- -
- 100%
- +
Алиса
Меня зовут Алиса, и я та, кого вы ненавидите и презираете. Вслух, а тайком завидуете, если вы женщина. Или вожделеете, если мужчина. Кривясь вслед и шипя гадости в спину. Содержанка. Меркантильная стерва.
Да, это я и есть. В жизни самостоятельно ни копейки не заработала, ни дня не сидела в унылом офисе и не собираюсь. Почти все, что я имею, подарено мужчинами.
А почему нет? Все честно. Они имеют меня – мое тело, мое время, мой мозг, в конце концов. А я – деньги, красивые вещи, беззаботную жизнь и путешествия. Хорошую машину и уютную квартирку в приличном районе, правда, съемную, но это пока.
Пришло время серьезного шага, хватит размениваться по мелочам. Я выхожу замуж. Разумеется, мой избранник – достаточно состоятельный господин, чтобы ради него расстаться со свободой без сожалений. И он любит меня, точно знаю. Как следует для этого постаралась.
Подружки от такой новости в шоке: как же, ведь жених мне в отцы годится, к тому же вдовец.
– Ты хоть понимаешь, что он постоянно будет тебя сравнивать с той, мертвой женой? – внушала Диана, найдя повод блеснуть знаниями, полученными на факультете психологии. – И вся семья тоже. И вряд ли сравнение пойдет в твою пользу, всегда будешь недотягивать.
Чушь собачья. Так ей и ответила. Пусть с кем угодно сравнивает, не страшно. Может даже воображать себе ее, когда меня трахает. Тем более, если это и начнется, то не скоро, сейчас он просто по уши влюблен, так что самый подходящий момент, чтобы брать рыбу за жабры, пока она оглушена.
– Лисен, но он же старый, – кривила кукольное личико Маша. Наша дурочка. Красивая до невозможности, природа не скупясь компенсировала. – Прикинь, каким он будет через десять лет? Старше тебя на... незнамо на сколько!
На столько же, балда! Хотя в ее словах есть доля истины: через десять лет я не собираюсь выглядеть хуже, чем сейчас. Благо, в двадцать первом веке живем, наука шагнула вперед, косметология творит чудеса.
– Чтобы это узнать, сперва надо продержаться те десять лет, – отшучивалась в ответ, понимая, что не такая это и шутка на самом деле.
Маше легко городить всякую ерунду об истинных чувствах и прочих высоких материях, она, в отличие от нас с Дианкой, родилась с золотой ложкой во рту. Наивная избалованная девочка из богатой семьи. С нами с первого курса института дружит – умные ее не приняли, пришлось к красивым прибиться.
О том, каково это – считать копейки, знает только понаслышке. Рассуждает на уровне «Нет хлеба? Пусть едят пирожные». А вот я на своей шкуре испытала, хорошенько прочувствовала разницу и знаю настоящую цену деньгам.
Деньги – это уверенность. Свобода. Они позволяют жить как хочешь и наслаждаться жизнью. Жить, а не выживать. Если у тебя есть деньги, перед тобой все двери открыты, и на тебя не смотрят как на третий сорт.
Дешевые тряпки, голодный блеск в глазах, морщины от мрачных раздумий и вечный суетливый поиск на чем бы сэкономить никого не красят. Я помню, как когда-то нас с матерью окружали такие люди и как она сама была такой. Я – не хочу.
Неизвестно, сколько протянет этот, мой самый первый, брак. Возможно, в какой-то момент выгодней будет развестись, чем терпеть характер и придирки мужа, которому я надоем. Уйти, не дожидаясь, пока выставят, чтобы заменить на кого-то посвежее.
Но расстанемся мы точно не из-за разницы в возрасте. Старики меня не пугают, они милые. С радостью вышла бы за одинокого богатого старика – я ему заботу, он мне наследство...
Размечталась, как же. Вокруг таких обычно непреодолимый заслон из дальних родственничков, а рядом кружат щучки с зубами поострее моих.
И вообще, мой будущий супруг далеко не дряхлая развалина, наоборот, импозантный мужчина в прекрасной форме. Привлекательный, что бы там Маша не навыдумывала.
Терпеливый, щедрый и внимательный. Надо думать, вокруг него достаточно поклонниц увивается, а выбрал он меня. Нужно быть полной дурой, чтобы упустить такой шанс. Кем-кем, а дурой я никогда не была.
