Девственность на продажу

Глава 1

Всего одно лёгкое движение, и подобие платья падает на пол. Я чувствую его скольжение на своей гладкой, ухоженной коже. Это длится доли секунды, но я ощущаю это и потом, ещё несколько секунд спустя. Потом меня прерывают тихим толчком в спину, показывая направление на помост. Направление, которое я прекрасно знаю, ведь оно находится прямо передо мной. Но как же я не хочу туда идти.

Не хочу, но мне это необходимо, просто жизненно необходимо, и я делаю шаг и выскальзываю из тонкой вискозы, которая так и остаётся лежать на полу вместе с другими тряпочками, которые принадлежали девушкам, отправившимся туда до меня.

Товар, – твержу я себе. Я всего лишь товар. Моя девственность сегодня выставлена на торги. Условие только одно: никто не должен знать про торги. Никто не должен знать, что эта организация вообще существует.

Да это вовсе не проблема, главное, что я получу свой процент сразу же, сегодня. Как только я сделаю то, ради чего меня сегодня купят. Как только я продам свою девственность.

Чувствую дрожь, но не потому, что меня смущают все эти похотливые мужские взгляды, спрятанные под карнавальными масками. Нет, не поэтому. Ведь я их даже не вижу, поскольку мой взгляд направлен прямо в пол. Просто в зале немного холодно.

Этим мужчинам комфортно, ведь они в костюмах, а мы, девушки, должны быть полностью обнажены, чтобы потенциальные покупатели видели, что они берут. Разумеется, кондиционеры в помещении работали на благо клиентов, но не ради того, чтобы девушки чувствовали себя уютно, потому что товар не спрашивают.

Я жутко мёрзла. Не знаю, насколько это было заметно, да и вообще, можно ли было не заметить покрытую мурашками кожу даже издалека. Не от страха, как могли бы подумать господа покупатели, а от холода.

На самом деле страшно мне не было. Я знала, куда иду, и успела подготовиться к этому морально. Еще дома я заучила наизусть простое заклинание: «это совсем не страшно, все это делают». Разве что не все делают это за деньги, но ведь не все могут себе позволить заниматься сексом только по любви.

Кажется, меня о чем-то попросили. О чем? Ах да, я должна повернуться, чтобы продемонстрировать свою упругую попу. Разумеется, ведь товар нужно рассматривать со всех сторон. Так положено. Так принято.

Поворачиваюсь, и меня снова едва не накрывает озноб. Господи, скорее бы они уже начали свои торги. А еще лучше, поскорее бы они уже их закончили, ведь в той комнате, где я потом окажусь с покупателем, будет куда теплее. Гораздо теплее, чем здесь.

Наконец-то прозвучала стартовая цена. Вот оно, понеслась.

С разных концов зала слышались наценки. Сумма становилась всё крупнее и крупнее. И круглее. Но это не все деньги, которые мне нужны. За вычетом комиссии этого мне не хватит. Пусть они ещё начисляют. Я готова терпеть этот жуткий холод, лишь бы они добрались до нужной мне суммы.

Я прекрасно понимаю, что полтора миллиона – это многовато за такую невзрачную девчонку, а с комиссией и все два, но всё же… пусть они не останавливаются. Пусть продолжают перебивать цену. Пожалуйста, пусть продолжают.

Тем временем я начинаю замечать, что чаще всего звучит один голос, который настойчиво продолжает перебивать сумму, причем в двойном размере. Неужели у меня завёлся поклонник? Хоть и временный.

Хочу поднять взгляд, но не могу. Кажется, будто голова то ли замерзла, то ли потяжелела. А может, это просто от волнения мои мышцы не хотят слушаться.

Впрочем, это всё равно мне ничего не даст. Всё равно я увижу всего лишь маску. Отсюда я не смогу поймать его взгляд. Не смогу увидеть, насколько сильно этот человек, этот мужчина хочет получить свою добычу. Я бы даже не смогла распознать даже примерный его возраст, если, конечно, он не древний седой старик с морщинами и обвисшей кожей. А что, миллионером можно быть в любом возрасте.

Как бы то ни было, я всё ещё не могла пошевелиться, а он всё продолжал бороться за меня. За меня? Неужели есть во мне что-то, за что стоит бороться? Это даже приятно и на какое-то время даже потеплело на душе, но я тут же вспомнила, зачем я здесь, и вернулась на землю. Я товар. Я всего лишь товар. Моя девственность выставлена на продажу, и как только я её отдам, сразу же вернусь обратно к нормальной жизни. Может быть, даже найду себе парня. Найду и забуду о сегодняшнем дне навсегда.

– Два миллиона двести тысяч раз, – наконец раздалась фраза, куда более уверенным тоном, чем все предыдущие. – Два миллиона двести тысяч – два. Есть ещё желающие? Два миллиона двести тысяч – три! Продано мужчине в четвертом ряду. Вы можете забрать ваш лот сразу после оплаты. Сейчас или по окончании аукциона.

Послышалось шевеление, как я подозреваю, где-то в районе четвертого ряда, и сразу же после него конферансье продолжил:

– Ну вот и замечательно. Девушку сейчас подготовят. А мы продолжаем наш аукцион.

Дальше я уже не слушала. Меня осторожно взяли под руку и повели к выходу с подмостков.

Едва сдержала довольный вздох, когда на меня накинули какую-то накидку. Не то же самое платьице, которое было на мне до выхода в зал. Это было что-то другое. Что-то мягкое и очень тёплое. Я наконец согреюсь, и даже раньше, чем я думала.

Послушно иду в том направлении, куда меня ведут, но не обращаю внимания на то, куда именно. Знаю только, что это то самое место, где мной собираются воспользоваться. Оно точно где-то в здании. На улицу меня не выводят, значит, всё будет происходить где-то здесь, тут же, на месте. А что, это удобно. Интересно, он снимет маску или так и останется инкогнито?

Меня завели в тёмную комнату. Точнее, сначала меня туда завели, и только потом сопровождающий меня молодой человек щёлкнул выключателем где-то позади меня, а сам ушёл, так и не зайдя внутрь.

Комната осветилась неярким, слегка приглушённым светом. Сразу стало немного уютно, и даже в какой-то степени располагало к интимной обстановке. Во главе комнаты стояла огромная двуспальная кровать, накрытая ярким алым постельным бельём. Ну просто на все случаи, от лёгкого интима до жёсткого БДСМ. К счастью, приспособлений там никаких не было. По крайней мере, на поверхности они не лежали. А вот для романтики всё же поставили парочку декоративных свечей, такого же цвета, как и постель. Точнее, это были лампы в виде подсвечников со свечами. Я подозревала, что если их включить, то комната должна будет окраситься их багровым свечением, но наверняка у меня ещё будет возможность убедиться в этом, если, конечно, мой покупатель этого пожелает.

Пока я рассматривала убранство комнаты, в которую меня привели, раздался щелчок двери. Мой сопровождающий ушёл, и я осталась одна. Осталась ждать, пока этот таинственный мужчина расплатится с организаторами и наконец посетит мою скромную персону.

Любопытство только усиливалось. Мне было очень интересно, как он выглядит вблизи, пусть даже в маске. Почему-то я даже не задумывалась о том, что очень скоро мне придётся спать с ним. Страха не было, разве что было немного досадно, что это всего на один раз. Ведь по сути этот человек спасёт жизнь другого человека, всего лишь переспав со мной.

А ведь ему даже не интересно, на что я потрачу эти деньги. Ему даже нет дела до того, как меня зовут. Для него я всего лишь одноразовая покупка. Поиграется и бросит. Нет, не так – заплатит, поиграется, а уже потом выбросит.

Я заставила себя вернуться в реальность, в которой я, как статуя, стояла посреди комнаты. Почему я всё ещё стою, когда я могу сесть на кровать и дождаться клиента в более комфортной, расслабленной позе?

Прошло несколько минут, прежде чем входная дверь открылась снова. Я сразу, автоматически, повернула голову в сторону входа и тут же столкнулась взглядом с вошедшим мужчиной.

Как я и опасалась, он всё ещё был в маске, но я хотя бы могла его рассмотреть в полный рост. Не знаю, насколько это было правильно в моём положении, но я не могла не пялиться на него. Не могла не всматриваться жутко любопытным взглядом.

А рассматривать было что. Мужчина имел красивую, подтянутую фигуру, и несмотря на проступающую седину в его волосах, казался достаточно сильным и даже спортивным. Настолько, насколько об этом можно было судить, учитывая то, что сейчас он был в строгом деловом костюме.

Но больше всего я не могла оторвать взгляд от темно-карих глаз, практически чёрных. Да, именно так и можно сказать. Меня поглотил омут его чёрных глаз, причем буквально поглотил.

Тем временем он рассматривал меня не менее тщательно, чем я его. Он так забавно склонил голову, что я едва смогла взять себя в руки и сдержать глупую ухмылку, которая так и просилась.

Наконец он бросил это бессмысленное занятие и подошёл ко мне ближе. Надо признаться, это отрезвило меня и заставило вернуться в реальность. Хотя, если вы никогда не влюблялись в чей-то взгляд с первой же секунды, вы навряд ли сможете понять, насколько тяжело мне было возвращаться на землю.

Но мне пришлось. Пришлось взять себя в руки и вспомнить, для чего я здесь.

– Итак, Лика, – он взглядом указал на ширинку, намекая, что мне придётся делать всё самой. – Можешь приступать. Чем быстрее мы закончим, тем быстрее ты сможешь вернуться домой.

Голос. Господи, лучше бы он молчал. Вот честно, как будто мне не хватило магии его глаз. Это был довольно властный и строгий тон, но из его уст он звучал как музыка. Самая прекрасная и мелодичная из всех, что я когда-либо слышала. Хотелось слушать его вечно, если бы это только было возможно.

Я снова с трудом заставила себя пошевелиться. Руки дрожали, но в этот раз уже не от холода. Пальцы не слушались и никак не желали зацепить собачку молнии.

От бессилия хотелось разреветься. Останавливала только опасность того, что клиент мог забрать свои деньги, так и не получив своё. Ну и, разумеется, незнакомец сюда пришёл не для того, чтобы вытирать мне слёзы, а чтобы лишить меня чести.

– Замёрзла? Или боишься?

И то и другое. Я снова почувствовала холод, хотя здесь точно не было кондиционеров. Точнее, меня накрыл озноб, с которым я так и не смогла справиться. Тело предавало меня, не желало слушать то, что говорит ему разум.

– Да ладно тебе, – он продолжил свой монолог, – я же не кусаюсь. Конечно, в твоём случае это я рискую остаться укушенным, но ничего страшного. Я и не такое видал. Ты же у меня не первая.

Ещё после фразы о риске остаться укушенным мне стало гораздо легче. Я даже улыбнулась, но лишь на мгновение. Но хотя бы немного расслабилась и даже почувствовала себя немного увереннее. Пальцы всё-таки нащупали молнию и крепко ухватились за неё. Ещё немного, и брюки с тихим шелестом поползли вниз, на пол.

– Вот умница, – он глубоко вздохнул, когда следом за брюками на пол отправились и его черные боксеры. – Это ведь не страшно, правда?

Эта фраза снова заставила меня усмехнуться и уже смелее приступить к тому, ради чего меня купили.

Глава 2

Меня нельзя назвать совсем неопытной, даже несмотря на то, что я умудрилась сохранить свою девственность, в то время как некоторые из моих сверстниц в свои девятнадцать уже были мамами. Я не первый раз видела перед собой голого мужчину и не первый раз прикасалась к нему руками… и не только. По крайней мере, я знала, что делать.

Закусив губу, я наблюдала, как боксеры моего покупателя сползают вниз, освобождая внушительного размера член. Видела уже и не раз, в том числе такие же немаленькие. Благо, опыт хоть и небольшой, но всё же есть.

Приступаю к делу. Облизываю головку, слегка придерживая рукой ствол, и почти сразу же беру его в рот, стараясь погрузить на всю длину. Ну, или хотя бы настолько, насколько смогу.

Слышу, как меняется его дыхание. Становится прерывистым, шумным. Не решаюсь поднять голову вверх и посмотреть на него, но мне кажется, что его глаза должны быть закрыты от удовольствия, а рот слегка приоткрыт. Мне кажется, что так и есть.

Я начинаю двигаться смелее и ритмичнее, чувствую, как во мне самой просыпается дикое желание. Дикое желание в этот раз дойти до конца. Не потому, что сегодня просто обязана это сделать, а потому, что я хочу этого, как никогда раньше. Я хочу этого мужчину, который по сути мне в отцы годится.

Глубже. И ещё глубже. До самого конца. Немного непривычно и даже не совсем удобно, но это можно перетерпеть ради себя самой, хотя бы.

Меня увлекает это занятие настолько, что я не сразу слышу его голос.

– Ну всё, всё, – голос его дрожит, и это заводит меня ещё больше, хотя я уже не понимаю, можно ли ещё больше завестись. – Оставь хотя бы немного себе.

– Себе?

Я сначала удивляюсь, потом вспоминаю, зачем я здесь, и мне становится неловко. Дурацкая привычка доводить до конца. Это было необходимо раньше, но не сейчас. Сейчас я здесь совсем для другого.

Возвращаться в реальность не хочется, да это и не требуется. Мне нужно всего лишь позволить мужчине проникнуть в меня. Всего лишь позволить ему овладеть мной. Это ведь наверняка и мне должно понравиться.

Мужчина, не теряя времени даром, опрокидывает меня на кровать и спешно снимает с себя пиджак и белую рубашку. Я не успела опомниться, как он залез ко мне и пристроился сверху, накрывая меня своим телом. Несмотря на уже заметную седину в волосах, он выглядел довольно спортивно. Не качок, но что такое спортзал, он точно знает, и в солярии периодически бывает. Об этом трудно было не догадаться.

И сейчас этот привлекательный мужчина лежит на мне, покрывает жаркими поцелуями мои плечи, шею, покусывает мочку уха. Господи, до чего же это приятно.

Он неторопливо спускается вниз, к моей груди, ненадолго задерживаясь на каждой из них. Чувствую, как выгибается моя спина, хотя я изо всех сил пытаюсь лежать ровно. Но это сильнее меня, и я просто ничего не могу поделать.

Комната, да что там комната, весь мир плывет, когда он опускается ещё ниже. Не существует больше ничего, кроме его жаркого дыхания у меня между ног, его влажного языка, изучающего мои прелести.

Больше я не могу себя контролировать. Часто слышала от парней, что это им мешает, что им неудобно, но ничего не могу с собой поделать. Моё тело не подчиняется мне. Больше не подчиняется.

Его сильные руки крепко держат мои бедра, прижимая их к постели, не давая мне сильно ерзать. Если бы только можно было сдержать всё остальное тело. К черту причёску, к черту приличия. Я не в квартире, где тонкие стены и соседи слышат каждый звук, а в специально отведенной для этого "гостинице". Здесь я не одна такая, так почему я продолжаю сдерживать себя по привычке? К черту стеснение.

Стон пробивается сам собой. Сначала слабый, пока я пытаюсь уловить его реакцию. Убедиться в том, что его не будут отвлекать издаваемые мной звуки. Но он только сильнее стиснул мои ягодицы и крепче прижался головой к моей промежности, заставляя меня окончательно потерять связь с реальностью. Конечно же, я не могла не отреагировать на новую порцию наслаждения новыми стонами.

Дрожь пронзала моё тело, но он по-прежнему не отпускал. Держал до последнего, боролся с моими руками, которые пытались скинуть его и прекратить эту дикую пытку.

– А ты страстная, – мужчина наконец оставил своё занятие и на мгновение навис надо мной. – Повезло твоему парню. Или повезёт, если у тебя его ещё нет.

Страстная? Так вот как это называется? Да ещё оказывается, моим бывшим мальчикам должно было везти? Похоже, не тех парней я выбирала.

Но окончательно опомниться мне дали. Мужчина переместился чуть выше. Слева от моей головы матрас чуть прогнулся, продавленный его крепкой жилистой рукой. Вторая рука прокладывала путь к моей девственной дырочке. Я с неохотой открыла глаза, когда он замер, всего лишь на секунду.

– Сейчас придётся немного потерпеть, – шепнул он, склонившись надо мной, едва касаясь губами моей кожи, и тут же я почувствовала резкий толчок.

Больно не было. Совсем не было. Не знаю почему. Может быть, это из-за моего высокого болевого порога, а может быть потому, что мужчина не дал мне сосредоточиться на моих ощущениях, в тот же момент отвлекая меня жарким, влажным поцелуем.

Вскоре он приподнялся и продолжил двигаться во мне, сначала медленно, потом наращивая темп. Его движения, такие выверенные и монотонные, ускорялись в такт моему дыханию. Всё быстрее и быстрее, глубже, сильнее.

Наконец, он замер, постепенно выравнивая дыхание. Я открыла глаза и сфокусировала взгляд на его маске. И как она до сих пор не съехала?

Я поймала его взгляд. Он рассматривал меня, но лишь несколько секунд. Очень скоро он взял себя в руки и осторожно, стараясь лишний раз не тревожить меня, покинул постель.

– Твои деньги у организаторов, – бросил он через плечо почти бесцветным голосом и ушёл через дверь, которую я не сразу заметила. Наверно, и мне стоило бы обмыться после всего этого.

И это всё? Ни тебе до свидания, ни комплиментов по поводу того, что я сегодня славно постаралась. Хоть бы слово какое приятное сказал. Да сгодилась бы даже более вежливая интонация.

Я стояла в душе, не обращая внимания на горячие струи воды, стекающие по моим плечам. Всё, что меня волновало, это безразличие человека, который совсем недавно с таким вдохновением ласкал меня. Неужели можно вот так, буквально в одно мгновение изменить своё отношение? Нет, это понятно, что он и не должен, как настоящий рыцарь, тут же падать передо мной на колени и предлагать свою руку и сердце. Я не жду этого, просто…

И всё же у меня сложилось впечатление, что этот миллионер был не таким уж и простым человеком. Будто он что-то искал здесь, нечто большее, чем развлечение.

Я посмотрела вниз и увидела, что вода собиралась возле слива уже чистой, не смешивающейся с кровью. Уже можно было выключать воду и идти домой, забрав свои деньги. Уже завтра я ими распоряжусь так, как и планировала. Уже завтра. А сейчас пора идти.

Но я не могу пошевелиться. Мой взгляд прикован к полу, к решётке слива. Эти магические круги из пены завораживают, снова погружают мои мысли в водоворот недавних событий.

Боюсь закрыть глаза, чтобы снова не представить эту картину. Нет, не сам секс, который, надо признаться, был бесподобен, а слишком резкую перемену от страстного властного мужчины, который всё держит в руках, до холодного подонка, который периодически тратит немалые деньги только лишь для того, чтобы переспать с девственницей. Только что он жадно целовал моё молодое нежное тело, а некоторое время спустя грубо отшил. Никак не могу этого понять. И никогда, наверное, не смогу.

Пора. Пора уже взять себя в руки и покинуть душ. Хотя бы покинуть душ и вернуться в номер. Стараюсь не смотреть на смятые простыни, чтобы снова не вызвать новый приступ столбняка, но всё же успеваю заметить едва заметное пятно. Красное на красном, но я его вижу. Я точно знаю, что оно там.

Пытаюсь одеться быстро, но руки дрожат, и надеть свои же собственные вещи обратно удается не сразу. Пока одеваюсь, чувствую, что во мне произошли какие-то перемены. Не могу объяснить словами, но теперь я иначе себя чувствую. Не там, внизу, между ног, а чуть выше, в груди. Я женщина. Да, наверное, я чувствую себя как женщина, а не как восемнадцатилетняя девочка, в этом вся суть.

Если кто-нибудь захочет спросить меня, не жалею ли я о том, что отдала свою честь… нет, не отдала, продала свою честь абсолютно постороннему человеку, то я отвечу, что нет. Я не жалею об этом. Да, я извлекла из этого хорошую выгоду, но я никогда об этом не пожалею. Я продала её не зелёному сопляку из соседнего подъезда, а вполне опытному мужчине. Лучше так, чем потом всю оставшуюся жизнь гадать, а что если другой был бы лучше. В моём понимании лучше этого таинственного незнакомца никто бы не справился.

Спускаюсь вниз, в кабинет администратора. Сам мужчина всё ещё находился в зале, следил за торгами, которые всё ещё были в разгаре, но вместо него дежурили помощники. Один из них вернул мне паспорт и запечатанный конверт с деньгами.

– Вы можете пересчитать здесь, – голос молодого человека звучал довольно настойчиво.

– Нет, спасибо, я вам доверяю. Если что не так…

– Если что не так, – он перебил меня всё тем же тоном, не терпящим возражения, – то мы вас не знаем. Впервые видим. И вообще, всё, что вы расскажете о сегодняшнем мероприятии, будет являться вашим бредом.

Ну конечно же, полная конфиденциальность. Я даже бумагу какую-то подписывала. Конечно, там было много чего, но и этот пункт о неразглашении тоже был включён в этот договор с подробным описанием того, что будет, если я решу его нарушить.

Я взвесила конверт. Никогда не держала такой суммы, но всё же мне показалось, там даже больше, чем мне нужно было. Я думала, что за вычетом комиссии должно было остаться чуть меньше. Но это даже хорошо. Это поможет мне успокоиться и ни в коем случае не думать о разглашении.

Что касается последнего, то мне стало интересно, насколько здесь всё зашифровано. То есть, смогу ли я узнать хоть что-нибудь.

– Скажите, пожалуйста, – мой голос казался слишком робким даже мне самой, – этот мужчина, который купил меня… как его зовут?

Молодой человек посмотрел на меня, как на сумасшедшую, но меня это ни разу не задело. Я знала, что мой вопрос был дурацким.

– Если покупатель не хочет снимать маску или называть своё имя, это его право.

– Я знаю, но…

– Наши клиенты не дают нам своих данных по обе стороны договора. Он мог назваться Иваном, а по паспорту он может быть хоть Стасом, хоть Даниилом, да хоть самим Иисусом. Это не наше дело.

Он договорил и сразу же вернулся за свой рабочий стол, всем видом давая понять, что разговор окончен. Я пожала плечами и отправилась на выход.

Попытка не пытка, даже если она неудачная. Мне всего восемнадцать, и вдобавок я блондинка. Никто не запретит мне задавать глупые вопросы. И пусть я ничего не узнала, от слова совсем, но я хотя бы знаю, где его искать. Осталось только выяснить, как быстро его здесь можно будет застать в следующий раз. И где в следующий раз будет находиться это «здесь». Кто знает, где будет проходить аукцион: здесь или в какой другой элитной гостинице?

Водитель уже ждал меня на парковке. Один из штатных водителей, которые дежурили у здания. Они довольно оперативно развозили людей во время всего мероприятия. Я взяла самую ближайшую машину и очень скоро была дома. Спрятав конверт в надёжное место, я даже не раздеваясь завалилась под тёплое одеяло и уснула.

Глава 3

Спустя несколько дней, точнее две недели и три дня, мне в голову начали приходить абсолютно бредовые мысли. Хотелось вернуться обратно и снова поучаствовать в этом аукционе. Пусть я больше не смогу предложить на продажу свою честь, но и предложить мне было что.

Как оказалось, в постели я была довольно страстной, если верить этому мужчине, о котором я все это время не переставала думать. Может быть, я уже не смогу извлечь из этого настолько крупную выгоду, но я и собиралась вернуться не ради выгоды. Я собиралась вернуться ради этого таинственного мужчины.

Если вернуться немного назад и кратко описать эти две недели, то рассказ получится уж слишком коротким. Я использовала сумму, которую получила, а лишнее отложила на депозит. Ни нарядов, ни украшений, ни самой дорогой косметики я покупать не стала. Деньги мне были нужны на операцию, и я потратила их на операцию. Ну разве что, немного перехватила на продукты и угощение для отца. Главное, что он остался доволен, а я за столь долгое время нормально поела.

Что касается моего таинственного покупателя, то я ни на секунду не переставала думать о нём. Как только выпадала свободная минутка, я возвращалась мысленно в ту алую комнату. Не хотела забывать, выбрасывать из головы. Умышленно прокручивала воспоминания снова и снова, до мельчайших подробностей. Не позволяла себе забыть его прикосновения, запах кожи, бархатистый голос и глубокий взгляд карих глаз. Так себе приметы, конечно, но это всё, что мне на данный момент было известно.

Тем временем, спустя какое-то время, я стою в своей квартире и дежурю у телефона. Пытаюсь дозвониться до организаторов тайного, нелегального аукциона. Зачем? Сама не знаю, что им сказать. Официальная версия даже для меня самой звучит бредово, поэтому нужно как можно скорее продумать легенду, пока на другом конце не сняли трубку.

Трубку так и не сняли, и я отключилась, едва заслышав голос автоматического помощника. Уже второй день. Второй день до них нельзя дозвониться. Как же тогда я смогу узнать, когда будет следующий аукцион, а заодно и записаться? Сразу, пока не поздно.

Последняя попытка. Если не получится дозвониться, то я… буду снова звонить завтра, послезавтра и послезавтра, и так далее, пока не добьюсь своего.

– Алло, – голос в трубке раздался так внезапно, что я растерялась. Вся моя уверенность куда-то улетучилась, в ушах зашумело, а голос куда-то пропал. – Алло. Говорите уже или положите трубку.