Пятый убийца, или Этюд в кровавых тонах

В следующий миг вампир уже был на лестнице. Зеленые глаза на неестественно бледном лице как будто прожигали Ватсона. Тот попятился. В пистолете была лишь одна пуля, и теперь ему просто нечего было противопоставить нечисти.

Ватсон бросился наверх – но какая-то сила ухватила его за плечо и швырнула об стену. Издав икающий звук, он упал на пол морга, увидев следы своей крови на стене. Снова появилась боль в руке – такая сильная, как будто конечность пытались отпилить.

Ватсон заставил себя развернуться лицом к опасности, и увидел, как с проворством обезьяны голый человек бросился на вампира. Тот легко перехватил нацеленную на него трость, но человек, похоже, оказался не слабее потустороннего существа: свободной рукой он с небольшим замахом врезал тому по лицу так сильно, что вампир отлетел от него, запнувшись о перевернутый стол.

Нечисть издала леденящий душу крик, от которого пытавшийся встать Ватсон вновь осел на пол.

Вампир попытался подняться – но человек метнул в него свою трость как копье. Тот легко отбил ее и внезапно бросил в человека стол. Мужчину унесло к дальней стене.

Теперь вампир снова переключился на пытавшегося встать Ватсона. Легко спружинив, он прыгнул на доктора и припечатал к стене. Зловоние снова обволокло Ватсона. Он вдруг понял, что клыки вампира приближаются к его шее – но сил сопротивляться у него не было. Зеленые глаза вновь как будто прожигали его… Ватсон услышал какой-то потусторонний звук и внезапно осознал, что именно такой звук он слышал каждый раз, когда ему мерещилась нечисть… Но что ему уже было от этого знания?

На заднем фоне что-то мелькнуло – как будто прошел короткий, на миг, дождь. И вампир закричал во всю пасть, едва ли не контузив Ватсона этим криком. Краем глаза доктор увидел, что от спины вампира идет дым, а голый человек замер рядом с какой-то пробиркой в руке и с любопытством наблюдает за тем, что происходит.

Хватка вампира ослабла. Он дернулся, повалился на пол и начал кататься по нему, страшно визжа. Затем вдруг застыл, кожа его начала трескаться и исчезать, кости – превращаться в песок. В считанные секунды от него не осталось ничего. Леденящий душу крик прекратился – но, кажется, продолжал звучать в голове у Ватсона…

– Критерион! – воскликнул молодой человек. Его глаза тоже горели – но скорее от радости.

– Что здесь, черт возьми, происходит?!. – выдавил Ватсон.

– Здесь происходит победа! – ликующе крикнул незнакомец, бросившись к Джону с пробиркой в руках. – Я наконец-то добрался до уникального наемного убийцы! И нашел! Нашел нужную концентрацию своей сыворотки от вампиров! – Если бы он нашел золотые россыпи, и то, наверное, его лицо не сияло бы таким восторгом. – И да – еще спас Вас, офицер, – добавил он как бы между делом.

– Критерион, мертвецы, что это было?.. Вы демона вызвали этим заклинанием? – Ватсон попытался подняться, чувствуя боль во всем теле.

– Неужели Вы не навидались этого в Афганистане, офицер?.. Ах нет, я Вас не спас! Он же задел Вас!

Проследив за направлением взгляда мужчины, Ватсон увидел, что у него разодрано плечо многострадальной левой руки. Выглядело это как укус большой собаки.

В следующую секунду какая-то неведомая сила подняла его и потащила за собой: это незнакомец одним рывком поставил его на ноги, а затем уложил на один из столов, с которого во время драки упал мертвец.

– Что Вы… – только и успел пискнуть Ватсон.

– Вас укусил вампир – Вы что, хотите стать таким же? – спросил мужчина, копаясь в каких-то склянках на соседнем столе. – И мне снова придется драться? Ну уж нет! У меня сегодня репетиция.

С этими словами он поднес к ране Ватсона пробирку, из которой потекла какая-то жидкость – и сразу как будто тысячи маленьких пинцетов стали тянуть его оголенные нервы. Доктор закричал так, как, наверное, еще не кричал никогда в жизни, из глаз брызнули слезы. Он выгнулся и попытался встать – но стальная рука мужчины, казалось, без особых усилий удержала его на столе.

Боль постепенно отпускала. Ватсон открыл глаза и увидел над собой озабоченное лицо незнакомца.

– Не помогает! Хм, не помогает…

Он плеснул из пробирки на свою рану, но почему-то не согнулся от боли, а лишь в задумчивости наблюдал за тем, как – это Ватсон хорошо слышал – шипит и пузырится жидкость.

– Действительно не помогает. Что же я мог забыть? Ах да!.. Наверное, выветрилась! Надо взять немножко свежей крови! – мужчина схватил скальпель, и прежде чем Ватсон успел испугаться, уколол им свой указательный палец. Затем выдавил каплю крови в пробирку. – Сейчааас, мы получим нужную реакцию, ручаюсь.

Содержимое пробирки мгновенно окрасилось в мутно-багровый цвет. И внезапно незнакомец вновь брызнул эту жидкость на рану Ватсона! Тот согнулся от боли, до крови прикусив губу.

В ушах послышался стук – и только через секунды он понял, что это незнакомец хлопает в ладоши.

Когда темнота от глаз отступила, Ватсон вновь увидел лицо мужчины, на этот раз он буквально сиял от радости, как ребенок, получивший новую игрушку. Доктор приподнял голову и увидел, что рана затягивается на глазах.

– Ха-ха! Ну вот! – воскликнул незнакомец. – У меня сегодня определенно все получается! Я просто в ударе! Что Вы об этом думаете? Понимаете ли важность этого для науки? Только что мы с Вами доказали, что моя кровь, которую я брызнул в раствор несколько часов назад, не подходит! Нужна только свежая!.. Если бы я открыл этот раствор раньше, то сотни вампиров, которые сейчас разгуливают по миру, давно бы уже расплатились за свои преступления.

– Что… здесь… происходит?.. – требовательно процедил Ватсон.

– Я уже объяснил… Меня никто не понимает, но я привык. Через несколько дней дойдет. Если нет – то не вижу смысла. – Но все-таки разъяснил: – До этого было очень мало способов победить вампиров. А почему? Потому что не было надежного химического реактива! Теперь у нас есть реактив Холмса, и всем проблемам конец! – Глаза его блестели, он приложил руку к груди и поклонился, будто отвечая на аплодисменты воображаемой толпы.

– Вас можно поздравить, – зачем-то пробормотал Ватсон, стараясь пошевелиться – но медленно, чтобы не вызвать новых приступов боли.

– А что здесь делаете Вы? – Мгновенно переключился на другую тему мужчина.

Джон закашлялся:

– Мне сказали, что странной смертью умер какой-то виконт… И надо бы осмотреть.

– Из Лондона?

– Кто из Лондона? Виконт – местный.

– Ох, как я отвык уже общаться с людьми. Почему Вы все движетесь и думаете медленнее, чем это нужно? – Он стал говорить медленно: – Почему. Вы – указал пальцем на Ватсона. – Приехали. Сюда. Из. Лондона. Осмотреть. Виконта?

– Помушомезаплатили! – выпалил Ватсон. – Так устроит?

– Вполне. Но впредь научитесь говорить членораздельно. Ох, да Вы ж пьяны… Кто заплатил?

– Послушайте, это не Ваше дело!

– Нет, мое, черт возьми! Почему Вы так медленно соображаете??? Надо же знать, кто нанял Вас расследовать мою смерть.

Ватсон потянулся к пистолету, забыв, что он разряжен.

– Да не надо, – увидев это движение, махнул рукой незнакомец. Казалось, он к чему-то прислушивается. – Смерть мнимая, конечно же. Жаль, что и это до Вас совсем не доходит. Вставайте, собирайтесь, скоро у нас будут гости, – он нашел где-то на полу одежду и начал быстро ее натягивать. – Да, нас не представили. Те, кто мог бы это сделать, либо разбежались, либо уже сами никого не представят, а мистера Критериона я благополучно отправил в преисподнюю. Шерлок Холмс, 7-й виконт Шерингфорд, или 8-й, я точно не знаю, потому что вроде бы есть еще предыдущий, а может быть, и нет, да это и неважно. В общем, здесь меня по старой памяти называют «виконт». Я живу в замке, у меня есть прислуга и прочая и прочая и прочая. И да, я «лорд» и «сэр», но не настаиваю на таком обращении.

– Джон Х. Ватсон… – с трудом сказал доктор, медленно поднимаясь со стола для вскрытия.

– Отставной военврач, демобилизованный после ранения из Беркширского полка, да, я понимаю. Вы не можете мне ничего сказать нового, кроме одного: КТО? ВАС? НАНЯЛ?!. – Одевшийся Холмс сгреб со стола свои склянки в сумку, взял Ватсона за руку и увлек за собой наверх.

– Его фамилия Стамфорд, сэр, – неуверенно сказал доктор на бегу.

– Стамфорд, Стамфорд… Ах да, фельдшер Стамфорд. Мы пересекались в лондонской больнице. Он настолько богат, что может вот так нанять кого-то и отправить куда-то? – Они уже шли по лестнице, и Холмс ловко подобрал с нее выпавший из рук Ватсона во время битвы с вампиром саквояж.

– Я, честно говоря, давно его видел…

– Как же он Вас тогда нанял? – спросил виконт, но ответа дождаться не успел.

Поднявшись наверх, они услышали звон колокола и крики.

– Ну вот, каждый раз одно и то же. Сейчас полгородка идет к нам с вилами, полгородка с факелами. А особо известные люди тащат осиновые колы – такой вот, как моя трость, только больше. Серебряных пуль, как у Вас, у них наверняка нет, но скорее всего есть обычные. А нам хватит и этого. Поэтому, мистер Ватсон, нам с Вами надо ретироваться. Странные люди, – продолжал он, увлекая доктора вверх по лестнице; Ватсон послушно следовал за ним, даже не пытаясь понять, что происходит. – Критерион бы тут как минимум несколькими из них поужинал, если б я не угомонил его, но они всю свою огневую мощь сосредоточат на нас… О, нас, кажется, уже выкуривают. Как Вы относитесь к запаху дыма?

– Я курю корабельный табак, – ответил Ватсон. Через окно он увидел, что в здание больницы полетели несколько факелов.

– О, да это для Вас благовония будут. Надо нам уходить. Не могли бы Вы помочь мне донести до дома мои химикалии?

– С премногим удовольствием. Если Вы все-таки расскажете мне, что здесь произошло!

– Всенепременно по пути, – Холмс неуловимым движением обвязал вокруг пояса Ватсона ремень от сумки, которая легла ему на бедро и в которой что-то звякнуло, и устремился к лестнице на чердак. – Бежим наверх! Если они настигнут нас тут, мне придется разделаться с целой деревней! Чего бы я не хотел.

Он нажал плечом на ведущий на чердак люк – но тот не поддался. Он ударил плечом снова – но снова безрезультатно.

Внизу послышались шаги. Кто-то бежал по лестнице наверх – видимо, люди увидели их через окно.

– Ну что ж Вы стоите, – возмущенно воскликнул Холмс. – Задержите их, а я пока открою нам путь к свободе. – Он сделал капризное движение кистью руки.

Ватсон направился к двери на второй этаж – и еле успел от нее увернуться: ударом ноги ее распахнул дюжий детина с большой палкой в руках.

– Они здесь! – заорал он. – Демоны! Бесы!

Если бы он напал сразу, Ватсон, наверное, проиграл бы. Но детина потратил драгоценные секунды на крик.

В следующую секунду кулак Ватсона впечатался ему в подбородок. Детина отлетел к стене, выронив из рук кол, который доктор тут же поднял. Этим колом он ударил по ногам другого массивного мужчину, бежавшего к нему с вилами. Тот с грохотом упал на первого, и Джон отправил его отдохнуть колом по голове.

И тут же свалился сам: раненая рука, не привыкшая к таким нагрузкам, выстрелила пронзающей болью. В глазах на миг потемнело, но Ватсон заставил себя встать: он слышал новый топот направлявшихся к нему нескольких пар ног.

– Долго Вы? – бросил он за спину.

– Уже практически все, – услышал он в ответ. – Если не будете меня отвлекать. Я вскрываю замок.

– Поспеши… – Ватсон зашелся кашлем: густой дым, валивший снизу, попал ему в легкие.

Он схватил лежавшего снизу детину за ноги и с усилием затащил сразу два тела в дверной проем. Как раз вовремя: появилось еще несколько дородных мужиков, для которых оба тела стали затруднением. Первому из них Ватсон, ухватившись за косяк, пнул ногой в лицо. Тот упал на стоявших за ним мужиков.

– Долго мне Вас ждать? – послышалось сзади.

Ватсон пошатнулся. То ли его вывела мобилизация сил для такого удара, то ли… дым. Ну конечно, дым. Он зашелся кашлем и встал на четвереньки, понимая, что ничего уже не видно, что дым щиплет глаза и, что самое главное, ему нечем дышать. Он попытался оторвать кусок от своей рубашки, чтобы намочить слюной и приложить ко рту и носу – но чертова рана как будто парализовала руку.

Ватсон понял, что он теряет сознание – а значит, скоро конец…

Вдруг сзади кто-то схватил его за шиворот и поволок – наверняка виконт, кто ж еще. Он подтащил его к вертикальной лестнице на чердак и буквально забросил наверх.

Ватсон нашел в себе силы ухватиться за края чердачного проема и кое-как подтянулся. Чердак тоже заволокло дымом, поэтому лучше ему не становилось.

В следующую секунду там появился Холмс, который снова поднял его, протащил пару метров и в клубах дыма ударил головой Ватсона обо что-то твердое. У того полетели искры из глаз, он автоматически открыл рот, чтобы возмутиться – и вдруг понял, что схватил этим ртом не только дым, но и ночную прохладу. Чертов Холмс открыл им люк на крышу и выбросил его наверх! Ватсон лег животом на черепицу и пополз, отчаянно вдыхая воздух. Да, здесь было много дыма – но был и спасительный воздух!

Как пьяный, он поднялся, озираясь, совершенно не думая о том, что может поскользнуться и свалиться. Внизу горели факелы и галдела толпа. Кажется, в дыму его не видели. Он попробовал привести мысли в порядок и придумать, куда теперь бежать – и вдруг понял, что Холмс, странный человек, который спас его сегодня уже не единожды, не вылез за ним на крышу!

Это могло значить только одно… Первым намерением Ватсона было кинуться за ним вниз – но он остановил себя: спасти его он уже не сможет, а сам тоже скорее всего останется в этой чертовой больнице навсегда. Надо бежать… Но куда?

– Нам налево! – услышал он знакомый хрипловатый голос. В дыму вырисовалась фигура Холмса. Казалось, он даже не запыхался.

Он схватил Ватсона за руку и потащил за собой.

– Я скинул тех несчастных, которых Вы вырубили, с лестницы вниз! – объяснил он. – Иначе они бы задохнулись! Вам никто не говорил, что Вы настоящий мясник, мистер беркширец? – весело спросил он. – Это комплимент, – поспешил добавить он. – Вы приехали в кэбе. Он наверняка уехал.

– А Вы как сюда добрались? – кое-как проговорил Ватсон, удивляясь, что Холмс сохраняет нормальную речь.

– Ох… Ну почему Вы забываете, что я умер. Меня привезли, похоронная команда. Здесь недалеко есть конюшня, прорвемся туда… Лошади! – крикнул он, показывая куда-то вниз. – Мне определенно сегодня везет!

Действительно, внизу, как на заказ, были привязаны две лошади. Они были очень напуганы, громко ржали и пытались вырваться – но это им, к счастью, пока не удавалось.

– Будем прыгать! – крикнул Холмс, когда они стояли у края крыши.

Ватсон попытался что-то сказать, но у него не получилось. Больше всего на свете он боялся сейчас просто упасть.

В следующую секунду Холмс прыгнул – и удачно оказался прямо на крупе лошади. Она задергалась еще больше, но виконт быстро успокоил ее.

– Ну же! – крикнул он снизу, поймав под уздцы вторую лошадь. – Время не ждет!

Действительно, краем глаза Ватсон увидел, как толпа с факелами, палками и вилами приближается к ним.

– Аааа, – простонал он про себя и солдатиком прыгнул вниз, пытаясь попасть на круп лошади…

Конечно, он промахнулся, но сильная рука поймала его за шиворот и водрузила на лошадь. Ватсон изо всех сил вцепился в шею животного, не обращая внимания на боль в руке.

– Вперед! – Холмс вздыбил своего коня – и сам чуть не свалился: очевидно, он забыл, что лошадь привязана. – Черт! – Он взял свою трость обеими руками, вытащил из нее клинок и перерубил сначала перевязь коня Ватсона, затем своего. – Вперед! – снова крикнул он, но поднимать лошадь на дыбы уже не стал.

Мимо них пролетел факел. Это прекрасно подстегнуло их лошадей. Конь Холмса сразу стал ведущим, лошадь Ватсона устремилась за ним.

Крики и гомон позади отдалялись…

Какое-то время Ватсон сосредоточился просто на том, чтобы тряска от бешеной скачки не отдавалась ему в руку. Поймав ритм, он понял, что в голове его пульсирует: очевидно, давление зашкаливало.

Холмс скакал впереди, как ни в чем не бывало, изредка оглядываясь на спутника. Ватсон снова обратил внимание, что он совсем не запыхался.

Они устремились в лес. Джон подумал, что точно не рискнул бы скакать на лошади в такой кромешной тьме, но Холмс уверенно вел их небольшую кавалькаду. Казалось, он видит в темноте. Хотя все могло быть…

– Они могут догнать нас? – наконец сумел выкрикнуть Ватсон.

– Нет, эта дорога считается проклятой, – ответил через плечо виконт. – Призрачный извозчик с горящими глазами, который забирает души и вот это вот все. Неужели не знаете? Вы не бывали раньше в Сассексе?

Джон не нашелся, что ответить.

– Я сам эту легенду придумал, чтобы пореже ходили глазеть на мой замок, – продолжил Холмс. – Люблю, знаете ли, уединение.

– Что ж тогда взяли меня с собой?

– У Вас мои химикалии, не забывайте.

Ватсон действительно забыл, что к поясу его привязана сумка. Он не стал думать о том, во что могли превратиться склянки после всех этих драк, беготни и прыжков.

– Вы обещали мне рассказать, что там произошло!

– Ох, – Холмс поморщился. – Ну что же еще-то Вам непонятно?.. Вампир – наемный убийца Критерион хотел убить меня, но я обхитрил его и убил его, несмотря на то, что Вы мне чуть не помешали.

– Посмотрел бы я на Вас, если бы я не ранил его!

– Посмотрел бы я на Вас, если б я его не убил, а Вас не вылечил!.. – Виконт даже соизволил обернуться. – Вы бы никогда с ним не справились! Да он двигается быстрее, чем идет Ваш мыслительный процесс. Он занимался убийствами полтора тысячелетия! Преторианец Критерион в Древнем Риме – он убил императора Каракаллу. Он же крестоносец фон Бишоф, который учился у ассасинов и убил Конрада Монферратского. Он же рыцарь Мэйсон в годы Столетней войны, который участвовал в захвате Жанны д’Арк. Он же ландскнехт Мюллер эпохи Реформации и религиозных войн во Франции, который выпил немало крови во времена Варфоломеевской ночи. Палач Лефевр, отсекший головы королю Людовику XVI, Марии Антуанетте и еще целому набору знати. Вам что, не знакомы все эти имена? Ладно, злодеяния Лефевра потом приписали другому палачу. Но Вы же из роты Сэкера Беркширского полка! Ну ладно… Сюда он прибыл как мистер Сэмсон из Нью-Орлеана.

– Мне почему-то кажется, что я сплю или до сих пор пьян, – выдохнул Ватсон.

– Да, Вы до сих пор пьяны.

Джон хотел огрызнуться, но понял, что слишком устал, чтобы вступать в препирательства. Еще какой-то отрезок времени – возможно, 15 минут, а возможно, и час, но для Ватсона это точно была целая вечность – они мчались в ночи, но потом, видимо, сжалившись над Джоном, Холмс сбавил темп.

В какой-то момент неожиданно лес расступился, и несколько привыкшие к темноте глаза доктора разглядели стоящий на холме замок. Он не подсвечивался ночью и окна его были темны, но Джон все равно почувствовал его монументальность. Это явно был один из замков не нового времени, а построенное, вероятно, чуть ли не в годы Норманнского завоевания Англии крепко сбитое каменное сооружение, предназначенное не для подчеркивания роскоши, а только для обороны. К замку вела мощеная дорога, а его стены, как и положено, опоясывал черный провал рва.

Около этого рва лошади остановились.

Ватсон почувствовал, как он взмок – то ли он скачки, то ли от раны…

– С Вашего позволения, я Вас покину, – промолвил он, отстегивая от пояса позвякивающую сумку Холмса и мысленно ужасаясь от того, во что за время скачки превратилось стекло внутри.

Будто угадав его мысли, Шерлок бросил небрежно:

– Небьющееся стекло… Благодарю Вас, – добавил он. – Не скрою, я был бы рад избавить себя от Вашего общества, как и от общества любого другого человека. Но Вы же бледны, как призрак. Вы ранены, да и прошлая рана в руку, видимо, тоже шалит.

Ватсон подумал, что действительно может потерять сознание.

– Ради всего, во что Вы верите! Только не на мои химикалии… – услышал он голос Холмса, понимая, что соскальзывает с лошади на землю.

…Дальнейшее он помнил фрагментарно. В полубреду он видел, как сам по себе опустился мост через ров, как будто бы из ниоткуда появляется красивая молодая женщина в старомодной одежде и они с Холмсом начинают отчаянно жестикулировать, по-видимому, ругаясь… А потом он почему-то услышал звук скрипки.