Бандит-одиночка и дочка

Глава 1

– Шла бы ты, а...

Язык едва шевелился во рту, состояние было отвратительное, но голос своей бывшей в трубке я узнал моментально.

– Запоздал ты с посылами, Владиславка, – хихикнула она.

– Для такой, как ты, мне никогда не жалко, – я провел ладонью по лицу. Чего ж так фигово-то, а? – Чего надо?

– Короче, – тон у нее сразу стал деловитым и наглым. – Я улетаю в Дубай. На четыре года.

– Катись, я при чем? – глаза не хотелось открывать категорически. Не разбудил бы звонок, я бы еще спал и спал.

– При том, дорогой бывший супруг. Я по условиям контракта не могу с собой никого взять, а бабки там просто бешеные. Сам понимаешь.

– Ты о чем вообще?

Что она пыталась мне втолковать, понять не получалось совершенно. Мы развелись четыре с половиной лет назад. Вернее, я ее вышиб, когда в очередной раз она заявилась с ночной гулянки вся пропахшая мужской туалетной водой.

Показ у них был!

Модель она!

Знаю я, как эти показы на самом деле называются. Верил до последнего, потому что любил как дебил эту шваль. Но терпение закончилось все же.

Я ж не железный.

– Я заказала доставку, Трофимов. На твой адрес, скоро должны уже привезти, – голос Алинки стал нетерпеливым. – Документы и вещи на первое время тоже. Деньгами, думаю, родную дочь обеспечить тоже сможешь.

– Кого обеспечить? Чем? – я резко распахнул глаза.

– Деньгами! Дочь твою.

– Какую дочь?!

– Твою, Трофимов! Нашу общую. Я одна с ней возилась четыре года, теперь твоя очередь. Чао!

Я остолбенело посмотрел на пикающий отбоем телефон.

Чего? Какую дочь? Перепила, что ли, опять?

– Больная, – я отшвырнул телефон на простыни и снова закрыл глаза.

Спа-ать...

В прихожей истерично завизжал звонок над дверью. Да что творится в этом мире! Сегодня что, я нужен всем на свете?

Я встал, натянул какие-то первые попавшиеся штаны и побрел в прихожую. Если там просто кто-то ошибся адресом, то я ведь могу и в репу дать. Злой я и недобрый спросонья всегда.

Часы на кухне показывали всего восемь утра.

С ума сойти!

Я раньше двенадцати не встаю, я до восьми утра вполне могу на базе торчать только. Я даже окошко видеозвонка раскрывать не стал. Просто щелкнул замком и раскрыл дверь.

– Здравствуйте. Трофимов Владислав Андреевич?

На площадке перед квартирой стояла молоденькая и очень аппетитная девчуля. Даже облизнуться захотелось, настолько симпатичная мордашка у нее была. И все остальное тоже... такое...

Вкусное.

Ладно, так уж и быть, на тебя орать я не буду. Побуду добреньким мачо с утра. Раз в год, как Дедушка Мороз.

Я прищурился и расправил плечи пошире.

– Я.

– Вам доставка! – она протянула мне планшет с какой-то бумагой и ручку.

– Доставка чего? Я ничего не заказывал.

– Так вот же, – она вдруг вывела из-за себя ребенка. – Трофимова Яна Владиславовна. Отправитель: Трофимова Алина Сергеевна. Все верно?

– Чего?

Я подавился.

Так бывшая что, не шутила?

Передо мной стояла маленькая девочка. Маленькая копия бывшей жены. Такая же белокурая, с точно таким же вздернутым носом и пронзительными серыми глазами.

На них-то я и повелся когда-то.

Пропал в них, утонул как дурак с головой. И сейчас тоже...

Тону.

– А вы точно Трофимов? – вдруг подозрительно посмотрела на меня девушка. – Можно ваш паспорт?

– Зуб даю, – я моргнул, сбрасывая наваждение. – Я за свой базар всегда отвечаю, малая.

Девчонка громко сглотнула, глядя на мои татуировки и закивала головой. Вот дьявол, и пугать ее не хочется, и ситуация какая-то фиговая в общем и целом. Хоть разорвись!

– Тогда принимайте.

– Погоди, малыш, – я медленно провел пальцами в воздухе. Попытался притормозить время. – А... Документы какие есть?

– Ой, да. Вот, – она с готовностью подала мне папку, которую держала в подмышке.

Я взял голубой пластик и развернул.

