- -
- 100%
- +
© Сергей Семенов, 2016
ISBN 978-5-4483-5701-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Автомобиль «Жигули» съехал с основной трассы и заехал на небольшую, вымощенную щебнем дорогу, перед которой стоял щит с надписью «Любимовка». Так назывался поселок, который находился за городом и славился он в первую очередь тем, что здесь находился одноименный пляж. Так-же, здесь можно было арендовать летний домик с комнатой и кухней, если кто-нибудь из отдыхающих сюда приезжал с ночевкой. Но, Станиславу не нужно было снимать летний дом, так как он со своей женой Ириной и девятилетним сыном Сережей всегда приезжал сюда на машине. Жили они в городе и преодолевать тридцать километров до «Любимовки» на своей машине по выходным, было для него не проблема. Вымощенная щебнем дорога вела к самому пляжу. Не доезжая до территории пляжа, Стас припарковал машину с края дороги, где росла трава. Когда Сережа выбрался из машины, он сразу-же обратил внимание на «скелет» небольшого двухэтажного дома, который строился буквально в нескольких шагах от моря. Четыре стены и крыша, которая только начала строиться, больше в этом доме не было ничего. Дыры, которые зияли вместо окон, словно притягивали Сережу своим темным и немного таинственным видом. Стас, похоже, даже не заметил, что Сережа не сводит глаз с этого строения, он подошел к сыну и произнес:
– Ну, маску и ласты не забыл?
– Нет – произнес Сережа и взяв пакет с заднего сидения машины, он направился по дороге, ведущей на пляж.
В этот раз народу на пляже было не очень много. Когда Ирина с мужем расстелила подстилку и достала из сумки все пляжные принадлежности, Стас произнес, обращаясь к Сереже:
– Ну, давай, показывай, что ты там приготовил – Сережа улыбнулся и полез в свою сумку. Он ждал, когда отец заинтересуется и скажет ему эту фразу. Он достал из сумки тетрадь со своей рукописью. Это был его рассказ. Сережа давно увлекся сочинительством и вместе со своей двоюродной сестрой Леной, которая периодически приезжала к нему в гости, они то и дело, обязательно что-нибудь сочиняли. Вот и сейчас, Сережа приготовился читать им свой последний рассказ. Он оказался довольно длинным и Ирина не выдержав, спросила его:
– Сереж, там конец виден?
– Скоро, мам, еще чуть – чуть осталось – заверил ее Сережа и вернулся к чтению. Наконец, после того, как он дочитал им свою рукопись, Стас, который по натуре своей был человеком, от которого трудно дождаться какой-либо похвалы, произнес:
– Молодец, Сереж, действительно, молодец – Сережа расплылся в улыбке, а Ирина сказала:
– Так, мы будем сегодня купаться или нет? – и встав с подстилки, пошла к морю.
