Пятый убийца, или Этюд в кровавых тонах

Мальчик странно посмотрел на него – и вдруг дал стрекоча через дорогу, направляясь к своему товарищу. Первым желанием Ватсона было броситься за ним, но он вовремя подумал, что выглядел бы при этом очень нелицеприятно. Он спокойно направился в сторону двух подростков.

Мальчик что-то взволнованно рассказывал своему товарищу, на вид более старшему, кивая в сторону доктора. Когда Ватсон приблизился к ним, старший подросток отослал куда-то мальчика и теперь ждал визитера, держа руку в кармане.

– Послушай, друг, – начал Джон. – У меня есть знакомый, его зовут Виггинс…

– Знаю, мистер доктор, – грубовато оборвал его парень.

– Очень хорошо. Я хотел бы поговорить с ним.

Парень сощурил глаз, подбоченился, его поза стала более вызывающей:

– Я бы тоже хотел, мистер доктор! Да только вот нет его со вчерашнего дня, Виггинса.

– Как – нет?..

– Пропал куда-то, мистер доктор. А шел-то он, – подросток чуть отодвинулся от Ватсона, – к вам.

Газетчик бросил быстрый взгляд по сторонам. Это не укрылось от Ватсона, и он тоже заозирался и увидел, что со всех сторон, из-за домов, из-за каких-то подворотен, начинают выходить люди. В основном это были такие же, как Виггинс и вот этот его собеседник, подростки. Но были и парни постарше, уже юноши. По одному, по двое, а то и по трое, они молча обходили стороной спешащих по своим делам жителей, которые их как бы и не замечали. Все эти ребята направлялись в их сторону.

Поняв это, Ватсон внезапно ощутил себя звеняще одиноким. Он осознал вдруг, что несмотря на то, что вокруг огромное количество людей, если эти парни захотят с ним что-то сделать, никто не придет ему на помощь, никто даже не поинтересуется его судьбой… Никому нет дела до того, что здесь происходит или может произойти… Это Лондон…

В общем, Джон сразу же оценил всю опасность ситуации. Главное – не подавать вида, что их появление его встревожило.

– О, хорошо, что вы пришли, – сказал он как можно спокойнее, обращаясь сразу к нескольким приближавшимся к нему юнцам. – Я ищу одного из ваших товарищей, Виггинса. Вы не знаете, где он может быть?..

Здесь очень важно определить главного – того, на кого равняются остальные. Он необязательно может быть один, и считать, что если ты нейтрализуешь его, то все остальные не посмеют напасть – ошибка. Но уверенности им это поубавит. Второй вопрос – увидеть, есть ли у них оружие.

Так, главный, наверное, у них самый взрослый. Вот этот, в неплохом пиджаке – хоть и не своего размера, – модной кепке и повязанном вокруг шеи платке.

Оружие… Руки у всех были свободны – но кто знает, что они прятали за пазухой или в карманах брюк… У самого у него оружия нет…

– А зачем вы ищете его, мистер?.. – Да, это он, главный. Ему, наверное, уже лет семнадцать.

– Он был вчера у меня, обещал мне кое в чем помочь – но вот пропал сегодня.

Ватсон незаметно встал спиной к стене здания, чтобы у юнцов, реши они все-таки напасть, не было возможности достать его сзади.

Главный подошел почти вплотную. Остальная стая держалась на расстоянии в несколько шагов, обступив их полукругом.

– Он хотел прийти к вам, мистер доктор. Да вот и пропал.

– Сегодня? – быстро спросил Джон.

– Вам ли не знать, – процедил юнец, уже почти касаясь Ватсона. Ростом он был чуть выше доктора, карие глаза смотрели сверху вниз с легкой усмешкой и настороженностью.

– Хочешь сказать, – так же процедил Джон, меняя тон, – что это я замешан в его пропаже?

– А почему бы и нет. Мистер.

Ватсон почти физически почувствовал, что атмосфера все более сгущается.

– Он был мне нужен. Он кое-что обещал для меня узнать. Ты что, думаешь, я б ему что-то сделал?

– А почему бы и нет? – повторил юнец. – Он что-то узнал для тебя. Что-то важное. Чего знать не должен был. А ты его потом…

– Я тебе сейчас горло перегрызу, щенок, – тихо сказал Ватсон. – Они даже дернуться не успеют. Как ты разговариваешь с ветераном?

