Новые алгоритмы Многомерной медицины

До настоящего времени о том, кто такая Людмила Григорьевна Пучко, знают только ее близкие родственники и немногочисленные подруги. Я думаю, что со временем нам удастся создать более полную картину ее достаточно тяжелой, но очень активной и творческой жизни. Здесь же я постараюсь вспомнить и относительно коротко изложить то, что осталось у меня в памяти о человеке, который кардинально поменял не только мое мировоззрение, но и всю мою жизнь.

Впервые мы встретились в самом начале 1999 года. Людмила Григорьевна пришла ко мне – генеральному директору совсем небольшого Издательства АНС – с проектом подготовки и издания своей новой книги «Многомерная медицина». Честно говоря, после нашей первой встречи я был несколько обескуражен и, я надеюсь, вы меня поймете.

Непокойчицкий Геннадий Анатольевич

Я, Непокойчицкий Геннадий Анатольевич, родился в 1956 году в городе Могилеве (Белоруссия). Отец – доктор физико-математических наук, ученый; мать – преподаватель математики. Сразу после школы поступил на физический факультет Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова. В 1979 году закончил физфак и был принят в аспирантуру. Летом 1982 года защитил кандидатскую диссертацию и был оставлен на работу на родной кафедре физики колебаний. Активный комсомолец, материалист, член КПСС с июня 1984 года. Научная карьера была у меня достаточно успешной. В начале 1984 года меня одного (в те годы это было большой редкостью) уже отправили читать лекции профессорско-преподавательскому составу физического факультета Ханойского университета.

Весь 1989 год я проработал в университете Пурдю (штат Индиана, США). В то время на стажировку в Америку со всего Советского Союза отправляли всего около двух десятков человек в год. Перед стажировкой собеседование со мной проводили в ЦК КПСС.

Только в США я по настоящему оценил достижения СССР. Вспоминаю, как американцы смотрели на меня, словно на инопланетянина; живого молодого советского ученого там видели впервые. Они искренне завидовали нам. Обеспечить всеобщее среднее образование, бесплатную медицину достаточно высокого уровня для всех, бесплатное высшее образование на мировом уровне, достижения в науке, Космосе и т. д. даже для такой развитой страны, как США, было на грани фантастики. Кстати, в каждом Американском университете в то время была кафедра русского языка; нас изучали, нас уважали! В США я оставаться не захотел, мне там было откровенно скучно. Одним словом, я был коммунистом и материалистом до мозга костей. Не без помощи могучей Америки начался развал нашей Великой державы, финансирование науки прекратилось, а хотелось делать что-то значимое для людей. Так, в 1991 году я с товарищами из МГУ создал «Издательство АНС».

Жизнь преподносила свои «сюрпризы». В 1994 году тяжело заболел мой единственный младший брат Женик. Опухоль головного мозга. Несколько лет безуспешного лечения, несколько операций и преждевременная смерть в 35 лет. В те годы я впервые столкнулся с экстрасенсами и колдунами, но они ничего сделать не смогли. Когда близкие друзья брата рассказывали, что на кладбище нашли его фотографию, что причиной болезни является «порча» – ни я, ни родители не воспринимали это всерьез. Мы верили в официальную медицину, но врачи так и не смогли определить причину возникновения заболевания. Спасти брата они также не смогли. Большой вклад в изменение моего мировоззрения внесли теща и жена, но они только подготовили почву. Кардинально мое мировоззрение смогла поменять только Людмила Григорьевна.

Первая встреча

Во время нашей первой встречи я спросил у нее: «В Москве больше трех тысяч издательств, к кому Вы уже обращались по поводу издания своей новой книги?». «Ни к кому, я пришла именно к Вам», – был ее неожиданный ответ. Мое природное любопытство было задето: «Почему Вы пришли именно ко мне?», – спросил я. Ее ответ еще больше удивил меня: «Мне на Вас указали «Высшие Силы», и свою книгу я хочу издать именно у Вас». Для меня «Высшие Силы» по-прежнему ассоциировались с Кремлем или, в крайнем случае, с Белым домом или Старой площадью. Я поинтересовался, кто и как там указал на меня. И тут мне стало совсем не по себе. Людмила Григорьевна достала из сумочки футляр для очков, а оттуда… вместо очков я увидел в ее руках МАЯТНИК! Возникла непростая ситуация, по-видимому, Людмила Григорьевна по моему лицу поняла, что я был несколько ошарашен. Тем не менее, она отступать не стала, а просто объяснила, что с помощью такого простого «прибора» можно получить ответ на множество вопросов… и, в частности, «Высшие Небесные Силы» именно с помощью «маятника» указали ей на меня. Она хотела продолжить, но, думаю, увидев, что со мной что-то происходит, замолчала…

