посвятила оставшееся время до обеда осмотру всяких разных достопримечательностей, расположенных поблизости, а пообедать Лея решила в одном из рыбных ресторанов побережья. Вздремнув с 16 до 18 часов, Лея выбралась из постели, чувствуя себя вполне бодрой и готовой для выполнения задания.

Нили пришла вовремя, как вчера и обещала, и они вместе, не спеша, учитывая вчерашние огрехи в надевании амуниции, повторили всю процедуру.

– Как ты теперь себя чувствуешь? – спросила её Нили, оглядывая Лею и охлопывая в девятый или десятый раз.

– Вполне сносно, – ответила Лея, после чего женщины обнялись, а спустя некоторое время расстались. Чуть позднее, взглянув на часы, она включила телевизор, собираясь посмотреть новости.

Наступил вечер. Когда Лея, оставив свою машину на самой дальней стоянке от каньона, направилась к торговому комплексу, у неё в ухе пикнуло подтверждение того, что всё идет по плану и она находится под контролем. Сегодняшнее небо было не столь девственно чистым, как вчерашнее, по нему в этот час со стороны моря лениво плыли тяжёлые тёмные тучи и потому звёзд почти не было видно. Любой европеец или американец решил бы, что вот-вот хлынет дождь и, скорее всего, не ошибся бы, но что касается Израиля, тут такое грозное небо часто бывает обманчивым и беременные тучи, едва удерживающие в своём нутре многотонные запасы воды, уносили её прочь, вглубь материка, где благополучно разрешались от бремени где-нибудь в пустыне.

Лее этим вечером пришлось практически повторить вчерашний экскурс по магазинам, только сегодня она решила никаких продуктов не закупать, ограничившись всякой хозяйственной мелочёвкой. Ранее, когда Лея жила вместе с родителями, она почти не обращала внимания на подобные вещи, теперь же, когда она, выйдя замуж, зажила своим отдельным домом, этим приходилось заниматься самой. Она заходила в магазинчики, советовалась с продавцами или опытными покупательницами, и по их совету приобретала хозяйственные товары для дома. Папа Толя всегда повторял ей старую русскую поговорку: «Язык до Киева доведёт», что означало, что люди всегда помогут добрым советом, и теперь выяснялось, что он был, как всегда, прав. Доброжелательные в своём большинстве израильтяне с терпением и душевным теплом охотно делились своими знаниями и опытом с молодой хозяйкой, за что она их сердечно благодарила.

Взглянув на часы и решив что на сегодня достаточно шоппинговать, Лея направилась к своей машине, для чего ступила на ту самую лесенку, облюбованную насильником, только теперь она шла по ней вниз. В какое-то мгновение ей показалось, что она слышит чьё-то дыхание позади себя, но она сдержалась и не оглянулась назад, а спустя еще несколько секунд дыхание приблизилось и чьи-то грубые руки схватили её сзади за спину.

– Лё лазуз, вэ лё ийе лах байот, – услышала она произнесённое на иврите предложение ей в самое ухо грубым мужским голосом. При этом акцент говорившего действительно, как и заявляли пострадавшие, был русским. В следующее мгновение нападавший схватил сзади обе её руки, из которых Лея выронила на лестницу свои сумки, и рывком завернул их за спину, после чего толкнул её на поручни лестницы, одновременно наклоняя вперед. Тут она почувствовала, что нападавший насильник, а это, понятное дело, был он, был попросту чудовищно сильным, и это открытие её не порадовало. А нападавший тем временем, держа её сведённые вместе руки за спиной одной рукой, другой с размаху налепил ей на лицо в области носа и рта какой-то дурно пахнущий скотч. 6

«Эге, да так он, пожалуй, и вправду до меня доберётся», – подумала Лея, расслабив руки и тем самым давая понять нападавшему, что она смирилась с его действиями. В этот момент она не могла воспользоваться ни мобильником, так как рот её был заклеен лентой, ни чем-либо другим для своей защиты. А насильник тем временем задрал на ней юбку и его рука скользнула в бельё. Обнаружив на теле женщины вместо тоненького белья какую-то странную пластиковую конструкцию, насильник на несколько мгновений замешкался, и как раз в это время Лея, расслабив, а затем мгновенно напружинив до предела все свои мышцы, сумела вырваться из его объятий. Она успела также повернуться к насильнику лицом, когда он вновь попытался её схватить.