– Пойдем, Сереж, бери маску – произнес Стас, но Сережа отрицательно замахал головой: – ну, хорошо, тогда после нас – и после этих слов, Стас последовал за Ириной. На лице Сережи продолжала играть легкая улыбка, но, стоило ему повернуть голову в сторону недостроенного двухэтажного дома, улыбка медленно сошла с его лица. Остов дома продолжал смотреть на него своими пустыми, темными «глазницами», словно, тем самым, маня его к себе. И Сережа, встав с подстилки, медленно направился к этому пустому строению. Какое-то странное любопытство овладело им и он не мог с ним справиться. Такое уже было с ним однажды, когда он чувствовал в себе, что если не удовлетворит свое любопытство, не успокоится. В тот раз ему жутко хотелось узнать, куда ведет старая железная дорога, которая вилась с вокзала и исчезала на противоположной стороне от железно-дорожного вокзала и скрывалась среди кустов и елей. Всякий раз, когда Сережа проезжал мимо вокзала, он задавал отцу лишь один вопрос: Что там, за этими кустами и елями? И вот, однажды, остановив машину у вокзала, Стас повел его по этой старой железной дороге, чтоб удовлетворить его детское любопытство. И Сережа увидел, что за кустами скрывается обычный тупик из каменного бордюра, в который и упирались старые рельсы. Вот и сейчас Сережа медленным шагом направлялся к этому дому, чувствуя, как два чувства борются в нем, это любопытство и страх. Дом стоял на небольшом холме и Сережа стал взбираться по насыпи к этому строению. И вот, наконец, он подошел и застыл перед этим домом. На месте, где в будущем планировалась парадная дверь, зиял проход, в который Сережа и зашел. Внутри Сережа сразу почувствовал прохладу, которая окутала его тело, так как он был в одних плавках и еще здесь стоял едкий запах от строительного мусора и сырости. Сережа медленно зашагал к прорези в стене, где в будущем будет окно и совсем не заметил, как в дверной проем зашел какой-то человек. Он заметил его присутствие лишь тогда, когда незнакомец заговорил с ним:
– Прошу прощения, хозяин, что зашел без спроса… – произнес незнакомец слова и Сережа содрогнулся всем телом от неожиданности и повернувшись к человеку, уставился на него широко раскрытыми глазами. Незнакомец не вызывал у него страха, как обычно должно быть в подобных случаях. Вероятно, внешний вид этого человека говорил Сереже, что он опасности не представляет. А одет он был действительно странно, особенно, для такого времени года, как лето. На вид ему можно было дать лет семьдесят, (если не больше), в руке у него была не клюка, которой обычно пользуются старики, а был посох, глядя на него, Сережа сразу вспомнил утренник в детском саду, когда его воспитательница была переодета в деда Мороза и держала в руке похожий посох. Вероятно и этот факт послужил тому, что опасений Сережа не испытывал, увидев этого человека. На нем был расписной халат, который тянулся до самой земли, а лицо говорило о том, что человек этот по национальности не русский, а скорее всего, кореец и голос его показался Сереже забавным, таким голосом обычно говорят Джинны из сказок. Переминаясь с ноги на ногу, незнакомец подошел к Сереже и вдруг произнес без тени улыбки:
– Ты станешь богатейшим из богачей.
– Как это? – не своим от удивления голосом произнес Сережа, проявляя большой интерес к незнакомцу. Тот помолчал с минуту, вид у него был такой, словно он к чему-то, или, к кому-то прислушивается. Затем, вновь взглянув на Сережу, произнес:
– Не велено нам раскрывать все тайны, дано лишь сказать суть, а человек уже сам должен к этой сути стремиться.
– А кем не велено? – решил поинтересоваться Сережа, но в это время вдруг услышал голос отца:
– Сережа, ты где?!
– Я здесь, пап! – отозвался он и выглянул наружу из оконного проема в стене.
– Ты что там делаешь?, выходи оттуда – произнес Стас, поднимаясь по склону к недостроенному дому.
– Я просто разговариваю – объяснил Сережа.
– С кем? – удивленно спросил Стас, подойдя к проему в стене.
– Вот… – начал было Сережа и оглянулся, чтоб представить своего собеседника, но, таинственного человека уже не было. Сережа с удивлением и с небольшой долькой обиды оглядел пустые, голые стены недостроенного дома. Стас построил на лице улыбку и произнес:
– Пойдем отсюда, здесь грязно – и с этими словами подхватил сына под мышки и вынул его из оконного проема. Когда они возвращались к пляжу, Сережа еще раз оглянулся на недостроенный дом, в надежде увидеть своего таинственного собеседника. Но, там никого не было, пустой остов дома лишь смотрел на него своими пустыми «глазницами».
Они возвращались домой во второй половине дня. Сережу сморил сон и он безмятежно спал на заднем сидении «Жигулей». Ирина тихо, чтоб не разбудить его, произнесла, обращаясь к Стасу:
– В субботу день рождения у Люды, не забыл?, планов не строй никаких – попросила она.
