Призрак из айфона
- -
- 100%
- +
«Вопрос – ответ?»
– Да, давай так, – легко согласился губер.
«Я уже задал свой»
– Хм… У меня договоренность, что я не раскрою свой источник информации. Теперь твоя очередь.
«Я умер»
– Не понял, – нахмурился мужчина, усевшись на табурет. – Мы же договорились. Или ты считаешь, что я решил юлить? Так я своим словом не разбрасываюсь. Как мне иначе верить будут? Вот ты, например, поверил бы мне на слово, зная, что я уже кого-то обманул? Так что давай нормально отвечай.
Я снова набрал то же самое сообщение.
– Как же с тобой сложно, – вздохнул губер. – Ну ладно. Умер. В день в области, чтобы ты знал, около полутора тысяч человек умирает. Но что-то я не слышу о толпах призраков со сверхспособностями.
«Моя очередь задавать вопрос»
– Ну давай.
«Обвинение Светы Дажьевой – для чего?»
– Чтобы спровоцировать вас и убедиться, что мне не соврали. В лоб же о таком не спросишь, – усмехнулся мужчина.
«Но вы завели на нее дело»
– Да какое дело, – отмахнулся губер. – Если бы вы никак себя не проявили, то посидела бы два денька в СИЗО и вышла за отсутствием доказательств. И дело бы развалилось также. И все-таки, ответь мне – как ты получил такую силу?
Я задумался, насколько искренним стоит быть с этим циничным ублюдком, что легко может посадить в тюрьму на пару дней ни в чем не виновного человека, да еще слабую девчонку.
«Убивал таких тварей» написал я сообщение и указал телефоном на все еще включенный ноут.
– А они откуда берутся?
«Мой черед»
– А, ну да.
Пока я набирал вопрос, губер снова сходил до стены, где за очередным камнем оказалась еще одна тайная ниша, на этот раз с алкоголем. Достав оттуда бутылку бренди, он вернулся на стул, размотал футболку и покапал на все еще сочащиеся кровью раны. Зашипел сквозь зубы и тут же приложился к горлышку бутылки. Потом замотал все назад.
«Что думаете делать теперь, зная о существовании таких, как я?»
– Пока еще не решил. Слишком мало я о вас знаю. Потому и вызвал вообще на этот разговор. Вот и ответь мне на вопрос – что с вами делать?
«Не ссориться»
Губер весело хмыкнул.
– А ты самоуверен. Но у каждого есть слабое место. Вот ты же на этот рисунок среагировал? – показал он свою ладонь. – Значит, опасаешься. А ведь и еще что-то найдется, чем вас зацепить. Так что не угрожай, кишка у тебя тонка…
Я не выдержал и быстро создал знак деления, метнув его в табурет под губером. Силы я вложил немало, да еще внешней добавил, так что развалился тот быстро и на много маленьких каменных кирпичиков. Мужчина грохнулся на пол, попытавшись ухватиться по пути за стол ладонью с нанесенным символом Чернобога, во второй он все еще держал бутылку бренди. Это было его ошибкой. Уж не знаю, какой конкретно смысл губер вложил при создании знака, но сработал он в том числе и на столешнице, отчего под рукой мужика ее край просто осыпался каменной крошкой.
Кое-как встав на ноги, чуть не поскользнувшись на каменном крошеве, и при этом стараясь не касаться самого себя левой ладонью, губер обошел стол и встал с противоположной от меня стороны.
– Намек понял, – настороженно смотря на айфон, кивнул он. – Ты крут. Но может, продолжим?
По дому разнесся птичий клекот, после чего приятный женский голос доложил о прибытии гостей. Интересный у него звонок на ворота установлен. Губер подошел к стене напротив входа, где как я и предполагал, за фальш-панелью было окно. Сдвинув панель немного в сторону, он выглянул в него и снова закрыл панель.
– Так то, первое, сообщение было своим, – не спрашивал, а констатировал факт мужчина. – Тогда разговор с тобой дальше не имеет смысла. Идем, – указал он на дверь.
Когда мы вышли из дома, за воротами стоял майбах Жозе, а сам идальго невозмутимо ожидал хозяина дома рядом с калиткой. На то, что я держу айфон в руках, а значит раскрыт, он даже бровью не повел. А вот замотанные руки губернатора оценил верно, но пока лишь цокнул языком. И не понять, одобрительно или недовольно.
– Здравствуйте, – когда мы подошли к воротам, первым поздоровался Жозе. – Полагаю, между нами произошло некое недоразумение, связанное с моей дочерью. Мы можем поговорить наедине?
