Как я выжил в Японии. Записки инопланетянина

22 марта 2012. На каллиграфии

22 марта. Снег. Опять снег. Прогноз погоды обещает +4, но на улице всё равно -1. Раньше местные предсказатели на вранье почти не попадались. Неужели российские синоптики приехали в Японию на стажировку?

Сегодня чуть благополучно не проспал на работу. Вечером сэмпай вышла в скайп, и как в старые добрые времена… спать я ушёл в 3-м часу ночи. Хотя, честно говоря, сэмпай тут ни при чём. Во всём виновата какая-то зараза, которая принесла на работу кофейные бобы в шоколаде. Не знаю, сколько я съел… упаковок. Но они же вкусные были! Я ссыпал себе их в выдвижной ящик стола, и на весь рабочий день непрерывного таскания мне их хватило.

Во вторник был праздник. День весеннего равноденствия. Выходной. Выходной во вторник – это плохо. Особенно если понедельник рабочий. Утром в среду автопилот сыграл со мной злую шутку, решив, что раз я вчера отдыхал, то сегодня надо выбрасывать бутылки. Бутылок у меня дома не было. Зато теперь у меня дома целый мешок невыброшенного пластика, с которым мне ещё неделю делить кухню.

Русский клуб вчера порадовал перлом от Я.-сан: «Когда я телефоноваю, я всегда кланяюсь». Телефоновать – это, конечно, сильно.

На каллиграфии немного пришёл в себя, сотворив пару удачных вещей. Сегодня утром долго смотрел и не верил, что это я написал. Думаю, во всём всё-таки виновата новая кисточка. Правда, мы с ней ещё только учимся находить общий язык. Новой кисточкой я себя порадовал по энергичному настоянию С., вызванному приходом результатов из Токио и присвоением мне очередной степени по каллиграфии. (Очевидно, комиссия была в драбадан.) Каждая степень каллиграфии имеет свой порядковый номер. Мой нынешний соответствует примерно уровню «смотри, белая обезьяна, вот это – кисточка».

На каллиграфии же чуть было не нагрешил на С. Разговор зашёл о Сёхося Сёдо. Это большая каллиграфическая контора в Саппоро. Не знаю, занимаются ли они коммерческими заказами, но они точно занимаются преподаванием. По городу у них около 10 филиалов, где проходят занятия. Возможно, это самая большая контора такого плана в Саппоро, а возможно, и не только в Саппоро. Короче. Стоило кому-то только упомянуть их название, как бабушку понесло. Далеко и надолго. Об их уровне преподавания, подготовки студентов и так далее. В таком состоянии увидеть бабушку С. – большая редкость. «Как она, однако, конкурентов не любит», – успел позлорадствовать я. Как вдруг она с придыханием и широко открытыми от ужаса глазами выдала: «И вообще, они же там учат иероглифы для практического использования!..» По-японски это звучало ещё трагичнее «дзицуё кандзи». В этот момент на меня снизошло сатори, и я многое понял. В частности, что у нас, похоже, с бабушкой С. где-то есть фундаментальные расхождения в подходах к обучению каллиграфии. Потому что «учить иероглифы для практического использования» – была немаловажная причина, по которой я решил идти на каллиграфию. Не единственная, конечно, но тем не менее.

Ещё я понял, что мне и дальше светит прописывать дома иероглифы самостоятельно, поскольку на занятиях основная задача не научиться их писать (в смысле результата), а научиться их писать (в смысле процесса). Но, наверное, это к лучшему. Потому что С. зато рассказывает столько интересного, что только успевай впитывать. Вчера она, кстати, весь вечер бухтела, что у меня знаки слишком… «катай»… Жёсткие? Твёрдые? Короче, «нежнее надо».

Сегодня клонит в сон. И кофейные бобы в шоколаде кончились. И какая зараза их вчера все сожрала… и не слиплось же.

27 марта 2012. Кармическое

Ну что же. Надо собраться с духом перед тем, как начинать на работе долбить головой двойную стену непобедимой бюрократии. Интересно, что страшнее, международная бюрократия или международная мафия? (Хотя… подозрение, что это одно и то же крепнет во мне раз от раза.)

А какая сегодня погода! Какое солнце! Наваливший ночью снег приятно холодит лодыжки и, набиваясь в туфли, освежает ноги, слегка хлюпая и чавкая в районе пятки.