Я же в это время уже думал о другом. С не вполне нормальными людьми или, проще говоря, «психами», мне напрямую не приходилось сталкиваться. «Вот, – думаю, – наконец-то “повезло”. А с первого взгляда выглядела нормально… Что же мне теперь делать?» Людмила Григорьевна, кажется, прочитала мои мысли и как бы невзначай стала говорить о науке. Оказывается, она, как и я, профессиональный радиофизик, только она кандидат технических, а я физико-математических наук. У нее прекрасное образование, она закончила Московский энергетический институт и всю жизнь занималась наукой в одном из серьезных «почтовых ящиков» Москвы. Чем больше она рассказывала о своих научных разработках, тем больше опять начинала казаться вполне нормальной. В голове у меня произошло некоторое «раздвоение». Как человек она мне, несомненно, нравилась, но что делать с «маятником» и ее проектом новой книги?

Она понимала, что я несколько не готов к принятию такой новой для меня информации. Но отступать она не привыкла. Да и мое природное любопытство было задето. Мы договорились о следующей встрече.

Следующие встречи

Ко второй встрече я уже подготовился. Наше издательство к этому времени выпустило первые шесть томов «Энциклопедии народной медицины» (ЭНМ) и трехтомную «Полную энциклопедию народной медицины» (ПЭНМ). Книги оказались очень востребованными, и миллионы семей успешно использовали собранные и систематизированные нами рецепты и рекомендации народной медицины. Все было бы хорошо, но нам часто задавали вопросы о конкретном применении того или иного рецепта. И тут я стал понимать, что на большинство вопросов я не могу дать вразумительного ответа.

На самом деле от одного и того же заболевания мы приводим десятки и даже сотни различных рецептов. Как выбрать тот единственный, который подойдет именно вам? Но даже если, «включив интуицию», вы остановили свой выбор на одном-единственном, то что делать дальше? Все люди разные. Есть мужчины и женщины, дети и старики, все ведут разный образ жизни, да и «весовые категории» тоже разные. А рецепты? Где выросло растение (например, ромашки у автотрассы и ромашки в глухой тайге будут разными), в какой момент его сорвали, как сушили и хранили, сколько оно уже хранится и т. д. Если делать настойку, то и вода или водка тоже у всех будут разными. Хорошо, например, мы сбор подобрали, но как принимать? Сколько раз в день, когда, в течение какого срока и т. д. Я не понимал, как можно правильно и абсолютно индивидуально применить все знания народной медицины для конкретного человека. Вот такой сложнейший вопрос и «заготовил» я для Людмилы Григорьевны. Но одним этим вопросом наша встреча не ограничилась.

Биолокация для всех

Первым делом она подарила мне свою первую книгу «Биолокация для всех», вышедшую в свет в 1996 году. Я, в свою очередь, подарил ей наши Энциклопедии народной медицины. После обмена любезностями я сразу же задал ей неожиданный вопрос: «Почему Вы решили не издавать свою новую книгу в издательстве, где уже издана “Биолокация”?». «Владелец издательства оказался не очень порядочным человеком», – ответила Людмила Григорьевна и рассказала мне историю своих взаимоотношений с ним.

Я сейчас, естественно, не помню всех деталей этой остросюжетной истории, но все было приблизительно так. Судьба как-то свела их жизненные пути, и Людмила Григорьевна рассказала владельцу небольшого издательства (назовем его Николаем Ивановичем) о своих наработках в области самодиагностики и самоисцеления человека. Работа его сильно заинтересовала, и он пообещал подготовить и издать ее книгу. Его неподдельный интерес к новой методике был не случайным. Сама по себе новая методика могла принести ему прибыль, но основные его цели были несколько иными.

Проверка Л.Г. Пучко.

Оказалось, что у Николая Ивановича с детства тяжело болеет сын, который в то время заканчивал школу. Его заболевание называлось нейродермит – хроническое воспалительное заболевание кожи. Болезнь достаточно серьезная и практически неизлечима, характеризуется сильным приступообразным зудом, расчесами, своеобразным утолщением и пигментацией кожи пораженных мест и т. д. Николай Иванович поставил условие: «Я подготовлю и издам Вашу книгу только в том случае, если Вы продемонстрируете эффективность своей методики на исцелении моего сына».

