В эту ночь заглянула Муза
- -
- 100%
- +
Маргарита Сазанович Дизайнер обложки
© Вячеслав Сазанович, 2023
© Маргарита Сазанович, дизайн обложки, 2023
ISBN 978-5-0060-8960-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Притча о писателях
По мотивам рассказаКарла Эвальда «О сочинителях»Однажды бог людей создал.А чтоб жилось без лени,Работу каждому раздалВеликим повеленьем:Ему копать, а ей варитьБорщи на званный ужин,Ему войска в поход водить,Для стройки этот нужен.Один ворует, лжёт инойНа депутатских преньях.А третий – вождь – он стал главойЛихого поколенья.Все заняты, и мир, порой,Сменяется войною,Любовь тоскою, боль слезой,А занятость покоем.Доволен стал отец идей,Что с выси небосводаОн одарил весь мир людейПрактической работой.Но как-то раз бог пролеталНад лесом. И под пихтойОн вдруг случайно увидалБездельников каких-то.К чему, не ведали они,Даны им были руки.Сидели тихо, там, в тениИ маялись от скуки.Порой, глядели на других,Надменно задираяНосы, – и дел у них иныхГосподь не узревает.И бог с небес спустился к нимУзнать работу, должность.В ответ промолвили они,Что не имеют склонностьНи к танцам, де́ньгам, топору,Ни к ловле, ни к охоте —Им предначертано в мируНе ведать страсть к работе.Господь задумался, ведь онВсе должности, занятьяДругим раздал. А этим что?Лишь ленью упиваться?Три дня отец наш размышлял,Чем их бы наградить бы,Три дня он думал, да решал,Что бездарям вручить бы.И на четвёртый порешил:«Раз стали вы такими,Во взор я ваш вживляю пыл —Следите за другими!Велю я вам о них слагатьЛегенды на бумагах.Даю вам дар – пером писатьО подвигах и драках.Из фраз романы ты твори,А ты – стихами вирши»…Вот так и создал для ЗемлиПисателей Всевышний.Стихи о любви
На пустом берегу у изломанных скал,Где свирепствует гневное море,Он стихи о любви глубоко закопал,Под бушующий грохот прибоя.Он когда-то для всех был обычным пажом,Недостойным у трона быть первым.Но однажды, простым и безоблачным днём,Полюбил красоту королевы.Он мечтал рассказать ей об этом скорей,Он хотел королеве раскрыться.Но при встречах желанных алел перед ней,Опуская смущённо ресницы.И тогда о любви он стихи написалБеззаветной любви к королеве.Со стихами ей сердце и душу отдал.А она лишь воскликнула в гневе:«Ты ни герцог, ни граф, ни морской адмиралИ ни принц из державы соседней.Как посмел ты вручить мне такое, нахал!Уходи! И из замка исчезни!»И теперь он стоял у задумчивых скал,Забывалась тяжёлая рана.Он стихи о любви глубоко закопал,Закопал у ворот океана.Ровно в полночь над ним воссияла звезда,Разожжённая огненной силой.«Поднимайся, родной мой, скорее сюда!Будем вместе!» – звезда говорила.Без раздумий шагнул он в смятение волн,Оставляя земные печали…И, быть может, и ныне восторженно онСо звездой над планетой сияет…В череде этикетных томительных днейКоролева пажа вспоминала.И она поняла, что светлее речейО себе никогда не слыхала.Вновь стихи о любви лицезреть госпожаЗахотела и верным вассалам:«Разыскать и доставить мне в замок пажа,Со стихами любви!» – приказала.Доскакали они до прибрежной черты,Взяв собачью для поисков свору.Средь песков отыскали собаки следы,Уходившие в бурное море.Королева, узнав, что случилось с пажом,Что шагнул он в кипящие волны,Отреклась на дворцовом совете большомОт короны, владений и трона.А потом удалилась к седым берегам,Поселилась в лачуге унылой.Через год, или два, по засохшим следамНа прибрежную вышла могилу.Осознав, что могила скрывает словаО любви на песчаных глубинах,На ногах госпожа удержалась едваИ расплакалась, всхлипнув бессильно.В тех местах пробегает сегодня ручей —Он рождён королевской слезою.Он сверкает огнём королевских очейИ уносится в грохот прибоя…Это было давно. У изломанных скал.У волны, переполненной гнева.Там стихи о любви паж в песках укрывал,Там жила для него королева.Дракон
