Мой борзый хам

Глава 12

– Нет!

Я резко развернулась.

Ни пить, ни общаться с братом Мира я не хочу. Я выгнать его хочу! Да не могу только. Его отцу принадлежит тут все, а его родной братец считает, что и я принадлежу ему тоже.

– Ев, да погоди ты, – вполне миролюбиво позвал меня Яромир. – Я ж тебе ничего не сделал, втяни шипы.

Ну, это да.

Всего-то только заострил внимание всех на том, что Мирослав может трогать меня с какого-то перепугу. А так – совершенно ничего не сделал!

– Нам не о чем разговаривать, Яромир Михайлович, – я все же остановилась и посмотрела на мужчину. – И пить алкоголь я не люблю. Я заехала только забрать свою запасную обувь и, вообще, я... Я тороплюсь.

– От Мира бежишь? – он проницательно глянул на меня исподлобья.

Я посмотрела в потолок, в затянутые темнотой балки перекрытий.

И вздохнула.

Чего ж они умницы такие все, а? Вот только я уже убежала.

– Я ни от кого не бегу!

– Да ладно, – Яр хмыкнул. Отпил короткий глоток, буквально губы смочил в крепком напитке. – Я же видел, как он за тобой рванул. И, зная собственного брата, он тебя по-любому догнал. Так что даже удивительно, что ты здесь одна. Я думал, вы уже там...

Он кивнул головой наверх, откровенно намекая на номер Мирослава в гостинице. Нет, ну каков козел?! Они про всех девушек так думают?

У всех их знакомых при виде Медведевых сразу должны ноги разъезжаться в стороны, что ли? Нашли пионерок!

– Шли его нахер, Ев.

Что-о?!

Вот тут мне стало интересно. Я даже брови задрала от удивления. Это он серьезно? Нет, я помнила, что отношения у них не ахти, но чтобы уж до такого...

Совсем братики не дружат?

Или Яр просто решил брату подножку подставить, раз уж возможность предоставилась? Но откуда он мог знать, что я сюда приду? У меня же сегодня выходной.

– Почему вы ждали меня здесь? – у меня было ощущение, что с Яром можно разговаривать проще.

Не доверять ему, не раскрываться, нет.

Это было бы как дружить с тигром. В том, что он может делать подлянки с улыбкой на лице я уже убедилась. Просто проще разговаривать, спрашивать в лоб.

С Мирославом так нельзя. Там любое слово имеет два смысла минимум. Там любая фраза – намек на что-то. Бой на словах, а не беседа.

– Не знаю, – он снова развалился на стуле, поняв, что убегать я уже не собираюсь. – Просто показалось, что ты слишком много думаешь о работе, она для тебя много значит. Значит, если тебе будет некомфортно, ты сюда придешь обязательно. Ты тут наверное свободно дышишь.

Обалдеть.

Вот это анализ. И это за короткое время, пока он меня видел перед и на самом собрании? Да он страшный человек на самом деле.

– С чего вы взяли, что мне может быть некомфортно? – напряжение никак не отпускало, я стояла, обняв себя руками.

– Ты же ушла с Мирославом. Как тебе еще может быть?

Брат моего директора внимательно на меня смотрел.

Вроде бы по-доброму, как старый приятель. Но теперь я уже боялась этих взглядов. Он же мастер логических выводов, как оказалось. И кто знает, что он там в своей голове еще поймет?

Чувство, что вокруг меня собралась стая хищников только ширилось.

И каждый загоняет, загоняет... Каждый из них преследует свою цель. Даже Михаилу Михайловичу я уже не нужна, видимо, раз уволить грозится. Я кое-как сдержала всхлип. А еще пару часов назад он дал понять, что надеется на мой рост в своем бизнесе.

Но где я и где его собственный, родной сын...

– Слушай, сними эти туфли свои, тебя же перекосило всю, – вдруг фыркнул Яр. – Хочешь, скажи, где твоя обувь запасная, я принесу.

О, не-ет!

Еще одного Медведича с моими туфлями в руках я не перенесу!