Попытку свою он сопроводил фразой «Е* твою мать!», после чего явно вознамерился ударить её кулаком в грудь. («Как же это так, сексуальный объект хочет ускользнуть из его рук!»). Прогнувшись назад так, чтобы он не сумел её достать, Лея нанесла ему два удара ногами: одна врезалась ему в грудь, другая – в подбородок. Это отбросило его на перила спиной, но в горячке схватки насильник эти удары почти не почувствовал. Тогда, пантерой метнувшись к нему, Лея почти в прыжке ребром ладони саданула его по шее сбоку, под ухом, отчего он, зашатавшись, опал на металлический поручень мостика. Затем, сделав ещё шаг, она воткнула ему локоть руки в подбородок, после чего насильник сполз на ступени, замерев в неудобной позе. А уже в следующее мгновение она увидела спешащих к ней на помощь полицейских – одновременно сверху и снизу по лестнице, первым из которых был Йони, державший в руке пистолет.

– Не стреляй, он нейтрализован! – крикнула ему Лея, пытаясь восстановить своё прерывистое дыхание.

Получасом позже она сидела в отделении полиции, в кабинете Ицхака, где также находился и Ави, и с удовольствием пила двойной горячий «эспрессо» без сахара и молока.

– Девочка ты наша родимая, надо же, умничка какая, ты прекрасно справилась, да еще сама, без посторонней помощи! – восторженно восклицал Ицхак.

– Вы знаете, ребята, – Лея отставила пустой стаканчик из-под кофе в сторону, – к сожалению, я вынуждена заявить, что случись это в другое время и в другом месте, где я бы не ожидала нападения, да еще и без средств этой вашей защиты, я не знаю… Боюсь, он сумел бы добиться своего, тем более, что физически наш «клиент» уж очень силён.

– Да, тут выяснилось, – махнул какими-то листками Ицхак, которые он держал в руке, – что он там, в СССР, был спортсменом, мастером спорта по тяжелой атлетике. Конечно, теперь, когда ему сорок два и он не тренируется, уровень подготовки уже не тот, но все-таки… А самое главное, что в этом, именно твоём случае он использовал клейкую ленту, что является новым в его поведении и характеризует как хладнокровного насильника с трезвой головой, идущего на преступление, используя для этого разные новшества.

– Теперь, думаю, это поможет нам в суде против него, так как адвокаты не смогут заявить, что он действовал в горячке, шоке, во время всплеска тестостерона, полнолуния, или по какой-то там еще причине.

– Такие вещи надо бы предусматривать, если не хочешь, чтобы случилось что-либо неожиданное, – сказала Лея. – Это я не вам, себе в упрек говорю, ведь я-то свои силы знаю, а противника всегда лучше переоценить, чем недооценить.

В полдень следующего дня она в здании мэрии в торжественной обстановке получила из рук самого мэра памятный подарок, а также чек на энную сумму. Подарок она позднее аккуратно уложила в багажник своего автомобиля, а чек с приличной суммой, указанной в нём, переадресовала в фонд помощи больным деткам.

К вечеру того же дня Лея вернулась домой, где обняла своего супруга Александра, а позднее они уже вместе отправились домой к родителям Леи. А спустя всего неделю после этой истории, сверив все исходные данные, Лея поняла, что беременна.

– А почему эта девка у тебя в наручниках? – спросил «покупатель» по имени Каракюрт у Серкана, старшего охранника, указав на высокую хорошо сложенную брюнетку в ободранной одежде, стоявшую первой в группе испуганных девушек, жавшихся к стене трюма; кисти её рук спереди были густо перехвачены клейкой лентой.