Суставы разнылись и зубы не те.И крылья обузой являются лишней.Последнее лето живу на землеИз долгой своей многове́ковой жизни.Оставьте меня, скоро сам я помру.А дальше творите со мной что угодно…Так нет же, по-прежнему олухи прут,Желая прославиться в битве с драконом.Я старый уже. Словно зайцев удавДавно поглощать не могу никого я…Вот, герцог лежит, вот, по-моему, граф,А вот и барон ткнулся в холм головою.Я старый… Но лучше меня ты не тронь,Всë также, как в ранние годы от рода,Пылает во мне первозданный огонь —Восходоподобный огонь, с позолотой.Не лезьте ко мне вы, себе на беду.Зачем? Я уже никому не мешаю —Деревни не жгу и невест не краду,А скромным отшельником дни доживаю.Забудем о прошлом. Что было – ушло.Не надо движений без смысла и толка.Позвольте дочувствовать кожей теплоПоследнего лета… Оно ведь недолго…А осень придёт, с нею я по утруУстало прилягу на древние камни.Закрою глаза и спокойно умру,В груди остужая огонь первозданный…Милашка кикимора
На ведьмином поле, в заброшенной келье,Глубокою ночью, под полной Луной,Кикимора выпила чёртово зельеИ губы обмыла водой неживой.Была она старой, была она тощей,И страшной ужасно, и жутко кривой.Но вдруг округлились кикиморы мощиИ лик задышал молодой красотой.Милашка! Богиня! Прелестница! Сказка! —Теперь ей дарились такие слова —А ножки какие! А талия! Глазки! —Галдела о ней повсеместно молва.Кикиморы стройной телесные сластиИ томного взгляда прельщающий зной,Так явно манили, что скоро от страстиСовсем потерялся рассудок мужской.Но только себя она лишь обожала.А толпы мужчин… А на них наплевать.И всё же из них иногда выбиралаКого-нибудь на ночь игрушкой в кровать.За ласки кикиморы вспыхнули войны,Ведь каждый хотел быть одним для неё.И гибли мужчины. Но сердце довольноОт этого только стучало её.Летели года. И старухой засохшейСебя в зеркалах она встретила вновь.Не слышит речей она сладостных больше,И стала не к ней льнуть мужская любовь.И что же ей делать? Нет выхода боле?Найдется! Чтоб снова ей быть молодой,Достаточно выйти на ведьмино полеИ чёртова зелья хлебнуть под Луной.Смычок и скрипка
В пляске со звуком прозрачным и зыбкимСвечкой в тени рисовался узор,Тонкий смычок с лакированной скрипкойСтрастный вели меж собой разговор.Музыка струн проникала в сознаньеТихим приливом, солёной волной,Воздух взлетал над свечным колебаньем,Ночь забывала про лунный покой.Скрипка смычку о надеждах твердила,Он, соглашаясь, её целовал.Им было сладко, и им было мило,Каждый из них от восторга дрожал.Старый скрипач скоро звуки упрячетВ мрачный футляр и исчезнет в ночи,А на столе, от тоски – не иначе,Сгорбится в чаше огарок свечи.Луна
