- -
- 100%
- +
Телом управлять я мог, но я не знал, в какой момент я потеряю контроль над ним. Я попытался прийти в себя и выпил один бокал виски залпом, а после взял три пластинки жвачки. На часах было около семи, было время собраться на работу, а может позвонить и попросить отгул?
«Ой, нет-нет-нет, Оскар, не смей!» Раздалось в голове, этот странный язвительный детский голос… Сначала Зои, потом призраки, теперь меня будет лично донимать сам дьявол? Похоже, всё же придётся ехать в колледж.
Уже сидя в машине, я краем глаза заметил новый плакат с пропажей человека, и тут в голове всплыли обрывки памяти, пока я был без сознания, Маир развлекался. Это просто какое-то кровавое месиво, резко нажал на тормоз и вышел из машины, меня сразу вырвало от картины, всплывшей в памяти. От того человека не осталось ничего, он сделал из него фарш моими руками. Неужели следующие убийства будут такими же? Я также потеряю сознание?
«Не-а. Ты будешь всё видеть в первых рядах!»
Голова ещё немного кружилась, в желудке было уже пусто, но меня всё ещё подташнивало. В машине, уткнувшись лбом в руль и тяжело вздохнув, я попытался привести свои мысли в порядок, но детский голос продолжал надо мной глумится. Выпрямив спину и взяв себя в руки, я смог добраться до работы. Первая пара самая запарная, уже в аудитории я сидел и ждал, когда все придут. В столовой заварил чай, тот самый, что дала мне Мери, я не мог отпустить ту ситуацию. Не мог забыть ужас подростка, не заметить взгляд, полный осознания, что её обманули и предали.
Прозвенел звонок, и все начали заходить, рассаживаясь по своим местам, последними зашла та парочки детективов-любителей. Сейчас я больше всего не хотел, чтобы они встревали во всю эту паранормальщину. Если погибнут… нет, если я убью и их… то… «Я сделаю всё в лучшем виде!» Я проигнорировал эти слова.
— Всем доброе утро. Теперь начнём занятие, — я провёл мелом по доске, и он, как назло, издал противный скрипящий звук. Я услышал за спиной недовольные возгласы: могу их понять. Прошёл час, занятие закончилось, вышли все, кроме Миллера и Френсиса.
— Сэр, мы можем с вами поговорить? Как раз перерыв, почему бы не сходить на задний двор, там как раз мало людей, — серьёзным тоном проговорил мальчишка, я лишь устало вздохнул.
— И то верно, хотите что-то спросить? — в тот момент я осознал, что это говорил не я. Мои глаза были открыты, но управлять голосом и телом я уже не мог. «Теперь моя очередь учить детишек». И что мне делать? Как вернуть контроль над моим, собственным, телом? Цепи окутали меня, если я не выберусь из них, то я не смогу ничего сделать и тогда…
— Да, сэр, у нас есть кое-какие вопросы, — взгляд Френсиса, полный подозрения и недоверия, словно смотрел сквозь Маиралхида. Но и моя вина есть, ведь убивал я до этого, а не ребёнок. Это не важно, я должен вернуть контроль над своим телом, а иначе эта парочка погибнет.
— Чтож, хорошо. Давайте сходим на задний двор в перелесок, — мне показалось, что Маир улыбнулся неестественно, и это, похоже, заметил не только я. «Они хотят поиграть с нами, тогда давай сыграем с ними в игру». Детский смех раздался вокруг меня, разум прошибло иглами и взгляд на мгновение стал мутным. Он таким образом подавлял мою волю?
Небо снова затянуло, в преддверии чего-то нехорошего. Я пытался сопротивляться этим чёрным массивным цепям, окутавшим моё тело, но все попытки были тщетны. Маир и эти парни стояли так, словно готовы к стрелковой дуэли, какого-нибудь третьесортного вестерна. Каждый молчал, выжидал, чтобы кто-то, но не он ответил первым.
