Проект «Надежда». Книга 4. Прорыв

© Седых Александр

© ИДДК

Книга 1. Проект "Надежда"

Книга 2. Скрытый враг

Книга 3. Неожиданный итог

Книга 4. Прорыв

Пролог

Голый человек неподвижно сидел на камне и задумчиво всматривался в горизонт. Волны лениво лизали плотный песок, заодно омывая опущенные в воду ноги, целуя щиколотки, и снова откатывались назад, словно собираясь с силами для очередной ласки. Сейчас Виктор находился в собственном теле. Нагота не смущала его. Всё равно никаких представителей цивилизации поблизости нет. Кого стесняться? Плотоядных тварей, кишмя кишевших в этом мире? Так им без разницы, одетого или голого сожрать.

Потёртый комбинезон до лучших времён хранился в подпространственном кармане кольца. Всё имеет свои пределы. Даже магия. Невозможно бесконечно латать, чинить, штопать или как-то по-другому ремонтировать одежду. Рано или поздно наступит момент, когда любой материал, насколько бы прочным он ни был, рассыплется в прах. Закон подлости тоже никто не отменял. Обязательно аборигены встретятся именно тогда, когда от комбинезона останутся только заклёпки. Поэтому пришлось спрятать его в недоступном для местной живности месте. Преобразовывать собственное тело гораздо проще. В отличие от остальной магии внутренняя сила жизни здесь работает безупречно.

Тёплые изумрудные морские волны ласкали ноги. Лёгкий ветерок шевелил отросшие волосы. В обе стороны от мага тянулся бесконечный белый песчаный пляж. За спиной шумели безбрежные джунгли, а перед глазами расстилался необозримый океан. Берег выглядел абсолютно пустым, если не считать единственной каменной плиты, невесть каким образом и откуда появившейся в царстве песка, облюбованной сейчас голым странником.

Никаких гор или хотя бы холмов вблизи не наблюдалось. Ровный, как скатерть, берег плавно приподнимался из морской глади и расстилался вдаль, отступая от воды узкой песчаной чертой, за которой буйствовала непроходимая зелень сплошных зарослей. Казалось бы, идеальное место, и вообще идеальный мир для жизни людей, но это далеко не так.

Похоже, Виктор пересёк континент. Не весь, конечно, но добрался от того болота, в котором очутился, до этого океана. И это не остров. Слишком уж он огромен. Континент. Точно континент. Ну или материк. Кому как удобнее называть. Кив сканировал местность вдоль и поперёк на всём протяжении долгого пути, стараясь найти малейшие признаки цивилизации или хотя бы разумной жизни. Так что да, всё это буйство природы зиждется на материковой плите, а не на вершинах складок морского дна.

И куда дальше? Возвращаться в болото? Сто дней сюда и сто обратно… А смысл? Ведь ни малейшего следа мыслящих обитателей. Вообще ничего. Такое впечатление, что разумных существ здесь нет и никогда не было.

Да это и ожидаемо. Несмотря на обилие растительности и красоту ландшафта, окружающая флора и фауна настолько опасны для жизни, что исключали любую возможность существования человека. Прекрасный и враждебный мир, в котором каждая травинка, лист или цветок пропитаны ядом, а любая ползающая, летающая или скачущая тварь готова разорвать тебя или высосать всю кровь. Если кому-то вздумается поселиться на планете, то сначала он должен выжечь всё подчистую, превратив цветущие земли в пустыню, и лишь затем пытаться построить совершенно другую экосистему. Вряд ли это возможно. Даже развитым космическим цивилизациям не по силам такие преобразования планет, а боги… Возможно, именно они её такой и создали в своих непонятных целях, а значит, им незачем заново стараться исключительно для людей.

Тёмным росчерком на белом песке мелькнула тень. Мгновенно выброшенная силовая плеть впилась в хищника, пикирующего сверху на замершего человека. Пепел медленно развеялся по ветру, не долетев до Виктора. Магия, черпающая силу извне, по-прежнему не работала, но внутренняя жизненная сила могла и лечить, и убивать. Плеть высасывала жизнь досуха. Без внутренней энергии любое существо распадалось прахом. Чем не магия смерти? А Виктору это дополнительное энергетическое питание.

Кив: «Ну-у… не знаю я. Вообще ничего не понимаю, если честно. Джунгли мы пересекли, и для нас они не представляют опасности. Не вижу тут смысла. Это не может быть выпускным экзаменом магической школы».