Ты читаешь, наверное, книжкуЗа столом у большого окна.Ночь пришла совершенно неслышноИ безветрием тихим скромна.Дом соседский уснул в треуголке,Уперевшись в поленницу дров.Липа, рядом с сопящею ёлкой,Видит множество липовых снов.Кто-то ярких горошин пригоршниВклеил прочно в небесную тканьИ измятой лесною гармошкойОчертил горизонтную грань.Ты, наверное, книжку читаешь,Выливается свет из окна…Ты читаешь, сидишь и не знаешь,Что зажглась в твоём доме луна.И безумие лунного светаЯ желаю изведать до дна —Ты моё лучезарное лето,Моя лучшая в мире мечта!Я хочу, чтобы свет из окошкаДля меня запылал маяком,Освещая при этом дорожкуТу, что в твой пробирается дом.Верю я, ночью точно такою,Что вновь будет тиха и скромна,Я ворвусь в этот дом и с тобоюНасовсем обнимусь у окна.Чародейка
Так случилось, что я тайну разгадал,Раскусил секрет ресничных опахал,В их бездонной, опьяняющей тениПрячешь звёзды ты в обыденные дни.Ну, а вечером свершаешь колдовство,Только солнце спать уляжется, и вотТы улыбкой, из сверкающих очей,Выпускаешь в ночь созвездия огней.Жар плечей твоих они в себе хранят,О любви к тебе безумной говорят,И горят они, горят, горят, горят…Боже, как же чародействует твой взгляд!Утро вспыхнет, и созвездья снова внизУстремятся в опахания ресниц.Вместе с ними я хочу в глаза упасть,Утопиться, раствориться и пропасть.«Просыпалась соль из небесного ситца…»
Просыпалась соль из небесного ситца…Ах, что-то должно очень скоро случиться!И пух серебриться на свечках берёз,И мир веселится под рокот колёс.Бежит за окном деревень вереница,Вагоны качают лучистые лица.Скорей на вокзал, а потом сквозь морозДобраться до дома из сказочных грёз!И скрипнет под шагом твоим половица…Ах, что-то должно очень скоро случиться!Если сердце ликует и плачет
Если сердце ликует и плачет,Это что-то, конечно, значит.Это важно, – и важно очень —Если мысли и чувства в клочья!Ну, а что может быть важнее,Тех мгновений, когда я вижу,Ощущаю тебя и слышу,Поцелуем скользя по телу?Бьётся море волной об скалы,Брызги в грохот удара втиснув —В этой жизни так счастья мало!Да и мало самой-то жизни.И поэтому сердце плачет,И поэтому мысли в клочья —Это важно, конечно, значит,Это нужно – и нужно очень!Отражение
Ты улыбаешься – я улыбаюсь,Ты веселишься – и мне хорошо.Если работой опять изнуряешься,Значит, и я буду биться ещё.Ты заболеешь – и я заболею,Ты ляжешь спать – и я тоже усну.В прорубь зимой если прыгнуть посмеешь,В след за тобой без раздумий нырну.Каждое в жизни твоей изменение,С нотками холода или огня,Может увидеть своё отражениеВ зеркале сердца в груди у меня.Если с зарницею раннею встанешь,Значит, и я буду бодрым к утру.Буду беспомощным, если устанешь.Если умрёшь – то я тоже умру.Гвозди в сердце
Равномерно забиваяГвозди в сердце молоточкомВремя тихо исчезало,По секундам, по кусочкам.У окна поникший фикусЗадремал под вой метели.Ты уйдёшь, оставив привкусКожи сладкой на постели.Под метельные стенаньяТы уйдёшь и у дорожки,Может, встанешь, на прощаньеЗаглянуть в моё окошко.Неизбежно скоро будет,Что часы, скрипя усами,В боль разлуки прочно вкрутятРасстоянье между нами…Ну а нынче гвозди в сердцеМолоток пускай вбивает —Предлагаю дальше делать,Всё, о чем с тобой мечтали!Диалог
