Одиночный разряд

“Кровавые пятна на осветленной части белоснежной стены, упирающейся в желтый мрамор напольного покрытия. Несколько человек зажатых между дверного проема, ведущего на кухню 120 метровой квартиры по адресу Чикагский чайнатаун 12, квартира 39. У одного из них явные признаки удушья, о чем свидетельствуют выпадающие глаза и неестественного цвета язык, другой, более габаритный, имеет несколько проступивших синяков на тыльной стороне ладони. Дверь ведущая на балкон, покрыта каплями жидкости, на полу между балконом и диваном явные признаки недавнего потопа. Хозяин квартиры, Бобби Фишер, находился на отдыхе в Лейк Хейвене, чему свидетельствует подтверждение офицера Роберта Уоткинса из городского управления обеспечения безопасности города Лейк Хейвен. Личности пострадавших не выяснены до сих пор. Результаты судебной экспертизы прилагаются.” Из донесения офицера Саймона Кейджа, полиция Чикаго, штат Иллинойс.

Часть 1.

Отречение.

Минуя очередной пост, детектив Нэс Хойна несся на очередное преступление, что устроила ему мама. Лэйла Хойна, пользуясь преимуществом наличия в ее крови генных следов присутствия папы Нэса, решила посетить стриптиз клуб и при очередном танце близнеца Ченнинга Татума, потеряла сознание прямо на сцене, поглотив под собой парня в костюме “Обезьяны без конца”. Принимая на себя ответственность за здоровье и моральное состояние Лэйлы после расставания с Пегги, своей бывшей подружкой, что предпочла закрутить роман с пожарным Детройта, детектив убойного отдела городской полиции Нью-Йорка прекрасно понимал, что мамочка просто решила тряхнуть мясцом над поджарым телом очередного проститута, что в их совместную жизнь подкинула неблагосклонная судьба.

Резкое торможение, и вот его Эскалэйд притирается с брандспойтом около клуба “Титьки” на Мэдисон авеню. Нюх как у собаки, взгляд как у орла и минуя охранника при входе, Нэс цепляет своим пиджаком выходящих из богоугодного заведения дамочек, Лэйла не отвечает на звонки и всячески игнорирует своего раздобревшего от наличия своего жетона полицейского сына. Увидев столпотворение у сцены и крутящихся возле Лэйлы медиков скорой помощи, он принимает решение устраниться и отдать свою “сожительницу” в лапы профессионалов. Парень в осрамленном виде трется около старушки и пытается быть полезным. “Черт”,– не понял Нэс потугу щенка приписать себе его наследство заработанное по праву и поговорив с одним из медиков он убедился в догадках, Лэйла обширялась коктейлями неизвестного происхождения и предпочла оставить чаевые на сцене.

– Как ты, мам.– глядя на Лэйлу в кислородной маске, склонился над ее постаревшим, но все еще прекрасным телом Нэс Хойна, она только осторожно взяла его за руку. От этого нервная система детектива не выдержала и он проследовал вместе с ней до кареты скорой помощи.

– Госпиталь Святого Антония.– подсказал один из медиков и закрыл перед носом заезжего танцора дверь. Убеждать посланников Асклепия в своем ремесле он никогда не любил и не считал нужным, но вот поговорить с виновником очередной промашки Лэйлы грезил наяву. Пройдя обратно в зал “Титек”, Нэс сразу вычислил брюнета в наушниках и членом размеров его потенциального отца.

– Паренек что тебе сказала женщина, которую только что увезли в госпиталь,– схватив того за локоть начинал стервенеть Нэс, парнишка только пожал плечами и опустил свой взгляд вниз. Крепкая хватка детектива оставляла того без пропитания на несколько дней, подоспевшие охранники стриптиз клуба не успели даже раскрыть рта, за нарушителя спокойствия все говорило его удостоверение. Верный сын своей матери, протирая платком руку, покидал место преступления, костюм Дольче и Габбана оставался не помят.

Визг тормозов и оставляя царапину на своем автомобиле, детектив убойного отдела покидал заезженное местечко для тех кому за 50-т. В его душе зияла рана, ехать на намеченное свидание или мчаться вслед за своей матерью. Решение пришло само собой, ресторанчик “Мелодия” на Бродвее уже принимало его в свое лоно. Отдав парковщику ключи, Нэс шел снять с себя груз ответственности за прошлые неудачи, на Пихаре он нашел себе очередную Пегги. Доверять картинкам в интернете он никогда не любил, но и дежурить около больничной койки стремился с неохотой.

