Искусственный маг 2

Глава 1

– Ты точно все взял? – суетилась мама вокруг меня. – Нижнее белье? Рубашки положил? Брюки? А шампунь с зубной щеткой?

Я на ее метания не обращал внимания. Рюкзак давно был собран, и я просто ждал, когда к дому подъедет автобус, который заберет меня и довезет до аэропорта. Там будет посадка на военный борт, который только и имеет право приземляться в аэропорту Школы ватажников, и после меня ждет новая жизнь. Мда. Выбился в аристократы, называется.

– Вика, успокойся! – одернул маму отец. Потом грустно посмотрел на меня и вздохнул. – Ну… может так и лучше будет.

В отношении отца – однозначно лучше. Обучение в школе ватажников приравнивается к однозначной службе императору. Кто бы там ни был офицером, даже родовитый маг, а все распри между родами необходимо оставлять за стенами школы. За этим требованием следят неукоснительно. Ну, так мне сержант Синицкий говорил, который даже вне стен здания имперской безопасности продолжил охранять меня. Или присматривать, чтобы не сбежал. Хороший парень и шутки понимает. Когда я, вернувшись домой, встретил его у порога, то не выдержал и спросил:

– А посрать-то я в одиночестве смогу?

Ну вырвалось. После того, как с дочкой императора поговорил, слегка не в себе был. Тут и общий стресс от ситуации и неопределенности моего будущего. И такое внимание со стороны высшей власти страны… Но он не обиделся. Просто ответил:

– Конечно. А то, что я тебе попу вытру – так ты не обращай внимания. Считай особым сервисом от нашей службы.

Говорю же – понимает хорошую шутку. Вот и сейчас стоит у двери и делает вид, что его здесь нет.

Для родителей такое внимание со стороны спецслужб объяснили просто, сказав полуправду. Мол, я оказался повелителем алмаза – магом с уникальным даром, которые на земле не валяются. Вот и оценили меня по достоинству.

– Виктория Валерьевна, ему пора, – прервал причитания мамы Синицкий.

– Да, конечно, – взяв себя в руки, кивнула она.

После чего все же крепко обняла меня и поцеловала в щеку.

– Береги себя, Саша.

– Удачи, сын, – пожал мне руку отец.

– Покажи им там, кто самый сильный на районе! – не остался в стороне Юрка.

– Пока! – махнул я им рукой и, подхватив рюкзак, вышел за дверь.

Внизу нас уже ждал автобус с собранной мной ватагой. Десять парней, которые будут проходить со мной обучение, но в качестве моих подчиненных. Те, кто должны по идее наставников школы, стать моей опорой и силой, если меня отправят на границу для борьбы с ОСЛ. Ну или если война новая разразится, они тогда станут костяком моего подразделения, на какое бы направление меня не поставили и кого бы в помощь не выделили.

Как я их набирал – отдельный разговор. Из моей старой банды остались лишь четверо. Остальные не захотели менять мирную жизнь на воинскую стезю. Так они восприняли мое обучение. Рустам, Артем, Толик и молчаливый Андрей, пришедший ко мне когда-то с Игорем. Сам Игорь сказал, что больно непредсказуемо рядом со мной. Кирилл тоже решил остаться с другом в Москве. А вот Андрея здесь ничего не держало, кроме друзей, и особых перспектив для себя он не видел. Потому и согласился пойти за мной в ватагу. Рустам и Артем просто сказали: мы тебе клятву уже раз дали и нарушать ее не собираемся. Куда ты, туда и мы. Хорошие парни. Верные. С Толиком для меня только непонятка вышла. Не думал, что он решится за мной идти. Ему только семнадцать, ему еще год в обычной школе учиться, а он за мной пошел. И ведь дали ему разрешение! Даже удивительно. Но с набором оставшейся шестерки парней в ватагу мне именно Толик помог.

Мирон, Леня, Жека, Святослав (и не иначе!), Колька и Антон. Двое из них, Мирон и Антон, ходили раньше в свите Михея. Но после того боя, когда мы ввосьмером пошли против пятидесяти бойцов объединенной свиты Михея, Борьки и Давида, они ушли от него. Сначала думали вообще с бандами завязать, да не нашли себя в другом деле. Подраться любят, а кроме как в бандах официально это сделать нельзя. Есть еще конечно спортивные секции, но «это не то» по их же словам.