– Я сама, – я вдруг отчего-то покраснела. – Я сейчас схожу в свой кабинет и переобуюсь.

– Ну, давай, помогу, – Яромир легко спрыгнул с барного стула. – А то смотреть на тебя больно.

Подошел ко мне и протянул свой локоть.

И я отпрянула от неожиданности. Цыкнула на себя мысленно от дурацкой реакции. Ева, блин! Этот брат тебя вроде бы не зажимает, на руки не хватает, очнись.

Чего ты как малолетка-то себя ведешь?

– Спасибо, – я оперлась на предложенную руку.

– Пользуйся моей добротой, – насмешливо хмыкнул Яр. – Показывай, куда топать.

– Туда, – я замялась. – Яромир Михайлович, а можно вас спросить?

– Яр, – он кольнул меня шоколадным взглядом. – Просто Яр, ладно? Я тут никаких должностей не занимаю, а когда красивые девушки начинают меня звать по отчеству, я себя чувствую старым пердуном, вот реально.

Я почти отшатнулась, почти.

Поймала себя вовремя, заставила вдохнуть и не оттолкнуть его руку. Ева, тихо, тихо. Может это и не комплимент вовсе, не подкат. Или после Мирослава тебе уже всюду мерещится ненужное внимание?

– Ладно, – я заторможенно кивнула.

– О чем спросить хотела?

– А вы с Мирославом Михайловичем, – я резко передумала спрашивать про их взаимоотношения. Не мое это дело. - Кто из вас старше?

– Он. На пять лет. Когда я родился, он уже был заносчивым говнюком. Дрались мы с ним, ты б знала как!

Яромир засмеялся, и я почему-то тоже. Невозможно было не ответить на этот смех. У Мира он был брутальным, а у Яра – живым, искренним.

– Слушай, Ев, – мы остановились возле двери в мой кабинет, и я достала ключи из сумки. – Я не шутил, когда сказал, чтобы ты его послала, честно.

– Почему? – ключ в моих пальцах еле заметно задрожал.

– Ты любишь свою работу, я же прав?

– Люблю, – я пыталась отыскать в его глазах правду. Отличить ее от уловки или игры.

– Отец не любит служебных романов. Тем более, не любит, если это делаем мы с братом. Я знаю, как Мир умеет ломать людей. И не хочу, чтобы он сделал это с тобой.

– Почему вы мне это говорите? – я неосознанно съехала снова на «вы».

– Ты прикольная, – Яр чуть пожал плечами. – И я думаю, что Мир не врал насчет того, что ты классный спец. В конце концов, ты своей работой приносишь бабки моему отцу. Я ж себе не враг.

Я вымучено улыбнулась на шутку. Или это не она?

Ну, да. Премии я получаю регулярно, в этом он прав. Работа для меня на первом месте всегда.

– Я бы не хотел, чтобы Мир создал тебе проблем, – Яромир вдруг поднял руку и коснулся моего плеча. – Но я его знаю. Аккуратнее, Ева.

Я раскрыла рот.

Но ответить не успела. Ни спросить что это значит, ни отшатнуться. Яромир просто развернулся и пошел по коридору на выход из клуба. Не обернулся ни разу, ничего больше не добавил.

А я... Я просто ничерта не поняла! Что это было вообще?

Пришел, рассказал мне про меня, подтвердил, что его брат – хамло последнее. Предупредил о проблемах с хозяином и ушел! Это что, акт благотворительности такой?

Я с хрустом повернула ключ в замке.

Вот уж нет! Не будет у меня никаких проблем на работе. Я сработаю на опережение просто.

Глава 13

Я почти присела.

Ох, мои коленочки... Даже когда Мирослав меня в лифте... Обнимал, назовем это так, они настолько не слабели. А вот сейчас, когда я кладу на стол перед хозяином заявление на увольнение...

Мне плохо.

Михаил Михайлович взял лист бумаги, исписанный мною от руки, молча.

И так же молча пробежал глазами по ровным строчкам.

Я наблюдала за ним. За выражением его лица, за реакцией. Но не увидела совершенно ничего. Абсолютный ноль. Никак он мне не показал свое отношение к тому, что читал.

