Я для тебя…

Глава 1

– Ника, они смотрят на нас! – украдкой оглянувшись, прошептала мне подруга Катя, когда мы вышли из здания на улицу.

Я и без этих слов чувствовала взгляды трёх самых главных мажоров университета: Андрея Климова, Кости Пикина и Глеба Ивлева, ледяными иглами впивавшиеся в мою спину, начиная от макушки и заканчивая пятками. Они сбивали моё дыхание до судорожных вдохов, заставляли ладошки потеть от страха и тревоги.

Я старалась не выдавать своих эмоций, но это давалось мне с огромным трудом и отнимало много моральных сил! А всё потому, что я знала, на что способна эта тройка! Не один раз испытала на себе их «невинные» шуточки.

– Делай вид, что их нет. – подхватив подругу под руку, я ускорила шаг, стараясь увеличить расстояние, разделяющее нас и парней.

Старалась не прислушиваться к свисту и стёбу сзади. Уже начала радоваться, что получилось уйти без последствий, как вдруг, оглушительно визжа шинами, проехав в полуметре от меня с Катей, и резко остановившись, дорогу нам перегородил белоснежный «BMW X1». Стёкла тонированные, но, даже не видя водителя, я прекрасно знала, кому принадлежит этот автомобиль и мысленно издала горестный стон: по мою душу пожаловал сам демон – Артём Дымов.

Единственный сын олигарха, Евгения Дымова, которому принадлежали шахты по добыче золота, он являлся некоронованным королём нашего университета. Высокий, под метр девяносто, с шикарной атлетической фигурой, Артём имел сногсшибательную внешность: тёмно-каштановые волосы, выбритые на висках и затылке и поднятые «ирокезом» на макушке, карие глаза, немного скошенные к вискам и придающие ему вечно скучающий вид, брови, чуть сходящиеся к переносице, прямой нос, губы с чётким контуром, с плавным изгибом скулы. Картинка, мечта всех девушек универа, главный герой из снов! Вот только мне суждено было узнать изнанку его тёмной души, его постоянное стремление унизить, побольнее задеть, окончательно сломить! С его губ в меня летели издёвки, а глаза источали пренебрежение.

Вот и сейчас, опустив тонированное стекло, Артём, приспустив на нос зеркальные очки, смотрел на меня так, будто увидел неприятное насекомое.

– Куда собралась, Стрекоза? – немного растягивая слова, спросил он.

Это прозвище он дал мне почти сразу, как только между нашими отцами возник конфликт. Дымовы приехали в Питер только в этом году, когда их сыну пришла пора начинать грызть гранит большой науки, чтобы быть достойным преемником своего отца. Почему они выбрали Санкт-Петербург, оставалось вопросом, но само семейство об этом особо не распространялось. Мои родители работали в мэрии, в отделе по благоустройству города. Папа, Владимир Кирилин, был начальником отдела по работе с молодёжью и подростками, занимался новыми проектами центров творчества. Мама – Зинаида – менеджером по озеленению. Приехав в северную столицу, Евгений Дымов решил показать себя, построив спа-отель на месте, где у моего папы уже был готовый проект на строительство Дома Творчества, в котором дети и подростки могли заниматься в различных секциях и кружках. И вот из-за этого начались встречи, на которых каждый тянул «одеяло» на себя. На стороне моего папы был закон и подписанные договора со многими строительными фирмами, из-за чего администрации могли выставить огромные штрафы за неустойку, не начни они работу в срок. Дымову – старшему пришлось уступить. Из-за этих разногласий негативное отношение его сын почему-то спроецировал на меня.

Первый раз наша встреча состоялась, когда я пришла к родителям на работу, чтобы вместе пообедать. Подойдя к кабинету папы, я около дверей встретила двух мужчин, по всей видимости, отца и сына, судя по их поразительному внешнему сходству. Остановившись, парень начал осматривать мою худенькую, невысокую фигурку, потом перевёл взгляд на моё лицо. Я прекрасно понимала, что он видел: обычные русые волосы, овальное лицо, чуть полноватые губы, немного вздёрнутый нос и, конечно, ОЧКИ! Так как у меня была очень сильная близорукость, то дальше своего носа я ничего не видела и носила очки с такими сильными линзами, что мои глаза необыкновенного фиолетового цвета, выглядели, как стрекозьи. И пока я, затаив дыхание, рассматривала его совершенную внешность, он, неприязненно усмехнувшись, бросил одну фразу:

– Ну и Стрекоза!