Свидетельство о рождении, медицинский полис, медицинская карта. И уже в самом конце я нашел то, что искал. Я знал, что Алинка точно его положит. Не понадеется что я проглочу неожиданную новость как послушный баклан.

Тест ДНК.

Девяносто девять и девять процентов. Внутри что-то оборвалось. Да ладно... А потом накатила бешеная злоба.

Тварь она!

Хотя, погодь, Трофим, погодь. А где гарантия, что тест делали с моим материалом? Где она его достала, мы же виделись после развода всего пару раз. А тут же не указано ничерта, тест анонимный!

А если даже эта девочка реально от меня, то какого черта ее мамаша молчала целых четыре года?!

Не похоже на нее, не похоже.

Я зарычал то ли от злости, то ли от разочарования.

И уловил боковым зрением, как светленькая кроха вдруг отступила назад. Спряталась снова за ногу девчонки-курьера, поглядывая большими глазищами. Серыми, материнскими.

Так, Трофим, в руки себя возьми.

Ребенка не пугай, блин. Она тут не при чем. Надо просто ее мать выловить и... Не знаю, что дальше. Пока просто не соображаю ничего.

– Так что, будете забирать?

– А у меня есть выбор? – я посмотрел на девушку. – Серьезно?

– У нас указано, что мать улетела в командировку. Других родных нет. Значит..., – в ее глазах промелькнуло осуждение. Холод. – Передадим в опеку ребенка, а там... Детский дом, скорее всего.

Да сейчас, блин!

Это я что, чертом каким-то окажусь? Я не цветочек-ромашка, согласен, но не урод моральный, это точно.

– Я сам кого хочешь в детский дом отправлю, – зарычал я от злости. – Или в инвалидный, что вернее будет.

Я подхватил из девичьих рук планшет и, не глядя, там расписался.

– Еще что-то?

– Нет! Пока, Янчик, – девушка бочком, отцепив от себя малышку, пошла к лифту.

– Пока, – на глазах девочки как будто слезы блеснули.

А я присел.

Умыл лицо руками, чтобы скинуть зверское выражение лица.

Значит, дочь? Круто, что. Просто изумительно, я бы сказал. И что мне теперь с тобой делать?

– Привет, – я постарался улыбнуться и не думать при этом, как выглядит моя небритая заспанная рожа. Да мной детей пугать можно же! Какой из меня папаша?

– Привет, – серьезно поджала губки девчуля.

– Тебя как зовут? – я разглядывал ее.

– Яна.

А, точно. Я ж читал.

Трофимова Яна Владиславовна.

– А меня, – я протянул ей руку. – Меня...

– Папа? – она подняла свои глазищи. – Мама всегда говорила, что я к папе поеду жить.

– Маме бы твоей, – я хрустнул пальцами в кулаке и осекся. Не стоит при ребенке такие вещи говорить. – Зови меня Владом пока, ладно?

– Влвлад? – детский язычок сходу запутался в сочетании сложных пока звуков.

– Понял. Папа, так папа. Заходи.

Она еще раз посмотрела на меня.

Долго и внимательно, как взрослая. А потом шагнула в распахнутую дверь квартиры. Маленькими белыми сандаликами наступила на мой дорогущий пробковый паркет.

А я сжал зубы. Не можешь ты быть моей, не можешь.

Ну, невозможно это!

Насквозь, от головы до пяток меня пробила совершенно бешеная мысль. А что, если Яна все же моя дочь?

Тогда... Черт подери, а что делать-то с ней?

Глава 2

– А можно мне водички?

Яна дисциплинированно остановилась на входе и стояла, сложив ручки на пышном платье.

– Можно. На кухню топай, – я бросил ее сумку на пол и поманил за собой.

– Что делать?

– Эм, – тут уж растерялся я. Однако, придется и свой словарный запас проредить. – Иди за мной. И, вообще, чувствуй себя как дома.

Я даже обернулся, чтобы убедиться, что она поняла такую сложную словесную конструкцию. Четыре года все-таки. Я в четыре умел только палкой грязь ковырять в родном поселке и люлей от матери выхватывать.

Но Яна точно была куда круче меня.

Она нагнулась, расстегнула ремешки на своих сандаликах. Сняла их и аккуратно поставила в прихожей. Черт...

Белые колготки.

По моему полу.

Опасность. Если ее ко мне привезли, я как это потом отстирывать буду? Хотя... Я прищурился.

