Дьявольский Трокадеро

1

– Аллё, Марина, ты всё еще собираешься на эту вечеринку? – поинтересовалась девушка в телефонную трубку. – Не могу выбрать, что надеть, заходи в гости – поможешь. И вермут захвати, вариантов для выбора достаточно много, можем утомиться.

Алкоголь странно воздействовал на её организм – от пива развивалась странная аллергическая реакция в виде чихания, от вина ужасно болела голова, шампанское она не любила за чрезмерное количество пузырей. Но сегодня алкоголь казался совершенно к месту. То, что случилось, мало походило на реальность, и сознание отказывалось верить в произошедшее. Последние дни с большим интересом, словно за сюжетом напряженного триллера, она следила за меняющимися с огромной скоростью собственными оценками ситуации. Где-то там, в прошлом, она была счастлива, пусть недолго… Но сейчас всё разрушено. Никогда – это жуткое слово, «никогда», которое означает, что дальше у фильма продолжения не будет, не важно страшным он задумывался или романтически-приключенческим, всё равно жизни главных героев после титров никогда больше не пересекутся.

2

Двадцать три года назад родители назвали свою дочь серьезно и официально – Людмилой, но в процессе общения с подросшей девчонкой собеседники быстро и естественно переходили на более уютную и подходящую форму имени – Мила. Она и вправду была миловидной рыжеволосой девицей с впечатляющими оформленными пушистыми ресницами глазами необычного изумрудного цвета. Природа одарила ее легким характером, очаровательной улыбкой и хорошим телосложением без склонности к полноте. И пускай ног «от ушей» не отмечалось, зато имелась приятная возможность в невероятных количествах поглощать шоколад и кексы, не задумываясь о последствиях.

Милка чудно соединяла в себе прагматизм современного жителя мегаполиса с трогательными, подчас детскими идеалами. Ведя домашнее хозяйство, она с особой скрупулезностью вносила в расчерченные таблицы израсходованные суммы, составляла и планировала списки покупок. Но при этом, будучи, взрослой, какой она сама себя искренне считала, не стеснялась покачаться на качелях в собственном дворе, если вдруг казалось, что это сделает ее счастливой здесь и сейчас, На милых обтянутых атласной тканью плечиках в девичьем гардеробе делили соседство элегантные платья и джинсы с прорехами, узкие юбки-карандаши и пушистые юбки-«солнышки», классические офисные блузки располагались рядом с яркими футболками свободного кроя, а внизу, на полу в один в ряд были выставлены изящные туфли на высоком каблуке вперемежку с удобными кедами.

На книжных полках ее квартиры были расставлены строго по росту тома классической литературы, произведения современных авторов, узкопрофильная, необходимая для обучения литература и даже отдельные экземпляры медицинских справочников. Детективы, юмор, фантастика, исторические и любовные романы. Книги не пылились в забвении, а были приучены к регулярному теплу человеческих рук. С электронными вариантами Мила так и не смогла подружиться, так как обожала сам ритуал чтения: особая обстановка вокруг, ощущение фактуры страниц под подушечками пальцев и даже запах типографской краски. С особым трепетом, она хранила книги, зачитанные до дыр еще в детстве. Наткнувшись на знакомую иллюстрацию, могла долго и мечтательно, словно клубок ниток, разматывать из памяти детские впечатления и чувства.

Не стремясь к тому, Мила всегда находилась в центре внимания, окруженная большим количество приятелей и товарищей, поэтому еще с большей горечью признавала за собой откровенное поражение в делах сердечных. Собственная жизнь казалось ей бессмысленной, незаполненной тем, чем бы хотелось. За плечами несколько романов, закончившихся так и не начавшись, очередь нерешительных поклонников, которые не осмеливались идти дальше, и мысли о том, что, наверное, её счастье отдали кому-то другому. Те, чье внимание притягивала, быстро становились для нее скучны и предсказуемы, и единственным выходом было скрываться, меняя телефонные номера, пароли и явки. В такие моменты она, растеряв всю свою смелость и паникуя, словно трусливый заяц, пыталась затаиться от всего мира, а заодно – и от своих мыслей.

Уже несколько лет Мила жила одна – её родители работали по контракту заграницей и по воле случая не имели возможности часто наведываться в гости. Вынужденная временная разлука отчасти компенсировалась периодическими онлайн-разговорами в программах видеосвязи. В связи со сложившейся ситуацией девушке пришлось рано повзрослеть и проявить самостоятельность. Впрочем, она обожала свою роль хозяйки дома – во вверенной родителями квартире всегда царили уют и, пусть не идеальный, но порядок.

Самым любимым укромным уголком в доме по праву считался широкий подоконник, на котором уже прописался теплый тонкий полосатый матрасик, и где так нравилось сидеть пустыми вечерами и смотреть в черное небо, проколотое светлыми звездами. Наверное, если очень громко крикнуть куда-то в эту небесную бездну, крикнуть от отчаяния с просьбой о помощи, то непременно самое заветное желание сбудется. Но отчего-то проверить свои подозрения на деле она долго не решалась.

Вот и тогда, прислонившись плечом к холодному стеклу своего окна, Милка задумчиво смотрела на черное-черное небо, которое сейчас наиболее остро ощущалось бездонным и не имеющим границ. Оно контрастировало своей глубиной и масштабами с протяженными, но конечными городскими улицами и магистралями; с домами, испещренными огоньками окон и имеющими четкие границы; с фонарными столбами, твердо стоящими на земле и не обладающими возможностями тянуться выше, чем им положено. Казалось, можно закрыть глаза и погрузиться в далекую безлюдную тишину, в которой, словно в вате, вязнут и тонут звуки городской суеты. Но совершенно случайно внимание Милы привлекли как раз окна напротив, за каждым из которых была какая-то жизнь, словно недоступная для одинокой в душе девушки.

За стеклами, не задернутыми занавесом-шторами, разворачивалась прекрасно освещенная импровизированная сцена для спектакля, главными действующими лицами в котором были Он, Она и кот, дремлющий на подоконнике. Заботливая жена, чудесная хозяйка, возможно, чуткая и внимательная мать прекрасных малышей торопилась подать припозднившемуся мужу горячий и вкусный ужин. Казалось, сквозь плотную пелену позднего вечера Мила могла разглядеть, каким нежным и влюбленным взглядом на свою избранницу смотрел мужчина. Тут она резко спрыгнула с любимого подоконника и уверенно зашагала к письменному столу.

Еще в детстве кто-то говорил, если написать на клочке бумаги самое заветное желание, описав его до малейших деталей, и немного подождать, то целая Вселенная придет на помощь в его осуществлении. Руки спешно перебирали лежащие на столе бумаги в поисках самого красивого бланка для будущего «заказа». Ручка в суете движений тоже нашлась не сразу. Наконец, плюхнувшись на стул, торопливо, но аккуратно, одну за другой Мила выводила строки, призывавшие в её незаполненную жизнь того самого, единственного.

Чтоб был хорош собой, высок, подтянут – начала она, голос низкий, «бархатный», образован, начитан, интересен в общении… Влюбится, женится, счастливы, двое детей… Для успокоения приписала, что допускает, чтоб мужчина мечты имел ряд мельчайших недостатков, которые она, собственно, даже не будет замечать.

Запаковав послание для Вселенной в ярко-красную коробочку из-под шоколадных конфет, Мила приготовилась ждать. Она потом еще не раз пыталась уточнить, как скоро ей подберут по указным параметрам мужчину, и ответ был не за горами.

3

Успешно окончив престижный университет, Людмила без особых проблем устроилась на неплохую работу, подобранную исходя из записи в дипломе. Ее работодателем была крупная и серьезная корпорация, где карьерная лестница для новичка казалась закрученной, с высоченными ступенями. И никакого творчества, с грустью думала Мила. Хотелось творить, добиваться, доказывать, но страх резких перемен и отсутствия стабильности крепко сидел в её кудрявой от природы голове. Поэтому она смиренно и скрупулезно выполняла свои непосредственные обязанности, надеясь реализоваться в чем-то другом.

От своих коллег между делом Мила узнала о приложении, позволявшем в режиме чата знакомиться и переписываться с сотрудниками всех подразделений компании. Идея общения с новыми людьми мгновенно завладела ее вниманием, и при малейшем возникающем перерыве она искала укромное местечко для нескольких минут переписки. Собеседников было на удивление много: коллеги по-свойски обсуждали новые идеи, кадровые перестановки и последние новости. Но всегда оставалось место и для личных переписок.

И вдруг появился Он. С фотографии профиля самоуверенно на всех интересующихся смотрел приятный хорошо сложенный молодой мужчина. Широко расставив ноги и заложив в карманы руки, он уверенно позировал в офисном интерьере. Удачно подобранный костюм придавал особый шарм и ощущение собранности в мелочах. Гладковыбритое лицо и решительный, хотя и немного напряженный взгляд добавляли еще больше очков симпатии.

Более того, он оказался интересен в общении, поднимал актуальные темы и не скупился на комплименты присутствующим дамам. Удивительно, но больше всех лестных фраз доставалось Милке, которая, стремясь произвести впечатления, не стеснялась высказывать свои мысли по каждому из вопросов. В такие минуты она по-детски краснела, а ее мысли, подкрепляемые невероятным желанием получить в свое распоряжение «того самого единственного», мгновенно уносили девушку в прекрасный мир грез, наполненный счастьем и безграничной всеобъемлющей любовью. Примеряя выдуманный образ идеального мужчины на всех своих знакомых, она понимала, что лучше всего он подходит именно этому виртуальному собеседнику. Остальное Мила с удовольствием додумывала, подчас, наделяя коллегу с фотографии теми, качествами, которыми, как она полагала, он наделен.

Безусловно, такой герой не мог не занять все мысли скучающей от одиночества девушки. Даже необычные сны, которые снились Миле по ночам, однозначно давали понять, что Вселенная неплохо постаралась, и ее подарок скоро будет вручен. Своим сновидениям, будучи еще ребенком, Милка привыкла доверять. Часто то, что происходило во сне, находило чуть позже отражение в реальной жизни. Больше всего удивлялись родители, которые, подготавливая сюрпризы, никак не могли ожидать, что малышка часто знала, что ей предстоит получить. Повзрослев, она поняла, как можно использовать полученную информацию, при этом, не пугая окружающих.

Теперь, заснув, она часто прогуливалась по знакомым в действительности улицам, где было так темно, пусто и одиноко. Тишина и лишь небольшие островки света от фонарей. И в одну из таких прогулок она встретила Его. Мужчину, который взял её за руку, и одним своим присутствием развеял все страхи. Ни внешности, ни лица, размытые очертания разглядеть не представлялось возможным. Он не был знаком, но почему-то она ощущала его до боли родным. Хотелось крепко схватить и вытянуть из своего сна.

Можно ли считать это совпадением, но параллельно снам самый желанно-нежелаемый собеседник из чата пошел в наступление. Теперь среди публичных сообщений все чаще мелькали приватные. Это были вопросы личного характера, разговоры о жизни и даже о таком глубоко интимном моменте как вера. Милка даже окрестила его Искусителем или ласково – Куся. Дело в том, что мужчина не был религиозен или набожен в прямом смысле этих слов, скорее наоборот – он пытался расшатать чужую веру, использую строгую логику современного мира. Мила же верила в чистые и светлые силы и всегда остерегалась чертовщинки. Но в этот раз, очевидно, план судьбы сложился известным только ей образом. Девушке уже и самой хотелось искушения, любви, за которую она могла бы пожертвовать душу. Когда светлые силы так долго бездействовали, сотрудничество предложили их оппоненты.

Разговор молодых людей начался незатейливо, из разряда «привет – как дела». Но очень быстро диалоги стали подобны ощущениям, которые сложно забыть. Общение развивалось невероятно быстро. От шаблонной беседы о погоде молодые люди легко перешли к рецензиям на прочитанные книги и увиденные события, к обсуждению политики, экономики, к разговорам о необходимости крутить обруч и пользоваться кремом для рук. Обо всём на свете. Любая из начатых тем становилась захватывающей.

– Жить торопишься, – однажды написал собеседник. – У тебя, такой замечательной, всё должно быть лучшим, а не «как-нибудь». Душа моя, ты такая хорошая!

