Двое из ларца и бабка Ёжка в наставницы

 Глава 1

Я вздрогнула от грохота, разнёсшегося по улице. Черт, я уже десять раз пожалела, что взяла у родителей ключи и отправилась в наш загородный дом: отдохнуть от города, людей и работы. Теперь сижу, вздрагиваю каждый раз, как с улицы, утонувшей в вечерних сумерках, раздается шорох, или тишину разрывает лай соседской собаки.

Работа с людьми сделала меня очень нервной. К тому же рассказанные бабушкой из соседнего дома байки добавили масла в огонь. Я не трус, но я боюсь. Грохот повторился, и плотнее закутавшись в одеяло, я сделала громче телевизор. Металлический высокий забор, окружающий наш дом, должен был защитить нас и от людей, и от диких животных, решивших полакомиться лакомым кусочком в виде не очень умной девушки, решившей в самый лютый мороз уехать практически в глухую деревню. Волки часто заходили в нашу тихую обитель, состоящую из семи покосившихся домиков, в поисках легкой добычи. Жертвами ночных охотников становились коты и собаки, не загнанные вовремя за ворота. С наступлением сумерек ни один местный житель старался в одиночку не выходить, дабы не стать жертвой свирепой стаи.

Родительский коттедж выбивался из общей картины. Он возвышался двухэтажной каменной махиной, окружённой сплошной стеной забора в два метра высотой. Не то что волк, но и человек не сможет заглянуть на участок даже одним глазком. Летом эта стена становилась приятным бонусом, позволяя загорать практически нагишом, не стесняясь, что сосед пройдет мимо в неподходящий момент, и как это бывает, от любопытства заглянет на участок, чтобы убедиться: его огород лучше.

За окном что-то мелькнуло. Скрылось в ночи, миновав освещённый светом фонаря участок. У самого моего дома! Сердце грохотало, норовя выпрыгнуть. А лучше убежать! Сдерживая порыв рвануть куда глаза глядят, я крадучись выбралась из кровати и направилась к выходу из дома. Глупо, наверное. Вдруг дикие звери прорвались через оказавшийся не таким и надёжным забор, и теперь рыщут во тьме в поисках неосторожной жертвы? Или это бандит-насильник, узнавший о молоденькой и совсем одинокой девушке в глухой деревне!

Глупости? Мне так совершенно не показалось. Поэтому, схватив швабру наперевес, я отворила запертую дверь. Вот же дура! На меня с криком и матом упало два парня, пытавшихся вскрыть замок. От неожиданности и шока, издав вопль раненого вепря, я отчаянно принялась размахивать импровизированным оружием, стараясь приложить взломщиков посильнее. Но зажмуренные от страха глаза, видимо, полностью нарушили мою ориентацию в пространстве, так что гнала я их почему-то не выгоняя, а вгоняя их в дом.

Глупость – удел всех женщин. Два нарушителя моего вечернего покоя, оправившись от первого шока, увернулись и обезвредили меня, вырвав на удивление крепкую швабру из рук. После чего быстро заломив отчаянно брыкающуюся и голосившую меня, так, чтобы я не могла больше никого пнуть, потащили внутрь дома. Всё, прощай моя недолгая, скучная и размеренная жизнь!

– Перестань уже орать! – один из парней, тот, который не был занят скручиванием меня, недовольно огрызнулся. От такого наглого заявления я немного опешила, но рот захлопнула. Осмыслила сказанное, удивлённо похлопала глазами, и не забыла заметить, что, вообще-то, это они влезли в мой дом.

Парочка же ни на секунду не растерялась, нагло подметив:

– Мы думали, тут никого нет.

– Это мой дом! Даже если бы меня тут не было, какое вы имеете право… – заголосить вновь мне не дали. Прикрыв рот широкой ладонью, заодно отрезав и доступ к воздуху, что заставило сдаться и все-таки отложить казнь воришек от оглушения. Жить-то хочется! А раз сразу не убили, может еще есть шанс, если сейчас не задушат.

– Пока что он побудет нашим, – ехидно заметил один из парочки, присаживаясь в кресло. – С какого… – Чуть было не вылетев с кресла от прилетевшего в спину толчка, он зашипел, а я потеряла равновесие. Но крепкая мужская рука тут же схватила меня за руку и резким движением выволокла в центр просторной веранды, освещенной лишь светом уличного фонаря, пробивающегося в окна. Я даже возмущаться и причитать перестала, так меня поразила реакция брюнета.

