Проза морской жизни. Записки подводника

ДЕТСКИЕ ИГРЫ 70-Х

Судьбы моей ещё один виток,

Лечу по кругу в замкнутом режиме.

Я сам расчислю главный свой итог,

Все будет так, как в детстве мы решили.

Не напрасно психологи утверждают, что все проблемы из детства. Этим Фрейдам, как душевным анатомам, любопытно, что находится под одеждой человека. А особенно интересно, какие косточки подвяленные спрятаны в шкафу. Постараемся не докучать и не умничать, посему сделаем вид, что не всё в детстве происходило безоблачно. Трудно вас обмануть, судьба всё расставляет на свои места. Беззаботное детство даёт только счастливый билет в жизнь, а дальше мы сами кидаемся во все тяжкие и восторженные поступки.

Сентябрь – излюбленный месяц по множеству причин. Встреча одноклассников после каникул всегда увлекательна. Какие сплетни, кто новичок в классе? После летнего отдыха чувствуешь, что повзрослели товарищи, да и ты сам не отстал, вследствие чего общение с одноклассниками становится ещё занимательнее, да и успели соскучиться после каникул.

Осенью приятно погулять по прекрасному своей умиротворённостью и пейзажами Зеленогорску, утопающему в желтеющих и краснеющих кронах деревьев. Мы часто бродили по городу в течение всего года с нашими классными патронами Тамарой Александровной и Исаем Наумовичем.

Один раз во время такой прогулки с Тамарой Александровной забрели в железнодорожные тупики в районе вокзала, там разгружался вагон с арбузами. Грузчики кидали арбузы из рук в руки, перенося таким образом их с вагона на склад.

Тамара Александровна говорит:

– Чего-то арбузика захотелось.

После небольшой паузы:

– Мальчики, где мой арбуз? Почему никто ничего не делает?

Кто-то из самых шустрых учеников сбегал к вагону, по секретному паролю «дядь, кинь арбузик» заполучил заветную ягоду и принёс её классной даме. Арбуз съели с удовольствием. Однако отдельные принципиальные девочки отказались от лакомства по причине того, что так делать некрасиво, и это, по сути, воровство. Я в споры не вступал, арбуз не ел, было как-то неудобно – ситуация неоднозначная.

После прений по этому вопросу Тамара Александровна подытожила убедительно и бесспорно:

– Во-первых, если женщина захотела арбуз, мужчина должен разбиться в лепёшку, но найти его. Мальчики – молодцы, принесли его. Во-вторых, вы видели, сколько разбитых арбузов возле вагона? Верх бесхозяйственности, не убудет.

От этих слов стало стыдно, что не я сгонял за арбузом, и вдвойне пожалел, что не ел. Кстати, узнав это хлебное место, иногда захаживал туда по субботам перед тем, как уехать на электричке домой, в Ленинград, на выходные. Один раз привёз домой свёклы.

Мама меня тогда похвалила:

– Молодец! Добытчик.

Жили весьма скромно. В хозяйстве и свёкла сгодилась.

Продолжу про осенние радости. После отбоя можно было без особых усилий пополнить организмы витаминами, поспевшими в соседних садах, что сразу за заборчиком, условно обозначающим территорию интерната. Времена советские, человек человеку – брат. Высота преграды – максимум метр двадцать. Любой пятиклассник легко преодолеет. Это сейчас во времена «развитого капитализма», когда человек человеку – волк и конкурент, заборы выросли очень значительно.

Если повезёт, можно даже прихватить адреналина, убегая с добычей под рубашкой от хозяев яблонь, слив и чёрной смородины. Походы по садам у многих интернатских поколений приобретали ритуальный характер. Для местных дачников мы были саранча, а они для нас просто отсутствовали. Нас интересовало лишь то, что созревало в их владениях. Иногда делали организованные набеги, действительно, как саранча. Выгадывали, когда ночной дежурной заступит биологичка, таким образом подрабатывавшая. Добрая бабушка, нас иногда подкармливала, приносила с кухни оставшиеся после ужина котлеты с хлебом. Заступая на ночную вахту, она закрывала главный вход, а сама засыпала. Начиналось наше время – полной свободы ночной жизни. Через окно первого этажа гроздьями высыпались на просторы Зеленогорска. Осенью – фрукты-ягоды, на день учителя и 9 Мая – цветы, или просто вскрыть бочку с квасом. Такие были наши нехитрые пацанские интересы.

Мы, конечно, безобразничали, бывало, чересчур. Но учителя никогда не давали нас в обиду. Однажды наблюдал картину. Вечером, после самоподготовки все гуляют, носятся по территории, играют. Вижу малыша, класс четвёртый, здоровый дяденька тащит за ухо. И так крепко держит, что ухо вот-вот оторвёт. Малыш визжит как резаный. Вокруг собралась толпа из разных классов, какие-то взрослые, гам, крики, визг.

