Аннотация
Читать онлайн
- -
- 100%
- +
II
Иду к другим, зову других,зову отъявленно-преступных,всех неге мирной недоступных,бесстыдно-смелых и нагих!Зову в провалы и подвалы,в притоны тайные игры,к пирам в кощунственные залы,где ждут их пьяные костры.Хочу в порывах исступлений,в безумстве плясок, мигов, смен,в чаду страстей, в бреду раденийсорвать запретов тесный плен.Хочу, чтоб вспыхнули как пламяони – свободные мечтой,да будет свет их – миру знамяненасытимости людской!Ко мне, ко мне, со мной в утеху,в позор блистающим богам,навстречу зною, злобе, смеху —со мной к неистовым кострам!III
Но сам с толпою мутно-пьяной,пойду ль к дымящимся кострам?!Нет, в час их жертвы, в час багряный,себя им в жертву не отдам.Не буду с ними в вихре дымном,иной забавы захочу!Меня да встретят светлым гимноми да, поверят палачу!Не отступлю пред старой ложью,стопою легкой к ним сойду.Заворожу их тихой дрожью,с них глаз любовных не сведу.А в час, когда безмерность мукиподымет в них проклятья крик,я протяну к ним с лаской руки,я покажу им новый лик.Приникну с тихим поцелуемк устам их, дрогнувшим в огнях,мечту последнюю скажу им,и загашу последний страх.Скажу им – злобным – на исходепро мир в обителях Отца,скажу о радости в свободе,о милосердьи без конца…1905Гимны огню
I
Пламя девственно-святое,свет живительный земли,звезды в благостном покоенас от скорби не спасли.Ты же, грозный, непорочныйразбуди свои огни!Оробелых в час урочныйзнойной лаской обмани!Будет праздник: мы несмелоподойдем к святым кострам,отдадим нагое телознойно-лижущим огням.Как невеста молодаяступим трепетно на них…Ты, мучительно лобзая,наш ликующий жених!Нам спалишь лицо и руки,обожжешь нам жадно грудь —и откроешь в недрах мукисветозарной смерти путь!II
Гори, гори, огонь священный!Сыны забытые земли,тебя с молитвою смиреннойв глухую полночь мы зажгли!Согнал нас ветер с гор в пустыни,от звезд не знали мы тепла,и жизнь без таинств и святынив заботах мелочных текла.Но был нам миг: среди виденийзабыв заветы страшных слов,на сладость гордую падениймы променяли мир богов.Переступили мигов грании победили сны огнем…К тебе за таинством сгораний,все разрешающий, идем.Ликуй, дерзай огонь надменный!Могуч твой яростный язык!Светися вещий, неизменный,блаженства скорого тайник!III
Жарче, жарче пламя злое!В диком трепете твоеммы блаженство неземноесмертной мукой познаем!Мой жених огнем жестокимсжег мой девственный веноки таинственно-глубокимзрела жизни я поток.Сладострастными речамион мой разум опьянили бесстыдными огнямитело робкое обвил.Я безвольно, я безгласноотдалась яру страстей,мне ль бороться своевластнос блеском пышущих огней?!Жарче, жарче! Страх откинем.Пойте люди? Мы в огнях…Быстро, быстро с гимном сгинемна ликующих кострах!..1903Гимн
О пойте, пойте гимн страданью,слагайте песнь его огню!От испытанья к упованью,от упованья к ликованью —наш путь к сияющему дню!За счастьем жалким, счастьем дольниммы раболепно не пошли,не сном плененные крамольным,от мук невольных к мукам вольнымсвою святыню понесли!Нет, выше мира, мира тленья —мир исступленья, мир мечты.В огне ступени искупленьяи от паденья до спасеньявсе звенья пламенем чисты!О пойте, пойте гимн страданью,пути так близки наяву!От испытанья к упованью,от упованья к ликованью,от ликованья к божеству!Пляски
