- -
- 100%
- +
(Стенограмма).
– Уважаемые радиослушатели, сегодня у нас в студии редкий гость. Широкоизвестный в узких кругах писатель, имярек такойтович… Встречайте!.. Впервые на радио.
– Приветствую, а вот и я. Узкоизвестный в кругах широких.
– Не скромничайте, дорогой друг. Итак, здравствуйте, как добрались?
– Как обычно, пробки… Голова ещё едет. Руки вцепились в руль.
– Я могу дать вам пять минут расслабиться под нарзан, если вам это поможет. Потом надо будет включиться.
– Давайте включим меня сразу. А нарзан не помешает. Определённо.
– Машенька, нарзан в студию!.. Ну, давайте начнём не торопясь пока… Я честно признаюсь, не придумал, как приступить к беседе с вами. Прикидывал и так и сяк, всё как-то корявенько выходило. Ведь вы – известный оригинал. Может, вы сами хотите что-то сказать для затравки?
– Воспользовавшись трибуной?
– Как бы, да. Вот микрофон… Он, кстати, включён!
(Смеются).
– Хороший повод донести до аудитории свою самую сокровенную мысль.
– Я, пожалуй, воздержусь доносить именно сокровенную мысль. По крайней мере, пока.
– Вы не доверяете мне?
– Было бы глупо не доверять вам. Но…
– Вы не доверяете радио?
– Откровенно говоря, я вообще не люблю радио. (Смеётся).
– Вот так, да?
– Именно. Для меня радио – это что-то сродни загрязнению окружающей среды.
– Любопытно!
– Вы с вашим этим радио засираете эфир. Вы назойливо лезете в уши обывателя. Создаёте шум, который делает среду обитания менее комфортной. К слову, если и случается, что я готов придушить свою соседку – то именно в тот момент, когда она за стенкой включает радио.
– Ваша соседка пребывает в группе риска.
– Мы все состоим в десятках групп риска. У каждого свой хромосомный наборчик.
– Глубокомысленно. Весьма.
– Да…
(Кивают друг другу головами).
– И вы согласились на нашу встречу в студии…
– Исключительно чтобы рассказать аудитории, как я ненавижу радио. Согласитесь, оно того стоило. (Смеётся).
– Ну, каждый волен использовать момент славы у микрофона в силу своих…
– Умственных способностей? Нет! Я бы сказал, в рамках согласия с самим собой. Ведь, если бы я не заявил здесь и сейчас о том, что я ненавижу радио, я бы потом переживал, что упустил подходящий момент. Меня бы одолевали рефлексии.
– А так всё в порядке, да?
– Не сомневайтесь – в самом полном ажуре! И будь моя воля, я бы натравил на вашего брата всякого рода зелёных, налоговиков, энергетиков и МЧС. Кто там ещё? Ах, да! Проверяющих подлинность компьютерных программ. Ну, и главное: психиатров! (Смеётся).
– Ого! А вы, оказывается, идейный оппонент!
(Ржут оба).
– На самом деле, конечно, безыдейный. Ибо непоследовательный. Мне бы поквакать… Включённый микрофон располагает.
– А потом обратно в тину?
– Да, там безопасно. Родная болотная слизь. Этакий первородный «ноу стресс».
– Ядрёный адреналин! Жду позволения вмешаться в развитие событий.
– Валяйте! Вмешивайтесь, развивайте.
– В каком формате вы представляете нашу сегодняшнюю беседу?
– Хм! В формате «формата». Это, кстати, тема! «Формат» – слово недостойное обсуждения, но обсудить его стоило бы…
– Идея! Давайте сегодня будем обсуждать только недостойные вещи.
– Легко. Между нами говоря, любые вещи недостойны обсуждения. Тем более в прямом эфире. Обсуждать что-то вообще как-то недостойно джентльмена.
– Интересная мысль. Будем считать, что разговор стартовал…
– Стартовал, куда ж ему деваться (пригубливает нарзан).
– …На отрицающей волне. Расскажите, что вы больше всего любите делать?