Где я такого замечательного отыскала? Все произошло абсолютно банально, и рассказывать-то неинтересно. С Константином мы познакомились в фитнес клубе. Одном из лучших в городе, разумеется. Бывший в щедрые времена годовой абонемент презентовал.
Увы – аттракцион безудержной щедрости понемногу прекращался, грозя в любой день превратиться в жалкие подачки.
Мой тогдашний любовник начал считать деньги. Намекать, что и без того сильно на меня тратится и пора бы умерить аппетиты. Ежу понятно – это начало конца. Если подобные вещи говорят чуть ли не прямым текстом, пиши пропало. Значит, тебя просто-напросто используют и ставят не выше прислуги.
Секс обслуживание и свободные уши как бонус, ага.
Короче, любовничек умотал греть кости на пляже вместе с семейством (да-да, с якобы опостылевшей женой, с которой только ради детей живет). Мне же, чтобы не сильно скучала, перевел на счет сумму, равную путевке в пятизвездочный турецкий олл инклюзив средней категории. Гуляй, рванина, и ни в чем себе не отказывай.
Деньги остались на счете. Чего я на том курорте не видела? Шум, суета, визжащие детишки, приставучие местные и вечно пьяные наши, орды фанатов халявы, штурмующие шведский стол... Не мой формат, да и заначка нужнее. Никуда я не поехала. Пользуясь временной свободой, просчитывала пути к отступлению и перебирала в уме варианты.
С вариантами было негусто. С заначкой тоже. Настроению эта ситуация, ясен красен, не способствовала, и я упорно наматывала километры на беговой дорожке, нервы успокаивала. А Костя за мной не первый день наблюдал, оказывается. И решился-таки подойти.
– Простите, что лезу с непрошенными советами, но избыток кардиотренировок вместо пользы вам во вред идет, – сказал он. – Мышцы сжигаете и утомляете себя без толка.
Сбросив скорость до быстрого шага, я покосилась в его сторону. И увидела высокого симпатичного мужчину средних лет в серых трениках и просторной серой же футболке, неторопливо шагающего по соседней дорожке. Судя по телосложению, со спортом он дружил давно и регулярно.
Я подумала: очередной самопровозглашенный эксперт по фитнесу. Из тех, кто в перерывах между подходами лезут ко всем, на свою беду попавшим в их поле зрения, и учат правильно (по их единственно верному мнению) тренироваться.
– Я бегаю, потому что люблю бегать, – пробурчала, отводя взгляд. – Но спасибо за заботу.
– Уверен, работать со свободными весами вы тоже полюбите. Или предпочитаете штангу? – не унимался он, раздражая своим навязчивым вниманием.
И чего прицепился? У меня ведь чуть ли не на лбу неоновыми буквами горело: не лезь, убьет. Сказала бы, что предпочитаю сама решать и посылать советчиков на гору в Перу, но почему-то сдержалась.
– Голову хочу разгрузить, – ответила и слезла с тренажера, чтобы уйти. Всем своим видом давая понять, что разговор закончен.
До сих пор не понимаю, чем его зацепила, выглядела ведь максимально неприметно. Я умею не только привлечь внимание, но и избегать его – иногда это не менее полезный навык. Вот и тогда заявилась в мешковатом серо-зеленом костюме, прятавшем фигуру, с волосами, собранными в сиротский хвостик. К тому же после долгой беготни раскраснелась что твой вареный рак, а одежда пропотела как следует.
Добавьте сюда угрюмое выражение лица – и получите мой портрет. Абсолютно непрезентабельный. С такими не знакомятся. А вот Костя не смутился.
– Голову лучше разгружать по-другому. Идем.
Он позвал с такой уверенностью, что я и сообразить не успела, как послушно поплелась за ним следом. Грушу бить, как оказалось. Он пытался поставить мне удар – я впервые это делала.
– Лучше? – спросил он, когда мы закончили.
– Вы были правы, – ответила с удивлением. – Помогает.
– А вы приходите в среду часиков в семь. Мы здесь тренируемся с ребятами, присоединяйтесь!
– Может быть, – вежливо промямлила я, про себя добавив: «но нет».
Потом подумала немного и все-таки пришла. Рассудила, что в этот клуб нищеброды не ходят, и среди спарринг-партнеров нового знакомого может найтись что-то интересненькое.
Его самого я сначала всерьез не восприняла. Решила, что этот тип наверняка давно и безнадежно женат, а опять становиться любовницей чувака с кризисом среднего возраста не было ни желания, ни сил.