Просто отложил лист и встал.

Засунул руки в карманы и отошел к окну. Расправил плечи так, что белоснежную рубашку чуть покосило. Кабинет хозяина находился на той же стороне, что и громадное окно, в которое я засмотрелась перед собранием. И было довольно большим тоже.

Я украдкой бросила в него взгляд.

И город видно так же почти. Почему я раньше никогда не смотрела туда? Хотя, когда мне, я сюда приходила всего пару раз и то бегом, бегом, по рабочим вопросам, которые нужно было быстро решить и дальше бежать трудиться.

– Ева, скажу честно, я не хочу это подписывать.

Я сглотнула.

С чего бы это? Я же сама облегчаю ему жизнь. Он хочет меня уволить, а тут я сама прошусь. Один автограф и всем станет намного легче. Мне так уж точно.

– Почему, Михаил Михайлович? – я посмотрела на повернувшегося ко мне мужчину.

Как же они похожи все втроем!

Высокие, статные, сильные. Очень красивые мужчины, породистые. Разного возраста, но у каждого свой шарм, своя харизма.

– Почему ты принесла это мне? – он поднял бровь, тоже сверля меня взглядом.

– А, – я растерялась. – А кому мне было это нести? В отдел кадров вначале? Я подумала...

– Где Мирослав?

– Я не знаю, – от его требовательного тона мне стало страшно, захотелось попятиться даже.

Он, правда, думает, что мы с его сыном вместе?

Да даже если бы это было так, я что, нянька для его сыночка?

– Он твой непосредственный начальник теперь. Ты должна была вначале отнести это, – Михаил Михайлович кивнул на одиноко лежащее на столе заявление. – Ему. У него тоже есть полномочия принимать на работу и освобождать сотрудников от должности.

Освобождать, ух ты.

Так это теперь называется у Медведевых? А что, тактично и как будто бы даже совсем не обидно. Наоборот, дали свободу послушной собачке!

Беги, песик, беги...

– Михаил Михайлович...

– Ев, давай так, – хозяин будто понял, что я хочу сказать. – Я понимаю, что ситуация довольно щекотливая сложилась.

О, да!

Еще какая!

Ваш старший сын пытается затащить меня в койку, утверждая, что я теперь его женщина. У меня прям щекотка по всему телу идет второй день, все нервы наружу уже повылезали, причесать не могу никак.

– Но ты хорошо подумала? Ты же не можешь не понимать, что твое место очень статусное. У тебя хорошая зарплата и перспективы роста в кампании. Шикарные перспективы, я бы сказал.

Губы кривились.

Я пыталась поднять голову выше, но мышцы на шее скручивались. Заставляли ее опустить, съежиться, закрыться от осознания того, что я сейчас вытаскиваю главный кирпич из основания своей карьеры тут.

Больно и плохо мне.

Но еще больше – обидно. Что он от меня хочет? Чтобы я вышла в холл, встала на стульчик и при всех послала его сына нахрен? И что будет? Я их уже никого не понимаю! Ум за разум...

– Михаил Михайлович, а что мне делать? Лучше вот так, с чистой трудовой и без конфликтов, чем уходить с волчьим билетом и скандалом. Куда я потом устроюсь работать в таком случае? Слухи ведь быстро разносятся в деловой среде, вы сами это знаете.

Хозяин, уже подошедший к столу, раздосадовано пристукнул по нему кулаком.

Ну, вот.

Он ведь тоже все понимает. Только давит на меня зачем, не понимаю.

– Давай так, – мне достался еще один шоколадный взгляд. – Я все понимаю, и ты все понимаешь, Ева. Мы с тобой отлично работали эти три года, лично меня все устраивало.

Меня тоже.

Я тихонько потянула носом воздух, понимая, что не дышала все это время, пока он думал. Застыла истуканом, потому что тело уже скрутило на физическом уровне от стресса.

– По закону, если ты хочешь уволиться, ты должна отработать еще две недели, пока мы будем искать нового сотрудника на твое место. Но я категорически против, чтобы ты эти две недели появлялась на работе, понимаешь?