Мы пляшем, пляшем, пляшем,несемся с гиком по холмам,пред богом плясок в круге нашемпусть плоть покорствует кругам!Дана нам радость в сочетаньи,в сплетеньи тесном в сгибах тел;священно голых ног мельканье,блажен, кто в плясках быстр и смел!Бегите, братья, шибче, девы!Пусть ходит ветер от рубах.От Бога – буйные запевы,и Бог наш юный – чист и наг!Ему не надо лжи и сказок,пред ним быть вольно без личин,пред Богом хмеля, Богом плясокмы все в сплетеньях как один!Быстрей и шибче до забвенья!Растут желанья, резвость ног…До исступленья, до паденьянам заповедал пляски Бог!1904Созерцания
Ольха
Стоит в лесу угрюмая, безмолвная ольха.Над нею, – словно думая, ночь белая тиха.Кругом сосна корявая, под мохом кочки пней,вода в болоте ржавая, ольха склонилась к ней.Там корни влажной глиною питаются на дне,опутанные тиною, трудятся в тишине.Заклятьями глубокими сплетенные с землей,питают жизни соками ольху с ее листвой.Но скрыт игрой блестящею их девственный тайник;перед ольхой дрожащею родной лишь явлен лик.1903Сонеты
I
Ты помнишь? – мы гимны Варуне слагали,им вторили тихого Ганга струи,и рощи и долы тем песням внимали,и звезды, в волнах зажигая огни.Мы были как боги, не знали печали,но слезы восторга невольно текли:те слезы мы в волны с молитвой роняли,и волны их к лону морскому несли…Ты помнишь, как лотосам стройным и нежнымо счастье людей и богов безмятежномшептала чуть слышно, ласкаясь, река.И лотос дрожал в упоеньи блаженном,а в воздухе мерно с напевом священнымсливался молитвенный шум тростника?II
Ты помнишь? – в стране пирамид раскаленной,где с негой роскошною царственный Ниллобзает и лижет волной полусоннойгранит многовечный безмолвных могил,там, помнишь, Изидою жрец вдохновленныймолиться таинственно в храм уходил,и падали ниц мы толпою смущеннойна камни в дыму благовонных кадил?Под скорбные песни молитв покаянныхтонули мы в грезах туманных и странных,но видеть не смели богини лица.И сфинксы загадочно в волны глядели,а волны струились к неведомой целии страхом сжимались людские сердца.III
Ты помнишь ли берег Эллады счастливой,под солнцем лазури прозрачной покой,в дубраве мельканье наяды пугливой,крик фавна и звонкую песнь под скалой;а утром у моря, где лавр над оливойсклонился, увенчанный цепкой лозой,ты помнишь богиню – всю в пене ревнивойи прядь ее светлых волос над волной?Там мирно трудясь над родными полями,мы жили, не зная вражды с небесами;ни злобы, ни грешных волнений в крови;и просто к нам боги с небес приходили,и смертных невинным напевам училии мудрому знанью и счастью в любви.IV
Ты помнишь берег Иордана,куда гонимые тоской,на голос строгий Иоаннатекли мы жадною толпой.Он приходил к нам с гор Ливана;был бледен – лик его худой;горел как солнце из туманасвятых очей огонь сухой.Он нас крестил водою чистойи вел стезею каменистойк смиренью, к подвигам святым!не пил вина он и сикера,и крепла дерзостная верапри нем – в Грядущего за ним…1902Искушенье
Сквозь непроглядные туманылежал мне в горы тесный путь.Болели ног усталых раны,но сладко вера жгла мне грудь.Я к звездам шел на свет лучистый,блуждал и падал, шел опять,и день и ночь огонь их чистыйне уставал душе сиять.Но вот у бездны путь суровый:он выше к звездам не ведет,и дух иной во власти новойпередо мной с земли встает.И беспредельно сладострастнорисует пылкая мечта,как упоительна прекрасна —его земная нагота!До звезд – ни крыльев, ни дороги,а с утомительных вершинпути так близки, так отлогик манящим призракам долин…1901Я – человек