Закурив сигарету и поговорив со знакомым метрдотелем, он вычислил незнакомку под никнеймом Госпожа и сопоставив с ней свои габариты приземлился на противоположную часть небольшого столика. Переведя взгляд со скатерти итальянского происхождения на человека с именем Гулаг, урожденная в Висконсине Матильда Харрис потеряла дар речи. Взяв инициативу в свои руки, Нэс Хойна заказал обоим гостям Мелодии тушеные на пару ребрышки с салатом из рукколы и закуривая очередную сигарету ввязывался в очередную переделку, звонок Дежейн Томпсон спасал обоих участников стремительного знакомства.

– Убийство, написали англичане, а нам расхлебывать. Джефферсон стрит 72, необходимо твое присутствие.– коротко доложила начальству его коллега. И предоставляя право Матильде завершить ужин в одиночестве пленных музыкантов, он устремился по долгу службы. Оставив Гарри данные своей кредитки и ключи от своей квартиры, он полностью доверял служителю богемы свою судьбу. Матильда Харрис могла пригодиться ему в качестве домработницы на несколько ночей. Звонок лечащего врача Лэйлы успокаивал его натуру, мама желала жить и здравствовать.

Громкие улицы родного Нью-Йорка заполнялись гудящей пустотой ожидаемого чуда, и да, почему бы ему не произойти, если Дастер Браз в динамиках приемника его Эскалэйда накрутил на свои роскошные локоны очередную “бигудяшку” Дежейн. Последнее время преподносило начальнику убойного отдела сплошные висяки из розыгрышей бомжей, что стараясь подражать более обеспеченным слоям, загоняли себя в интригу игр на подобии кругов ада Данте Алигьери. Несколько с черепно-мозговыми, виновен сосед по приюту; передоз шлюхи с Мэдисон авеню, что решила свести счеты с жизнью как раз перед свиданием со своим возлюбленным и поддалась желанию поиграть с боссом одного из синдикатов в русскую рулетку, да и неумеха морячок, что списавшись со своего судна “Бедовая Молли” ввязался в интрижку со своим другом геем, не рассчитав что тот давно женат. Вот и все последние остатки великого некогда города по противодействию разгулу преступности. “На мой век хватит”,– убеждал себя Нэс, отторгая помощь Пегги в розыске подозреваемых, возможно тем и отверг некогда неплохого помощника санитарного инспектора.

Проверив тротуар на наличие жуков или личинок, осторожный во всем кроме воздействия средств масс-медиа на его хрупкую структуру восприятия, Нэс Хойна подошел к лестнице, ведущей его в “небеса”. Прокручивая заезженную мелодию Push me Earth, он входил в очередное чистилище ушедшего ангела смерти, что не оставляя следов на Земле, с изобилием окроплял данным придатком человечества освободившиеся от порции лучших диетических изысков в плотном рационе изголодавшегося по телу трудяги руки. Лента оцепления оставалась позади, как и несколько этажей по прямоугольной лестнице, шедевра эпохи истинных арийцев, что не заботясь о сохранении мира на земле, утрамбовано приглядывали за его физическим состоянием.

– Ну, что тут у вас.– приобнимая Дежейн за ее скромную талию, высматривал с плеча подчиненной своего нового пасынка детектив. Сигарета марки “Убийство” как всегда нарочито поджигалась без ее участия.

Вдыхая привычный дымок ожесточенного спокойствия Нэса, его коллега начала пролистывать свой Айпад. Медики уже наследили и только благодаря упорству своего тела, Дежейн смогла отстоять необходимый материал для восприятия Нэсом картины случившегося.

– Покойник мертв, благодаря двойному проникновению в череп жертвы заостренного трезубца.– вслух делился своими записями криминалист Синни Фал, что за время своей службы в городской полиции Нью-Йорка успел заработать себе репутацию бедолаги, но не лоха.

– Твою мать, Синни, по твоему нам следует искать Русалочку. Так я списываю это дело в обыкновенную рядовуху и виновным окажется отец.– сгибаясь над телом покойника, вникал в суть происходящего детектив Нэс Хойна. Несколько кровоподтеков на задней стороне черепа жертвы успели покрыться багровым румянцем.