На шум подошёл учитель физкультуры:

– Что тут происходит?

Здоровый дяденька жалуется:

– Этот мелкий негодяй воровал у меня сливы, всё дерево ободрал!

– Отпустите ухо ребёнка, ему же больно!

Тот не отпускает. Тогда учитель физкультуры резко ладошкой ударил в грудь частного собственника. Малыш вырвался и тут же смылся в кусты.

Дяденька от боли согнулся и зашипел на сбившемся дыхании:

– Что вы делаете? Мне же больно.

– Ребёнку тоже больно было. Теперь 1:1, считай, ничья.

– А как же сливы?

Физрук молча достал из кармана треников три рубля, засунул деньги в нагрудный карман дяденьке и ушёл. Учитель физкультуры проживал в интернате, ему была выделена комната, решил прогуляться за вечерним портвейном. В этот вечер он остался без вина.

Любили в беседке поиграть в сидячий футбол. Выглядело приблизительно так: собирается человек пять в беседке, рассаживаются все по лавочкам, под ними же у каждого игрока ворота – между столбов – и гоняют мяч по беседке. Главное правило – не отрывать заднюю точку от скамейки и не пропустить гол. Это был неформальный футбол по нашим правилам.

А вот больше всех играли в Пекаря. Как Исай Наумович ни пытался нам привить интерес к лапте, игре своего детства, мы упорно дулись в Пекаря. Правила просты: практически упрощённые городки. Палкой сбиваешь железную банку. Пекарь – лучшая игра того времени на свежем воздухе.

Если ко всем этим детским радостям прибавить изумительную солнечную погоду бабьего лета, можно себе представить уровень детской радости.

Зимой в Зеленогорске любили на кладбище ходить. Ночью, на лыжах. Луна светит, мороз шипит в ноздрях. Сосны величаво охраняют тишину погоста. Красотища! Светишь фонариком на кресты. Читаешь даты рождения и смерти. Писали бы, к примеру: «Умер на 57-м году жизни», а то считать приходится, высчитывать. Интересно было вычитать. Тогда любопытство тянуло на кладбище ночью. В голове не умещалось: «Как такое может быть? Вот я – мальчик, жизнерадостный проказник, получается, тоже когда-то умру? Не может такого быть! Не хочу в это верить, буду жить вечно».

В детстве ещё не знал, что чёрточка между цифрами и есть сама Жизнь. Тайна, возможно, разгадана. Хотя сомневаюсь, эта непостижимая загадка и сакральный смысл заложены в человеке природой. Могут быть только версии, догадки, поиски истины. Может быть, только сам путь. Мне порой кажется, что единственный ответ на вопрос «В чём смысл жизни?» в том, что она неминуемо закончится.

Получается, смысл Жизни в её Смерти. Потом повзрослел, вырос мальчик, в тихое место со спокойными соседями перестало тянуть, хочется вторую дату увеличить, оттянуть. Бываю на кладбище лишь по необходимости, проводить в последний путь друга, отдать дань уважения ранее ушедшим.

Заметил, в последнее время появляться там приходится чаще. Реально оцениваю, почему. Мой жизненный путь ближе к погосту.

Ну… поживём ещё!

ПЕДАГОГИЧЕСКИЕ КУЛЬБИТЫ

И вновь сидим мы дружною семьёй,

И вспоминаем школу-интернат.

Так каждый год проходит предо мною

Ребят моих торжественный парад.

Воспоминания из детства теребят душу каждого из нас. Боря с Толей учились вместе с первого по восьмой класс. В наступившие «времена перемен» друзья часто общались, не только в рамках периодических встреч одноклассников. Вместе вспомнили историю, в которой главную роль сыграл наш учитель Исай Наумович. Амплуа ролей второго плана достались его любимым воспитанникам.

Этот весёлый сюжет приключился, когда мы учились в 7-м классе. Точно помню, произошло всё в сентябре. Стояла осенняя тёплая сухая погода. Солнце пригревало пару недель подряд, поэтому создавалось полное ощущение «бабьего лета» в разгар осени.

Предыстория основных событий такова. Классные руководители Тамара Александровна и Исай Наумович подстёгивали нас к «конкурентной борьбе и взаимной любви в отношениях между полами». Надо же придумать такую трактовку законов диалектики! Девочки организовывают вечер под названием «Золотая осень» и приглашают лишь достойных с их точки зрения мальчиков. Недостойные остаются за бортом девчачьего внимания. Как вы думаете, в какой группе оказались Толя и Боря?