У меня от неожиданной грубости перехватило дыхание, будто он со всего размаху дал мне под дых! Опустив глаза, чтобы не показать, как мне больно, я обеими руками ухватилась за дверную ручку, но тут же почувствовала сильный рывок за талию и оказалась прижата к огромному накачанному торсу. У меня вырвался короткий вскрик, который парень заглушил своей большой рукой. Я в шоке рассматривала массивный золотой браслет на его запястье и ощущала аромат свежести и цитрусовых, пока он, наклонившись к моему уху, говорил:

– Твой отец не прогнулся, значит, искупать его ошибку будешь ты. Станешь делать то, что я захочу. И попробуй только пожаловаться. Я узнаю и тогда будет хуже. Кивни, если поняла, Стрекоза!

Я заторможенно покивала и парень, дёрнув напоследок ещё раз за волосы, пошёл догонять старшего мужчину. Тряхнув несколько раз головой, чтобы убрать из неё звучание глубокого, чуть хрипловатого баритона, я пыталась прийти в себя. Кто это был и что ему от нас нужно?! Как может человек с такой внешностью и с таким голосом говорить девушке такие ранящие слова! Зачем ему это?! Потешить своё эго? Или у него на самом деле в порядке вещей грубое отношение к девушкам?! Голова шла кругом от потока мыслей, и я даже забыла, что стою возле двери кабинета папы, пока он сам не вышел и не наткнулся на моё тельце, застывшее на пути.

– Ника, привет! Ты что тут замерла? Тренируешься в открывании дверей взглядом? – пошутил папа, обнимая меня рукой за плечи.

– Привет, па! Ты освободился? Пообедаем вместе, пока у мамы нет срочной работы. – взяв его под руку, я пошла рядом.

– Ну, тогда пойдём за мамой, мандаринка. – ласково потрепав меня по макушке, согласился папа.

Это прозвище мне нравилось. В детстве я в бессчётном количестве поедала мандаринки. Все ребята в садике отдавали мне эти оранжевые вкусняшки. Кожуру я приносила домой и раскладывала по полочкам, чтобы запах наполнял комнату. За эту причуду родители стали называть меня мандаринкой. И хоть сейчас мания к ним у меня пропала, для родных это вошло в привычку. Я не возражала: мне нравилось, что меня сравнивают с маленьким солнышком.

Глава 2

Позвонив маме, мы пошли занимать место в нашем любимом кафе «Алёнушка». Интерьер в нём был стилизован под русскую избу: деревянные столики, украшенные льняными скатертями, удобные лавки с мягкими подушечками на них, вдоль стен стояли старинные сундуки, кованные подсвечники из чугуна с висящими на них фонарями, сделанными как керосиновые лампы, на окнах с резными деревянными подоконниками, колыхались от свежего ветерка ситцевые занавески.

Меню здесь тоже составляла исключительно русская кухня. Так как мы были здесь частыми посетителями, официантка, одетая в русский сарафан, приветливо кивнула нам и провела к двум свободным столикам, стоявшим в глубине зала.

Заказав солянку, бефстроганов с картофельным пюре, пирог из слоёного теста с чёрной смородиной и свежий яблочный сок, мы стали ждать маму. Колокольчик на двери затренькал, извещая о новых гостях, и я уже собралась махать рукой, думая, что это она, но, увидев вошедших, постаралась отодвинуться за папу, потому что в кафе вошёл тот самый парень с отцом. Вот что за «везение»! Не могли выбрать другое кафе или даже ресторан по своему статусу! Официантка, проведя беглый осмотр, приветливо предложила провести их в ВИП зону, не забывая одаривать парня обольстительными улыбками. Я уже хотела облегчённо выдохнуть, как внезапно карие глаза устремились прямо на меня, вызвав ожог на коже! Криво усмехнувшись одним уголком рта, этот красавец направился прямо к столику рядом с нашим. Я постаралась ещё больше отклониться в сторону и неожиданно завалилась, не упав только потому, что зацепилась обеими руками за край стола. Этим движением привлекла внимание папы.

– Ника, всё в порядке? – оторвавшись от телефона, вопросительно на меня посмотрел.

Ответить я не успела, потому что вновь прибывшие посетители подошли к соседнему столику, и мы все невольно посмотрели друг на друга.