Взгляд юнца изменился. Он явно не ждал, что доктор пойдет в атаку. Наступил миг, который должен был решить все. Если юнец примет вызов, то драки не избежать. Но может и пойти на попятную.

Юнец продолжал молчать и смотреть на Ватсона. Кажется, он все-таки дрогнул и не знал, как себя вести. Давний житель улиц, он, видимо, понял, что допустил ошибку, подойдя близко к этому плотному мужчине, который, конечно, был сильнее его и мог нанести ему увечья еще до того, как остальные уличные пацаны придут на помощь.

– Парни! – крикнул Джон, обращаясь к остальным. – Вы ищете своего друга Виггинса? И я тоже его ищу! Мы с вашим товарищем… – он повернулся к юнцу, злобно смотревшему на него сощуренными глазами: – Как зовут?

– Джим, – не сразу прошипел юнец.

– Мы с вашим товарищем Джимом договорились объединить усилия! Будем искать Виггинса вместе! – Ватсон обвел глазами подростков. Взгляды настороженные. Он определенно еще не переломил ситуацию. Ну что ж, тогда последний, самый действенный аргумент: – Тому, кто приведет его ко мне – награда! Пять шиллингов!

Подростки удовлетворенно зароптали. Вот теперь это была победа. Только юнец Джим продолжал ненавидящими глазками буравить Ватсона, понимая, что тот только что лишил его авторитета его команды. Лишь сейчас Джон заметил, что за отворотом пиджака Джима прячется небольшая трость с увесистым набалдашником.

– Ну чего смотришь? – тихо спросил его Ватсон, вложив всю свою ненависть в эти слова. – Тебя тоже касается. Пшел искать!

Тот развернулся:

– Пацаны! Идем искать Виггинса! Мистер доктор пообещал каждому шиллинг за хлопоты! – бросил мстительный взгляд на Ватсона. – А где его искать, мы знаем! Придем к нему вечером!

Подростки зароптали еще более удовлетворенно.

– Вперед! Вперед! – Ватсон захлопал в такт своим словам в ладоши.

Шпана начала разбегаться. За ними последовал и Джим, сверля доктора ненавидящим взглядом, но все-таки не рискнув остаться с ним один на один.

Ватсон прислонился к стене. Он почувствовал, что его начинает бить дрожь.

В этот день Ватсон работал как во сне. Что стало с Виггинсом? Найдется ли он? А если все-таки да, то какую информацию он нашел? Беспокоила Джона и перспектива того, что вечером в пансионат к Саре, которая и так не в восторге от его образа жизни, может завалиться толпа беспризорников. Плюс ко всему – он действительно не выспался…

Под конец своего рабочего дня Ватсон уже слишком откровенно поглядывал в окно. И к счастью, вовремя смог заметить приближающуюся к зданию пансионата гурьбу подростков. Кажется, их стало больше, чем утром. Но Виггинса он среди них не видел.

Сказав что-то ободряющее даме с мигренью, Джон высунулся в окно и крикнул:

– Ждите там! Я сам сейчас спущусь!

Выпроводив даму как можно более любезно, Ватсон залез в стол, нашел там мешок с деньгами и высыпал его содержимое. Получалось, что этим юнцам, которые, очевидно, не смогли найти Виггинса, он сейчас отдаст практически все, что у него было. Ну что ж, дал слово – значит, надо держать. А с этим Джимом мы потом поквитаемся. Он вернул несколько монет в стол, а остальные сложил в кошель и отправил за пазуху. Затем, после секундного раздумья, положил туда же пистолет и быстро спустился на улицу.

Ватага беспризорников уже его ждала. Их, наверное, было около двадцати – разных возрастов, разношерстно одетых. Впереди стоял ухмыляющийся Джим, был он теперь почему-то в цилиндре. В руках он держал небольшой мешок, в котором кто-то извивался и скулил.

– Мистер доктор! – осклабился Джим. – Мы с ребятами весь город перерыли – но нет, Виггинса нигде нет. Зато – он показал ему мешок на вытянутых руках – мы нашли его пса!

Ватсон сдержался, чтобы не выбить юнцу зубы.

– Спасибо за работу, ребята, – как можно спокойнее ответил он, доставая из-за пазухи кошель. – Как и обещал, всем по шиллингу. Но если что-то узнаете про Виггинса, приходите – получите еще!

