Призрак на полставки

Глава 1

Чем занимаются студенты Академии рун перед практикой? Прячут в сумки запрещенные фолианты. Отлавливают сбежавшую практическую работу.

Я никогда не шла по проторенному пути. Дернувшись всем телом, сердито покосилась на магические путы, окутывающие меня с головы до пят. Угораздило же влезть в ловушку! Ставили на призрака, а вишу в прозрачных нитях я. Прямо посреди развалин, между двумя полуразрушенными стенами, густо увитыми роскошным вьюном.

Хорош… Но не достать, далеко.

Вот досада! Я же альва, мне достаточно только коснуться какой-нибудь зелени, и моя магия, магия растений, враз превратит ее в спасательную лиану, способную разнести камни, на которых держится ловушка. А как коснешься, если болтаешься в воздухе между небом и землей в тугом коконе из нитей?

Я еще раз со вздохом покосилась на усыпанный белоснежными цветами вьюн и потянулась носком туфли к траве, сожалея лишь об одном… что плохо слушала учителя танцев! Растяжка бы мне сейчас не повредила.

Нити издевательски спружинили, спеленав еще крепче, я закачалась поплавком над травой и тихо выругалась – пересдача удалась!

Профессор Бричен будет в восторге: на экзамен я не явилась, пересдачу провалила… провисела.

Ну что за невезение!

Впрочем, на экзамен мне помогли не явиться: намертво замуровали в пустой аудитории, запихнув туда воздушной волной. Счастье, что пакетик с семенами завалялся в кармане. Так что я все равно примчалась, с опозданием и… дверью, оплетенной мгновенно выращенным из семян плющом. Следом прискакал заведующий хозяйственной частью. Старый оборотень от возмущения чуть не принял звериный вид. Но его волчье порыкивание и отобранная у меня дверь, которой он размахивал, не убедили помешанного на пунктуальности Бричена в моей невиновности.

– Опоздание – неуважение к предмету, – уперто твердил он. – Неуд!

Заведующий давно ушел вместе с дверью и вросшим в нее плющом (уж не знаю, что он собрался со всем этим безобразием делать), а профессор еще долго не поддавался на уговоры «дать мне второй шанс до отлета на практику». Но потом мрачно вздохнул, потребовал вывернуть карманы и, убедившись, что нигде не завалялось ни единого семечка (а значит, и непредвиденных разрушений больше не будет), неохотно протянул мне задание.

Я жадно схватила листок и, быстро прочитав, понеслась на развалины старинного особняка. Именно вокруг них я должна была установить и активировать руны, привлекающие счастье. Вот интересно, и кому ж там счастье понадобилось? Одному крайне упрямому призраку, что обитал в развалинах? Или не менее упрямому городскому магу, который пытался его изгнать?

Но постигать великий смысл задания профессора Бричена не было времени. Приближался вечер, а ночью мы уже улетали на практику!

Я старательно окружила развалины рунами. Стараясь не угодить в ловушки мага, которыми буквально был нашпигован особняк, пробралась в его центр и активировала руны. И все-таки вляпалась в ловушку. Вот счастье-то!

Едва уловимый отголосок темной магии заставил забыть о несданном экзамене и закрутить головой, высматривая новую проблему. Проблема обнаружилась у обвалившейся стены: полупрозрачный тип насмешливо смотрел на меня, скрестив на груди руки.

Призрак! Только его мне сейчас и не хватало…

– Как висится? – светским тоном осведомился он, прислоняясь спиной к стене.

– Не очень, – честно ответила я, с интересом его разглядывая.

Солнце пока не скрылось полностью за кронами деревьев, так что бояться мне было нечего. Привидения входят в силу после заката.

Так вот он какой, хозяин старинного особняка, бывший актер и больная мозоль городского мага… Раз сто маг изгонял его из развалин, а этот, призрачный, упорно возвращался. Кстати, никто особо на его исчезновении не настаивал. Во-первых, местная достопримечательность, притягивающая туристов. А во-вторых, развлечение для самых отважных горожан: призрак регулярно устраивал для них на развалинах представления, мастерски меняя внешность. Говорят, пока еще ни разу не повторился.

Сегодня, например, он выбрал весьма приятный облик и выглядел всего на пару лет старше меня и выше ростом на полголовы.