Я – человек, работник Божий,с утра до вечера тружусь;«спаси нам, Боже, от бездожийродную ниву!» так молюсь.Я – человек, земле я предан.Я – сам земля, от плоти – плоть,но мною пот лица изведан,и все отпустит мне Господь.Я – человек, любви покорен,в отдохновенья друг страстей.С людьми я злобен и притворен,но мать люблю моих детей.Я – человек, страшусь могилы,не за себя, за свой побег,родные дети – сердцу милы;продли для них мне, Боже, век!Я – человек, я здесь прохожий,не мной отмерен мне урок,но верный вечной воле Божьейот мыслей выспренних далек.И так молюсь: «Дай и в морщинахмне, Боже, сеять, жать, пахать,любить без мысли мир в долинахи землю потом прославлять!»1904Сады
Мне снятся поля благочестивых,сады, ликующие красками цветов.Нет лиц в садах, суровых, злых и некрасивых,нет слез, тоски и неспокойных снов.Резвятся дети, их весел смех беспечный.Сплетают с девушками юноши венки,несутся в пляску, – пляски бесконечны.Как лани юные все быстры, гибки и легки.Проходят женщины, как сладостные тени,их ласков голос, как неба синь, их взгляд,в молитве благостной сгибаются колени,покорно все, как овцы к пастырю, спешат.Отец их пастырь – святой и величавый;как снег руно Его кудрей.Не надо жертв Ему, не надо славы:Он сам – дитя безумное среди детей.1904Полдень
Синее, синее небо. Томящая даль! Ни тучки в небесной пустыне.Спит все земное, не спит лишь о прошлом печаль, да лист на дрожащей осине.Тайны тягучие тихо подкрались: спутан узор.Тени застыли: о смерти и вечности их разговор.Мертвая, мертвая тишь! Нас томит этот зной! Безжалостно солнце в лазури.Боже, как грозен и мертвенен моря покой! Мы страждем, томимся без бури!Тени и тайны все те же и та же все тишь, быть иль не быть? —Чайка взлетела и вздрогнул камыш… тайн оборвалася нить…1902Иванушка
Пчелки, пчелки мои золотистые,я – ваш кроткий, тоскующий брат.С вами цветики в поле душистые,не со мной, не со мной, говорят.Я один между вами все с думами;вот брожу в благовонном чаду,сердцем скорбный с мечтами угрюмымия чужой здесь, я мимо пройду.Но уйду и для таинства старогопчелок труд соберу, сберегу.За вечерней свечу воску ярогопред иконой с молитвой зажгу.Будет теплиться жертва убогая,жертва пчелок, цветов и моя.Как они, стану снова пред Богом – якак они – тихий сердцем и я.1904Вечер
Вот повеяло прохладой,тени длинные леглии над храмом, над оградойчертят ласточки круги.Стал на паперти церковнойсиротливо нищих ряд,старцы в немощи духовнойзнамя крестное творят.И к Заступнице – Царицепод вечерний перезвонбогомольцы вереницейподошли со всех сторон.В небе мирно над полямировным пламенем горя,с золотыми куполамиспорит алая заря.Детям снится: их хранительотрок с благостным челомбезмятежную обительосенил своим крылом.1903На меже
Я сын своих полей – без пышности и санамолюсь родной земле, молюсь подземным силам,живительной росе полночного туманаи с темной высоты сверкающим светилам.Молюсь один, когда в селеньях люди спят,молюся на меже, где благостней святыньмне о Тебе в тиши колосья говоряти на Тебя глядит пахучая полынь.Молюсь в ночи – святой и благодатью сильнойбез алтаря и слов, без крови жертвы тучноймолюсь, как молятся цветы мечтой беззвучнойо ниве зреющей, о жатве дня обильной…1903* * *
Солнце, солнце надо мною под ногами – таль.Радость родилась весною умерла печаль.Солнце, солнце – вековые нам черты яви.Ризы, ризы снеговые с матери сорви!Ей мы таинства готовим, к ней – идем!Солнце в небе славословим, радостью живем!В яру