Вчера был явно не мой день. Сам он прошёл относительно без происшествий (рабочий). А вот потом космос не давал мне скучать, пока я не упал на матрац глубокой ночью.

После работы решил пойти на тренировку. Из-за постоянных попоек и вечерней работы две недели я прохалтурил, и вчера идти тоже было очень лень. Очень-очень. Совсем. Дул противный ветер вперемешку с какой-то жидкостью неопределённой формы. Всё это хлестало в лицо и текло за шиворот. Если верить словарю Даля, то, что вчера было на улице, называлось ря́нда, лепень, ляпа, дряба, чичер и другими страшными словами (и что я возмущался, что в японском 40 видов дождя. В русском, оказывается, 36 слов для обозначения снега, и это не считая эпитетов). Приятного в нём было мало.

На пинках я себя гнал 3 станции метро. Около 20 минут. Наконец, когда я уже добрался до цели и предвкушал ледяной пол и бодрящий морозец раздевалки, что-то показалось мне странным в тёмных окнах зала.

Подойдя к двери, понял, что странным мне в тёмных окнах зала показалось то, что они тёмные. На часах было без пяти шесть. Памятуя, каким взглядом на меня смотрели товарищи, которых я разбудил приперевшись в субботу в 9 утра, поскольку я честно думал, что тренировка в 9:30 и пришёл пораньше, чтобы переодеться. Тогда-то и вскрылось, что тренировка в 10, а 9:30 это время сбора. Это мне объяснили товарищи, спавшие в зале. Я не знаю, зачем и почему они спали в зале, и, прожив в этой стране несколько месяцев, не хочу об этом даже думать. Так что в этот раз я решил не звонить в звонок до 6 часов, чтобы ненароком никого не разбудить, и честно пошёл прогулялся туда-сюда по дорожке. В 6:10, вновь вернувшись к залу, полный нехороших мыслей о своей отмороженной голове, забывшей дома шапку, нажал на кнопку звонка. Ха. В 6:15 на всякий случай повторил процедуру. Учитывая, что тренировка начинается в 6:20 с ритуального совместного мытья пола (это когда все бегают раком поперёк зала с тряпочкой в руках друг за другом), я плюнул и пошёл домой. Размышляя о том, что, если на прошлой неделе прошли выпускные, возможно, просто у всех каникулы. Но всё равно мозг отказывается признавать тот факт, что кэндоки в каникулы отдыхают. Плохо, видимо, тут по голове бьют. У нас лучше.

Внезапно освободившийся вечер прошёл ни туда ни сюда. То есть, как обычно, был убит компьютером. Зачем-то, на ночь глядя, решил переписать сутру. Чтобы спалось лучше. Вот это-то «чтобы спалось лучше» во всём и виновато. Спалось после этого… мало. Нет, сутру я переписал достаточно быстро и почти в 12 довольный отправился мыть кисточки и рожу. Но как я умудрился уронить кисточки! Хотя уронить кисточки – это не самое страшное. Я же их ещё и поймать попытался… Раза 3… Разными частями тела… Глядя на себя в зеркало и вспоминая все страшные истории о неотстирываемости волшебной японской туши ничем, кроме волшебного японского тушеотстирывателя, которого у меня дома, естественно, нет, я думал, как лучше было бы оторвать мне руки и что с ними сделать. И что делать с пятнисто-полосатым костюмом зебры, в который превратилась моя некогда белая пижама. Было принято решение, что не важно – что делать, главное – делать быстро, пока тушь не высохла.

Когда попытки добиться хоть сколько-нибудь прозрачной воды в тазике мне вконец надоели (кстати, тоже волшебное свойство туши: если она куда-нибудь попала, как ты его ни отмывай, сколько времени ни полощи, вода всегда будет серой), я просто плюнул и пошёл спать. Был четвёртый час утра…

29 марта 2012. Кармическое?

Определённо, для меня март-апрель всегда были самыми тяжёлыми месяцами в году, когда хочется всех убить и посидеть в тишине. При этом другие варианты посидеть в тишине не рассматриваются. Весна всегда приносит с собой сезонное обострение. Больше всего обостряется желание всех послать (кого не убил, конечно) и на всё забить.