– Здравствуй!– Здравствуй, друг мой мил, Как ты жил, не вспоминая Обо мне?– К тебе спешил Дни и ночи, дорогая!– Средь путей, среди дорог Ты забыл меня… наверно?– Что ты! Что ты! Как я мог! Изгони из сердца скверну!– Почему же ни письмаИ ни строчки от…– Родная! Без тебя мне жизнь – тюрьма, Без тебя во тьме я таю! Сквозь туман, палящий зной, Сквозь простор, укрытый мглою, Я спешил к тебе одной, Чтобы быть с одной тобою.– Нет! Не трогай! Отойди!.. Нет!.. Постой… не уходи же!.. Прикоснись к моей груди, Опускайся ниже, ниже… Ляг со мной и обними, Обними покрепче, ну же! Друг, мой милый, ты пойми, Что и мне ты очень нужен…Дрожь позёмкою прошла. Тополей пронзая косы,Над землёй метель несла Долгожданные морозы…Случай на охоте
Я взлечу! Ты лишь только мне путь укажиИ крылом с высоты помаши, помаши.Мне нисколько не больно, родной мой, поверь!Лучше в небо держи приоткрытою дверь.Этот выстрел меня лишь немного задел,Он с тобой разлучить навсегда не посмел…А на перья, любимый, мои не смотри,Не беда, что они измарались в крови.Видишь, я шевелюсь, видишь, грудью дышу,Значит всё хорошо, и к тебе я спешу!С громким лаем собак смерть несётся ко мне?Ты не верь, мой любимый, земной кутерьме.Я взлечу! Милый мой, не сходи ты с умаИ крылом с высоты помаши мне, пома…Что стоишь, качаясь…
Подражание
Средь осени, в долине, с прохладою речноюУкрасилась рябина сафьяновой листвою.Зачем же ты, рябина, так ласково зарделась?Зачем в цветное платье взяла и приоделась?Промолвила красотка: «Смотри, какой высокий,Извилистый и строгий дуб замер у дороги.Поверь мне, здесь, у речки, у речки неглубокойСтучит моё сердечко без дуба одиноко.Ах, как же мне мечталось смущённо с ним о встречах!Но робость разметалась событием под вечер.Вчера ходили люди. И громко стали спорить,О том, что здесь пустынно и дом пора построить.И через год, со света, исчезну я… ЖестокоЛюбви земной не сведав погибнуть одинокой.Вот и пылаю красно я дубу на закланье.Ты знаешь, как прекрасно поджечь его желанье!Я с ним договорилась! Сегодня! Этой ночью!Придёт ко мне и лаской, и страстью опорочит!Ах, как хочу отдаться ему упругим телом!Ах, как хочу взорваться в его объятьях смелых!»……Прошли года. И с места, где виделась рябина,Такой же одинокий дом покорил долину.Ну а в округе дома, из ямок и на кочках,Торчат гурьбой веселой рябиновые дочки.С удобствами на улице, вне дома
Уеду от сомнений ежедневных,От грохота и лязга городскогоВ спокойность покосившейся деревни,С удобствами на улице, вне дома.Пускай, там нет ни байта интернета,Дорога не знакома с фонарями,Но воздух там чистейший на планете,С прозрачною росою под ногами.Там ночь всегда приходит с тишиною,Без Часа Пик асфальтной мелодрамы.И дружит ночь с глухою темнотою,А не с огнями уличной рекламы.Там, за окном, рождаются туманыВ любых рассветах – утренних и поздних.И не галдят с экранов шарлатаныО санкциях и бедах всевозможных…Уеду я, без всяческих сомнений,В далекий край от грохота людскогоИ буду жить в прекраснейшей деревне,С удобствами на улице, вне дома.Полуночная роса
Зазвенела комарамиПолуночная роса,Месяц острыми рогамиПротыкает небеса.Мотылёк крылом качаетБесконечный Млечный Путь,Ель туманы собирает,Чтобы тихо в них уснуть.Звёзды дружно окунулисьВ камышом заросший пруд.Оглянулись, улыбнулись,И пожить решили тут.Лягушонок распеваетНезатейливый мотив,А сверчок ему внимает,Скрипкой эхо подхватив.Ночь прекрасна, ночь дурманит,Ночь легка и хороша,И на сердце след оставитБесшуршаньем камыша.Беседка
