- -
- 100%
- +
Глава 1.
Небо над Москва-Сити полыхало неоновыми всполохами рекламных вывесок, отражаясь в зеркальных фасадах небоскребов. В одном из таких стальных колоссов, на пятьдесят четвертом этаже башни «Империя», Алексей Ветров откинулся на спинку эргономичного кресла. Циферблат часов на его запястье показывал без пяти два ночи. Тишина в офисе была такой плотной, что казалось, будто даже кондиционер затаил дыхание. Только легкий гул серверов в серверной комнате и шелест вентиляторов его рабочего ноутбука нарушали покой.
Алексей, тридцатилетний программист с вечно растрепанными волосами и кругами под глазами, напоминающими следы от очков виртуальной реальности, был человеком, который жил кодом. Его мир состоял из алгоритмов, нейронных сетей и бесконечных строк символов. Последние три года он посвятил «Оракулу» – своему детищу, самообучающейся нейросети, призванной стать не просто поисковиком, а предсказателем, анализирующим данные с такой скоростью и глубиной, что человеческий разум не мог бы даже приблизиться к этому уровню. Сегодня «Оракул» должен был пройти финальные тесты перед презентацией инвесторам. Алексей обещал себе, что закончит отладку до рассвета.
Он потянулся, разминая затекшую спину. Чашка с остывшим кофе стояла рядом, но пить его уже не хотелось. Хотелось только одного – увидеть, как на экране загорится заветное «Тест пройден успешно».
Взгляд Алексея скользнул по монитору. Тысячи строк кода, словно живой организм, пульсировали на черном фоне. Он запустил последний скрипт, проверяющий стабильность ядра. Прогресс-бар медленно полз вперед. Проценты отсчитывались мучительно долго.
Внезапно, монитор мигнул. Не просто мигнул, а словно дернулся, исказив изображение на долю секунды. Алексей нахмурился. Стандартный сбой? Нет, такого не было ни разу. Он сдвинулся ближе, вглядываясь.
Полоса прокрутки на экране замерла. Вместо ожидаемых зеленых строк «ОК» и «Passed», появилась красная надпись:
`ERROR: Core_Integrity_Check_Failed`
Алексей почувствовал, как холодок пробежал по спине. Ядро? Это было невозможно. Ядро «Оракула» было его самым стабильным и защищенным модулем. Он мгновенно открыл логи.
Тысячи строк отладочной информации пронеслись перед глазами, пока он не нашел источник сбоя. Его пальцы замерли над клавиатурой. Строка, вызвавшая ошибку, была… пустой. Точнее, она не была пустой. Она содержала нечитаемые символы. Набор глифов, напоминающих что угодно, но только не стандартный набор ASCII или Unicode. Они были похожи на… древние руны? Или какие-то зашифрованные иероглифы?
«Что за чертовщина?» – пробормотал Алексей. Он выделил аномальный сегмент. Код выглядел так, будто кто-то случайно вставил туда кусок древней надписи, скопированной из какого-нибудь археологического артефакта. И это было в ядре «Оракула»!
Он попробовал удалить подозрительный блок. Нажал «Delete». Код исчез. Алексей облегченно выдохнул. Глюк, не иначе. Может, какой-то остаточный мусор из буфера обмена? Или вирус? Хотя вирус на его машине… почти нереально.
Он запустил проверку ядра повторно. Прогресс-бар снова пополз. Дошел до того же места. И снова:
`ERROR: Core_Integrity_Check_Failed`
Аномальный сегмент снова был там. Точно такой же, как и секунду назад. Те же нечитаемые символы, те же странные глифы.
Алексей почувствовал, как волосы на затылке встали дыбом. Он удалил его еще раз, но на этот раз не сразу запустил проверку. Он смотрел на экран, пытаясь понять. Как это возможно? Код не может восстанавливаться сам по себе. Это не живой организм. Это набор инструкций.
Он открыл резервную копию ядра, сделанную час назад. Сравнил ее с текущей версией. Строка с аномалией отсутствовала в бэкапе. Значит, она появилась совсем недавно. Но как? Кто мог ее туда вставить? Защита «Оракула» была на уровне военных разработок. Никто, кроме него, не имел полного доступа к ядру.