Но в итоге как-то постепенно получилось, что мы начали встречаться. Прошло всего несколько месяцев – и я жду, что он сделает предложение. У меня есть все основания на это рассчитывать.
Костя сказал, что любит меня. Что я особенная. А он не из тех, кто словами разбрасывается, так что я определенно сорвала джекпот. Хочет особенную – буду особенной, мне всякие образы удаются. Если стимул хороший.
Вы спросите: а как же любовь? А любовь жадные мужчины придумали, чтобы деньги не платить.
2.
Артем впервые увидел Алису за два месяца до того, как та появилась на пороге их дома, сначала на чай, потом и вовсе с чемоданами. И после первой встречи не раз ее вспоминал – такие не забываются.
Она пришла в его бар вдвоем с подружкой. Красивые девчонки, молоденькие, ухоженные, одетые модно и дорого, высокомерные – на кривой козе не подъедешь. Блондинка с ангельским личиком и золотыми локонами до пояса и худенькая темноглазая брюнетка.
Светленькая была симпатичнее, но из тех, чье лицо на следующий день и не вспомнишь. Слишком правильная красота, кукольная даже, без изюминки. А вот вторая...
Он то и дело против воли посматривал на нее. Что-то было в этой крошке особенное. Непринужденная природная грация настороженной хищницы, какая-то почти подростковая нагловатая хрупкость. Рядом с улыбчивой подружкой она казалась хмурым диковатым волчонком.
Еще и вырядилась в линялые джинсы и серый балахон, висящий тряпкой на худых плечах. Словно не в бар шла, а мусор выносить, и внезапно встретила знакомую. Та, напротив, была при параде, будто собралась на свидание.
Занятый своей работой, Артем не заметил, как незнакомка тоже на него посмотрела. В первый раз лишь вскользь, равнодушно, все равно что на предмет обстановки.
– У них новый бармен? – вяло поинтересовалась у своей спутницы.
– Ага. Красавчик, правда? И он не просто бармен, это хозяин. Недавно вернулся и сам тут начал работать.
Алиса посмотрела на него снова, теперь на несколько секунд дольше. Действительно красавчик, не поспоришь. Высокий, широкоплечий, черты лица четкие и мужественные, хоть супергероя для комиксов с него рисуй. Удлиненные глаза глядят из-под черных бровей вроде бы спокойно и уверенно, но с чуть заметным нахальством, выдавая дерзкий характер.
– Ничего такой, – благосклонно отозвалась она.
И отвела взгляд, словно он немедленно ей наскучил, до того еще, как вообще познакомились. Хозяин маленького бара, пусть и довольно популярного, в сферу ее интересов не входил.
Он всего этого не увидел и не услышал. Он приблизился к девушкам, когда они уже вовсю обсуждали другое.
– Может, кому-нибудь из девчонок щедрый любовник нужен? Приходящий. А то я никак не соображу, – лениво произнесла брюнетка и бросила в его сторону, не обернувшись: – Джин-тоник, пожалуйста.
– Клубничную маргариту, – заказала блондинка, одарив Артема дежурной кокетливой улыбкой. – Ты своего женатика слить решила?
Чувствуя, что слышит нечто, явно не предназначенное для посторонних ушей, он все-таки не удержался от соблазна. С невозмутимым видом смешивая коктейли, украдкой он с тайным любопытством наблюдал за разговором.
Он ведь бармен. Для таких, как эти девицы – никто, обслуга. Все равно что мебель. Так почему бы этим и не воспользоваться.
– Просто хочу тихо-мирно разойтись. Без претензий. У меня серьезные отношения, а он все маячит на горизонте, – пожаловалась темноглазая волчица. – Если это всплывет, будут проблемы. Переключить бы его на кого-нибудь, чтобы сам слился.
«Какие циничные стервы, – подумал Артем с некоторым даже восхищением. – А так сразу и не скажешь».
– Может, на жену? – предложила блондиночка.
– Пф! Маруся, святая ты простота! Он ее же и обвиняет в своем кобелизме, представляешь? Жалуется, что ей от него только деньги нужны. Надеюсь, та жена его не просто доит, а тоже завела себе какого-нибудь фитнес инструктора для...