Лицо открытое, глаза… желтые? Да нет, наверное, светло-карие. Насмешливые. Подбородок упрямый, лоб высокий, прядь волос у правого виска гораздо темнее зачесанной назад русой шевелюры и кажется почти каштановой. Одет колоритно: в потрепанную рубашку с закатанными до локтя рукавами, видавший виды жилет, потертые брюки. На поясе – кошель огромных размеров и куча навесных карманов с застежками, на плече – большая сумка, из которой торчат свитки.

– Помочь? – лениво спросил призрак, не подумав отлипнуть от стены. Потом покосился на мою ногу и задумчиво приподнял бровь: – Или не мешать?

Помочь? Интересно, как он собирается снимать с меня ловушку, на него же, между прочим, поставленную?

У большинства призраков с магией вообще проблемы. В том плане, что ее почти нет. Тьма, паршивый характер, склонность к пакостничеству есть, а магия почти полностью исчезает при переходе в новое… состояние. Как бы ни был велик маг при жизни, у него останется – в лучшем случае! – треть сил. Конкретно у этого есть способности к изменению внешности и ментальному подчинению.

Но ни то, ни другое мне точно не поможет. Разве что призрак внушит, что висение в магической паутине – отличное времяпрепровождение. И буду я тут болтаться, счастливая и довольная…

– Сомневаетесь в моих знаниях? Или я вам не подхожу по общим параметрам? – вмешался в мои размышления призрак.

– Это по каким таким параметрам? – нахмурилась я.

– Корона, белый конь и жажда спасти всех и вся, несмотря на сопротивление! – Он подошел поближе, рассматривая ловушку, хмыкнул: – Так уж вышло, что корона мне не полагается. Коней я недолюбливаю, разве что грозовых. А стремление спасать у меня просыпается лишь изредка. Но это все лирика. Вернемся к нашей… гм… к вашей проблеме. Судя по деформации ловушки, ваш уровень магии выше среднего?

Я кивнула. А вдруг действительно поможет? Кто знает, кем он был до актерской карьеры.

– Отлично! – Призрак отступил от меня, скрестил руки на груди. – Освобождайтесь.

– Как? – Я пошевелила носком туфли, единственным, чем могла.

– Быстро, качественно и с душой.

Он издевается? Быстро, качественно и с душой у меня получается только болтаться в ловушке!

– Направьте магию на узел у вас над головой, – невозмутимо продолжил призрак.

Ну да, направьте. А там дополнительная защита, и меня кренделем согнет при первой же попытке подступиться к узлу!

– Не бойтесь, эта ловушка не рассчитана на столь живую дичь, – подбодрил он.

Она вообще непонятно на кого рассчитана! Ставили вроде на привидение, а меня – живую, между прочим! – спеленало от всей души.

– Приступайте, – поторапливал призрак.

– Не хочу вас расстраивать, господин призрак, но у меня нет желания проверять, насколько компактно меня может сложить ловушка, – отказалась я.

И вновь высунула ногу, решив вернуться к тому, на чем меня прервали: дотянуться до травы.

– Долго и неэффективно! – тут же прокомментировал собеседник. – Вы смогли пробить одно окно, сможете разрушить и остальное.

– Вы меня переоцениваете.

– Нет.

– Мне лучше знать, что я могу. – Я сердито покосилась на призрака.

– Вы ошибаетесь.

– Помолчите, пожалуйста, вы мешаете, – пропыхтела я, еще сильнее вытягивая ногу.

Ну… Почти же достала до травы…

– К сожалению, только что проснулись моя совесть и желание спасать, – насмешливо сообщил призрак.

– Шу-у-ур! – донеслось издалека.

Мы с призраком захлопнули рты и обернулись на звук.

Сквозь покосившуюся ограду проползали ажурные ветки мимозы. Горшок застрял между прутьями, но его хозяйку это, кажется, ничуть не смутило. Мимоза пошире раскинула ветви, цепляясь ими за что попало, поднапряглась…

– Кра-а-ак!

Посыпалась ржавчина, кусок кованой решетки со скрежетом оторвало от столбиков и разломило на две части.

Ничего себе…

А мимоза тем временем спокойно поползла дальше, таща на себе горшок и обломки ограды. Подобравшись ближе, обогнула ноги призрака и потянулась ко мне.

Как она сюда добралась? Как вообще нашла меня? Я же оставила ее в сквере «Трилистника»… Да какая разница – как! Вот мое спасение! Ползет.

