Дымок. Пушки и розы

Рождение

В бескрайней пустыне среди песчаных барханов затерялся маленький оазис. Поросший зеленью, он скрывал внутри себя несколько построек и их обитателей.

Наступил вечер. Солнце клонилось к закату и должно было вот-вот скрыться за горизонтом. В эти минуты залитый оранжевым светом оазис выглядел необычайно красивым. Этот вечер был особенным, но закат тут был ни при чем. В эти минуты должен был появиться на свет новый обитатель оазиса, и вместе с этим мир должен был навсегда измениться.

Будущие родители были невероятно встревожены, им не терпелось увидеть, как их малыш появится на свет, это был их первый ребенок, и это обстоятельство добавляло волнения.

Из их домика раздавались голоса.

– Не торопись, не торопись!

– Давай, давай, еще немного!

– Ну что ты делаешь, подойди с другой стороны, крепче, крепче держи!

– А это еще что такое!?

– Все нормально, так и должно быть, ну давай же смелее!

– Мы ничего не забыли?

– Все нормально, не волнуйся, уже почти все!

Наступила тишина, а через какое-то время двери распахнулись, и родители вынесли на свет маленькое дитя.

– Он молчит, – озадаченно заметила мама.

– Что мне делать? – испуганно переспросил отец.

– Давай поставим его на рельсы.

Отец опустил малыша на рельсы, но ничего не произошло. Малыш стоял на колесах на маленькой детской колее, он не двигался и молчал.

– Закрой глаза, – приказным тоном сказала мама.

Папа зажмурился и отвернулся. Мама подкатилась к малышу поближе и сильно стукнула его гаечным ключом. Раздался резкий, пронзительный звук паровозного гудка, малыш сорвался с места и резво покатился по своей колее.

– Получилось! У нас получилось, – радостно закричала мама.

Папа робко приоткрыл глаза, а когда увидел малыша, который стремительно несся по своей дорожке, стал радостно кричать и гудеть.

– Да, да! Какой славный у нас получился малыш, посмотри, как он весело мчится, какой он красивый!

– Весь в тебя, – влюбленным голосом ответила мама.

Папа засмущался и расплылся в улыбке.

– Ну, на тебя он тоже очень похож, – продолжая смущаться, сказал он.

Малыш тем временем набирал обороты, приближаясь к повороту.

– Ай, стой, стой, стой, осторожнее на повороте, – испуганно закричал отец.

То ли малыш не услышал, то ли еще плохо понимал, что ему пытаются сказать, так или иначе все завершилось падением. Родители зажмурились, когда услышали страшный лязг железа и немедленно устремились к месту падения. Соскочив с колеи, маленький паровозик лежал на боку и продолжал как ни в чем не бывало крутить колесами, словно и не падал, а все еще мчался по дороге. Отец бережно приподнял его и аккуратно поставил на рельсы. Малыш резко сорвался с места, рискуя снова сойти с рельс. Сильная отцовская рука вовремя приподняла его.

– Не так быстро, – сказал папа и аккуратно опустил малыша на рельсы.

Все повторилось еще несколько раз. Малыш все время резко срывался с места, рискуя вылететь из поворота. Отец терпеливо возвращал его на место и повторял: «Не так быстро…».

Мама все это время внимательно смотрела на отца.

– Хм, а из тебя, кажется, получится хороший отец, – сказала она.

– А ты не сильно его стукнула? Может он так и будет теперь все время носиться без тормозов? – озадаченно спросил папа.

Мама растерялась и стала внимательно рассматривать малыша: все ли у него на месте?

– А! Постой, вот тут загогулинку сейчас подправлю…

Мама что-то подкрутила, и малыш начал успокаиваться.

– Ну вот, совсем другое дело! Опускай!

Папа осторожно поставил малыша на рельсы и тот неторопливо поехал дальше. Вскоре его колея замкнулась в круг, и паровозик стал кататься по кругу, а довольные родители удовлетворенно любовались на свое дитя.

– А как мы его назовем?

– Хм… А про имя я как-то даже и не подумал, – озадаченно произнес отец.

– Может, Гром? – робко спросила мать.

Отец скривился, словно проглотил кислый лимон, в ответ на его гримасу мама нахмурилась.

– Ну, хорошо, предлагай сам, – с обидой сказала она.

– Пусть будет Шторм! Да, посмотри, как он быстро едет, это же Шторм!

