Онааа

*

Он

Он не может перестать думать о ней. Она – не его жена, не его любовница, не его спутница, не его… Она живет где-то. В его городе, в его стране или где-то еще в этом мире. Он никогда не встречал ее, но чувствует, что должен найти ee. Почему? Он не знает… Просто потому, что не может перестать думать о ней…

*

Онааа

3 ночи. Словно ветер, она просачивается в приоткрытую балконную дверь, приближается к его кровати, паря в воздухе, касается его губ своими губами. Ее длинные светлые волосы свисают над его телом, как дождь. Он спит. Его жена спит. Его собака и кошка спят. Его дом спит…

Ее поцелуй длинный. Его губы вкуса манго. Она любит манго. Это ее любимый фрукт. Она пьет поцелуй до дна и улетает…

Она возвращается домой. Ее мать спит. Ее кошка спит. Она берет со стола манго, снимает с него кожуру и прикасается к сладкому желтому плоду губами, все еще ощущая вкус его губ. Утром он не будет ничего знать о ней и о ее ночном визите. Он по-прежнему будет думать о ней, не зная ее. Она останется той, какая она есть, таинственной, неизвестной, почти неземной.

*

Он

“Я не могу так жить. Это книга, которую я хочу прекратить читать. Спектакль, который я хочу перестать смотреть… Моя семья… Что это? Моя жена, моя женщина, моя супруга. Годы вместе. Что было между нами, и что осталось? Любая любовь заканчивается так? Наверное, да в большинстве случаев… Я все еще люблю ее. Нет, не все еще. Я люблю ее. Она заботливая, нежная, умная, обаятельная, верная. Я верю, что верная”.

Он целует спящую жену и встает. Солнце только что выкатилось на небо. Он выходит на балкон и любуется видом города с шестнадцатого этажа их квартиры. Ни облачка. Теплый май изменил городское уныние, но не его настроение. Город стал зеленым и чистым, а его состояние осталось столь же серым.

Он облизывает губы и ощущает вкус манго. “Хм, странно, такой тонкий, сладкий вкус. Откуда?”

Он возвращается в квартиру сварить кофе. Покрывает дно сковородки зелеными кофейными зернышками, включает плиту и перемешивает зерна.

Через десять минут кухня наполняется дымом и ароматом жареных кофейных зерен. Он мелет их и варит кофе для двоих. «Я все еще варю кофе для двоих…»

Наливает горячую коричневую жидкость в две фарфоровые чашки, добавляет соевые сливки, несет кофе жене. Целует ее в нос и оставляет ароматную чашку на прикроватной тумбочке.

“Кофейный аромат разбудит ее”.

Он выходит на балкон со своей кружкой кофе. Делает первый глоток.

“Странно, я определенно ощущаю вкус манго в своем кофе. Что это может быть?”

*

Онааа

“Мама… Мамочка… У меня был поцелуй со вкусом манго этой ночью…”

“Ты снова летала, моя девочка?”

“Да, мама…”

“Каждый полет укорачивает твою жизнь… Tы знаешь это, моя дорогая”.

“Да, мама… Но я не могу жить по-дру-гому…”

“Моя сказочная девочка…”

Пожилая женщина грустна. Ее голубые глаза, окруженные морщинками, влажные.

“Моя милая мама… Ты меня такой родила. Любовь – это моя жизнь. Когда любовь какой-то пары увядает, я могу помочь возродить ее, если только они очень хотят этого… Когда я вижу в ночи световые импульсы S.O.L., я лечу туда. Save Our Love… Спасите нашу любовь… Если я чувствую в ауре их дома, что могу им помочь, я целую спящего мужчину… Ты ведь знаешь это, мамочка…”

“На свете больше несчастных пар, чем счастливых. Ты не изменишь это. Ты не можешь помочь им всем. Ты изнуряешь себя. Ты почти не спишь. Два или три часа. Этого недостаточно для твоего хрупкого тела”.

“Я в порядке, мама. Я ем достаточно много манго, чтобы восстановить силы”.

“Моя девочка-манго… Чем эта ночь была особенной для тебя?”

“Мужчина… Его губы пахли манго…”

“Значит, он ждал тебя долгое время”.

“Он не проснулся. Поцелуй был таким длинным и сладким…”

“Ты ведь не вернешься к нему, верно? Ты не можешь. Он имеет право жить счастливо, как живет”.

“Он несчастлив, мама…”

“Откуда ты знаешь?”

“Поцелуй рассказал мне об этом”.

“Поэтому ты и навещаешь таких людей только однажды и ночью, чтобы попытаться сделать их снова счастливыми. Помни, ты не можешь вернуться к нему. Это будет стоить тебе жизни. Tы не должна влюбляться. Ты всегда должна помнить об этом. Да, ты живешь, потому что любишь, но ты можешь любить только в общем. Люби мир, всех мужчин, людей, меня, своего кота, наконец, но не конкретного мужчину. Это убьет тебя. Ты знаешь это. Tы хорошая девочка. Мне не нужно повторять это снова и снова, верно?”