Виктор: «А что может? Здесь нет ничего другого».

Кив: «А если посмотреть на это с другой стороны? Мы не нашли ни малейшего следа присутствия разумных существ, но всё же мы здесь. Наверное, испытание заключается не в преодолении опасностей. Может быть, ты должен разобраться с причиной, по которой магия не работает, и создать обратный портал?»

Виктор: «Возможно… Но я сомневаюсь. Глупость какая-то. Учитель золотой башни мог смоделировать похожие условия прямо в ней. Зачем отправлять меня в другое измерение?»

Кив: «В одном ты прав – гадать можно до бесконечности. Надо что-то делать».

Виктор: «Предлагай».

Кив: «Построим лодку и отправимся дальше в поисках разумной жизни».

Виктор: «Не вижу смысла. Строить новую теорию магии можно и здесь. Так даже лучше, никто мешать не будет. Даже если где-то найдём разумных, что будем делать? Здесь нет признаков развитой цивилизации. Ты видел хоть частичку мусора, что обязательно её сопровождает? Нет. То-то же. Станций и спутников на орбите тоже не наблюдаю. Найти аборигенов и стать их вождём? Унылый финал для дипломированного мага. Не находишь?»

Кив: «Тогда что? Сидеть и ничего не делать? Нужно думать».

Виктор: «А я сижу, и только и делаю, что думаю, но ничего умного в голову не приходит. Мыслей нет, а есть стайка какой-то зубастой мелочи, которая хочет попробовать меня на вкус, но пока не решается. Если эта мелкота собирается с силами, чтобы наброситься на меня, то живность покрупнее раздумывать не станет. Боюсь, что океан – тоже не самая приятная среда для человека. Посмотри, какой простор. Под этой сверкающей поверхностью могут скрываться огромные твари, и не думаю, что они питаются исключительно водорослями. В этом мире всё и вся старается сожрать друг друга. Мы для них всего лишь закуска. Аперитив, так сказать. Обязательно попробуют. Ну или, по крайней мере, попытаются».

Кив: «Подавятся. Согласен, лезть в океан глупо, но всё же что-то надо делать. Предлагаю пробежаться по песочку, например, направо. Кроме песчаных змей на берегу не видно другой живности, а реакция у них заторможенная. Здесь не джунгли. За короткий срок преодолеем огромное расстояние. Побережье кажется менее опасным, а значит, именно тут и могут обосноваться аборигены. Болото, джунгли и океан можно смело исключить, а вот берег мы ещё не обследовали. Ну что, побежали?»

Виктор посмотрел вправо на ровную кромку песка и вытащил из воды ноги. Ловко вскочил и во весь рост встал на плите. Низко висящее светило отбросило его вытянутую тень на воду, и испуганная стайка морской мелочи рванула в глубину. Идея симбиота здравая, тем более что ничего другого он пока придумать не мог.

Человек сорвался с места и помчался по песку, оставляя за собой цепочку неглубоких следов босых ног. Волны тут же начали старательно затирать их.

Дни текли за днями. Песчаный пляж казался бесконечным. Виктор преодолевал километры за километрами, но берег по-прежнему оставался пустынным. Ничего и никого.

Кив: «Нужно ускориться. Я засёк какую-то искру на горизонте. К сожалению, даже твоего усовершенствованного зрения не хватает, чтобы определить, что это такое».

Виктор: «Это точно не та бронзовая птица, которую ты недавно принял за самолёт?»

Кив: «Ну ошибся! С кем не бывает! Да и птиц таких размеров мы раньше не видели. Хорошо, что птица, а не дракон. Надеюсь, эти твари здесь не водятся. По крайней мере, мы их тоже пока не встречали».

Виктор подключил резервы жизненной силы. Длина и частота прыжков увеличилась. Песчаная дорога бесконечной лентой стелилась под ногами.

Виктор: «Ну и где твоя искра?»

Кив: «Не ёрничай, есть предел даже для наших чувствительных сканеров. Чудо, что я вообще что-то заметил. Вектор движения был направлен в джунгли. Может, стоит поискать там? Вредная живность обязательно отреагирует и выдаст присутствие кого-то съедобного. Нам-то что? Это разным тварям надо боятся, а вот кто-то другой… Давай поторопимся».