– Прошу, – раскрыл калитку губер.
Идти за ними я не стал, а отправился в майбах. Жозе ведь сказал – «наедине», тут уж и тупому было бы понятно, что меня там не ждут. Вернулся он спустя аж полчаса. Губернатор и здесь не поленился, проводил его до калитки и лично открыл ее. Как я заметил, руки у него уже были чистыми и даже ран не наблюдалось. Когда майбах отъехал от ворот в сторону особняка Дажьевых, я решил задать так и вертящийся на языке вопрос, но меня опередила Даша.
– Ну что там было? Вы договорились? А этот дядька – плохой или его обманули? А мы еще сюда приедем? А…
– Всё дома, – добродушно улыбнулся на щебет девочки Жозе. – Но кое-какие договоренности есть.
– А узнали, кто нас «сдал», – когда Даша немного успокоилась, все же спросил я.
– Нет, – вздохнул Жозе. – Будем узнавать другим путем. Давить на губернатора нам сейчас невыгодно.
– Ну хоть зачем это сделали варианты есть?
– Поссорить нас с властью в области, – пожал плечами Жозе. – Отвлечь от каких-то других направлений. Заставить суетиться, проявить себя и таким образом нарушить негласное правило сохранения тайны о медиумах. Вариантов много, может быть, даже преследовалось сразу несколько. Это-то нам и придется выяснить.
Когда мы приехали в поместье, на пороге нас по обыкновению уже ждал дед, покуривая свою трубку. Обед уже прошел, поэтому семья собралась в общем зале, где идальго и рассказал о сути договоренностей с губернатором.
– Специальный отдел полиции должен перейти в его прямое подчинение. Ну, это пусть он со своим замом сам разбирается.
– Если отстранит, нужно поддержать будет человека, – вставил замечание дед. – Он много для нас сделал. Не нужно быть неблагодарными.
– Решим этот вопрос. Дальше. Баранов хочет получить описание всех божественных символов с их значением.
– Исключено, – тут же отрезал дед.
– Я тоже вежливо ему отказал. Но он намекает на сотрудничество с другой стороной, кто нас и сдал ему.
– Вот пусть у них и получает информацию. Заодно проследим, к кому он побежит.
– Хорошо. Еще его очень заинтересовало, что за монстры были в торговом центре, насколько они опасны и как с ними бороться.
– Что ему сказал?
– Что это наша проблема и мы для того и существуем, чтобы ее устранять.
– Добро. Не нравится мне этот Баранов. Он как раз из той породы, что не будет скрывать медиумов, а лишь использует нас. Может стереть ему память?
– Пока не найдем его информаторов, это бессмысленно и даже вредно, – заметил Жозе.
– Да я понимаю, – вздохнул дед, выпустив в потолок долгую струю дыма. – Это все?
– Не совсем, – тут Жозе повернулся ко мне. – Олег. Скажи, чем ты ранил губернатора?
– О как! – удивился дед. – Что? Настолько он тебе не по душе пришелся, что ты сразу в морду бить стал?
– Он хотел мой айфон разрушить, – пожал я плечами. – Вот и пришлось себя раскрыть. А бил… да энергией своей, с желанием проткнуть ему руки насквозь. А что?
– В его ранах есть остаточные следы негатива, – после этих слов в зале все напряглись и посмотрели на меня, как на опасного преступника, только что застуканного на месте преступления. – Поэтому прошу тебя, Олег, вспомни точно, как именно ты его ранил. Какие эмоции испытывал при этом. Остались ли на твоем теле какие-то следы после атаки?
Опа-на! Что же такое я тогда сделал, что все так напряглись-то? Я припомнил оставшиеся темные пятнышки на ладонях, что потом исчезли. Так это они из-за меня появились, а не из-за того, что губер имеет склонность к темной энергии? Затем мысли перескочили на то событие. Что я испытывал? Злость на губернатора. Из-за него Свету поволокли в полицию и даже хотели посадить в камеру. Раздражение, что не могу его прямо там если не закопать, то заставить сильно пожалеть о своем поступке. Потом был страх, когда он занес руку с нарисованным символом над айфоном, переросший в ненависть. Эта тварь посмела угрожать мне и готова была лишить посмертия! Причем он даже не осознавал, что делает! Как обезьяна с гранатой!