– Твоя сестра опять куда-нибудь нас потащит? – поинтересовался Стас с едва заметной улыбкой на лице.
– Может быть, не знаю, вообще-то она говорила, что дома все соберутся.
– А не лучше было-бы отметить праздник на море, например, в этой-же «Любимовке», или съездили-бы на Азовское море – произнес Стас. Ирина знала, что он не любитель был разных застолий и по этому лишь произнесла:
– Люда не хочет никуда выбираться, тем-более, с гостями – Стас в ответ лишь молча пожал плечами.
В субботу, когда Ирина с мужем пришла на день рождения к старшей сестре Люде, в комнате уже за столом сидели родственники и друзья.
– Похоже, мы опоздали – с улыбкой произнесла Ирина и добавила: – с днем рождения, сестрица! – и вручила Люде букет цветов.
– Спасибо большое, нет, не опоздали, как раз только что все сели за стол, так что, присоединяйтесь – произнесла Люда и отнесла букет в комнату. Из соседней комнаты выбежала Лена, дочка Люды и спросила у Ирины:
– Тетя Ира, а Сережа разве не приехал с вами? – по ее тону несложно было догадаться, что она расстроена отсутствием двоюродного брата.
– Нет, Лена, Сережа не приехал, что ему тут делать, у вас и так много сегодня народу, а вы встретитесь в следующий раз, может, на днях, хорошо? – Лене ничего не оставалось, как согласиться с Ириной и она молча кивнула ей и вновь отправилась в свою комнату, перебираясь с трудом через стулья с гостями.
В начале десятого вечера первые несколько человек стали собираться домой, среди них была и Ирина. Стас подошел к ней в коридор и произнес:
– Ир, может, останешься, вместе потом поедем домой?
– Нет, Стас, я устала, ты, если хочешь, можешь еще остаться – отказалась Ирина. В прихожую вышел муж Люды, Николай и произнес:
– Не волнуйся, Ир, я его потом посажу в такси – улыбаясь, произнес Николай, поглаживая Стаса по голове. Они оба были слегка пьяны и демонстрировали Ирине свою заботу друг о друге. Усмехнувшись и махнув на них рукой, Ирина произнесла:
– Ладно, я жду тебя дома, пока Коль, пока, Люда – попрощалась Ирина и вместе с Людиной подругой, Натальей, вышла из подъезда.
Когда они шли по ночной, уснувшей улице, Ирина произнесла:
– Хорошо тебе, Наташ, живешь в соседнем дворе, а мне добираться, непонятно, на чем.
– Ничего, еще можно такси поймать – произнесла Наталья и попрощавшись с Ириной, она направилась в сторону своего двора. Ирина осталась стоять на троллейбусной остановке и то и дело, поглядывала по сторонам, в надежде увидеть какой-нибудь транспорт. Она заметила на дороге машину, но, внимания на нее не обратила, так как сразу было видно, что это не такси. Но, автомобиль «девятка» подъехал к ней и машина остановилась как раз рядом с ней. Из салона выглянул молодой человек и произнес:
– Вам куда?, могу подвезти.
– Ой, спасибо, конечно, мне на Макарова – ответила Ирина.
– Садитесь – произнес водитель «девятки» и открыл ей дверцу.
– Но, у меня всего пять рублей – предупредила Ирина.
– Ничего, не думайте об этом – с улыбкой произнес водитель и когда Ирина села, машина тронулась с места.
– Меня Петр зовут, я вообще-то не местный, в командировке здесь нахожусь – решил нарушить молчание Петр.
– Ирина, очень приятно – с улыбкой произнесла она, хотя, была уверена, что ее улыбка явно не видна была в темном салоне.
– А я из Мурманска, инженер – пояснил Петр.