– Сюда давай, – тихо позвала я.

– Крушить стены – это долго, – тут же влез призрак.

– Слушайте, исчезните вы уже, в конце концов! – сердито сказала я.

Мимоза удивленно замерла, а потом плети начали послушно складываться в руны. В голове всплыла схема изгнания привидений. Листья моментально повторили символы. Моя туфля коснулся травы, в кармане нагрелся старенький браслет, узоры на пальцах засветились зеленью, и заросли под ловушкой зашевелились, по их поверхности потекли волны изумрудной магии. Моей магии.

Странная отрешенность не давала остановиться. Умом я понимала, что не смогу изгнать призрака: я не специалист по призрачным созданиям, квалификации не хватит. И все же…

Одну за другой я наполнила руны силой. Они загорелись, вспыхнули изумрудным светом. Призрак задумчиво перекатился с носка сапога на пятку, нахмурился:

– Ну, знаете, в темные туманы меня посылали, конечно, но чтобы буквально? Это впервые!

На полупрозрачном лице промелькнуло удивление, и он начал таять в воздухе.

Тут за спиной грянуло злое:

– Самозванец!

Испуганно дернувшись, я направила мимозу на остатки стены. Ветки с размаху протаранили кладку, камни с грохотом раскатились, ловушка, лишившись стены, к которой крепилась, ослабла, почти расплелась, и я свалилась на траву, подняв облако пыли. Мгновенно вскочила, на ходу сдирая нити, бросилась к ограде и, только выбежав через пролом, проделанный мимозой, обернулась.

– Куда делся этот дилетант?! – у разрушенной мною стены в воздухе висел призрак.

Судя по тому, как полупрозрачная физиономия плыла и изменялась, именно наш. Тот, что актер.

Э-э-э-э…

А кого я тогда сейчас изгнала?

Как я вообще смогла кого-то изгнать? И что за ступор на меня напал? Вопросов роилась тьма, ответов не находилось ни одного. И искать было некогда.

Во-первых, наш местный призрак так на меня смотрел, словно это я подсунула ему конкурента, а во-вторых…

Стряхнув с волос пыль, я проследила, как хозяин руин возмущенно носится за оградой, тщетно пытаясь найти самозванца, села на траву у дороги и создала из магии небольшой шарик – основу для вестника.

Глядя в сияющий изумрудный кругляш с видом примерной студентки, отчиталась: руны на развалинах особняка установлены и активированы. Чуть повернула шарик, чтобы было видно их свечение вдалеке, но не было видно снующего по развалинам призрака. Показав свою работу, я придала сгустку магии форму. Замышляла небольшую птицу вроде воробья или синицы… Вышел удод: хохлатый, длинноклювый. Ничего, профессор и не таких вестников от студентов получал!

Взмахнув крыльями, изумрудный удод улетел на поиски Бричена.

А я покосилась на призрака. Тьма буквально расползалась от него во все стороны… Конечно, приличной альве полагалось ее бояться, потому что она опасная и все заклинания, основанные на ее силе, запрещены. Но к приличным я себя уже два года отнести не могла.

Я встала, не сводя глаз с призрака, с сожалением вздохнула.

Нет, не успею.

Отряхнув платье, поспешила по пыльной мостовой к «Трилистнику».

«Трилистник»…

Еще пару столетий назад наш Висстоун был всего лишь небольшим тихим городком, затерявшимся среди кучи таких же на карте Кейроса – одного из шестнадцати королевств, где правили люди. Обычный городок в обычном небольшом королевстве.

Таким бы он и остался, если бы к власти не пришел новый мэр, дальний предок теперешнего. Молодой, амбициозный, он страстно жаждал сделать Висстоун известным. И сделал.

Он застроил огромный пустырь на окраине, прихватив часть леса, и переманил туда три вуза. Как это удалось провернуть шустрому мэру, история умалчивает. Может, огромные новые корпуса с большими аудиториями и выросший рядом вместительный студенческий городок повлияли. Может, воодушевили окружающие просторы и возможность создать сколько угодно тренировочных полигонов. Как бы там ни было, из Берьяна, столицы нашего королевства, прибыла Академия рун и древних языков, где я училась. Из Ламара, бескрайнего океана и царства ундин – Институт повседневной магии. Из Арвейна, облачных городов сильфов – Университет охранной магии.