Тема та же, что и с моими носками. Зачем стирать, если можно купить новые, верно ведь?

Я налил в стакан воды из-под крана и подал девочке.

Называть ее дочерью даже мысленно было слишком странно пока что. Вначале я все точно узнаю. Для меня это не составит труда сейчас, когда она вот, под рукой.

– А можно кипяченой? – она тут же вернула мне стакан обратно.

– А чем тебя такая не устраивает? – я покрутил его в пальцах. Отпил сам. – Нормальная вода вроде.

– Там микробы.

– Да не, – я не смог сдержать улыбки. Ну, надо же, какие нынче дети пошли.

Я открыл дверцу шкафа под раковиной.

Белыми кобами там висел фильтр.

– Гляди. Видишь эти штуки?

– Вижу.

– Вот. Это фильтр. Вся грязная вода через него проходит, и все микробы в них остаются. А из крана течет хорошая вкусная водичка. Ты же видела, как я пил?

– Угу, – она кивнула светлой головой.

– Вот. И не болею. Так что пей, не бойся.

Взгляд серых глаз был такой, что даже захотелось поежиться. Серьезный, вдумчивый. Да, она была похожа на мою бывшую жену. Но в то же время, была совершенно другая. С ней как-то сюсюкаться не возникало желания. По глазам – не ребенок, взрослый человек.

А по поведению – все равно дите, что уж там.

– Пей, – я не смог не улыбнуться.

Она поднесла стакан к губам, а вот улыбка с меня сползла. Это все прикольно. Делать-то что? Я с детьми не умею. Я их и не видел никогда, не общался. Ни у кого из моих ребят детей пока нет.

Не потому что мы не думаем о семье, а потому что ритм жизни такой.

Да и опасно это все.

Наша работа – риск, как ни крути.

Я оттолкнулся от раковины и пошел в спальню. Надо что-то придумывать. Я же не могу сидеть с ребенком дома, мне, в конце концов, на работу надо будет.

Пальцы сжали телефон.

А что делать-то? Матери позвонить и попросить присмотреть? Так она меня съест живьем. Не из-за Янки вообще, а из-за того, что я узнал о ней только сейчас. Моей матушке даже в голову не придет, что ребенок вполне может оказаться и не моим.

Я помрачнел.

А мне вот пришло. И я это проверю точно. Потому что от Алины ожидать можно всего, чего угодно. Та еще стерва. Всегда только выгоду личную ищет. Я хмыкнул.

Удивительно.

Если Яна реально моя дочь, то, как она смогла четыре года ее скрывать? На что жила? Зная бывшую жену, она должна была бы прибежать ко мне с истерикой и начать меня шантажировать ребенком еще будучи беременной.

А тут – молчок!

Странно все это. Навевает подозрения.

– Папа, а можно мне в туалет? – на пороге спальни возникло облачко из платья и ручек-ножек.

– Кто? – я вздрогнул.

– Я, – бесхитростно ответила Яна. – В туалет хочу.

– Горшок? – я окончательно растерялся.

Мать вашу...

А что... Как?

– Какой горшок? – она насупилась. – У тебя что, унитаза нет? Я же большая уже.

Я медленно и беззвучно выдохнул.

Вот сейчас я даже спасибо готов бывшей сказать. За то, что приучила дитя нормально нужду справлять. Потому что я черт знает, как с ней управляться. Был бы пацан, еще как-то можно было бы...

А тут...

– Пойдем.

– Ого, какой у тебя туалет! – восхитилась Яна, запрокидывая голову.

– Какой?

– Большой! У нас с мамой такого не было.

– А какой был? – я прищурился, хотя в сердце закололо. Что-то как-то... Погано мне стало.

– Разный, – она пожала плечиками. – Везде разный.

Понятно.

Алинка меняла хаты, как перчатки, таская за собой ребенка. Учитывая, что ко мне она за эти четыре года она не обращалась, дай Бог, чтоб ей хватало на нормальные квартиры, а не на клоповники.

Мне стало фигово.

Трындец. Ребенок восхищается туалетом.

Л-ладно...

– Понятно. Ты тут делай свои делишки, ладно? Мне позвонить надо.

– Хорошо. Ты выйдешь? – Яна проследила, чтобы я закрыл дверь.

Офигеть...

Я даже лоб утер. Что-то вспотелось. Я всегда думал, что с бабами сложно. Фигня! Вот с маленькими девочками – то еще приключение! Она вроде маленькая, но куда круче меня строит, чем любая деваха, с которой у меня были хоть какие-то отношения.