Поторопиться не получалось. В джунглях не побегаешь. Ядовитые растения, как нарочно, переплетались между собой, извивались, будто змеи, тянулись со всех сторон, норовя убить. Скорость сильно упала. Как назло, ни одного ручья поблизости, чтобы можно было двигаться по его руслу. Искать просветы в сплошной стене зарослей – только тратить драгоценное время. Звериные тропы в джунглях – тоже не самый быстрый способ передвижения, но другого пути нет. Ломиться сквозь чащу вообще глупо.

Ничто не может длиться бесконечно. Рано или поздно, но что-то должно измениться. Так и произошло. Удача улыбнулась магу. Кив уже отчётливо принимал сигнатуру живого, а главное, мыслящего создания. Более того, это был человек. Населённые гадами джунгли ещё не позволяли разглядеть все детали, но впереди среди сплошных зарослей располагалась поляна, и на ней кто-то находился. Кто-то невысокий и щуплый. И этот кто-то был в беде.

Кив: «Я же говорил, что здесь должны обитать аборигены. Ну не могло быть по-другому!»

Виктор: «Пока лишь один абориген и какой-то он мелкий».

Кив: «Это подросток. Видишь?»

Виктор: «Вижу одного, который даже в сложенном виде не тянет на множественное число».

Кив: «Хорошо, один мелкий абориген, а не племя или что там у них… Но не отпочковался же он от лианы! Не мог парнишка сам по себе появиться среди зарослей! И вообще, откуда у тебя столько желчи?»

Виктор: «Накопилось, пока по джунглям носился. Я, может, был бы добрее, если бы понимал, как и зачем оказался здесь, а пока мы с тобой, как и этот пацан, просто материализовались в зарослях самым божественным образом».

Кив: «Смотри, смотри, он тоже пытается управлять телом. Плотность кожи быстро увеличивается, да и костяк укрепляется. На пальцах даже когти появились».

Виктор: «Только что-то у него это плоховато получается. Слишком медленно. Так-так… нет… не пойму. Каналы жизни развиты как у мага, и это в таком-то возрасте, а контроль энергии никудышный? Что-то здесь не так. Как мальчишка вообще добрался до этой поляны? Его должны были сожрать ещё на подходе».

Кив: «Это точно… Не так! Обрати внимание во-о-он на ту ветку. Что видишь?»

Виктор: «Ха… а ведь это какое-то летающее средство скрытого наблюдения. Никакого оружия в устройстве не вижу. Кому-то просто хочется посмотреть, как здешние тварюшки расправятся с мальцом. Наблюдатели чёртовы!»

Кив: «Ха! А ты говорил, что здесь нет цивилизации. Это покруче всякого мусора будет! Штука-то на антигравитационном приводе работает».

Виктор: «Вот это меня и настораживает. Как-то не тянет вся эта ситуация на развитое гуманное общество. Это кем же надо быть, чтобы отправить ребёнка на смерть и наблюдать за его мучениями с безопасного расстояния? Уроды какие-то… Нехорошо».

Кив: «А чего ты хотел? Это же люди. От них всего можно ожидать. Может, они так здесь казни устраивают».

Виктор: «Люди тоже разные бывают. Не забывай об этом. Я, между прочим, тоже человек. Но тут ты прав. Казнить ребёнка? Нелюди!»

Кив: «Случайностью или недоразумением я бы это тоже не назвал. Ни одного спасателя. Никто не спешит на помощь. Я бы засёк. Та летающая фигня не может защитить мальчишку. Она только для наблюдения. Пацан догадывается, что его ждёт. Пытается уплотнить кожу и отрастить когти, не делая при этом лишних движений. Видишь, как напрягся? Только это его не спасёт. Гигантский червяк, которыми кишмя кишат джунгли, уже движется к нему. Сейчас вылезет на поверхность и сожрёт парнишку. Мелкий ему на один зуб. Виноват он в чём-то или нет, потом разберёмся. Как-никак, но это первый и пока единственный абориген, встреченный нами. Надо спасать. Боюсь, потом за его останками никто не прибудет из-за их отсутствия, а нам он полезнее в целости и сохранности».

Виктор: «И это твой единственный довод? И почему ты так людей не любишь?»

Кив: «А за что их любить? Злые. Неуживчивые. Тупые, в конце концов».

Виктор: «Я тоже тупой? Ты говори, да не заговаривайся».