Это была первая книга Л.Г. Пучко, и «издатель» убедил ее, что никто, кроме него, не рискнет издавать книгу с такой нестандартной методикой, что рукопись будет пылиться у нее дома или же она должна будет издавать ее за свой счет, а затем самостоятельно развозить по магазинам и продавать… Выхода у Людмилы Григорьевны не было, и она решила попробовать.

Когда она стала «грузить» меня деталями своей работы с мальчиком, я вновь заволновался. Сознание, подсознание, глубинные причины, инфернальный мир, ауральные сущности, одержатели, земные духи, ответы «маятника», вибрационные ряды, церковные ритуалы, службы, бесы, отчитки и т. д. Но любопытство брало свое, я слушал, задавал множество вопросов… Главным для меня было – узнать, чем дело закончилось? Людмила Григорьевна одержала победу! Бесконечный зуд, с детства мучивший ребенка, прошел! Врачи были в растерянности, ведь заболевание не должно вылечиваться.

Сын у Николая Ивановича оказался талантливым ребенком и поступил в Московский институт международных отношений (МГИМО). Медкомиссия в институте признала его здоровым, а когда он вспомнил о нейродермите, то врачи просто заметили, что при постановке диагноза была допущена ошибка, а нейродермита у него никогда не было. «Может, и не было», – подумал юноша, – «но почему же я тогда всю жизнь мучился от нестерпимого зуда?»

Тогда я впервые понял, что врачам гораздо легче признать недостоверность своей диагностики, чем признать, что кто-то может излечиться от той болезни, с которой они справиться не могут.

По всей видимости, «чудесное исцеление» от неизлечимой болезни с использованием в том числе и православных ритуалов оказало на сына Николая Ивановича неизгладимое впечатление. Как рассказывала Людмила Григорьевна, он вскоре бросил МГИМО и поступил в Духовную семинарию.

Еще одна проверка.

Ну, кажется, все! Невыполнимая задача решена – и «Биолокация» должна выйти в свет. Но не тут-то было. Появилось новое условие – Николай Иванович захотел стать соавтором такой необыкновенной методики. Людмила Григорьевна не знала, что и делать. Она многократно пыталась ему объяснить, что для этого надо хоть что-то сделать в этой области. Ему казалось, что как только у него «заработает маятник», то он с его помощью просто и быстро внесет в новую методику свой «неоценимый» вклад. Но вот незадача, «маятник» у него никак не хотел работать, а время все шло. Прошел почти год. «Видимо, только с помощью “Высших Сил”, – говорила Людмила Григорьевна, – “Биолокация для всех” вышла в свет в 1996 году».

Казалось, надо было радоваться. Но новые аспекты бизнеса Николая Ивановича начинали все больше смущать Л.Г. Пучко. Например, как-то случайно она оказалась на его складе книжной продукции, где горы порнографической литературы произвели на нее гораздо большее впечатление, чем скромные «столбцы» ее любимой книги.

Дальше возникли проблемы с выплатами авторского гонорара, а через несколько лет ей вообще заявили, что книга продается чрезвычайно плохо, хотя положительные отклики шли к ней со всех сторон. Тогда Людмила Григорьевна еще не понимала, что «издатель», например, может сделать дополнительный тираж, не поставив об этом в известность автора. На момент прихода ко мне она уже окончательно разочаровалась в Николае Ивановиче и выразила желание после завершения договора с ним (в 2000 году) издавать «Биолокацию для всех» в Издательстве АНС. Но я пока не принял решения о «Многомерной медицине», а до 2000 года еще было время. Тогда я и не предполагал, что с «Биолокацией» и Николаем Ивановичем мне придется не раз сталкиваться.

Радиэстезия – это не магия

Мне кажется, что в большинстве случаев, когда неподготовленный человек наблюдает за работой оператора с рамкой или маятником, его первое впечатление может быть отрицательным. Есть определенные стереотипы мышления, навязанные нам образованием, телевидением, религиозными взглядами и т. д. Поэтому очень часто люди задают вопрос: «Не магия ли это?» или «Не секту ли создала Людмила Григорьевна?».

Поскольку я сам прошел через все это, то точно могу сказать, что это не магия, и к сектам Многомерная медицина не имеет никакого отношения. Кстати, напомню для тех, кто забыл или не знает – основное отличие секты от самых различных объединений граждан в том, что в секте нет развития и свободы воли. Лидер секты всегда прав, любое отклонение от его указаний недопустимо и т. д. Многомерная медицина же свободна от догм, и книга, которую вы держите в руках – прямое тому подтверждение. Людмилы Григорьевны уже нет, но дело ее продолжается, в том числе и членами МКММ.