– Ты не в том положении, девочка, чтобы качать права, – прошипел холодный голос мне в самое ухо. Я вздрогнула и замерла.

Они ведь правы: что могу я, мелкая девчонка, против таких двух здоровенных парней. А я-то раньше считала себя довольно высокой и сильной, но как оказалось, это – совершеннейшее заблуждение. Похитители неспешно усадили меня на стул и накрепко примотали веревками. Я сдалась, перестав брыкаться и возмущаться, и лишь подробно рассматривая парней. Вдруг меня не убьют и мне понадобится описать их полиции?

Оба высокие, на голову выше меня, а я, опять-таки, не маленькая – метр семьдесят, широкоплечие, накачанные. И где только так свои бандитские фигуры поправили? Невольно засматриваешься на рельеф тела, скрывающийся под футболками. Как это удачно я растопила дом до состояния адского котла. Заставила злодеев практически раздеться и… Так, стоп! Куда это я, глазами их, гадов, дальше раздевать начала? Мысленно отхлестав себя по щекам за пошлые мысли, я закусила губу. Они меня, вообще-то, похитили, и это не сюжет порно. Определенно не он. Я даже взгрустнула – оттого, что меня и правда связали и держат в заложниках. А что? Я бы не отказалась. Девочка взрослая, свободная, вполне могу и помечтать.

– А, простите, – подала я неожиданно, даже для себя, голос. Парни уставились на меня удивленно. Лица у них под стать телам. Красивые, правильные черты. У того, который меня заламывал, черные волосы, карие, практически черные, глаза. Второй – полная его противоположность. С белёсой шевелюрой и голубыми глазами. Но пре-кра-а-асные, оба. Я подтянула слюнки и задала мучивший меня вопрос, пока мои красавчики-похитители не опомнились, – зачем вы ко мне вломились то? Воровать у меня нечего, я не дочка миллионера, денег за меня никто не даст.

Повисла напряженная тишина. Жду, кусая губы. Мальчики (нет Крис, не мальчики, а наглые грабители и взломщики! Нужно переставать читать любовные романы!) переглянулись, подумали, и блондин решил мне пояснить под недовольный скрежет зубами напарника.

– А ты нам и не нужна. То, что ты попалась под руку – все чистая случайность. Твой дом наиболее защищен, а нам нужно было спрятаться.

– От кого? – удивилась я.

– От тех, кто хотел нас убить, – спокойно, будто это совершенно обыденно, пояснил он.

– А, вы бандиты? – выпалила я, на что эти два нехороших человека переглянулись и расхохотались.

Отсмеявшись, блондинчик вытер выступившие слезинки и, продолжая хихикать, всё-таки пояснил:

– Как раз таки наоборот. Мы хорошие ребята.

– Ага, так и поверила, – скептически осматривая веревки, которыми я была скручена, буркнула я.

—Ты сама начала драться, шваброй нас поколотила, – заметил второй, сидя чуть в отдалении. Он явно был недоволен разговорами, да и вообще моим пребыванием в доме.

– Так я думала вы воры, замок вон вскрыли. – праведно возмутилась я, – А те, от кого вы убегали, сюда не залезут?

Вдруг осознав, что раз они убегали от кого-то, то значит, этот кто-то гнался за ними. И что ему стоит также зайти в дом? Но парни отчего-то были спокойны и не переживали.

– Не залезут. На камень хорошо ставится защита. – все так же нехотя пояснил брюнет.

Я вылупилась на них, а сердечко жалобно ухнуло и затихло. Сумасшедшие. Ко мне в дом забрались два постояльца местной психиатрической клиники.

– Ставится, простите, что? – От шока я звонко икнула и покрылась багровыми пятнами. А похитителей всё-таки проняло, для меня снизошли до пояснений:

– Магический артефакт, защищающий от недоброжелателей и врагов. Сильнее всего его действие отчего-то именно на камне, дерево легко прошибают. Твой дом – каменный. Так что тот, от кого мы бежали, даже с армией сюда не войдет.

К глазам, ставшим размером не меньше теннисных мячей, у меня прибавился распахнувшийся рот. Вон там, смотрите, челюсть по полу скачет, зубами стучит. Я-то наивная, бандитов-маньяков представляла, а тут – самые настоящие психи. Как бы выпутаться и позвонить в скорую?