Я в открытой сижу беседке.Льётся дождь и прохладно чуть.Лист зелёный дрожит на ветке —Ходуном его ходит грудь.А к столбам надо мною тонкимЗонт беседки прилип шатром.Распыляясь, стучатся звонкоКапли в зонт дождевым хлыстом.Дом застыл деревенский рядом.Чередою двойных окóнОпьянëнным от влаги взглядомНа забор загляделся он.У забора вполне степенно,Как не каждый и пить бы смог,Пьёт небесную воду сенаНебольшой, но щекастый стог.Ну, а лист всё дрожит на ветке,Ходуном также ходит грудь.Льëтся дождь. Я сижу в беседке.И не холодно мне ничуть!Безмолвные тайны
Забыв о рабочем дресс-коде,О жизни по планам квартала,Люблю я на даче в субботуПод вечер присесть у мангала.Легко прижимаются к телуИзмятые джинсы с рубашкой.Под вечер любому там делуОткрыта душа на распашку.Китайский приёмник негромкоМотивом российским бормочет.Шашлык ароматнейшим сокомНад углями нежно квакочет.С листвы там ручьи кислородаСтекают в воздушные массы.И может безмолвно природаО многом рассказывать сразу.Расскажет она о забореПод мхом отсыревшем и склизком.Соседском мурлычущем воре,Укравшим из миски сосиску.Расскажет она о туманах,Искусственном дыме немножко,И как в землянистых карманахНеспешно толстеет картошка.Расскажет ещё и про тягу,Для жара так нужную печке,Про сонную, тёмную влагу,Живущую в жилистой речке…Люблю я на даче в субботуПод вечер присесть у мангала —Ведь тайны безмолвно природаНе все ещё мне рассказала.Старенький дом
В дебрях лесных, перевитых плющом,Словно в огромном надёжном футляре,Возле ручья беззаботливо домСпал – покосившийся, маленький, старый.Кем он построен – забыто совсем.Домику в дебрях так дремлется сладко!Воздух вдыхая межрёбием стен,Пыль он засасывал слоем осадков.Слоем осадков воздушная пыльВ дом серебром невесомым влетала,И, как проверенный жизнью костыль,Дальше держаться ему помогала.Стёкла исчезли из óкон и дверьТоже ушла из входного проёма.Что ж горевать о потерях теперь,Главное стены есть с крышей у дома.Крона лесная небесный зенитВ листьях упрятала весь, без остатка.Дом под листвою так сладостно спит!..Словно младенец под пледом в кроватке.Стол
Стол стоит у окна. Над столом тишинаС обезлюстренной тьмою повисла.Повидать, разглядеть неподвижно сполнаСмог за годы он собственной жизни.Видел он под собой детвору и котов,И осколки от рюмочек хрупких,Видел брюки сидящих друзей и врагов,Босоножки, колготки и юбки.Ощущал на себе тяжесть громких тостов,Пироги, самовары, газеты.Видел ненависть он, видел боль и любовь —Ну, а как без любви в жизни этой?Стал свидетелем тайн многочисленных стол,Не любую доверишь бумаге.Сколько фраз и речей понаслышался он,Грязных, чистых – и прочих, и всяких…Ножки в мраке блестят, упираются в пол,На столешнице скатерти сетка.Стол стоит у окна, вроде старенький стол,Но как в юности – верный и крепкий.Иду случайным визитёром
Я в этом городе чужой.Взяв одиночество в партнёры,По неизвестной мостовойИду случайным визитёром.Берёзы чувствую я взгляд,Смущённо скрытый под косицей.И обо мне в листве галдятЗаинтригованные птицы.Чуть впереди кирпичный домСкамью воткнул перед подъездом.Но даже он своим окномСледит за мною с интересом.Дорога скоро в бок вильнёт,Лоснясь под солнцем иллюзорно.И мне вильнуть с ней в поворотСовместно будет не зазорно.Что поджидает по пути?Места и таинства какие?Кого смогу ещё найти,Бродя по городу впервые?Гулять осталось ровно час,Потом уеду я отсюда.Но, всё же, чувствую сейчас,Что здесь чужим уже не буду.И если я сюда судьбойЕщё раз выброшусь спонтанно,То вновь увижусь с мостовойЯ словно с другом долгожданным.Слов не подобрать!