Остальные приезжие. В основном из деревень. В Москву приехали искать свое место в жизни, а тут на них Толик вышел. Поначалу просто подсказал, где работу найти. В свою «разведбанду» думал взять. Это он так со мной по секрету поделился. Хитер, однако, надо будет учесть, что у него тоже есть лидерские амбиции. Но вот – с разведбандой не получилось, зато в мою ватагу они вошли.

– А ты тоже с нами? – удивился я, когда Синицкий подсел к нам в автобус.

Мое удивление понятно. Тут кроме моих парней и водителя и так было еще трое бойцов от ИСБ. По идее «услуги» сержанта по моей охране уже не требовались. До самолета эта троица нас будет сопровождать, с самолета мы никуда не денемся (а может и там они с нами сядут), а уж в школе ватажников мне никуда будет уже не деться. Я думал, он меня оставит, как только я в автобус сяду.

– С вами, с вами, – усмехнулся сержант. – Надо же проверить, как там дела в альма-матер.

Больше ничего добавлять он не стал. Автобус тронулся, унося меня к новой странице в моей жизни.

***

– Отец, ты серьезно?! – негодующе воскликнул Игорь Горюнов. – Мне год в университете осталось доучиться, а ты меня в школу ватажников пихаешь? Зачем?!

– Затем, что ты опозорился! Получить нож в задницу – это по твоему нормально?!

– Этот выскочка не имеет никакого понятия о благородной дуэли!

– А ты в своем высокомерии не учел этот факт! – свирепел Василий Горюнов. – Ну ничего, в школе из тебя спесь выбьют. Чрезмерный гонор – он тоже не на пользу роду. Зря я Володю не слушал. А ведь он мне много раз говорил, что ты меры в своем высокомерии не знаешь. Боком тебе это выйдет. Вот – дождались! Игорь Горюнов – «дырявый»!!!

Парень от сравнения отца покрылся красными пятнами. Вот уж от кого, а от него он такого не ожидал. Назвать его мужеложцем – позор для любого дворянина.

– Ты мне здесь не загорайся! – рявкнул глава рода.

Огонь, вспыхнувший на руках Игоря, накрыло волной магии его отца, тут же потушив на корню.

– Ишь, чего удумал! Чуть что – сразу к силе обращаться. Хоть бы раз головой подумал, а не жопой! Вот, получил в нее, теперь может хоть мозги на место встанут. Все. Решение принято! Собирай себе ватагу, и завтра же полетишь в Новосибирск.

Спорить дальше было бессмысленно. Уж что и вынес Игорь из общения с отцом, то это его непоколебимость. Раз «решение принято», то изменить его почти невозможно. Сжав губы от злости, парень мысленно пообещал себе при первой возможности жестоко отомстить Травину. Пусть даже для этого придется подождать неопределенное количество времени. Его имя он запомнил на всю жизнь.

***

– Звал, дедушка?

Молодой паренек, которому едва исполнилось семнадцать лет, зашел в кабинет графа Мезенцева.

– Да, Миша, звал. Помнится, ты грезил поступлением в школу ватажников?

– Да. Но еще год ждать, – загрустил парень.

Сам он был тощим, нескладным. Даже не скажешь, что юноша легко способен выдержать удар тяжеловеса, да еще в ответ скрутить того в бараний рог. А все благодаря магии земли и занятиям по борьбе.

– Ничего страшного, – усмехнулся граф. – Думаю то, что ты не окончишь последний год в старшей школе, не повлияет на твое образование в целом. А вот твое поступление в школу ватажников сейчас может помочь роду.

– Это каким же образом? – с любопытством посмотрел на деда парень, пристроившись на стул напротив.

– Сейчас туда поступает один интересный молодой человек. Тебе нужно будет сдружиться с ним. Ты наверное слышал уже его имя – Александр Травин.

– Это который Горюнову зад проткнул? – со смехом спросил Миша.

– Да, он, – улыбнулся в усы Мезенцев. – Сможешь выполнить мое поручение?

– Приложу все силы, – убрав с лица улыбку, тут же серьезно кивнул парень.

– Тогда решено. С директором школы ватажников я уже договорился. Отправляешься завтра утром. Иди, собирай вещи.

