- -
- 100%
- +
ОБРАЩЕНИЕ ОТ АВТОРА
Здравствуй, дорогой читатель! Добро пожаловать в мир «Анистеллы». Это одиночная книга об отважной принцессе Лиадан Ронфальд, о предательстве и любви, о вере и древней магии звезд, способной изменить историю всего континента.
Данная версия книги отличается от той, которая была опубликована ранее! Все герои и события этой истории вымышлены. Совпадения с другими книгами случайны. Права на песни, указанные в плейлисте, принадлежат их непосредственным владельцам.
Приятного чтения!
ПЛЕЙЛИСТ
AURORA – The Seed
Molly Sandén – Freak
Beth Crowley- Please Take Me
Of Monsters And Men – Destroyer
Noelle Johnson – Lonely Nights
Twelve Titans Music – The Evening Fog
Sam Smith – Fire On Fire
Freya Ridings – Ultraviolet
RHODES – Your Soul
Ghostly Kisses – Roses
Kári Sigurðsson – Pearl
ЧАСТЬ 1. ПОХИЩЕНИЕ. ГЛАВА 1
Горы Пи́арс мелькали на юге смутным силуэтом. Их настоящие размеры терялись на фоне беззвездного неба и густого тумана, обволакивающего заснеженные вершины. Ночь была темной, но это не мешало Лиадан следить за ситуацией. За несколько лет ей удалось изучить каждую безопасную тропу, каждый выступ, на котором можно было притаиться, и территорию у основания гор, где воины чаще всего защищали проход в королевство.
Пиарс представляли собой цепочку каменистых скал, которые переливались на солнце яркими цветами и тянулись от ущелья Ристерд, небо над которым всегда было кроваво-красного оттенка, до бурлящих зеленых вод моря Сифра.
Каждый месяц воины Милэйна делали обход гор и вступали в ожесточенные бои с сабстерскими орками, которые жили в ущелье. Они всегда нападали в определенное время, забирались в горы с востока и шли к середине, чтобы спуститься у самого широкого подножия.
Пиарс были последним местом, где стоило проводить время принцессе, но Лиадан всегда вызывалась на обход первая, зная, что это может занять несколько недель и спасти ее от утомительного пребывания во дворце.
Но сегодня что-то пошло не так.
Она просидела в засаде почти час, игнорируя боль от пояса, который болезненно пережимал ее талию. Руки тряслись в предвкушении, постоянно поправляли кожаную повязку на ногах и руках, где находилось несколько небольших острых ножей из редкого металла, и края мягких сапожек, в которых был спрятан любимый кинжал.
Морозный воздух щипал кожу. Где-то недалеко текла река, и ее журчание вместе с тихой трелью горных птиц было единственным, что нарушало ночную тишину. Началась весна, но плотный слой инея, покрывающий камни и деревья, и кусачий влажный ветер продержатся еще пару недель, напоминая, какой жестокой и продолжительной была зима на севере континента.
В нескольких метрах от Лиадан затаился отряд. Воины развели неприметный лагерь без огня и ждали приказа вступить в бой, но итог был неутешительным – орки не нападут. Лишь ветер пришел в их королевство, принося с другой стороны приторный запах цветов и фруктовых деревьев, которые росли у подножия с обратной стороны гор, в ненавистной для Милэйна Айоланте.
Лиадан подняла взгляд к ночному небу, надеясь увидеть хотя бы один проблеск, но густые тучи продолжали низко плыть над королевством, задевая верхнюю часть гор и не пропуская священный свет. Орки никогда не нападали, когда небо было ясным. Сияние звезд одновременно пугало и манило их. Именно поэтому они так стремились захватить горы, а затем и Милэйн. Их целью были крылья милэйнцев, потому что они хранили силу звезд.
Лиадан пошевелила своими, приглушая темный синий свет, струящийся с нижней части, покрутила в руках клинок и посмотрела в черноту, которая отражалась в лезвии.
Бросив последний взгляд на горы, частично скрывшиеся в пелене тумана, Лиадан взлетела с толстой ветки. Грубая ткань черного костюма затрещала от пронизывающего ветра.
С четырех лет, когда черные крылья только начали появляться из-под кожи, она тратила по несколько часов в день, чтобы укрепить их. Летала от рассвета до заката, пока спина не изнывала от боли, а уши не закладывало от сильных ветряных порывов, и никогда не убирала их с помощью магии на тренировках.
В детстве матушка запрещала ей подниматься к облакам, но именно это сделала осмелевшая принцесса. Она чуть не сорвалась вниз в тот день, но повторила на следующий. Слабые детские крылья не могли выдержать нагрузки, поэтому Лиадан заставляла себя летать, пока не стала самой быстрой и выносливой в своей группе. К десяти годам она была единственной, кто поднимался над облаками и смотрел на уходящее солнце. Пережитые ощущения она рассказывала своему младшему брату, пока тот не стал подниматься в небо с ней.
Приблизившись к лагерю, Лиадан услышала недовольное ворчание и покачала головой, когда отряд вопросительно на нее посмотрел. Бурча себе под нос, они стали собирать вещи. Молодые парни и девушки были одеты в черные костюмы из плотной кожаной ткани, позволяющие призывать магией крылья, и держали в руках копья, мечи и луки, которые собирались пустить в ход сегодняшней ночью.
Селия подлетела к Лиадан и указала в сторону гор.
– Что могло заставить их не прийти сегодня? – спросила она, поправляя волосы, убранные в тугой высокий хвост. – Сегодня нет звезд. И ветер не сильный. Идеальное время для нападения.
– Что-то могло произойти по пути сюда.
Лиадан старалась не показывать, как эта ситуация насторожила ее. Орки использовали любую возможность для нападения, игнорируя лавины и длительные метели. Инстинкты тянули их в Милэйн, вынуждали спускаться с гор и умирать за силу, которая могла сделать их непобедимыми. Так что же заставило их отказаться от попытки сегодня ночью?
– Мы готовы?
Все в отряде кивнули и взлетели над бурлящей рекой. Лиадан задержалась.
Туман не уйдет дальше гор из-за большого скопления магии вокруг, но Пиарс были слишком спокойными. Слишком тихими.
– Лиан? Ты летишь? – крикнула Селия.
– Да.
Пытаясь снова и снова вглядеться в темноту, она сдалась. Это даже хорошо, что орки не пришли сегодня. Возможно, они вообще больше никогда не придут. Надеяться на это было глупо и бессмысленно, но только вера в безопасный мир помогала жителям Милэйна справляться со страхом.
✰✰✰
Дворец Аэрина, стоящий у основания горы, возвышался над столицей и был окружен жилыми домиками, рынками, храмами и темными каменистыми дорогами, передвижение по которым в зимнее время всегда превращалось в настоящее испытание. Вокруг города росли могучие сосны и ели, верхушки которых сплетались друг с другом и создавали своеобразную границу, разделяющую Аэрин от остальной части королевства. Столицу можно было покинуть только по западной дороге, потому что лишь в том направлении находились населенные города. Вся территория на востоке была занята военными поселениями, которые неустанно следили за ущельем и предотвращали попытки орков напасть.
Пролетая над западной дорогой, Лиадан видела проезжающие повозки с продовольствием, спешащих на рынок людей и резвящихся ребятишек, бегающих между домами и играющих в снежки остатками снега. Было что-то успокаивающее в наблюдении за жителями столицы. Лиадан частенько отправлялась патрулировать город, чтобы привести мысли в порядок и напомнить, для чего именно она продолжала неустанно летать к горам и сражаться с орками. Все эти люди нуждались в ней, нуждались в отважных воинах и безопасности, которую больше им никто дать не мог.
Устремив взгляд вперед, Лиадан посмотрела на дворец Аэрин. Он состоял из двух одинаковых частей, каждая из которых принадлежала одной из двух семей.
В передней части дворца находились тронный зал и зал для приема гостей, несколько столовых и шикарных гостиных, а также черная расписная лестница, ведущая на верхние этажи, которые плавно переходили в основную часть дворца. Путь посторонним туда был закрыт, так как там располагались королевские покои и комнаты для отдыха.
Лиадан приземлилась на площадке возле шпилей над передней частью дворца, когда лучи утреннего солнца пробились через облака, и сложила крылья за спиной. Воины и стража склонили головы в приветствии. После отказа Лиадан стать новой королевой Милэйна, все стали смотреть на нее по-другому. Она заслужила уважение своими боевыми навыками, поэтому была больше воином, чем принцессой.
Брен уже стоял возле просторных стеклянных дверей, одетый в серебристый камзол, который гармонично смотрелся с его густыми темно-русыми волосами, отросшими почти до плеч за месяц их разлуки. Принц Милэйна, единственный сын короля Арвэля, занимал среди воинов такое же высокое положение, что и Лиадан, но для многих он был не просто соратником, командиром отряда или членом королевской семьи. После отказа Лиадан занять трон, люди тайно надеялись, что Бреннан станет следующим правителем. Но законы Милэйна не предоставляли такой возможности.
Селия вышла вперед и побежала к Брену. Фейр, их друг и соратник, остался стоять за спиной Лиадан вместе с отрядом. Они, как и подобает воинам, ждали приказа своего командира. Когда Селия начала что-то оживленно рассказывать Брену, размахивать руками и игнорировать дворцовый этикет, Лиадан отправила отряд отдыхать и пошла к брату и подруге.
– Кажется, ты пропустила уроки манер, – сказал Фейр, стоило им с Лиадан подойти поближе. Зачесав левой рукой светлые пряди назад, он улыбнулся: – Забыла, как стоит вести себя с членом королевской семьи?
Селия громко фыркнула и закинула локоть на плечо Брена.
– Мы купались голышом, когда были маленькими. Я видела все, что мечтают увидеть молоденькие претендентки на сердце принца.
– Бреннан в этом плане видел больше твоего, – напомнила Лиан со скучающим видом. – Особенно в тот день, когда ящерицы искусали твой зад, а ты вылетела из реки, словно…
– Буду благодарна, если ты перестанешь, – громче обычного сказала Селия и убрала руку. Щеки девушки немного покраснели, что было не свойственно ее воинственной натуре. – Мы с Бреном договорились не вспоминать тот день.
Лиадан и Фейр переглянулись.
– Я об этой истории не слышал, – с ухмылкой произнес Фейр. – И со мной никто не договаривался.
Селия сощурилась.
– Только попробуй…
– Я рада видеть тебя, – улыбнулась Лиадан, обращаясь к брату, когда Фейр помчался за отрядом хвастаться новой информацией, а Селия погналась за ним, вытаскивая кинжал из ботинка и осыпая его волной ругательств.
Брен сжал губы, чтобы не засмеяться. Он раскинул руки в стороны, и Лиадан порхнула в его объятия. От него пахло морозным воздухом и хвоей – родной аромат, который всегда ассоциировался с домом.
Все детство они были вместе: занимались, ели, гуляли по городу или летали над дворцом. Даже спали в одной комнате, пока учителя насильно не разделили их, ругая за нарушение личных границ. Когда Брен и Лиан подросли и стали сражаться на одном полигоне, брат и сестра превратились в слаженный механизм. Каждый точно знал, куда ударит другой. Они видели мысли по своим лицам и чувствовали настроение друг друга.
– У отца сегодня плохое настроение, – предупредил Брен.
– Советники снова кричали во время собрания?
– Да. Два лорда даже умудрились подраться, пока отца не было. Ему пришлось выставить их за дверь, где они подрались еще раз.
– Ведут себя словно маленькие дети. – Лиадан закатила глаза. – Страшно подумать, что судьба Милэйна может оказаться в их руках.
– Я предложил отцу в следующий раз отхлестать советников на главной площади перед жителями столицы. Хочу заметить, что он, кажется, всерьез задумался над моими словами.
Они одновременно засмеялись. В красках представляя эту картину, Лиан провела пальцами по волосам брата, торчащим из повязки. За это время они немного отросли и теперь частично закрывали шею.
– Ты оставишь их так?
– Думаешь, не стоит?
– Тебе все идет.
Лиан взяла Брена под руку и, убрав крылья со спины, повела его во дворец. Она не лгала. Бреннан был очень красивым юношей. Высоким, с крепким телосложением, прекрасными манерами и невероятно милой улыбкой, от которой у местных знатных дам подкашивались ноги. Брат был вежлив, учтив и внимателен, всегда подбирал правильные слова и, как любой из представителей семейства Ронфальд, в первую очередь беспокоился о благополучии жителей Милэйна.
– Матушка запретила мне покрасить волосы в красный, – пожаловался Брен, когда они вошли в башню и стали спускаться вниз.
– Ты не шутил в тот раз?
– Они отлично смотрелись бы с моими крыльями.
В подтверждение своих слов Брен вытянул одно крыло в сторону и зашевелил им. Лиан успела коснуться края до того, как оттуда посыпались красные искры.
Их крылья состояли из перьев, но не птиц. Эти были эластичные и плотные перья отиумов – морских существ, обитающих в океане Лайн. Легенды гласили, что отиумы были божественными созданиями, а потом Боги спустили их на землю для защиты. Когда на континенте стали появляться люди, отиумы наградили их своими дарами – силой призывать крылья.
Беременные женщины несколько недель посещали пещеры сантал и молились Богам, чтобы те благословили их детей и поделились магией. К сожалению, не каждому ребенку был дан шанс освоить дары. Лишь избранные самой природой становились носителями древней магии и получали способность призвать крылья.
Мама Лиан и Брена не молилась отиумам, потому что кровь членов королевской семьи сама по себе несла магию. Поэтому принцесса и принц еще в раннем детстве могли призвать крылья. Лиан – темно-синие, а Брен – черные с красным отливом.
– Ты надолго вернулся? – спросила Лиан, когда крылья Брена растворились в воздухе.
– Зависит от положения на востоке. Мне сообщили, что орки решили не нападать. Это правда?
Лиан кивнула, заставляя брата задуматься. Они быстро спустились на перилах винтовой лестницы с летных площадок, заполняя башню смехом, и вошли в главную часть дворца.
Через большие панорамные окна в коридор лился утренний свет. Рассвет весной здесь был особенно прекрасен. Наступало время, когда солнце освещало Милэйн и постепенно согревало холодную сырую землю. Лиан знала, что для фермеров начинался самый сложный сезон. Почти все они отправятся на запад Аэрина, в города с плодовитой землей и большим количеством солнца. От их мастерства, выдержки и воли Богов зависело будущее всего королевства на ближайший год.
– Кстати, – начал Брен, озираясь по сторонам. – Где-то здесь бродит А́рран.
Лиан осмотрелась вместе с ним и наигранно ужаснулась.
– Чего он хочет?
– Призвать меня следовать долгу, чаще посещать королевские советы и не игнорировать приемы, чтобы поскорее найти там спутницу жизни.
Лиан снисходительно улыбнулась, вспоминая прошлый прием. Молодые девушки из знатных семей не давали Брену и минуты передышки, приглашали на танцы и использовали все соблазнительные приемы, которым их обучили перед выходом в светское общество. Заполучить сердце принца – их главная цель, вот только подобный напор и уверенность как раз и отталкивали Брена. Будучи романтиком, он мечтал встретить девушку, которая полюбит его самого, а не статус. Лиан одновременно восхищалась им и сочувствовала. Ведь в их мире, наполненном сражениями, ответственностью и потерями, было так трудно получить то, чего желало сердце.
– Принц Бреннан! – раздался позади громкий мужской голос.
Лиан и Брен обреченно вздохнули.
– И почему он появляется каждый раз, когда кто-то назовет его имя?
Лиан обернулась и увидела мужчину с идеально прямой спиной и привычным недовольным выражением лица, одетого в простой черный камзол с серебряными узорами на рукавах. Его появление предзнаменовало поток нравоучений и уроков, о которых никто не просил. Время, когда Арран занимался образованием королевских наследников, было одним из самых худших этапов в жизни Лиан.
– Привет, Арран. – Брен помахал ему.
– Принцесса Лиадан! – Мужчина направился к ним. Его волосы окончательно покрылись сединой, а лицо – паутинками морщин. – Так как вы уже вернулись, мы можем поговорить о…
– Побежали, – шепнул Брен и, схватив Лиан за руку, потянул дальше по коридору.
– Негодники! – Арран взял копье у одного из железных стражников, стоящих в коридоре для красоты, и погнался за Лиан и Бреном. – А ну быстро остановитесь!
За поворотом их ждало препятствие в виде группы слуг. Брен, потеряв равновесие, схватился за штору, которая от его маневра частично сорвалась с петель.
– Эвели только недавно навела порядок в этом крыле! – крикнул за спиной Арран. – Вам не стыдно?!
– И почему матушка до сих пор позволяет ему обращаться с нами так? – задыхаясь от смеха, спросил Брен, извиняясь перед слугами, которые, судя по слабым улыбкам, уже давно привыкли к подобным ситуациям. – Мы были негодниками в детстве. Согласен. Но сейчас…
Лиан выгнула бровь.
– Напомни, что мы делаем в данную минуту?
– Убегаем от Аррана.
– Очень по-королевски, правда?
Ответом на ее слова стал звонкий смех.
В детстве Арран частенько гонял Лиан, Брена и Хэдина по коридорам дворца, находил их в тайных укрытиях и даже запрещал им есть, пока не будут выполнены все задания по истории и политике. Его подход, в конечном итоге, улучшил успеваемость трех негодников, но Лиан не собиралась благодарить Аррана за тревожное детство. В ее глазах он был пугающе высоким недовольным мужчиной с выпирающими скулами, мертвенно-бледной кожей и оскалом, который приходил к Лиан в кошмарах.
«Уверена, он всегда получал удовольствие, наказывая нас».
Лиан и Брен выбежали на террасу недалеко от королевской столовой. За прозрачным невысоким забором виднелись старые деревья с толстыми стволами, под которыми росли цветущие кустарники. Терраса плавно переходила в сад, где семьи завтракали каждое утро и где шумели три небольших водопада с горной рекой.
Благодаря магии деревья круглый год не теряли цвет сочной зелени, а цветы – не увядали. Воздух здесь всегда был теплым, даже если за пределами барьера бушевала вьюга.
Брен потащил Лиан через сад, где их уже ждала матушка. Королева Мерет Ронфальд была самым красивым представителем правящей семьи. Лиан поняла это, когда увидела нескончаемый коридор портретов с изображением их предков.
Длинные серебристые волосы переливались от магии и ниспадали по изящной худой спине. Мягкие черты лица, глубокие серо-голубые глаза, как у Брена с Лиан, пухлые красные губы и длинные ресницы, которые дрожали, когда королева улыбалась, делали Мерет похожей на волшебных нимф из сказочных легенд.
Лиан остановилась первой. Иногда ей было жаль, что свой характер она унаследовала от отца и стала с ранних лет мечтать о небе и сражениях. Казалось, что у них совсем не было возможности ощутить беззаботное детство и насладиться обществом друг друга, как обычно это бывало у матерей и дочерей. Однако это не мешало Мерет смотреть на Лиан с теплотой и всегда поддерживать ее, независимо от того, насколько безумными были ее затеи.
– Вы снова донимаете Аррана?
Брен пожал плечами, быстро преодолел расстояние и поцеловал матушку в щеку.
– Мы с ним долго не виделись.
– Поэтому вы решили разнести весь дворец? – поинтересовалась Мерет и посмотрела на дочь.
– Матушка, – начала Лиан, но голос Аррана ворвался в их идиллию.
– Королева Мерет! Королева!
Брен встал за мамой, и Лиан последовала его примеру. Больше по привычке, чем по собственному желанию. Иногда они с Бреном вели себя словно дети, чтобы вызвать у королевы теплую улыбку.
– Юный принц Бреннан должен вести себя более подобающим образом! С него же берут пример все молодые люди королевства. А принцесса Лиадан…, – его недовольство прервалось кашлем. – Она отсутствовала дольше положенного! В королевстве есть дела, требующие ее внимания!
Лицо у Аррана раскраснелось от гнева и долгой пробежки, которая тяжело давалась людям его возраста. Королева Мерет подошла к нему и положила свою ладонь на плечо в успокаивающем жесте.
– Вы тратите столько сил на моих детей. Вам следует отдохнуть, Арран.
Лиан и Брен сжали губы, чтобы не засмеяться в голос. Но настроение тут же испортилось, когда ветер донес слова Аррана:
– Пусть принцесса и отказалась от престола Милэйна, она все еще относится к королевской семье, и через два поколения ее потомки…
Голос стих, когда Арран скрылся за поворотом, ведущим из сада, но его слова продолжали звучать в голове, напоминая об эгоизме и слабости. Мысли унесли Лиан в постыдное прошлое, поэтому она не сразу заметила возвращение мамы. Брен, поймав ее настрой, тяжело вздохнул. С весельем на сегодня было покончено.
