Фантош. Игра в открытую

Глава 9

Вроде и не может мне сопротивляться и не пытается даже, впрочем. Плавится в моих руках. Выгибается и прижимается ко мне, сводя с ума прикосновениями шелковистой кожи и своим особенным, сладким ароматом. Который тонкими нотками смешался и с моим от того, что мы как неразлучники, вот уже несколько часов, словно приклеенные, не можем оторваться друг от друга. Это снова пробуждает во мне животные инстинкты, как будто самку свою пометил, и хочу это делать снова и снова, утверждая свои единоличные права на нее. Прямо зверь какой-то просыпается и требовательно рычит, выключая мозг.

Но как же с ней непросто! Постоянно ускользает, меняется в секунду, как ее поймать?

Лера задумчиво водила пальцами по моим плечам, постепенно спускаясь ниже, к уродливому шраму, и, добравшись до него, уткнулась взглядом, нахмурив бровки. Сомневается во мне. Это обидно, конечно, но ничего не попишешь. Вроде как всем женщинам, ну или многим, хочется от мужчины надежности, хотят быть уверены в завтрашнем дне. Хотят спокойной и гармоничной жизни, мужчину, на которого можно положиться, доверить себя, свою жизнь и своих детей. А тут я сам что не месяц, то с подпорченной шкуркой приезжаю, того и гляди, что-нибудь жизненно важное оттяпают.

Да уж. Не очень я на надежного похож, с ее стороны. Или похож? Что она на меня нарыла, интересно? Пока с своим Сашкой играла в детектива, проверяя на меня досье, составленное Ильей. Тогда оно было необходимостью, чтобы Клим не сомневался, что схватил меня за яйца. Что перед ним не фантомный агент, а самый обычный аферист и марионетка. А потом это же досье сработало против с неожиданной стороны, послужило тому, что Лера чуть не пристрелила меня в заросшем парке. Меня, прошедшего такую подготовку, с огромным боевым опытом и, более того, способного заставить любого пустить пулю в лоб себе, а не мне. Едва не прикончила девчонка, которая стала для меня важнее всего и всех.

– Лер, – отвлек я Милашку от изучения моих нелепых ранений, – давай вместе в ванну? Понежимся и поговорим.

Малышка задумчиво подняла на меня глаза, потом снова опустила, проскользив от груди до паха, и, рассмеявшись, ответила:

– Поговорим? Завуалировал неплохо, агент Сумрак! Но тебя сдал с потрохами твой перископ!

Весело ей! А что я могу поделать, если она сидит передо мной обнаженная, сводит с ума своими пальчиками, и вообще, я скучал! Но отмазываться я, конечно, не буду, поэтому просто подхватил ее на руки и опустил в уже наполовину набравшуюся ванну.

Раз уж мои желания все равно не скрыть, раздеваюсь и забираюсь к ней, выплескивая воду через край. Втиснулся с трудом, но зато малышка расположилась с удобствами, откинувшись мне на плечо и закинув стройные ножки на бортик. А я все никак не мог придумать, как начать этот разговор. Просто потому, что не был уверен, что закончится он хорошо.

Мало того, что я боялся разрушить этот хрупкий мир. Наш мир. В котором не место всем проблемам и всем будущим сложностям, которые ждут за порогом. Но вместе с тем я знаю, что если мы не поговорим, она может уйти и больше не вернуться ко мне никогда.

– Лер, у нас с тобой все… странно и сложно, но… ты создана для меня, а я для тебя, понимаешь?

Как я и думал, Лера тут же напряглась, но пока не возражала, давая мне возможность говорить.

– Наш малыш и ты, вы должны быть в безопасности. Я со всем разберусь и приеду за вами.

– А что, Джексон и анализ ДНК сделал? Или ты решил, что кто последний, тот и папа? – с горечью старой обиды спросила Милашка. Помнит же, вредина мелкая!

– Ты ведь знаешь, что я вижу, когда люди лгут?

– Начала сомневаться после того, как тебя Джексон развел.

– А что ты еще обо мне знаешь? Вы же с Борзым не зря столько времени убили на меня. Я знаю, что ты только моя. Я это вижу. Что нарыли?

– Вообще сначала мы выяснили, что в досье есть несоответствия, и их с каждым днем становилось все больше, но только больше нас путало. Женщин ты не обманывал. Ту, что с тобой на фото в свадебном платье, мы нашли. Это фото с ее бракосочетания с другим мужчиной, ты, видимо, был гостем, но кто она тебе, мы не выяснили. Она замужем за сыном какого-то генерала, не беременна ни от тебя, ни от кого другого. Мы думали, что она поскакала замуж после тебя, но оказалось, она с вами встречалась одновременно. Это ее я видела в твоей квартире.