***

Весь полет я поближе знакомился с набранными в ватагу парнями. А то времени на это раньше не было. То с Георгием Константиновичем вопросы решал. Теперь, когда меня официально признали магом и дворянином, «крышевать» его лавку было уже не обязательно. Да и мое вынужденное поступление в Школу ватажников ставит крест на самой возможности это осуществлять. Потом еще снова пришлось ездить в здание безопасников. Кровь опять на анализы сдавал, подписки о неразглашении заполнял, еще и официальное согласие на мое содействие в исследованиях работы нанитов пришлось дать.

В здании ИСБ случайно узнал, что аристократии не понравилось, когда безопасники оцепили поместье графа Мезенцева, и дворяне посчитали это оскорблением и вмешательством в их дела. Какого-то генерала Нахимова, который и отдал этот приказ, сняли с должности. А был он ни много ни мало – адъютантом аж самого цесаревича. Правда, что с ним дальше после такого стало, я уже не услышал – обсуждавшие это бойцы ИСБ прошли мимо, а я как раз сидел рядом с медкабинетом, ожидая новой сдачи крови.

Зато сейчас мне с ватагой лететь не меньше четырех часов. Можно и поближе познакомиться с шестеркой набранных парней. Даже нужно!

– Парни, – начал я, – вы уже кратко о себе рассказывали. А сейчас, пока есть время, я хотел бы услышать подробней о вас. Мирон, начнешь? – предложил я низкорослому крепышу с пудовыми кулаками.

– Ну. Чего там говорить-то? – замялся тот. – Закончил среднюю школу. В старшую не пошел, не интересно мне это. Подраться вот люблю.

– Так и говори – из-за этой любви тебя в старшую и не взяли, – вмешался Антон.

– Да иди ты, – отмахнулся от него Мирон и замолчал.

– Не перебивайте друг друга, – зыркнул я на Антона. – До всех очередь дойдет. Ты продолжай. Чего замолчал?

– А что говорить-то? Тоха прав. Из-за поведения меня в старшую не взяли, – пробурчал, пряча глаза от стыда, Мирон. – После по улицам шлялся. Задирал всех. Так к Михею в банду и попал. Кроме как драться, я ниче и не умею.

– От него почему ушел?

– Не люблю трусов. Если вызвали на бой – так дерись! Даже если знаешь, что шансов на победу нет. А так, как он делал… нас подтягивал, вперед не лез… Тоже мне – лидер называется.

После Мирона за себя рассказал Антон.

– Я от Михея по той же причине ушел. Ссыкло он, хоть и маг. Меня хоть из школы, как Мира, не выгоняли, но только потому, что я знаю, где и когда можно почесать кулаки, а когда лучше их в карманах держать. А так – мы с Миром постоянно в драку первыми лезем.

– Я помню, – кивнул я им. – Вы частенько от меня тумаки раньше других при стычках получали.

– Было дело, – беззлобно рассмеялся Антон. – Ну… кроме драк я еще прыгать люблю. Начинал просто с прыжков со второго этажа, а сейчас для меня в кайф с крыши на крышу высоток перемахивать. Как подумаю, что могу не долететь – аж мурашки по коже. Ка-а-айф!

Адреналиновый маньяк, – сделал я вывод.

– Дальше.

– А что дальше? – пожал плечами Антон. – Ниче такого больше о себе сказать не могу.

Кивнув, я посмотрел на Святослава.

– У нас в семье кроме меня еще трое братьев. Батюшка дом, хозяйство – все старшему сказал оставит. А нам, младшим, либо на старшего батрачить, либо свое место в городе искать. Я решил искать.

– А что значит – на старшего батрачить? – не понял я.

– То и значит. Все, что он ни прикажет, делать. А получу я за это лишь место в доме, да еду. Вячеслав еще и гоголем ходит – как же, практически наследник, как у дворян.

– Зачем же твой отец так поступает? – не понял я.

– У Вячеслава дар открылся. Вот и посчитал батюшка, что он станет первым в нашей семье, кто магический род создаст. Основателем будет, – чуть ли не сплюнул Святослав.

– Ладно, Славян, не кисни! – хлопнул его по плечу сидящий рядом Колька.

– Я Святослав, – процедил тот, зло посмотрев на парня.

– Святослав – долго, – покачал я головой. – Почему ты не согласен, когда тебя Славой называют?

– Все в семье «Славы», – было мне в ответ бурчание парня. – Старший – Вячеслав. Потом Владислав. Я вот – Святослав. И младший – Радислав. Да и негоже это, имя сокращать. Как кличку собаке дать.

– Это твой отец так говорил? – заметил я, как в конце изменился тон Святослава.

– Да.