– Ещё раз доброго дня. Вы тоже решили здесь пообедать? – спросил старший мужчина, присаживаясь на скамью.

– Это наше любимое место для обедов. – ответил папа.

– И как здесь кормят? Не хотелось бы разочароваться в русской кухне. – шутливо поинтересовался мужчина.

– Не переживайте. Мои девочки те ещё гурманки, но еда в этом кафе их вполне устраивает, как и меня. Поэтому, смело заказывайте. – развеял его опасения папа.

Пока мужчины просматривали меню, я, наклонившись поближе к папе, прошептала:

– Это кто?!

– Дымовы. Отец Евгений и сын Артём. Мы со старшим немного поконфликтовали, так как разошлись во мнениях по поводу использования здания для Дома Творчества, но сегодня этот вопрос утрясли. – пояснил папа.

Я с удивлением заметила, что вопреки словам папы, никакой неприязни в нашу сторону Дымов – старший не выказывал. Наоборот, был улыбчивым и спокойным. А вот о сыне я сказать такого уже не могла – парень просто источал враждебность. А в том, что это отец и сын, сомневаться не приходилось, когда они были вместе и так близко ко мне, что я могла детально рассмотреть малейшие подробности в чертах лиц. Смотря на них, у меня создавалось ощущение, что в семнадцать лет Евгения Дымова клонировали и заморозили в криогенной камере до этого момента, настолько феноменальным было сходство! Даже едва заметная родинка над верхним краем левой брови была и у того и у другого!

Наши соседи сделали заказ и стали о чём-то тихо разговаривать между собой, что позволило мне немного расслабиться. Дверной колокольчик тренькнул на этот раз от прихода мамы. Торопливо подойдя, она чмокнула меня в макушку и присела рядом, закрыв от соседей. В это же время принесли и наш обед.

– На совещании задержали. – немного виновато улыбнулась мама. – А вас не собирали, Володя?

– По какому поводу? – папа, уже взявшийся за солянку, задержал ложку возле рта.

– Рассматривают вариант под строительство спа-отеля. Помнишь тот заброшенный санаторий на пустыре возле выезда из центра в пригород? Хотят его реанимировать: озеленять, проводить ремонтные и реставрационные работы. Сказали, что некий Дымов спонсирует этот проект. – поделилась темой совещания мама.

– Кхм… – крякнув, папа многозначительно повёл глазами в сторону соседнего столика.

Украдкой выглянув из-за мамы, я увидела, что оба мужчины смотрят на нас.

– Евгений Дымов. – представился старший. – Очень рад, что администрация так быстро пошла мне навстречу. А это мой сын – Артём. Будет учиться в университете на факультете переработки минерального сырья.

От его слов я подавилась кусочком говядины, который пережёвывала в этот момент! Да что ж такое! Он, оказывается, ещё и учиться со мной на одном факультете будет! Ведь именно туда я поступила! Ещё со школы загорелась идеей об улучшении условий окружающей среды, чтобы сделать чище воздушные и водные бассейны нашей страны.

– Да что Вы? И наша Вероника тоже туда поступила! – гордо выдала мама и окончательно сдала меня, добавив. – На инженерную геологию!

Я посмотрела на Дымова – младшего и увидев, как довольно прищурились его глаза, скрыв хищный блеск, удручённо откинулась на спинку скамьи. Да он же мне житья спокойного не даст! Аппетит пропал, и я лишь отпила сок из высокого стакана.

– А Артём на горное дело пойдёт. Нужно вливаться в семейный бизнес. Всё-таки единственный преемник. – тоже внёс уточнение Евгений. В его голосе чётко улавливались нотки нескрываемой гордости за сына.

– Так, может, подружатся. Ника у нас застенчивая девочка. – воодушевилась мама.

– Мам! – тихонько позвала я, подёргивая за рукав её платья. – У тебя обеденный перерыв заканчивается, а ты ещё не поела.

– Ах, да, точно. Заботливая моя мандаринка. – погладив меня по голове, спохватилась мама. – Вы извините, но мы люди подневольные и за опоздание не похвалят.

– Не смею больше отвлекать. – Евгений поднял обе руки вверх и улыбнулся.