Волчица оборвала фразу на полуслове, и он почувствовал на себе взгляд. Тяжелый, ощутимый почти физически. Обернулся и увидел, что она смотрит исподлобья прямо на него, недобро так, вызывающе. И он не выдержал, отвел глаза, чувствуя, будто пойман за подслушиванием и что его сейчас отчитали как пацана, ни слова не произнеся.
– Пойдем-ка за столик, там поговорим, – сказала она, соскальзывая с высокого барного стула.
Артем неожиданно для себя подумал: вот для чего он когда-то так тщательно их выбирал. Чтобы однажды на один из этих стульев уселась Волчица и заказала коктейль. Это было так внезапно и так глупо, что он едва не рассмеялся вслух. Чего только в голову не придет!
– Да мне вообще-то бежать скоро, – возразила подружка, но ей пришлось подчиниться. Темненькая явно была не из тех, кто позволяет с собой спорить.
«Сучка высокомерная», – мысленно прокомментировал Артем, впрочем, без искренней злобы.
Он хорошо знал такой типаж. Охотницы за кошельками, красотки на продажу. Вокруг него постоянно вились подобные девицы. Но эти точно не представляли, кто он, иначе вели бы себя по-другому, из хищниц превратившись в ласковых кошечек.
Тем интереснее было за ними наблюдать, когда расслабились и показали себя настоящих. Увы, дальнейший разговор незаметно подслушать не удалось. Девушки пересели, а вскоре блондиночка упорхнула, расцеловавшись с подружкой на прощание.
А темненькая осталась. Заказала латте и потихоньку цедила его, уткнувшись в телефон. Почему-то она казалась очень одинокой и потерянной, несмотря на подчеркнуто независимый вид. Отстраненной, словно попала сюда по ошибке, и ее плохо скрытая неприкаянность притягивала внимание, била по нервам.
Артем обнаружил, что не только он косится в ее сторону. Однако девчонка никого не замечала, видимо, не находила достойных своего внимания кандидатур.
Он выждал, пока она закончит. Попросил официанта подменить его за стойкой. Накинул куртку и догнал ее в дверях, сам толком не понимая, зачем это делает.
– Уже поздно, – предложил он ей. – Давай-ка я тебя подвезу.
Она просканировала его холодным оценивающим взглядом. Лицо выражало полнейшее равнодушие, но все никак не получалось прекратить ее рассматривать. Красивая по-своему, но у него бывали и получше. Не сказать, чтобы в его вкусе – он предпочитал хохотушек со спортивной фигурой и легким характером.
Но что-то в ней все-таки было, он пока никак не мог сообразить, что. И эта неясность будоражила.
– Спасибо, не нужно. Мне недалеко, пешком дойду – отозвалась она и развернулась, чтобы уйти.
– Тем более, не стоит ходить одной, – возразил Артем, едва сдержавшись, чтобы не взять ее за локоть.
Она остановилась. Чуть прищурилась, помедлила секунду. Пожала плечами и неожиданно ответила:
– Хорошо. Только не надейся, что приглашу на чашку чая...
– Артем, – догадался представиться он.
– Артем. И телефон не дам. У меня парень есть, очень ревнивый, – сказала девушка, подняла на него глаза, и они вспыхнули загадочными рыжими огоньками, отразив электрический свет.
– Я не собирался напрашиваться. Мне еще работать несколько часов.
Не ответила, лишь ухмыльнулась и застегнула молнию куртки. Они молча зашагали по тротуару, не медленно, но и не торопясь. Он все косился на свою спутницу, а та по-прежнему не обращала на него внимания: идет и идет кто-то рядом, не мешает – и ладно.
– Тебя как зовут хоть? – не выдержав этой тишины, спросил Артем.
– Алиса.
– Красивое имя.
– Угу.
«Вот и познакомились, – мысленно прокомментировал он. – А она не очень-то общительная. Интересно, сколько ей лет? На вид студентка, курса так со второго».
Или это просто так кажется, потому что она хрупкая, одета в джинсы и простенькую куртку, какие подростки носят. Еще и без макияжа, хотя с ее яркой внешностью он и не нужен, без него даже лучше.
Светофор зажегся красным прямо перед носом и начал отсчитывать секунды. Тридцать девять. Тридцать восемь...
Дорога была пустой, но Алиса не стала перебегать, как Артем сам сделал бы. Законопослушная или просто чересчур осторожная? Почему-то он задумывался даже о таких незначительных ее привычках, хотя видел в первый и возможно в последний раз.