Она не слышит нравоучений матери. Она спит на ee коленях…

*

Он

Пора идти на работу. Эта чертова работа. Как сильно он ее ненавидит. Не меньше, чем многие другие. Как сильно он ее любит. Не меньше, чем некоторые другие. Никто не заставляет его идти на работу. Его квартира выплачена. Его жена владеет галереей и финансово обеспечена. Он ходит на работу ради смены обстановки. Он работает в издательстве. В своем издательстве.

Художественные души.

Сумасшедшие. Смешные. Непредсказуемые.

Штатники и внештатники.

Редакторы, погрязшие в рутине.

Авторы, жаждущие славы.

Красивые женщины.

Красивые мужчины.

Вышколенные сотрудники.

Ему нравятся сильные. Он не любит слабых. Он не кричит на своих подчиненных. Он умеет молчать. Он применяет свое молчание к тем, кто хочет от него слишком многого. Уважение, порядок и молчание – его три ключевых принципа. Его персонал знает. Когда он молчит, они ждут. Терпеливо. Они уважают своего босса. Он их уважает. Те, кто работают, делают свое дело хорошо. Другие были уволены в молчании.

Его издательство в образцовом порядке. Чистота. Он платит своим уборщикам высокую зарплату. Их двoe. Пожилая пара. Одержимы чистотой. Почти невидимые, однако, вездесущие.

“Кофе замечательный”.

Он вздрагивает, сидя в шезлонге.

Его жена стоит рядом с ним. Ее длинные волосы касаются балконных перил. У нее хорошее настроение. Он видит это в ее искрящихся карих глазах.

“Я рад, что тебе нравится”.

Он не предлагает вторую чашку, поскольку знает правило жены: одна чашка кофе утром. Затем – только чай.

“Загруженный день сегодня?” – улыбается она.

“Да. Как обычно”.

“Хорошо спал?”

“Да, спасибо. Tы?”

“Тоже хорошо”.

“Мне пора идти”.

Он слегка целует ее.

“Твои губы?” – ее голос звучит удивленно.

“Что?”

“Этот вкус манго… Ты ел манго?”

“Нет. Может, соевые сливки со вкусом манго?”

“Я не почувствовала этого в своем кофе”.

“Не знаю, – он пожимает плечами и собирается уйти. – Хорошего дня, дорогая…”

“Тебе тоже, любовь моя…” – бросает она вслед.

*

Она

“Он словно не со мной. Словно где-то в другом месте. Уже как год. Это определенно не работа, что вызывает его такое состояние. Я чувствую. Это что-то еще. Если бы у него был с кем-то роман, я бы почувствовала тоже. Нет, это что-то иное. Он со мной, но словно где-то далеко от меня… Почему его губы пахнут манго? Он ненавидит манго. Апельсины – то, что он любит, но никак не манго…”

Она расчесывает свои блестящие волосы. Маленькая черная птица приземляется на его стул.

«Может, ты знаешь, что с ним?»

Птица поворачивает голову влево-вправо, но не издает ни звука.

«Я уверена, что даже он сам этого не знает… У него есть все… У нас есть все… Кризис, вызванный этим статус-кво”.

Птица улетает.

“Мне тоже пора”.

*

Он

Он не дошел до своего офиса и свернул на тихую улочку. Он знает один старый бар… Входит в небольшое темное помещение, заказывает коньяк и садится за столик у окна. Коньяк хороший. В этом баре он всегда хороший. После нескольких глотков голова кружится. Он не хочет двигаться. Он не хочет ничего и никого. Выключает свой телефон. Бармен приносит еще коньяку и блюдце с несколькими кусочками темного шоколада. Он кивает в знак благодарности и продолжает смотреть на старые вязы за окном. Ни машин, ни пешеходов. Только этот бар, старые деревья и он, один во всем мире…

*

Онааа

На рассвете она просыпается в своей постели. Она чувствует себя отдохнувшей. На комоде – чаша с кусочками манго. Она садится и берет ложку.

“Я должна поцеловать его снова. У меня никогда не было такого поцелуя. Прошлой ночью я не могла остановиться… Я не могла утолить жажду, как если бы я пила с его губ свежевыжатый сок манго… Только бы еще один раз. Только один разочек, чтобы снова почувствовать это”.

Она заканчивает завтрак и выходит на улицу. Май изумителен. Зеленый, теплый, нежный. Ни комаров, ни ветра, ни пыли. Свежий и молодой. Деревья расцветают. Синим, розовым, фиолетовым. Ее месяц. Месяц любви, когда все рождается, а не умирает. Она в желтом шелковом платье. В тон ее волос. Она кружится и поет. Поёт и кружится…

*

Она

Ей нравится приезжать в свою галерею рано, как и ее муж любит приезжать в свое издательство до своего персонала. Эти часы перед открытием – наиболее любимы ими обоими. Она медленно проходит среди картин, которые выбирает для своей галереи только с любовью. Никогда ради прибыли. Только ради любви. Ее галерея – это ее галерея, где помимо произведений других художников есть и ее картины. Она рисует маслом. Черным маслом и белым маслом. Ее картины похожи на черно-белые фотографии в масле. Легкие, задумчивые, немного грустные. Она редко рисует. Раз в сезон.