Видно все это отразилось на моем лице, потому что даже Света как-то бочком-бочком отодвинулась от меня, а Лин наоборот – сделал пару шагов вперед, прикрывая остальных. Я постарался взять себя в руки и отринуть эмоции.
– Остались. Два темных пятнышка вот здесь, – указал я на свои ладони, – через них прошел мой удар энергией. Эмоции… плохие эмоции я испытывал, – признался я. – Очень уж за Свету до этого испугался. А ведь это все из-за него произошло!
– Не заводись, – отрезвил меня голос деда. После чего он мрачно посмотрел на меня. Затем на Лина, будто это он был виноват в произошедшем.
– К вопросу о развитии духов, – внезапно снова заговорил Жозе. – Если не бросать их как котенка в воду, чтобы сами выплывали, то такого бы не произошло.
– Опять ты о своем, – отмахнулся дед. – Я своего мнения не поменяю. Сам видишь – парень уже сильнее Даши на порядок!
– И при этом совершенно не образован.
– Согласен, – вмешался я в этот диалог. – Поэтому может поясните, что со мной там произошло-то? Я же не стал темным?
– Темным? Нет, – покачал головой дед. – Но ты можешь им стать.
Глава 3. Проклятие
Сидим. На меня поглядывают настороженно все без исключения. Особенно неприятно чувствовать такой взгляд со стороны Светы.
– Так может, вы мне объясните, как это происходит и как этого избежать? – не выдержал я. – Вы ведь говорили, что дух может быть или светлым или темным? А тут вдруг выясняется, что это не так уж и однозначно?
– Все в мире неоднозначно, – пробурчал по-стариковски дед.
– Извини нас, – вдруг мягко улыбнувшись, произнесла Мирослава и обернулась к деду. – Ну чего мы на парня как на уже ставшего темным смотрим? Это ведь не произошло. И не произойдет, если сейчас все ему объяснить.
– Всех-то ты защищаешь, – снова пробурчал дед, но уже более дружелюбно. – Тогда сама и рассказывай.
– Олег, – повернулась ко мне Мирослава. – Ты уже видел суть души? Те потоки, из которых состоит любой дух?
– Доводилось.
– Они ведь не все были светлыми?
– Ну да, – вынужденно согласился я. – Я еще удивился, что даже у меня есть темные потоки.
– Так ты и свою суть видел? – удивилась женщина.
– Не самое приятное ощущение, – поежился я. – Сами понимаете, просто так ее не увидеть. Я знаю лишь один способ.
– Получить ранение, – понимающе покивала Мирослава. – Так вот. Именно благодаря этим потокам мы и можем испытывать весь спектр эмоций. Они же генерируют нашу энергию. У медиумов больше – благодаря наличию тела, у духов меньше – из-за того же. Поэтому и существует принципиальная возможность «сменить окрас». Но чем сильнее дух, тем сложнее ему это сделать. Не только из-за того, что потоков чуждой энергии в нем меньше. Просто… каждый дух учится чаще вызывать в себе тот спектр эмоций, что позволяет вырабатывать в себе нужный тип энергии. Мы – радость, счастье, гордость, умиление… Темные – страх, ненависть, злость. Поэтому в бою сила темных и выше, чем у нас. В прямом бою. И появляется во время войн их больше, и развиваются они быстрее. В мирное время все наоборот.
– Что-то не припомню, чтобы сражался с темными духами с чувством умиления, – буркнул я.
– Это естественно, – успокаивающе улыбнулась Мирослава. – Но это не значит, что светлые духи в бою вынуждены использовать «темные» эмоции. Мы вообще стараемся в схватке не прибегать к эмоциям, используя намерения. Намерение помочь, защитить, преодолеть соперника не убивая, или вообще – победить, чтобы переубедить. Последнее реже всего, но все-таки случается. Вспомни свой бой в торговом центре. Разве ты там испытывал ненависть?
– Нет, – вынужден был я признать. – Но страх был. Что не смогу защитить Свету с сестрой.
– Страх, что подпитывал твое намерение защитить. То, о чем я и говорю. Переплавка негативной эмоции в положительное намерение. Но в институте было по-другому, так?
– Да, – снова согласился я.
– Вот и я о чем. Это дало толчок к тому, чтобы ты начал вырабатывать негативную энергию. Сейчас, пока ты слаб. А ты слаб, не спорь, – подняла она примирительно руку, когда я вскинулся, чтобы запротестовать, – для твоего духовного тела такой переход хоть и будет болезненным, но все же может протекать постепенно. Это-то и опасно. Ты можешь далеко не сразу заметить, когда количество темных потоков в сути твоего духа перейдет в качество. И прямого канала связи со Светой у тебя теперь нет. На более высоких ступенях развития подобный переход тоже возможен, но обычно лишь при прямом внешнем воздействии.