Три громадных здания были видны из любой точки Висстоуна, и горожане прозвали учебный комплекс «Трилистником».

Остановившись у железного забора, я вытащила из кармана значок студента – кружок с пером посередине. Калитка послушно распахнулась.

Через пару минут я уже взлетела на второй этаж, промчалась по коридору, сунула ключ в замок, распахнула дверь своей комнаты, заскочила внутрь и с разбегу врезалась в Сьюзи.

Она охнула, отступила и, поправив слетевший с белокурых кудрей шарф, кивнула на три ростовых зеркала из воды, что появились возле стены напротив кровати:

– После практики заберу.

Я подошла поближе и отшатнулась. Из всех трех зеркал на меня таращилось… нечто. Щеки в пыльных разводах, под серыми глазами круги, на голове – воронье гнездо из светло-русых волос. Из него по бокам уныло выглядывали слегка заостренные уши. Жаль, не умею их опускать, как раз идеально подошло бы для общего вида.

В общем, красота. Еще и в трех экземплярах.

По пальцам, которые я тут же запустила в колтун, вился зеленый узор, напоминая, что чучело в зеркале не простое. Оно принадлежит к народу альвов, тех, кто обладает магией растений.

Вытащив из-за уха обрывок перистого листа мимозы, я мрачно сказала:

– Надо завесить их чем-нибудь.

– Может, лучше причесаться? – кашлянула Сью, явно скрывая смех, и неслышно подошла сзади.

Зеркала радостно отразили рядом с моей замурзанной физиономией ее ухоженное лицо с весело блестящими глазами и чуть закушенной губой, светлые кудри, уложенные волосок к волоску.

Да уж, контраст впечатляет.

Иногда я не понимала, как мы вообще могли подружиться? Внешне немного похожи: обе светловолосые, среднего роста. Но она – «мечта парней» с женственной фигурой, я – худощавая «мечта» растений.

Неудивительно, что вначале она посчитала меня чудаковатой занудой, тихоней и врединой, а я ее – взбалмошной фифочкой. Но постепенно я превратилась в своеобразную, а она – в забавную. И так незаметно мы стали подругами.

Мы жили в соседних комнатах. Заимствовали друг у друга нужные мелочи и иногда оставляли непомещающиеся вещи. У меня это были в основном растения. У нее – все, что можно из воды сделать для дома: Сью училась в Университете повседневной магии.

– Пойдем в город? Парни обещали облачную колесницу арендовать! – предложила Сью, не терявшая надежды однажды сделать из меня «человека».

– Нет, не могу.

Она закатила глаза.

– У нас отлет на практику через полчаса, – пояснила я.

В дверь соседней комнаты постучали, приятный мужской голос прогудел:

– Сью? Рыбонька! Ты готова?

– Сам ты краб, – буркнула рыбонька Сью, и ее светлые кудри предательски полыхнули лазурью.

Так всегда, когда она злится или чем-то недовольна. Сью – ундина, и ее волосы обычно едва заметно отливают голубым, но стоит ей рассердиться… Сначала я даже пугалась, но потом привыкла.

«Магию воды невозможно контролировать там, где дело касается чувств, – вздыхала Сью. – Сразу выдает такую реакцию, просто синий фейерверк на голове!»

Что ж, судя по этой самой реакции, ундину не вдохновляли названия морепродуктов в ласковых обращениях. Но парень ей явно нравился, потому что Сью торопливо поправила шарф, бросила придирчивый взгляд в зеркало, довольно улыбнулась и, шепнув: «Пришли вестника», – нежно пропела:

– Иду…

И выпорхнула за дверь.

Повернув ключ в замке, я полезла в шкаф за чемоданом. Сверху из-за стопки одежды высунулась зеленая мордочка.

– Привет, соскучилась? – Я почесала Шелли за острым ухом.

Небольшой пятачок на узкой мордочке довольно шевельнулся, янтарные глаза заблестели. Зеленая шерстка распушилась, длинное тело изогнулось, гибкий пушистый хвост обвил лапки. По документам она считалась лаской, пострадавшей от темной магии, на самом деле была темным созданием – рамидреху. Правда, после общения со мной темным у нее остался только кончик хвоста…

Яркая вспышка у моего лица заставила Шелли отступить в недра шкафа, а потом с интересом высунуть пятачок. Изумрудный удод парил на уровне моих глаз. Вестник вернулся. Опять профессор экспериментирует с рунами, блокирующими поиск!

