Пересечения

Глава первая

Всполохи яркого света проблесковых огней озаряли окрестности, медленно погружающиеся в вечерний сумрак. Старый дом был оцеплен полицией. Из зевак лишь несколько бездомных, с интересом наблюдавших, как вокруг и внутри дома работают полицейские, выискивая и документируя улики. К заградительной ленте, ранее натянутой полицейскими, подъехал автомобиль, на приборной панели которого также стоял проблесковый маяк и мигал. Смуглый мужчина вышел из автомобиля и, захлопнув дверь, огляделся по сторонам.

– Детектив?! – окликнули его со стороны дома. – Сюда, детектив! – полицейский, стоящий на пороге дома, махнул детективу рукой, приглашая подойти.

– Что там? Веди. – ответил детектив, подойдя к полицейскому.

– Поступил звонок о выстрелах. Первый экипаж прибыл на место через пятнадцать минут. – стал на ходу рассказывать полицейский. – Когда они прибыли, то не обнаружили стрелявших. Местные обитатели сообщили им, откуда доносились выстрелы и наряд осмотрел этот дом. Тут-то они и обнаружили тело.

Оба остановились перед лежащем на полу мужчиной, под которым расплылась небольшая лужа крови.

– Личность установили? – поинтересовался детектив.

– Да. На счастье, при нём оказались документы, выданные на имя некоего Джона Салливана, местного жителя. Вот его адрес. – полицейский передал лист с информацией детективу.

– Кто-нибудь видел стрелявших? – детектив отвернулся от полицейского и осмотрел комнату.

– Нет. – отрицательно покачал головой полицейский.

– Жаль. – буркнул себе под нос детектив и выглянул в коридор. – Что-нибудь обнаружили возле тела? – он стал внимательно осматривать коридор.

– Несколько гильз и разбитый телефон. Телефон, предположительно, принадлежал жертве – его отправили на экспертизу. Куда Вы? – полицейского удивила озабоченность детектива, который пошел по дому, оглядывая его, словно что-то потерял.

– Тут ничего не трогали? – вновь повернулся к полицейскому детектив.

– Нет. Что Вы имеете в виду? – не понял его полицейский.

– Где двери?

Полицейский удивлённо посмотрел по сторонам, осматривая пустые дверные проёмы.

– Странно, – пожал он плечами. – Я как-то и не обратил внимание на их отсутствие.

***

За несколько дней до этого…

Два высоких воина охраняли дверь. В мире Каотоот всегда было тепло, и у людей не было необходимости носить что-то теплее лёгких накидок. Воины были вооружены дубинами со вставленными в них зубами леопарда. Вокруг, куда мог пасть взгляд, царил дикий мир. Тропический лес стоял непреодолимой стеной. С деревьев свисали лианы, а на ветках сидели экзотические птицы, прячась от знойного солнца, лениво разминая свои когтистые лапы и вычищая оперение. Было влажно, но воины словно не замечали этого и стойко стояли на страже.

Дверь открылась, и оттуда вышла небольшая группа, которая, не задерживаясь, оставила за спиной и дверь, и воинов. Лишь недолго смотрели воины вслед пришельцам в их мир, не понимая, к чему эта странная одежда, плотно закрывающая всё тело. Вышедшие были облачены в походную одежду, предназначенную для путешествия сквозь джунгли, и в армейских ботинках, плотно зашнурованных. Крепкие мужчины с суровой решимостью по двое несли носилки по древней дороге, вымощенной желтым камнем. Носилки были тяжёлые и плотно закрытые брезентом.

Впереди процессии шло трое: двое пришельцев без носилок и один местный житель невысокого роста и совершенно не воинственного вида. Зато по бокам и сзади процессию сопровождало четверо высоких и мускулистых воинов в набедренных повязках и с дубинами в руках. В отличие от тех, что охраняли дверь, на их головах развевались перья, демонстрирующие высокий социальный статус. Один из двух пришельцев, идущих впереди, разговаривал с местным жителем. Второй пришелец шёл позади разговаривающих и пытался их понять. Его подбородок с белёсым шрамом нервно подрагивал, его раздражало, что он понимал лишь половину из сказанного, причём он понимал только своего товарища. Местный говорил на своём языке, которого никто в группе пришельцев не знал. Это не было проблемой для пришельца, беседующего с местным жителем. Они прекрасно понимали друг друга, и человек со шрамом на подбородке знал, почему. У собеседников приклеены за ухом небольшие полоски, состоящие из пяти маленьких квадратиков. Устройства-переводчики стирали языковые барьеры между владеющими ими, но обладать ими могли лишь избранные.