— Убийство начались, через какое-то время, после того как вы прибыли в этот город, — Френсис был неглупым парнем, проверить и сопоставить мой приезд с началом странных исчезновений, ещё и сразу назвать их убийствами? Я был рад тому, что они в правильном направлении шли, но я очень боялся, что этот демон убьёт и их. Я начал сильнее сопротивляться, но цепи всё ещё не поддавались. Ну же! Я смогу их разрушить, верно? — У вас нет семьи, вы живёте один и ни с кем так и не подружились. Ведёте жизнь тихо, но это «тихо» громче, чем вы можете представить, — пронзительный и уверенный взгляд мальчонки. Вот он точно, в будущем сможет стать следователем, но эта внезапная ухмылка Маиралхида, заставила меня ужаснуться.
Сильнее и сильнее я пытался выбраться из этих оков, и в какой-то момент они ослабли:
— Беги… те… — но после цепи сдавили меня с такой силой, что моё сознание помутнело. — Ой, кажется, мой сосед, — он постучал пальцем по виску, — немного распоясался, — придя в себя, я почувствовал, как моё лицо озарилось нечеловеческой улыбкой, и я увидел страх в глазах ребят. Пусть они послушаются, пусть убегут, пусть выживут. Прошу.
Миллер дёрнул руку Френсиса, и они убежали, последний взгляд второго помог мне понять, что им всё стало ясно, но я хочу, чтобы детишки держались подальше. Ко мне вернулся контроль над телом, но тут же я услышал оглушительный крик, раздававшийся прямо внутри моей головы. Я схватился руками за неё и упал на землю. Этот звук был настолько невыносим, что казалось, мои барабанные перепонки сейчас взорвутся.
Когда мне стало легче, я решил поскорее вернуться домой. Уже там я умыл лицо и тяжело дыша, пытался прийти в себя. «Ты портишь всё веселье. Я голоден». Я резко перевёл взгляд на зеркало, вновь моё отражение двигалось само по себе, а эти чёрные бездонные глаза лишь усиливали тревогу. А через мгновения они начали жечься и из слёзных каналов потекла чёрная, густая жидкость.
— Прекрати! — от испуга закричал я, но всё, что я услышал это отказ.
— Не-а, это не весело, Оскар, — он поднял руку в отражении, щёлкнул пальцами, и мы вновь поменялись местами. — Раз так, то почему бы мне не забрать тело полностью? М? — как можно привыкнуть к тому, что он говорит моим голосом, управляет моим телом? Но сопротивляться я не смог, моё сознание просто провалилось в какую-то чёрную бездну, я словно тонул. Ни звуков, ничего не было, лишь давящее ощущение где-то в грудной клетке.
Глава 9: Черное слияние
Сознание начало пробуждаться. Приглушённо я слышал крики и что-то наподобие… мольбы? Что делает Маир? Когда я вновь смог видеть, предо мной возникла ужасающая картина: моей рукой монстр держал Френсиса за шею, прислонив его к стволу дерева. Я видел кровоподтёки и раны на его лице, явно сломанный нос. Одного глаза не было, словно его выдавили. Мог бы я управлять телом, меня бы вырвало. «Ох, проснулся-таки?» Этот детский голос, раздавшийся где-то неподалёку, как же я его ненавижу. Дёрнув цепи, в попытке вернуть контроль, я почувствовал лишь обжигающую боль. Второй раз, третий, но всё бесполезно. Если я не верну контроль, то Френсис погибнет, я должен… должен!
Шея Френсиса в моих руках казалась такой тонкой и хрупкой. Отпустив его, он упал на землю и начал жадно вдыхать воздух. Краем глаза я увидел, уже бездыханное тело Миллера. Твою мать… я опоздал. Парнишка у дерева ещё приходил в себя, я отстранился.
— Парень я… — я испуганно посмотрел на него, его взгляд, полный ужаса, его дрожащее тело, эти раны. Я почувствовал боль, видя эту картину, и перевёл взгляд, на окровавленные руки. Где-то внутри я чувствовал, как Маиралхид трепыхается, пытаясь вернуть контроль над моим телом. Неужели я превозмог его силу или он просто глумится надо мной? — Пожалуйста, беги, я не знаю, когда вновь потеряю контроль и, — его нога была сломана, он бы не смог убежать, я только сейчас это заметил. Из кармана достал телефон, который был разбит, но всё ещё работал. Набрав номер полиции, я кое-как дрожащим голосом описал то место, где они находились, и убежал.
