Журнал СовременникЪ № 11. Спецвыпуск. 2023
- -
- 100%
- +
А удивительный тем, что в доме у Петра дверь на балкон летом не закрывалась. И попугай вылетал на улицу поорать на воробьёв. Вылетит, а затем обратно в дом. Сядет на жёрдочку – и давай речь толкать. Да так громко и настырно. Прозвали его Болтуном.
Сманил меня и Лёшу Кимыч. Нам захотелось попугайчика. Съездили на птичий рынок. И у меня, и у Алексея появились волнистые попугайчики. У меня зелёный, а у Леши синий (какого цвета был Болтун, надо вспоминать, забыл).
Попугайчик прижился. Назвали мы его Гамлетом. А Лёша своего назвал Генрихом. Подружился с моими родителями. Познакомился с аквариумом. Правда, с балконной дверью мы экспериментировать не стали.
На втором курсе я уехал в стройотряд в Хакасию, в посёлок Тынзебей.
И под конец стройотрядовского лета получил странное письмо с листом, прокусанным попугаем, и фразой: «А Гамушка разговаривает».
Приехал в Москву и не сразу, но убедился, что попугай говорящий.
Говорил он следующие фразы:
– Гамушка хороший!
– Хочешь-хочешь.
– Кашу будешь?
– Ты что делаешь?
– Тетишка хороший!
– Саша приехал…
А ещё очень любил отнимать пуговицы и купался в аквариуме.
Ещё у него была забава – нырять в кольцо, которое мы для него повесили возле зеркала. Зеркало, кстати, тоже сильно его привлекало.
Однажды, после экзамена, мы заехали ко мне отметить успех. Мы – это я, Кабан, Кимыч и Лёша.
Так мой попугай так достал Лёшу, что заставил с рубашки срезать пуговицу. А ещё пытался со стола утащить ножик.
А Генрих оказался Генриеттой!
Поехали мы в гости на малую родину мамы в село Юрятино. Попугая доверили соседке, дали ей ключи. Я заготовил большую кормушку с запасом проса (перевёрнутую бутылку) и такую же поилку.
Вернулись мы примерно через две недели.
Попугай сидел в клетке, очень напуганный, худой и встревоженный. Дверца клетки была открыта.
Мы стали разгружаться на кухне. И тут он нас узнал.
Выскочил в проём открытой дверцы и заявил:
– Здрасьте! Приехали!
Как ставили клизму слону
Я не могу объяснить, откуда я знаю эту историю. Просто теряюсь в догадках. Возможно, если бы были живы родители, ответ бы нашёлся, а теперь спросить не у кого.
Родственники матери (Фомичёвы и Савенковы), а также отца (Колтыревы и Ефимовы) довольно колоритные. Чего только стоит бабушка Мария Алексеевна (Колтырева), которая воспитывалась в семье графа Шувалова и окончила институт благородных девиц. Или дед Сергей Кузьмич (Фомичёв), друживший с будущим генералом Михаилом Ефремовым.
Про Савенковых (семья бабушки Марии Васильевны) я знаю, что её отец был краснодеревщиком, работал сначала в Серпухове, затем в Москве. С его помощью семья и перебралась в Москву. А двое братьев бабушки тоже довольно колоритные. Один работал до войны поваром в Крыму, в ресторане «Ласточкино гнездо». Был очень вспыльчивым, что неудивительно. Обожал же мой дед Сергей Кузьмич кулачные бои. Во время праздников у него даже одежду отбирали, чтоб в драку не лез, так он в одних подштанниках сбегал. Как-то дядя влюбился в девушку, а за ней ухаживал офицер… Так дядя вызвал его на дуэль и дрался на пистолетах. Оба были арестованы. Дядю осудили. Началась война, он попал в штрафбат и погиб.
А другой бабушкин брат, по-видимому, работал в цирке, в цирковом зверинце. Очень любил лошадей, и если был в загуле или ссорился с женой, то приходил в конюшню и ложился спать рядом с лошадьми. И знаете, лошади его оберегали и даже ложились рядом, если в конюшне было холодно.
У слона случился запор. Слон – очень нахальное и злопамятное существо. Посмотрите фильм «Укротительница тигров». Фильм начинается с того, что бухгалтер несёт квартальный отчёт директору цирка. Идёт через слоновник. Останавливается там поговорить с уборщицей, а слон нахальным образом вытаскивает отчёт у бухгалтера и на его глазах его съедает.
Ну так вот. У слона случился запор. Мучается бедолага. Ну просто страдает. Предложили поставить клизму. Как вы сами понимаете, подходящей кружки Эсмарха, или груши, не нашлось. Принесли насос и ведро. Может быть, и не одно. Клизму поручили делать моему дяде и ещё одному работнику цирка.
Как уговорили слона и как он подпустил к себе да ещё и позволил вставить трубку в задницу, я не знаю.
Талантливые были люди. Насос был пожарный, такой – с двуручной качалкой. Возможно, была и пожарная бочка, а не вёдра.
Кстати! И брандспойт очень удобно в задницу вставлять…
Стали качать. Слон напрягся. Лекари решили подождать. Вынули трубку…
И, наконец, свершилось! Вот только лекари, и дядя в том числе, не успели увернуться. Всё, что вылетело из слона, попало на них, окрасив в приятный цвет детского поноса.
А из слона продолжало извергаться. Наконец, вылетело то, что стало причиной запора, – части корзины, в которой приносили слону фрукты.
Сожрал вместе с фруктами, наверное, очень вкусные были…
Картошка в мундире
Начнём с довоенного времени. Шура (моя мама, Александра Сергеевна, девичья фамилия Фомичёва) была младшая в семье. Мария была средняя, старшим был Виктор. Младшие, по своей Наташке знаю, самые озорные и всюду лезут. Главным образом из-за того, что их опекают старшие. Вот и Шура попадала во всякие истории: то ей во время игры в лапту нос расквасили, да так, что пришлось к врачу везти – кровь останавливать; то приходилось её от быка спасать…
Виктор купил велосипед. Шура, естественно, его угнала. Знаете, как младшие ездят на больших велосипедах? Они не садятся на сиденье, а продевают правую ногу через раму. Так, скособочась, и едут. Управлять только неудобно. Село Юрятино состояло из двух улиц, расположенных буквой «Г». Обе улицы выходили к мосту через р. Протву, а посередине улицы, где был дом Фомичёвых, находился пожарный пруд. Вот Шура в него и въехала. Остановиться не могла, не умела, да и Виктор бежал за своим сокровищем, ругался и размахивал пучком крапивы. Шуру из пруда выловили, повели сушиться, а велосипед вытащили багром.
Семья переехала в Москву, Мария и Виктор обзавелись семьями, а Шура осталась у родителей, Марии Васильевны и Сергея Кузьмича. Так что хозяйством занималась её мама, а Шура училась сначала в школе, а потом в училище на чертёжника.
После начала ВОВ стала переучиваться на медика и одновременно работать в госпитале им. Бурденко. Готовить только так и не научилась, всё за маминой опекой жила…
Закрепили за мамой уже немолодого раненого солдата. Он уже был не «тяжёлый», но ходить ещё не мог. Подзывает он к себе маму:
– Дочка, вот тебе три картошины, ты на кухню сходи и отвари их в мундире.
Мама картошины взяла, спустилась на кухню и стоит: не знает, что делать. Повариха увидела и подошла к ней:
– Тебе чего?
Мама:
– Вот, раненый три картошины дал, сказал, чтоб в мундире отварила. А я не знаю как. Мне что – рукав от шинели оторвать и в нём варить?
Кухня смеялась не менее часа.
Поварихи потом объяснили – нужно просто не чистить картошку, а так, в кожуре, и варить. И это лишнее доказательство того, что сестрички совсем девчонки были, а дома готовили мамы.
Моряк Мишка
Маме Шуре очень нравилось ассистировать на операции. Особенно готовить хирургические инструменты. Разбирать, стерилизовать, подавать их по команде хирурга. Эта любовь к инструментам появилась ещё на заводе, когда она работала чертёжницей. Очень нравилось вычерчивать различные детальки. И уже после войны эта страсть продолжилась. Работала в стоматологии, тоже инструменты готовила.
Но это отступление. Операции были разные. Сложные и не очень. Перед операцией раненому делали наркоз, по-видимому хлороформом. Сначала небольшую дозу. А потом основную – «рауш», кажется, назывался.
Реакция на начальную дозу была у всех разная. Некоторые лезли драться. Таким сразу давали основную дозу. Был один случай, когда раненый после первой дозы наркоза стал объясняться хирургу в любви. Хирург сказал: «Пусть спит».