– Я рад, что ты снова здесь, Джон, – искренне сказал местный житель, поправляя на поясе небольшую дубинку.

– А как я рад, Шиво, что вновь могу находиться в ваших, богами освещённых, владениях, – сдержанно улыбнулся Джон и стёр пот со лба тыльной стороной ладони.

– Ты не умеешь врать, – засмеялся Шиво и по-дружески хлопнул Джона по плечу, от чего тот чуть не споткнулся.

Шиво был одинаковой с Джоном комплекции, но его физической силе мог позавидовать почти любой из атлетов из мира Джона. Джон восстановил равновесие и потёр плечо, ему больно, ёлки-палки!

– Извини. Забыл, какие нежные люди в твоём мире, – хмыкнул Шиво.

– Я уже почти привык к твоим похлопываниям, – засмеялся Джон и сменил тему. – У вас тут зима бывает? Жара невыносимая стоит. Как вы тут живёте круглый год?

– Бывает. Становится прохладно и идут проливные дожди. Да, только тебе и такое не понравится, – засмеялся Шиво. – Тебе было бы гораздо легче, если бы ты снял свои странные одежды и не занимался самоистязанием.

– Чтобы подхватить здесь инфекцию или получить смертельный укус какой-нибудь змеи? Ну, уж нет! – возразил Джон. – Лучше попотею, зато вернусь домой живым и здоровым.

– Мы так из покон веков живём и ничего, – Шиво пожал плечами.

– Могу себе представить, – пробурчал Джон.

– Что там? – Шиво взглянул на носилки в пол-оборота.

– Дары вашему народу. Этот господин, – Джон кивнул на человека со шрамом, – хочет преподнести дары твоему Народу и лично вашему Владыке.

Шиво повернулся к человеку со шрамом, посмотрел ему в глаза и кивнул.

– Мой народ с благодарностью примет Ваши дары и не останется в долгу, – сказал он на своём языке.

– Что он сказал? – обеспокоенно спросил человек со шрамом у Джона.

– Он говорит, что твои дары будут приняты с благодарностью, – ответил ему Джон и, отвернувшись от человека со шрамом, сжал губы.

Джон и раньше работал с людьми с не лучшей репутацией, но этот человек у него вызывал особую тревогу. И Джон никак не мог понять, почему. Это его мучило, вгоняя в дурное настроение. Хотелось осушить пол бутылки виски и забыться на целый день, но есть договорённость, и он не мог себе такого позволить. Регулярное употребление алкоголя давало о себе знать, а тут ещё жара и это томительное ожидание чего-то нехорошего… Чёрт бы всё побрал!

Тем временем процессия, углубляясь всё дальше в джунгли, дошла до небольшой деревушки, словно нанизанной на дорогу из желтого камня, которая уходила дальше. Насколько было видно пришельцам, строения в деревушке ограничивались достаточно примитивными домами, свойственными подобному климату. На кострах у домов готовилась пища, босоногие дети младшего возраста гоняли по деревне вместе с местным аналогом собак, играя от души в догонялки. Они старались не заходить на дорогу, предпочитая бегать в стороне, поднимая при этом облако пыли.

На входе в деревню пришельцев поджидало несколько воинов с дубинами и носильщики, явившиеся с ответными дарами. На грубо сделанных носилках лежали приветственные золотые таблички, испещрённые текстом, прославляющим местных богов, а также украшения и предметы обихода, украшенные местными мастерами. Всё это стоило огромного состояния, но только не в Каотоот, где драгоценные камни и металлы были в таком изобилии, что служили лишь простым материалом для изготовления вещей. На Каотоот ценилось другое. Совсем другое.

Пришельцы, сохраняя внешнее хладнокровие при виде богатств, преподнесённых им в качестве ответного дара, поставили носилки на землю перед воинами и отошли, давая местным носильщикам возможность принять дары из далёкого мира.

– Мне нужно произнести речь? – обратился с вопросом к Джону человек со шрамом.

– Нет, это не Ваше дело, а его, – Джон кивнул на Шиво и обратился к тому с просьбой. – Ты мог бы красноречиво объявить о нашем подношении?