Глава 3

Я снова отпила сок и задумалась о том, какую же теперь стратегию поведения мне выбрать: попытаться договориться с этим мстителем или о любой его выходке жаловаться в деканат. Последнее мне никогда не нравилось. Я старалась решать проблемы сама. Хорошо хоть не на одном потоке будем постоянно находиться. Правда, спаренных лекций, думаю, будет тоже немало. Избежать встреч совсем не получится. У меня мелькнула трусливая мысль перевести документы в другой университет, но я тут же отбросила её – поджимать хвост я не буду, как бы не сложились обстоятельства. А, может, найдя себе новых друзей, у Артёма отпадёт желание доставать меня.

Я снова украдкой посмотрела на парня и наткнулась на его пронзительный взгляд. Кажется то, что мы не будем в одной группе, разозлило его. Вот-вот, позлись, и забудь обо мне! Как будто прочитав мои мысли, он скрестил руки на груди и покачал головой, заставив моё лицо залиться краской! Я вообще легко и по любому поводу краснела.

Быстро отвернувшись, я приложила руки к горящим щекам и почувствовала, как сердце забилось сильнее. Упрямый, наглый мажор, но, почему-то, он вызывал во мне неоднозначные чувства: хотелось огреть его чем-нибудь и в то же время было приятно, что вызвала его внимание. Конечно, хотелось бы по-другому начать наше знакомство, но я сильно сомневалась, что при других обстоятельствах он бы меня вообще заметил. Я тут же мысленно дала себе подзатыльник: «Ника, ты совсем с ума сошла?! О чём ты думаешь?!». Чтобы чем-то отвлечь себя, я быстро схватила вилку и наколола ещё один кусочек нежного мяса.

– Аппетит, наконец, проснулся? – будто издалека услышала вопрос папы.

– А? – рассеянно переспросила и тут же ответила. – Да, вот захотела ещё поесть.

– Ну-ну. – улыбаясь, сказал он.

Я поняла, что от него не ускользнули наши гляделки с Дымовым – младшим и дома меня ждёт разговор по душам.

Придётся рассказать полуправду: встретились возле его кабинета и Артём мне нахамил. Об остальном родителям, особенно папе, пока лучше ничего не говорить. Зная его, могу с уверенностью сказать, что он пойдёт к отцу парня и предупредит, пока по-хорошему, чтобы меня не трогали. Если дело касалось его дочери, то папу никто и ничто не могли остановить. Помню, как в школе, когда я в первый раз пришла на уроки в очках, один ученик, сын директора, начал надо мной смеяться и дразнить. Я повернулась, чтобы уйти, но он толкнул меня в спину, и я упала, до крови стесав коленки. Но это было полбеды: очки слетели с меня, приземлившись на цементное покрытие и стёкла тут же покрылись тончайшей паутиной трещин. О том, чтобы их одеть, не было и речи, а без них я не могла присутствовать на уроках, так как ничего не видела и не могла записывать то, что написано на доске. Наша классная руководитель позвонила маме, и она, приехав, забрала меня домой. Вечером, когда папа пришёл с работы, у нас состоялся семейный совет, на котором выяснялись подробности инцидента.

На следующий день папа пошёл прямиком к директору и в результате их разговора новые линзы были оплачены семьёй виновника, а сам он принёс мне извинения. Поэтому я и не хотела, чтобы папа раньше времени узнал об этой ситуации. Да и увидев, как общался с нами Евгений, его сын может ещё передумать меня третировать.

До конца обеда я старалась вообще не поворачивать голову в сторону соседнего столика, но по тому, как вспыхивали мои щёки, понимала, что Артём периодически смотрел на меня. На моё счастье, мама быстро закончила кушать и мы, попрощавшись с Дымовыми, пошли на выход. Я проводила родителей до администрации и чмокнула обоих в щёки.

– Ника, ты домой сейчас? – целуя меня в ответ, спросила мама.

– Я забегу к Кате. Обещала ей, что вместе сходим в университет. Ей нужно забрать справку о зачислении. – пояснила я. – Потом немного погуляем.

– Не задерживайся. Ужинать без тебя не сядем. – папа улыбнулся мне, смягчая свои слова.

– Конечно. Я успею ещё и помочь с его приготовлением. – успокоила я его.

– Может, за тобой заехать? – предложил папа.

– Да мне же идти два дома. Я и пешком дойду. – отказалась я.

– Ну хорошо, мандаринка, тогда до встречи дома. – сдался папа, видя мою решительность.

Помахав рукой, я проводила их взглядом, и как только за их спинами сомкнулись раздвижные двери, пошла на остановку. Ехать было недалеко и через пятнадцать минут я уже нажимала на дверной звонок подруги.