Теплые слезки растеклись по нижнему веку, смачивая его.

Вот и все. Да, мы классно работали, и всем все нравилось, но когда на арене появился собственный сын, то хозяин логично и совершенно правильно выбрал его сторону.

Каким бы чудесным сотрудником я не была, я Медведевым гожусь только в качестве наемного работника. Ничего другого не разрешено. А как я должна Мира от себя отвадить – никого не интересует.

Разбирайся, Евка, сама. Ты же спец по людям!

Хозяин подхватил трубку служебного телефона:

– Алло, Медведев. У нас за городом сейчас есть свободные бунгало? – он внимательно выслушал ответ какого-то сотрудника. – Отлично. Оформите бронь с сегодняшнего числа на старшего администратора Логова, Лисицину Еву Сергеевну. Да. На две недели. Нет, за счет кампании. Это время включите в счет будущего отпуска.

Слезы высохли.

Я настолько широко раскрыла глаза, что вентиляции на слизистой стало гораздо больше. Что он делает? Помощь такая своеобразная? Это чтобы я наверняка не появилась в клубе?

Чтобы не дразнила его сыночка своим видом?

Какой заботливый папа!

– В смысле в счет прошлого отпуска? – Михаил Михайлович сложил пальцы палаткой и постучал ими по гладкой поверхности стола. Поднял на меня задумчивый взгляд. – Не ходила в отпуск уже два года? Ладно, я понял. Оформляйте, как положено, но уже на три недели и расширьте тогда перечень оплаченных услуг до максимума.

Он положил трубку и снова убрал руки в карманы.

– Почему ты не ходила в отпуск как положено?

– Работала, – я чуть-чуть развела ладошки в стороны. Что за вопросы? Это же логично, мне некогда было.

– Ева, ты, – он вдруг дернул пальцами узел галстука и покрутил шеей, будто он его душил. – Так, ладно. Езжай домой, собирайся. Адрес нашего корпоративного дома отдыха знаешь?

Я кивнула.

Знаю. Единственный общий корпоратив, на котором я была в самом начале своей работы тут, проходил именно там.

– Это, – Михаил Михайлович подхватил мое заявление. – Я пока подержу у себя. А ты будешь отдыхать и заодно накидаешь костяк нового регламента для кампании.

– Что? – я хлопнула ресницами.

Чертов регламент!

Я же забыла про него совершенно. Но почему Михаил Михайлович не забыл? Он серьезно воспринял этот бред, что ли?

– Ну, твой непосредственный директор предложил эту идею, я одобрил. Так что, работай Ева Сергеевна, – он широко улыбнулся. – Если сможешь, конечно.

А это он сейчас... О чем?

Глава 14. Мирослав

Машина послушно и плавно замерла перед дверями комплекса.

Я толкнул дверь от себя и вышел. Удрала, надо же... Я о таком даже подумать не мог, раньше от меня телочки не убегали как-то. Наоборот всегда было обычно. И это только лишний раз подтверждает, что высококлассный хладнокровный специалист на работе Ева Сергеевна Лисицына достаточно горячая и эмоциональная штучка в обычной жизни.

Все, что она держит в себе в Логове, выплескивается наружу, едва она выходит оттуда. Я неосознанно потер ладони друг о друга.

Мне это нравится.

Мне не нравится только та плюха, что она мне зарядила. Я ж охренел во весь рост на заправке, когда это понял! Сбежать от меня? Да ладно. От меня?! Малышка еще даже не представляет, на что подписалась. Я кивнул парковщику, оставляя ключ на консоли машины:

– Далеко не ставь, возможно, сразу же уеду.

Если эта козочка бодрая на работе, то да, я ее забираю, и мы сваливаем в темпе. А вот если ее и здесь нет, то тогда придется притормозить. Просто прикинуть, где она может быть. Дома нет, я адрес достал из личного дела еще вчерашней ночью, после нашего якобы брифинга. И проверил там в первую очередь. Даже соседку допросил, докатился, бля.

Еву мне надо, да. Мне ее хочется.