– Быть красноречивым – не моё предназначение, но я попробую, – усмехнулся тот.

Шиво повернулся лицом к стоявшим у входа в деревню людям, снял с пояса свою короткую дубинку и поднял её вверх. Её боевая часть испустила искры электрического тока, что впечатлило богобоязненных жителей Каотоот.

– Пришельцы из далёкого мира смиренно преподносят дары нашему Великому, Обласканному Божественными Лучами Народу и выражают нам своё глубокое почтение и восхищение! – громко произнёс он. – Мы же, в знак признательности, даруем им предметы, изготовленные великими мастерами нашего народа, чтобы слава о нём распространилась ещё дальше за пределами границ нашего государства!

Люди в деревне стали громко проявлять дружелюбие. Носильщики под охраной воинов подошли к накрытым носилкам и, подняв их, вышли из деревни и двинулись дальше по дороге. Они уносили дары по жёлтой дороге в город, где их уже ждал Правитель. Пока носилки не скрылись за поворотом, человек со шрамом очень сильно нервничал. Джон заметил это, и не мог понять, что спутника так беспокоит. Вроде, не первый раз здесь… Впрочем, не его это дело.

– Мы уже можем забирать ваши дары? – обратился Джон к Шиво, убирающему свою дубинку обратно.

Тот утвердительно кивнул.

– Забирайте! – обратился Джон к людям, пришедшим с ним.

Те не сдвинулись с места, но вопросительно посмотрели на человека со шрамом. Получив от него одобрительный кивок, они подошли к носилкам с сокровищами и подняли их, готовые нести.

– Нам пора возвращаться, – тихо сказал человек со шрамом, на что Джон понимающе кивнул.

– Мой спутник желает отправиться в обратную дорогу. Веди нас, Шиво, – попросил Джон.

Шива кивнул в ответ и пошёл. Вся группа, развернувшись, отправилась в обратный путь.

Глава вторая

Дверь старого, видавшего виды, «Жигулёнка» захлопнулась, и мотор завёлся. Завёлся он на удивление резво, что совсем не вязалось с внешним видом машины. Тимур был внимателен к работе своей единственной автомашины, но внешний вид он намеренно оставлял в неряшливом, неухоженном состоянии. При желании Тимур мог себе купить и абсолютно новую машину, деньги были. Но он хотел скрыть истинное положение дел. Чем меньше о тебе знают, тем крепче ты спишь.

Машина отъехала от старой, запущенной многоквартирной пятиэтажки и поехала по пыльным улицам Кызыла в противоположную часть города, где Тимур работал сторожем на складе. Весеннее солнце уже припекало, и в машине стало душно. Открывать окно Тимур даже не пытался. Глотать пыль? Нет, спасибо. Включив вентиляцию, Тимур в очередной раз порадовался тому, что поставил дорогие и качественные воздушные фильтры, которые теперь отлично очищали забираемый с улицы воздух наполняя салон автомобиля прохладой и свежестью. Скоро должна была начаться его смена. Но торопиться не стоит. Тише едешь – дальше будешь.

Тимур работал на пол ставки и только днём, так, чтобы не вставать очень рано и не заканчивать свой рабочий день слишком поздно. Его начальник был весьма удивлён, когда Тимур без споров согласился на очень низкую заработную плату, лишь бы работать в таком режиме. Ещё больше его удивило то, что Тимур попросил давать ему незапланированные отгулы за его же счёт. Коллеги Тимура по складу откровенно удивлялись его легкомысленности и открыто говорили ему, что молодому 20-летнему смышлёному парню не место на этом складе, что он губит себя. Его часто уговаривали взяться за ум и пойти учиться, ведь у Тимура было полное среднее образование. Он же шутливо отмахивался от этих разговоров и всегда говорил, что пока ничего интересного не подвернулось. Так прошло десять лет.

Доехав до небольшого склада на окраине города, Тимур оставил машину в тени здания и направился к служебному входу.

– Доброе утро! – поздоровалась с ним на проходной пожилая полная коренастая вахтёрша.

– Привет! – Тимур одарил её приветливой улыбкой.

Они оба устроились работать на этот склад ровно десять лет назад и считались тут старожилами. Дольше них тут работал только начальник склада.

– Что в рюкзаке? – поинтересовалась вахтёрша.

– Пирожки и минералка, – Тимур стал расстёгивать свой рюкзак для досмотра, но вахтёрша, кивнув головой, лишь махнула рукой, давая понять, что он может проходить.