– И что мы перед ней распинаемся, Тим? – обратился брюнет к блондину, – Она нам все равно не верит. Хотя и магичка, магией за километр несет.

– Не забывай, что мы уже вне Загиба, и тут магия не в ходу. Они технари, – спокойно сказал Тим. Затем вновь оба обратились ко мне, – Мы из такого места, как временной Загиб. Фактически, это другой мир, где смешалось прошлое, настоящее и будущее. Ваша деревня находится практически у его границы. А в этот раз мы немного не успели вернуться со своей вылазки, и столкнулись со стражем.

Я все так же непонимающе продолжала хлопать глазами.

– Ладно, смотри, – вздохнул Тим, придвигаясь ближе, – вот у вас есть сказки про Бабу Ягу, Змея Горыныча, о домовом, Лешем и прочей нечисти. Они живут и процветают в разломе. Раньше, пока закона не было, вылезали, народ пугали, когда только объединялись наши половинки мира. Сейчас с этим всё строго: выходить нельзя, так как магия мир покидает, редко кому разрешение дают, местным только если. Мы устраиваем вылазки, чтобы найти у вас то, чего в нашем мире мало: камень, драгоценности, молодых необученных магов, что встречается очень редко. Иногда это более ответственные задания: мир спасти, войну предотвратить, конец света…

Хлоп-хлоп! Это все мои глаза хлопают, рассматривая двух шизофреников в моем доме. Эх, сейчас бы мою метлу, да как дать им ей по башке. Может, отпустит? Или это я их так сильно приложила?

– Она не верит, – усмехнулся брюнет, имя которого я все еще не знала, – показать?

Тим кивнул. Тот лениво встал, потянулся и щелк… Парень уже стоит у меня за спиной, касаясь своими губами моего уха. Горячее дыхание обжигает кожу, а тихий шепот, проникающий в сознание, как ушат ледяной воды за шиворот, заставляет сердце остановиться:

– А сейчас…

Глава 2

Кто завизжал, словно сирена на крыше скорой, мчащейся на вызов? Ваша покорная я. Кто чуть было не убежал так, как и сидел, прикрученный к стулу? Тоже я. Мальчики были оглушены, а наглый брюнет пытался заткнуть мой рот ладонью. Ой, зря! Моментально я клацнула челюстью, прокусывая палец нахала до крови.

– Вот гадина, – зашипел он, отдергивая руку.

– Неприлично лапать незнакомую, привязанную к стулу девушку. Она может неправильно вас понять, – гордо вздернув носик, сказала я. Парочка извращенцев уставились на меня так, словно впервые увидели. Посидели, посмотрели на меня, потом друг на друга и снова на меня и неожиданно галантно поклонились.

– Приносим свои глубочайшие извинения за нашу грубость, – хором отчеканили они, – Я Тимофей, – это блондин, – а я Кирилл, – это уже брюнет.

– Ой, – ядовито прошипела я, и не упустила возможность съязвить. Все ради мести и только ради нее, – прямо двое из ларца.

Они недоверчиво посмотрели друг на друга, потом на меня, и удивленно отшатнулись, будто от чумной. Это ведь так еще больше обидеться можно. Вломились, связали, еще и шарахаются, будто вурдалака увидали.

– Как ты узнала? – сощурившись, ледяным голосом произнес тот, что назвался Кириллом.

Тут была уже моя очередь удивляться. Это я что, в точку попала, что ли? Так они же разные, а из ларца они одинаковые.

– Это все домыслы, – поняв мое смятение, пояснил Тим. Парень, в отличие от своего подельника казался менее опасным, и каким-то простым, что ли. В глазах плясала задорная искринка и некое любопытство вызванное сложившейся ситуацией. Я пожала плечами. Ну ладно, домыслы, так домыслы. Я в этих сказках вообще ни бум-бум, и литературу в школе прогуливала.

Из-за неожиданно начавшейся беседы, да еще и знания имен моих пленителей, я решила, что хорошо бы состроить наивную дурочку, согласную к сотрудничеству. Нет, а что? Улыбнуться, мило побеседовать и, возможно, меня оставят в покое и, желательно, живую.