Я как хоть и бывший, но профессиональный физик могу сказать, что если существует окружающий нас Мир, а также внутренний Мир человека, то запрещать их изучение просто глупо. Что бы и как бы не называли, что бы и кто бы не запрещал, но процесс познания этих двух Миров никогда не остановится, поскольку в каждом из нас Творцом заложена программа развития. Приостановить ее действие никому не под силу – ни чиновникам от науки, ни религиозным деятелям, ни представителям партийной идеологии и т. д.

Любой человек от рождения награжден Всевышним таким всеобъемлющим качеством, как Свобода Воли. Так вот именно это качество, дарованное нам Свыше, и дает право заниматься самопознанием, самодиагностикой и самоисцелением.

Поскольку этот вопрос волновал меня так же, как и многих, то однажды я набрался смелости и задал его Духовнику Оптиной пустыни, Оптинскому старцу – батюшке Илию. Я спросил у него: «Батюшка, могу ли я заниматься самопознанием, самодиагностикой и самоисцелением?». Он ответил: «Да можешь, но главное – не отрывайся от Земли, будь ближе к Природе». Тогда я понял, что при лечении любых заболеваний ни в коем случае нельзя забывать о Природе, ее дарах и многовековом опыте народной медицины.

Позднее я дарил батюшке наши книги по народной медицине, и он их с благодарность принимал.

Моя «народно-медицинская» домашняя заготовка.

Я рассчитывал, что мой вопрос об индивидуальном подборе рецептов и способов лечения человека методами народной медицины, по крайней мере, озадачит Людмилу Григорьевну. Каково же было мое удивление, когда она сразу же, без подготовки, стала мне объяснять, как просто решается эта задача.

Довольно долго она объясняла и показывала мне, как все надо делать. Возможно, что все это было не только на второй встрече, но это не так важно. Пока у меня работал только чисто профессиональный интерес, мне было любопытно, как она все объяснит. Она стала достаточно часто приезжать к нам в Издательство на Крылатские холмы.

Оказывается, что биолокация (радиэстезия) – это не мистика.

Не скажу, что сразу, но я кое-что понял. В рамках моего сегодняшнего понимания, это выглядит приблизительно так. За несколько тысячелетий до нашей эры в Древнем Египте жил уникальный человек, которого звали Гермес Трисмегист. Он сформулировал основные законы Природы, которые прошли тысячелетние испытания временем и выдерживают проверку даже в наш век всеобщей компьютеризации и технического прогресса. Опровергнуть их никто не может, и работают они всегда. Один из законов Гермеса Трисмегиста можно сформулировать приблизительно так: «Все в мире движется, вибрирует и излучает». Это означает, что и любое растение или минерал излучают в присущих только им диапазонах волн.

Оказывается, что человек может воспринимать эти сверхслабые сигналы, анализировать и записывать их в файлах памяти своего «биокомпьютера» («подсознания»). «Маятник» не обладает никакими магическими, мистическими или какими-то иными сверхъестественными способностями. Его можно рассматривать как «стрелку измерительного прибора», а самим «прибором» является человек. У каждого из нас есть «сознание», с его помощью мы мыслим, анализируем сигналы внешнего мира, общаемся и можем выражать в словесной форме все, что приходит нам в голову. Есть структуры (в то время я думал, что в головном мозге), в которых записывается вся информация, которая воспринимается нашими органами чувств. Вроде все логично и не противоречит моему материалистическому миропониманию. Только много лет спустя я стал понимать, как медленно, но неуклонно Людмила Григорьевна начинала менять мое мировоззрение.

На наших первых встречах она была внимательна к моим, как теперь видно, зачастую «глупым вопросам». Терпеливо и по многу раз она отвечала на них, только каждый раз как-то по-новому. В то время она еще не называла меня «вульгарным материалистом», как она делала это позднее, когда я «доставал» ее своими бесконечными вопросами.

Она подарила мне маятник.

Постепенно я стал понимать, что в биолокации нет ничего сверхъестественного, надо только научиться «общаться» со своим «подсознанием». Для этого надо сконцентрироваться и четко сформулировать вопрос. Нельзя забывать, что ответ на него должен быть либо «ДА», либо «НЕТ». Очень важно, чтобы вопрос был связан только с той информацией, которая есть в памяти моего «биокомпьютера». Например, о будущем спрашивать никогда нельзя и т. д. Тогда я еще не понимал всей важности данного утверждения. И вдруг мне захотелось попробовать, хотя и было страшновато. По-видимому, Людмила Григорьевна почувствовала, что я созрел, и подарила мне маятник, которым я пользуюсь до настоящего времени.