Кив: «Ладно, ладно… не так выразился. Не придирайся к словам. Встречаются и среди людей хорошие… экземпляры. И вообще, давно уже пора отделять себя от человечества. Мы с тобой не просто маги. Мы другие. Мы даже не локи. Да и от древних богов отличаемся. В общем, оставим спор на другое время. Пора вмешаться».

Виктор: «Займись наблюдательным устройством. Здесь им не театр».

Кив: «Подбежишь ближе, разделаюсь с ним. К сожалению, чтобы дотянуться отсюда, длины жгута жизни не хватит, а сбить его из пращи густые ветки не позволяют. Так что твоё вмешательство будет обязательно замечено».

Виктор: «Ничего. Прятаться я не собираюсь. В любом случае тем или иным способом нужно добраться до цивилизации».

Кив: «Ты это… всё же не пугай людей или нелюдей. Не любят они чужого превосходства».

Виктор: «А то я не знаю. Буду держать себя в рамках дозволенного».

Глава 1. Знакомство

Нирав лихорадочно пытался преобразовать тело. Страх и отчаяние волнами накатывались на сознание, мешая сосредоточиться, и потому изменение шло медленно. Времени оставалось всё меньше и меньше. Мальчик физически ощущал, как истекают последние секунды жизни. Он догадывался, что его ждёт. Смерть. Глупая, неестественная, страшная. Сейчас просто необходимо сосредоточиться на спасении, а не тратить драгоценные секунды на то, чтобы подавить нарастающую панику.

Нирав внутренне напрягся, сосредоточившись на изменениях, которые претерпевало его тело. «Недостаточно. Этого недостаточно» – с отчаянием подумал он. Но почему не получается? Ведь он так долго и старательно занимался. Выполнял все упражнения и наставления. Каждый день истязал себя занятиями, но оказалось, что этого мало. Это вообще ни о чём! Его обманули. Это не испытание. Это убийство. Его отправили умирать, заранее зная, что он не сможет противостоять хищнику. Какому-нибудь другому да, но не этому. Наставник специально забросил его сюда. Специально! Уж кому, как не ему, опытному бойцу и преподавателю высшей школы, не знать, что пустых полян в джунглях не бывает, если только это не нора. Никто и не собирался принимать парня в высшую школу, и никакой это не вступительный экзамен. Это убийство. Его убийство! А наставник только наблюдает, чтобы удостовериться в его, Нирава, смерти.

Эта простая истина дошла до Нирава только сейчас, когда под ногами дрогнула и стала оседать земля. Страх парализовал его, и он замер на месте. Это на какое-то время сбило червя с толку, и почва перестала колыхаться. Хищник замер, прислушиваясь к тому, что происходит на поверхности, решая, стоит ли бросаться на жертву или она уже упорхнула. Совсем скоро вес тела мальчика подскажет зверю, что жертва никуда не делась, и тогда хищник взметнётся ввысь, разинув пасть, и проглотит свою добычу вместе с землёй.

Нервное напряжение и выброс адреналина прорвали какую-то преграду в разуме. Сознание разделилось на три независимых потока. На три! Раньше Нираву удавалось одновременно мыслить только в двух направлениях, то есть в двух потоках, а не в трёх. Его мозг лихорадочно анализировал ситуацию в поисках спасения по трём независимым друг от друга каналам. Сознание словно бы разделилось, и каждый поток решал свою часть задачи. Первый лихорадочно управлял преобразованием организма. Второй контролировал происходящее вокруг в реальном времени. Третий пытался найти выход из безвыходной ситуации.

Теоретически мальчик хорошо знал самых опасных обитателей этого материка. В библиотеке родного замка лежало достаточное количество кристаллов памяти, накопленных предыдущими поколениями семьи. Конечно, всё Нирав изучить не мог, но, как уверяла мама, того, что он знал, обычно хватало для выживания и сдачи промежуточных экзаменов при переходе из низшей школы в высшую. Но только не в этом случае.

Характерную дрожь почвы, связанную с приближением земляного червя, трудно с чем-то спутать. Об этом часто упоминалось в древних хрониках. Ошибки быть не могло. К нападению готовилось самое опасное существо на материке.

Эту тварь только называли земляным червём. На самом деле это многоголовая гидра, живущая под землёй. Животное невероятной силы, способное передвигаться с большой скоростью в рыхлых почвах. Удрать от него всё же можно, но не в том случае, когда ты стоишь посреди его логова. Нирав не понимал, почему его высадили с бота именно здесь.