– Не торопись с выводами Нэс.– серьезным голосом заметила Дежейн.– Наша жертва не обыкновенный терпила, что будет спускать воду в толчке при опущенном забрале, а настоящий бухгалтер в компании “Топик и Проводила”.– сверяясь с данными, обнажала личину покойного Чада Бэйли, детектив Дежейн Томпсон.

Осмотрев место преступления и дав свое согласие на проведение более детальной экспертизы в пригодном для “потрошителей” месте, Нэс Хойна дал свое согласие на отсылку Синни Фала в участок.

– Только смотри, не напои его водичкой.– следуя в туалет по адресу Джефферсон стрит 72, квартира 98 стряхивал свой пепел его давний соглядатай. Сделав свое мокрое дело и погасив окурок в раковине, Нэс осмотрелся и пришел в замешательство. Прощальный подарок Пегги Ли покрылся ароматами рядового костюма, обстоятельство то что данный элемент гардероба он стащил из комода ее нового сожителя и был подогнан по размерам на его не маленькую тушку, заставляло Нэса не долго колебаться, прежде чем избавиться от этикетки Дольче.

– С кем он проживал и почему в уборной истошный запах порохового заряда.– серьезным голосом заметил он задержавшейся на выходе Дежейн. Она только развела руки в стороны, офицеры что прибыли с ней на место преступления не покидали обозначенную область и не могли забить “стрельбище” прямо на месте расправы.

То что в их полицейском участке, да и во всем управлении происходит смена кадров и новички зачастую балуются подотчетными патронами, забивая их дешевой марихуаной и вставляя в обойму как холостой выстрел на стрельбище, выбивало из седла даже бывалых служак. Но в квартире Чада пахло настоящим порохом, то что Дежейн продолжила рассказывать обстоятельства случившегося только раззодоривало ее начальника. Пропуская сухие данные из “заоблачного” хранилища ее планшета, он продолжил осмотр квартиры жертвы, следуя своему протоколу, Нэс уже решил навестить маму в больнице и минуя аптеку ехать прямо домой.

– Что с орудием преступления,– поднимая очередную кипу документов в лэптопе Чада, прерывал сонное мычание своей коллеги детектив.

– Ждем заключения Синни, перерывать всю его коллекцию утвари нет желания ни у кого из оставшихся,– подмигнув дежурившему у дверей офицеру, выносила вердикт своей совести Дежейн. Это означало, что явных признаков преступления на оставшихся после пьянки инструментах не было. С фотографий на него смотрел улыбчивый одиночка.

– Выясни с кем спал этот бедолага и пошли одного из наших “разрядников” в контору Чада.– понимая, что ловить тут больше нечего, оставлял свое согласие на консервацию аппартаментов жертвы Нэс.

– Ты меня не услышал,– окликнула его Дежейн,– его контора базируется на Уолл-стрит, если для тебя это еще что-то значит. Тот лишь показал ей знаком телефон из пальцев, продолжая движение Нэс раскуривал очередную пустышку из пачки, судьба Чада Бэйли была на столе криминалистов, а про будущих заключенных в костюмах от вожделенной четы, он и вовсе знать не хотел.

Заехав по пути домой в госпиталь Святого Антония и убедившись в крепком сне его матери, Нэс обмолвился несколькими словами с медицинской сестрой и прихватив с собой пузырек Пирилиума, что лечащий врач выписал новой пациентке от рассеянности сознания, направился по ночному Нью-Йорку в родной Квинс.

Темные улочки обетованного режиссерами и туристами со всего света города, покрывались блестящими пустотами несуществующих людей. Тут и там шныряли различные делюганы, что стремились заработать на людских пороках, заменяя чувство удобства алчностью ростовщика. Деревья уже не делились своей красотой, скрывая за собой очередного образцового главу семейства, что решил накинуть на клык дешевой проститутке, место того, чтобы воспитывать своих детей и дрючить дорогую женушку под электронную пургу.