– Вон оно что… – протянула Ирина и взглянула на него, пытаясь разглядеть черты его лица. Когда они подъезжали, Петр спросил:
– Где вам остановить?
– На троллейбусной остановке – ответила Ирина и когда он остановился, она полезла в свою сумку за деньгами, но вдруг Петр положил свою ладонь ей на руку и Ирина удивленно взглянула на него.
– Не надо – произнес он.
– Ну, как это «не надо», возьмите – стояла на своем Ирина, но Петр произнес:
– С такой красоты грех брать деньги, уберите – Ирина мысленно была благодарна тому обстоятельству, что сейчас ночь и в темном салоне «девятки» не видно, как на ее лице появилась краска от смущения, но в тоже время ей приятно было слышать такие слова.
– Спасибо вам большое – с улыбкой произнесла Ирина и попыталась вложить в эту фразу как можно больше искренности и благодарности.
Две недели спустя.
Был вечер. Стас открыл двери своего гаража, который находился в гаражном кооперативе и открыв капот своей машины, стал возиться с двигателем. Он не сразу заметил Ирину, которая подошла к его гаражу и остановилась у входа. Лишь, когда Стас закрыл капот, он удивленно произнес:
– О, а ты чего пришла?
– Надо поговорить – произнесла Ирина.
– Я как раз домой собирался минут через десять, там-бы и поговорили – произнес Стас. Он обратил внимание, что вид у Ирины какой-то не такой, очень серьезный, что обычно было не похоже на нее. Но, он не придавал этому значения, между тем, Ирина произнесла:
– Нет, это важно, дома Сережка, а это только нас касается.
– Что-же такого нас может касаться? – промолвил Стас с иронией, на ее серьезный вид ему по прежнему не хотелось обращать внимания, так как он был уверен, что речь идет вовсе не о таком-уж серьезном деле, на котором стоит заострять внимание. Ирина заметила это и ей не понравилось его легкомыслие, по этому она продолжила на более повышенном тоне:
– Отнесись к этому серьезно, прошу тебя!
– Ну, что случилось? – наконец спросил он, подходя к ней и вытирая руки.
– Пойми, Стас, это жизнь, судьба, от которой никто не застрахован, я решила сказать тебе всю правду, потому что хочу, чтоб ее ты узнал от меня, а не от кого-то…
– Господи, что за драму ты здесь показываешь и что это за правда, ты встретила другого? – спросил Стас все с той-же иронией, так как с первых секунд ему действительно казалось все то, что произнесла Ирина, лишь каким-то «спектаклем», так как раньше он не слышал от нее выражений «это жизнь», «это судьба» и по этому он позволил себе шутку про любовника и спросил об этом с улыбкой на лице. Но, спустя пару минут, улыбка эта начала таять у него на лице. Ирина продолжала молчать, потом, наконец, произнесла, не глядя на него:
– Его зовут Петр, он не местный, здесь находится в командировке, я предлагаю оставаться в хороших отношениях нам с тобой, с Сережкой я, естественно, не запрещу тебе встречаться…
– Иди домой, я скоро приду – спокойным тоном перебил ее Стас. По его внешнему виду можно было сказать, что все происходящее сейчас он воспринимает не серьезно, а лишь как временным помешательством своей жены.
– Стас, ну, может, ты что-нибудь ответишь мне по этому поводу, мне было очень непросто подготовиться к этому разговору, а ты «иди домой» мне говоришь – произнесла Ирина и в ее голосе слышалось негодование и удивление, вызванное поведением Стаса.
– Я скоро приду, иди – произнес каким-то бесцветным тоном Стас, вид при этом у него тоже изменился и был какой-то поникший. Ирина больше ничего не сказала, лишь задержалась еще на минуту и направилась к выходу из гаражного кооператива. Стас тем временем выехал из гаража и выйдя из машины, закрыл двери. Затем, вернулся за руль и поехал в противоположную сторону от своего дома. Заметив на одной из улиц телефон – автомат, он притормозил и достал свою записную книжку. Найдя телефон своей сестры, он вышел из машины и направился к телефону – автомату. Набрав номер, он стал ждать и когда на другом конце провода ответили, Стас произнес:
– Наташа, привет, это я, ты дома будешь?
– Привет, Стас, да, буду, а что?
– Я сейчас подъеду, мне надо с тобой поговорить.
– Вот как, о чем?
– Не телефонный разговор, я минут через десять буду у тебя – произнес Стас.
– Хорошо, приезжай – произнесла его сестра и Стас, положив трубку, направился к своей машине.
Сестра Стаса, Наталья, жила в районе, который горожане называли «Летчики». Этот район находился на окраине города, рядом с Камышовой бухтой, здесь почти не было пятиэтажек, все дома были высотными. Стас припарковал машину во дворе, затем, не спеша направился к подъезду, где жила его сестра.
Они сидели на кухне за столом. Наталья смотрела на Стаса выпученными глазами, она с трудом переваривала в голове новость, которую сообщил ей Стас. Наконец, после долгого молчания, она произнесла:
– Значит, Ирка сама тебе в этом призналась? – Стас вместо ответа лишь кивнул головой.
– Ну, ничего себе, новость ты мне принес, братец… – продолжала недоумевать Наталья: – и как-же теперь, что делать собираешься? – поинтересовалась она.
– А что теперь, теперь ничего, возьму из дома все необходимое, а потом, может, махну к брату Витьке в Днепр, он тоже разведен, ты, кстати, не созванивалась с ним, не знаешь, как там дела у него?
– Созванивались на прошлой неделе, дела обычно, ничего нового – произнесла Наталья и замолчала, по ее выражению было видно, что она что-то хотела добавить, но не стала. Наконец, она произнесла, обращаясь скорее к самой себе, чем к Стасу:
– Что-же это делается такое, бедная наша мать, я со своим развелась, Витька тоже, а теперь еще и ты туда-же… – последнюю фразу она произнесла с горькой иронией, как показалось Стасу. Наконец, Наталья встала из-за стола и подойдя к одной из комнат, открыла дверь и произнесла:
– Подойди сюда, Стас – он подошел, еще не зная, для чего и непонимающе взглянул на комнату, дверь в которую открыла Наталья. Наконец, она произнесла:
– Пока мой сын Илья в армии, можешь занять эту комнату, я буду только рада – тихим голосом пояснила она.
– Наташ, мне право, не хочется тебя стеснять, я не для этого тебе сказал…
– Перестань – перебила она его и добавила: – располагайся, а вещи свои разместишь здесь-же, места много – произнесла она и с этими словами вернулась на кухню.
Сережа стоял на балконе и внимательно всматривался за угол дома, откуда должна была появиться Лена, его двоюродная сестра. Когда Лена приезжала к нему в гости, для него это был настоящий «праздник», они были, как принято про таких говорить, «не разлей вода». Он стоял на балконе и держал в руках свою тетрадь, в которой у него был записан новый рассказ, Сережа с нетерпением ждал, когда представится удобный момент, чтоб прочитать Лене этот рассказ. «Таинственный незнакомец», так Сережа назвал этот рассказ и посвятил его тому странному человеку, которого встретил на пляже «Любимовка», в недостроенном доме. Наконец, во двор зашла Люда со своей дочкой Леной и Сережа, едва заметив их, юркнул с балкона и поспешил в прихожую открыть дверь.
– Что, идут? – спросила Ирина, выглянув из кухни.
– Да, идут! – сообщил радостно Сережа. Как только он встретился с Леной, то сразу – же предложил, едва она успела снять сандалии:
– Пойдем в мою комнату, у меня новый рассказ.