– Тогда будешь Свят, – решил я. – И не вскидывайся! До Святослава тебе еще дорасти надо. И по возрасту – и по уважению. К тому же, если ты не знал, мы в воинскую школу летим. Там длинные имена не в почете. Долго приказ отдавать придется.

– Понял, – буркнул парень, повесив голову.

Леня с Жекой оказались из одной деревни. Леня был любителем авиации. Приехал в летную школу поступать, да провалил экзамен. А возвращаться назад не захотел. В мою ватагу пошел в надежде, что уж под крылом у аристократа точно сможет полетать. И сейчас он почти не отрывался от иллюминатора, остро сожалея лишь о том, что не за штурвалом самолета, а в его салоне.

Жека другой. Спокойный, даже меланхоличный здоровяк. Хоть и земляк Лени, но с ним почти не общается. Другие интересы. Жека хотел стать компьютерным мастером. И на удивление в технике «шарит», вот только чтобы попасть в университет ему банально не хватило денег. Вот и хотел подзаработать их до следующего года.

Ко мне в ватагу Жека пошел из-за конфликта с сыном богатого купца. Тот пришел в кабак, где Жека с помощью Толика устроился вышибалой, напился и стал приставать к девушкам. Естественно Жека его выпнул. Но мажор оказался злопамятным, а его отец плевать хотел, что получил его сынишка за дело. Из кабака Жеку поперли, купец пообещал парню «веселую жизнь», а тут к нему снова Толик подошел с предложением вступить в ватагу. Решив, что это знак, парень отказываться не стал.

Последний из шестерки новеньких – Колька. Хоть и не из Москвы, а из пригорода, но на остальных парней, приехавших из деревни, посматривает свысока. Сам он оказался из семьи потомственных слуг. Прям как я. На основе чего поначалу даже пытался держаться со мной, как с равным. Но быстро получил от меня в зубы, и в мою стороны «пальцы гнуть» перестал. К Рустаму с Артемом он тоже не лез. Видно парни успели показать себя, пока я вещи собирал. А вот Святу от него доставалось. На Мирона с Антоном Колька тоже не лез. У первого кулаки, как голова Кольки, а второй и сам языкастый. Ох чую, если Свят не выдержит, и от него Кольке прилетит.

Когда все о себе немного рассказали, атмосфера в салоне самолета изменилась. Напряжение у парней слегка спало. Они уже сами стали расспрашивать друг друга. Узнавать, есть ли у кого общие знакомые. Колька предложил сыграть в карты, но их тут же отобрал сержант Синицкий, со словами «еще потом спасибо мне скажите, что не офицеры их забирают».

К моменту как мы долетели, у меня все же появилось чувство, что вот эти десять ребят – теперь моя команда. Ватага. Посмотрим, как они теперь проявят себя в учебе.

– Приготовиться, – скомандовал пилот самолета по громкой связи, обрывая веселый смех ребят, слушавших анекдот от Антохи. – Посадка через пять минут. После приземления в салоне не задерживаемся.

Расслабленность ребят сменилась шорохом вытаскиваемых из-под сидений рюкзаков. Шелестом одежды и бурчанием Свята, все еще недовольного, что его имя сократили.

Когда самолет затормозил и пилот открыл выходную дверь, Синицкий тут же шепнул мне командовать выгрузкой и вообще – приучаться постоянно руководить своими ватажниками.

– В колонну по одному! – крикнул я на весь салон, схватив за руку спешащего на выход Кольку. – Построились!

Дождавшись, когда ребята нехотя выполнят команду, я скомандовал «на выход» и покинул салон самолета последним.

Спустившись по трапу вниз, мне пришлось снова выстраивать свое «воинство». У самолета нас уже ждали. Какой-то офицер в чине капитана и молоденькая медсестра, показавшаяся мне знакомой.

– Меня зовут капитан Павлинов, Вадим Семенович, – зычно начал он. Послышались смешки ребят. – Ат-ставить смех! Еще один хохоток по поводу моей фамилии, и вы у меня из маршбросков вылазить не будете! Атаман, – повернулся ко мне капитан. – Донеси эту простую мысль до своей ватаги.

– Есть! – гаркнул я, вспоминая свою службу в прошлой жизни.

Мир другой, а порядки такие же. И хоть мы сейчас не в армии, а вроде как школе, но чую, что попали мы в аналог кадетских корпусов моего мира.

– На ближайший год – я куратор вашей ватаги. И еще четырех таких же салажак, как вы. Все вопросы, что у вас возникают, задавать своему атаману, а тот уж спросит у меня. Для вас он теперь – царь. Богом для вас являюсь я. Если до вас не дойдет эта простая истина… Ну, я уже говорил, как буду ее в вас вбивать. СМИРНА!!! – неожиданно гаркнул он во всю мощь своих легких. – За мной, шагом-м… арш!

Проходя мимо медсестры, которая с улыбкой взирала на нас, я все же понял, почему ее лицо мне знакомо. Просто не ожидал увидеть ее здесь, да еще в таком виде. Безмятежно улыбаясь, на меня и мою ватагу смотрела Ольга Шувалова.

Глава 2

От аэропорта, где нас встретил капитан Павлинов, до самого расположения Школы ватажников было около километра. Даже страшно представить, как мы спать будем с таким-то соседством. Одна надежда – что самолеты сюда прилетают не часто. Звук взлетающих и садящихся стальных «птиц» – не то соседство, что способствует крепкому сну.

Не знаю, зачем дочка императора лично встречала нас, но вместе с нами она не пошла. А наш куратор первым делом повел нас не в казарму или ее подобие, а на склад. Получать форму и прочую амуницию, положенную ватаге для учебного процесса. Два комплекта нижнего белья, походный рюкзак, обувь типа «берцы», форма для тренировок, форма для построения и выхода в город, к которой выдавались еще и туфли, еще одна форма – для занятий «в поле».

После вопроса Кольки, а зачем мы тогда вещи с собой брали, Вадим Семенович цыкнул на него. Потом недовольно покосился в мою сторону и заметил, что выкрики с места наказываются. Намек капитана я понял. Пришлось приказать ватаге остановить прием вещей и построиться, а Кольке отжаться десять раз.

– Вещи в рюкзаках вам понадобятся в том невероятном случае, если вы получите увольнительную, – пояснил капитан, пока Колька пыхтя отжимался. – Но это бывает редко. Особенно у такого сокола, как ты, – посмотрел он на поднявшегося после отжиманий парня.

– Номер вашей ватаги – три, – вещал капитан, пока мы продолжили нагружаться как мулы. – На погоны пришиваете эту цифру. Атаман – ты рядом с цифрой пришиваешь букву «А». Имя ваша ватага получит после окончания обучения. Тогда же вам дадут воинские звания, согласно вашей успеваемости. Все слышали? – прикрикнул Павлинов. – Если постараетесь, то уже через год будете сержантами! А ты, – повернулся он ко мне, – и сразу лейтенанта можешь получить. Ну а плохо справишься – стать выше унтера не рассчитывай.

Покинув склад, мы двинулись к стоящим около леса трехэтажным квадратным приземистым домикам, отличающимся друг от друга лишь цветом стен. Когда я попал внутрь одного из них, то сразу увидел кардинальные различия с казармами из моей прошлой жизни.

При входе в домик ты попадаешь в большой холл, с противоположной стороны которого находится еще один выход на улицу. Слева и справа от входа по одной двери с цифрами «1» и «2» соответственно. Около противоположного входа расположена лестница на следующие этажи. Капитан повел нас к ней.

На втором этаже было все то же самое, что на первом. Только цифры на дверях отличались. Подведя нас к двери с цифрой «3», Павлинов открыл ее и скомандовал.

– Ватага! По одному вперед шагом марш. На обустройство – пятнадцать минут. Затем выходим на построение на плац около кубика. Если кто не понял, этот дом – и есть кубик. Запомните его расположение. Это легко – он тут единственный зеленого цвета. Чтобы через пятнадцать минут все были в форме. Проведу вам экскурсию по школе. Ну? Чего замерли, верблюды хромоногие? Выполнять!

Парни чуть ли не бегом ломанулись в дверь. Я снова, но уже не так торопливо как они, зашел следом.

За дверью находился небольшой зал-прихожая с рядом шкафов справа от входа. Десять штук ровно. А вот мой шкаф атамана стоял отдельно слева. Из прихожей шло три двери. Одна – в санузел. Колька со Святом тут же его и опробовали. Да и я не поленился заглянуть, но уже чисто из интереса. Все максимально аскетично и утилитарно: пять унитазов слева, отгороженных друг от друга пластиковыми перегородками по грудь. На противоположной стене к потолку были прикреплены душевые лейки, а в стену вмурованы барашки регулирования воды к ним. Тоже пять. И они также были разгорожены пластиком. Да уж, о стеснении в таких условиях можно забыть. Да и мыться моя ватага сможет лишь по очереди в два захода.