Я достал телефон из кармана.

Тьфу ты, хоть одеться надо. Хожу с голым торсом перед дитем. Я набрал номер Михалыча и натянул футболку.

– Але.

– Михалыч, здорово. Не спишь?

– Я нормальный, Трофим. И старый уже, у меня режим. Что случилось?

Я хмыкнул. Ну, да. Михалыч официально и не входит в нашу компашку. Чувак под полтинник и себе на уме. Но – нормальный. Не как мы, с семьей, детьми. Взрослыми уже, правда, но все ж.

– Короче. Мне тут бывшая подогнала дочку. А я не знаю, что с ней делать. Соображения есть?

Я мучительно застыл, пока Михалыч думал.

Давай, блин. Помоги мне, потому что я реально не знаю, куда я влип. Впервые в жизни не знаю, что делать. Всегда разгребал любую проблему, но тут – я бессилен, по ходу.

– Трофим, короче, особо соображений нет. Ребенок сейчас с тобой?

– Со мной.

Я оглянулся на дверь туалета. Она раскрылась, являя мне выходящую нараскорячку Яну. Да е-мое...

Можно не надо?

– Тогда, слушай, брат...

– Папа, я покакала!

Глава 3

К такому жизнь меня не готовила.

Я вспотел, замерз и снова вспотел за секундочку. Захотелось макушку потрогать, не выступила ли там испарина и не превратилась ли она в корочку льда.

Понятно, почему иногда мужикам в натуре хочется плакать. Например, как мне сейчас. Потому что, блин...

А как детям попу вытирают, е-мое?!

Строение филейных частей у всех людей одинаковое, не спорю, но... Ааа... Она же ребенок! А я неповоротливый как мамонт. Такой же зубастый и шерстяной, вдобавок.

– Салфеток нет у тебя, да? – Янка держала платье руками и смотрела на меня снизу вверх. – Я не нашла в туалете.

– Неа, – помотал я головой.

Вот, черт...

Сегодня же куплю упаковку.

Нет, коробку!

Две!

Запас карман не тянет. Начерта мне такие стрессы.

– А можешь в сумке посмотреть? А то у меня руки заняты.

По загривку пробежала теплая волна облегчения. Точно! Бывшая же ей вещи собрала, вдруг там есть этот необходимый девайс для детских поп?

– Есть!

– Здорово, – обрадовалась Янка. А потом нахмурилась. – Ты отвернись, я обратно в туалет уйду, ладно?

Фраза о том, что стесняться собственного отца не надо, завертелась на языке. Тьфу, блин. Откуда это? Да и с чего бы?

Отцовские чувства проклевываются?

Рано, Трофим, рано!

– А тебе помощь не нужна? – я ж герой, епта!

– Попу вытирать я сама умею, – обрадовала меня маленькая тиранша. Но тут же снова уронила. – А вот купаться одной мне мама не разрешает.

– Ага, я тебя понял.

Яна утопала в туалет опять, а я поднял глаза к потолку.

Значит, мытье на мне. И если я правильно помню из маминых рассказов, то детей надо купать минимум раз в день. Или даже чаще, если они растут поросятами.

Как я в детстве.

Черт, Михалыч!

Я схватил телефон, но звонок уже сбросился, конечно. Так, ладно. Это пока терпит. А вот задать пару вопросиков бывшей хотелось немедленно!

Я набрал ее номер, но равнодушный электрический голос известил, что аппарат абонента выключен. Заблокировала меня? Выключила специально? Я стиснул пальцами смартфон.

Ничего, моя милая.

Я тебя и так найду. Ты не можешь этого не понимать.

Хоть прячься, хоть не прячься. Надо будет, за волосы тебя из Дубаев твоих тебя выдерну. И рассказать все про Яну тебе придется, как ни крути. Но этим я не ограничусь, естественно.

Я открыл мессенджер и написал нашему программисту. Именно такая должность у него в фирме. А на самом деле, он немножко хакер. Вовремя отмазанный от уголовки и получивший внушение от моих кулаков по поводу открытой противозаконной деятельности. Сейчас почти хороший парень. Почти. Главное на благо компании исправно трудится, больше мне ничего и не надо.

Вот он-то мне и найдет всю свеженькую информацию про мать Яны.

Все «от» и «до».