Тимур был надёжным работником. За всё время к нему не было ни единой претензии. Ему можно было верить – это знали все на складе.

Пройдя в раздевалку, он открыл свой персональный шкафчик и переоделся в рабочую униформу. Взяв с собой рюкзак с пирожками и водой, Тимур направился на склад.

***

– Всем привет! – громко поздоровался Тимур с другими работниками на складе.

Ему приветливо ответили и тут же вновь занялись своими делами. Здесь царили прохлада и полумрак.

– Сейчас должна фура с товаром прибыть, – сообщил Тимуру один из работников. – Сможешь направить сюда и покараулить снаружи, пока её разгрузят?

– Да, без проблем, – согласился Тимур.

– Отлично! Давай.

Поставив свой рюкзак у стола, где обычно обедают работники склада, и прихватив из него бутылку воды, Тимур направился к воротам разгрузки. Оттуда тянуло прогретым воздухом, и свет ударил в глаза.

Некуда было спрятаться от солнечного света. Со стороны подъезда грузовиков намеренно не стали сажать деревья, чтобы те не мешали. Тени не было.

– Ну, хоть воду с собой взял, – хмыкнул Тимур и, достав сигарету, закурил.

Солнце подпекало сверху, снизу подогревала разогретая почва, от которой поднимался горячий воздух. Докурив сигарету, Тимур бросил окурок на землю, нисколько не заботясь о чистоте. Он прекрасно знал, что мусорка стоит внутри склада сразу возле выхода, через который он вышел сюда. Но, ему было плевать.

Открыв бутылку, Тимур отпил немного воды. Прикрыв рукой глаза, он попытался полюбоваться облаками, которые скучивались над горой вдалеке. Полюбоваться получилось, но не долго. Глаза заслезились от их белоснежной яркости.

– Ах, ты чёрт! – ругнулся Тимур, зажмурившись.

Он открыл глаза и бросил взгляд на дорогу. Наконец-то! Приближалась фура, которая, словно комета, оставляла за собой длинный пылевой хвост.

Подъехав к складу, фура остановилась, и из неё, заглушив мотор, вышел водитель с бумагами.

– Здравствуйте! – поздоровался водитель с Тимуром и протянул сопроводительные бумаги. – Я по правильному адресу прибыл?

– Да, всё верно, – кивнул Тимур. – А документы – не мне, я тут только сторож. Пойдёмте, я Вас провожу.

Вернувшись из склада, водитель вновь взобрался в кабину фуры и, умело маневрируя, задним ходом припарковался перед одними из разгрузочных ворот. Грузчики ловко выгружали картофель и лук. Тимур прогуливался туда-сюда, не спуская глаз с территории возле грузовика и разгрузочных ворот. Когда фура была почти полностью разгружена, к складу подъехала тонированная иномарка и остановилась недалеко от Тимура. Переднее стекло со стороны пассажира опустилось, и из окна выглянул коротко стриженный молодой мужчина в тёмных очках.

– Эй! – позвал он Тимура. – Слышь?

Тимур повернулся к нему, но подходить не стал.

– Тут у вас человечек один есть, Тимур зовут. Ты его знаешь?

Внутренне Тимур напрягся. Героем он не был. Он терпеть не мог такое начало. За этим могло последовать всё, что угодно. И по иронии судьбы это был основной контингент тех, с кем ему приходилось общаться по работе. По своей основной работе.

– Ну, я Тимур.

– Ты? – уточнил мужчина в машине.

Тимур молча кивнул и осмотрелся по сторонам, так как всё ещё выполнял обязанности сторожа.

– Слышь, подойди, надо кое-что перетереть, – мужчина поманил его рукой.

Тимур подошёл поближе, не переставая наблюдать за разгрузкой и за территорией склада. Подошёл так, чтобы до него нельзя было дотянуться из машины.

– Говори, – тихо произнёс он.

– Сегодня вечером за городом, – произнёс мужчина в машине.

– Во сколько? – Тимур понял, о чём идёт речь, и не задавал лишних вопросов.

– В десять вечера пойдёт?

Молча достав из кармана маленькую записную книжку с какими-то схемами на страничках, Тимур заглянул в неё и стал что-то обдумывать, глядя на площадку разгрузки.

– В десять будет поздно. Давай встретимся в половину, чтобы успеть всё подготовить и вовремя начать. Место то же самое?

Водитель молча кивнул и подытожил:

– В половину встречаемся. Место прежнее. Ну бывай. До вечера.

– До вечера, – Тимур закрыл записную книжку и спрятал в карман.

Поднимая облако пыли, иномарка стала удаляться от склада, направляясь в город, а Тимур вновь вернулся на своё место по присмотру за разгрузкой. Никто его ни о чём не спросил.

***

После работы, переодевшись, Тимур направился домой. Никаких походов по магазинам или посиделок с друзьями. Он хотел поесть и успеть выспаться до вечера. На всякий случай он оформил отпуск за свой счёт на несколько дней. Тимур не знал, как всё пройдёт, придётся ли ему задержаться.

Его разбудил будильник. Тимур оделся по-походному, обул высокие, плотно зашнуровывающиеся ботинки для пересечённой местности. Он положил во внутренний на молнии карман свою записную книжку и шариковую авторучку, взял из-под дивана, на котором он обычно спал, небольшой цилиндрический предмет. Этот предмет напоминал Тимуру трость, хотя был длиной не более 40 сантиметров. Осмотрев, Тимур засунул этот уменьшенный вариант трости себе за пояс и, подойдя к зеркалу, осмотрел себя с ног до головы. Готов. Он провёл пальцами левой руки у себя за ухом и нащупал там приклеенную полоску из пяти маленьких квадратов. Да, он точно готов.

На кухне Тимур достал из ящика пластиковый бутылёк с таблетками и проглотил одну, запив её водой. Лёгкие надо поддерживать в форме. Теперь можно ехать к условленному месту встречи.

Оказавшись на месте, Тимур остановил свою машину за чертой города у одиноко стоящей юрты, где его уже поджидали люди. Человек, что днём разговаривал с ним, дал знак своим спутникам, и те, достав из багажника сумки, вошли внутрь юрты. Тимур последовал за ними. Юрта внутри была почти пустой. Только стояли крепкие мужчины с сумками и деревянная конструкция в центре юрты, а у дальней стены лежала груда шкур.

– Ставьте, – распорядился Тимур, указывая на шкуры.

– Слышали? Быстрее! – скомандовал по-тувински мужчина своим спутникам.

Несколько мужчин быстро подошли к лежащим шкурам и вытащили из-под них дверь. Это была обычная старая дверь, на подобии входной двери в квартиру времён Советского Союза. Её быстро установили в конструкцию в центре юрты. Теперь дверь стояла, как положено, вертикально, но она никуда не вела.

– Открывайте, – сказал Тимур.

– Где ключ? – спросил по-тувински человек у своих спутников.

Один из его спутников стал искать что-то на полу в том месте, где ещё совсем недавно лежала дверь. Найдя небольшой деревянный брусок, к которому цепочкой был пристёгнут самый обыкновенный ключ, он подошел к двери и открыл замок. Тимур посмотрел на часы, было без трёх минут десять. Потом пристально посмотрел на дверь.

– Всё в порядке? – спросил у него мужчина.

– Всё нормально. Ещё три минуты.

Пробило ровно десять часов вечера. Тимур опустил руку с часами.

– Приготовились! – скомандовал он всем.

Мужчины быстро взяли сумки в руки и сгруппировались за спиной Тимура, подошедшего к двери. Едва зримая рябь тронула пространство от двери и дальше в стороны. Тимур взялся за ручку двери, открыл её и шагнул вперёд.

***

Проходя сквозь дверь, Тимур и его спутники ощутили небольшое сопротивление, словно воздух стал густым, как вода. Последний закрыл за собой дверь, и рябь вновь прошлась по пространству возле двери.

Они оказались внутри торговой лавки, за окном виднелась оживлённая улица, освещаемая электрическим светом ламп. Старый японец, хозяин лавки, внимательно посмотрел на пришельцев и, ничего не говоря, отвернулся и продолжил заниматься своими делами. Старик знал про дверь.

– Идём, – после короткого осмотра улицы за окном скомандовал Тимур и вышел на улицу. Группа последовала за ним, стараясь не терять друг друга из вида.