– Ну, нет! Только не Шторм! Знавала я одного Шторма, ничего хорошего, сроду никого обогнать не мог, только и делал, что болтал без умолку.

– Ну и пусть, это уж точно лучше, чем Гром! Назовешь Громом, так он и будет все время греметь, не поезд, а консервная банка!

Они продолжили спор, но никто не хотел уступать друг другу. Шло время, один день приходил на смену другому, родители нянчились с малышом и между делом продолжали спорить. Никто не хотел уступать.

Однажды утром отец повел малыша на прогулку, он уже много раз делал это. Как и всегда, папа открыл двери дома и перевел стрелки детской железной дороги так, чтобы малыш мог кататься по своему кругу.

Сам же он, как обычно, решил заняться своим садом. Вооружившись садовыми принадлежностями, он подъехал к розам, малыш в это время оставался у него за спиной, и отец не мог наблюдать за ним непрерывно. Каждый раз, когда малыш проезжал мимо, за ним оставался след дыма от трубы.

– Дымок, – говорил отец и спокойно продолжал заниматься своим делом.

– Дымок, – говорила мать в домике и продолжала заниматься своим делом, когда малыш проносился мимо домика.

Перед сном родители решили в очередной раз поспорить о том, как назвать малыша.

– Может, назовем его, – робко начала мама.

– Дымок? – хором произнесли они и рассмеялись.

На этом спор закончился, родители наконец-то пришли к компромиссу.

Так малыш получил свое имя.

Вопросы

Шло время, Дымок подрастал, он уже научился говорить и засыпал родителей вопросами.

– Пап, а пап. А мы всегда, всегда будем вместе кататься по кругу вокруг лужайки?

– Конечно!

– Здорово! А зачем?

– Чтобы поливать цветы.

– Ух ты! А зачем поливать цветы?

– Если их не поливать, то они завянут, а если поливать их вовремя, то однажды наш оазис будет весь покрыт цветами.

– А я тоже буду расти как цветы?

– Ну конечно, ты уже растешь.

Дымок приостановился и попытался оглядеть себя внимательно.

– Да—а–а? Прямо сейчас расту? И труба вырастет большая-пребольшая как у тебя?

– Да!

– И колеса, как у тебя, пребольшущие?

– Да!

– Ой! А как я помещусь с большущими колесами на своих детских рельсах?

– А мы с мамой заменим их взрослыми, а еще ты сможешь ездить по моим рельсам!

– О! Поскорее бы! А почему у меня не растет рука как у тебя?

Дымок бросился догонять отца, который отъехал немного к тем розам, которые еще не поливал.

– Ну, руки у тебя пока нет. Мне она нужна, чтобы поливать цветы, а ты еще не решил, кем ты будешь, может она тебе и не нужна вовсе!

Дымок снова задумался, он смотрел на то место, где у него должна быть рука, потом перевел взгляд на отца и стал наблюдать, как тот ловко управляется с лейкой, подправляет листочки роз и рыхлит землю.

– Но ты ведь не только поливаешь, ты еще много чего делаешь, чтобы ухаживать за цветами?

– Ну да…

– Значит, рука нужна не только садовнику, но и всем паровозам, так как вещь эта очень полезная и в хозяйстве всегда пригодиться!

– Ишь ты, какой хозяйственный, – шутливо сказал папа.

Дымок продолжал сыпать вопросами, а папа терпеливо рассказывал ему, почему небо голубое, почему солнце светит и многое другое. Наступил вечер, и они пошли домой. Напоследок они оба остановились у входа в дом и в лучах заката посмотрели на цветы.

– Посмотри, сынок, как красиво!

– Да—а–а—а… – восхищенно ответил он.

– Завтра продолжим, а сейчас пора спать.

Мама уложила Дымка в детскую кроватку и погладила его по голове.

– Спи, сынок.

– Мам, а мам, а расскажи сказку, пожалуйста, – упрашивая, протянул Дымок.

– А какую сказку ты хочешь, чтобы я рассказала?

– Не знаю. Новую сказку, которую еще не слышал.

– Ну, тогда слушай…

И мама начала читать:

Рельсы, рельсы,

Шпалы, шпалы.

Ехал поезд запоздалый,

Рассыпал пшеницу.

Пришли куры, поклевали…

– Мам, а кто такие куры? – удивленно спросил малыш.