Если Янка моя – я не откажусь. Я не чмошник какой, своего ребенка никогда не брошу. Более того, если эта коза потребует отдать дочь, то получит только шиш с маслом. Меня просто сама ситуация бесит нереально.

Телефон пикнул сообщением.

О, Михалыч!

Я вчитался. Точно! Как я сам-то не допер! Няня. Нам нужна няня. Это же шикарный выход, просто я никогда даже не думал в эту сторону. А это ведь и присмотр, и воспитание для девочки. Вряд ли я сам смогу научить ее чему-то полезному, особенно в четыре с половиной года. Я в своей жизни прочитал, как говорится, три книжки: Букварь, Устав и синюю.

Только вот...

В мозгах сразу нарисовался образ строгой матроны из старого мультика про Карлсона. Я даже головой тряхнул. Нет. Такая домомучительница нам не подойдет. Янке нужна нормальная дама, с рекомендациями и всем таким добром. Плевать, за какие бабки. На собственной дочке я экономить не собираюсь.

– А что ты там делаешь? – Яна неведомым образом образовалась рядом. – Играешь?

Епта... У меня резко сжалась определенная область на теле.

Ребенок, тебя кто учил так подкрадываться? Даже духи в горах и то громче ходили, когда мы их гоняли по армейке.

– Нет. Я, Яна, ищу тебе няню, – я присел на кровать и похлопал ладошкой рядом, приглашая девочку присоединиться.

– Няню? – она взобралась на кровать и сложила ручки на коленках. – Но я не хочу никакую няню! Я хочу Яну!

– Какую Яну? – так, спокойно, Трофим, у тебя, может, глюки от стресса или что. Передоз Ян на квадратный метр, бывает.

– Ну, Яну. Которая меня привезла! Она всегда со мной сидела, когда мама уходила.

– И часто, – мне захотелось скрипнуть зубами. – Мама уходила?

– Не знаю. Наверное. Яна даже со мной спала иногда. Сказки мне читала. Другую няню мне не надо! Я Яну хочу!

Малышка смешно нахохлилась, надула губы.

А вот мне захотелось улыбнуться. Широко-широко, как придурку. Малыш ты мой хороший! Это же просто шикардос! Эту няню и я ведь хочу!

Правда, в другом смысле, но уточнять пока не будем.

– А ты знаешь, как называется фирма, в которой твоя Яна работает?

– Ага, – девочка взмахнула руками в стороны - «Крылья детства». У нее еще на машине такие крылышки прилеплены. Красивые-е!

– Ага, крылья, значит...

Я забил в поиске название и уже через минуту набирал номер телефона.

Будет у нас няня, моя прелесть четырехлетняя. Одна на двоих. Не совсем уверен, что ей эта идея понравится, убегала-то она быстро утром. Но ради спокойствия своей дочки я должен ее достать. Я ж ответственный папаша, как-никак!

Да и...

Я плотоядно хмыкнул на первый гудок в трубке. Сейчас все будет. Я тоже о-очень нуждаюсь в этой доброй и заботливой нянечке.

Куда ей от Трофимовых деваться...

Глава 4. Яна

– Пока, до свидания! – я махнула рукой очередному карапузу и выбежала на улицу.

Ну, вот!

Еще один малыш доставлен в свой садик. Я улыбнулась. Несмотря ни на что, я свою работу любила. Заниматься детишками, на которых у их собственных родителей не было времени, мне нравилось.

Пусть и платят мало, плевать.

Зато их улыбки и нелепые, картавые рассказы о детских чудесах, согревали душу. Такого, настоящего тепла в моей жизни было мало. Вернее, вовсе не было. Я таким же, ненужным ребенком выросла.

Слишком ранняя.

Слишком болезненная.

Слишком неуспешная.

Я сдула челку со лба. Вспоминать все претензии матери не хотелось. Зато теперь я сама по себе. Вожу на своей старенькой ласточке веселых деток и живу в своем ритме.

Часы показывали, что я уложилась вовремя и у меня есть еще целый свободный час от очередной поездки за малышом.

Целый час!

Желудок заурчал. Намекнул, что от горячего кофе и какой-нибудь булки из супермаркета он бы точно не отказался. Я прищурилась под солнцем, оглядываясь. О, а вот и булочная.

Я почти вприпрыжку пошла по тротуару.

– Алло, Нинель Юрьевна. Да, всех развезла, – я зажала плечом телефон, роясь в карманах на предмет наличности.