– О, Ника, наконец-то! Заходи. Я мигом оденусь и пойдём. – обняв меня, подруга скрылась за углом.

Я не нуждалась в сопровождении, потому что отлично знала расположение комнаты Кати. Она с родителями и братом Костей, который был на три года старше, жила в четырёхкомнатной квартире. Правда, в последнее время, Катя всё чаще поговаривала, что родители собираются делить жильё, чтобы помочь Косте с отдельной жилплощадью. Парень взрослый и дружит с девушкой, значит, нужен отдельный угол. Костя учился на горно-металлургическом факультете и перешёл на четвёртый курс. Несмотря на неполное образование, его уже взяли на работу в крупную фирму, а по окончании обучения поставят на одну из руководящих должностей. Парень был умным, уверенно шёл на красный диплом. С его памятью учёба была для него пустяковым делом. Я даже одно время была им увлечена, но потом, когда начала видеть его с девушками, мой пыл потихоньку угас и теперь я видела в нём только брата своей лучшей подруги. Да и Костя никогда не смотрел на меня по-другому.

Глава 4

Я разулась и пошла в комнату подруги. За это время она уже успела одеть белый топик и светло-голубые шорты. В отличие от меня, Катя была крепкого телосложения. Не полной, но сбитой. Про таких говорят – кровь с молоком. Смуглая, с сего-зелёными глазами и тёмными, почти чёрными волосами, она смотрелась очень экзотично. Ещё и губы были пухленькими, тёмно-малинового цвета. Вслед ей оборачивалось много парней, но она, как и я, была неуверенной в себе. Не знаю, откуда у Кати появился этот непонятный комплекс, но переубедить её мне никак не удавалось. Однажды, даже обиделась на меня, мол, избавиться от меня хочешь, раз подсовываешь к парням. После такого я перестала переубеждать подругу насчёт её внешности, надеясь, что найдётся тот, кто сможет пробить такую броню и доказать, что она желанна и может вызывать мужской интерес.

– О чём задумалась? – вырвала меня из раздумий Катя.

Оказалось, что пока я размышляла сама с собой, она уже успела сделать пучок на голове и подкрасить блеском губы.

– Думала, куда направимся после универа. – сказала я, естественно, не озвучив то, о чём думала на самом деле.

– Можно прогуляться до парка Победы. Там отличная тополиная аллея – будет где спрятаться от жары. А ещё есть ларёчки с мороженым и холодными напитками. – предложила Катя.

– Отличная идея! Так и сделаем! – согласилась я.

В университете было пустынно. С верхних этажей пахло краской. Лишь немногие студенты, как и мы с Катей, пришли за какими-нибудь документами. Даже не верилось, что через каких-то две недели здесь яблоку негде будет упасть от количества народа. Мы добрались до деканата и секретарь, напечатав нужную бумагу, попросила нас подождать, пока она сходит, поставит подпись ректора.

В приёмной было прохладно из-за опущенных жалюзи и работающего кондиционера. Мы удобно расположились на стульях и лениво осматривали помещение, когда дверь открылась и вошёл худощавый парень с торчащими соломенного цвета вихрами, серо-голубыми глазами, державший в руках папку, судя по всему, с документами. Посмотрев на него, мы с Катей в один голос воскликнули:

– Вик!

Он повернулся к нам лицом и стало понятно, что мы не ошиблись – это, действительно, был наш одноклассник Витя Вахушев. Мы, с первого до одиннадцатого класса проучились вместе. Вот только он подал документы в юридический университет, а мы с Катей – в горный. Поэтому сейчас я глазам своим не поверила, увидев его.

– Тебя как сюда занесло?! – не удержалась я от вопроса.

Вик хохотнул, и обняв нас, уселся на рядом стоявший стул.

– Да это всё братан устроил. Сказал, что из меня юрист, как из него – балерина. Договорился со своим партнёром, и они засунули меня сюда. Как закончу, поеду к ним. Буду на взрывных объектах руководить. – поведал он нам свою ситуацию.