Вздрогнуло полено в щупальцах огня,Печка согревает бережно меня,И мурлычет словно переевший котЗа стеклом оконным ветер-обормот.Лавка, рукомойник да в углу дрова,Как же мне спокойно – верится едва.Вместе с интернетом умер телефон,Но сияет в люстре маленький плафон.Передать подробно, трудно, не могу,Как с часов с кукушкой слышится «ку-ку»,Как скрипит чуть слышно, видно налегке,Домовой шагами, там, на чердаке.Стены плинтусами привинтились в пол,Кружки разложились брюшками на стол,И прельщает лаской мягкая кровать —Как же мне прекрасно! Слов не подобрать!На свете где-то есть земля
На свете где-то есть земля,Где ясный день и солнце вечно,Где изумрудные поляДаль превращают в бесконечность.Где тихо плещется красаИзвилистой и теплой речки,Где лес пронзает небеса,Где всё легко и всё беспечно.Судьба
Судьба – проказница, судьба – затейница,То жутко дразнится, то бьёт метелицей,То счастьем светится, то горем дуется,Рычит медведицей, кудахчет курицей.То безобразная, совсем бездумная,То распрекрасная и слишком умная.Судьба фривольная, судьба изменчива…Ей всё дозволено, она ведь – Женщина!Август
Сквозь облачный, рассеянный покровРазорванного в клочья одеяла,Из золотом расшитых рукавовТепло на землю солнце проливало.И тут же, у дорожной полосы,Деревья чуть светлее задышали,И воздух избавлялся от росы,И лужи, согреваясь, испарялись.В речной воде сверкали жемчугаБледнее, чем в исчезнувшем июле.В полях из сена выросли стогаИ бочками пузатыми уснули.Ещё нет ни намёка на мороз,И воздух не слезится листопадом,Но с первым шагом август произнёсО том, что лето клонится к закату.«В колючки трав швыряет листопад…»
В колючки трав швыряет листопадБлистающие золотом пластинки.Они под шагом весело звенятИ, трескаясь, разносятся в пылинки.Редеет парк, худеют деревца́,Дождливую испробовав диету.И солнце с постаревшего лицаРоняет свет, прохладнее, чем летом.Клубок из птиц магнитит и зовётНа юг стрела небесного компа́са.И, расплескавшись, по́ полю́ плывётГустой туман сентябрьского газа.И, словно одинокая грозаНедавно отгремевшая прощально,Крылами бьёт об воздух стрекозаИ исчезает с песней поминальной.Облепиха. Крылечко. Тихо
Я сижу на крылечке. Тихо.Даже птицы ещё молчат.И от огненной облепихиЗолотится рассветный сад.Кофе рядом и сигареты,И не чувствую вовсе я,Что прохладнее стало летоВ ожидании сентября.За спиною изба с кроватью.Я сегодня так рано встал,Потому что недавно спать яОкончательно разжелал.Потому что совсем недавноСолнцу влезть удалось в окно,И лучами глаза так славноПробудило мои оно.Кофе действует словно печка.Мне приятно. Гляжу в зарю.И тихонечко на крылечке,Согреваясь, сижу, курю.Клумба с гвоздикой
Не то, чтобы очень-то старая,Но всё ж таки не молодая,Скамейка стояла усталая,Дощечки к земле пригибая.Не то, чтобы очень домашняя,Но, так же, не будучи дикой,Ворона глазастая, каркая,Ходила по клумбе с гвоздикой.Просыпались градом пригоршнями —Но, как-то совсем и не кучно —Колючие с неба горошиныИз тела замученной тучи.И было не очень-то холодно,Пускай и не очень-то жарко.Блистали расплавленным оловомДорожки, ползущие в парке.И мне, на скамейке потресканной,Под градом, с ожившей гвоздикой,Сиделось не то, чтобы весело,Но, всё же, уже не тоскливо.Я сам не знаю
Зашёл я в парк и онемелОт сотен ёлочных улыбок,И от того, что ниц приселФонарь под блеском тонких липок.Под каждый шаг скрипит слегкаТропы отзывчивая флейта,И тянет ивы мне рукаЛистками вытканную ленту.Ручей волнуется, звенит,Блестит улыбкой белозубой,А над ручьём мосток висит,Двух берегов сближая губы.Клубясь комками, невпопад,Туман неспешно нарастает,И он мне тоже очень рад,А почему – я сам не знаю.Девушка-Осень
С рыжим оттенком, кирпичными каплями,Дождик сквозь ветки бежал не спеша.Мимо берёз, с разноцветными шапками,Девушка-Осень уверенно шла.Осень шагала, и листьями ломкимиБронзовый воздух от шага звенел,Пятна от луж, словно пёстрые родинки,Кто-то пред нею просыпать посмел.Тучи, не серые, а серебристые,Травы, умятые свежей росой —Девушка-Осень, походкою чистою,Весело шла по простору босой.Люди скрывались под мрачными куртками,Осень в купальнике ярком была.Встретила липу и пальцами чуткимиЛипу раздела она догола.Осень шагает, и ждёт, не печалится,В воздухе поступь сестрицы своей.Скоро Зима, тоже дева-красавица,К ней прилетит на крылах снегирей.«Рубежей нет! Повсюду воля!..»
Рубежей нет! Повсюду воля!Здесь, вблизи, стог растет из сена.А вдали, там, за кромкой поляВозвышается лес степенно.В небесах синеву ест пенаОблаков совершенно чистых,А внизу, в лужах по колено,Золотистые дремлют листья.Ни домов нет вокруг, ни строек.В незамаранной здесь природеЯ стою, и – да что ж такое! —Веселюсь беспричинно вроде.«Э-ге-ге!!!», – закричать охота,В горизонт отсылая эхо —Здесь повсюду одна свобода,С рыжей лентой лесного меха!Иероглиф слова «Счастье»
Вращаясь в воздухе пружинкойВ изящной шубке меховой,Сегодня первая снежинкаЗамельтешила над землёй.Она так весело порхала!При этом, словно бы шутя,Непревзойдённо облеталаИголки мелкого дождя.Она свернула от ненастья,Ушла в виток очередной.И иероглиф слова «Счастье»Вписался в воздух сам собой.Потом она в порыве смеломСложив два призрачных крыла,На землю радостно присела…И незаметно умерла.В ночь, вразвалку иду…
Осень, грузно дыша, завершила свой бег.Ветер бросил скулить, словно раненый пёс.Над вечерней землёй новорожденный снегЗакружил не спеша под некрепкий мороз.Прежде слякотных луж блещет хрупко стекло,Отражая огни столбовых фонарей.И глазам, и душе стало очень светло —Отвыкают они от дождливых теней.Укрывает себя свежим пухом земля,Вяжут шапки гурьбой вдоль дороги дома.В ночь, вразвалку иду, жизни радуясь я,И тому, что пришла, наконец-то, зима…Морозная бессонница
Тяжела́ сегодня на подъём луна.В синеве морозной, грузная онаВыползла на крышу, придавив чутокЖивотом огромным шифера кусок.Холодает так, что воздух загустел,Убелив берёзкам ветки между дел.Ночь ползёт, и стынет молча тишина.Вверх ушла сквозь иней с шифера луна.И её далёкий неспешащий комСмотрит сквозь окошко на меня блином.Ну, и как смогу я под её тепломПозабыться долгим безмятежным сном?Однажды, в морозной тайге
Словно баронессы, в мантиях белёсых,Выпрямили спины стройные берёзы.Сединой дышали хвойные бояре,Княжеские ивы жемчуг примеряли.Землю принакрыла шуба из зефира,Ласково сверкая солнечным эфиром.Всюду серебрились пышные наряды.Лишь надели реки ледяные латы,Да ушли из сердца лишние тревогиПод простую песню искренней сороки.На душе же стало тихо что-то таять,Хворь уничтожая, очищая память.Алый след от губной помады
Зимний день стал у нас коротким,Три часа, а уже темнеет.Ветер снег выбивает плёткойИз замёрзших седых растений.Запыхтел во дворе прохладномЖигулёнок с наклейкой «Лада».В глубине полосы закатаСлед алеет губной помады.Ну, а где-то, на дальнем юге,Несомненно, и день длиннее.И без воя настырной вьюгиТам, на юге, сейчас теплее.Ходят люди вдоль кромки моря,Ходят в сланцах, а не в ботинках.К ним с тяжёлой волны прибояВодяные летят пылинки.Там жара, а у нас морозы.Там муссоны, у нас метели.Там грохочут под молнии грозы,А у нас спят под снегом ели.Юг и север – погода контрастна.Но и общее видится всё же —Тут и там, если день прекрасный,Будет вечер прекрасным тоже.И на юге далеком скороТоже будет черта закатаОпьянять, улыбаясь, взорыАлым следом губной помады.