Одиночный разряд

К фигуре и поведению Харрисона Евтушенко привыкло большинство жителей многообразного до представлений города, но вот то, что данный тип являлся рьяным поклонником грубого секса, поняла только бедняжка Гленн Миллер, что по злой иронии судьбы и оказалась тем несчастным детективом без вкуса.

Семейная жизнь, если это можно так назвать, у Сьюзи, Гленн и Харрисона складывалась как нельзя прекрасно. Зная о существовании друг друга, девушки только подзадоривали одна другую на новые фокусы в постели, карьера юмориста уплывала вместе в его деньгами. Содержать несколько девушек в современном мире было безрассудной роскошью, но жажда плоти мечущегося между призванием и работой стервятника играла с ним в его же стиле. Новых проектов от папы Карло не было видно и в помине, Беретта 9 мм. все чаще давала осечку.

Очередная потасовка и в состоянии алкогольного кошмара Харрисон выбежал на улицу, звонок от Карло не заставил себя долго ждать. Встречу назначили около Апелляционного суда седьмого округа США, дорога была не близкая, поэтому трезвеющий на глазах юморист зарядившись газировкой заказал Убер и мысленно прокручивал в голове варианты развития сюжета. Наилучшим выходом для него была смерть обоих любовниц. Понимая, что алкоголь все еще говорит в его крови и необходимо скинуть накопившуюся усталость, Харрисон причмокивая предложил дополнительный заработок водителю Телю, что своей внешностью походил больше на скандинавского принца, нежели чем на простого любителя звезд. Удача оказалась на его стороне, и, получив заслуженные овации, трезвый как стеклышко мафиози, уже рассматривал хорошо знакомое здание Дирксен Федерал Билдинг. Дело обошлось без презервативов и обиняков.

– Ты заставляешь меня ждать,– улыбнувшись фирменной улыбкой гангстера 30-х, заметил Карло разнузданный вид своего подопечного. Встреча в очередной раз проходила в греющем зад трофейном автомобиле Сильвио Падро, что последнее время являлся Харрисону на яву.

– Меня ублажал очередной любитель заполучить звезду.– понимая, что законных контрактов он не увидит и на этот раз, сменял гнев на милость юморист. Дела мафии шли по накатанной, этот каток пеленал и его надежды.

– Расслабься Харри,– прихватив его за щеку, внимал его словам босс мафии, понимая, что их лучший артист может оказаться за подмостками большой сцены.– Для тебя есть дельце, что сможет с авансом покрыть твои расходы на нашу “скромную” организацию.

В глазах Харрисона мелькнули слезы с явной толикой кокаиновых кристаллов. Этого предложения он ждал уже давно, и заранее принял для себя решение, если после этого он не сможет выступить на одной сцене с Кевином Хартом, навсегда покинет данный серпентариум имени Джордана.

– Тебе необходимо встретиться в Детройте с одним человеком и следовать его инструкциям вплоть до мелочей.– навсегда обрывал связь с жизнью, привыкшего к уединению Чикаго Харрисона Карло. Сглотнув слюну, юморист огрызнулся и молча согласился с отведенной участью.– Только не забывай на кого ты работаешь.– по-отечески приобнял своего человека папа Карло, предоставляя в распоряжение того небольшой дипломат с необходимыми документами и наличностью.

Бредя по оживленной магистрали, Харрисон не сразу понял что оказался возле дома, где проживают его родители. Пройдя внутрь и обменявшись любезностями со своим лабрадором Люком, он присоединился к наспех приготовленному ужину и взахлеб накормил всю компанию своими шутками из будущего шоу. То что их сына ждет успех, чернокожая украинка и уругвайский американец понимали с младенчества, то что Харрисон замешан в более серьезных делах, Люк мог только догадываться. Тепло распрощавшись с подозрениями и смехом, уже свободный от оков Чикаго сын Америки заехал на полчаса домой и кинув пару палок на съедение голодных самок бросил свое фирменное,– “для вызова гробовщика звоните в Детройт”,– и, наблюдая как нареченные лезбиянки начинают пожирать друг друга, закрыл за прошлым дверь.

“Рейс Чикаго-Детройт завершил свой полет. Компания Чигота благодарит вас за выбор нашей авиакомпании.”– заученным голосом произнесла стюардесса в голубой униформе, и предложила гостям проследовать к выходу. Не найдя в своем мобильнике необходимых оповещений от встречающих, бегло осмотрев зал Харрисон Евтушенко решил поймать такси и отправиться в любой из недешевых отелей. Приоткрыв дверь авто, он резко обернулся.

– Привет Харри,– кричал на него неотесанный болван в дорогой обуви от Гуччи.

Любитель фронтальных подкатов только покачал головой, такой теплой встречи не мог ожидать даже первый сын папы Карло. Коллеги из Детройта с уважением относились к посланникам вечного “малыша”.

//

Доктор Чупакра для пережившей полное фиаско с Ченнингом Лэйлы стал настоящим манной небесной. Вердикт, что вынес ее лечащий врач, доктор Уоттс сразу отправлял гордую мать американской земли на проживание в дом для престарелых,– “старческий криз”– расслышала пребывающая в состоянии анотомического шока пациентка прежде чем отключиться.

Появление Нэса в сопровождении симпатичного индуса полностью меняло картину произошедшего,– “я еще попрыгаю по веткам”,– подумалось ей, как в палату зашел он. Без цветов и в полной растерянности, жадно глотая водичку из аппарата с газировкой, доктор Чупакра принял комплимент Лэйлы по поводу его ориентации и как только за Нэсом закрылась дверь, отключился рядом с ней на стуле.

– Кто это такой,– не сразу понял доктор Уоттс, попросив медицинскую сестру пригласить службу безопасности госпиталя. Старушка ехидно улыбнулась, встать на ноги она пока не могла, но стереть жуткую гримасу самоотречения с лица раздухарившегося врачевателя могла на раз.

– Это мой любовник.– без тени иронии заметила Лэйла, заставляя доктора Уоттса проверить состояние нового лечащего врача VIP клиента госпиталя Святого Антония. Поняв, что тот находится в состоянии депрессивного угнетения, он укатил его на промывание желудка.

Поняв, что в его священное тело вторгается инородный предмет, Эмин Чупакра приоткрыл один глаз. Просветлением в его случае и не пахло, но общее состояние после похода в Фиалку и подготовки к предстоящему суду, значительно поправилось.

– Где я и кто вы такие?– словно герой комиксов про пришельцев заметил Эмин странное поведение врачей и взвесив все “за” и ”против”, принял решение баллотироваться в жители Земли.

Объяснения по поводу его прибывания в госпитале Святого Антония откладывались до утра, ночной персонал никак не мог объянить его появление здесь. Решив немного прогуляться, Эмин напялил на себя знакомые вещички из коллекции “святых” и проходя мимо палаты со знакомым номером, не удержался и заглянул внутрь. Знакомая женщина престарелого возраста мирно похрапывала глядя в потолок,– “наверное мать”,– подумал он, вспоминая здоровяка с полицейской бляхой и его симпатичную напарницу. Сверившись с записями врачей и сделав несколько снимков на телефон старушенции, Эмин Чупакра миновал пост охраны представившись посетителем и улизнул в знакомые пенаты.

“Чем расплатиться с таксистом”, ему даже думать не пришлось, маршрут был выстроен ровно до дома его секретарши, которую благодаря вливаниям семейства Стэплс он смог нанять и содержать на своем окладе. Лоис сразу догадалась, что это ее расплата за безалаберную службу, клиентов у Эмина последнее время было не много, и она могла себе позволить какую-нибудь фривольность, наподобие сдать своего кормильца симпатичным детективам. Но все оказалось гораздо проще и прозаичнее, в больничном халате и без гроша в кармане ему попусту негде было переночевать.

Проснувшись раньше своего начальника, она заварила ему ромашковый чай и отправилась на работу, то что ее босс пребывает в состоянии поиска себя, умудренного секретаря ни капли не волновало. Хлопок двери и уже полностью голый Эмин, понимает что все идет по задуманному сценарию, остается только найти себе новый внешний облик и убираться подальше из заброшенной берлоги разведенного секретаря. Проверив часы, доктор Чупакра осознает себя и принимает все как есть, его в очередной раз обули самые близкие люди, вместо вкусного завтрака ему предлагается перекусить на ходу. Забежав на несколько минут домой и прихватив с собой несколько пакетиков для личного применения, он собирается довести дело со старческим маразмом до своего логического завершения. Суд по поводу опеки назначен на завтра и откладывать Каспера в руки его вредины мамки, не хочется даже такому недотепе как Эмину.

В новой рубашке цвета хаки и необходимой сумкой для оказания “первой” медицинской помощи он уже стоит у дверей Лэйлы Хойна. Старушка по счастливому стечению обстоятельств приветливо улыбается новому пациенту, то что она уже знакома с Эмином и он является ее мажордомом, она решила по-детски умолчать.

– У нее развивается деменция.– делает свой вывод доктор Уоттс, приказывая вколоть пациентке фенамин, на который у его лицензированного коллеги явная аллергия.

– Давайте после моих средств,– развязывая медицинской сестре руки, предлагает Эмин свое лечебное средство на пробу докторам, но те поморщившись удаляются для дальнейшего осмотра.

То что эта парочка споется и найдет точки соприкосновения, подтверждали бумаги подписанные ее сыном и по-совместительству опекуном. То что вместо укола Лэйла ощутит легкую слабость в мышцах, прогнозировал Эмин Чупакра, шприц с феномином, предусмотрительно был уничтожен его естеством.

Ощутив знакомые толчки, Нэс Хойна приоткрыл глаза и вдохнул запах свободы. Позади оставались проблемы с мамой и работой, позади оставались грустные мысли о Декстере и будущем участка, было только здесь и сейчас, Дежейн нежно облизывала его руку.

– Твою мать,– понимая, что озабоченная напарница решила разбудить его таким нетривиальным образом, приходил в себя детектив убойного отдела. Дежейн уже приняла душ и была готова вернуться к расследованию.– Всполосну лицо и я с вами.– бросил Нэс, направляясь в уборную. Новая пачка “Убийство” лишилась своего проводника, курить и умываться, сын Лэйлы привык в полном сосредоточении.