– Когда?

– Мы еще не были с тобой знакомы. Ты встречался с женщиной, которая готовилась к свадьбе?

Свадьба! Как я про нее забыл? Хотя чего мне о ней помнить, разберусь, как только Лера будет подальше от меня.

– Видимо, у меня судьба такая. Ты же тоже готовишься? – я намеренно спросил немного со злостью. Мне не о чем беспокоиться. Замуж она обязательно выйдет скоро, только жениха я ей другого подберу.

– Да, – тихо ответила Лера, – так надо.

– Кому? Климу? Да я знаю. Только вот жених уже два месяца назад как сбежал из России. Твоему отцу нужны его активы. Ты же знаешь, как он хочет провернуть это?

– Почти ничего. Знаю, что стану богатой вдовой.

– Не хотелось бы. Да я и не богат, – хотел я исхитриться так, чтобы как-то издалека намекнуть ей, что все планы ее отца уже никогда не сбудутся.

Лера замерла, но не говорила со мной. Я не вижу ее лицо, не слышу голос. И догадываюсь, что она сомневается и переживает, по напрягшимся плечам и впивающимся в мои руки ноготкам.

– Лера, я все решу сам. Тебе больше не о чем беспокоиться.

– Ты супермен? Тебя тоже метеоритом накрыло?

– Нет, конечно. Но ты должна знать. Точнее, ты уже видела. То как я вижу… мир, всех людей, немного отличается от того, как видит все это большинство.

– Вот ты меня еще больше путаешь. Что значит – не так? Дальтоник или ясновидящий?

Лера, до этого спокойно сидевшая и наслаждавшаяся моими поглаживаниями, завертелась, снова поворачивая мои мысли в другое русло.

Я и так едва держу себя в руках, стараясь думать не о том, что моя красавица в моих объятьях полностью обнаженная. Так теперь она еще и волнует не только воду. Я даже не успел понять, как она так развернулась, и мой взгляд успел метнуться только от лица с удивленно распахнутыми глазами к упругим окружностям груди в воздушных хлопьях пены, с торчащими, набухшими сосками. Вот и поговорили. Это уже запредельная картинка. Хочу ее немедленно, и меня уже не удержать.

************************

Глава 10

Кирилла как подменили. Мало того, что носится по дому, как будто у нас наводнение или землетрясение, так еще и болтает без умолку. Все пытается мне что-то объяснить, вот только опоздал он со своими откровениями. Мы с Сашкой проделали огромную работу, разгребая все то, что Илья придумал. Точнее, исказил правду так, что вроде и по первому взгляду очевидно, что Сумароков – аферист, игрок, спускающий все, что у него есть, на азартные игры. Человек, живущий одним днем в собственное удовольствие. И вспоминая, как я сама попалась в плен его глаз и втрескалась по уши в него в первый же день, я, конечно, легко поверила, что, пользуясь своими внешними данными, он без труда мог очаровать любую женщину и вытянуть из нее все, что захочет.

Но чем больше я общалась с людьми, которые были в досье, тем больше я узнавала о нем совсем другие вещи. А ни один факт мошенничества не подтвердился. Точнее, все эти женщины действительно пострадали от аферистов, вот только Кирилл Сумароков пострадавшим неизвестен. Выяснили мы это случайно. Когда забыли фото из досье и я показала одной из женщин свои рисунки. Она его по ним не узнала. А вот по фото из досье Ильи сразу указала, что это он. И это нас сбивало, ведь пишу я действительно хорошо, Сашка вполне Кира узнавал на моих рисунках. Потом Сашка догадался показать другое фото Сумарокова, и вот тут начался для нас целый цирк. Все пострадавшие узнавали Кира на фото из досье, но по другим утверждали, что это не он и мы показываем им разных людей. Чудеса какие то.

И то, что он зависим от азартных игр, тоже было сомнительно, хоть и в досье написано, что играет он не в России, награбит тут и сваливает в Лас-Вегас, кутить и развлекаться в казино, спуская нечестно приобретенное. Вроде и тут все похоже на правду, но сомнения были.