В отличие от первых двух потоков сознания, продолжающих работу, третий вскоре сдался. Со своей задачей он не справился. Может, из-за того, что оказался самым слабым. Никогда Нирав не разделял сознание на столько частей. Спасения не было. Покинуть поляну можно только по воздуху, а трансформацию с крыльями изучают в высшей школе, до которой мальчику уже не суждено добраться.

В мозгу опять всплыли вопросы: «Почему наставник поступил так жестоко? Что я ему сделал?»

Работа разума для людей до сих пор является тайной за семью замками. Даже получив отрицательный результат, третий поток сознания не собирался отключаться. Он приступил к анализу причин образования смертельной ситуации.

Очевидно, что всё происходит не просто так, и это не прихоть какого-то одного человека. Нирав – последний мужчина в своём роду, который тянется от первых правителей колонии. Вместе с ним прервётся нить преемственности, и кому-то из руководства не терпится побыстрее её оборвать. Нирав понимал их опасения. Это не секрет для семьи. По древнему закону старший мужчина рода мог в любой момент взять управление колонией на себя. Однако мать не раз убеждала совет, что Нирав не станет этого делать, даже когда вырастет. Время единоличных правителей давно кануло в прошлое. Похоже, ей не поверили, а его сочли потенциальной угрозой.

Ну что ж, теперь им и в самом деле есть чего бояться. Он не сдастся. Будет бороться за свою жизнь. Пусть враги смотрят.

Мальчик бросил быстрый взгляд по сторонам, пытаясь определить наиболее безопасные места, которые он мог использовать, уклоняясь от атак хищника. Рыхлая песчаная почва – плохая опора для прыжков, но даже небольшое изменение положения добычи осложнит атаки подземной твари. Конечно, это вряд ли поможет ему спастись, но и просто так попадать в пасть хищнику Нирав не собирался.

Вдруг краем глаза он заметил какое-то движение у самой границы поляны. Небольшая растительность вокруг совершенно не закрывала обзора. Повернув голову, Нирав с удивлением увидел, как к нему бежит человек, на ходу превращающийся в какое-то чудовище. В первый момент он подумал, что наставник по данным камеры наблюдения понял свою ошибку и бросился на помощь воспитаннику. Однако бот не висел над поляной, да и перевоплощение бегущего происходило слишком быстро даже для опытного метаморфа. Единственное, что пришло в голову мальчику, – это мысль об отшельнике.

Изредка члены общины по разным причинам удалялись в джунгли, уходя от цивилизации. Никто не понимал, что толкает их на такой шаг, а сами они потом, если выживали и возвращались, ничего не объясняли. Не все из них приходили обратно. Опасные джунгли на первом материке – не то место, где человек мог долго существовать в одиночестве, будь он даже самым совершенным в этой галактике.

Отшельник быстрыми скачками приближался к Нираву. Однако подземная тварь тоже не скучала. Судя по вибрациям земли, голова зверюги вот-вот попытается ухватить добычу. Ждать больше нельзя. Мальчик уже приготовился отпрыгнуть на выбранное место, но его движение опередил отшельник, превратившийся в какого-то невиданного монстра. Последний прыжок пришельца показался очень длинным.

Нирав мог поклясться, что монстр даже не прикоснулся к нему, но тем не менее какая-то неведомая сила отшвырнула его, как пушинку, почти к самому краю поляны. Тем временем монстр целенаправленно прыгнул прямо в огромную раскрытую пасть червя, как раз поднимающуюся из земли. Нирав покатился по траве, но быстро сгруппировался и вскочил на ноги. Это была только одна голова хищника, и она промахнулась. Остальные не станут ждать и попытаются доделать своё дело.

Земля вспучилась сразу в нескольких местах одновременно, но ни одна из голов гидры так и не появилась на поверхности. Похоже, она передумала или твари сейчас не до этого. Вся поляна в мгновение ока превратилась в подобие бушующего моря. Волны земли, разрывая корни трав и выворачивая огромные пласты, хаотично вздымались, сталкивались друг с другом и распадались на части.

Поляна потеряла свой изумрудный цвет и расширилась. Волны накрывали кустарники и расшвыривали вырванные с корнем деревья, словно сухие травинки. Джунгли, обступившие поляну со всех сторон, качались и скрипели, как от боли. Там, на глубине, шла схватка. Ни одна из голов гидры больше не появлялась, а значит, хищнику приходится несладко.