– Ой, совсем забыла, я Кристина. – хищно оскалившись, изображая улыбку, протянула я, представляясь. Парни вновь шарахнулись, заметно напрягаясь. А я наивно захлопала ресничками под коварных хохот разносящийся в голове. К ресничкам и оскалу а-ля радушная хозяйка я как можно слаще протянула – А может, вы чаю хотите?

От предложения парни заметно расслабились и даже скинули маски суровых грабителей:

– Не откажемся, – плюхаясь за большой деревянный стол, стоящий в столовой, скромно улыбнувшись, признался Тим, – а с чем?

«Цианистым калием» – про себя пообещала я, пока два чудовища, разомлевшие от неожиданного предложения, разматывали мне руки. Очевидно, мою игру с улыбками раскусили, приняли и обыграли. Не поверю, что в одном человеке добровольно уживутся скромность и наглость, но от чая не отказались, что вполне можно принять за маленькую победу.

Воевать и пакостить дальше не стала. Когда в твоем доме два мужика, в пару раз тебя крупнее, да еще и перемещающиеся в мгновение ока, вновь вооружаться шваброй казалось нелогичным. Развязали и ладно. Спать примотанной к стулу всё же крайне некомфортно.

Пока я копошилась на кухне в поисках, чего бы съестного приготовить, у меня его было, к слову, немного – я ведь жила одна и ела мало – эти двое, слов на них не хватает, порылись в шкафах, и выудили все мои стратегические запасы сладкого. Ну что за люди, или нелюди! А кто они, нечисть? Точно, нечисть. Сомнения пропали после того, как блондинистый поганец без стеснения вытащил из коробки с конфетами мою любимую шоколадку, и поделив ее с другом, принялся жевать. Я фыркнула от возмущения. Я им тут ужин по сусекам, а они. Тарелки с жареным картофелем и курицей полетели на стол, чуть было не перевернувшись.

– Крис, ты чего? – удивилась парочка, тем не менее, придвигая к себе еду.

– А ничего. Я Кристина, а не Крис. Для вас. – с обидой в голосе буркнула я, делая глоток из скромно принесенной себе чашки чая. Плотно ужинать после пережитого стресса категорически не хотелось. – Воспитанные люди спрашивают, прежде чем лопать всё подряд.

Парни посмотрели на пустую обертку от шоколадки, лежащую на столе, затем на меня, и расхохотались:

– Кристина, мы тебя уже обожаем! Только из-за шоколадки тебе сейчас и обижаться, – неприлично ржали они.

– Да ну вас, нечисть проклятую, – выругалась я, обиженно вскакивая с только что облюбованного мной места за столом, и разворачиваясь на сто восемьдесят градусов в направлении своей комнаты. – Вот так и давай второй шанс извращенцам, ночью проникающим в твой дом. Никакой благодарности.

– А почему это мы нечисть? – насупилась парочка, проигнорировав оставшуюся часть моей гневной тирады.

– Ну а кто ж ещё?

– Ну, – протянули парни, придирчиво разглядывая друг друга, – на вурдалаков или зомби мы не тянем, так что вполне себе обычные люди.

– Ага, а по характеру и не скажешь, – заявила я, – спать ложитесь сами, кроватей много, разберётесь.

И гордо удалилась в свою комнату, где нырнула под одеяло. Как же тут хорошо. Теплое и обволакивающее с головой одеяло придает ощущения спокойствия и безопасности. Практически сразу я погрузилась в мир сновидений, где постоянно мелькали лица двух нахалов, вламывающихся в мой дом. Да еще эротические сцены с участием этой же парочки.

Проснулась в холодном поту. Мне долго ещё мерещились два красавчика парня в постели, посапывающих рядом. Мерещились, как же! Мираж неожиданно зашевелился, распахнул свои голубые глазищи и сонно пробормотал:

– Привет, – лучезарно улыбнувшись, он с самой блаженной мордой потянулся.

Мой истеричный визг ураганом пронесся по просыпающейся деревне, минуя запертые окна. Все, кто пытался сегодня проснуться, уже точно больше не уснут. От ужаса. А кто спал, навеки упокоится с миром.

То, что со спины мне прилетит подушкой по голове, я не ожидала. А черноволосое чудище оторвало сонную морду от кровати и завозмущалось: какого это фига я тут разоралась и спать не даю. Тут уже упокоилась даже нечисть.