Подростки стали подходить к нему, и он начал выдавать им по монете, время от времени настороженно поглядывая на их вожака. Тот подходить не спешил, стоял, прижимая к себе мешок, и только когда последний из его товарищей удовлетворенно получил монету, заявил:

– Мне – пять! Я ж его пса нашел.

– Я что, искал его пса? – процедил Ватсон. – Подойди сюда – я дам тебе монетку, как всем.

– А это непростой пес, мистер доктор, – ответил Джим.

– Говорящий, наверно. Не трать мое время!

– Этот песик появился у Виггинса после того, как он сходил куда-то по вашим делам! Поэтому я и хочу продать его вам! За работу мне – да, шиллинг, как и всем. А за пса – еще четыре. Вот пять и получается, я умею считать, мистер доктор.

Ватсон, которого донельзя раздражал этот юнец, чувствовал, что от гнева не может ничего ответить.

– Не согласны, мистер доктор? Ну хорошо! Так и мне он не нужен! Я тогда его утоплю в этой вот канаве, – Джим поднял мешок над ямой, возле которой стоял.

– Отпусти щенка, подлец! – процедил Ватсон.

– Слушай сюда, мистер! Этот чертов бульдог укусил меня. И я или получу за него деньги, или отправлю его на дно!

– Хочешь познакомиться с моим бульдогом? – Ватсон выхватил пистолет и направил на Джима.

– Эй мистер, не будешь же ты при всем честном народе стрелять мне в башку из-за какой-то шавки! – крикнул ему тот.

– В башку и так бы не стал. Тебе там ничего уже не повредить. А вот бедро – вполне. После того как увидел, что ты воруешь мою собаку.

– Это не твоя собака! Это чертова дворняга Виггинса!

– А кому из нас поверят – малолетнему преступнику или уважаемому доктору?

– Даже с простреленным бедром я доберусь до тебя и надеру тебе задницу! – Джим потряс кулаком.

– С простреленным бедром ты упадешь в канаву. Я, конечно, кинусь тебя спасать, но на это уйдут минуты – а за это время если ты и не успеешь утонуть, ты быстро истечешь кровью!

В этот момент мешок извернулся и, кажется, цапнул Джима за руку. Тот заорал и разжал пальцы. Мешок полетел в канаву.

– Твою мать! – прорычал Ватсон.

Почувствовав его гнев, подростки, в том числе Джим, бросились наутек.

Он сунул пистолет и мешок за пазуху и спрыгнул в канаву. Сгущались сумерки, и собаку он обнаружил не сразу. Ухватил мешок за лапу и вытащил, почему-то высоко подняв как трофей…

Развернулся, чтобы вылезти – и увидел Джима в цилиндре. А затем – набалдашник трости и яркую вспышку…

На этот раз они приходили все по очереди. Белесые демоны, черные демоны, разорванный О’Рейли расположил несколько своих частей у него на столе и с укором смотрел выкатившимися стеклянными глазами. А затем на него набросились Лаура и Джейн. Он отчаянно сопротивлялся, брыкался, но они обнимали, обнимали и обнимали его… В углу он, кажется, видел того человека с тростью…

– Джон, – от этого тонкого голоска он вздрогнул. Неужели опять Джейн и Лаура?!.

– Джон, очнись же.

Кое-как он разлепил глаза. У его кровати сидела дочь хозяйки пансионата Элис.

– Очнулся! – радостно сказала девушка.

– …Что со мной?

– На тебя напали беспризорники, ударили по голове и ограбили. Ты упал в канаву и, наверное, долго там пролежал и простудился. Это еще чудо, что ты там не утонул! Представляешь, тебя спасла собачка! Она прибежала сюда, долго лаяла и потащила меня за платье к той канаве, где ты лежал. А там уж я всех на ноги подняла…

– Спасибо, Элис. Ты чудесная…

– Ой, что ты, Джон, – он смущенно улыбнулась. – Это пес твой замечательный! Представляешь, ты лежал в воде почти целиком, а голова у тебя была на воздухе! Прохожие, которые подбежали помочь, сказали, что видели, как пес тебя вытаскивал. Это ведь чудо, Джон!..

Вастон попробовал приподняться, но пронзающая боль в голове снова уложила его на кровать.

– Где этот славный пес? – прохрипел он.

– Да вот же, Джон! – Элис на секунду опустилась на пол и поднялась уже держа в руках мопса с большими умными глазами. Тот дважды гавкнул, вызвав смех девушки.

– Приятно познакомиться, – сказал Ватсон, тоже улыбнувшись. – Я его не видел тогда, он был в мешке… Кстати, как он из него выбрался?

Элис посмотрела на мопса:

– А ведь да, Джон, рядом лежал порванный мешок!

– Ну и молодец этот парень!

Она снова засмеялась, но осеклась, как будто вспомнив о чем-то нехорошем.

– Долго я тут лежал? – почувствовав ее настроение, спросил Ватсон.

– Почти неделю, Джон, – грустно ответила она. – Ты иногда приходил в себя и говорил мне, как тебя лечить – я все исполняла в точности! Я так рада, что тебе уже лучше, Джон!..

Ватсон приподнял голову:

– Спасибо, Элис…

– Ну что ты, Джон…

– А мои… пациенты?

Элис поставила собаку на пол и села к нему на кровать.

– Джон… Я со всеми пациентами поговорила, они придут позже… Но Джон, еще приходил тот мальчик, который был у тебя недавно.

Ватсон приподнялся:

– Когда?

– В тот же день, когда на тебя напали, Джон… Он… он был весь в крови…

– Что он сказал? Что с ним?

– Он ничего не сказал… Искал тебя. А когда я сказала, что тебе плохо, что на тебя напали, и предложила ему помощь, он ушел!

– Как же так, Элис? – Ватсон сокрушенно опустил голову.

– Я сказала, что помогу ему, попросила его подождать и побежала за помощью – а когда вернулась, его уже не было…

Джон вздохнул:

– Он ничего не говорил, ничего не оставил?

– Нет, Джон… И Джон, еще плохая новость…

Ватсон, уже зная ответ, все-таки спросил:

– Элис, как я… Как я себя вел?

Она отвела глаза:

– Ты иногда отгонял каких-то демонов… И маму ты тоже к себе не подпустил…

Джон вздохнул.

– Это бред, это нормально. Мои пациенты еще и не такое в бреду выкидывали, – сказал он.

– Да, наверное, Джон, – Элис по-прежнему не поднимала глаз. – Джон… Мама просила тебя подойти к ней, когда тебе станет лучше.

– Конечно, Элис. – У Ватсона было нехорошее предчувствие, и он понимал его причины. – Я до вечера окончательно приду в себя и зайду к ней.

– Хорошо, Джон…

Когда она вышла, он выглянул в окно. Уже вечерело. Решив не откладывать разговор с Сарой, он встал, ощутив, что ломоты в теле, вроде бы, нет и голова тоже не ответила на его движения болью. Перебрал свои вещи – оказалось, что пистолет был на месте, а вот кошель отсутствовал – наверняка малыш Джимми его все-таки забрал. Что ж, найдем его еще…

Ватсон оделся и вышел из комнаты. Мопс потрусил за ним.

Сару он нашел внизу, в пабе. Она показалась ему какой-то странной, говорила с ним, не глядя в глаза.

– Как ты себя чувствуешь, Джон?

– Все хорошо, Сара, спасибо, – соврал Ватсон.

– Джон… Если ты забыл, то когда ты вызволял этого пса – с этими словами она подняла с пола собаку; пес заворчал, – и когда на тебя напали, ты простудился и бился в лихорадке. А когда я пробовала подойти к тебе, ты начал гонять каких-то демонов… Ты хороший человек и хороший врач, Джон. Но боюсь, тебе здесь не место. Ты задолжал мне за последний месяц и уже почти неделю не работал. К тебе ходят пациенты, которые могут отпугнуть моих жильцов – я закрывала на это глаза. А теперь вокруг тебя начала виться ватага каких-то малолетних преступников… Отлежись, приди в себя, вылечись, Джон – но потом уходи. Элис, конечно, против такого решения, но пойми меня, – она помолчала. – У меня уже есть постоялец в твою комнату.

Ватсон чувствовал, как кровь приливает к его голове – и тоже молчал.

– Прости меня, Джон, но ты должен понимать…

– Да, конечно, – слова как будто сорвались с его губ сами. – Конечно, я все понимаю, Сара. Спасибо Вам за все! – он говорил все более резко. – И я не буду! Не буду больше затруднять Вас своим присутствием. Уберусь отсюда сейчас же. Но есть одна просьба.

– Какая еще просьба, Джон?!.

– Вы можете забрать себе любые из моих вещей в счет оплаты. Кроме пса и пистолета. Но я еще слаб и мне нужно прогреться. Сегодня, в последний день, я буду посетителем Вашего бара. А уж потом подумаю, как мне дальше быть.

– Хорошо, Джон. Мне не нужны твои вещи. Расплатишься потом, – Сара по-прежнему не смотрела ему в глаза.

…Медленно, пошатываясь, как будто пьяный, Ватсон спустился в бар. В одной руке он держал саквояж, в другой – поводок.

Джон кивнул Саре, стоявшей за барной стойкой, и подошел к свободному столику. Увидел, как по лестнице поднимается какой-то мужчина с большим чемоданом – наверняка его «сменщик».

Он достал монету, подкинул, поймал.

– To be or not to be!.. – сказал он наблюдавшему за ним псу. – Ту би, – добавил он, помолчав. – О! Тоби! – окрестил он мопса.

…Дальнейшее он помнил плохо. Собственно, и помнить было нечего: он методично напивался. К нему подсаживались какие-то люди, перекидывались парой слов, уходили. Потом подсела местная проститутка Рози – не для того, чтобы заработать, конечно, а просто попрощаться: в этой округе новости разлетались быстро. Он пил с ней, потом пил еще с кем-то…

– Сэр, – услышал он тихий голос.

– Нет-нет, сегодня доктор лечится сам!.. – Ватсон отмахнулся, даже не посмотрев, кто к нему обратился.

– Он дает тебе записку и увесистый кошель, Джон! Не отказывайся! – сказала Рози, которая, как он внезапно понял, сидела у него на коленях.

– Кто?..

– Кэбмен, Джон, кэбмен. Но в данном случае, наверное, просто посыльный.

– Ах Рози… Прочитай, что там написано, а то у меня даже кэбмен двоится… – кое-как сказал Ватсон под общий смех.

Кэбмен повиновался, отдав записку Рози.

– Это пишет какой-то Стамфорд. Говорит, ты с ним работал.

– Стамфорд? Я знаю Стамфорда, он же фельдшер. Он что, сам заболел? Он добрый малый, но я все равно к нему не поеду, а то еще что-нибудь не то отрежу! – вызвал снова Ватсон смех публики.

– Неет, он пишет, что в Сассексе скончался какой-то виконт. Виконт, Джон! Он говорит, что смерть была какой-то подозрительной, и просит, чтобы ты съездил проверил!

– Боюсь, я сейчас покойного виконта от живого не отличу… – слушая, как все вокруг хохочут, Ватсон вдруг понял, что и ему отчего-то весело.

– Тебе дают хорошую сумму, Джон, – подошла к нему Сара. – Ее хватит, чтобы расплатиться со мной и найти новое жилье. Съезди, Джон. Пока ты едешь до Сассекса, ты все равно протрезвеешь.

– Только я тогда возьму Рози с собой!

– Нееет, у меня работааа! Был бы живой виконт, тогда поехала бы, не задумываясь! А мертвый зачем он мне!

– Ты даже мертвого поднимешь, Рози! – крикнул кто-то под новый взрыв смеха.

– Съезди, Джон, – сказала Сара. – Мертвому все равно не навредишь, в любом состоянии. А семье виконта, может, приглянешься.

– Эх, только ради твоих глаз.

Сара отсыпала часть денег из мешочка, вернув его Ватсону. Он встал, пошатнулся, кэбмен подхватил его и вместе они пошли к выходу. Джон тянул за собой на поводке Тоби – но тот вдруг начал отчаянно лаять, вырвался и убежал.

– Я вернусь за тобой, Тоби!.. – крикнул Ватсон как мог громко.

И вдруг остолбенел.

Женщина за дальним столом – он точно ее знал, он не мог ошибиться! Это же…

Он оттолкнул от себя кэбмена и бросился к ней.

– Ты жива!..

Подбежал, откинул с ее головы капюшон… Чужое, незнакомое лицо.

– Все в порядке, приятель? – рядом стоял молоденький пехотный офицер с двумя кружками пива.

– Нихрена!.. – прорычал Ватсон. – Нихрена не в порядке!..

– Сэр, – услышал он голос кэбмена, – боюсь, нам надо идти.

– Не устраивай мне тут бардак напоследок, Джон! – рядом материализовалась Сара.

Ватсон вздохнул:

– Да… Да… Не устраивать бардак… Кэбмен!

Тот снова подставил ему плечо, и Ватсон пошел с ним, вдруг громко закричав:

Земля дрожит от гнева,

И темен океан,

Пути нам преградили

Мечи враждебных стран!..