А в этот раз привезли крепкого солдатика, операция была сложная, но он был в сознании. Что-то извлекали, осколок или ещё что. Дали начальную дозу наркоза, и больной запел:
Широкие лиманы,Зеленые каштаны,Качается шаланда на рейде голубом…[2]Хирург говорит:
– Пусть допоёт…
Так до конца песню про моряка Мишку и дослушали.
Со мной, видимо, под впечатлением от рассказа мамы, такой же случай был. Мне аппендицит резали, а его прозевали, и он был гангренозный. Так я тоже пел. Как потом сестра сказала, пел, но очень тихо и не про моряка Мишку, а «Бригантину».
Были и менее романтические случаи. Делали операцию по ампутации конечности, ноги. Шура готовила инструменты, в том числе и пилу: кость перепиливать. Её подружка должна была держать ногу.
Операция идёт своим чередом. Подружка ногу держит. От кости отделяют мышцы, кость перепиливают, и нога остаётся в руках сестрички…
А та валится вместе с ногой в обморок.
Один беременный пришёл, или Рентгенологи шутят
Профессиональная речь очень часто для постороннего смешна. Например, у нас, инженеров, разъём – папа-мама, передняя и задняя бабка, червячная передача…
А рентгенологи ещё и медики. В рентгеновском кабинете часто стоит скелет, одетый в белый халат и шапочку. Называли его Иваном Иванович. Если его, проходя мимо, задеть, то он начинал покачиваться и издавать слабые звуки.
Пришла пациентка на обследование, вроде бы такое обследование называется томография, а устройство – томограф. Ей сказали лечь на кушетку, точнее, на стол томографа, а проходя, задели скелет. Больная его заметила и спросила:
– Со мной что – то же самое будет?
А врач или техник ей в ответ:
– Да что вы! Мы вас просто по слоям порежем.
Была техник-рентгенолог Евдокия, Евдоха, по прозвищу Колдуняка (если ошибся, поправлю). Жила она за городом. И вот однажды пришла на работу вся мокрая и рассказывает:
– Проклятый сапожник сделал скользкие набойки. А тут ещё асфальт полили. Я иду и чувствую, что ноги скользят, а впереди лужа. Так вот я к этой луже подошла, встала на колени, закинула сумку на спину и больным глазом, на котором ячмень вскочил, как в эту лужу ткнусь!
Коллеги посмеялись и помогли ей привести себя в порядок. И она приступила к работе. Взяла со стола историю болезни. Выглянула в коридор. И говорит:
– Надо же – кости есть, а больного нет.
А из проявочной доносится:
– Кто так неаккуратно проявляет? Все кишки поцарапали.
Направили врача и техника делать снимки в психиатрической лечебнице. Делали флюорографию, или просвечивание. Поставили больного за экран. Включили аппарат. Врач водит экраном, а изображения нет. Включили свет, а больного нет. Вверх посмотрели, а он, как обезьяна, висит на толстенных кабелях, идущих к аппарату.
Направили группу в дружественную Индию. Уже врач рассказывал:
– Приходилось всегда рядом с собой ватку, смоченную спиртом, и зажигалку держать. Свет погасим в проявочной, и через некоторое время слышно шипение. Зажигаешь вату и бросаешь по направлению шипа. И точно – змея. Если правильно бросил – уползёт.
Приехала работать армянка. Наверное, стажировалась.
Врач сказал:
– Посмотрите – пациенты есть?
Та выглянула. Поворачивается и говорит:
– Один беременный пришёл.
Ржавое железо, или Искусство сдавать экзамен
В 1946 году, после окончания ВОВ, сестричек, работавших в госпитале им. Бурденко, распределили по поликлиникам. Тем более что к этому времени большинство из них окончило фельдшерско-акушерскую школу.
Мама была на хорошем счету и с такими же сестричками-подружками была распределена в «ЛечСаноПро-Кремля», т. е. в кремлёвскую поликлинику, в отделение помощи на дому.
Работать в данном отделении было интересно, но хлопотно. Хотя наша соседка – Римма Симонова – всю жизнь там проработала. Дважды попадала в автомобильные аварии. В больнице лежала.
Маму Бог миловал, а в году эдак 50-м ей предложили перейти в стоматологию.
Кстати! Тоже очень была интересная работа. Правда, мама работала не врачом, а техником, т. е. готовила инструменты и смеси для пломб.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%BA%D0%B0
2
Строки из песни «Ты одессит, Мишка», слова В. А. Дыховичного, музыка М. П. Воловаца.