Оторопев, несколько минут она внимательно вглядывалась в разноцветные строки чата, пытаясь обвинить себя в неверном прочтении слов. Ведь в той записке, которая была написана Вселенной, имелось упоминание этого выражения, душа моя. «Неужели?» – спрашивала она себя, а её сердце колотилось так сильно, что стук было слышно далеко за пределами юной девичьей груди.

Егор, а именно так звали искусителя, оказался настойчив.

4

Наступил один из похожих друг на друга рабочий день, который, как и положено, прерывался на обеденный перерыв. Самым приятным местом для передышки и вкусного обеда считалось кафе неподалеку, где Мила и решила провести время в компании коллег. Уютно расположившись в глубоком кресле, она допивала свой неизменно любимый напиток – кофе, к счастью, именно здесь предлагали сразу двойную, а то и огромную тройную порцию. Ладони с удовольствием принимали живое тепло от большой кружки. Зимнее солнце, пробиваясь сквозь тонкий тюль, оставляло причудливые тени на столе. Коллеги обсуждали свои планы на вечер, а Мила молча улыбалась и получала удовольствие от окружающей ее обстановки.

– Сегодня ж пятница, а значит – время идти с друзьями в паб, пить холодное пенное и знакомиться с девчонками! – Игнат, высокий холеный брюнет, имел за собой в коллективе славу большого донжуана и героя-любовника.

– Давай лучше я тебя со своей подругой познакомлю? – предложила Ирина. – Девушка хорошая, готовить умеет вкусно. Может, одумаешься и, наконец, женишься!

– Зачем ты постоянно хочешь меня женить? Связать свою жизнь с женщиной ради горячего питания, как минимум, глупо. Тем более, сейчас есть множество доставок, которые с превеликим удовольствием накроют твой стол. А еще есть химчистки и службы по уборке дома. Сомневаюсь, что семейная жизнь обходится дешевле.

Ирина поджала губы, глубоко внутри, понимая, что Игнат в чем-то прав. Она и сама рада была бы сходить на шумную пятничную вечеринку, расслабиться и потанцевать с подругами, но в круговороте «правильной» семейной жизни, где-то между поделками в детский сад и проглаживанием свежевыстиранного белья, оставалось так мало времени и сил, что она могла позволить себе только чашку растворимого шоколада за кухонным столом. Да подруги почему-то больше никуда не приглашали.

– Мила, идем с нами, развеешься? – предложил Игнат.

Милка улыбнулась, сделав очередной глоток. В чашке мило растворялся и тонул белоснежный брусочек воздушного зефира.

– Спасибо, но у меня сегодня по плану романтичные, как бы ты выразился, сопли-слюни в виде мелодрамы, а затем крепкий и здоровый сон, – почему-то ей не хотелось никуда выходить из дома вечером. – Кстати, обеденный перерыв через 10 минут закончится, предлагаю выдвигаться.

В кабинете Милу ждал сюрприз: во время ее отсутствия на офисном столе, прямо по центру появилось ароматно пахнущее облако нежно-молочных махровых цветов в розовой шляпной коробке, перетянутой атласной лентой. Многократное хлопанье глазами не помогло – мираж и не думал рассеиваться. Следом в дверях появились Ирина и Игнат.

– Кажется, ты нас обманула про крепкий сон. И как зовут мелодраму? – загоготал Игнат.

Мила обошла свой стол, села в рабочее кресло и внимательно принялась рассматривать букет. Она нежно, любуясь, погладила зеленые листочки, и ее пальцы наткнулись на вложенную в цветы карточку. Записка была немногословной, но однозначно идентифицировала отправителя: набор цифр и имя, Егор. Как оказалось, для того, кто искал, вычислить место работы не составило труда.

То ли недавно принятая порция кофеина была сверх нормы, то ли сердце так обрадовалось преподнесенному подарку, неважно – главное, что теперь оно стучало в своем, сумасшедшем ритме, сбивая слаженную работу всего организма. Милка постаралась выдохнуть и успокоиться, но вдруг в животе зашуршали, раскладывая свои неиспользуемые ранее крылья бабочки. Вопрос коллеги она решила оставить без ответа.

Выждав пару дней, как посоветовали знающие толк в охмурении мужчин люди, Мила окончательно собралась с духом и, отгоняя мысли о возможных последствиях, скинула короткое сообщение, тем самым выдав себя. Звонок не заставил долго ждать. Первый разговор был необычайно длинным, молодые люди болтали обо всем на свете, и, казалось, ничего больше не сможет прекратить общение. Перезвоны повторялись снова и снова, каждый вечер они были на связи. Щеки разгорались и становились пунцово-красными, а ладошки начинали предательски увлажняться, если на экране телефона высвечивался уже ожидаемый знакомый номер.

– А он кто? – почему-то шепотом поинтересовалась Ирина, когда Игнат вышел из кабинета. – Я его знаю?

– Наверное. Он ведь есть в чате, – ответила Мила и назвала позывные.

Ира строго нахмурилась, и это точно не означало ничего хорошего.

– Людмила, – она неприятно перешла на совершенно непривычную форму имени, – он… женат.

Обладательницу самых шустрых бабочек в животе в ту же минуту будто облили из ведра, наполненного до краев ледяной водой, в которую заботливо, словно в коктейль, еще накидали льдинок с острыми краями. Воспитанная в классических традициях, девушка отгоняла даже мысли о возможности встреч с женатым мужчиной. Она живо абстрагировалась и представляла, что переживает супруга решившего прогуляться налево мужчины, догадываясь о романе на стороне, как плачет его ребенок, замечающий напряжение между родителями, а порой и являющийся свидетелем ссор и выяснений отношений. И вот теперь, когда счастье было так близко, оказалось, что принадлежит оно другим.

Но Егор звонил каждый вечер, длительность разговоров исчислялась часами, как это возможно скрыть? Скорее всего, это можно объяснить только его отсутствием в это время дома. Анализируя все разговоры, Мила понимала, что ни разу не слышала никаких слов-зацепок, ведущих к пометкам в документах. «Как он мог?» – разъяренно выстукивало сердце. «Подумай хорошо, может, это только формальность» – подсовывал противоречивую информацию к размышлению мозг.

– Я не знала, – выдавила из себя Мила и вышла из кабинета.

Ее пальцы, несмотря на дрожь, усиленно пытались набрать сообщение. Буквы не складывались в слова, потому что придумать, что сказать в подобной ситуации было невероятно трудно. Фразы появлялись на дисплее и тут же стирались как не выдерживающие никакой критики. Наконец, она остановилась. Вечер утра мудренее, перефразировала известную фразу Милка и побрела работать. Ирина деликатно промолчала и этого вопроса больше предпочла не поднимать.

Укутавшись в плед поверх домашней пижамы, Мила сидела на излюбленном подоконнике и ждала звонка. В голове она снова и снова прокручивала все возможные вопросы и ответы. Но даже этот, внутренний разговор как-то не клеился. Точнее, по результатам этой беседы ничего хорошего не получалось. Телефон неожиданно громко зажужжал и засветился, беспечно радуясь звонку.

– Привет, душа моя! – наконец промурлыкала трубка.

– Егор, почему ты не сказал, что ты женат? – Милка собралась с духом.

Тишина. Бесконечная тишина, хотя в реальности прошло не больше нескольких секунд. Мила нервно растирала внезапно похолодевшие пальцы рук.

– Это прошлое. У каждого из нас есть какое-то прошлое, и его, к сожалению, не изменить.

Тишина.

– Мила, не молчи, пожалуйста, знаю, что должен был сказать. Но не решился. Боялся все испортить. Ты стала для меня слишком важным человеком, чтобы вот так быстро потерять.

– Как быть, Егор?

– Идти дальше, попытаться идти вместе.

И Мила удовлетворенно поверила. «Душа моя, душа моя», – повторяла она, и, словно мотылек, стремилась к яркому, манящему абажуру.

5

Очередной полуночный разговор по сложившейся традиции затянулся – молодые люди, словно пылкие влюбленные, прощались дольше, чем говорили. От бьющей все рекорды своей длительностью болтовни телефон разогревался и обжигал, но, казалось, никто не обращал внимания на подобные мелочи. Самое романтичное и таинственное время суток располагало к доверительным разговорам, провоцируя сообщить собеседнику что-то глубоко личное, недоступное для демонстрации днем. Мила окончательно для себя уже приняла решение как-нибудь непременно встретиться с Егором, но именно в ту ночь уровень решимости поднялся до нужной отметки.