– Классно – произнесла Лена и только они собрались в комнату, как Ирина их остановила:
– Так, сначала обед – напомнила она и позвала их на кухню. Расстроенный тем, что чтение рассказа откладывается, Сережа направился вместе с Леной мыть руки. За обедом Лена спросила у него:
– А о чем твой новый рассказ, Сереж? – Сережа словно ждал этот вопрос от нее и с каким-то азартом в глазах произнес:
– Он… – но, вдруг Сережа запнулся. Перед его взором ясно встала та картина, как он встретил в стенах недостроенного дома того незнакомца и вдруг, пыл и азарт в его глазах куда-то пропал, все слова, которые он собирался сказать Лене про свой рассказ, куда-то подевались и уже без всякого пыла и возбуждения Сережа спокойно произнес:
– Да, так…, узнаешь потом – произнес он таким тоном, словно говорил о какой-то мелочи, не достойной внимания.
У Сережи дома был бобинный магнитофон «Маяк». Раньше, еще до рождения Сережи, Ирина часто пользовалась им, но со временем, как будто, позабыла о нем, а после рождения сына и вовсе стало не до магнитофона. Зато теперь Сережа нашел ему применение, он стал для него чем-то вроде любимой игрушки. Бобины с пленками к этому времени изрядно были заезжены и на них очень много было склеек, но это Сережу не смущало, он этим пленкам вместе с Леной нашел свое применение. Когда Лена к нему приезжала, они уходили в комнату Сережи и там Сережа подключал к «Маяку» небольшой микрофон и нажав кнопку записи, он с Леной начинал записывать какие-нибудь свои истории, которые они придумывали буквально на ходу. Вот и в этот раз Сережа с Леной говорил в микрофон свою историю, где Лене так-же была отведена роль. А в истории говорилось о двух закадычных друзьях, которые решили совершить большое космическое путешествие. Они так увлеклись своей историей, что не рассчитали объем пленки, которая кончилась и бобина на магнитофоне с намотанной лентой стремительно завращалась на своей оси.
– Ой – произнесла Лена, заметив, что они не уложились.
– Сейчас переверну – сказал Сережа и уже хотел взять бобину в руки, как вдруг дверь в их комнату открылась и к ним заглянула Ирина и произнесла, обращаясь к своему гостю, приход которого Сережа с Леной даже не заметил, так как они оба были увлечены своей записью:
– А здесь мои детки – Ирина рассмеялась, затем, пояснила: – это Лена, дочка моей сестры, а это мой сын Сережа. Сережа увидел молодого человека, раньше которого не знал. Тот просунул лицо к ним в комнату и с улыбкой проговорил:
– Здравствуйте, дети.
– Это дядя Петя – представила его Ирина и после этого, они ушли на кухню. Сережа так и остался стоять на месте над своим магнитофоном, бобина на котором продолжала в холостую вращаться. Наконец, они переглянулись между собой и Лена тихо произнесла:
– Дядя Слава лучше, правда? – в ее тихом голоске улавливались нотки обиды. Сережа лишь кивнул головой в знак согласия.
Вечером, после того, как Сережа проводил свою тетю Люду и свою сестру, Ирина приготовила ему ужин, а сама ушла в свою комнату, где ее ждал Петр. Ковыряя вилкой в тарелке, Сережа слышал отдельные фразы из их разговора. Он не прислушивался к тому, о чем они говорят, лишь уловил несколько фраз, одна из которых была словом «Мурманск».
«Неужели мама уедет с ним в Мурманск, а я, или с собой меня возьмет?», подумал Сережа и как раз в этот момент на кухню к нему зашла Ирина и присела за стол напротив него. Ужинать она, явно, не собиралась, так как к еде даже не подошла, да и вид у нее был совсем другой. Выражение ее лица говорило о том, что она хочет о чем-то с ним поговорить. Ирина давно заметила, как порой ее сын выражает недоумение, когда видит, как к нему в дом приходит молодой человек, которого, как сказала Ирина, Сережа может звать «дядей Петей». И вот, сейчас, похоже, она решилась с ним поговорить, чтоб ему все было ясно и она начала с теплой улыбкой на лице:
– Сереж, это дядя Петя, ты его уже знаешь, он теперь с нами и я надеюсь, ты быстро к нему привыкнешь.
– Почти привык – тихо промолвил Сережа и сам прекрасно понял, что покривил душой, так как чувствовал, что говорить о привыкании еще рановато, но чтоб не расстраивать маму, решил сказать именно так.
– Ну и прекрасно – с улыбкой произнесла Ирина, но уходить в свою комнату она не спешила, так как чувствовала, что у Сережи еще есть вопрос к ней и она не ошиблась. Он взглянул на мать и каким-то несмелым тоном спросил:
– Ты поедешь с ним в Мурманск? – Ирина улыбнулась ему своей теплой улыбкой и поправила его:
– Мы поедем – произнесла она и заметила, как волна облегчения спадает с ее сына. Она вновь улыбнулась ему и нежно поцеловала в лоб.
Тридцать лет спустя.
Сергей сидел перед тумбочкой, на которой стоял телевизор и складывал в нее вещи, которые находились в коробках из-под обуви. Три дня назад он вместе с матерью въехал в новую, двухкомнатную квартиру и все эти три дня они занимались тем, что раскладывали свои вещи по новым местам и сейчас Сергей вздохнул с облегчением оттого, что осталось заполнить только эту тумбочку. Он с Ириной решил, что в ней будут храниться их старые фотоальбомы. Достав из коробки свой альбом, Сергей хотел переложить его в тумбу, но в это время содержимое альбома выпало из него. Старые фотографии горстью высыпались на пол.
– Тьфу ты, черт… – произнес негромко Сергей и раскрыв альбом, стал перекладывать в него фотографии. Так как фотоальбом был старый и большинство снимков по этому давно отклеились от своих страниц, их приходилось придерживать во время просмотра. Взяв в руки очередную фотографию, Сергей задержал ее в руке и некоторое время просматривал. На фото он был изображен в своем десятилетнем возрасте, на фоне заснеженной горы в Мурманске, в городе, в котором прожил четыре года вместе с матерью и своим отчимом Петром. Он уже не помнил, когда в последний раз смотрел на этот снимок, так как в свой семейный альбом заглядывал нечасто. Сразу-же мимолетная волна воспоминаний пронеслась у него в голове, воспоминания были как хорошими, так и не очень. К хорошим воспоминаниям Сергей относил сам город Мурманск с его настоящей зимой, которую не сравнить с Крымской, а еще тогда был год змеи и Сергей запомнил, как на одной из площадей Мурманска была сделана изо льда фигура змеи, она была сделана в виде горки, по которой скатывалась ребятня. К не очень хорошим воспоминаниям Сергей относил все, что было связано с Петром, особенно, те моменты, когда Петр помогал ему делать уроки, при этом, периодически применяя рукоприкладство. Перепадало иногда и Ирине, особенно в те моменты, когда он приходил домой пьяным. Сергей так-же хорошо помнил, как он с матерью покидал Мурманск. Ирина стояла в коридоре вагона и смотрела в окно на Петра, который их провожал на вокзале. Сергей взглянул на него только раз, лишь тогда, когда поезд тронулся с места и Петр стал превращаться в маленькую точку на перроне вокзала, он уже не был для Сережи большим, пьяным дебоширом со своими распущенными руками, он в тот день превратился в маленькую точку, которая спустя минуту и вовсе исчезла. Это был последний раз, когда он видел Петра в своей жизни, спустя несколько лет до них дошла новость, что Петр скончался от инсульта. Новость эта дошла до них через общих знакомых, которых Ирина уже давно и не считала общими. Сергей улыбнулся едва заметной улыбкой и кинул фотографию в альбом, затем, засунул его в тумбочку и закрыл ее.