Поля таинственно венчаются;звучит призывно смутный голос.Молчу, молюсь… Мольбы срываются.К земле поник ядреный колос.Ловлю ветров слова предвечные,в яру лучей сбираю травы,бегу, спешу в луга заречныеи в многотайные дубравы.За лесом жду очами жадными,сверкнет ли молния изломом?Припав к корням, губами страднымиищу воды под черноземом.И нет пощады. Жар убийственный.Лежу у дуба векового: —молчит сурово темнолиственный.В молчаньи, мнится, будет слово.И громче звон в ушах томительный,и боль в груди! Вот пал на землю.Но свет открылся ослепительный…О свет! От солнца смерть приемлю…1904Земля
I
В небе серебряном звон колокольный,утренний воздух прохладен и тих;с неба сойдет ко мне светлый, безбольный,солнце – мой муж, мой жених…Паром овеянная,потом взлелеянная,вся ли я прах?Хлебом засеяннаявся в бороздах.Солнечность, солнечность, в лоносвято ко мне низойди!Утро весеннее так благовонно,буйно-томительный день впереди!II
Замер вдали и синеетсяРо́сами дымно-овеянный лес.Солнечность вечная сеетсяс купола бледно-молочных небес.Девственно-черная, вся обнаженнаямать, истомившись, в поту замерла.Мукам покорная, вся распаленнаяплоть свою детям на труд предала.Солнечность, солнечность вешняя,семя во мне напои!В мире живая и в мире вся здешняя,солнцу я раны раскрыла свои.III
Ярость упала. Солнце устало,реки подернулись белым туманом.Тень от востока широко сбежала,пала на землю к зияющим ранам.Встали, подвиглись над ними прохлады,силы ярёмные снова растут,снова готовятся таинства страды,деется древний, таинственный труд.Сладостно семени в плоти приимчивой.Силе молитесь родящего чрева!В неге вечерней, в неге разымчивоймать возрастит вам родные посевы.1904* * *
Священные кони несутся…Разнуздан их бешеный бег.Их гривы как голуби вьются,их пена белеет как снег.Вот гнутся макушками елки,и пыль поднялась на полях.Над лесом косматые челки,подковы сверкают в лучах.Как моря взволнованный ропот,несется их ржанье с полей.Все ближе, все ближе их топоти фырканье гордых ноздрей!Спасайся, кто может и хочет!Но свят, кто в пути устоит:он алою кровью омочитсвященную пыль от копыт!Стихотворения, не вошедшие в «Собрание стихотворений»
* * *
Мне снилось: с тобою по саду вдвоем Мы темною ночью бродили.Таинственно, тихо, все спало кругом, Лишь ярко нам звезды светили.Мне снилось: в густой и высокой траве Нам путь светляки освещали,И страшные сказки друг другу во тьме Угрюмо деревья шептали.Мне снилось: со мною ты под руку шла, И что-то мне тихо сказала,И словно огонь ты в груди мне зажгла, И страшно, и жутко мне стало.Мне снилось: с тобою по саду вдвоем Мы темною ночью гуляли,Таинственно, тихо все было кругом, Лишь ярко нам звезды сияли.Отвергнутый ангел
(Средневековая легенда)
Смятенье в замке Эйзенрека,Настал Конрада смертный часИ за монахом человекаШлет гордый рыцарь в первый раз.С невольным страхом поп смиренныйК одру болящего спешитИ тот с улыбкою надменнойК себе ввести его велит.И начал Эйзенрек в волненье:«Ты знаешь, поп, я не любилТвоих обеден песнопенье,Дым фимиама, чад кадил;Как перед кесарем, пред БогомЯ не сгибал спины своейИ не согласен я во многомС твоим ученьем, иерей;Но было мне одно виденье…Оно изгрызло грудь мою:Ей страшно смерти приближенье,Мне с детства милое в бою!Однажды враг в разгаре битвыМне выбил меч из сильных рукИ ждал я смерти без молитвыИ без раскаяния мук.Вдруг мимолетно ангел нежныйМеня крылами осенил…Но я в надменности мятежнойЕго защиту отклонил —И, светом рая осиянный,Он улетел с слезой в очах,Исполнен грусти несказанной,С упрёком кротким на устах…Удар врага был верен страшный,Но панцирь мне не изменил,Сломился меч – и в рукопашнойВ тот день врага я победил, —Я задушил его руками!Но, без проклятий и угроз,Он цепеневшими устамиХристово имя произнес…И я кляну тот день несчастный:С тех пор, с мучительной тоской,Я вижу к жизни безучастныйПосланца неба пред собой.Мне страшен взор его открытый,Его слеза мне грудь сожглаИ влагой скорбно-ядовитойБылую силу отняла.Отец, мне больно бесконечно,Мне страшно, страшно умирать!..Скажи, ужель и там я вечноТомиться буду и страдать?..Виденье вновь… что́ это значит?То он, прекрасный, предо мной!Его мне жаль… О чем он плачет,Скорбит безгрешною душой?Да, я готов ему молиться…О, научи меня, отец!..Дай сил мне, Господи, смириться…Будь милосерд… Пошли конец…»Пролепетал – и вздох последнийС молитвой к Богу испустил…И служит поп по нем обедни,Струится к небу дым кадил.И льются клира песнопенья:«Рабу, смиренному Тобой,Прости, Владыка, прегрешеньяИ со святыми упокой!»* * *
Им путь ночной томителен и труден:Спят пастухи и сон их непробуден,Стада бредут без цели, без вождей, И соблазнителен и чуден Им блеск блуждающих огней.*Над ними звезд немеркнущие хорыВыводят в небе вечные узоры,Но непорочный блеск их не для стад И звезд невидящие взоры Нечистым пламенем горят.*Их грудь ни разу песней не согрета.Молись за них: есть время до рассвета!Да взыдет солнце! Солнце пусть блеснет И знойной ласкою привета В них пламя чистое зажжет!Зов
Звездной сетью, ровной, яркой,Озарен души тайникИ, в слезах, с молитвой жаркойЯ к земле приник.– – – – – –Люди спят, до звезд высоко, —Только, слышу, в тишине«Смертный!» шепчет издалекаГолос чей-то мне…– – – – – –Знаю, то к себе, прощая,Сына мать-земля зовет:Слышит он твой зов, родная,И к тебе идет!Терцины
В темницу смрадную был брошен я судьбой.Мой ум был угнетен оковами сомненья,Душа была мрачна, сжималась грудь тоской.И вдруг явилось мне чудесное виденье:Прекрасный некий муж предстал передо мной,С челом, отмеченным печатью вдохновенья.Сияньем неземным нетленной красотыКак солнцем озарен был лик его чудесныйИ взор его был чист, как ясный луч звезды.И он мне руку дал и из темницы теснойВ дыханьи творческом божественной мечтыВознес на высоту, где ждал нас храм небесный.И мы вошли в тот храм. Как стая голубицВ нем юных дев толпа нас окружила с пеньемПри звуках сладостных архангельских цевниц.И песне дивной той внимал я с упоеньемИ в сонме ангелов Творцу, простертый ниц,Молился радостно и плакал с умиленьем.И мы вошли в алтарь – и я затрепеталВ священном ужасе: как лава огневаяПередо мной там путь из пламени сиялВ ту царственную высь, где, в свете утопая,Престол Всевышнего над солнцами пылал.…………………………………С тех пор я слеп, друзья, с тех пор я слеп и глух:К сиянью тленному бесчувственны зеницыИ к голосам земли мой безучастен слух.Но мужа дивного целительной десницыПрикосновеньем вдруг мой окрылится дух —И, внемля, видит рай в стенах моей темницы.Свиданье
Был купол храма в небе светел,Был день заветный середа;Меня дьячок у храма встретилИ поклонился как всегда.Дала пятак я старой нищей,Остановилась у скамьи.Все было тихо на кладбище,В пыли купались воробьи.Я не забыла уговораИ прождала на месте срок,Сидела долго у забора,Чертила зонтиком песок.И так же храм был в небе светел,Я шла назад, была одна.Никто из встречных не заметил,Какая стала тишина.На перекрестке и во храме
I
На перекрестке
Как вор, я, отрок, в новолунье,Переступив родной порог,Пробрался к молодой колдуньеНа перекресток трех дорог.Меня учили: женщин гадкиОбъятья, ласки, нагота.Но в ведьме – юность и загадкиИ не людская красота!И ей для тайны сладострастья,В селе старуху обокрав,Принес я кольца и запястьяИ зелень ядовитых трав…Я жду. Вот белая рубахаМелькнет над рожью в полумгле,И с ведьмой – жадною до страха —Я припаду к родной земле.II
Жрец
Я отроком познал тщету земных стремленийИ, бросив отчий дом, бежал в заветный храм,Где, закаляя дух от сладких искушений,Уж много лет служу нездешним божествам.И я люблю мой храм, его немые своды,Задумчивую тень от сумрачных колонн…Здесь все мне говорит о торжестве свободыВ сознаньи радостном, что жизнь – минутный сон.Проходят дни мои неслышной чередоюСреди высоких дум и сладостных молитв,И не влечет меня лукавою мечтоюК земле ни песен звон, ни шум кровавых битв.В бесстрастьи от богов – мне высшая награда:Любви жестокий жар я остудил в себеИ жду бестрепетно, когда моя лампадаИссякнет медленно в мерцающей мольбе.* * *
Маша, родимая,Сестра моя вечно любимая,Как хорошо жить на свете!Как хорошо страдать ради тебя!О, лучезарная,Свет даровавшая,Лилия чистая,Белая лилия, Радость солнца несущая,Все оживляющая,Смерть побеждающая,Слава тебе!* * *
О, мой брат, мой запуганный брат.Подойди и не бойся меня,В моем сердце лучи золотые горят,Никого не виня, не кляня.Я – как ты, кто родил меня, звал.Кто ласкал меня осенью поздней.Кто учил, наставлялИ берег от лихих и их козней.Я как ты, о мой брат,Мой запуганный брат….Обедня
Снились нынче мне попы,Бородатые, седые,Жирно-масленые, злые,В смраде сдавленной толпы,С волосами завитыми,Все с крестами золотыми,В темно-синих клобуках,В ризах пышных, золоченыхПосреди свечей, зажженныхНа престолах в алтарях.Совершали злое дело,Убивали чье-то тело,Выпивали чью-то кровь.Страсти грезились и муки,Воздымались к небу руки,Пели, скорбно про любовь,Так униженно просяще,Заунывно и слезяще,Точно вправду убивалиТам Того, кого назвалиСыном Божиим они.Трепетали свеч огни.Люди темные толкались,Пред иконами склонялись,В темноте меж сапогамиО пол тукалися лбами.Громко бабы воздыхали,Поминали мертвых души,Бились жалобно кликуши,Деньги медные бряцали,Дети плакали, кричали.И над всем в поту и дымеВсе грозней, неумолимейНад свечами, над огнями,Над поющими попамиИ над всеми образамиЛик один вставал упорныйВ светлых ризах черный, черный.Спи, мой родименький!
Пробирается мальчик по лесенке,Пробирается к Богу на небо…Так поется в глупой песенке:Дай мне хлеба! Дай мне хлеба!Зажигает у Бога лампадочки,Обегает мой мальчик все небо;Так поется в глупых сказочках:Дай мне хлеба! Дай мне хлеба!Возвращается мальчик от Боженьки,Возвращается мальчик без хлеба.Устали голодные ноженьки,Обегали ножки все небо.Нет хлеба у Бога,Спи, мой родименький…Мазурка
Мы смеялись, веселились,Надя, Женя, Миша, ГлебТанцевали и кружились,Ели торт и сладкий хлеб,Звонко чокались бокалы,Проливалося вино,Все летели быстро в залы,Где гремел оркестр давно,Там мы парами летали,Отбивали каблукомТакт мазурки и порхалиС запыхавшимся лицом,Все неслось, неслися плечи,Дам прически, фраки, даль,Электрические свечи,Эполеты и рояль.Так кружились мы до света,Но когда мы разошлись,Страшно, страшно: из паркетаТочно люди поднялись.Были все они худые,Лица в ранах гвоздяных,Точно люди в зале злыеКаблуками били их.Проклятие
Они цветы мои сорвали, —Я нес им песни и цветы, —Они цветы мои сорвалиИ растоптали все мечты.Сорвали белые одежды,И тело нежное моеЗа песнь, за счастье, за надежды,За волю к жизни в ранах все.Связали руки мне ремнями,И в поле выгнали меня,Клеймя последними словами,Как вора дерзкого кляня.И вот я голый, сирый в поле,Приходят псы меня лизать,Гуляет ветер здесь на воле,Мне нечем раны повязать.Но Бог не знает тем пощады,Кто нагло рвет его цветы,Кто в них не ведает отрады,Кто топчет детские мечты.И стал я призраком проклятыхИм в их приютах и домах,Хожу по улицам, по хатамИ вызываю всюду страх.Не знают в снах они покою:То я пред ними мертвецом,То, словно пес, в ночи завою,То голый встану под окном…Балет
Светорунные волокнаМесяц поднял над рекой…В королевском замке окнаПолны сказочной игрой:Там тоской музыки струннойЗаливаются смычки.Ходят пары в неге луннойВсе, как призраки, легки.Дамы в длинных платьях чинных,Белы в лунной полосе,Смех на лицах их невинныхИ в перчатках белых все.Их в перчатках кавалеры,Все изящны, все стройны,Графы, рыцари и пэры —Лучший цвет со всей страны.Сам король на древнем троне —Величав, красив и сед.Блеск луны в его короне,На устах гостям привет.И кружатся в лунном танцеПеред ним гирлянды пар.На паркете в лунном глянцеСветорунных чар пожар.Вот танцуя, сантиментыШепчет милой нежно князь.Здесь дарит пажу две лентыДама белая, смеясь…Но лишь полночь, с первым звоном,То обычай старины —Все, вальсируя с поклоном,Снять перчатки с рук должны.«Ужас! ужас!» – вдруг в смущеньиМолвят гости. Молкнет смех…В замке шепот и смятенье,Страх и дрожь на лицах всех.Сам король встает сердитоИ перчатку рвет с руки.Перед ним недвижна свита,Молодежь и старики.«Я не знала!» – шепчет дама —«Ах!» – без чувств готова пасть.И не смотрит рыцарь прямо,Кто нашептывал ей страсть.Сказка старая понятна:На руках гостей у всехНесмываемые пятнаАлой крови – алый смех…И король содвинул брови,Грозен вид у старика, —В чьей же, чьей же это кровиКоролевская рука?!..Но довольно… В лунном танце,Как цветы, гирлянды пар.Алых пятен в лунном глянцеСловно роз в снегу пожар…И исчезло все виденье,В замке снова тишина…Сумрак, холод, запустенье,Бродит бледная луна…Тюремные песенки
Ты обнималаКолени,К земле припадала.В молитве-томленьи…Аленушка, сказка моя!Березы шумели,Кудрявые пели.Вдали надвигалась гроза!Ах, с какою тоской безысходнойО жизни, о доле свободнойК грозе обращались глаза!– – – – – –И все грезится мне:Подойдет ко мне мать,И на сердце мне руку положит.Мое сердце в огне,Не хочу умирать!Помогите, кто может.Я как дуба листок.Бушевала гроза,Подняла меня буря до солнца,Опалила меня, опалила о солнце.Оттого я в огне,Оттого я умру…Помогите, кто может!– – – – – –Где-то девушка плачет, тоскует.Ах, она, пусть она поцелует!Ее губы – цветок,И как звезды глаза:В них, как в звездах, – о людях кручина.– – – – – –И березка эта знает,Знает боль, тоску.Тихо ты поцеловалаЕй сребристую кору.И березка задрожала,Словно ранена была,Капля чистая упала —То пришла гроза.– – – – – –Я молюсь лучам и солнцу,Я их брат родной.Солнце, солнце,Подойди к тюрьме, к оконцу,Солнце, брат мой золотой,Посвети мне в этой келье,Где так страшно, так темно.Бледен стал я и весельяНе видал давно.Будь мне матерью родною,Приласкай и все пойми!Будь мне другом, будь сестрою!Жарко, жарко обойми!Приласкай! И пусть другиеВсе с тобой ко мне войдут.Все друзья мои родныеПусть увидят, как я худ.Пусть расскажут мне о воле,Об отчизне, о любви,О раздолье в чистом полеИ о жалобах земли.Солнце, пламенное солнце,Ты один мне здесь родной,Приведи их всех к оконцу,Солнце, брат мой золотой,Я со всеми побеседую,У оконца посижу.И лучам твоим поведаю,Как всех крепко я люблю.– – – – – –А люди, все люди так бедны.Ах жалкие, темные люди,Глаза ваши злы и лица так бледны,Еще не слыхали вы, знать, о чуде?!Придут несказанные тайны,Свершается чудо чудес:К нам Гость пришел необычайный,Он сходит прямо с небес.В грозе Его лик сокрытыйИ молния – меч Его.Он видит, что в землю зарыто,Не скрыть от Него ничего,Взрыхляет Он землю лопатой,Дает росткам просторИ жатвою новой, богатойУже любуется Божий взор.Вставайте, вставайте все смелыеИ к солнцу тянитесь дружней,Прочь оробелые, прочь омертвелые!К нам солнце все ближе, и дали ясней!– – – – – –Спи, мой мальчик, усни!У Бога чертоги хрустальные,Жемчуговые, светлые башни,Ворота, оконца зеркальные,Поля золотые и пашни.Гуляют с Ним дети богатые,В одеждах все синих, как небо,Их ангелы кормят крылатыеГорячим и сахарным хлебом…– – – – – –Мои песни, быть может, не нужны,Не нужны они никому.Их боль, их рыданья, трепет,Их плач и признанья к чему?Но в песнях я – волен, я – волен,Как ветер, терзаюсь, томлюсь.Вот, в песнях я песнями болен,И в песнях над болью смеюсь…– – – – – –Я терзаюсь по белому свету.И всюду и всюду темно.Но молюся я Белому Свету,Что светит мне всюду равно.Пусть люди не знают, чем живы,Но в сердце их есть Тишина,Таит она пламень не лживый,Таит в себе Бога она!– – – – – –В лесу нынче пусто и сыро.Деревья звенят обнаженные,Гудят безнадежно и сироНапевы хвои похоронные.И травы под мертвой листвойПожелтели, поблекли усталые.К земле припадают сыройИ мысли мои – истомленные, вялые…– – – – – –Я бы в лес убежал,Где березки звенят обнаженные,Где под мокрой листвойТравы никнут к земле утомленныеИ в кустарниках ветер шумит о былом,Так уныло жужжит о быломВ бересклетеО прошлом, угаснувшем лете.Я бы в лес убежал,Я сказал бы березкам рыдающим:Вы не плачьте, не плачьте, березки,Вот летом блистающимСнова солнце оденет вас светлой листвой.Будут люди играть, веселиться и петь.Вы раскинете светло-зеленую сеть,Но меня уж не будет меж вами…Ах не плачьте, не плачьте березки над нами!..– – – – – –Улетим за пределы далекие,На синеющий дымный простор,Там, где травы, качаясь, высокие,Где цветов под ногами коверУтолят твой тоскующий взор.Станем тихими, робкими, нежными,Позабудем кровавые сны,Над цветами, полями безбрежными,В царстве солнца, лучей, тишиныОбовьемся дыханьем весны.Будем грезить о душах безмолвных,Что таят безмятежно огни,Те огни, что житейские дниВ своих мутных, хлопочущих волнахЗагасить до сих пор не могли.Будем грезить о сильных и крепких,Что восстали над ними стеной,Что от космищ лукавых и цепкихНад безбрежной и дикой волнойОхранились своей глубиной.Будем грезить о звездах высоких,Что светили и нам, в наших днях,Что степным караванам в путях,Морякам в океанах широкихСветят вечно в ночи в небесах.И помолимся вместе о лете,О горячих лучах, о любви,Мы с тобой среди трав у земли, —Обо всех, кто томится на светеИ кто ищет ко свету пути.Ты пройдешь по траве молчаливая,Только взором лаская цветы,Но и взором им скажешь мечты,А волна по траве прихотливаяПобежит над лугами, где ты.– – – – – –Я как пьяный утром вышел,Было небо все в огне,Я молитвы неба слышалИ звенело все во мне.Вам живые, травы, люди,Солнце, воздух и цветы,Вам я весть несу о чуде,Весть о чуде: вы – святы.Видел плен я темный, скрытый,Видел камней мертвый сон, —Все цветы в камнях забиты,Страшен долгий сон!Но сквозь все земные мукиЯ пронес любви любовь,Вам все тело, мысль и руки,Люди, – вам святую кровь.И простер я к небу руки,Были руки все в огне.Солнце, пламенное солнце,Ты во мне!