– Хорошо, Яночка, – голос начальницы был каким-то слишком уж сладким.

Таким, что желудок сжался уже вовсе не от голода. Не люблю я, когда она вот такой приторной становится.

Не к добру точно.

– Приезжай в офис. Хотя, нет, не приезжай сюда. Езжай сразу на адрес. Я тебе сейчас пришлю в сообщении.

– Какой адрес, Нинель Юрьевна? – возмутилась я. – У меня перерыв, я позавтракать хотела. А потом мне надо Шлыкову с кружка забрать и в школу отвезти.

– Никакой Шлыковой! Я твой график полностью поменяла, ее другой воспитатель заберет. А ты сейчас поедешь к заказчику.

– Нинель Юрьевна!

– Яна! – вот теперь узнаю.

Вот так она всегда всех нас и затыкает.

Я помрачнела.

– Не забывайся, Яна! Условия ставлю я. И расписание составляю тоже я! А ты оказываешь услуги!

Я остановилась и закатила глаза куда-то под череп.

Ну, начало-ось...

Сейчас меня будут учить жизни, и макать головой во всякие неприятные субстанции. Доказывать, что я никто и звать меня никак. Издержки работы в найме, что поделать. Я уже привыкла почти.

– В общем, у тебя час. Едешь ты, эээ... На Светлую, шестнадцать. Заказчик – Трофимов Владислав Андреевич.

– И что ему надо? – мрачно спросила я.

Кто там заказчик на этом адресе можно было вообще не говорить. Я этого гада огромного, к которому отвезла сегодня своего Янчика, запомнила. Не человек, а гора.

Татуированная и злющая.

Чем думала мать Янчика, отправляя к нему девочку, я даже представлять не хочу. Как с ним малышку вообще можно оставить? Она же крохотная, а он...

Громила.

– Ему нужна няня. Постоянная.

– Мы же не оказываем такие услуги, – я скривилась. – Мы временные воспитатели вроде бы. Курьеры, увези-привези, зашнуруй колготки.

– Ты поговори мне! Знаешь, сколько он предложил заплатить в час? Тебе и не снилось. И не спорь, он хочет именно тебя.

Вот тут мне стало вообще тошно.

А я его не хочу!

Я его боюсь!

Я вдруг вспомнила, как утром маленький мой Янчик схватилась за мою ногу. Она тоже его испугалась. И она сейчас там с ним совсем одна. В голову как будто горячий гвоздь вбили.

Она там с ним одна!

Я зажала на всякий случай рот ладошкой, чтобы не ляпнуть в трубку чего-нибудь жуткое. Мне поплохело, но я уже понимала: теперь угрожать мне даже бесполезно. Я сама к нему поеду. Просто чтобы убедиться, что с ребенком все в порядке.

Как я раньше об этом не подумала?!

– Все. Давай, живо. Будет на тебя жалоба – уволю!

Ага.

Я хмыкнула.

Уволит она. Да у меня ни единой жалобы за почти полтора года работы. Только признательности от родителей и детей.

Я развернулась и пошла обратно к машине.

Двигатель расчихался, но завелся. В салоне резко запахло бензином. Эх, мой верный конь, на диагностику бы тебя, но страшно. Найдут что-нибудь, придется ремонтировать. А пока не на что. Вздох сам собой из груди вырвался, но я постаралась подавить испортившееся настроение.

Ничего.

Я погладила руль машины пальцами.

Нинель сказала, что Трофимов предложил хорошую цену за мою работу. Вот рассчитается, я и смогу себе позволить ремонт машины. А пока – терпим, друг. Терпим и едем.

Утренние пробки были везде.

Хотелось уже материться, но я сдерживалась. От запаха топлива в салоне немного кружилась голова, а открытые окна не особо помогали. Ветерок бы, хотя бы продувало немного.

Разрешенный час на дорогу истек, когда я забежала в нужный подъезд. Влетела на третий этаж без лифта, потому что сил его ждать не было. И увидела его...

– Значит, наша новая няня непунктуальная, – отчего-то довольным тоном хмыкнул человек-гора.

Я сжала зубы и пошла навстречу.

Ишь, какая честь!

Встречать вышел даже. Стоит себе, кулаки в бедра упер. Никогда не любила таких людей. Им бы только унизить другого. Показать, что они лучше, круче, сильнее.

Цари жизни.

А этот так вообще...

– Первый косяк, малая, – предупредил он меня с ухмылкой, когда я подошла ближе.