Очередной сингл Годи Френса, что прокручивался на его любимом радио Полуночный Детектив, заставил Нэса очнуться от пролетающей действительности. То что олимпийские чемпионы начали петь, подменяя собой истинных ценителей исскуства его ни капли не беспокоило, но вот содержание песен оставляло желать лучшего. “I put you pool”,– орал подражатель лучших произведений Beyonce, вкручивая очередной винтик в расшатавшуюся психику детектива. Вспоминая прошлое, Нэс оживился и начал судорожно прокручивать в памяти знакомых докторов и целителей, что могли присмотреть за Лэйлой во время ее дорогостоящего прибывания в одной из лучших клиник города. “Как звали того ментора семейства Стэплс?”– сам себе задавал вопрос водитель, забывая кто именно вел его допрос и последующее следствие. Спотти Филдс был в отъезде, лишний раз беспокоить Дежейн он не решался, а про капитана Майлза он вообще слышать не хотел. На старика последнее время вылилось столько дерьма, что побеспокоив архивы того, можно было нахвататься смрадной жидкости по самые гланды.

Светящиеся окна родного дома, заставили Эскалэйд плавно сбавить обороты и в предвкушении избавления от непосильной ноши рассуждений “философа при звании” притормозить на знакомой площадке. Выпрыгнув на дорогу, Нэс Хойна вдохнул пьянящий воздух ароматов мегаполиса и направился по знакомому с детства адресу. Приоткрытая дверь намекала на чуждость рассуждений об утопичности мироздания, свидание в Мелодии намекало на продолжение банкета. “Значит Ларри протолкнул посетителя к оплате по счетам”,– улыбаясь полезности Пихаря, осторожно продвигался Нэс в квартиру свободную от мамы. Полностью обнаженная Госпожа была готова к поклонению, Матильда Харрис искала с сети очередного раба. Гулаг начинал исполнять свои обязанности, жетон полицейского убойного отдела городского управления нежно отсвечивал своими красками, средство Лэйлы от глупости докторов предоставляло ему время до утра.

Урожденный Харрисон Евтушенко никогда не испытывал чувство вины за свою профессию. Сын эмигрантки из Украины и коренного американца всегда мечтал стать юмористом и у него это получилось. Словно бывший президент далекой родины, он плавно засовывал в рот свою Беретту 9-го калибра и взводя спусковой механизм заряженного оружия, спускал на голову очередной девицы полную обойму свободного от надежды и мечты посыльного чигакской мафии. Патрон в стволе не давал ему закончить дело, страх кончины присутствовал даже среди не рядовых бойцов Карло Бруно.

Иммигрант из Франции, что покинул родину благодаря близкому родству с первой леди французской власти, сразу влился в итальянские круги оставшегося господства дона Падро. То что новый человек его семьи является троюродным братом Корсель Сарсоли, которая благодаря удачному замужеству забыла про дальних родственников, предоставив им право выбора дальнейшей жизни без ее участия, Сильвио Падро ни чуточки не удивило. В бытность модельной карьеры той, его боссы из Италии докладывали о дальнейшем продвижении их фаворитки по службе, но вот то, что с родословной придется разбираться в далекой Америке и именно ему, никогда бы не пришло старику в голову. Смекнув, что при таком влиянии “теневой” покровительницы, Карло может пошатнуть его позиции в созданном окружении американской мечты, что включала в себя несколько коррумпированных политиков и довольно успешный бизнес связанный с экспортно-импортными операциями, он послал новичка Карло в Детройт. Как проходила карьера его протеже в близком по определению “бизнесе” его партнеров Сильвио не интересовало, но вот вес, что приобрел тот за время своей 5-и летней изоляции впечатлил даже имевшего виды ловеласа.

– Друзья из мотор-сити шлют тебе привет.– сказал Карло при встрече и засадил увядающему мафиози стилет между ребер.

Теперь боссом чикагского синдиката, что вплотную привязался к детройтским настроениям становился самостоятельный “малыш из сарсоли” Карло Бруно.

На похоронах Сильвио собрались все сливки чикагского окружения того. Закончив с церемониалом, толпа приверженцев ретро-проводов отправилась в любимый ресторанчик бывшего босса, Харрисон Евтушенко как раз заканчивал представление-пародию на одного из политиков Белого дома.

– Джо, сынок, задержись на сцене еще на полчаса.– окликнул Харрисона кто-то из толпы, и тому пришлось продолжить затянувшееся представление украинского беженца в американской плоти.