– Кажется, отец хотел видеть меня. – Он поклонился сестре и матери и покинул оранжерею, оглядываясь и с волнением посматривая на Лиан.
По телу поднялся гнев. Все неустанно напоминали Лиадан, что она отказалась от престола и перебросила эту обязанность на Хэдина. Что на нее возлагали столько надежд. Что она была лучом самой яркой звезды, которая должна была осветить весь Милэйн и подарить ему светлое будущее.
Лиан знала, что поступила неправильно. Знала, что сначала подумала о себе и только потом о народе. Потому-то она и сражалась против орков, защищая Милэйн другим способом. Это были ее отчаянные извинения перед людьми, которых она подвела.
– Почему он продолжает мне об этом напоминать? – обреченно спросила Лиан. – Почему они все…
Королева прошла мимо и направилась дальше по широкой дорожке, выложенной темным камнем. Лиан неохотно поплелась следом.
– Мы же это уже обсуждали. Твой отказ никак не повлиял на положение королевства. Ты не готова, и мы с отцом принимаем твое решение.
От благодарности и вины в животе Лиан образовался болезненный ком. Сколько раз она подслушивала разговоры отца и советников, которые рекомендовали королю настоять и заставить старшую дочь принять трон. Убеждали, что подобные поблажки неуместны в королевских семьях, что Лиан должна была принять свою судьбу и с достоинством продолжить род. Но как бы сильно отец ни любил народ Милэйна, свою дочь он любил больше. И эта любовь уже несколько лет висела на душе тяжким грузом.
Лиан шла чуть позади королевы, стараясь не наступать на шлейф платья. Она сама уже давно отказалась от торжественных нарядов, но делала исключение для приемов. После того как Лиан окончательно выбрала судьбу воина, платья сменились на форму, а замысловатые прически – на тугие косы и хвосты.
Попав на военную площадку в первый раз, Лиан поняла, что это именно то, чего она хочет: не корону на голове, а оружие в руках.
– Ты еще не видела Хэдина? – спросила мама.
Лиан выпорхнула из своих мыслей.
– Он пока не вернулся.
Лицо матери скрылось в тени листьев. Свет продолжал падать на ее платье, отражаясь от крупных камней на корсете.
– Я хотела поговорить с тобой насчет него.
Лиадан медленно обошла мать по кругу.
– Снова? – напряженно спросила она, чувствуя, как цветочная пыльца щекочет нос. – Хэдин – мой друг, и я не собираюсь…
Лиадан не смогла закончить. Она даже через плотную ткань костюма смогла почувствовать, как на ее спине выступил знак – цветы глицинии, которая считалась символом семьи Хэдина. Знак, который связывал его и Лиан и делал возможным их союз как супругов.
– Мы решили, что постараемся обойти эту глупую традицию.
Санталы благословили их в раннем детстве, поэтому правители Милэйна, не раздумывая, связали своих детей древней магией. Это был глупый поступок. Никто из их предков никогда не пытался объединить две семьи с помощью брака. Когда-то это вообще было запрещено. Но санталы предсказали двум наследникам великое будущее. Замужества не было в условии, поэтому Лиан продолжала злиться из-за решения родителей повлиять на ее судьбу.
– Санталы сказали, что есть способ избавиться от связи. – Лиан замешкалась на мгновение. – Вы обещали, что свадьба будет только в том случае, если у нас появятся чувства друг к другу.
Королева улыбнулась и взяла Лиан за руки.
– Из вас двоих лишь ты, моя дорогая, противишься этим чувствам.
– Хэдин не влюблен в меня, матушка.
Лиан пресекла любые мысли о возможном замужестве. Хэдин? Нет. Лиан знала Хэдина от макушки до кончиков пальцев, и ее вполне устраивали их отношения:только друзья, соратники, никто больше.
Она не успела открыть рот. Послышался пронзительный сигнал с южной стороны дворца. Режущий звук заполнил тишину.
– Какой-то отряд вернулся. Может, Хэдина, – сказала за нее королева.
Мерет прошла мимо дочери. Она хотела что-то сказать Лиан, но промолчала и направилась дальше, оставляя после себя аромат свежей листвы и пыльцы, которыми был охвачен каждый уголок сада. Как только королева ступила на террасу, из-за поворота появились четыре фрейлины.