– Мила, чего ты боишься? Я же не кусаюсь, – уговаривал её искуситель.

– Хорошо… Давай увидимся завтра, в «Монпансье». Встретимся там.

Городское кафе «Монпансье» имело очень удобное местоположение и приятно выделялось среди прочих других своей неповторимой атмосферой. Компактное двухэтажное здание в самом центре города заманивало своих гостей огромными панорамными окнами с занавесом из маленьких огоньков гирлянды, создающим особую романтическую атмосферу. Внутри было не менее комфортно: мягкие диваны, обтянутые приятной на ощупь ворсистой тканью, небольшие столики, разделённые полупрозрачными стеллажами, вкусная кухня и живая музыка однозначно определяли выбор многих. Горожане предпочитали это место для того, чтобы пригласить свою половинку на свидание, отметить важные события или просто обсудить последние новости за чашечкой ароматного свежесваренного кофе. Именно там Мила любила проводить время с друзьями, поэтому на вопрос: «куда пойдём?», не задумываясь, всегда отвечала: «В „Монпансье“».

В этот вечер она решила сама добраться до пункта назначения, проявив самостоятельность. Для первой встречи с малознакомым пока еще мужчиной Мила выбрала нейтральную территорию, предпочитая открытые пространства салону его автомобиля.

Молодой водитель такси, стараясь не выдать своего любопытства, с интересом поглядывал в зеркало заднего вида, рассматривая своего нового пассажира. Как только она села в автомобиль, он сразу почувствовал легкий и приятный запах ее духов. Рыжие кудри мягко и естественно ниспадали на хрупкие плечи, а черные густые ресницы особо выделялись и отбрасывали тени на бледном лице, неестественно подсвеченном в темноте салона светом дисплея смартфона. Ее шубка было расстегнута, шейный платок ослаблен, и мужчина мог видеть длинную красивую шею. В одно из мгновений девушка загадочно улыбалась, но в следующий миг ее лицо вдруг становилась задумчивым. Поездка подошла к завершению, незнакомка попросила остановиться у обычного жилого дома, и, расплатившись, вышла на улицу. Судя по всему, место назначения было не здесь.

Снег мерно скрипел под ее сапожками на высоком каблуке. Мила, не торопясь, шагала на встречу с самым странным и загадочным мужчиной, столь неожиданно появившимся в её жизни. Когда она уже подходила к «Монпансье», в сумочке через плечо зажужжал телефон, деликатно подергав хозяйку за ремешок.

– Алло! Слушаю тебя.

– Мила, не сердись, но я проспал! Гадкий будильник окончательно сломался.

– И? – растерянно поинтересовалась девушка.

– Можешь подождать меня на крыльце… Полчасика…

– Егор!

В трубке раздался смех, и в это же время к ступеням кафе, шурша шинами, подъехал длинный черный автомобиль, из которого вышел явно довольный своей шуткой Егор.

– Получилось снять напряжение? – спросил он.

Девушка засмеялась и впервые воочию посмотрела на Егора. Высокий шатен спортивного телосложения оказался обладателем серо-зелёного оттенка глаз и спокойного, волевого взгляда. Он был одет в небрежно застегнутую наполовину легкую кожаную куртку, из-под которой виднелся светлый свитер-водолазка из тонкой шерсти. Чернильного цвета джинсы заманчиво облегали прокачанные и рельефные мышцы ног, а его стильные ботинки блестели, выдавая свою недавнюю встречу со щеткой.

«Какой симпатичный», – подумала она и кокетливо улыбнулась.

– Не желаете ли выпить? – поводя бровями, поинтересовался красавец.

– Легко! – с неприличной для порядочной девушки готовностью отозвалась Мила.

Кавалер галантно открыл дверь, пропустив свою спутницу вперёд. Ей безумно хотелось произвести впечатление, и всё врожденное обаяние было брошено на решение этого вопроса. Визави заметно нервничал, чем ощутимо добавлял очки на свой счет. «Обручального кольца не носит, умён, интересен», – отмечала она.