Конечно, среди изгоев.

Боря искреннее недоумевал:

– За что?

Толик не придал этому никакого значения, безразлично проговорил:

– Если задуматься, неприятный факт. Но разве это повод для расстройства? Всем мил не будешь.

Обиду сглаживал факт расширенного состава «неприглашённых».

Валера – тут ничего удивительного – самый неугомонный наш одноклассник, имел столько энергии, что участвовал во всех шкодных делах одновременно, даже если они происходили в разных концах интерната. Валера – это броуновское движение со скоростью света. Понятное дело, извёл своей реактивностью всех девочек. Он мог «достать» даже Исая Наумовича. Один раз после отбоя учитель зашёл к нам в палату, спел под гитару несколько песен, напоследок – «Спокойной ночи, малыши». После чего попрощался и вышел, а Валера вскочил с кровати и начал кривляться. Вдруг вернулся в палату наш учитель. Валера только успел принять позу испуганного зайца, как тут же получил в свой тощий зад такой смачный волшебный пендель, что летел на свою кровать через две другие. Со стороны выглядело это довольно жестоко, но очень-очень справедливо.

Лёня Силин, его за что? Из мальчиков в классе лучший ученик, много читал, физически развит, на физкультуре стоял первый, к тому же мой друг.

Добрый Толик Николаев тоже хорошо учился, он даже писал сочинения своему старшему бестолковому брату, который был на год старше. С девочками конфликтов не имел.

Поскольку наши учителя к этому времени уже посеяли в нас семена собственной значимости и уникальности, а в те времена индивидуальность шла вразрез педагогике, возможно – это был очередной «педагогический кульбит». Изгоям предстояло ответить на вопросы: обидно, что не пригласили? И что ты думаешь? А главное, что будешь предпринимать?

Приятно, что учителя хотели сделать из нас прежде всего личностей, научить анализировать и делать правильные выводы. На почве общей обиды мы сбились в кучу. Как положено, слегка повозмущались. Затем быстренько обсудили положение в мире, в классе, в Гондурасе. Нашли ответ на первый вопрос и поклялись друг другу внимательнее обращаться с будущими мамами, не быть высокомерными, не дёргать за косы, не задирать юбки, относиться с уважением, уступать место в автобусе, любить, лелеять, холить.

Выводы сделали, осталось ответить на вопрос: «Что делать будем?»

Решение нагрянуло внезапно: бежать на Финский залив купаться, естественно, без разрешения наших воспитателей. Дерзкий план, отличная погода, ни к чему посыпать голову пеплом, и мы вприпрыжку рванули в парк культуры ЗПКиО, на Золотой пляж. Радость переполняла от шикарной погоды, дерзкой затеи, свободы и бесконтрольности.

Бежим с горы по тропинке чуть правее церкви, оставляя её слева.

Белокаменная церковь Казанской иконы Божьей матери была построена в Териоках 1915 году, первые прихожане называли её Белой невестой. В наши школьные годы, в семидесятых, храм был в запустении. В самом здании находился продовольственный склад, разбитые купола отсутствовали. Несмотря на «старания» советской власти, церковь всё равно оставалась величественной.

Помню, как залезли на один из куполов с моим другом Лёней Силиным. Забрались настолько высоко, насколько это было возможно. На самом верху открылась удивительная панорама. Как на ладони весь Зеленогорск, слева просматривался Сестрорецк, хорошо виден жилой дом «муравейник», прямо по курсу – Кронштадт, выделялся купол Морского собора, который тоже не использовался по прямому назначению. Справа от него, совсем недалеко, открывался прославленный русскими моряками остров Гангут. А сзади, за куполом, уже очень далеко, если хорошо присмотреться, в ясную погоду можно увидеть загадочную Индию. Одним словом, весь мир у наших ног.

В 1990 году церковь восстановили, она расцвела, вновь заневестилась, получив второе рождение. Сейчас этот действующий храм величаво стоит в окружении высоких сосен и елей, ослепительно просвечивая белизной. Если вы там не были, обязательно посетите в ближайшее время, не тяните – не пожалеете. Внутри – особая камерная атмосфера, теперь это наш любимый православный храм, обязательный для посещения при визитах в город детства.

Перебегаем Приморское шоссе и оказываемся в парке культуры и отдыха, главная аллея которого прямиком выводит нас на пляж. Народу много, все загорают, купаются.

Быстренько разделись. Первый пошёл в воду Валера, затем Рашид. Откуда с нами Рашид взялся? Он был в числе приглашённых на вечер, однако не пошёл, решив, что дружба важней заносчивых девчонок, и решил с нами купаться. Почему он так поступил? Да потому, что Рашид – настоящий товарищ: