- -
- 100%
- +
– Ты, кстати, тоже, – обиженно проворчал Кондор. – И не надо оскорблять меня в лучших чувствах. Тогда я был прыщавым юнцом, дрожащим от возбуждения и готовым тащиться за любой девицей, которая позволит провести ночь в ее постели. Тогда я думал не головой, а кое-чем пониже. Теперь все по-другому. По умна, нежна и красива, как райский цветок. Никогда еще, клянусь, я не встречал такой, как она. Я влюблен, и влюблен по-настоящему.
– Я предложил бы тебе выпить за это, но, очевидно, придется пока отложить. – Арсон задорно подмигнул Кондору.
– Выпьем, когда отыщем винные погреба в замке Крейда, – проговорил Кондор, поддерживая его шутливый тон.
Тем временем Арсон увидел, как несколько рыцарей, спешившись, обрывают спелые ягоды малины с растущих вдоль дороги кустов. Вот их-то он и возьмет с собой в разведку.
– Эй, вы! – крикнул он. – Прекратить! Быстро ко мне!
– Но, сэр, эти ягоды… – Сладкоежки застыли в растерянности, решив, что сейчас получат нагоняй за самовольство.
– Немедленно! – мгновенно рассвирепел Ар-сон. – И никогда больше не сметь…
– … Разговаривать в таком тоне со мной. Меня назначили старшим группы, а я не отдавал приказа притаскивать его сюда…
Артем постепенно приходил в сознание. Боли не было. До него доносились чьи-то голоса, но в непроглядной темноте невозможно было разобрать, кто говорит и сколько их. Потом до него дошло, что причина темноты – его собственные плотно закрытые веки, но Артем решил пока не торопиться открывать глаза, пусть думают, что он без сознания. Где же он находится, почему до сих пор жив и кто рядом с ним – враги или друзья? Впрочем, насчет последнего Артем особых иллюзий не питал. Его пытались убить, он каким-то чудесным образом остался в живых, и теперь убийцы притащили его куда-то, намереваясь завершить начатое. Артем прислушался. Говорили несколько человек, но голоса были настолько одинаковые, что можно было подумать – говорит один. Лишь по едва заметным различиям в интонации можно было понять, что на самом деле беседуют трое или четверо. Наверное, так оно и было, учитывая, что за ним охотились убийцы-близнецы. Голоса спорили, и речь, без всякого сомнения, шла о нем.
– Вы могли прикончить его еще там, так почему же сейчас я вижу его здесь, перед собой? – Старший был явно недоволен.
– Мы не смогли связаться с тобой. Мы всадили в него половину обоймы, а он все еще жив. Арбалет, и тот эффективнее. Почему бы не прикончить его из арбалета? – оправдывающимся тоном проговорил другой голос, точно такой же, как первый, словно человек разговаривал сам с собой.
Артему стало не по себе. Не каждый день слышишь подобное. Может, из арбалета, может, из автомата…
– Если ничего не выйдет, мы используем «Имп», – после короткого молчания сказал старший. – Но пока нужно придерживаться первоначального плана и испробовать иные способы. Мы не должны оставлять следов своего присутствия здесь. Попытайся еще раз убить его из пистолета.
Артем внутренне напрягся, ожидая наихудшего. Мозг в бешеном темпе начал прокручивать все возможные варианты спасения. Хотя какие могут быть варианты? Он один – их четверо, они вооружены – у него нет даже столового ножа, спасшего при прошлом нападении. Проще говоря, он уже труп. От пули ведь не убежишь.
– Попробуй выстрелить в глаз, – посоветовал один убийца другому. В тот же миг Артем услышал, как прямо перед его лицом передернули затвор. В панике, понимая, что жить ему осталось считанные секунды, он открыл глаза и увидел прямо перед собой хромированный ствол пистолета, нацеленный ему в левый глаз.
– Ну вот и все, дружок, – сказал бандит, как две капли воды похожий на налетчиков, ранивших Михаила, заметив, что жертва пришла в сознание. – Извини, если что не так…
Близнец нажал на курок. Прогремел выстрел, вспугнувший стайку воробьев, но пуля не попала в цель: в последнюю секунду, когда палец убийцы уже давил на курок, Артем неожиданно для себя рванулся в сторону и, прежде чем стихло обрывистое эхо выстрела, оказался на ногах. Пуля выбила кусок асфальта под коркой протаявшего грязного льда, не причинив человеку вреда. Не совсем понимая, что делает, Артем мыском ботинка ловко выбил пистолет из руки бандита и, отпрыгнув в сторону, быстро огляделся. Он находился в полутемном, грязном переулке, вероятно где-то на окраине города. Куда ни глянь, возвышались серые, потрескавшиеся стены заброшенных зданий, пустыми глазницами выбитых окон взиравших на происходящее внизу. Идеальное место для убийства. Пристанище бомжей и наркоманов. Никто даже не поинтересуется, кто там взывает о помощи. Бежать было некуда. Переулок заканчивался тупиком, единственный выход из него преграждали четверо одноликих убийц, желающих как можно скорее отправить его на тот свет, даже не объясняя причин столь внезапной к нему ненависти.
– Ишь какой прыткий. – Пока Артем лихорадочно осматривался, убийцы успели распахнуть свои плащи и извлечь из-под них огромные черные пистолеты с длинными стволами, лазерными прицелами и… овальными дулами. Без сомнения, это-то и были упомянутые ранее загадочные «Импы». – Больше никаких шалостей!
Стоявший ближе всех к Артему близнец выстрелил. Яркая вспышка осветила обшарпанные стены, резанув Артема по глазам, но он все-таки успел уклониться от небольшого сгустка пламени, вылетевшего из ствола этого странного оружия. Перекатившись к противоположной стене, Артем задержался лишь на секунду, после чего вынужден был снова метнуться в сторону, ибо еще два огненных шарика, выпущенных «Импом» убийцы, высекли огненные брызги из мусорного бака, стоявшего у него за спиной. Раздумывать было некогда. Каждый новый выстрел мог стать для Артема роковым, и тогда все, конец. «Спасай свою жизнь, Темка! Вспоминай, как ты уложил первых близнецов два дня назад! Нечего прятаться. Пора атаковать!»
И Артем перешел в наступление, полностью отдавшись неведомой скрытой силе, столь своевременно проявившейся в нем совсем недавно. Одни назовут схватку безоружного с вооруженными до зубов головорезами безумством, другие сочтут ее верхом бесстрашия, третьи промолчат, понимая, что это ни первое и ни второе, а лишь бессмысленная попытка загнанного в угол человека умереть с достоинством, стараясь утащить с собой на тот свет хотя бы одного из нападающих. Кто знает, что это было на самом деле. Артем не рассуждал. Просто действовал. Словно разъяренный раненый лев, он бросился на ближайшего бандита, и его прыжок оказался поистине молниеносным: только что он стоял в трех метрах от него, а в следующую секунду его нога уже врезалась тому в грудь. Бандит шумно гукнул и, роняя пистолет, упал. Следующим сокрушительным ударом колена в подбородок Артем сломал ему шею. В тот же миг остальные трое близнецов открыли огонь. Позже Артем сам поразился своей силе, ловкости и быстроте реакции, сейчас же ему было не до того. Увертываясь от смертоносных зарядов, он подхватил валявшийся на асфальте «Имп» и навскидку, не целясь, дважды выстрелил. Никакой отдачи и обычного для любого оружия грохота выстрела, только тихий щелчок, словно сработало электронное реле. Яркая вспышка. Еще один убийца оказался на земле, завывая от боли: первый заряд угодил ему чуть выше локтя правой руки, от которой осталась лишь обугленная культя, второй выжег весь левый бок, и в рваном отверстии размером с футбольный мяч виднелись обломки почерневших ребер.
– Анпексурр! Кисвыа тииб резх шлотм! – прокричал неожиданно третий бандит на странном, но, к удивлению Артема, понятном ему языке и бросился в бой.
«Поганец! Я тебя голыми руками порву!» – машинально перевел для себя Артем. Ну уж нет, такого удовольствия он ему не доставит. Уклонившись от очередного заряда, Артем снова вскинул руку с пистолетом и выстрелил. С глухим хлопком его луч разорвал шею врага, голова, дымясь, отлетела в сторону, а тело по инерции сделало еще несколько шагов и упало рядом с Артемом, судорожно дергая ногами. Артем же, не отвлекаясь, прыгнул на последнего бандита, сбивая его с ног. Близнец рухнул на асфальт беспомощной куклой. Ловко перехватив его руку с зажатым в ней пистолетом, Артем провел неизвестный ему ранее прием и обезоружил врага, заполучив второй «Имп», который тут же отбросил в сторону. Оставшийся в одиночестве, да еще без своего супероружия, убийца уже не был столь опасен, поэтому с его отправкой вслед за товарищами Артем решил малость повременить. Теперь он был хозяином положения и желал получить ответы на кое-какие вопросы. Отступив на несколько шагов назад, Артем позволил бандиту подняться на ноги, и, когда тот выпрямился, разминая вывернутую захватом руку, Артем спросил, направив на него овальный ствол пистолета:
– Кто вы такие? Отвечай быстро, или я поджарю тебя, как и всех остальных. Поверь мне, я не промахнусь и угрызения совести меня мучить не будут. – Артем вспомнил лицо умирающей на его руках Анюты. Возможно, именно этот близнец стрелял по ним. – Я жду!
Как ни странно, незнакомец ничуть не испугался. Наоборот, страх ощутил сам Артем, столкнувшись взглядом со стоявшим перед ним человеком. Глаза бандита горели фанатическим огнем. Похоже, он совсем не боялся смерти! Он был готов к ней!
– Моя жизнь не стоит даже одежды, что на мне надета, – заговорил близнец, медленно откидывая полу плаща, под которой у него обнаружился висевший на поясе меч. Артем уже видел такие мечи. И во сне, и наяву. Двигаясь медленно и осторожно, убийца продолжал свой безумный монолог: – Ты можешь убить меня быстро, можешь медленно, можешь пытать меня самым изощренным способом, но я ни единого слова не скажу. Уж поверь мне. – Близнец выхватил меч и рванулся навстречу своей смерти. Без сомнения, он знал, на что шел. Он не просто был готов умереть – он жаждал смерти, словно она являлась для него наивысшим благом. Артем, не медля ни мгновения, выстрелил. Грудь убийцы разлетелась фонтаном дымящейся плоти, и он рухнул на землю, выронив свое оружие. Наступила тишина. Артем медленно опустил пистолет, растерянно оглядываясь. Перед ним лежали четыре трупа. Четверо натренированных, вооруженных мощнейшим фантастическим оружием убийц, с которыми он расправился в считанные минуты. И на этот раз он действовал еще быстрее и еще четче. Он даже не вспотел, совершая немыслимые акробатические трюки и показывая чудеса гибкости, с какой увертывался от смертоносных огненных стрел. Кто же он после этого? По нему стреляли из автомата, но он жив. И хотя в своей куртке он насчитал больше десятка отверстий от пуль, ни капли крови он так и не обнаружил. Не может же он быть бессмертным? Или может? Но тогда почему к нему послали убийц? Кто он? И кто они?
– Неплохо. – От неожиданности Артем вздрогнул и отскочил в сторону. Но ожидаемого нападения не последовало. Неподалеку стоял человек. Не близнец в черном одеянии и с мечом или загадочным «Импом» в руках, а обычный человек, в серых брюках и кожаной куртке поверх белого вязаного джемпера. В левой руке он держал небольшой черный дипломат. Пристально глядя в глаза Артему, незнакомец загадочно улыбался.
– Ты кто такой, черт возьми? – воскликнул Артем и опасливо попятился назад, направив ствол пистолета на чужака.
– Кирик Длост, – представился тот и шагнул вперед.
– А ну стой, где стоишь! – прикрикнул Артем, разглядывая незнакомца. На вид тому было около тридцати, он был высок, строен, длинные темные волосы зачесаны назад и забраны на затылке в пышный хвост. Добрые, немного грустные глаза не отрываясь смотрели на Артема, и у него появилось странное ощущение, что этого человека он когда-то уже видел.
– Спокойно, спокойно. – Чужак, с опаской глядя на «Имп», отступил назад. Улыбка медленно сползла с его лица. – Ты же не хочешь прибавить к четырем трупам пятый?
– Один неверный шаг, и на земле будет именно пять трупов, – сказал Артем. Он не шутил. Отнюдь, он был готов в любой момент нажать на курок и испепелить этого неизвестно откуда взявшегося человека с дипломатом.
– Успокойся, ты же видишь – я не вооружен, – сказал незнакомец.
– Даю тебе десять секунд, – буркнул Артем. – Кто ты и что тебе здесь нужно?
Чужак вновь улыбнулся, на этот раз с облегчением. Даже в его улыбке Артем уловил что-то знакомое.
Нет, определенно они уже встречались раньше. Но когда? Где?
– Для начала я хотел бы просто поздороваться, – сказал незнакомец.
– Привет, – нетерпеливо отозвался Артем.
– И тебе привет, – продолжая улыбаться, чужак осторожно поставил дипломат на землю. – Давно не виделись, Кондор.
10
Замок князя Силдона Крейда стоял на равнине, со всех сторон окруженный глубоким рвом с водой. Он выглядел совсем не так, как шесть лет назад, когда эти земли еще никто не называл Проклятыми и княжество принадлежало благородному князю Ориттону. Вроде бы все те же высокие зубчатые стены, укрепленные величественными башнями, все те же острые витые шпили с развевающимися на них флагами. Но только вот цвет знамен теперь был не синим, а светло-фиолетовым, с искрящейся позолотой в центре, образующей несимметричную семиконечную звезду. Да и самих шпилей стало гораздо меньше. Силдон, завладев замком, перестроил его.
Кондор видел новый замок нового князя всего однажды, около трех лет назад, когда Силдон Крейд соизволил наконец устроить соседям пышный прием по случаю своего дня рождения. Кстати, впечатление Крейд производил самое благоприятное. Лет сорока на вид, высокий, худощавый, отнюдь не атлетического телосложения, длинноволосый, сероглазый, нос прямой, с небольшой горбинкой, приобретенной, вероятно, не при рождении, а вследствие давней травмы. Скорее утонченный аристократ, чем воин. Довольно состоятелен, судя по богатству одежд и изысканности угощений на столах. Хорошо воспитан. Всегда и со всеми учтив и крайне обходителен, что уже стало большой редкостью в последнее время. Многие отзывались о нем как о довольно приятном собеседнике. Немногословен, скуп в высказываниях, однако способен поддержать практически любую тему несколькими точными замечаниями. Князь никак и никогда не выказывал своей неприязни к Кондору. Напротив, был с ним весьма любезен и обходителен. Казалось, они могут стать не только добрыми соседями (их княжества имели общую границу с севера), но и хорошими друзьями. Из разговоров с другими лордами Кондор выяснил, что Крейд мало рассказывает о себе, и это была, пожалуй, единственная замеченная за ним странность. Возможно, именно его скрытность и породила нелепейшие слухи о колдовстве и ужасных монстрах, бродящих в местных лесах. Кондору не терпелось развеять эти слухи, как и миф о непобедимости Силдона.
Еще издали завидев впереди нездоровое оживление внезапно остановившейся колонны, Кондор почувствовал неладное. Остановить движение войск без его ведома мог только Арсон, вот только зачем ему это понадобилось? Неужели он что-то увидел впереди?
Приблизившись к неразборчиво гомонившей толпе, князь спрыгнул с коня и, бесцеремонно распихивая людей, натолкнулся на бежавшего к нему Мартинира, второго гард-рыцаря.
– Что произошло, Мартинир? – недовольно спросил Кондор. – Почему мы остановились?
– Это я остановил движение. – Голос второго гард-рыцаря дрожал, а блуждающий взгляд никак не мог остановиться на чем-либо.
– Да как ты посмел?! – гневно прокричал Кондор, надвигаясь на Мартинира, но тому, кажется, было все равно.
– Вам лучше пойти со мной, – проговорил он. – Там сэр Арсон, и он… Вам лучше увидеть все самому.
– Арсон?! Что с ним?! – Кондор, охваченный страшной тревогой, бросился вперед, расталкивая людей, и застыл. Боже…
Арсон был здесь. Окруженный плотным кольцом рыцарей, он лежал на своем плаще, обильно залитом еще не успевшей почернеть алой кровью. И он умирал. В животе у него зияла огромная рваная рана, из которой вывалились кишки, кожа на подбородке была содрана, нижняя губа отсутствовала вовсе, страшно обнажив зубы.
– Арсон. – Князь опустился на колени. – Арсон!
– Кондор… – Раненый открыл помутневшие глаза.
– Что случилось? – спросил князь. Он понимал, что с каждым произнесенным словом уходят жизненные силы Арсона, но что поделаешь, ему необходимо знать, что произошло.
– Я рад, что добрался, – отозвался Арсон. Голос у него был настолько слаб, что Кондору пришлось наклониться почти вплотную к изуродованному лицу раненого.
– Что случилось, дружище? – спросил он еще раз.
– Засада… – ответил Арсон. – Демоны…
– О боги! Я так и знал! – выкрикнул князь. – Я ведь предупреждал тебя, Арсон. Просил! Но, постой, какие демоны?
– Демоны… Настоящие… Они ждали нас… Они хотели… – Арсон умолк и закрыл глаза.
– Арсон! Арсон! Не уходи!
Друг дернулся всем телом и вновь открыл глаза.
– Кондор… – прошептал он. – Испугался за меня? А я еще жив… Я же говорил – тебе так просто не отделаться от меня.
– Чего они хотели? – спросил Кондор.
– Они?
– Демоны, Арсон. Ты сказал, что они чего-то хотели.
– А-а, демоны… Они хотели остановить меня…
– Зачем?
– Не… не знаю. Наверно, они не хотели… чтобы я рассказал тебе… Демоны…
Кондор повернулся к стоявшему рядом Мартиниру.
– Где рыцари, что были с ним?
– Мертвы. Барвий тоже был жив, когда мы нашли его, но умер раньше, чем его привезли. Демоны убили всех, – дрожащими губами проговорил Мартинир.
– Демоны? Да он бредит! – со злостью бросил Кондор и вновь повернулся к Арсону. – Кто напал на тебя? Люди Крейда?
– Я…не зна… Жаль, что не увижу твою свадьбу. Берегись дем…
Внезапно Арсон как-то неестественно глубоко вздохнул и обмяк. Полузакрытые глаза замерли, глядя в пустоту.
– Арсон! Арсон! – закричал Кондор. Ответа не было. Князь знал – это конец. Его друг, не раз спасавший ему жизнь, прошедший вместе с ним через все испытания, посланные судьбой, мертв. Словно обезумев, Кондор вскочил на ноги и обвел взглядом молчаливую толпу, казалось, он ищет виновного среди своих солдат. Затем обернулся к Мартиниру: – Так что же случилось, Мартинир?
– Я знаю столько же, сколько и вы, – ответил второй гард-рыцарь. – Но боюсь, Арсон не врал.
– Чушь! – возразил Кондор.
– Взгляните на его доспехи. На его рану. Приглядитесь повнимательней. – Мартинир кивнул в сторону Арсона.
Кондор послушно повернулся и склонился над телом друга. То, что он увидел, действительно удивило его. На мгновение он даже забыл, кто лежит на окровавленном плаще перед ним. Металл был оплавлен! Не разорван, как казалось вначале, не рассечен лезвием меча, а именно оплавлен. Уродливое круглое отверстие с застывшими по краям стальными брызгами и запекшейся кровью. Такого князь не встречал ни разу.
– Что это? – спросил он сам не зная у кого.
– Не знаю, – ответил Мартинир, решив, что вопрос адресован ему, – но все воины Арсона умерли именно так. Похоже на колдовство, ведь не зря говорят, что Силдон Крейд колдун.
– Колдун… – Кондор взглянул на мертвого друга. – Колдун… Ну ничего. Можно победить и его. Теперь это дело моей жизни. Передай всем приказ – князя Силдона Крейда не убивать. Захватить живым. Смерть этой твари должна быть мучительной, я позабочусь об этом самолично. Отличившемуся при поимке титул и земляной надел в графстве Бафьюн. Тело Арсона отправить назад в мой замок. Пускай похоронят его, как героя.
Кондор резко поднялся на ноги и с каменным лицом пошел прочь. Душа его разрывалась от горя, но воины не должны видеть своего командира плачущим. Не успел он, однако, отойти и на десять шагов от медленно расходившейся толпы, как со стороны замка послышался гул. Поначалу тихий, едва уловимый, он быстро нарастал – тот, кто был его причиной, явно приближался к лагерю. Солдаты тоже услышали его и растерянно заозирались. Они, как, впрочем, и сам Кондор, никогда не слышали ничего подобного. Невозможно было даже представить, что в мире могло издавать такой ни на что не похожий звук.
– Что это? – испуганно закричал, нагоняя князя, Мартинир.
– Не знаю, – ответил в замешательстве Кондор. – Я впервые слышу такое.
– Я тоже. Но что бы это ни было, ОНО приближается к нам… О боже! Смотрите! – Задыхаясь от ужаса, капитан указывал рукой в небо, но Кондор и сам видел: из-за рощи, почти касаясь серым брюхом верхушек тополей, медленно и величественно вылетал дракон! Он был огромен, словно шестидесятивесель-ная галера, его широко расставленные гигантские беспалые лапы ярко сияли неестественным голубым светом, черные пустые глаза-сферы независимо друг от друга медленно вращались, пристально пожирая мертвым взглядом пространство вокруг себя, овальное тело невиданного монстра заканчивалось длинным узким хвостом с косыми акульими плавниками, раздваивавшимися на самом кончике. Чудовище не имело шеи, а на его голове торчали несколько заостренных шипов. Короткие перепончатые крылья, казалось бы неспособные поднять в воздух гигантскую, многотонную тушу, замерли в одном положении, тускло поблескивая металлом на полуденном солнце. Зрелище было величественное и ужасающее одновременно, и Кондор почувствовал, как по его спине побежали мурашки.
– Дракон! Это дракон! – прошептал Мартинир, в страхе пятясь назад, словно несколько нерешительных шагов могли спасти его от кошмарного НЕЧТО. – Силдон наслал на нас дракона!
– Драконов, – машинально поправил капитана Кондор, обреченно глядя, как из-за рощи появляется второе металлическое чудище.
– Что делать?! – дрожащим голосом спросил Мартинир. Капитан еще держался, но по его взгляду нетрудно было понять, какие чувства полностью захватили его сознание. Страх. Неуверенность. ПАНИКА.
– Не знаю, – ответил в замешательстве князь, и это были его последние слова, прежде чем вспышки голубого света, еще более яркого, чем солнечный, озарили испуганные лица солдат, а спустя мгновение волна странного сине-зеленого пламени с шипением и треском разлилась по земле, испепеляя деревья, траву, осадные орудия, лошадей и людей.
Последующие события Кондор помнил плохо, словно они происходили во сне. Сильным ударом его отбросило на обугленную траву. Он попытался подняться и бежать прочь, но новая волна огня вновь сбила беззащитного человека с ног, превращая его одежду в почерневшее, изодранное тряпье. Кожа на лице и руках покраснела и вздулась, мгновенно образовав один огромный водянистый волдырь. Кондор не чувствовал боли и не ощущал жара, но видел, как язычки голубого пламени пляшут на его раздутых, почерневших пальцах, как плавятся ногти, испаряются волосы. Князь старался сбить огонь, но безуспешно. Казалось, горело даже небо, и лишь драконы, словно две черные тени, лениво парили над поляной, внезапно превратившейся в ад. Кондор видел, как его воины в предсмертной агонии катаются по земле, как куски обугленной плоти отваливаются от их костей и превращаются в прах, как лопаются глаза и чернеют зубы. И понимал, что, наверное, то же самое происходит сейчас и с ним. Он даже удивился, как его умирающий мозг смог сохранить способность мыслить среди этого хаоса и ярости огня, рвущего его тело на части.
Фиблона… Это неизвестное слово промелькнуло в мутнеющем сознании князя. Фиблоэфир. Холодный огонь.
Он не успел даже спросить себя, что это такое.
Еще один огненный шар прокатил по поляне мощную волну голубого пламени, выжигающего последние крупицы жизни, но этого Кондор уже не видел. К этому моменту его сознание уже провалилось в темноту.
11
Кирик сказал всего одну фразу: «Ничего пока не спрашивай и помоги собрать оружие. Поговорим у тебя дома». И все.
Дальше Артем молчал. Молчал, когда собирал оружие, молчал, когда они шли по улицам через весь город, молчал, когда поднимались по лестнице и входили в квартиру Сергея. Этот человек, кем бы он там ни был, знал ответы на его вопросы. Он нисколько не испугался, увидев четырех мертвецов, как две капли воды похожих друг на друга. Он назвал его именем, которым Артема называли только во сне. Да, у этого человека были ответы. И кажется, он хотел дать их!
– Ну ладно, – сказал Артем, войдя в квартиру следом за незнакомцем и закрыв дверь. – Говорите наконец, что вы знаете обо мне?
Кирик улыбнулся, немного снисходительно, немного загадочно, поставил на журнальный столик свой дипломат, неторопливо выложил из-за пояса и карманов взятое у близнецов оружие, снял куртку и только после этого, усевшись в кресло, произнес:
– Чувствую, разговор нам предстоит долгий. В двух словах всего не объяснить.
– Я готов просидеть здесь целую вечность, – заявил Артем, усаживаясь напротив незнакомца.
– Вечность, конечно, не понадобится. Скорее пара часов, хотя, может, и больше, – сказал Кирик. – Сразу хочу предупредить – на некоторые вопросы я дать ответов не смогу, но общую картину происходящего обрисую.
– Чего же ты тогда заявился, если не все знаешь? – недовольно проворчал Артем.
– Время на исходе, – сообщил Кирик. – Твое время. По всем правилам я обязан лишь отыскать тебя, после чего прибывает команда дерапсомедиков и заканчивает работу. По крайней мере, так должно быть, но кто-то явно изменил правила игры, и стандартная процедура спасения не сработала. Я обнаружил тебя еще вчера, след фотонного сброса случайно проявился, и немедленно сообщил об этом, но из «конторы» прислали только чистильщика, без всяких предписаний на твой счет. Я ждал слишком долго, а когда сегодня на тебя снова напали, решил действовать сам. Не знаю, уволят меня за самовольство или по головке погладят, но вот я здесь, и нам предстоит серьезный разговор о твоей судьбе. О твоем прошлом, настоящем и, если, конечно, очень повезет (эти слова не понравились Артему), твоем будущем.