Также в досье была и та женщина из его квартиры. Было указано, что Кир ее обманул и она обратилась за помощью к влиятельному человеку, а спустя короткое время вышла замуж за него. Женщина со мной встречаться наотрез отказалась. К ней вообще не подойти, как королеву охраняют. А вот Санчо запросто с ней встретился. Мадам оказалась любительницей молодого да мускулистого тела. Впрочем, можно ее понять, муж-то килограмм под двести, наверное, весьма непривлекательный тип. Я бы даже сказала, неприятный не только своим запущенным телом, но и его злое и заплывшее жиром лицо тоже вызывало только одно желание – отвернуться и не смотреть. А сама она красотка, конечно. Дядьке пухлому повезло.

И вот Сашке в отличие от меня удалось выяснить, что она работала когда-то синхронным переводчиком у военных, и Кир у нас какой-то супер-агент неизвестного подразделения, но вроде как он за наших. И уезжает он не в казино играть, а на какие-то спецоперации. А больше не удалось узнать даже Сашке с его связями, ну или он мне не стал больше ничего рассказывать. С этого момента он начал общаться с Ильей и Джексоном, а меня отправил обратно к папе— доложить, что Сумрак аферист и подонок, игрок и повеса.

И я шла с намерением доложить о результатах и сообщить, что Сумрак где-то в Вегасе, что, конечно, было враньем. И планировала исчезнуть тоже из вида Клима. Но звезды решили иначе. Катя пропала, и мне нужна была помощь Клима – найти ее. И я согласилась взамен на помощь стать фиктивной женой Марку Москвину, который был посредником в сделках Клима. Клим отжимал предприятия и мелкий бизнес у честных граждан, оформлял все на Марка, а потом покупал у него по смешной цене. Но Марк сбежал, не завершив последние сделки и не вернув Климу деньги за предыдущие. Еще одна марионетка соскочила с крючка. Не задался этот год у тебя, Карабас-Барабас.

А сейчас Кирилл все больше меня пугает своей неподдельной радостью, что станет папой. С чего бы ему так этого хотеть? Он же как ветер в поле. Гуляет сам по себе. Никому ничего не докладывает. То тут, то там. Какой из него папаша? Еще и злится на мои планы выскочить замуж, к слову, за весьма привлекательного мужчину. Ревнует, что ли? Тоже вряд ли, ему не привыкать делить своих женщин, спал же с той женщиной.

Кир все больше отвлекал меня от мыслей своей болтовней, и вроде ничего нового, вот только его слова, что он видит по-другому меня заинтересовали. Я его и так считаю инопланетянином, хочу знать, откуда его занесло к нам.

Но едва я повернулась к нему, он тут же переключился от разговоров, нагло меня разглядывая, притянул к себе и уже вознамерился заняться более приятными делами, но мы так никогда не поговорим, с его гипертрофированной озабоченностью.

– Отвечай, Кир! – потребовала я, поймав наглую мордашку в паре сантиметров от моего лица.

– Лер-р-ра-а, – зарычал на меня зверь похотливый, – потом!

– Нет, сейчас! Мне потом некогда. Мне надо…

В этот момент я поняла, что совершенно не знаю, куда мне идти, что делать можно, а что нельзя. Как узнать, какой срок и все ли в порядке с ребенком.

– Я буду мамой… – сообщила я вытаращившемуся на меня Киру, он что-то увидел и забеспокоился опять – Что делать?

Я не сразу поняла, что по моим щекам бегут слезы, только когда Кир начал убирать их, проводя пальцами по щекам.

– Все будет хорошо, Милашка. Тебе нужно отдохнуть. Я сам все решу, не волнуйся. К врачу поедем к хорошему, потом – все, что захочешь. Хочешь в магазин? Коляски там, пеленки. Все купим.

Коляски? Пеленки? Да я не знаю, как до них еще дожить! Что он вообще несет, знает, что никаких нас нет и не будет? Точно не от мира сего. Но меня ему удалось успокоить.

– Ты инопланетянин? – вернулась я к разговору, пока помню.

– Для тебя нет, – загадочно ответил Кир.

– Почему это?

– Моя вселенная в тебе, – прошептал Кирилл и замер в ожидании реакции, глядя прямо мне в душу своими индиго.

– Если бы такое сказал обычный мужчина, это звучало бы очень романтично, Кир. А вот от тебя… я не знаю, что ты имеешь в виду под этой вселенной. Мои мозги?

Мой ответ Кира, наверное, расстроил или как минимум не удовлетворил, и он выбрался из ванны, подав полотенце и мне.

– Поздно уже, завтра поговорим, Милашка. Пойдем спать, – сказав это, Кир вышел из ванной и, судя по звукам, и из комнаты тоже.

Я хотела дождаться, когда он вернется в спальню, но едва моя голова коснулась подушки, меня сразу сморил сон. Насыщенный эмоциями и потрясениями, долгий день завершился: в его постели, но без него.

Но проснулась уже в его объятьях. Опять под куполом его энергетики, как в первый раз, в этой же постели. Я не знаю, почему мне именно с ним так спокойно и так хорошо, наверное, потому что люблю. Я бы осталась и доверилась ему, но тогда наш с Сашкой план не сработает. Я не могу его подвести и Киру сказать не могу, он мне не позволит. Но внести поправки все же надо в нашу авантюру. Я теперь не одна, мне надо беречь малыша. Кир, наверное, вмешается, но мне нужно совсем немного времени, чтобы получить от Клима то, что мне нужно.

Кирилл, скорее всего, вернулся под утро и уснул недавно. Его сон был крепким и глубоким. Жаль, что и попрощаться не получится. Придется сбегать от него опять, а так не хочется! Но выбора у меня нет.

Глава 11

Мне не хотелось оставлять Леру одну, но ситуация немного изменилась. С утра я встретился со всеми участниками аферы, кроме Клима. И хоть поначалу мне пришлось непросто сдерживать агрессию сразу семерых человек, разговор закончился на позитивной для меня ноте. Поэтому звонок Аристова сильно удивил, но делать нечего, придется ехать на встречу, во избежание проблем с его стороны.

Мы уехали с Ильей, оставив Джексона присматривать за Лерой. Конечно, я нервничал, что она уйдет, Джексон ее не сможет удержать, но не успели мы доехать до места, как он отзвонился, сказав, что Милашка спит.

– Проходите, – дружелюбно улыбаясь, пригласил нас в дом Владимир, – тырить тут нечего, если только в комнате Макса найдешь что-нибудь интересное!

– У меня мало времени, Владимир, – предупредил я банкира сразу, не поддаваясь на его издевки, – я не стал вам отказывать только для того, чтобы вы не сомневались, что я играю честно и открыто.

– Это только время покажет, Кирилл. А ты двери умеешь вскрывать? Поганец, опять ключ не оставил!

– Нет, не умею. О чем вы хотели поговорить? Вы сказали, у вас остались вопросы по делу.

– У меня нет вопросов, почему ты не пришел сразу, а затеял эту аферу. Пострадавших от Клима и ему подобных много, всем не поможешь. Вон даже органы не справляются. Вопрос в другом. Как ты это сделал?

– Вы же в курсе. Закрытый аукцион, договоры, которые вы читали и которые подписывали, у всех одинаковые, сделка единовременная. Каждый участник дал мне взятку, чтобы именно он стал победителем аукциона. Поэтому все были уверены в своей победе заранее.

– Я не про саму эту аферу. Мы всей честной компанией не могли понять, как нас угораздило подписать договоры на покупку земли на Красной Площади! Не на тот кусок, что ты нам демонстрировал, привозя нас туда каждого по отдельности. В договоре ты продал нам Красную Площадь! В сердце столицы! Просто в голове не укладывается! Это было феерично! Виртуозно! Просто потрясающе! Но как?

Да уж, в умении нажать на нужные кнопки у него можно поучиться, он не только словами выразил восхищение, но и максимально эмоционально это демонстрирует, теща-итальянка научила, видимо.

Подкупает, зараза, такая похвала, хочется похвастать и услышать еще шквал восторгов, но нет. Не прокатит, господин банкир, я эти уловки знаю не хуже тебя.

– Вы наверняка догадываетесь, Владимир. Помимо спешки и якобы необходимого мне отката, что, конечно, снижало концентрацию и подозрительность, я давал на изучение самые настоящие, корректные договоры на мой участок. И еще… в каждом нашел слабые зоны, при которых вы уязвимы. У вас это сын, Максим. За которого у вас сейчас болит душа. Я говорил с вами о нем, пока вы читали договор, помните?

– Нет, Кирилл. Не то! Как бы я ни отвлекался, я не мог не заметить такой подставы. Это же липа чистой воды! Филькина грамота и та по сравнению с твоим договором достовернее, – с большим скепсисом во взгляде сказал Владимир, да, без уловок я бы его не провел.

– К сожалению, больше мне нечего вам рассказать. Я просто отвлекал вас. Каждого. Конечно, договор, который вы изучали с юристами, и тот, что вы в итоге подписали, это разные договоры. Я подменил их в последний момент, практически перед подписью.

– Вот этого я тоже не помню, как и разговоров о Максе. Я не выпускал документы из рук около часа до этого. Мда… жаль, что не хочешь рассказать. Мы все были злы на тебя, безусловно, но открою тебе секрет, на одной из встреч пили за твою гениальную аферу века. Продать Красную Площадь! Семь раз! Это же додуматься надо! Обвести вокруг пальца не какого-то уголовника Клима, а нас! Прожженных и осторожных в делах людей!

– Так вы в игре? – поглядывая на часы, решил я выяснить, не надумал ли он отказаться.

– Да, я же слово дал. Поверь, оно железобетонное. Я даже сыну… а, ну ты в курсе же.

– Как продвигается перевоспитание? – просто из вежливости спросил я, но в его ответе внезапно услышал интересную информацию.

– Прекрасно. Не отходит от своей Катрин. Она на лечении. Девчонка жила на чердаке, в девятиэтажке на Воронцовской, представляешь?

– На чердаке? А что за дом?

– Который буквой «Г», угловой, первый от моста. Ладно, оставим эту тему. По делу решили вот что, – Аристов протянул мне несколько листов, – изучи, если все устраивает, то мы в деле.

– Договорились.

– Кстати, спасибо за идею с лагерем. Отличный проект получился. Илья твой хорошо сработал, нет слов. И то, что он притащил нам инвестора с суммой, кратной ровно семи стоимостям твоей земли… на Красной Площади, – снова хохотнул Аристов, – лишний повод доверять вашей компании. Но вы булки не расслабляйте. Теперь вы под присмотром, пока не закончим с делами.

– Вы же в курсе, что ваши люди потеряли нас спустя полчаса после встречи? Не стоит тратить ресурсы. Мы не сбежим, а вот находиться под наблюдением нам не комфортно. Я не аферист, я уже говорил.

– Еще какой аферист! Только неправильный, не в свой карман гребешь. Чай из самовара будешь? Французский, кажется, там, ХО.

– В другой раз, меня ждут.

Аристов прищурил один глаз, криво усмехнувшись. Не удалось ему узнать то, зачем он меня сюда позвал, но он остался удовлетворен общением в целом. Неплохо. До доверия и дружбы, конечно, еще четыре жизни, но и это уже хорошее начало.

– Единственная причина, почему я сегодня встал на твою сторону, то, что на тебя нет достоверной информации. В России. Но кое-где есть. И если она подтвердится, то я первым пожму тебе руку… настоящее – Кирилл или Евгений?

Вот же проныра! Хотя чему удивляться, не он сам, так его друзья и не такую информацию добудут.

– Кирилл Сумароков. Аферист и прохвост, – улыбнулся я дотошному мужику.

– Все лавры Женьке, а Кирилл в тени? – задал вопрос, на который и сам знает ответ Владимир. – Не обидно?

– Нет никаких лавров. Евгений – фантом. Его не существует. Там вообще одни призраки, – улыбнулся я Владимиру, поняв, что он знает достаточно.

– Да, Клим ошибся всего одной буквой, не фантош, а фантом. Но эта буква обошлась ему очень дорого. Будь осторожен, Кирилл, мы хоть и в деле, но разборки в стиле девяностых нам не к лицу, а вот Климу в самый цвет.

На этом позитиве мы расстались с Аристовым, по дороге я пытался вникнуть в его бумаги, но никак не мог сосредоточиться, что не ускользнуло от внимания Ильи.

– Совсем с ней голову потерял? Или обе? Теперь верхняя не варит?

– Она сбежит, Илюх. Сто процентов сбежит. И я не знаю, как будет лучше? Со мной или без меня.

– Ну, без тебя ей хотя бы не грозят пули Кида. Понятно же, что Клим, как только поймет, что ты вернулся, спустит своего пса.

– Отпустить? Надо с Борзым тогда договориться, кажется, он единственный, кому она доверяет, – горько усмехнулся я в душе, – я такого пока не заслужил.

– Давай я завтра с ней попробую поговорить? Мы вроде ладили, пока тебя не было. Хотя… она и тогда была как солнышко. Вроде и светит вокруг, тепло от нее и радостно, а дотянуться и прикоснуться к ее душе невозможно.

– Я знаю, – зачем то ответил я Илье, – но без нее мне вилы, Илюх.

Илюха покосился на меня, по его взгляду несложно было понять, о чем он думает. Сидит и радуется, что не его так угораздило вляпаться, и что мне все поделом за все мои эксперименты над друзьями.

Джексон, сдав пост, радостно умотал спать, как и Илюха, уставший больше всех нас. Так как ему пришлось одному отдуваться за всех в связи с неожиданными обстоятельствами. Моя малышка спала, уткнувшись в мою подушку. Тоже устала и еще до конца не осознала, как и я еще не могу никак представить себя отцом.