– Что. Вы. Делаете. В. Моей. Кровати?! – вылетая из своего теплого, но ставшего вдруг совершенно неуютным, гнёздышка, верещала я.

– Спим, – буркнули два извращенца, – всего лишь спим.

При этом они сделали такие милые мордашки, что я невольно залюбовалась, резко захлопнувшись.

– А почему в моей? Кроватей мало? – взяв себя в руки, буркнула я.

– Ты сама сказала, в любую. Не уточняла же, какую именно, – хохотнул Тим.

– А ты так уютно посапывала, – растянулся в улыбке Кирилл, – мы и решили, что твоя самая удобная.

– Убью, – шипела я, выдергивая из-под наглых парней подушку.

Попытка избить двоих в край обнаглевших «гостей» закончилась фиаско. Как только подушка приземлилась на голову первому, они, не сговариваясь, молниеносно перехватили мою руку, и опрокинули меня обратно в постель, нависнув надо мной.

Кажется, я забыла, как дышать. Где-то я такое уже видела. Точно, во сне! Почувствовала, как краска залила лицо, но продолжения (к счастью или разочарованию, ещё сама не поняла) не наступило. Мальчики дождались, пока я успокоюсь и перестану под ними брыкаться, расплылись в улыбке и как два кота промурлыкали:

– Крис, а завтраком накормишь?

– Накормлю, – буркнула я, – а потом проваливайте в свои складки времени и оставьте меня в покое.

– Не дождешься, – хищно улыбнулись два гада, – тебе нас ещё четыре года терпеть.

– Здесь?! – ужаснулся я, чувствуя, как по спине пробежал холодок ужаса. Ну нет, спасибо, мне такие два подарочка не нужны.

– Нет конечно, – словно поражаясь моей глупости, протянул Тим, отпуская меня с неохотой и чуть отстранившись, а то вдруг опять бить буду, – ты ведьма, а значит должна учиться в академии магических существ. Не хочешь, что ли?

– Хочу, конечно! – распахнула глаза, кто ж не хочет. Мечта любой девчонки магию изучать. Да как в романах, чтоб любовь с принцем. Я, конечно, уже не девочка, двадцать пять – почти старость. Но разве это меняет дело? – А когда отправляемся?

– А вот с этим уже сложнее, – протянул парень, – давай за завтраком мы тебе все и объясним? А то кушать очень хочется.Г

Глава 3

Найдя в холодильнике что-то похожее на завтрак мы, нашей не самой дружной компанией, но выбора то мне никто не оставил, уселись за стол. Я изобразила из себя готовность слушать, парни вздохнули, поняв, что поесть в тишине им не дадут. А что они хотели? Приперлись, понимаешь ли, в мой дом, связали, теперь магии зовут учиться. Не отказываться в самом-то деле!

– Магическая академия, в которой обучают всем премудростям магии, находится во временной складке. Вне времени и пространства, но имея свое собственное, понимаешь?

– Не очень, – потрясла я головой.– Год, время года, час в складке свой собственный. Если у тебя, сейчас, декабрь, то мы отправились в твое время на зимнюю практику, в январе. Год не скажу, он не важен. —Тимофей отпил из кружки кофе, блаженно прикрыв глаза, и продолжил, – мы можем посещать любое время вне складки. Прошлое, настоящее и даже будущее, но вернуться в свой мир мы можем только в настоящее.

– Значит, что проведя неделю, год или даже столетие в вашем мире, в нашем пройдёт то же количество времени. – Пояснил Кирилл, глядя в мои полные непонимания глаза.

– Это поняла, – кивнула я.

– Обучение начинается, как и везде, осенью, – продолжил Тим.

– Через девять месяцев, – кивнула я.

– Да, ваших девять, наших семь, но это не столько важно, мы могли бы забрать тебя хоть сейчас, для тебя бы прошел миг.

– Но… Есть какое-то, но, верно?

– Да, вернуться в это время, ты не сможешь, твоя временная линия будет продолжать двигаться, – серьезно сказали парни.

Я задумчиво рассматривала двух, неожиданно серьезных парней. После вчерашнего, не самого удачного, знакомства, видеть эту парочку серьезными было неожиданно. Значит, попав в академию, я исчезну из этого мира, на все время обучения. Ничего сверх страшного. Уезжают же учиться в другие города, приезжая на каникулы, и ничего – все живы.

– А что в этом такого страшного? – осторожно уточнила я.