– Куры – это такие сказочные существа, он питаются тем, что рассыпает поезд. Никто их никогда не видел, но говорят, что они существуют.

– У… вот бы увидеть хоть одну такую куру…

– Эх ты, кура, – мама потрепала малыша по голове и продолжила рассказ. – Пришел слон, растоптал.

– А слон тоже сказочное существо? – перебил маму Дымок.

– Конечно, и очень большое! У него есть хобот и огромные уши.

– А что было потом?

– Потом пришел дворник и все размел…

– А дворник, он какой?

– Дворник – это человек, который подметает то, что рассыпал поезд. У него есть большая метла, ей он и метет.

– А человек – это кто?

– Спи, когда-нибудь ты узнаешь, кто такой человек.

– А я его увижу?

– Нет, его никто никогда не видел, но человек точно существует, я знаю это.

Дымок закрыл глаза и попробовал представить слона. Это было сделать легко, ведь малыш знал, что слон очень большой и у него есть уши и хобот. Кстати, а что такое уши и хобот?

Садовник

Малыш заснул.

Родители принялись обсуждать прошедший день. Папа рассказывал маме, какие смешные, а иногда серьезные вопросы задает Дымок. Мама рассказывала, сколько угля она успела сегодня заготовить, и что собирается заняться ремонтом дороги в оазисе. Вдруг папа вспомнил про руку, о которой спрашивал Дымок.

– Я даже не заметил, а малыш стал уже почти совсем взрослый, сегодня сказал, что хочет, чтобы у него была рука, как у меня, тоже будет поливать розы.

– А давай сделаем ему подарок! Рука то у меня давно готова, лежит в шкафу, дожидается. Возьмем да и прикрутим ее прямо сейчас, а утром он проснется и удивится.

– Ха-ха-ха. Да он с непривычки ее, наверное, даже и не заметит.

Родители тихонько подкрались к детской кроватке, папа держал руку для малыша, а мама инструменты.

– Ц-ц-ц, только тихо! – прошептала мама.

Через несколько минут работа была закончена.

– Да, а скажем, что сама выросла!

– Ну, да! Скажем, что он уже взрослый!

Утро следующего дня началось с испуганного крика малыша.

– А-а-а! Мама, папа, помогите, меня кто-то схватил, он меня тащит, спасите!

Испуганные родители мигом оказались у кроватки Дымка. В кроватке лежал Дымок, его рука обхватила трубу и дергала изо всех сил, словно хотела оторвать.

– Уберите его, спасите, мне больно!

Родители стали смеяться, им первый раз приходилось наблюдать картину, когда Дымок испугался самого себя.

– Спокойно, Дымок, никто тебя не тащит, успокойся. Это не кто-то, это твоя рука, – стала успокаивать его мама.

– Он не отпускает, а-а-а!

– Посмотри на меня и сделай так, – сказал папа и помахал малышу рукой.

В ответ Дымок тоже помахал отцу рукой. Тут он понял, что опасность позади и в недоумении стал рассматривать свою руку. Он сжал кисть несколько раз и снова обхватил трубу, словно пытаясь понять, как это работает.

– Ура! У меня есть рука! – радостно закричал он.

Все вместе стали дружно смеяться.

– Помогите, спасите, – передразнивая, вспомнил отец.

– Ага, а знаешь, как страшно, – слегка надувшись, ответил Дымок и снова принялся смеяться.

Когда они все немного успокоились, папа решил поздравить малыша.

– Ну вот, теперь ты стал совсем взрослый, у тебя выросла рука, теперь ты, как и я, можешь поливать розы, – с гордостью произнес отец.

– Такой большой стал, такой взрослый, – нежно сказала мама.

– А что стало с рукой, которая лежала у мамы в шкафу? – с любопытством спросил Дымок.

Родители посмотрели друг на друга в недоумении, кажется, сюрприз не совсем удался.

– Спасибо, мама, спасибо, папа, – сказал малыш и чмокнул в щечки родителей, – вы мне такую замечательную руку прикрутили, я теперь самый счастливый паровозик на свете!

Родители широко улыбнулись.

– Пойду поиграю немного, надо посмотреть, что она умеет! – сказал он, рассматривая новую руку.

На выходе из домика паровозик на минутку задержался у дверного косяка, отметил на нем свой рост рукой и посмотрел на результат.

– Ну вот, сегодня еще не подрос. А, ладно, завтра подрасту! – как ни в чем не бывало пробормотал он и устремился на полянку.