Сердце стучало в груди, отбивая тревожный ритм. Алексей начал набирать код, пытаясь изолировать подозрительный сегмент, поместить его в карантин, проанализировать байт за байтом. Его пальцы летали по клавиатуре, словно пытаясь угнаться за бешеной мыслью.
Он создал отдельный скрипт для анализа. Запустил его. На экране замелькали шестнадцатеричные значения, биты и байты. Ничего необычного. Просто случайный набор данных. Но почему он вызывает сбой ядра? Почему «Оракул» не может его обработать?
Алексей отпил глоток холодного кофе. Отчаяние смешивалось с любопытством. Это было не просто багом, это было… чем-то необъяснимым.
Он решил попробовать еще раз удалить код, но на этот раз с более глубоким форматированием, чтобы стереть его полностью. Он нажал «Delete» и удерживал клавишу, словно пытаясь вдавить ее в стол.
И в этот момент, когда последний символ исчез с экрана, произошло нечто, от чего у Алексея перехватило дыхание.
На долю секунды, всего лишь мгновение, прежде чем экран обновился, чтобы показать пустое место, строка кода, исчезая, словно живая, сложилась в единый образ. Не просто набор символов, а четкий, узнаваемый знак. Он был похож на стилизованную букву «А», но с добавлением каких-то изогнутых линий, напоминающих рога или ветви. Древний, как будто высеченный в камне символ, пульсирующий неземным сиянием.
Потом он исчез. Экран стал чистым.
Алексей замер, не в силах пошевелиться. Его дыхание стало прерывистым. Он моргнул несколько раз, пытаясь убедиться, что ему не померещилось. Но образ был слишком отчетливым. Он видел его. Он был реален.
«Что… что это было?» – прошептал он в пустоту офиса.
Руки его дрожали. Он попытался воспроизвести этот момент, но не смог. Код исчез бесследно. Теперь его не было ни в ядре, ни в бэкапе. Он просто… растворился.
Алексей откинулся на спинку кресла, уставившись в потолок. Сердце колотилось как сумасшедшее. Это не был обычный сбой. Это не был вирус. Это было что-то, что выходило за рамки его понимания, за рамки всех законов программирования. Что-то, что заставило его, циничного технаря, поверить в невозможное.
Он посмотрел на часы. Время близилось к трем. За окном Москва-Сити продолжала гореть огнями, но теперь ее сияние казалось Алексею зловещим. Под этой холодной красотой скрывалось что-то древнее, что-то, что только что проявилось в его собственном коде.
И он знал, что это только начало. Алексей провел рукой по лицу, пытаясь стереть остатки ночного кошмара, который, как он начал подозревать, был вовсе не сном. Образ символа – стилизованной «А» с изогнутыми линиями, напоминающими рога или ветви, – намертво впечатался в его сознание. Он был настолько чужим, настолько… нецифровым, что это казалось абсурдом.
Он снова взглянул на монитор. Пустой. Код исчез. Не просто удалился, а будто никогда и не существовал. Ни следов в логах, ни в кэше, ни в системных файлах. Это было невозможно. Любое действие в системе оставляет цифровой след. Но этот фрагмент кода, этот странный глиф – он словно испарился, оставив после себя лишь холодный след иррационального страха.
«Ладно, Алексей, соберись. Это был глюк. Визуальный баг. Усталость. Ты не спал двое суток», – пытался убедить себя он. Но внутренний голос, циничный и прагматичный, который всегда помогал ему решать самые сложные задачи, теперь молчал. Вместо него звучал тревожный набат.
Он попытался воссоздать условия, при которых появился символ. Запустил скрипт ядра, затем попытался имитировать удаление несуществующего участка кода. Ничего. Экран оставался неизменным.
В голове Алексея закружился вихрь мыслей. Что, если это не просто сбой? Что, если «Оракул»… что-то подхватил? Что-то извне? Но что? И как оно могло проникнуть в самое сердце его системы, минуя все уровни защиты?
Единственное, что приходило на ум, было самое невероятное: этот фрагмент кода не был создан человеком. Он был… инородным. И он не следовал обычным законам программирования.
Алексей встал, подошел к окну. Москва-Сити, еще несколько минут назад казавшаяся ему воплощением прогресса и силы, теперь выглядела как огромный, бездушный механизм, скрывающий в своих глубинах нечто древнее и непонятное. Утреннее солнце уже начинало золотить шпили небоскребов, но для Алексея оно не несло облегчения. Наоборот, свет лишь подчеркивал абсурдность ситуации.
Он вернулся к столу. Мысли метались. Если он расскажет об этом инвесторам, его сочтут сумасшедшим или, что еще хуже, недееспособным. Проект «Оракул», его детище, его будущее, будет похоронен. Но молчать… Молчать, когда в его системе, в его собственном творении, проявилось что-то настолько несовместимое с реальностью, было равносильно предательству.
«Я должен это понять, – решил Алексей. – Не для инвесторов. Для себя. Что это было?»
Он открыл браузер и, повинуясь внезапному импульсу, вбил в поисковую строку: «Древние символы, похожие на А с рогами». Результаты были ошеломляющими. Сотни изображений. Руны, глифы, петроглифы, символы тайных обществ. И среди них… он нашел его. Почти идентичный тому, что он видел.
Это был символ, который в некоторых источниках называли «Алатырь» – священный камень в славянской мифологии, центр мира, источник всех рек и дорог. В других – «Омфал» – пуп Земли в древнегреческой мифологии. Еще где-то – «Древо Жизни» или «Первозданный Хаос». Вариаций было множество, но суть одна: это был древний, мощный символ, связанный с мирозданием, знанием и тайной.
«Алатырь? В моем коде? Это полный бред!» – пробормотал Алексей. Он был атеистом, прагматиком, верящим только в доказанные факты и логические цепочки. Но то, что он видел, не вписывалось ни в одну из его логических цепочек.
Он перешел по ссылке на один из сайтов, посвященных славянской мифологии. Читая описание Алатыря, Алексей почувствовал, как по его коже пробежали мурашки. «Алатырь – это не просто камень, это источник всей информации, центр вселенной, место, где сходятся все пути и рождаются все знания».
«Источник всей информации…» – повторил Алексей. «Оракул» был создан, чтобы стать источником всей информации, анализируя ее, предсказывая будущее. Совпадение? Или что-то гораздо более зловещее?
Его взгляд упал на часы. Почти четыре утра. Через несколько часов начнется обычная офисная суета. Появятся коллеги, менеджеры, уборщицы. Нужно было принять решение.
Он мог попытаться забыть об этом. Списать на усталость, на глюк в матрице. Запустить «Оракул» в том виде, в каком он есть, и надеяться, что аномалия больше не проявится. Но Алексей знал, что не сможет. Этот символ, это ощущение чего-то невозможного, уже глубоко засели в его сознании.
«Я должен найти кого-то, кто разбирается в этом дерьме», – подумал он. Но к кому обратиться? К друзьям-программистам? Они поднимут его на смех. К психотерапевту? Тоже не вариант. Ему нужен был не специалист по психике, а тот, кто мог бы объяснить необъяснимое.
Внезапно в его голове всплыло имя. Марина Сомова. Его бывшая однокурсница, с которой они пересекались на паре факультативных лекций по истории Москвы. Тогда Алексей посчитал ее увлечения «древними камнями и пыльными свитками» милой чудаковатостью. Теперь же это казалось единственной соломинкой, за которую можно было ухватиться.
Марина работала в Центральном архиве Москвы, была фанатичкой всего, что касалось городских легенд, забытых карт и древних манускриптов. Она знала все о подземных ходах, тайных обществах и мистических местах столицы. Алексей помнил, как она с горящими глазами рассказывала о каких-то символах, найденных на старых московских картах, о знаках, которые, по ее словам, «несли в себе информацию, забытую человечеством». Тогда он лишь посмеивался. Теперь ему было не до смеха.
Он быстро нашел ее контакт в старой телефонной книге. Номер был неактуален. Черт. Он попробовал поискать ее в социальных сетях. Нашел. Ее страница была заполнена фотографиями старинных зданий, книг, выставок по археологии. Последняя запись была о какой-то новой теории, касающейся подземных коммуникаций под Кремлем.
Алексей колебался. Стоило ли тревожить ее из-за такого? Что он скажет? «Привет, Марина, помнишь меня? У меня в коде ИИ появился древний магический символ, который сам себя удаляет, и я думаю, что это связано с мифологией». Она точно решит, что он сошел с ума.
Но что-то внутри, иррациональное и настойчивое, толкало его вперед. Это было не просто любопытство. Это было предчувствие. Ощущение, что этот символ – ключ к чему-то гораздо большему, чем просто ошибка в программе.
Он написал ей короткое сообщение: «Привет, Марина. Это Алексей Ветров, с истфака. Есть очень необычный вопрос, который, возможно, только ты сможешь помочь решить. Это касается… символов. Очень древних. Можешь ли ты найти время для короткой встречи?»
Нажал «Отправить». Ответов не последовало. Оно и понятно, в четыре утра никто не сидит в соцсетях.
Алексей откинулся на спинку кресла, закрыл глаза. В голове снова всплыл символ. Он был таким четким, таким реальным. И он был в его коде. В его «Оракуле».
Что, если «Оракул», созданный для обработки гигантских объемов информации, наткнулся на что-то, что не должно было быть найдено? Что, если этот древний символ – это не просто картинка, а своего рода «ключ» или «метка», которая активирует нечто в его системе, или, что еще страшнее, в самом мире?
Он чувствовал, что стоит на пороге чего-то грандиозного и пугающего. И самое главное – он был один. Один на один с тайной, которая только что проявилась в самом сердце его цифрового мира.
Утро встретило его холодным, безрадостным светом. Кофе был выпит, нервы натянуты до предела. Алексей знал, что сон не придет. Ему нужно было дождаться утра, дождаться ответа от Марины, и начать копать. Глубоко. Очень глубоко. Потому что то, что он видел, было лишь верхушкой айсберга. И он чувствовал, что под ним скрывается нечто гораздо более древнее и могущественное, чем он мог себе представить.
Оставалось лишь одно: сделать вид, что ничего не произошло. Запустить «Оракул» с затаенным дыханием, надеясь, что аномалия не повторится во время презентации. Но внутри Алексей был уже другим человеком. Циничный программист, верящий только в логику, столкнулся с чем-то, что разрушало все его представления о мире. И это было только начало. Продолжение главы 1:
Спустя несколько часов, когда первые лучи солнца уже вовсю заливали офис, Алексей, с красными от недосыпа глазами, все же запустил «Оракул». На этот раз, к его облегчению, аномалии не проявилось. Система работала стабильно, прогресс-бар уверенно полз вперед, и в конце концов на экране появилась заветная надпись: `Тест пройден успешно`.
Облегчение было мимолетным. Он знал, что это лишь затишье перед бурей. Символ исчез, но не забылся. Он пульсировал в его памяти, как фантомная боль, напоминая о чем-то необъяснимом, что теперь стало частью его жизни.
Первые сотрудники начали появляться в офисе. Шум кофемашины, негромкие разговоры, стук клавиатур – обычная утренняя суета. Алексей сделал вид, что ничего не произошло. Он улыбался коллегам, отвечал на вопросы о готовности «Оракула», но внутри него все кипело.
Около десяти утра на его телефон пришло сообщение от Марины.
`Привет, Алексей. Удивительно, что ты написал! Да, конечно, могу найти время. Что-то случилось? Я как раз сегодня до вечера в архиве. Может, после работы? Или в обед, если срочно?`
Сердце Алексея екнуло. Он почувствовал прилив надежды.
`Очень срочно, Марина. И очень странно. Можешь в обед? Я подъеду куда скажешь.`
`ОК, тогда в 13:00 у входа в архив. Знаешь, где это?`
`Да, конечно. До встречи.`
Алексей почувствовал, как напряжение, скопившееся за ночь, немного спало. Он не был один. По крайней мере, теперь у него был кто-то, кто мог бы хотя бы попытаться понять.
Остаток утра прошел в тумане. Алексей пытался сосредоточиться на работе, но мысли постоянно возвращались к символу, к «Алатырю», к тому, что он мог означать. Он даже попытался найти какие-то скрытые файлы, что-то, что могло быть оставлено аномалией, но ничего не обнаружил. Система была чиста. Слишком чиста.
В 12:30 он отпросился у руководителя, сославшись на срочную встречу. Спустился на лифте с пятьдесят четвертого этажа, чувствуя, как его обычный мир, мир высоких технологий и стальных небоскребов, медленно, но верно смещается в сторону чего-то совершенно иного.
Центральный архив Москвы располагался в старинном здании, чьи стены, казалось, впитали в себя века истории. Тяжелые дубовые двери, высокие потолки, запах старой бумаги и пыли – все это резко контрастировало с футуристическим офисом Алексея. Он ждал Марину у массивных колонн, оглядываясь по сторонам.
Марина появилась ровно в час. Она почти не изменилась с университетских времен: та же копна рыжеватых волос, собранных в небрежный пучок, те же яркие, любопытные глаза. На ней были простые джинсы и свитер, но даже в этой повседневной одежде чувствовалась какая-то особая, нездешняя элегантность.
«Алексей! Привет!» – она улыбнулась, и Алексей почувствовал, как впервые за долгое время напряжение в его плечах немного ослабло.
«Привет, Марина. Спасибо, что нашла время».
«Да ладно, ты же знаешь, я всегда рада необычным запросам. Что там у тебя? Ты так загадочно написал». Она взглянула на него с легкой усмешкой. «Выглядишь, будто не спал неделю».
Алексей вздохнул. «Так и есть. Почти. Пойдем куда-нибудь, где можно поговорить. Это… сложно объяснить».
Они нашли небольшое кафе неподалеку, где можно было уединиться за столиком в углу. Заказали кофе, и Алексей начал свой рассказ. Он говорил медленно, тщательно подбирая слова, стараясь быть максимально точным, но при этом не звучать как сумасшедший. Он описал «Оракул», обнаружение аномалии, странные нечитаемые символы, неудачные попытки удаления и, наконец, появление символа – стилизованной «А» с рогами.
Марина слушала внимательно, не перебивая. Ее глаза расширялись по мере того, как Алексей излагал детали. Когда он закончил, в кафе повисла тишина, нарушаемая лишь звоном ложек и негромким гулом голосов.
«Так ты хочешь сказать, что в твоем суперсовременном ИИ, который должен предсказывать будущее, появился древний магический символ, который сам себя удаляет и восстанавливает?» – наконец, спросила Марина, ее голос звучал немного ошеломленно.
Алексей кивнул. «Именно. И я нашел его. Этот символ. Он очень похож на Алатырь. Или Омфал. Или что-то подобное. Древний символ, связанный с мирозданием, знанием…»
Марина откинулась на спинку стула, задумчиво глядя в свою чашку. «Да… Алатырь. Очень мощный символ. В разных культурах он встречается в разных формах, но всегда означает что-то фундаментальное. Центр, исток, первоначало. Источник знаний, как ты правильно заметил. Но чтобы он появился в коде… Это, конечно, за гранью».
«Я знаю. Я сам не верю в это. Но я видел его. И он был там. В ядре моего проекта». Алексей подался вперед. «Марина, ты разбираешься в этом. В мистике, в городских легендах, в этих древних знаках. Что это может быть? Это какой-то хакерский след? Или… что-то другое?»
Марина нахмурилась. «Хакерский след? Маловероятно, чтобы хакер оставил такой архаичный символ. Это не их почерк. Обычно они оставляют что-то, что можно идентифицировать, или просто разрушают. А это… это больше похоже на подпись. Или метку».
«Метку чего?»
«Не знаю. Но если это Алатырь… В славянской мифологии он не просто камень. Это и алтарь, на котором приносились жертвы, и место, где рождались боги, и центр, где сходились все пути. Иногда его описывают как гору, иногда как глаз мира. Но всегда это что-то, что содержит в себе всю полноту бытия и знаний».
«Источник всей информации…» – повторил Алексей, его голос был почти шепотом. «Мой 'Оракул' должен был стать именно этим. Анализировать, предсказывать, аккумулировать знания».
«Вот именно», – Марина подняла на него взгляд. «Это… очень странное совпадение. Словно твой 'Оракул' не просто наткнулся на некий древний символ, а… активировал его. Или он активировал 'Оракул'».
«Как это возможно? Это же просто набор байтов и битов!»
«Алексей, ты же программист. Ты создаешь сложные системы, которые сами обучаются, развиваются. А что, если существуют системы еще более древние и сложные, о которых мы ничего не знаем? Что, если это не просто символ, а своего рода ключ? Или даже… программа, написанная не на привычном нам языке, а на языке, который мы давно забыли?» Марина говорила с увлечением, ее глаза горели. «В мистике, в алхимии, в древних учениях, символы никогда не были просто картинками. Они несли в себе энергию, информацию, они были проводниками».
«Проводниками чего?»
«Возможно, к чему-то, что находится за пределами нашего понимания. К древним знаниям, к скрытым измерениям. Или к чему-то, что было спрятано очень давно и теперь начинает себя проявлять». Она сделала паузу, словно взвешивая слова. «Послушай, Алексей. Я не могу дать тебе точного ответа. Но я знаю, что Москва – это не просто город. Это сложная сеть, где под современными улицами и небоскребами скрываются слои истории, легенд, тайных ходов. Есть много историй о том, как древние артефакты или энергии спрятаны в самых неожиданных местах».
«Ты думаешь, это может быть связано с Москвой?»
«Я думаю, это может быть связано с чем угодно. Но если этот символ проявился в твоем коде, в твоем 'Оракуле', который находится в самом сердце Москвы, в Москва-Сити… это не может быть случайностью. Всегда есть связь. Вопрос в том, какая».
«Что мне делать?» – Алексей почувствовал себя совершенно потерянным. Он был готов к любым техническим вызовам, но это… это было за пределами его компетенции.
«Во-первых, не паникуй. Во-вторых, не рассказывай об этом никому, кроме меня. Если это то, о чем я думаю… это может быть опасно».
«Опасно? В каком смысле?»
«В смысле, что это не просто баг. Если этот символ действительно является частью какой-то древней, возможно, даже разумной, системы, то она может быть… недоброжелательной. Или, что еще хуже, ее могут захотеть контролировать те, кто не должен. Ты же знаешь, сколько людей и организаций жаждут власти и информации».
Алексей вспомнил о «Кураторе», загадочной фигуре, которая уже давно проявляла повышенный интерес к «Оракулу». Его кровь похолодела.
«Я могу попробовать поискать что-то в архивах, в старых манускриптах, в городских легендах», – предложила Марина. «Может, есть какие-то упоминания о подобных проявлениях, о знаках, которые возникали из ниоткуда. Или о чем-то, что могло бы объяснить природу этого символа».
«Ты думаешь, это реальная угроза?»
«Я думаю, что это нечто, что нужно исследовать с максимальной осторожностью. Твой 'Оракул' – это мощный инструмент. Если он каким-то образом связан с тем, что ты увидел… это может быть очень серьезно. И для тебя, и для мира».
Алексей кивнул. Он чувствовал, что его мир только что перевернулся. Он пришел к Марине за ответами, но получил только больше вопросов. Но, по крайней мере, теперь он знал, что не сошел с ума. И что он не один.
«Хорошо. Я буду ждать от тебя новостей. И я буду предельно осторожен», – сказал Алексей. «Но есть еще кое-что. Этот символ… он исчез. Полностью. Никаких следов. Как будто его никогда и не было».
Марина задумалась. «Это еще интереснее. Если он может появляться и исчезать по своему желанию… это означает, что он не подчиняется стандартным законам. Он либо очень умный, либо… не из нашего мира. Или из очень древнего мира, о котором мы забыли».
Они договорились держать связь и обмениваться любой информацией. Алексей оплатил счет, и они вышли из кафе. На улице светило яркое солнце, город жил своей обычной жизнью. Но для Алексея этот день уже никогда не будет обычным.
Возвращаясь в офис, он чувствовал себя как человек, который только что заглянул за кулисы реальности. Его «Оракул», его детище, теперь казался не просто проектом, а порталом. Порталом в мир, где древние тайны переплетаются с высокими технологиями, где символы могут быть ключами, а код – не просто кодом.
Он знал, что впереди его ждет нечто гораздо большее, чем просто отладка нейронной сети. Это было расследование. Расследование, которое могло изменить не только его жизнь, но и представление о мире. И это его пугало. И одновременно… невероятно притягивало. Ведь он всегда был охотником за истиной, пусть и цифровой. Теперь истина приобрела совершенно иные, мистические очертания.
Он вернулся к своему рабочему месту. «Оракул» мирно гудел на серверах. Но Алексей больше не видел в нем просто набор алгоритмов. Теперь он видел в нем что-то живое, что-то, что только что открыло ему дверь в неизвестность. И он знал, что должен будет войти в нее.
Глава 2.
* * *
Алексей провел рукой по лицу, пытаясь стереть остатки ночного кошмара, который, как он начал подозревать, был вовсе не сном. Образ символа – стилизованной «А» с изогнутыми линиями, напоминающими рога или ветви, – намертво впечатался в его сознание. Он был настолько чужим, настолько… нецифровым, что это казалось абсурдом.