Моё тело было уставшим, но я продолжал бежать. Спотыкаясь об корни деревьев, царапая лицо острыми ветками, но продолжал: надо было уйти как можно дальше в лес, настолько, чтобы я потом не смог выбраться.
Увидев огромный камень и поняв, что ноги меня уже не держат, я прислонился к нему спиной и медленно сполз на землю. Холод камня только сильнее вводил в сон. Я распустил галстук на шее и прикрыл глаза.
Тьма, а предо мной в тех же цепях, что и был я, находится Маиралхид, его лицо мрачное и уставшее направлено куда-то вниз, но, когда он почувствовал моё присутствие, и поднял взгляд на меня, тот слабо улыбнулся.
— Ты не сможешь держать меня вечно, ведь сжигаешь свою душу. Она трескается. Чувствуешь это? — я опустил взгляд на свою грудь, наконец почувствовав эти пульсации, что с каждым разом становились всё сильнее.
— Сначала я по глупости и из-за страха делал, что ты говорил. Потом ты забрал моё тело. Даже если я сожгу душу, тебя я не отпущу, — Маир надавил на цепи и ноги подкосило, я непроизвольно издал болезненный стон. А мальчик лишь засмеялся звонко настолько, насколько это возможно. Цепи немного треснули, но он не освободился.
— Если сломаешь свою душу, то умрёшь. Увы, я не умру вместе с тобой, не надейся, — верно, я не знаю, что будет после, но и выбора у меня особо нет, а что если? Поднявшись, я подошёл вплотную к закованному ребёнку, если он слился с моим телом, поглотив часть души, могу ли я это сделать? Если мы у меня в голове, я смогу забрать его душу? Что будет, если души окончательно сольются, а не частично? Он ведь намеренно не поглотил меня полностью, чтобы поиграть.
В этот момент ребёнок напрягся и дрогнул, будто поняв, что я задумал, моя рука оказалась рядом с его лицом, единственное, я не совсем понимал, что мне надо делать. А что, если у него и вовсе нет души? И всё это будет бесполезно? Прислонив руку к его груди, я представил, как выдёргиваю из его тела душу, не такую, как у меня, а нечто тёмное и искажённое, в этот момент мою руку прошибло обжигающим холодом, можно ли это сравнить с жидким азотом? Рука посинела, и в ней из стороны в сторону металась маленькая, бесформенная субстанция, от которого исходила белая дымка.
Улыбка пропала с лица Маира, она сменилась смятением и... страхом?
— Значит, и я могу поглотить твою душу, верно? — руку я уже не чувствовал, а моя собственная душа по ощущениям стала разрушаться быстрее. По его взгляду я понял, что он сам не знает, что будет, если мы сольёмся в единое существо. Я поднёс его душу к своей груди и надавил, та медленно проникла в меня, и всё, что я почувствовал это конфликт душ, если это так можно было назвать.
— Нет! — последнее, что я увидел перед тем, как отключится, так это его крик и то, что демон потерял сознание и обмяк в цепях, а затем и я увидел лишь пустоту.
Глава 10: Проклятие плоти
Рассматривая очередной пейзаж, видимый с кроны огромного дуба, что являлся моим домом, я услышал плачь женщины. Она слёзно молила о том, чтобы духи леса ей помогли. Её каштановые волосы стекали с плеч, на голове был грязный чепчик из грубой ткани, вся одежда тоже выглядела потрёпано, крестьянка?
Я спустился с кроны и посмотрел на неё, она не видела меня, но могла чувствовать. Небольшим порывом ветра я взъерошил ей волосы и невольно засмеялся. Но печаль её лица быстро привела меня в чувства:
— Нечасто люди обращаются за помощью к тому, что они считают ересью, — я возник перед ней, моё тело было полупрозрачным, оно пропускало лучи солнца. А лицо озарила нежная улыбка, — Что же у тебя случилось, человек? — она опешила, а после слёзно посмотрела на меня.
— Ребёнок… — она замолчала и перевела взгляд на траву.
— Что? — от удивления я наклонил голову, но улыбка с моего лица не спадала.
— Я хочу иметь детей. Но не могу, я очень хочу стать матерью… Я… — тут она залилась громкими слезами, прикрыв лицо. Это не то, с чем бы я в силах помочь. Нельзя зародить жизнь там, где она не может появится, а вмешиваться извне я не мог только, если… Но я знаю, что это будет сродни обману, хотя этим способом, я бы получил более осязаемое тело. Это корыстное желание, но таким образом я помогу и себе, и ей, верно?
Я мягко и лукаво улыбнулся, это немного успокоило женщину, а после своим звонким голосом, почти наивно произнёс:
— Я помогу, сначала я кое-что сделаю, а как только я пропаду из вида, то сразу иди домой и жди, со временем ты поймёшь, что твоё желание сбылось, — поселив свою душу ей в чрево, я сразу пропал, а после моё сознание перешло в длительный сон. Она станет счастливой, а я смогу, наконец, чувствовать и прикасаться к чему-либо. Больше не буду просто духом без оболочки, исполню и свою мечту.
Через девять месяцев я открыл глаза в теле младенца, говорить я не мог, да и сил пришлось лишиться на время.
— Дорогой, это чудо Божье! — женщина показала меня мужчине, но тот посмотрел на меня с отвращением.
— Скажешь тоже, он же выродок. Эти седые волосы и неестественно жёлтые глаза. Это не чудо он урод! Мерзость какая, — он сплюнул и просто ушёл, а женщина посмотрела на меня печальным взглядом.
— Ты похож на того духа, что помог мне… Но он прав, волосы сильно будут бросаться в глаза, — она печально вздохнула, достала уголь, сделала из неё пыль и покрасила мои волосы.
С каждым годом дом становился мрачнее, силы, пока не пробудились. Этот мужчина, муж этой женщины часто избивал её и меня. Попутно разбрасываясь оскорблениями. Соседи всё знали и даже видели, но не вмешивались. Он разнёс слух, что она ведьма и родила ребёнка дьявола, местные детишки, наслушавшись этого, закидывали меня камнями, избивали и всячески издевались. Взрослые ничуть не лучше.
Тут я впервые осознал, насколько гнилые люди, я не выдержал и до полусмерти избил одного мальчика, что облил меня водой. Угольная пыль, которой были покрыты мои волосы, немного смылась и остальные увидели мои седые пряди, я сверил их холодным взглядом.
Они лишь закричали, что я дьявол, как же они глупы, мои силы всё ещё не пробудились, ещё два года. Я впервые навредил человеку. Странное чувство власти над его жизнью так пьянит, я не пробудился, но я чувствовал, как трепыхается его душа, такая тёплая, чистая и невинная. Они все букашки по сравнению со мной, верно? Они люди, а я дух, дух, который переродился, чтобы обрести физическое тело и стать сильнее.
Я вернулся в полуразвалившийся дом, та женщина, которую я иногда называю матерью, безжизненно что-то шила, иногда втыкая иглу в палец и пачкая эту потрёпанную ткань кровью. Под ночь вернулся отец, он подошёл к ней и начал силой брать её, она не сопротивлялась. Он избивал её, а я молча наблюдал, её приглушённые крики меня забавляли. Но пока я был человеком, пока я был ребёнком и мои силы не пробудились, я чувствовал страх. Я знал, что как только он закончит с ней, он воспользуется мной и вынесет всю злобу за то, что его сын урод и дьявольское дитя. Когда мои силы вернутся, его я убью первым.
Сегодня он был жёстче, чем обычно, моё хилое тело просто не могло сопротивляться его ударам и силе, с которой он меня хватал. Когда он закончил изливать душу, он выкинул меня на сеновал в холодную ночь. Сухая трава была мягкой. Мягче, чем его руки или руки той женщины. Я исполнил её желание, остальное меня не касается. Но где-то глубоко внутри, мне было её жаль. Первые несколько лет она и вправду относилась, как к своему ребёнку. Я даже почувствовал, что такое быть любимым. Мне духу, рождённому из обычных сил стихий, это не было ведомо до недавнего времени. Как и до всего, я не был так разочарован в людях и не испытывал к ним столько ненависти.
Спустя неделю всё это повторилось, но в этот раз он сильно перебрал с выпивкой, он не был так осторожен. Отец снял топор со стены и замахнулся, женщина вскрикнула, и её тело упало на земляной пол. Что-то во мне переклинило, и я накинулся на него, но он лишь схватил меня за шею и начал бормотать что-то.
— Это всё из-за тебя… ты ублюдок, эта сука порочная была осквернена дьяволом, а не мной, — как же он достал… но я не пробудился и всё ещё чувствовал страх.
Его большие пальцы прислонились к моим глазам, он начал давить на них с такой силой, что меня прошибла боль, превратив мои глаза в кроваво белёсую кашу. В этот момент моя сила, наконец, пробудилась, и я отбросил его. Несмотря на то что глаз у меня больше не было, мне это не мешало. Я поднял тот самый топор, которым он убил свою жену и ударил раз. Второй. Третий. Я бил до тех пор, пока его тело не стало похоже на кровавое месиво. Душу поглотил незамедлительно. Она была такой вкусной.
Теперь, когда я пробудил силы, я почувствовал, что моя душа изменилась. И вправду золотистый свет стал чёрным, сама она лишена формы. Через какое-то время в поселении не было ни души. Я сожрал их всех, почувствовав, как моя сила возросла.
Но радость продлилась недолго, спустя время моя сила ослабевала, я мог воздействовать на всё, но не мог убить своими руками. Эти странные, вдруг появившиеся, ограничения только раззадорили меня. Если не могу поглощать души напрямую, значит, буду использовать других. Эта мысль была так сладка, наблюдать со всем со стороны, смотреть, как этот кто-то рушит себя, следуя моим указаниям. Я исцелил свои глазницы, но глаза восстановить не смог. Моё тело стало таким же, как и тогда, когда я был духом, но кожа стала бледнее, да и глаз я лишился, а моя душа… душа стала чем-то бесформенной, потускневшей. Она стала мне нравиться куда больше, чем то, что было до этого. Я, наконец, почувствовал себя живым, а не бестелесным духом, который не мог покинуть треклятое дерево.
Глава 11: Последний глоток тишины
Эти чужие воспоминания болезненно отозвались во мне. Маиралхид всё ещё был в цепях, но власти надо мной он больше не имел, наоборот, его сила теперь моя, но она мне ни к чему.
Маиралхид засмеялся, а я лишь с презрением посмотрел на него. Я открыл глаза, дождь лил крупными каплями мне на лицо, а холодный камень казался чем-то тёплым, все воспоминания этого демона стали и моими. Столько смертей… от этого разум и тело казалось таким тяжёлым. «Контроль я взять не могу, но свести тебя с ума вполне». Забавно слышать его голос, такой уверенный, хотя больше ничего у него нет. Маир с самого начала был гнилым, с начала своего существования.
Сначала я нервно посмеялся, потом истерически, а когда упокоился, понял, что теперь точно всё. Единственное, что я мог сделать это пропасть, так далеко от людей, как только можно. Чтобы не навредить никому.
Спустя год, я нашёл одно место. Тот самый дуб, который Маир когда-то называл домом. Только вот это гнилой пень, прошло много веков, но там, в центре него был маленький дубовый росток. Правда, и он высох, я решил его полить, хотя не знаю, моё это было желание или отголоски воспоминаний этого демона.
За прошедший год с тех событий я понял, что мне больше не нужно ни пить, ни есть. Но при этом я чувствовал, как жизнь меня покидает. Сила всех поглощённых душ ослабевала. Да и сам Маир с каждым днём становился всё молчаливее и молчаливее. Тут я понял, что теперь, если умру и я, он тоже сгинет. Душа его слилась с моей, а раз смерть равно гибель души, то конец настигнет нас обоих. Пропали призраки, пропала Зои эта та свобода, которую я получил?
В итоге я остался рядом с тем дубом, ухаживал за ним, пока моя душа не надломилась окончательно.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.