– Часто ходишь к нам в бар? – спросил и сразу же предложил: – Придешь в мою смену – угощу коктейлем бесплатно. Говорят, у меня они неплохо получаются.
– А хозяин не заругает? – усмехнулась она.
– А я и есть хозяин.
– Даже так? – протянула без намека на любопытство. – Что-то я тебя там раньше не видела.
«Значит, все-таки к нам ходит», – подумал он с удовлетворением. Отпускать эту девушку просто так не хотелось.
– Я уезжал на долгое время, – произнес в слух. – Теперь вот решил сам делами заняться.
– Нам нравилось это место, потому что там можно было спокойно посидеть с девочками. Никто не приставал.
Он отметил про себя это ее нарочитое «было». Очень прозрачный намек. Дальше только прямым текстом пошлет. И это злило: он не привык, чтобы его посылали.
– Мы следим за порядком, не беспокойся. Видишь, даже домой тебя провожаю. Забочусь о постоянных клиентах.
– Обо всех? – она взмахнула длинными ресницами.
– Только о самых симпатичных, – парировал он и заметил, как она презрительно скривила губы. – Понял. Ты слишком хороша, чтобы обратить внимание на простого бармена.
– Молодец. Догадливый, – отозвалась Алиса и снова мазнула по нему изучающим взглядом. – И на непростого бармена тоже. Вряд ли это единственный источник твоего дохода.
– Допустим, я из состоятельной семьи, – улыбнулся Артем.
– Рада за тебя. Но я предпочитаю владельцев состояния. – С этими словами она мило улыбнулась и остановилась. – Спасибо за компанию, но тебе пора.
Он подумал было, что чем-то ее разозлил, но оказалось, что они пришли. Алиса жила в симпатичной новостройке с закрытым двором. Даже снимать здесь квартиру простой студентке было бы явно не по карману.
Но она содержанка и не скрывает этого. Наверняка любовник здесь поселил. Интуиция ее подвела, Артем запросто мог себе позволить обзавестись такой вот куколкой, а то и не одной. Только не хотел бы. Не с ней.
– И все-таки приходи, – повторил настойчиво. – Я не буду навязываться с общением.
– Пока, – коротко бросила она и скрылась за калиткой.
После Артем некоторое время все ждал – вдруг придет. Но она так и не появилась в его баре. Пришла прямо к нему домой, позже, когда уже думал, что больше и не встретятся никогда.
3.
Алиса
С Костей мы долгое время встречались на нейтральной территории. Осторожничали. Я боялась, что бывший внезапно нагрянет – он свой комплект ключей отдал, когда расставались, но мало ли. Все-таки разошлись мы не сказать чтоб тихо-мирно, бывший отпускать меня не желал. Пришлось намекнуть, что расскажу обо всем его жене... Ну да ладно, теперь все в прошлом, не хочу вспоминать.
Естественно, о настоящей причине я умолчала, соврала, будто у родителей есть привычка навещать меня без предупреждения. Якобы они строгих правил и такое безнравственное поведение дочери их шокирует.
Ага, как же. Мама, которая в свое время наизнанку готова была вывернуться, чтобы продать себя подороже. И отчим, который вызвал меня на разговор в тот же день, как получила диплом о высшем образовании, чтобы прямым текстом заявить: халява кончилась. Теперь пусть меня кто-то другой обеспечивает. Или, если такового не найдется, предложил устроить перебирать бумажки в его офисе за смешную зарплату.
– Очнись, солнышко, так многие живут. Считают копейки от зарплаты до зарплаты, рвут жилы, чтобы сделать карьеру и ближе к сорока годам наконец начать достойно зарабатывать, – сказала мать, когда я пожаловалась на такое почти оскорбительное предложение. – Хочешь по-другому? Сама знаешь, что нужно делать.
И добавила, что ни в коем случае ни к чему меня не призывает. Но я ведь взрослая девочка и должна сама понимать. Хочешь жить – умей вертеться. Тем более имея стартовые условия, которые многим и не снились.
Я и верчусь, куда деваться. Оказалось, это совсем не трудно. Девяносто процентов населения – доверчивые идиоты, на что угодно согласны, если умеючи по шерстке гладить.
Вот и Константин поверил, навязываться не стал. Дальше чем до подъезда не провожал и в гости не напрашивался.
Впрочем, он ведь тоже меня не сразу к себе привел. С самого начала честно объяснил, почему. У него есть сын, и Костя не спешил его со мной знакомить. Сперва присматривался. Только когда убедился, что между нами все серьезно, решился показать свое малолетнее сокровище.