– Это как? Обратят насильно? – неподдельно удивился я.
– Не совсем. Объясню на примере. Есть такая богиня – Кострома. Изначально светлая, она покровительствовала влюбленным девушкам, и ее символ помогал им развить взаимное чувство в партнере. Заметь – не навязать, а усилить уже существующее. Но потом на нее смогли навести проклятие. Суть любого проклятия – притягивать негатив. Неважно через что. Будут ли рядом с тобой умирать твои близкие, или просто ты чаще будешь видеть какие-то злые поступки окружающих. Главное – вызвать у проклятого темные эмоции, которые войдут в конфликт с его светлой стороной души и развоплотят его. Либо напрямую притянут негативную энергию, спровоцировав реакцию постоянной очистки, от чего накопленная положительная энергия просто со временем истает и проклятый развоплотиться. С благословениями для темных примерно та же история, лишь с противоположным воздействием. Так вот. Кострому прокляли, и она должна была быть развоплощена, но богиня очень хотела жить и изменила свою суть, став темной. От любви до ненависти один шаг, как говорится. Проклятие никуда не делось, но теперь приток негативной энергии не убивает ее, а наоборот – усиливает.
Я стоял с открытым ртом и даже не пытался скрыть своего охренения. Вот это да! Я-то думал, что переход из одного «лагеря» в другой у духов невозможен и все определяется на начальных этапах развития или даже еще до смерти. Каким человеком ты был при жизни, такой путь тебя дальше и ждет после смерти. Ошибался. В очередной раз из-за недостатка знаний. Ну дед, сволочь! Что-то я все больше склоняюсь к мнению Жозе, что просто кидать необученного духа в бой – плохая идея.
– Без нормальной лекции я сегодня никуда не выйду, – захлопнув рот, ультимативно заявил я.
Жозе с чувством собственного превосходства взглянул на деда. Тот крякнул от досады, но в первый раз при мне признал «победу» метода Жозе. Пусть и не вслух, а просто молчаливым согласием.
На этом «совещание» закончилось. Идальго в итоге поручили и дальше пробивать тему с губернатором, даже разрешив временно приостановить работу Даши по усиленной очистке подворачивающихся по линии полиции подходящих квартир и мест скопления негатива. Это снова перешло в обязанность Доброславы. Мирослава, как я понял, больше занималась домом и изредка делами семейного бизнеса. А меня Света утащила к себе в комнату для восполнения пробелов в моем образовании. Фактически мы продолжили с того, на чем закончили в прошлый раз – подробный разбор существующих богов и их символов. Плюс, Света рассказала о местах нахождения доменов богов, какие праздники и обряды проводят их последователи (а это практически все «народные» праздники с массовыми гуляниями, и не все они созданы светлыми богами). Закончила Света кратким рассказом об истории рода Дажьевых. Ее послушать – так половина древних богов Даждьбогу родней приходится. Невольно закрадывается мысль, что не просто так новые боги надолго не задерживаются в мире. Что светлые, что темные – ну кому нужны конкуренты? И лишь у ближайшей родни есть кое-какие шансы достичь заветной силы. Взять того же Чернобога – если верить Свете темная богиня Морена его супруга. Но при этом она же была второй супругой Даждьбога! И у них даже ребенок общий есть. Был, то есть. А у самого Даждьбога аж три жены было и тот же Коляда от первой жены рожден, когда Даждьбог был уже третий раз женат! И не просто женат – богом стал!
– Духи ведь не могут детей иметь, – тут же напомнил я о таком «факте», который мне усиленно втирали до этого.
– Для детей нужно тело, – кивнула Света. – А у духов его нет. В этом проблема. Но ведь ты не думаешь, что за столько лет никто не придумал, как эту проблему решить?
– Выкинуть чужую душу и занять ее тело? – предположил я самый простой с моей точки зрения вариант.
– Об этом не говорят открыто, – признала мою правоту Света, – все-таки по сути это – воровство. Но возможность такая есть.
Сегодня я узнаю все больше и больше фактов, что светлые – не такие уж и светлые оказывается. Интересно, а темные – они тоже не «стопроцентно» темные и способны сделать что-то хорошее? Наверное да. Тут уж ни в чем уверенным быть нельзя.
Сегодня у Светы первое занятие в университете. Время с того разговора до начала учебы пролетело незаметно. Мой график сильно изменился. Единственное, что осталось неизменным – тренировки с Лином по ночам. Но теперь в них добавился новый «элемент» – на пару часов я становился «боксерской грушей» для азиата и в это время был обязан не атаковать, а лишь создавать барьер из чистой положительной энергии. С обеда и до вечера были занятия со Светой. Одной лекцией ограничиваться не стали, и теперь я уже значительно больше знал о символах богов, знаках конкретных сильных духов-проявлений и личности всех медиумов нашего города. А также об особенно значимых личностях в масштабе страны. Значимых для медиумов естественно. Еще одно направление, которому меня учил лично дед – медитации. Оказывается, именно ими он занимается по ночам, когда остальные живые члены рода спят. Смысл медитации в увеличении чувствительности к проявлениям энергий, чувств окружающих и подпитка собственного духа разлитой вокруг положительной энергией. Последнее – особенно сложно. Для меня это было сродни попытке попить слабо моросящие капли дождя. Вроде на губы что-то и попадает, но напиться так – надо иметь гору терпения. А ведь в процессе еще и раздражение нарастает, так и норовящее перейти в злость и смыть всю накопленную положительную энергию в считанные секунды! Собственно, в первый раз у меня так и произошло, после чего пришлось прослушать пятиминутную лекцию от деда о высокой пользе медитаций, как средства увеличения контроля за собственной темной сутью и повышения восстановления сил даже в бою.
Но все заканчивается. Закончилось и это мое «интенсивное» обучение. Перед тем, как отпустить нас, дед обмолвился, что теперь у меня останутся лишь тренировки с Лином первую половину ночи и медитации вторую. Лишать внучку обычного образования он не собирался. Как и оставлять ее без духа-защитника, пусть и «слегка замаравшегося негативом».
Так что стоим на мини-площади перед университетом, слушаем приветственную речь ректора и пожелания успешной учебы. Для первокурсников сегодня ожидается лишь знакомство с куратором группы, после чего всех отпустят по домам. Ну а вечером в клубе «Искра» вход для абитуриентов ВУЗа будет бесплатный, где уже и пройдет основная часть праздника поступления.
Я с любопытством оглядывался по сторонам. Моя учеба проходила в другом университете, так что для меня все здесь было новым. Здание филиала Московского университета имени Юдашевича было построено лишь два года назад и выглядело как современный офисный центр. Около десяти этажей в высоту. Стеклобетон пускал много солнечных лучей, а само здание было выгнутым в одну сторону и напоминало парус. Добавляло сходства с парусом еще и расположение здания – на возвышенности, что делало его самым высоким в радиусе пары километров. Учились здесь не только на стилистов, но большинство специальностей так или иначе были связаны с творчеством.
Ректор завершил свою речь, и народ потянулся внутрь, уже там растекаясь в четыре коротких коридора, заканчивающихся мини-холлами с лестницей наверх и по три лифта в каждом. Аудитория, закрепленная за Светиной группой, располагалась на третьем этаже, поэтому ждать очереди в лифт мы не стали и поднялись по лестнице. Также сделало и еще около семи человек, вместе с молодым черноволосым парнем с серьгой в ухе. Он бросился мне в глаза тем, что за ним следом по пятам следовала натуральная бабуся в платке с вязанием в руках и юбкой в пол. Так-то присутствие на первом занятии родственников не запрещалось, но видеть как эта бабуся на вид лет семидесяти несмотря на сутулость и низкий рост мячиком перескакивает со ступеньки на ступеньку, опережая многих молодых, удивляло. И «бежала» она как раз за парнем, ни на шаг от него не отрываясь, почему я и решил, что они вместе. А потом бабуся случайно задела локтем молодую девицу, которую обогнал секундой ранее парень, и я удивился еще больше. Локоть этой бабушки просто прошел сквозь девицу, не встретив никакого сопротивления, показав ее суть – бабуся дух! А раз она так мчится за парнем, то логично предположить, что он медиум. Но какой? Темный или светлый? И к какой семье принадлежит? Других-то родов кроме Дажьевых в городе нет.
– Ты видела? – спросил я Свету, идя рядом с ней почти шаг в шаг.
– Что?
– Бабуля как скачет.
– Да, резвая для своих лет, – согласилась Света.
– Она – дух.
– С чего ты взял?
– Значит, не заметила, – констатировал я и описал увиденное.
– Надо будет фамилию парня узнать, – задумчиво протянула Света. – Нас сейчас представлять друг другу будут, там и посмотрим, чей он.
-… Селезнев! – выкрикнула тридцатипятилетняя преподавательница новую фамилию.
«Ну наконец-то и до него очередь дошла!» выдохнул я, глядя как встает парень. Вот только такой фамилии среди тех семей, о которых мне рассказали, точно нет! Ни среди темных, ни среди светлых. Странно. Из других мест приехал? Бабуся рядом с ним как достала свое вязание, когда все расселись, так с ним и не расставалась. Выглядело это весьма странно. Само вязание представляло собой старомодную вязаную опять же барсетку, из которой торчали спицы. Когда бабуля села, то она достала эти спицы с уже нанизанными на них петлями и тянущимися куда-то внутрь барсетки нитками и начала сноровисто вязать. Получающееся полотно уходило обратно в барсетку, создавая ощущение ее бездонности. А еще она постоянно ворчала. Это видно было по ее шевелящимся губами, кидаемым исподлобья, хмурых взглядов и мимике парня, который иногда морщился без видимой (по другим поводам) причины. Хорошо хоть сидели мы далеко от них, и не пришлось самим слушать, что она там говорит.
Представление группы закончилось, и преподаватель перешла к насущным вопросам: выбрать старосту группы, определить время для классных часов, коротко рассказала о вне учебной деятельности университета и предложила студентам записаться в какой-нибудь кружок.
Сидящая перед нами Рита с самым деятельным видом записывала эту информацию, наверняка собираясь потом посетить все эти кружки и в один из них точно записаться. Света кидала на нее горестные взгляды и лишь вздыхала. На мой прямой вопрос, что ей мешает самой поступить также, был дан такой же прямой ответ – я. Точнее не конкретно я, а деятельность медиума вообще, сжирающая массу свободного времени. Но так уж получилось, что для Светы именно я стал фокусом всей ее потусторонней деятельности, так как с выбора духа-защитника началась ее активная «работа» в этом направлении.
– Пойдем, познакомимся? – когда преподаватель окончательно завершила вводную лекцию, предложил я Свете.
– Давай лучше папа сначала «пробьет его», а то мало ли… – в сомнении протянула Света.
– Тебе совсем не интересно? – удивился я.
– Мне было достаточно приключений в последнее время, – отрезала девчонка и встала из-за парты.
Я проводил расстроенным взглядом покидающих аудиторию парня с бабусей и повернулся в сторону Риты. А та уже вовсю флиртовала с каким-то напомаженным блондинчиком. И ведь знает, что я в аудитории и как отношусь к ее парням – а все равно ведет себя как…
– Ты чего такой? – вырвала меня из негативных мыслей Света. – О чем бы ты сейчас не думал, срочно меняй тему! А то мне не хочется терять своего духа, я еще ходоком планирую стать и освободиться от опеки дедушки!
– Извини, – выдохнул я. – Просто… не нравится мне тот тип.
– А-а-а, – понимающе протянула Света, заметив Риту. – Хватит ее опекать. Ты уже потерял ее из-за этого. Хочешь ухудшить все?
– Хочу ее защитить, – буркнул я.
– От кого? От себя самой? Поверь, пока она шишек не набьет, не повзрослеет. А с тобой это затянется и может ударить ее на-а-амного сильнее, чем сейчас.
Я угрюмо отвернулся от флиртующей сестры и пошел на выход. Света лишь хихикнула мне в спину.
Выйдя на улицу, я осмотрелся. Джип Светы с новым водителем стоял на противоположной от мини-площади стороне и спокойно дожидался нас. Туда-то я и двинулся, не особо смотря себе за спину. И так был уверен, что Света идет за мной. Ну а если она все же остановится, я это точно почувствую – айфон-то у нее в сумочке. Поэтому я и не заметил, как слева наперерез девчонке уверенно двинулась стройная женщина лет тридцати. Одетая весьма стильно, она мало чем отличалась от какой-нибудь преподавательницы или секретаря и не привлекала внимания здесь. Оказавшись в паре метров от Светы, женщина быстрыми размашистыми движениями нарисовала в воздухе божественный символ, пропитанный тяжелой негативной энергией, и тут же впечатала его Свете в грудь. На все про все у нее ушло не больше двух секунд, после чего она круто развернулась и поспешила скрыться из вида. Девчонка за это время лишь рефлекторно подняла руки в защитном жесте, да открыла рот, чтобы позвать меня.