– Как думаешь, подрастет завтра? – в шутку спросила мама у папы.

– А как же! Непременно, – подхватив шутливую интонацию, ответит тот.

Дымок тем временем уже катался по кругу вокруг полянки и учился пользоваться рукой. Он крутил ей во все стороны, сжимал и разжимал, хватал на ходу разные предметы и пытался с ними что-нибудь сделать. Тут он вспомнил о главном: он ведь собирался поливать цветы! Малыш подкатился к цветам поближе и попытался прикоснуться к ним. Раньше у него не было такой возможности, теперь же он мог дотронуться до красивых лепестков розы.

Все розы были усыпаны крупными каплями утренней росы. Малыш слегка наклонился, чтобы быть поближе к цветам, и протянул к ним руку. Бережно он провел одним пальцем по лепестку розы. Росинки ожили и стали перекатываться с места не место. Малыш засмеялся и потянулся рукой к стебельку цветка.

– Осторожнее, одно неловкое движение и она погибнет, – прозвучал предостерегающий голос отца за спиной паровозика, – твоя рука очень сильная, розы слабые и хрупкие создания, их можно нечаянно сломать, и тогда цветок погибнет.

– Я тихонько, – шепотом ответил малыш.

Дымок взял розу за стебелек и слегка потряс ее, роза ответила обильным падением капель росы.

– Ха-ха-ха, пап, смотри, роза сама себя поливает!

– Ну, этой воды явно недостаточно, это только несколько капель. Скоро солнце поднимется очень высоко, станет жарко и розам надо будет воды побольше.

– Воды? Я сейчас привезу воды!

Малыш сорвался с места и побежал к домику, там возле домика стоял маленький детский вагон, на вагоне стоял бочонок с водой. Малыш подкатился к вагону задом и скомандовал.

– Эй ты, соня, просыпайся и цепляйся, будем воду возить.

Вагон лениво зашевелился и нехотя прицепился к паровозику. Через короткое время малыш с бочонком уже стоял рядом с отцом в ожидании, что сегодня и ему тоже разрешат поливать лейкой.

– Мы тут, вот вода!

– Молодцы! Хороший вагон, хороший, – приговаривал отец, поглаживая вагон, который от этого весело завилял хвостом и вытянулся, чтобы его как следует погладили.

– Ха-ха, подлиза, – усмехнулся паровозик, глядя на ужимки вагона.

– Ну что, попробуешь? – спросил папа Дымка, протягивая ему лейку.

Дымок радостно закивал головой, расплываясь в улыбке, он взял с гордостью лейку и зачерпнул ею воду из бочки. Рука Дымка зависла над цветами и стала медленно наклонять лейку. Капли начали падать на цветы.

– Ха-ха, дождик!

– Молодец, так-так, вот тут тоже, ага, – подсказывал ему папа, указывая пальцем, куда нужно лить.

Так Дымок полил свои первые цветы. Скоро он научится делать намного больше. Он будет рыхлить землю, удобрять, лечить больные стебли, словом все то, что умеет его отец, как самый настоящий садовник.

Ветки

День подошел к концу, вся работа была завершена и надо было уже идти домой. Поскольку в этот день малыш помогал отцу, они закончили немного раньше, и еще было время, чтобы погулять. Отец решил показать Дымку, что еще можно делать с рукой и повел его вокруг полянки.

– Смотри, видишь, в этом месте дорога расходится, можно поехать налево и оказаться у домика, а можно направо, тогда круг замкнется, и ты будешь ездить вокруг полянки. Обычно я управляю дорогой, перевожу вот эту стрелку, – отец указал на рукоятку рядом с дорогой, – если повернуть ее налево, то поедешь налево, если повернуть ее направо, то поедешь направо, это такой специальный механизм, чтобы ветками управлять.

– Ветками?

– Да, так называют иногда железную дорогу.

– Ага, понял, это потому, что она разветвляется! А можно попробовать?

– Конечно!

– Налево, направо, налево, направо, – тараторил малыш то и дело, дергая рукоятку, – здорово, теперь я сам смогу управлять ветками!

– Конечно! Только делать это надо внимательно, чтобы не мешать другим паровозам и чтобы ни с кем не столкнуться.

– Ага, понял! Идем домой? – спросил малыш, словно ожидая услышать еще что-то.

– Да.

Они направились к дому, но тут малыш вдруг заметил, как из кустов торчит такая же рукоятка, как та, которую он дергал.