По телу побежали искры возбуждения.

Пальцы как будто снова ощутили нежную кожу маленьких женских ножек. Я натянуто улыбнулся охране и швейцару на входе в комплекс. Я найду тебя, Ев. Весь город перерою, найду всех твоих друзей, родню. Так со мной еще никто не поступал, ты просто даже не знаешь, от чего отказываешься, золотко. То, что я присвоил даже в мыслях – будет моим и точка.

Не надо злить Медведя.

Отец приказал нам с Яром вернуться в страну полгода назад. Дал время на то, чтобы мы завершили текущие дела. Я хмыкнул, вспоминая его слова. Видите ли, нам обоим уже пора остепениться. И делать это надо на Родине, а не где-то за бугром с непонятными неправильными иностранками.

Как будто я не знаю, что он просто хочет свалить на нас свой бизнес и освободиться. Я же видел документы, он все приготовил. Но до вчерашнего дня определиться, нравится мне это или нет, я не мог.

А сейчас понимаю, что лучшего развлечения и придумать было нельзя.

Бизнес? А что бизнес, в него я умею, отец учил нас думать и работать с самого раннего детства.

– Ева Сергеевна приезжала? – охранник в коридоре, который вел во внутренние помещения Логова встал при мне поровнее.

– Нет. Никого нет вообще, рано же еще.

– И не было?

– Не знаю, я заступил полчаса назад только, – покатые плечи упитанного парня чуть задрались.

Твою мать...

Камеры поднять? Нет, это позже. Вначале проверим так, ножками, а то и запароноить можно.

Я уже на автомате снова набрал номер Евы. Первый же гудок сорвался. «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Захотелось раздавить его к чертям.

Заблокировала, сто процентов.

Удрала и заблокировала меня моя маленькая лисичка. Но это не страшно, это ненадолго. Поймаю и одну хорошенькую попку надеру. Она у нее просто шикарная, я чуть слюной не закапал все вокруг, когда увидел в юбке утром. Телефон пиликнул оповещением. И я выдернул его из кармана снова быстрее, чем хотелось бы.

Не она...

Но тоже достаточно интересно. Ты мне тоже сгодишься, говнюк. Хоть на ком-то злость спустить.

Обедаешь, гаденыш?

В ресторанчике первого этажа было спокойно. Несколько занятых столиков, за которыми сидели гости. Кто-то с кофе, кто-то с салатиком. И только Яромир сидел у окна за заставленным закусками столом.

– Присоединяйся, брат, – улыбка у него цвела от уха до уха. – Неплохо тут готовят, я счи...

Я сгреб его за воротник рубашки и вздернул со стула.

– Воу!

Он заблокировал мою кисть локтем, выжимая ее вниз. Даже не моргнул, не испугался. Мы оба умеем бить морды, что уж тут. И друг на друге практиковались часто как в спортзале, так и не только там.

– Остынь, братишка!

Охрана качнулась в нашу сторону, по инерции хватаясь за полы пиджаков, но сразу кинуться не посмела. Кто-то из женщин в зале резко и испуганно охнул. А мне ненавистью затопило мозги. Пальцы только крепче сжались на ткани, впились пуговицы в ладонь.

– Если я узнаю, что ты ей что-то сказал, – мне хотелось рычать. – Если я только узнаю, Яр!

– Кроет, да? – его душило воротником, мышцы вздулись на шее, выдавливая вены на поверхность кожи. – Придурок! Если бы ты не вел себя как мудак, она бы от тебя не сбежала.

– Господа, я прошу вас прекратить! – к нам подскочил администратор.

Я расслабил пальцы.

Да. Он прав. Мы не одни здесь, не стоит портить репутацию. Мы выясним все в другом месте. А пока, сыграем как всегда, в адекватных братьев, которые умеют друг друга слышать.

Мы расцепились.

Яр одернул рубашку, снова набросил на лицо непринужденное выражение, с которым всегда жил. Я зло фыркнул через нос. Ему как будто вообще на все насрать в этой жизни! Только почему-то влезает везде со своими непрошенными словами и чаще всего все портит.