Я вообще к детям спокойно отношусь, без фанатизма, но могу повозиться, если надо, и легко нахожу с ними общий язык. Вот только подозреваю, что меня ждет капризный, наглый, избалованный сопляк. Судя по разговорам, папочка ему ни в чем не отказывает и чуть ли не в попку целует – как же, ребенок потерял мать.
От предложения познакомиться где-нибудь вне дома, в парке погулять например или сходить в кафе Костя отказался. Сразу в гости позвал – пусть мальчик понемногу привыкает видеть меня в своем доме. Глупости. Пацану восемь, в этом возрасте они все прекрасно понимают. Конечно же он сразу догадается, кем я его папе прихожусь.
Но спорить было ни к чему. Для него я девочка-паинька из приличной семьи, сама скромность и благоразумие. Этот образ мне прекрасно удается, незачем выходить из него по пустякам.
Главное, что у него все-таки сын, а не дочка. Девчонки обычно жуть как отцов ревнуют. А с мальчиками я всегда сумею поладить, неважно, восемь им, восемнадцать или восемьдесят.
Ах, да. У моего мужчины есть еще один сын, старший. Но этот давно взрослый и сам по себе, Костя о нем почти не упоминает. Вроде жил какое-то время за границей, то ли учился, то ли работал, то ли просто папины денежки проматывал. Недавно вернулся. Вот и все, что мне о нем было известно на тот момент.
Ну, я так думала. Пока неожиданно не столкнулась с ним нос к носу и не обнаружила, что мы немного знакомы.
Встреча века была запланирована на субботу, чтобы ничего не отвлекало и можно было весь день вместе провести, если хорошо пойдет. Я готовилась тщательнее, чем к простому свиданию – еще бы, ведь мнение обожаемой диточки для отца многое значит.
Перерыв весь гардероб, остановилась на мягких брюках, кедах (вдруг придется мяч во дворе гонять) и миленькой футболке с мишкой (детям такое вроде нравится). Заказала заранее подарок – пистолет, стреляющий пластиковыми шариками (разумеется, Костя подсказал).
Легкий, почти невидимый макияж, забавная сумка с аппликациями – образ готов. Косте не нравится, когда я вот так одеваюсь, простенько и почти по-детски. Подозреваю, это потому что в таком прикиде я выгляжу совсем уж молодо, как будто он школьницу совратил. Но сейчас-то я не для него стараюсь. Не сомневаюсь, он оценит.
К месту встречи я подъезжала уверенная в себе и в отличном настроении. Как же. Важный шаг, сейчас меня фактически в семью примут. Осталось только мелкому понравиться – и все, можно паковать чемоданы и выбирать свадебное платье. Костя человек основательный, вряд ли станет тянуть с предложением руки и сердца.
Я даже за аренду квартиры в следующем месяце не заплатила, сумма все-таки не маленькая. И вообще, каждый раз, когда приходится платить из своих, сердце кровью обливается. Ничего. Скоро забуду об этих приземленных вещах как про страшный сон. У моего бойфренда (смешно звучит в адрес такого солидного дяди, согласна, но не сожителем же его звать) наверняка еще и домработница имеется...
Или целый штат прислуги, в таких-то хоромах. В этом небольшом закрытом поселке даже двухэтажных коттеджей было всего ничего, и те площадью с половину футбольного поля. Просторные участки. Яркая зелень идеальных, по линеечке, газонов. Бассейны, кое-где теннисные корты и никаких глухих заборов. Аккуратно подстриженная живая изгородь в основном.
Сдержанная роскошь. Все вокруг прямо-таки дышало спокойным благополучием, идеальное место, чтобы поселиться с семьей в окружении таких же респектабельных соседей. Будто незаметно проскочила в портал и оказалась где-нибудь в Европе.
Неужели и я буду здесь жить? Не верится...
Правда, до города далековато, особенно если по пробкам. Ну и ладно, не так часто мне придется ездить в тот город, чего я там не видела.
Увы, все вышло совсем не так просто и радужно, и причиной стал вовсе не младший ребенок моего мужчины.
Причина открыла передо мной входную дверь, и улыбка, адресованная Косте (радость встречи, немного нежности и чуточку смущения) разом сползла с моего лица. Впрочем, он тоже, мягко говоря, офигел, но мне от этого легче не стало.