– Пап, а это что? Тоже стрелка?

– Да, но она не работает, пойдем домой, – испуганно пробормотал отец.

– А она от твоей дороги, а куда она ведет?

– Никуда, видишь, дорога вся травой заросла, никто по этой дороге не ходит, потому что она никуда не ведет, там тупик, – оправдываясь, бормотал отец.

– Хм… Странно, как это никуда? Разве бывают дороги, которые никуда не ведут?

– Да, видишь стрелка вся ржавая, да она и не работает.

Паровозик задумался: зачем строить дороги, которые никуда не ведут, получается, что такая дорога совсем бесполезна. Если эта дорога бесполезна, зачем тогда кто-то приложил так много усилий, чтобы ее построить? Он решил, что когда подрастет и сможет ездить по взрослой колее, обязательно разберется, наверняка тут что-то не так.

Изабелла

Дымок очень увлекся, ему понравилось быть садовником. Каждый день он рано вставал и спешил к розам. Неустанно следил за каждым цветком. Время стало лететь так быстро, что малыш даже не заметил, как подрос еще немного. Дымок почувствовал, что его работа очень важна для отца и для цветов, а самое главное для него было – наблюдать за результатом. Цветов становилось все больше и больше, и когда распускался новый цветок, Дымок чувствовал, что это произошло благодаря его стараниям.

Однажды отец подозвал к себе малыша и показал ему маленькую веточку.

– Смотри, это черенок. Сейчас это безжизненная сухая веточка, но если ее посадить в землю и вовремя поливать, то однажды на ней появятся листья. Цветок начнет расти, пока не зацветет. Это необычный цветок, за ним нужно ухаживать очень длительное время, прежде чем увидишь прекрасный бутон. Цветет он недолго, всего несколько часов, а потом погибает, но этот цветок – самое прекрасное, что есть на земле. Он называется «Изабелла».

Малыш с трепетом смотрел на черенок и на то, как отец посадил его.

– А можно я его полью? – спросил Дымок.

– Да, конечно, я хочу, чтобы мы вместе вырастили его!

Прошло время, малыш подрос, и теперь это был уже не маленький паровозик. Он был уже большой, почти такой же большой, как и его отец. У Дымка изменился голос, родители перестроили его колею, и теперь она была такая же широкая, как и у отца. Несколько новых стрелок позволяли Дымку ездить по своей колее и по колее родителей.

Дымок теперь мало напоминал малыша, это был большой взрослый паровоз, слегка неуклюжий, но очень быстрый.

Так же как и раньше он поливал розы каждый день, но почему-то это занятие с каждым днем приносило ему все меньше и меньше радости. Он смотрел на дорогу, которая никуда не ведет, и на розы, которые рано или поздно увядают. Круг, по которому он ездил, все время замыкался, и это нельзя было изменить. Он начал думать о том, что все то, что он делает – бесполезное занятие. Такое же бесполезное, как дорога в никуда.

Единственной, кто его еще немного радовала, была Изабелла.

Каждый день он нежно поливал ее и ждал, когда появится заветный бутон, чтобы увидеть самый прекрасный цветок на земле.

Иногда вечером, когда работа была закончена, он подъезжал к стрелке в кустах и пробовал ее перевести. Стрелка была такой старой и так сильно заржавела, что у него ничего не выходило. Он смотрел на дорогу, которая скрывается в зарослях деревьев, и думал о том, что когда-нибудь ему удастся на нее попасть, тогда он увидит то, что скрывают деревья. Он мечтал и представлял себе, как эта дорога уходит далеко-далеко, туда, где скрывается новый мир, о котором он ничего не знает.

Однажды настал тот день, когда радостный голос отца позвал к себе Дымка.

– Дымок, смотри! Скоро у Изабеллы появится цветок! Наконец-то! Какая радость!

Дымок подъехал к Изабелле поближе и стал рассматривать ее. На кончике стебля он увидел маленький бутон, который пробивался к свету.

– Как думаешь, когда это произойдет?

– Не знаю, наверное, скоро, он растет очень быстро.

– Хм… А мы не просмотрим? Давай будем дежурить возле Изабеллы по очереди, чтобы не просмотреть, как она зацветет.

Так и поступили.