Пока гости рассаживались по своим местам, он продолжал изображать роль имбицила, только что покинувшего психологическую лечебницу. По дорогим костюмам и громкому реву собравшейся публики, Харрисон понимал, что в их Богемию заглянули серьезные люди. Бывший владелец данного заведения, покойный Сильвио Падро не сильно жаловал потуги юного дарования стать будущим Джими Фэлоном, но после его смерти, выступать становилось все тяжелее.

– Хозяин Белого дома решил стащить курицу у вице-президента и нацепил на себя Мишлен.– как раз перед окончанием шоу успел произнести Харрисон, как кто-то из собравшихся положил ему руку на плечо и пригласил за стол.

Занятия боксом и другие привычки оставшиеся с детства, позволяли ему не суетясь присоединиться к чикагской элите. Человек во главе стола, всемогущий Карло Бруно сразу выделил малышу Харрисону роль заправилы, то что смерть дона Падро вызывала у всех явное облегчение только играло ему на руку. Закончив с трапезой, он дал распоряжение своему помощнику подать определенным гостям свинные отбивные в томатном соусе, что так ненавидел бывший гурман, ныне покойный и погребенный Сильвио и послав через своих людей сообщение будущим бойцам, одел на себя слюнявчик. Слушек, пробежавший по гостям, ставил крест на их будущей карьере, ни капли не сомневаясь, Харрисон схватил столовый прибор и со всей силы приложил атташе по вопросам опиумных операций на свидание с бывшим хозяином. Очнувшись в крови и бреду, он не сразу понял, что руководствовался клещами для разделки омаров и заслужил определенную порцию комплиментов от настоящего мясника.

Получив в управление Богемию и как давесок к ней еще несколько заведений не подконтрольных правительству, Харрисон Евтушенко приносил чуть ли не львиную долю доходов Линкольн-парка в карман состоявшегося босса, в своих кругах называемого как папа Карло.

Очередная промашка с патроном, и забывая травмирующие воспоминания прошлого, Харрисон просыпался от забытья преимуществ управителя, отсылая белокурую Ванду прополоскать рот. Его к себе в гости звал сам начальник всего Чикаго.

Быстро одевшись и перекрестившись на календарь с пожарными 2019-го года, он уже заводил свой Мустанг, как папа Карло лично подъехал на своем лимузине. Не чураясь своего положения в обществе и преимущества французской крови, что оставляла на его поджаром лице явный след борьбы с колониями, тот самолично пригласил его в авто.

– Как дела.– зная ответ на все вопросы, удостоверился папа Карло в своей осведомленности происходящим. Сглотнув слюну от такого напора, Харрисон только развел руки в стороны и подтвердил опасения босса.– Все нормально.

То что последнее время дела в Чикаго шли не важно понимали даже на другом конце континента, но вот то, что в голову бывалого потрошителя придет план по реанимации существующего положения дел, догадывались только единицы.

//

Катясь на волнах дикого позитива, Нэс не сразу понял, что наступило утро. Госпожа вместе с хозяйкой укатилась в забытьи, а до начала рабочего дня оставалось как минимум несколько глотков необходимого пойла.

Звонок в дверь, заставил его проснуться. Матильда Харрис все еще возлежала рядом с Гулагом, так и не уточнив настоящее имя владельца дикого нрава, что заставлял трепыхаться все ее ухоженное тело на протяжении последних нескольких часов.

Оставив аппетитные формы на завтрак, Нэс поднял свою тушу и направился взглянуть на спасителя. Сигарета зажигалась от прикосновения раздутого эго, за порогом его дожидалась Дежейн.

– Мать твою, Томпсон, ты вообще не знаешь что людям положено отдыхать в такое время.– озираясь на кухонные часы с кукушкой всполошился поджарый любовник.

На часах было около 7 часов по полудню, до открытия биржи оставалось как минимум полчаса.

Осмотрев новую подружку своего начальника, Дежейн Томпсон, детектив убойного отдела города Нью-Йорк вплотную приблизилась к ее бедру, заставляя проснувшегося Нэса насладиться прелестями наступающего дня. В глазах того сияло счастье, телефон Дежейн требовал нажать на вспышку, кто будет поджаривать для него легкий перекус, решилось само собой, забрав телефон и отвесив тому звонкую пощечину, его коллега предоставила Нэсу 10 минут на переодевания и направилась в служебный Линкольн.