Все в классе знали, как Виктор гордился своим старшим братом Степаном. Он с другом открыл свой бизнес по добыче полезных ископаемых, раскрутился и сейчас, в свои двадцать пять лет, был очень состоятельным молодым мужчиной. Отец у них скончался от рака, и Степан обеспечивал маму и Витю. Он хотел забрать их к себе, но мама воспротивилась. Сказала, что не хочет вырывать младшего сына из привычной среды. Настояла, чтобы образование он получил здесь. Стёпа тогда возражать не стал, но сейчас всё же поступил по-своему. Я считала, что это правильное решение. Если можешь помочь, то делай.

– Вот и я снова с вами буду, девчата. – улыбнулся нам Вик.

– Как же здорово! И Стёпка такой молодец! – воскликнула Катя и ещё раз обняла сидевшего рядом парня.

На смуглой коже подруги трудно было что-либо разглядеть, но сейчас я вдруг увидела румянец, выступивший на её щеках. Это заставило меня сделать кое-какие выводы: а только ли дружеские чувства испытывает к Вику Катя? Я никогда не рассматривала друзей в таком ключе, но вот сейчас мне стало прям любопытно, и я решила понаблюдать.

– А вам так не терпится начать учиться? – шутливо спросил друг.

– Да маме справка о моём зачислении на работе нужна. Вот и пришлось по жаре сюда тащиться. – скорчила недовольную мордашку Катя.

Подруга села на стуле, выпрямив спину и закинула ногу на ногу. Витя скосил глаза на неё, и я заметила, как дёрнулся его кадык. Дааа, дела! А я то и не замечала раньше ничего! При случае выскажу подруге всё о её скрытности! Решив внести свой вклад в объединение сердец, спросила у парня:

– Вик, а какие планы у тебя после того, как документы сдашь?

Ответить ему помешала секретарь, принёсшая справку Кати. Поставив печать, она подала ей журнал для подписи, а потом переключилась на Вика.

– Ты что, пригласить его хочешь с нами пойти?! – прошептала Катя, отведя меня в сторону.

– А что тут такого? Он же наш друг. Раньше мы постоянно же гуляли. Или ты не хочешь, чтобы Вик шёл? – сделав невинное лицо, недоумевающе спросила я.

Подруга стушевалась, но быстро пришла в себя.

– Хочу, конечно! Мы же всё лето не виделись, поболтаем. – в конце концов согласилась она.

– Ну вот и чудненько!

Я улыбнулась и, не давая Кате передумать, подошла к Вику. Он как раз расписывался в реестре сданных документов.

– Хочешь составить нам компанию? Мы с Катей надумали погулять в парке Победы. – озвучила я наши планы.

– Отлично! У меня как раз есть пара свободных часов! – искренне обрадовался Вик.

Глаза Кати радостно блеснули, но она тут же опустила их, сделав вид, что поправляет топик. Вот же скромница! Хотя, я-то точно такая же! Ни за что первая не покажу парню, что он мне нравится. Мысли тут же перескочили на Дымова – младшего и теперь уже мои щёки обожгло огнём, заставив поспешно отвернуться! Да что же это такое! Почему я так на него реагирую?!

Я сделала вид, что изучаю на стенде информацию и, придя в норму, снова повернулась к друзьям.

– Ну что, выдвигаемся?

Глава 5

Покинув прохладную приёмную, вышли на улицу, где стояла жара. Решив прогуляться, мы, не торопясь, пошли по той стороне улицы, где дома отбрасывали тень на тротуар. Катя выбрала левую сторону от меня, а Витя – правую. Я мысленно похихикала, но пока не стала строить из себя купидона. Мы увлечённо болтали обо всём, ведь не виделись всё лето и новостей накопилось очень много. Дойдя до парка, первым делом нашли ларёк с мороженым, и выбрали себе по замороженному льду: Катя – дыню, Вик – колу, а я – гранат. Витя, несмотря на наши яростные протесты, заплатил за всех. Наслаждаясь ледяным лакомством, мы решили поискать свободную лавочку в тени аллеи. С трудом, но нам удалось отыскать такую почти в самом конце, возле парка аттракционов. Вик достал телефон и начал показывать нам фотографии разных мест в городе, где сейчас жил Степан. Меня особенно поразила природа: буквально в нескольких десятках метров от домов начиналась тайга! Зелёные красавицы ели, пихты, кедровые сосны тянулись в небо, и казалось, что между ними нет просвета; трава насыщенного изумрудного цвета была густой и высокой; небо поражало своей насыщенной синевой! Я, затаив дыхание, подолгу зависала на каждой фотографии, тщательно рассматривала мельчайшую деталь!