Изабелла действительно очень быстро росла, к вечеру бутон уже стал очень большим, и появились первые лепестки. Изабелла начала цвести. Солнце тем временем садилось, и с каждой минутой становилось все темнее и темнее, наступала ночь. Дымок и отец включили фонари. К ним присоединилась и мама, она так много слышала об этом цветке, что не могла пропустить цветение этого чуда.

Стало совсем темно, а цветок тем временем предстал перед обитателями оазиса во всей своей красе. В свете фонарей его лепестки искрились, словно были усыпаны маленькими бриллиантами. Все трое смотрели на Изабеллу, затаив дыхание, она была прекрасна.

– Правда, она прекрасна? – почти шепотом спросил отец.

– Какое чудо! – восхищенно сказала мама.

Дымок ничего не ответил, он представил, как всходит солнце, лепестки Изабеллы темнеют, сморщиваются и падают на землю. Ему стало не по себе, потому что он знал, что именно так и будет, и очень скоро восторг и ликование сменит горечь невосполнимой утраты. А ему тем временем нужно будет, как ни в чем не бывало снова ездить по кругу и поливать новые цветы. Зачем все это?

Дымок захотел размахнуться изо всех сил и сломать цветок, но он посмотрел на счастливые лица родителей и не смог этого сделать. Он молча отъехал в сторону и направился к домику, чтобы попытаться заснуть.

– Дымок, дымок, ты куда? – удивленно кричал ему в след отец.

Дымок ничего не ответил, он не мог подобрать слов, чтобы выразить все то, что творилось у него в душе.

Дом ему показался пустым, редко случалось, что в нем никого не было, кроме Дымка, тем более ночью. Заснуть не удавалось, разные мысли не давали ему покоя. Кошки скребли на душе.

Тем временем на улице громыхнул гром, отец торопливо закрыл Изабеллу небольшим навесом и вместе с мамой поспешил в домик. Надвигалась сильная гроза.

Гром гремел все чаше, а звук его становился с каждым разом все громче. Сильный ветер гнул макушки деревьев.

Родители въехали в домик и спешно отряхивались от тех капель, которые успели на них попасть.

– Бр—р–р, так и заржаветь недолго, – озабоченно произнес папа.

– Не заржавеешь, у тебя очень хорошая покраска, я-то знаю, – игриво ответила мама.

– Как ты тут, Дымок? – волнуясь за сына, спросил папа.

Дымок не отвечал, он только насупился еще сильнее и отвернулся к стенке.

– Может, поговорим, что-то случилось? – настойчиво продолжил отец.

– Ничего не случилось, – ворчливо ответил Дымок.

Родители переглянулись, кажется, с Дымком что-то происходит.

– Сынок, ты не заболел? – испуганно спросила мама.

– Не заболел я, отстаньте! – вскрикнул он и направился к выходу.

– Куда ты, там же гроза! – закричали родители.

– Ну и пусть, пойду, намокну, заржавею и умру!

Он выкатился на улицу, сильный ветер хлестал по его лицу, вода, словно из ведра лилась на него с неба. Раскаты грома громыхали один за другим. Вспышки молний ослепляли глаза.

– Не бойся, не заржавеет. У него тоже хорошая покраска, я-то знаю, – расстроено сказала мама, глядя в окно.

– Ладно, может, остынет немного, потом поговорим, – грустно произнес папа.

Открытый путь

Дымок и не собирался успокаиваться, наоборот, он начинал злиться все сильнее и сильнее. Дождь хлестал его по лицу, было очень холодно, а от раскатов грома все содрогалось внутри. Он одновременно и жалел себя, и злился. Злился на то, что находится в безвыходной ситуации и круг никогда не разомкнется. Он готов гудеть и стучать колесами, но это все равно ничего бы не изменило, и от этой мысли ему становилось жаль самого себя.

Вдруг за спиной у Дымка ударила молния. Это произошло так близко, что он на время ослеп от яркой вспышки. Когда зрение вернулось к нему, он увидел, как откуда-то сзади с огромным треском надвигается на него огромная тень. От страха он резко сорвался с места, пытаясь убежать. Дорога замкнулась в круг. Когда он вернулся на тоже место, то увидел, как огромное дерево лежит на земле, перегородив дорогу к дому. Он испуганно пробежал взглядом вдоль ствола и увидел, как другой конец дерева прижал к самой земле старую ржавую стрелку. Дымок прищурил глаза и посмотрел вдаль. В зарослях образовалась брешь, как раз в том месте, где раньше был тупик.