Оставив позади гуляющих, они добрались до бара в полуподвальном помещении. На входе стояло два охранника, преградивших им путь внутрь. Не говоря ни единого слова, Тимур продемонстрировал им то, что было у него за ухом. Те расступились, давая всей группе войти внутрь. Внутри помещения один из охранников на входе подал знак кому-то, указывая на гостей. К группе сразу же подбежала невысокого роста женщина, с почтительной улыбкой склонилась в поклоне, приветствуя гостей и указывая рукой, куда им проследовать. Пройдя через коридор, они спустились ещё на этаж ниже, где их снова встретила охрана и проверила на предмет скрытого оружия. Все оказались чисты. Только Тимура не стали досматривать. Оказавшись в пустой комнате, группа расселась на полу на циновках у одной стены, ожидая, когда к ним придут.

Раздвижная дверь раскрылась, и вошло несколько человек. Все, кроме одного, были одеты в строгие костюмы. Тот, что был одет в обычную одежду, обратился к гостям на японском:

– Господин Кобаяси приветствует вас в своём скромном заведении.

Японцы расселись на своих местах перед тувинцами и Тимуром. Из всей группы пришельцев только Тимур и понял, что сказал японец. Понял, так как у японца за ухом тоже была приклеена полоска, обеспечивающая перевод. Он перевёл своим спутникам приветствие.

– Салют в ответ, – поприветствовал господина Кобаяси главный из группы тувинцев, а затем обратился к Тимуру. – К чёрту приветствие, пусть товар покажет. Мы сюда не лясы точить пришли.

– Мы благодарны господину Кобаяси за радушный приём и выражаем ему своё почтение, – тяжело вздохнув, обратился к японцам Тимур. – Мои спутники просят разрешения взглянуть на товар перед заключением сделки.

Господин Кобаяси окинул своих гостей сдержанным взглядом, потом грозно отдал приказ одному из своих спутников. Тот молнией метнулся из комнаты и очень быстро вернулся с портфелем в руках. Положив портфель перед гостями, он открыл замки и с поклоном отошёл. Главный из группы тувинцев, затаив дыхание, осторожно открыл портфель и заглянул внутрь. Послышался тихий выдох, знаменующий сдерживаемый восторг. Проведя рукой по содержимому портфеля, тувинец закрыл портфель.

– Выкладывайте! – скомандовал он по-тувински своим спутникам.

Те встали с сумками в руках и, открыв их, начали выкладывать пачки денег перед японцами. Японцы наблюдали за этим, не двигаясь, а тувинцы, закончив, отошли на свои места.

– Спроси, они будут пересчитывать? – попросил тувинец Тимура, кивая в сторону господина Кобаяси.

– Желает ли господин Кобаяси пересчитать деньги? – обратился с вопросом к посреднику Тимур.

После того, как посредник передал вопрос о деньгах господину Кобаяси, тот что-то коротко спросил у одного из своих спутников. Его спутник быстро проверил пачки денег своим намётанным взглядом и молча кивнул.

– В этом нет необходимости, – ответил господин Кобаяси.

– Они нам верят и не будут пересчитывать, – передал Тимур своим спутникам.

– Ну, тогда мы пошли? – спросил тувинец.

– Мы не смеем более отвлекать господина Кобаяси от его важных дел и удаляемся, – передал Тимур.

Получив одобрительный кивок со стороны господина Кобаяси, вся группа тувинцев и Тимур встали и, слегка поклонившись, направились к выходу.

– Слышь, что за цирк там был? – слегка подтолкнул в бок Тимура глава тувинской группы, когда они вышли на улицу, и улыбнулся, – Прямо, как в кино!

– А, что ты хотел? У них традиции. Могли бы и живыми оттуда не выйти, – пожал плечами Тимур. – Следующий раз выпендривайся поменьше. И побольше уважения в полупоклоне.

Обступив того, кто нёс портфель с товаром, группа направилась к тому месту, через которое они попали в этот город. В лавку к старому японцу.

Возвращение прошло без осложнений. Получив оплату наличными за свои услуги, Тимур сел в машину и отправился домой.

Глава третья

Тимур с трудом выплыл из сна, слегка приоткрыл глаза и спустя мгновение вновь их закрыл, намереваясь снова погрузиться в сон. Тихий, осторожный и ненавязчивый стук повторился. Глаза Тимура резко и широко распахнулись: «Значит, и, правда, кто-то пришёл?». Тимур мгновенно собрался с мыслями, потом резко встал с кровати.

– Минуту! – крикнул он, спешно одевая трико. – Уже иду!

В глазок Тимур увидел за дверью сухонького, сгорбленного человека преклонных лет. Он был один.