– Ты оставишь здесь всех родных. Сначала ты сможешь приходить сюда на каникулы, видеться с семьёй, но время неизбежно движется, его не остановить, а вот старение, – Тим немного замялся. Он уже видел по моим глазам, что я начинаю осознавать.

– Я буду оставаться молодой? – спросила я, чтобы подтвердить свою теорию. Кирилл кивнул, а Тим тихо добавил:

– Ты будешь оставаться молодой до тех пор, пока не посетишь свое время.Я замерла, переваривая полученную информацию. Соглашаясь на обучение во временной складке, я навсегда должна буду попрощаться с родителями и друзьями. Не сказала бы, что вторых у меня их много и настолько близкие, что сложно было бы проститься, но мама. Я не увижу, как она стареет, не буду рядом, не смогу поддержать. Но я всю жизнь мечтала о сказке, магии и новых мирах. А у мамы есть ещё двое младших детей.

– Хорошо, – кивнула я, когда омлет в моей тарелке превратился в неаппетитную кашу от монотонного ковыряния в нем вилкой. Мой дух авантюризма взял верх над всем «против», – я согласна.

Ох, не думала я, что мое согласие так обрадует мальчиков. Их лица светились так, будто я за них замуж собралась! Наперебой, чуть ли не передравшись друг с другом, за право говорить первым, несколько последующих часов мне объясняли, что следует взять с собой в академию.

Я слушала, и с каждым новым словом выпадала во все больший осадок. Выходило, что весь год мне предстоит работать, как рабу на плантации! Валютой в мире, а у меня эта складка представлялась именно миром, служили золотые монеты. Их обменять, как это делаем мы, отправляясь в другую страну, нельзя. Но был один способ. В Загибе невероятно ценились драгоценные камни. И даже на самый маленький камушек можно было жить целый год.

Вот и выходило, что я буду работать, покупать украшения и обменивать их уже после поступления в академию, на местную валюту.Закончили меня откровенно запугивать только когда солнце перекатилось с зенита. Парни кинули свои взоры на небо, на часы, после перевели на меня и засобиралась. Гады, одним словом. Заманили, запугали работой, а теперь бросают на произвол судьбы! И тут меня словно молнией ударило.

–Мальчики, – позвала я парней уже направляющихся к выходу, и встретилась с их внимательными взглядами. Вот как им так удается? Знакомы меньше суток, да ещё как, а я уже полностью им доверяю. Может быть, они мне это внушают? Маги, как-никак. – А от кого вы убегали?

Судя по изменившимся выражениям лиц, этого вопроса они хотели бы избежать и уводили меня от него всеми силами. Но я не я буду, если не разузнаю все. Парни помялись и вернулись за ставшим таким родным за этот день стол.

–Мы все – выдернутые из времени существа. Проходя в порталы и посещая эпохи, мы колышем довольно хрупкое равновесие. Представь, что будет, если кто-то из нас влезет в исход войны. Не важно какой – важно, что будущего, которое уже сформировано, может не стать. Природа не глупа, поэтому все временные складки охраняются Часовщиком, не дающим случайно в них войти или выйти.

– Вы вышли случайно? – удивлённо спросила я, помню ведь, говорили про летнюю практику.

– Нет, не случайно, – мрачно продолжил Кирилл, – изменение хронологии времени карается смертной казнью. Особенно если попасть в руки часовщика. А мы её изменили. Не на много, но теперь есть шанс, что этот лес выживет.

Мне кажется, что даже новость о магической академии и другом мире вызвала у меня меньше удивления.

– А как вы теперь вернётесь, если он вас схватит? – посыпались вопросы, на которые было страшно узнать ответ. Сейчас как сцапают их, голову снесут и не видать мне магической академии.

– Не боись, – поспешил успокоить меня Тим, – камень и отпугивающие амулеты делают свое дело. Он потерял нас за стенами и забыл.

– Забыл? – удивилась я.

– Да, изменённое будущее прижилось, волнения утихли и часовщик потерял колебания, а значит, мы не виноваты, – оскалившись в горделивой улыбке задрал подбородок парень. Кирилл правда энтузиазма не поддерживал, смерив друга мрачным взглядом.

– Но в академии нам шею ещё намылят, – озвучил он мысль стирая улыбку с лица Тимофея, – даже находка Кристины не спасет.