Сегодня первый по-настоящему весенний день. Телефон говорит, что на улице +3 градуса, но на солнце, кажется, гораздо теплее. И не надо тут умничать, «на солнце» в данном случае означает «не в тени». Снег активно тает, разрывая мне мозг. Несмотря на то что его осталось местами не очень много, он почему-то белый, что противоречит всем законам физики. Не может тающий снег в центре города быть белым. Это противоестественно. Это второй закон физики, который в Японии работает как-то не так. Первый закон – закон течения времени. Я к нему вполне привык, но местное время всё равно странное.

В квартире тоже наконец-то потеплело. Сегодня, когда проснулся, были долгожданные 12 градусов. Когда ложился – 14. Что свидетельствует о том, что ночью было тепло. Собственно, о том же свидетельствует подсевший снег.

Вчера был какой-то совершенно безумный день. С утра было совещание о перераспределении должностных обязанностей. О нём в конце отдельно и подробно. Ибо Карма. А о Карме надо рассказывать вдумчиво и со вкусом. Особенно о моей.

Потом меня заставили участвовать в разговорном клубе английского. Полтора часа жестокой практики английского с японцами (страшно, да?) немного утомили. К счастью, попался один канадец, с которым мы немного пообщались о своём. О тракторах. О том, что зима в Саппоро тёплая, что в этой варварской стране не чистят снег и не посыпают его ни солью, ни песком, что эти дикари живут без отопления. Отвели душу, выплакавшись друг другу. Так приятно было встретить понимающего человека.

После этого нас загнали на семинар по новой системе регистрации иностранцев, и ещё полтора часа рассусоливаний о том, как иностранцам станет хорошо после 9 июля, отсосали остатки мозга окончательно. Если, кстати, кому-то в результате и станет хорошо, то только иностранцам, которые в браке с японцем. Для остальных принципиально ничего не изменится, разве что немного упростится процедура повторного въезда. Теперь не надо будет получать на него отдельное разрешение.

Сразу после был разговорный клуб русского. Вчера у нас была жутко интересная тема – диалекты. Узнал кучу новых слов. Даже записал. Теперь бы ещё запомнить.

Поскольку между семинаром и занятием не было времени поесть, на каллиграфию поехал голодный и злой как собака. По пути купил 2 онигири, которые и съел дорогой. Зато хоть на самой каллиграфии получилось, наконец-то, полностью отключить голову и немного отдохнуть. Правда, теперь она так и не хочет включаться.

Ну и долгожданное на закуску, о карме. В связи с тем, что с апреля уходят несколько сотрудников, а несколько приходят, все обязанности у всех поменялись. Мои изменились не сильно, а вот ответственные за отношения с Н-ском и за приём молодёжной делегации поменялись. Но правда же, если сказать «ответственные поменялись» – непонятно, при чём тут карма? Катастрофический ужас и полный феерический абзац заключаются даже не в том, что теперь за Н-ск не отвечает чудесная Я.-сан, которая всё знает и всё умеет, а в том, что теперь за него отвечает Т.-сан, пришедшая на работу в декабре (на 4 месяца позже меня), которая в принципе-то не плохая, но совершенно бестолковая. Есть такой типаж офисных японок. И некая (или некий?) К.-сан, который (ая) придёт (!!!!) на работу в апреле!!! То есть человек только пришёл, а ему так на, принимай делегацию! А на фоне неотвратимо приближающейся Большой Майской Катастрофы, вызванной приездом пары шишек, у меня резко обостряется весеннее обострение, когда хочется всех убить и посидеть в тишине. При этом другие варианты посидеть в тишине не рассматриваются.

11 апреля 2012. О наболевшем и не очень

В Саппоро наконец-то пришла весна. Примерно с понедельника. Третий день +5 – +8. Снег ещё лежит, но уже совсем немного. Он очень быстро как-то исчез. Сегодня утром, когда встал, в квартире было +15. Когда ложился +17. Под одним одеялом спать ещё прохладно. Но без отопления под двумя самое то.

Сто лет не писал ничего о себе любимом, ничем не хвастался, а главное ни на что не жаловался. Но, откровенно говоря, последние пару недель ввиду некоторых событий не было ни настроения, ни желания, и даже моё обычное состояние придурковатой восторженности перестало меня посещать.

Вчера же я выспался, напился кофе, сходил в бассейн, пришёл в норму и наконец-то начал чудить, как обычно. Вернее, чудить-то я и не переставал всё это время, но вчера я начал наконец-то это делать без последствий.

Например, нырнув в бассейн и почувствовав, как что-то стремительно побежало по голове куда-то вверх и назад, сообразил, что в бассейн я нырнул, не надев очки. Точнее я их надел. Но не туда. На лоб. Правильно, а зачем же на глаза-то. Это же не интересно.

В бассейн я, конечно, не взял расчёску. Собственно, я её никогда не беру, но в этот раз я не взял ещё и шапку.

Ехать без шапки на велосипеде после бассейна при +5 градусах само-то по себе было не очень хорошей идеей, а зайдя в лифт, где висит зеркало, я сильно пожалел, что у меня не было с собой фотоаппарата, и сразу понял, почему у встречных аборигенов при виде меня глаза становились как у персонажей аниме, и они стремились отойти с дороги. Честно уже 3-ю неделю хочу подстричься, но как-то… не судьба.

В воскресенье опять пошёл в парикмахерскую. Решил пойти в ту самую, в которой был самый первый раз (после неё я был ещё в нескольких, в целях научного эксперимента, но лучше не нашёл), так вот, естественно, она оказалась закрыта, хотя вокруг работали все остальные.

Вчера пошёл на обед в индийский ресторан неподалёку. На входе, как положено, меня встретила девушка, но, видимо, она была студентка на подработке, потому что первое, что она спросила, увидев меня – говорю ли я по-японски. Я сказал, что так себе, угадайте, какой был второй вопрос? Молодцы, угадали. Второй вопрос был откуда я (причём в зал она меня так и не проводила, пристав со своими вопросами ещё на пороге). Сказал, что из России. К вящему удивлению третьего вопроса о том, что в России холодно, не последовало. (Лучше бы он был.) Вместо этого она внезапно начала рассказывать про своего приёмного дедушку, который был русским. Однако обильное слюноотделение, вызванное обеденным временем, запахом карри и видом пустого зала несколько мешало адекватному восприятию её рассказа о сложной судьбе дедушки. Особенно под конец, когда слюна окончательно заполнила мозг. Очевидно, её стало видно через глаза, потому что, внезапно сменив тему, девушка сказала что-то вроде «у вас очень красивые глаза». «Угу, – сказал я, пытаясь контролировать улыбку, чтобы она не превратилась в оскал (сейчас это мне даётся гораздо легче, чем летом). – Отец старался. Сейчас таких больше не делают». За эту фразу я был вознаграждён 3-секундной тишиной, после чего мне наконец сказали долгожданное «го-аннай итасимас» – «я вас провожу».

Кстати, про улыбки и маски. Основные выражения лица типа «Как я рад вас видеть», «Да что вы говорите», «Какой ужас» и «Как вкусно» я уже практически освоил. Единственное выражение лица, которое мне вообще, абсолютно, совершенно никак не даётся, и, как бы я ни старался, в лучшем случае удаётся только сохранять невозмутимость, и то далеко не всегда, это выражение лица «Каваиии». В большинстве своем попытка сложить мышцы лица в базовую форму «Каваиии» напоминают судороги больного каким-то нервным расстройством. К счастью, последнее время после нескольких судорог у меня стало получаться хотя бы что-то похожее на недоумение, а не панический ужас или омерзение как раньше. 23

До сих пор, как только я за спиной слышу этот протяжный стон, который по какому-то недоразумению считается выражением восторга, как бы я ни напрягался, всегда, абсолютно в ста процентах случаев первая мысль у меня нецензурна, потому что я точно знаю, что вторая мысль будет: «Итить, что это?» Вторая мысль тоже ещё ни разу не ошибалась.

К слову, вопросы «ЧТО ЭТО???», «ЗАЧЕМ???», «КАК???» и «ПОЧЕМУ???» – это первые вопросы, от размышления на которые в Японии стоит отказаться, если вы хоть немного хотите сохранить психическое здоровье.

А вообще да. Япония сильно ломает стереотипы, мировоззрение или, точнее, представление о жизни и на многое заставляет смотреть совершенно по-другому. Шире. А может, я просто взрослею? Ну или мне просто хочется в это верить. Зато ничто так доходчиво не демонстрирует, сколько в тебе стереотипов, как их разрушение.

Сегодня опять хочется спать и почему-то есть. Вчера-то я выспался, напился кофе и сходил в бассейн. А сегодня… А сегодня мне вчера в руки попала кисточка. И «а чо, в тушечнице немного же туши осталось, надо дописать, чтобы не засохла». Немного, но хватило до 3 часов. Процесс написания иероглифов вызывает какое-то чувство наркотической зависимости. Как жрать шоколад. Если начал, то пока не кончится – не остановиться. Вот и у меня вчера примерно час заняло «ну последний. Ну теперь точно последний, и самый последний». При этом ничего интересного не получилось, так что даже похвастаться нечем. Есть одна интересная идея, но 2 часа потения над ней не принесли ожидаемого результата. Чувствую, сегодня будем потеть ещё.

И о кисточках. Позавчера копался в Интернете, нашёл рекламу магазина каллиграфических причиндалов в Саппоро, в котором ещё не был. Поскольку он находится в 2 шагах от работы – решил сходить, ибо давно хочу себе какую-нибудь прикольную подставку под кисточки, чтобы не класть их на крышку от тушечницы, потому что они оттуда всё время скатываются и уделывают всё что можно. И тушечницу надо побольше, а то в эту кисточка не входит. Зашёл в магазин, побродил, показалось, что там дороговато. Пошёл проверять в свой магазин, где у меня 30% скидки. Там действительно даже без скидки всё дешевле. В каллиграфических магазинах (да и в любых специализированных магазинах Японии) есть одна проблема. По-моему, я уже жаловался. Как только ты туда заходишь – все кисточки начинают выпрыгивать из лотков с громкими воплями: «Меня! Меня забери!» Книги начинают водить вокруг тебя хороводы, особенно стараются словари, выделывая такие коленца, что приходится отворачиваться, сцепив зубы. Пресс-папье мелодично позвякивают, и даже бруски туши тихонько поскрипывают и источают тот самый аромат. Кто нюхал тот знает.

Короче, из магазина я ушёл через час, без подставки и тушечницы, зато с тремя новыми кисточками. Чувствую, дома у самого скоро будет как в этом магазине. Зато маленькими кисточками я обеспечен надолго. Но всё равно нельзя быть таким слабовольным. Надо как-то воспитывать характер. Я, по-моему, даже без сладкого стал легче обходиться. Понимаю, в это сложно поверить. Но это факт.

16 апреля 2012 года. О, почтовый банк!

Почтовый банк! О, почтовый банк. Сбербанк России в его самом худшем варианте. И дело не только в том, что он работает только по будним дням до 16 часов. Зачем??? Почему??? Как???

Как банк может работать до 16 часов?!

И дело даже не в том, что в выходные нельзя снять деньги в банкомате, потому что банк отдыхает. И даже не в том, что после 7 вечера нельзя снять деньги в любом банкомате любого другого банка, а все банкоматы почтового банка закрываются в 9 вечера. О-о-о, Почтовый банк! Хотя, без сомнения, сегодня я должен сказать ему спасибо за внеплановую диету.

Весь обед я просидел в банке, а надо-то было всего лишь оформить возможность перевода денег с карточки.

Час времени! Час!!! На работу я влетел уже вместе со звонком, что обед закончен.

Не успел даже зайти в комбини купить пирожок. И позавтракать я сегодня не позавтракал, как всегда. Ох, чувствую к вечеру я буду злой и нервный.

Пришёл в банк, заполнил заявление. Сел. Когда девочка побежала спрашивать что-то у девочки за соседним окошком, я понял, что дело плохо. Через 15 минут уже 3 человека бурно обсуждали моё заявление.

В 12:30, очевидно, сдавшись, они начали куда-то звонить. Возможно, в центральный офис. На этом моменте стало понятно, что всё совсем плохо.

В 12:42 меня девочка меня позвала и сказала: «Ой, я забыла попросить вашу печать». Оскалившись самым приветливым выражением лица и сдерживая дергающийся глаз, я поставил печать, куда было сказано.

«Присядьте, пожалуйста», – прощебетала девушка.

В 12:47 она меня опять позвала и подала другую форму заявления, в которую помимо прочего входило ещё и гражданство. Заполнил. Сел.

12:51. Позвали заполнить ещё одну бумажку. Теперь с российским адресом. В голосе девушки старательно звучат слёзы от того, что она заставляет меня ждать. Заполнил. Сел.

12:53. Не отрываю взгляд от настенных часов. Это чудовище ошиблось при переписывании моего заявления. Просит поставить печать на исправленное.

12:56. Получаю назад долгожданную сберкнижку, пулей вылетаю из почты, перебегаю два светофора на красный, в 13:00 влетаю в раздевалку офиса.

Жрать!

23 апреля 2012 года. Японские сказки и «Это кто тут дядя»?

Ох, как давно я ничего не писал. Всю прошлую неделю я спал. Каждый свободный час. Иногда ложился спать в 10, иногда в 8. Было много всякого интересного, но поскольку сразу не записывал, теперь уже и не вспомню, поэтому ограничусь выходными.

В субботу было тепло. Очень тепло. Градусов 20. Так, что в своей лёгкой ветровке я спарился. Несмотря на это, деревья стоят голые, что вызывает диссонанс восприятия окружающего мира. Если потеплело – должно позеленеть. Закон же природы. Тем не менее. Вечером в субботу чуть-чуть тряхнуло. Утром то ли в пятницу, то ли в четверг тоже. Но утром сильнее. Хотя это сильнее – всего 2 балла по японской шкале. Учитывая, что дом уже старый и ему больше 30 лет, гораздо страшнее было, когда межкомнатные перегородки-фусума начали долбиться в пазах. Собственно, от этого звука я и проснулся и только потом понял, что трясёт. За неделю 2 землетрясения. Больше, чем за полгода.

В воскресенье проснулся часов в 8. Включил телевизор, чего не делал уже очень давно, и начал смотреть рекламу. При всём ужасе японской рекламы она лучше, чем японские шоу. Потом воткнулся в детские мультики (ещё хуже, чем японские шоу), но не аниме, а эту японскую психоделику, от которой мозг здорового человека сворачивается в клубочек и с воплями «только не меня» бьётся в черепной коробке в истерике.

Мультик был совершенно замечательный. К сожалению, включил не с самого начала, но суть была такой.

Кто-то отправил деревенского дурачка (во всяком случае, весь мультик он вёл себя как дурачок) с письмом в соседнюю деревню. Письмо было адресовано некоему Хирабаяси-сан. Но дурачок читать не умел, поэтому, пока он дошёл до той деревни, он всё позабыл. Идёт он грустный, плачет, тут бабушка на поле рис сажает и говорит ему человеческим голосом: «Что ж ты убиваешься так, милай», – а дурачок ей и отвечает: «Да как же мне, дураку, не убиваться, вот послали меня письмо отнести, а я и позабыл кому, а читать не умею».

– Стоит ли по такому убиваться, – отвечает бабушка – я умею читать, давай своё письмо.

Взяла бабушка письмо и говорит:

– Да это ерунда. Этого человека зовут Хирарин.

Радостный побежал дурачок дальше. Навстречу ему дровосек.

– Куда бежишь, дурачок?

– Господину Хирарину письмо несу.

– Кому? Я тут всех в округе знаю, нет тут такого.

– Как нету? Вот же письмо!

Взял дровосек письмо и говорит.

– Так это не Хирарин, это Хэйрин написано. Но в нашей деревне такого нет, иди дальше.

Запутался совсем дурачок, идёт, вздыхает, навстречу ему дедушка.

– О чём грустишь, дурачок?

– Да как же мне не грустить, послали меня письмо отнести, а фамилию-то я и забыл. Бабушка сказала, что это Хирарин, а дровосек – что Хэйрин, как же его правильно звать-то?

Посмотрел дедушка письмо и говорит:

– Оба они не правы. Зовут этого человека Тайрарин.

Тут уж у бедного дурачка совсем ум за разум зашёл. Идёт он по дороге и поёт:

– Хирарин, Хэйрин, Тайрарин.

Навстречу ему монах.

– Ты чего, дурак, орёшь?

– Да как мне не орать, отец, – отвечает дурачок. – Послали меня письмо отнести, а фамилию-то я и забыл. Бабушка сказала, что это Хирарин, дровосек – что Хэйрин, а дедушка – что Тайрарин. Дак как же его звать-то? Ты ж, отец, грамоте учёный, помоги.

Взял монах письмо, смотрит и говорит.

– Всё неправильно. Этого человека зовут Тайрабаяси.

«Ну, теперь-то уж точно. Монах учёный, ошибиться не мог», – думает дурачок. Идёт по тропинке, навстречу путник.

– Путник, а путник, а где живёт господин Тайрабаяси? – спрашивает дурачок.

– Тайрабаяси? Нет здесь такого.

– Да как же нет, мне же монах вот прочитал.

– Давай сюда, чего он там тебе прочитал, – взял путник письмо и, решив пошутить над дурачком, говорит: – Дурачок ты и есть! Это же Ичихачидзюмокумоку