– Фу-у! Как по́шло! Зачем вот так сразу?
– Почему бы и нет? А что, то, что вы больше всего любите делать – это по́шло?
– В определённых кругах, безусловно, да! (смеётся).
– Рискну предположить – в пуританских! (смеётся в ответ).
– И не только.
(Ржут оба).
– Давайте, для разнообразия, и да, чтобы поддержать сложившуюся стихийно отрицающую волну, я лучше расскажу о том, что я больше всего делать не люблю.
– Валяйте! Это не менее интересно.
– На самом деле, это совсем неинтересно.
– Но любопытно.
– Пожалуй, да. Любопытно! Тут вы правы. Ведь мне и самому любопытно… (Озирается).
– Вам?
– Да. Потому что я сам пока ещё не знаю, что я не люблю делать больше всего.
– Так ли? А вы случайно не лукавите?
– Нет, конечно! Ведь я ещё не ответил на ваш вопрос.
– Ага! То есть, узнаете, когда ответите?
– Ну, да. Я же тоже услышу, что я скажу. Вот заодно и узнаю…
– Действительно любопытно. Вы любите себя слушать?
– Конечно, ведь это занимательно! А ещё я люблю собой любоваться… (явно иронизирует).
– Кто же не любит собой любоваться? Я тоже собой любуюсь, время от времени.
– Вот видите! Нарциссизм не порок.
– Не порок! Нет!
(Ржут).
– Ну, так отвечайте!
– А вы так и не задали вопрос!
– И действительно. Косяк! Итак, что вы не любите делать больше всего?
– Больше всего я не люблю… Не люблю больше всего я… Э-э-э… Ну, пожалуй… Покупать и продавать машины. Да! Это я не люблю делать больше всего. Вся эта возня: реклама, объявления, звонки менеджеров и личностей потемнее, презентации, осмотры, тест-драйвы, муки выбора, торговля, выпрашивание ковриков в подарок, пачки денег, страховщики и оформление в ГИБДД… Всё это мне крайне скучно. Я типичный консерватор. За рулём до тех пор, пока телега не развалится. Пока не отвалится глушак.
– Пока не отвалятся колёса!..
– Ну нет, не до такой же степени! Зачём колёсам-то отваливаться? Можно просто проколоться.
– Всем четырём…
– Достаточно двум, кстати… Чтобы автомобилю превратиться в недвигу, а мне – выпасть в ступор. И вот именно потому, что я не люблю покупать и продавать машины, моей машине в отдельный момент времени будет скорее лет восемь, нежели два-три. Последнее, признаюсь, вообще крайне редко случается.
– Очень редко. Да! Дети быстро вырастают… А машины…
– О-о, эти бестии стареют ещё быстрее. Но это, вероятно, не очень интересно вашей аудитории…
– Да. А что ещё вы не любите больше всего?
– Хм… Да, кстати! Ещё больше я не люблю получать загранпаспорт и сдаваться на визы. Более тупого времяпрепровождения ещё поискать…
– А пробки?
– А что пробки? В пробках можно послушать аудио книгу, потрещать по мессенджеру со старинным другом. Ты размещён вполне себе в тепле, уюте, есть крыша над головой, не дует…
– Короче, просто блеск на фоне возни в визовом центре.
– Очень! К слову, я благодарен нашим государевым людям. Теперь паспорт выдают на десять лет. Это бесспорно выдающееся достижение народной демократии.
– Срок действия некоторых виз тоже удлинился за последнее десятилетие…
– Бесспорно. Осталось дождаться эпохи, когда эти десятилетние паспорта начнут выдавать сразу со всеми необходимыми визами внутри.
– И штампами!
– Да, чтобы уже и летать никуда не нужно было. Типа, везде уже был.
– Свежий взгляд на проблему, браво!
(Хлопает в ладоши три раза).
– Вы что-то хотели сказать про «формат»…
– Ага, напоминаете, значит, да?
– В рамках продолжения нашего диалога… Ещё нарзану?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.