Когда волна какого-то вселенского покоя охватывает ее, она покупает бутылку итальянского вермута и тонкие сигареты, устанавливает мольберт на балконе своей квартиры на шестнадцатом этаже, когда на улице тепло, или у окна, если холодно, выключает телефон и рисует. Пять-шесть часов. Затем моет кисточки и отправляется на прогулку со своей собакой, чтобы вернуться к реальной жизни. На самом деле, их десятилетний пули выгуливает ее, а не наоборот. Она трезвeeт и устаeт, возвращается домой и ложится спать. Ее муж знает такие дни и не ожидает никакого семейного ужина или иного внимания от жены. Он любит ee картины за их нежную печаль и грациозную романтику.

В ее галерее ее картины висят в дальней комнате с огромным окном, выходящим на старый парк. Парк и окно способствуют ауре ее работ. Она продает их, если ей нравится покупатель. Она расстается с проданной картиной, словно это ее старый пули.

*

Он

Жизнь потеряла для него свой аромат. Он ждет, чтобы день прошел как можно быстрее, но ночи не приносят облегчения. Когда он ложится спать, его жена уже спит. Они лежат спиной друг к другу. Какое-то время она пыталась ласкать его, чтобы сделать ночи такими, какими они были раньше, но он лишь вежливо бормотал, что устал, и она оставляла его в покое. Она сразу же засыпала, a он не мог уснуть час, а то и два. Что-то лишило его покоя.

Они занимаются любовью лишь раз в месяц, даже реже. Они вместе более двух десятков лет. Ничего не осталось от тех ночей в прошлом. Они все еще любят друг друга, но каждый остается на своем острове, мысленно и физически. По крайней мере, в отличие от большинства пар, они все еще любят друг друга. Он верит, что любят…

*

Онааа

“Сколько пар вновь стали счастливыми? Один мой поцелуй в ночь, триста шестьдесят пять ночей в год… Сколько еще пар я могу спасти от расставания? Каждый поцелуй укорачивает мою жизнь. Чем труднее случай, тем больше моей энергии и жизни уходит. Мое счастье – делать других счастливыми. Я возрождаю любовь, но не могу любить определенного человека. Все было в порядке до этой ночи. Только его губы из всех мужчин, что я целовала прежде, пахли манго. Я не видела его лица в темноте его спальни. Я хочу снова посетить его дом. Только раз. Просто посмотреть на него еще раз. Увидеть его лицо. Не целовать. Это убьет меня. Это против основного правила. Я должна пестовать любовь других, а не свою. Никакого эго. Ничего – мне. Все – другим”.

Она забредает на тихую аллею старых вязов. Ни машин, ни пешеходов. Только она среди зелени вязов в своем желтом шелковом платье и желтых туфлях. Она срывает одуванчик и вставляет в волосы. Она похожа на дочь солнца.

Она кружится и поет.

Поёт и кружится…

*

Он

Он чувствует, что достаточно пьян, чтобы заказать еще рюмку коньяка. Вместо этого он заказывает эспрессо…

Он видит ярко-желтое движущееся пятно за окном. Оно появляется то там, то здесь, прячется за деревьями и снова приближается к его окну. Ладонью он стучит по стеклу, пытаясь поймать это пятно. Оно останавливается. Его ладонь покрывает его. Затем пятно становится больше, чем его ладонь. Он убирает руку…

Худенькая девушка со светлыми длинными волосами в желтом развевающемся платье стоит за стеклом и смотрит на него. Он привстает, но ватные от коньяка колени подводят его, и он снова садится. Вежливым жестом приглашает ее присоединиться к нему. Она улыбается…

Через минуту она сидит за его столиком напротив него.

“Меня зовут Саша. A вы дочь солнца, я полагаю?”

“Если желаете, зовите меня так”.

“Простите. Я, возможно, кажусь вам пьяным. Я пил коньяк, что необычно для меня в столь ранний час”.

“Все в порядке”.

Ее голос успокаивает, немного хриплый, но нежный. Ему нравится этот голос. Он вносит покой в его душу вместе с коньяком.

“Сегодняшний день… Я разрушил его… Обычно в это время я на работе…”

Его голос тихий. Его речь медленная.

“Спасибо, что присоединились ко мне. На улице никого. Никого и ничего, кроме старых вязов… Хотите выпить что-нибудь?”

“Чаю, пожалуйста… Со свежей мятой и соевыми сливками”.

Он зовет бармена и кладет ему в ладонь несколько купюр.

“Пожалуйста, найдите свежую мяту и соевые сливки и сделайте чай для нас”.

В баре, конечно, нет ни свежей мяты, ни соевых сливок, но бармен найдет.

“Я никогда не пробовал такой чай, но попью c удовольствием с вами. Никакого коньяка мне больше”.

*

Она

Она старается не звонить ему в течение дня. У него есть своя свобода. У нее – своя. Они доверяют друг другу. Их острова хорошо сосуществуют…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.