Заменив бурный секс, рутинным минетом бездыханного тела, Нэс Хойна написал Матильде записку с пожеланиями быстрейшего выздоровления и напялив на себя вчерашний костюм закурил очередную сигарету. Время требовало любви и музыки, вместо этого он получал геморрой биржевого безумства. Заехав в кофейню по дороге, они направлялись в “Топик и Проводила”, как функционирует бывшая контора ныне покойного Чада Бэйли было известно только Богу. Дежейн Томпсон вцепившись в руль, консультировалась со своим маклером.

Август Топик и Исхак Проводила были знакомы с детства. Сыновья престижного Хамптона сразу поняли что им требуется от жизни. Разлучившись только для получения образования, более продвинутый и мелкий Август всегда отличался тягой к юриспруденции, а более утонченный Исхак познаниями в области экономического регулирования, они встретитлись случайно и вовремя. На рынках бушевал кризис и очередная конференция по вопросам сохранения гибкости управления была полезна обоим друзьям “поневоле”. Договорившись о переезде в упокоенный Нью-Йорк и скрепив сделку покупкой недвижимости в районе Манхэттена, новые заправилы организовали бизнес с нуля. Обладая достаточными познаниями в области торговли пенькой и последующим переходом в трикотажный сектор, они перешли от мелкого оборота к торговле зерном. Покрытия фирмы давали им достаточно связей и объемов, чтобы представиться на фондовой бирже и закрепившись с репутацией надежного посредника неспешно вести свои дела. Появление на пороге их компании детективов убойного отдела, вызвало в их сознании настоящий переполох, нарушить монотонный ритм зашибания конкурентов властью могла даже такая мелочь. Нэс Хойна сразу понял, что связался с любителями.

Пройдя сквозь огромный холл офиса “Топик и Проводила”, Нэс Хойна и Дежейн Томпсон оказались у порога кабинета руководства всей фирмой. “Исхак Проводила”,– значилось на вывеске, что означало полное превосходство еврейских корней над буржуазным началом в исконно американской компании. Довольно оглядев трудящихся в офисе служащих и сделав последний глоток чуть приостывшего кофе, Нэс решил предоставить право Дежейн разбираться с верхами Уолл-стрит.

Секретарь, закрыв за ними дверь спешно удалилась выполнять свои обязанности, перед детективами в полный рост преставал президент мощнейшей в своем сегменте компании. Подтянутый и с качественным загаром Восточного побережья, Исхак Проводила внушал полную уверенность в завтрашнем дне, то что его компания с утра не досчиталась одного ведущего экономиста его ни капли не тревожило.

– Добрый день, господа.– учтиво предоставляя место чтобы поставить опорожненный стакан с гремучей смесью, предлагал присесть на гладкую итальянскую кожу хозяин положения.– Чем могу быть полезен доблестной полиции.– чуть покосясь на формы Дежейн, сбавлял тон человек имеющий в своем расположении несколько семейных фото.

Привыкший к заурядной внешности своей напарницы, пропитанной настроением недавнего родео со служанкой Пихаря, Нэс чуточку расслабился и потянулся за пачкой любимых сигарет марки “Убийство”. Позволять себе многое он не планировал, но предложение раскуриться вместе с главой крупнейшей корпорации, подталкивало в его объятия столь необходимое пламя.

– Мы по поводу исчезновения Чада Бэйли.– ставя в неловкое положение своего начальника, приступала Дежейн к выполнению своих обязанностей.– Вы что-нибудь знаете по данному поводу?

Исхак Проводила только почесал затылок и словно герой голливудских блокбастеров вновь вызвал в свой кабинет секретаря.

– Не стоит тревожиться, мистер Проводила.– делая жадную затяжку, вклинивался в управление многомиллионной компании Нэс.– Чада Бэйли обнаружили мертвым в своей квартире, мы у вас для выяснения личности покойного.

Холодные капли пота начали собираться на идеально отглаженном воротнике перламутрово-голубой рубашки от Ив Сен Лорана, что словно клещи затягивала в свои стальные объятия хозяина роскошного гардероба.

Попросив Люси принести несколько кубиков льда и вызвав в свой кабинет своего партнера, Исхак тревожным голосом поблагодарил детективов за проделанную работу и предложил составить ему компанию по проводам главного бухгалтера. Кто будет вести многоуровневую бухгалтерию без Чада во главе, не мог себе представить даже основатель сего детища с безупречным образованием.