Выход был один: усилить вестника. Поймав птицу, я сосредоточилась.

Узор на моих пальцах засиял, удод вспыхнул ярче. Еще… И еще немного…

Я думала лишь о профессоре, о несданном экзамене и о том, что впервые за два года стала «хвостатой»… Теперь мне очень нужен профессор, просто жизненно необходим, безумно хочу его видеть!

Опомнилась, когда птица сияла, словно миниатюрное солнце, а Шелли возмущенно стрекотала, как самая настоящая ласка, похрюкивая от избытка чувств.

Убрав руку, я отправила удода на поиски профессора.

И тут в окно постучали.

Второй этаж для студента не помеха. Особенно если в соседних комнатах проживает парочка сильфов, у которых магия воздуха в крови.

Шелли быстро юркнула в недра шкафа.

Настойчивый стук повторился.

Если это опять Нел комнаты перепутал, нарисую на лбу цепочку рун для запоминания! Может, тогда сильф научится считать окна?

Сдвинув занавеску, я открыла задвижку, собираясь высказать дорогому соседу все, что думаю о его математических способностях, и замерла с открытым ртом.

По ту сторону стекла на подоконнике стоял… призрак! Тот самый, изгнанный, который не наш, не городской.

– Соскучилась? – подмигнул он.

Деловито шагнул прямо сквозь стекло, спрыгнул на пол, поставил мимозу на стол и выпрыгнул обратно.

Глядя на свернувшееся растение, я виновато улыбнулась:

– Я тебя не специально забыла, правда.

Мимоза недоверчиво зашелестела.

– Второе свидание за сутки, а я опять без цветов, – донеслось от окна.

Призрак снова возник на подоконнике, шагнул в комнату, таща на плече два обломка удивительно знакомой ограды.

– Зато с забором, – прошептала я, пытаясь понять, что именно смущает в призраке.

Сейчас, когда меня не опутывали нити ловушки, я четче чувствовала в нем тьму. Но ее было на удивление мало для привидения, зато ощущалось что-то еще…

Призрак услышал, улыбнулся:

– Обещаю, исчезну, как только ты мне кое-что пояснишь.

Он прислонил оба куска ограды к столу перед мимозой и, отсчитывая шаги, отошел от нее.

– Растение и два куска забора те же: для чистоты эксперимента. Куском стены призрак категорически отказался жертвовать даже во имя науки. Но, думаю, мы и так обойдемся. Я ее не касался… Чисто теоретически можно обойтись без забора, но… лучше с ним.

Задумчиво склонил голову к плечу, что-то прикидывая, отступил еще на шаг и кивнул:

– Вроде так… Будь добра, встань вон туда.

– Для какого еще эксперимента? – недоуменно спросила я.

– По моему изгнанию. Мне же нужно понять, как у тебя получилось. Приступим? Повтори, что сделала, и я испарюсь!

А почему бы и нет? Отличный способ от него избавиться. Обещал исчезнуть – пусть исчезает. Изгонять его повторно я не собиралась – с меня хватило непонятного и странного чувства отстраненности в прошлый раз. Я подбежала к мимозе.

– На полшага левее! – скомандовал призрак.

Какой дотошный! Я сдвинулась чуть в сторону, вопросительно посмотрела на него.

– Да, – уверенно кивнул он. – Начинай.

Деловито вытащил из сумки блокнот и стило. И замер.

Чувствуя себя подопытным хомячком, я сделала вид, что собираюсь направить магию на мимозу. Все, на что я была способна после усиления вестника – это демонстрировать мерцающую вязь на пальцах.

– Где пятнадцатая комната?! – Возмущенный бас эхом прокатился по коридору.

Ужасно знакомый бас! В коридоре буйствовал профессор Бричен.

С чего бы это он?

– Ну же, сосредоточься, – внезапно раздалось над ухом, и мою руку поймали твердые, теплые и мозолистые пальцы.

Теплые? Твердые? Я ошалело вытаращилась на призрака, который как ни в чем не бывало вернулся на свое место и нетерпеливо замер.

И тут меня словно волной накрыла отстраненность.

Опять? Что за напасть?!

Попыталась остановить магию, хлынувшую с кончиков пальцев, но ничего не получалось.

Ветки мимозы встрепенулись, проползли между прутьями ограды, стекли со стола, раскинулись по полу, складывая листья в руны.