Вторая дверь вела в комнату досуга. Там стояли парты со стульями, к стене был прислонен стеллаж с книгами, на одной из стен висел телевизор. Можно и кино посмотреть, и видео-лекцию личному составу устроить.

Последняя дверь вела в спальню. Кроме десяти коек с прикроватными тумбочками, я нашел там еще одну дверь, за которой оказалась уже комната командира. Моя комната. С кроватью, столом, шкафом под личные вещи и даже сейфом. Кинув свой рюкзак в этот шкаф, я побросал выданные на складе вещи на кровать и быстро переоделся в форму, которую предполагалось одевать на построения и «на выход». Светло-зеленые брюки, такого же цвета рубашка, туфли и черный берет. На рубашке на плечах было место под погоны, но их нашью позже. На внутренней стороне дверцы шкафа оказалось зеркало. Оглядев себя в него и удовлетворенный получившимся видом, я покинул свою комнату.

– Могли бы всем по комнате выдать, – услышал я недовольный голос Кольки.

– Ускоряемся! – поторопил я ребят.

В основном моя команда касалась как раз Кольки и Мирона. Остальные уже почти переоделись и как раз поправляли свои зеленые береты. Это было сейчас единственным и главным отличием в их форме от моей.

В пятнадцать минут мы уложились, но выслушать недовольство капитана Павлинова все равно пришлось. И ремень на брюках не все затянули как надо, и брюки ушить некоторым требуется по длине, да и береты мы еще носить не умеем. Но судя по тону, ворчал он больше по привычке или в силу характера.

– Строй своих по росту в колонну по двое и за мной. Сейчас шагом пройдетесь, а на будущее запомни, атаман – по территории школы передвигаться только бегом. Можно трусцой, но никак не шагом. Право вышагивать еще заслужить надо. Понял?

– Так точно, – кивнул я.

С каждой минутой, проведенной в школе, все больше вспоминались навыки, полученные когда-то мной в армейке в прошлой жизни. Что помогало мне легче принять ситуацию с навязанной императором учебой здесь. А вот парни пока только приспосабливались. Строились долго, в строю переминались с ноги на ногу, кто-то недовольно зыркал по сторонам (Колька), кто-то дергал челюстью, словно что-то жует (Рустам), были и те, кто судя по по бросаемым по сторонам взглядам, уже успел пожалеть о своем решении (Леня). Однако в отличие от них, я все же понимал, что полноценной армейки здесь нет. Только «условия приближенные к боевым».

Наконец мы двинулись по территории школы под короткие, но емкие пояснения капитана.

– Как видите, кубики разного цвета. Цвет означает срок вашего обучения. Новички живут в зеленом кубике. Кто отучился три месяца – в желтом. Полгода – в красном. Ну а те, кто осилил девять месяцев, уже обживают синий.

– Разрешите вопрос? – обратился я к нему.

– Валяй, атаман.

– Мы будем переезжать каждые три месяца?

– Смекнул, хвалю, – одобрительно кивнул он.

Дальше нам показали здание столовой, медпункт, административное здание, оно же штаб. Здание с учебными классами и бассейном.

– Стрельбище находится в пяти километрах отсюда. Полигоны там же. И не надейтесь, что вас туда будут возить – бегать вам придется много, – «обнадежил» нас Павлинов.

После экскурсии нам предстояло пройти медосмотр, а уж после будет обед. Когда мы вернулись в кубик, и моя ватага зашла в отведенную нам часть здания, капитан придержал меня за рукав.

– Смотрю, атаман, парень ты сметливый. Да и втягиваешься быстро. Хочу пару советов тебе дать.

– Слушаю, господин капитан.

– В комнате отдыха на стеллажах есть книги с описанием внутреннего распорядка школы – вы их должны выучить. Обычно об этом ватаге говорят на вводном занятии, а до того новички успевают нахватать по несколько нарядов. Это чтобы сразу прочувствовали, что тут все серьезно. Это первое. А второе – хоть вражда между родами на территории школы запрещена, но вот личное соперничество между атаманами лишь приветствуется. Да и дуэли возможны, хотя и только с разрешения кураторов. Так что захочешь кого-то вызвать – вызывай. Но пока я не дал добро, драться не смей. Понял?