«Вот и хорошо, – злорадно подумал Нирав и почти полностью успокоился. – Не знаю, кто это такой, но надо дождаться и поблагодарить его. Хотя, разорви меня лиана, я не понимаю, как вообще можно сражаться с гигантским ядовитым червём, да ещё и под землёй!»

Подземная схватка закончилась так же внезапно, как и началась. Беснующиеся земляные валы вдруг замерли, деревья перестали раскачиваться, и только дрожащая листва напоминала о пронёсшемся шторме. Джунгли затаились, оглушённые внезапно наступившей тишиной.

Нирав с тревогой вперил взгляд в самый центр поляны, ожидая появления победителя. Наконец земля разверзлась, но совсем не там, куда смотрел мальчик. Взметая комья грязи, на поверхность выскочил монстр, весь покрытый ядовитой синей слизью.

Нирав вскрикнул от неожиданности и машинально отпрянул, чуть не напоровшись на ядовитые шипы какого-то растения. Кристаллы памяти в библиотеке утверждали, что слизь земляного червя, которая течёт у него по жилам вместо крови, мгновенно разъедает даже броню космических кораблей. Как отшельник ещё не растворился в этой жиже, было совершенно непонятно.

Тем временем монстр встал на четыре лапы и по-собачьи отряхнулся. Во все стороны полетели брызги синей дряни, мгновенно оставляя за собой полосы сожжённой растительности и оплавленного песка. Впрочем, до мальчика они не достали.

Нирав снова негромко вскрикнул и непроизвольно закрылся руками. Это длилось не дольше секунды, но когда он посмотрел на то место, где отряхивался жуткий спаситель, то не увидел никакого монстра. На его месте стоял человек в чешуйчатой броне. Нирав замер от удивления. Настолько быстрых преобразований тела он никогда не видел. Отшельник просто перетёк из одного состояния в другое. Властным жестом незнакомец указал на край поляны, и мальчик поспешно выполнил его требование, загипнотизированный пронзительным взглядом, перечить которому было просто невозможно. Отшельник тоже не стал задерживаться на открытом месте. И вовремя.

Трансформированная кожа мальчика могла противостоять уколам ядовитых шипов. И всё же Нирав предпочёл взобраться на ствол поваленного дерева и там дождаться отшельника. Едва тот запрыгнул на корягу, как гребни и валы вывороченной земли стали сочиться ядовитой жидкостью. Густая синяя жижа вскипала огромными пузырями, лопалась, пенилась, шипела и снова вскипала. Земля и остатки вывороченных растений чернели, обугливались, расплавлялись, спекались в безобразную корку, которая тут же растрескивалась, выплёвывая всё новые и новые фонтаны отравы.

Нирав со смешанным чувством отвращения и сожаления смотрел на умирающую поляну. В джунглях останется мёртвое пятно, и ещё долго, очень долго, ни единой травинки здесь не вырастет. Пройдут годы, прежде чем жизнь снова завладеет этим кусочком свободной территории.

Всё произошло быстро, но Виктор спланировал бой заранее. Так уж вышло, что он уже встречался с похожей тварью во время своего странствия по джунглям. Не в её логове, конечно, но несколько голов отрубить этому червяку пришлось. Маг даже заинтересовался необычной зверюшкой и исследовал её, но издалека.

Сейчас обстановка была гораздо опаснее, правда, лишь для мальчика, а не для самого Виктора. Трудно предугадать, откуда и куда хлынет поток ядовитой крови поверженного подземного гиганта.

Червяк имел не одно, а несколько сердец, каждое из которых находилось у основания головы, а те хищник отращивал на протяжении всей своей жизни. Их могло быть и три, и восемь, и больше, смотря сколько лет он прожил. Каждое сердце представляло собою мешок с толстенными стенками, который неустанно перекачивал тонны вязкой густой крови, так что давление внутри сосудов было чудовищным. Чтобы червяка не разорвало изнутри, вместо кожи он был покрыт несколькими слоями сильных эластичных мышц, самые верхние из которых имели отростки в виде подвижных толстых пластин, предохраняющих гидру от повреждений в твёрдом грунте. Пробиться через все эти слои и поразить чудовище в сердце, ещё не значило убить его. Гидра на то и гидра, что может перенаправлять потоки крови, тем самым сохраняя себе жизнь.