И моя сила самовольно наполнила одну руну за другой!

Что делать? Как остановить собственную магию?

Отвлечься: уколоть, ущипнуть. Я сжала пальцы в кулаки, ногти больно впились в кожу. И ничего не изменилось – магия продолжала наполнять руны. Думай, Хлоя, думай!

Осталась всего одна руна, когда мою голову вдруг посетила не особо оригинальная, но вполне себе жизнеспособная идея. Я быстро подбежала к призраку, обняла его, крепко. И ошеломленно застыла. Ощущения были такими…такими… Такими, словно я стискивала обеими руками настоящего парня! Незнакомого парня! Щеки полыхнули огнем, даже ушам стало жарко, и мысленные уговоры, что он призрак, не помогли. Мгновенно отпрянув, я выдохнула и…

И обрадованно заметила, что вязь на пальцах светится слабее.

Получилось!

Но тут магия, словно издеваясь, заполнила последнюю руну.

Призрак удивленно моргнул и начал таять. Он торопливо сунул писчие принадлежности в сумку, осторожно стянул с ветвей мимозы куски ограды, закинул их на плечо и подмигнул:

– Не бойся, от меня не так просто избавиться. До завтра! Обязательно возьми мимозу. Не возьмешь, отправлю за ней. Эксперимент надо завершить. Да, кстати, забыл представиться – Эрван Нидд.

И исчез.

Зачем ему мимоза? И куда ее брать? Почему я опять его изгнала? Ничего не понимаю.

– Эрван… Нидд? – задумчиво повторила я. – Нидд…

Где я слышала эту фамилию?

В дверь загрохотали с такой силой, что замок звякнул и открылся.

– Нидд? – В комнату влетел профессор Бричен с прилипшим к макушке сияющим удодом.

В темноте коридора маячило любопытное лицо Нела. Привел врага к порогу, предатель? В следующий раз до утра в окно долбиться будет, не открою!

Бричен повертел головой, недоуменно нахмурился, зачем-то заглянул под кровать и повернулся ко мне:

– Я точно слышал, что вы говорили с мужчиной, который представился Эрваном Ниддом. Где он?!

Я покосилась на мимозу.

– Отбыл.

– Как – отбыл? Что вы сделали, скоропись вы недописанная?! Куда вы дели своего наставника?! – рявкнул Бричен, захлопнув дверь.

Снял с головы удода, посадил на стол рядом с мимозой, наклонился над зелеными плетями, изучая угасающие руны из листьев.

– Настав… кого?

– Наставника! Вашего! На практике! Эрвана Нидда, чтоб ему икнулось! – Профессор взмахом руки отогнал меня к кровати.

Я изгнала живого? Вот что меня в нем настораживало! Но почему, репей ему на шею, я чувствовала в нем темную магию? Она же вне закона. И какого лопуха он выглядел как призрак?!

В голове щелкнуло: призрак только казался призраком. На самом деле он использовал совершенно непопулярный способ перемещения, придуманный лет двадцать назад эксцентричным ученым Эмрисом Ниддом.

Так как порталы контролировать невозможно (а стало быть и переноситься с их помощью опасно), Нидд изобрел свой. Безопасный. И название дал громкое: «Призрачный перенос». Но даже с громким названием его портал не оценили, потому что в призрачном виде ты находился до тех пор, пока не возвращался туда, откуда начал перенос. Конечно, при условии, что за время твоих перемещений никто не сбил настройки на точках входа и выхода. Если это случалось, ты оставался привидением навсегда.

Но, похоже, некоторые родственники изобретателя все-таки использовали его творение.

И я этого самого родственника изгнала. Дважды. А второй раз еще и обняла… Видимо, чтобы ему изгоняться было веселей!

– Он и без ваших каракулей не хотел брать вашу группу! Чтоб вам пальцы скрючило, дабы всякую пакость, не зная смысла, не чертили! – продолжал бушевать профессор.

Через некоторое время он оторвался от изучения мимозы и буркнул:

– Повезло вам, живите пока. Ваше художество не навредило переносу.

Слава всем богам!

– Но вестника Нидду я отправлю, – на корню зарубил радость Бричен.

Веселая меня ждет практика…

Удоду надоело сидеть на столе, и он перелетел на макушку профессора. Тот нахмурился, снял птицу с головы и, потрясая ею, точно указкой, выдал: