Отдам сердце только королеве!

© И. Вайсман, текст, 2024

© Издательство «Четыре», 2024

Автор выражает благодарность библиографу Петру Фёдорову и литератору Александру Иликаеву за ценные замечания.

…на его могиле будет расти лопух,

ибо только это и является результатом жизни, только это, и ничто иное.

Глава I

Городская достопримечательность

Вам знакомо имя Пётр Константинович Лопух? Нет?! Серьёзно?! Неужели ни разу не слышали? Вы, наверное, нездешний. Ведь у нас в Уфе об этом незаурядном человеке и его невероятных похождениях на любовном фронте наслышан каждый. Список его побед поражает воображение. Немногие наши земляки удостоились такой прижизненной славы.

Константиныч, как по-свойски привыкли называть его уфимцы, стал брендом нашего города. Юные фанаты и фанатки, создав фан-клуб Lopuch Ltd, без устали шлют петиции в мэрию, предлагая заменить гербовую куницу (которая давно не водится в здешних лесах) портретом своего кумира. А на доме обычной хрущёвки, где Константиныч прожил всю свою жизнь, поклонницы требуют установить мемориальную доску с барельефом. Наиболее же оголтелые фанатки расклеивают на столбах листовки с призывом: «Переименуем проспект никому теперь не нужного Октября в проспект П. К. Лопуха!» «Это, по крайней мере, будет патриотично», – доказывают они непатриотично настроенной городской администрации.

Среди уфимцев существует примета: если утром вы случайно встретите Константиныча, то в этот день ему не повезёт, а вам привалит удача. Он как бы заберёт ваши неудачи себе. Если же городская достопримечательность при этом будет ещё и с пустым ведром, вас ожидает счастье в объёме целого ведра.

При одном лишь упоминании имени нашего супергероя женщины, независимо от настроения, погоды и состояния здоровья, улыбаются. А мужчины сочиняют про него анекдоты. Конечно, из зависти. Родители же любят повторять своим малолетним мальчуганам: «Не будешь слушаться, станешь таким, как Константиныч!»

Впрочем, не всё так однозначно с нашим героем. Его жизнь изобилует белыми пятнами, представляя непочатый объём работы местным краеведам. Причём пятна эти особого рода. Если главной проблемой в составлении биографии знаменитости обычно является недостаток информации, то в случае с нашим героем всё с точностью до наоборот: информации с избытком, целая сотня пухлых папок в фан-клубе. Но как отличить правду от вымысла – вот в чём вопрос.

Давно замечено: любой человек, став мало-мальски известным, обрастает слухами, сплетнями и легендами. Но наш случай совершенно особый. Всё дело в том, что к популярности Константиныча приложила руку весьма незаурядная персона, которая, однако, не слишком-то заботилась о достоверности описываемых событий. В результате сложилась картина, где факты порой входят в явное противоречие и отыскать правду чрезвычайно сложно.

Без ложной скромности скажу: среди уфимских авторов я стал первым, кто поставил задачу написать правдивую историю жизни Константиныча. Коллеги отговаривали меня, утверждая, что такое совершенно невозможно. В самом деле, помучиться пришлось изрядно. Одних только свидетелей, с которыми довелось пообщаться, выведывая нужную информацию, набралось столько, что вспоминать страшно.

«Так поговорил бы с самим П. К. Лопухом, какие проблемы!» – воскликнет неискушённый читатель.

До такого я бы, конечно, и сам додумался. Да только у скромняги Константиныча много не выведаешь. Чтобы вы примерно представили, как выглядит беседа с ним, приведу типичный пример:

– Ну, что нового в твоей жизни?

– Ничего. Всё так же.

– Как мама? Не болеет?

– Нет.

– Я слышал, ты женился?

– Не-е-eт… – удивлённо вскинув брови.

– Мне аж три человека об этом сказали.

– Врут.

– Но, может быть, ты собирался жениться?

– Не собирался.

– Но почему?

Пожимает плечами…

– А на работе что нового?

– Ничего.

Ну, много вы узнали из такого интервью? Одно хорошо: Константиныч всегда говорит правду, поэтому после такого «содержательного» разговора можно смело отметать сплетни, не соответствующие его словам.

Вот с Вероникой Анатольевной (мамой нашего героя) было гораздо проще, она, что называется, за словом в карман не полезет. Но тут мешала субъективная материнская оценка происходящего. Многие события представлялись ей иначе, нежели объективным свидетелям. К тому же, обеспокоенная нездоровым интересом горожан к её единственному сыну, она с опаской раскрывала семейные тайны.

Однако не стану больше утомлять читателя и перейду к повествованию.

Глава II

Как Константиныч женился

Читатель наверняка решил, что герой нашей истории тот ещё повеса. Из тех, что имеют дюжину официальных жён и несчётное количество неофициальных. У которых детей тьма-тьмущая – от Калининграда до Курил.

Но не всё так просто. Что-что, а брачная жизнь нашего супермена – дело тёмное. Только с помощью самых ушлых краеведов мне удалось установить, что Пётр Константинович Лопух женился дважды. Оба раза во сне и неудачно.

При этом убеждённым холостяком он никогда не был. Жениться же в реальной жизни не удалось по причине, ярко и образно высказанной в фильме «Кавказская пленница»: «Имею желание купить дом, но не имею возможности. Имею возможность купить козу, но не имею желания».

Однако не привыкшие думать и анализировать земляки Константиныча до столь простого объяснения дойти не смогли и оттого замучили его бессовестными вопросами:

– Ты что, на самом деле никогда не женился?

– Да, – простодушно отвечал наш герой.

После чего выражения лиц спрашивающих моментально из дружеских становились серьёзными, и дальше разговор не клеился. Самые же бесцеремонные на этом не останавливались и без всякого зазрения совести, с вытаращенными от любопытства глазами вопрошали:

– А у тебя того… с этим всё в порядке?

При этом рот их самопроизвольно расплывался в улыбке, так как они предвкушали услышать нечто чрезвычайно приятное (у меня-то такой проблемы нет!).

– С головой у меня не в порядке, – самокритично бросал холостяк к великому разочарованию собеседника.

И вот как-то в одну прекрасную ночь… Хотя почему прекрасную? Скорее странную и необъяснимую. Итак, в ту ночь Константинычу, а тогда ещё студенту Башкирского государственного университета Петру Лопуху, приснилось, что он женился. Спит он, стало быть, и видит, что вместе с двумя своими cокурсниками, Осипом и Едрёней, обзавёлся второй половиной. Молодожёны сняли на всех трёхкомнатную квартиру, и каждой паре досталось по комнате. В этом сне наш герой обладал способностью видеть и слышать сквозь стены и потому мог в мельчайших подробностях наблюдать за супружеской жизнью коллег по счастью-несчастью, включая самые что ни на есть интимные детали.

Так вот, всё у Осипа и Едрёни было замечательно. Полная гармония во всём и счастья выше крыши. У него же – трагедия с драмой. Каким-то непостижимым образом его, величайшего в истории города эстета, угораздило жениться на серой мышке – невзрачной, худой башкирской девушке из глухого горного аула, жившей по обычаям предков. Мужа она почитала Господином всей жизни и смысл своего существования видела в том, чтобы безропотно его обслуживать. Едва Пётр приходил домой, супруга молча и моментально накрывала на стол. Затем убирала, мыла посуду и принималась осматривать одежду мужа: всё ли в порядке? Чистила костюм, гладила рубашку, драила обувь. Закончив работу, она садилась в угол и молча ждала распоряжений повелителя.

Когда наставало время отходить ко сну, жена так же молча разбирала постель, всегда свежую и чистую, раздевалась и с покорной готовностью ждала исполнения Господином супружеских обязанностей. Да только ни разу их не дождалась, ибо предаваться ласкам со столь непривлекательной особой было выше сил нашего эстета. Отвернувшись от супруги и слыша, какие сладкие вздохи издаются из соседних комнат, Константиныч думал, какой же он несчастный.

Когда утром мама разбудила его со словами «вставай, на занятия опоздаешь!», он сначала ничего не мог понять. Наконец до сознания дошло, что его брак был всего лишь сновидением, и тогда радости не было предела.

Этот сон оставил такой глубокий след в душе нашего героя, что запомнился на всю жизнь. «Как бы не свихнуться и не связать судьбу с такой вот особой!» – думал он. Кто-то посоветовал есть побольше рыбы, от неё, мол, голова всегда хорошо соображает. После чего рыба стала одним из главных блюд Петра.

Следующая «женитьба» произошла без малого через несколько десятков лет. На этот раз приснившаяся супруга была не чета первой. Ею стала Света, молодая красавица, на которой Константиныч и впрямь когда-то мечтал жениться. Однако вместо ожидаемого счастья без меры наш рыцарь погрузился в беспросветную тоску. Ибо сердце его к тому моменту, когда случился этот сон, благополучно перекочевало к другой красавице – Эвелине, которую он окрестил не иначе как Королевой.

И вот, женившись столь неожиданно, эстет и сердцеед пребывал в таком шоке, что не хотел идти домой, где ждала его молодая супруга. Убитый и раздавленный, он бесцельно нарезал круги по своему двору, хотя уже начинало темнеть и становилось прохладно. Тяжёлые раздумья погрузили новоиспечённого мужа в полную безысходность. «Что я наделал? Как мог совершить такую непростительную, ничем не оправданную и непонятно откуда взявшуюся глупость? Ведь моё сердце безраздельно принадлежит одной лишь Эвелине!»

Это была катастрофа. Родной с детства двор выглядел мрачно и зловеще. Грудь могучим прессом сдавил столб воздушного океана. Казалось, выдержать такое давление невозможно, и наш герой приготовился умереть. И тут от ужаса проснулся.

Когда же он пришёл в себя и понял, что всего лишь видел сон и на пути к Королеве никто не стоит, то почувствовал себя самым счастливым человеком в мире.

Глава III

Рыцарь Прекрасного Образа

Мигель де Сервантес при всём преклонении перед ним в одном всё же ошибся. Его Дон Кихот не был последним рыцарем в истории. Таковым воистину стал Пётр Лопух, и это подтвердит любой уфимец. Едва ли не каждый второй с удовольствием поведает вам о бесчисленных подвигах своего земляка, перед которыми свершения далёких предков покажутся детскими забавами.

Правда, на коне в доспехах наш герой не разъезжал, не сочинял баллад, не участвовал в рыцарских турнирах, но в остальном был рыцарем до мозга костей. Подобно своим средневековым коллегам, он посвятил жизнь целиком и без остатка служению Прекрасной Даме.

По правде говоря, таких дам в его жизни оказалось приличное количество, что, конечно, не согласуется с рыцарским уставом, но тут, пожалуй, виноват не столько он, сколько уфимские красавицы, славящиеся своей неповторимой индивидуальностью. Ну в самом деле, как перед такими устоять!

Нашего героя оправдывают и научные данные от психологов, о которых ничего не было известно в Средневековье. Так вот, согласно этим выводам, любовь в большинстве случаев длится не более полутора-двух лет. И если даже наука приняла сторону уфимского рыцаря, то, надеюсь, и читатели проявят к нему снисхождение.

А вот что без всяких сомнений причисляет нашего земляка к рыцарскому сословию, так это верность образу Прекрасной Дамы, которую он пронёс через всю свою жизнь. Властительница сердца, по его глубокому убеждению, должна быть писаной красавицей: высокой, стройной, с точёными ножками, длинной шеей, фактурной попой, бёдрами, грудью и ослепительно прекрасным лицом. Манекенщиц, мода на которых началась с последней четверти ХХ века и которых в народе прозвали вешалками, он недолюбливал, придерживаясь классических форм.

Мечта о Прекрасной Даме была столь сильна, что наш романтик часто принимал желаемое за действительное. При виде на улице метрах в пятидесяти симпатичной девушки его воображение автоматически преображало её в небесное создание. Когда же красавица приближалась, то оказывалась вовсе никакой не красавицей. «Померещилось!» – всякий раз думал он.

Когда Пётр окончил девятый класс, мама купила ему путёвку на турбазу. В первый же вечер он отправился на танцы. Осмотрев всех девушек, он приметил настоящую фею, после чего стал обдумывать план её завоевания.

Ведущий вечера проводил викторину. «Это шанс!» – решил наш герой. И надо же было такому случиться, что он, никогда не блиставший знаниями, выиграл. Ведущий громко объявил имя победителя и вручил ему пластмассовую статуэтку Салавата Юлаева.

И вот, прославившись на всю турбазу, супергерой пригласил свою избранницу на танец. Та отказываться не стала. Знакомство состоялось, и всё шло просто замечательно. Пётр проводил девушку до домика, в котором она поселилась, и всю ночь провёл в сладостных грёзах. Но когда на следующий день, начистив пёрышки, он явился к домику прелестницы, то его глаза отказались признать в радостно выпорхнувшей навстречу особе вчерашнюю фею. При ярком свете летнего дня она оказалась веснушчатой, с блёклыми бровями, почти бесцветными глазами и неровными зубами.

Однако образ дамы сердца для нашего героя не ограничивался одной лишь красивой внешностью. Вдобавок она должна быть умной и интересной собеседницей, с сильным характером и яркой, харизматичной индивидуальностью.

«Ничего себе загнул!» – воскликнут читатели, вспоминая о том, как многие поэты-романтики всю жизнь искали такой идеал, но не нашли никого, даже отдалённо его напоминающего. Ну что тут скажешь, на то он и Рыцарь Прекрасного Образа, чтобы из бездн пространства и времени извлекать самые драгоценные бриллианты.

Всё это пришло к Петру Лопуху не вдруг, с этим он, похоже, и пришёл на этот свет.

В раннем детстве он был похож больше на девочку, чем на мальчика. Тому способствовало и то, что мама не торопилась постригать красивые кудрявые волосы главной радости своей жизни.

– И как зовут нашу красавицу? – спрашивали её знакомые, а то и просто прохожие.

– Петя. Это вообще-то мальчик.

– Мальчик?!

– Да! – сияла мама.

– Не может быть! Ну-ка, докажи!

Иногда и впрямь приходилось доказывать.

Начав ходить в детский сад, будущий сердцеед сразу заявил о своих высоких эстетических претензиях. Он подружился с самой красивой девочкой в группе по имени Вика. Всех же остальных, в том числе мальчишек, надменно не замечал.

Это породило ответную реакцию: парочку стали дразнить «тили-тили тесто, жених и невеста!», что ни в коей мере не повлияло на отношения Пети и Вики. Они были выше презренной толпы.

Непохожестью на сверстников последний рыцарь в истории отличался и в школе. Вот весьма показательный случай.

На спортивной площадке у школы располагалась длинная скамейка. Как-то на перемене ребята Петиного класса уселись на неё как положено: плечо к плечу, лицом в одну сторону. В середине осталось место. Подходит наш герой и занимает его. Но садится задом наперёд!

– Лопух, всё у тебя не как у людей! – удивлялись одноклассники. – Обязательно нужно сесть по-другому!

Нашего рыцаря подобные замечания не трогали. Он и не замечал, что поступает не так, как другие.

И всё же он обладал одной способностью, которая привлекала к нему сверстников: умел смешно шевелить губами, собирая их в бантик в центре рта и затем шлёпая. Чем-то это напоминало открывающийся и закрывающийся птичий клюв. Поскольку такого номера не было ни в цирке, ни в кино, ученики приставали к Пете с неизменной просьбой: «Лопух, покажи маленький ротик! Ну покажи, Лопух, жалко, что ли!»

Наш герой не мог устоять перед столь настойчивыми просьбами, и вокруг тут же собиралась толпа зрителей. Все смеялись и пытались повторить. Но так эффектно ни у кого не получалось. Очевидно, губы Пети имели отличительные особенности.

Повзрослев, наш герой вместе с кудряшками утратил и детскую привлекательность. Что тому послужило причиной: то ли низкое качество отечественных витаминов, то ли неважная экология башкирской столицы, где при северном ветре всегда сильно пахло нефтью, хотя нефтеперерабатывающие заводы находятся на приличном расстоянии от района проживания нашего героя. Как бы то ни было, но из чудо-ребёнка он превратился в совершенно невзрачного мальчика, повторив с полной противоположностью судьбу андерсеновского гадкого утёнка. Про таких обычно говорят «мужчина без отличительных особенностей»: безликий, серый, незаметный. Если бы Константиныч был преступником, свидетелям его преступлений чрезвычайно сложно было бы его описать. Несомненно, он стал бы успешным преступником. Но им он не был.

Зато кондуктора в общественном транспорте нередко не замечали его, а сам он, летая по привычке в облаках, забывал обязанности пассажиров. Отчего так и ехал зайцем. Да что кондуктора! Даже грозные контролёры, подобно стервятникам, влетая в транспорт с выражением лица «ну, сейчас оштрафую!», тоже не замечали нашего безбилетника.

Но самый анекдотичный случай произошёл в читальном зале университетской библиотеки. Будучи студентом, накануне экзамена Лопух засиделся за учебником. Рабочий день подошёл к концу. Библиотекарь, осмотрев зал, его не заметила, закрыла дверь на ключ и ушла домой.

Студент хотел поинтересоваться, отчего погас свет. Глядь – никого нет и дверь закрыта. Сотовых телефонов тогда не было, поэтому ничего другого не оставалось, как просидеть в читальном зале до утра.

Мама Петра всю ночь места себе не находила. Сын всегда вовремя приходил домой, никогда не засиживался в молодёжных компаниях и вообще был смирнее библейского агнца. Она обзвонила все отделения милиции, все больницы, травмпункты и даже морг. Её тревога прояснилась только на следующий день по окончании экзамена: сын превзошёл все её представления о прилежности. Надо же, сутки просидел за учебником и сдал-таки экзамен! На твёрдую тройку!

Пётр заметно отличался от других и на коллективных фотографиях. Если все ребята смотрели в камеру, кто-то с интересом, кто-то с улыбкой, то он был отсутствующе задумчив, словно в тот момент находился совсем в другом месте, далеко-далеко, и место это не имело ничего общего с тем, где он в данный момент пребывал.

Когда же юный эстет видел красивую девочку, его взгляд становился напряжённо-восхищённым, и к нему добавлялся открытый рот. Красавицам это чаще всего не нравилось, фыркнув, они спешили отойти в сторону. Наиболее дерзкие бросали что-то вроде «чего вылупился?!» или «закрой рот, чудило!». После этакого «холодного душа» наш рыцарь с трудом приходил в себя. Всё-таки Сервантес был абсолютно прав: нелегко быть рыцарем среди непонимающих, чуждых людей.

Глава IV

Портрет яркой представительницы советской школы семейного воспитания

Читателей наверняка заинтересовало, в каких семьях рождаются столь незаурядные личности и что представляли из себя родители нашего героя. На сей счёт история сохранила информацию только о маме Петра. Кем был тот счастливец, которому удалось зачать уфимскую знаменитость, не удалось выяснить даже самым искушённым краеведам.

Итак, его мама Вероника Анатольевна была исключительно энергичной женщиной: инженером НИИ, профсоюзным активистом, членом родительского комитета школы, всеми уважаемой, всеми ценимой и прочее и прочее. Что же касается воспитания единственного отпрыска, отрады, надежды и счастья, то в этом она оказалась типичной представительницей советской школы, когда отцы полностью отстранялись от воспитательной функции либо их, отцов, и вовсе след простыл, а матери полагались не на выводы мудрейших представителей цивилизации и последние достижения педагогической науки, а на собственный опыт.

Этот опыт сводился к таким тезисам:

– У меня было невесёлое (голодное, холодное, нищее) детство. Но у моего чада так не будет! Я расшибусь, но достану ему всё!

– Я перестану себя уважать, если у моего ребёнка не будет чего-то, что есть у других детей. (Разумеется, речь шла отнюдь не о наполнении черепной коробки, а об игрушках, книжках, одежде, обуви, пище, школьных принадлежностях и далее в соответствии с потребностями возраста.)

– Мой ребёнок, сколько бы ему ни стукнуло, даже совершенно лысый или седой, со вставной челюстью и негнущимися коленками, останется ребёнком всегда! И пока я в состоянии хоть как-то передвигаться, он будет накормлен, одет, обут, обстиран, поглажен и т. д. и т. п.

Данная педагогическая система, выработанная по наитию, непонятным образом, без рекламы, интернета, лоббирования высоких инстанций и сотовой связи, покорила города и веси необъятной страны. Она творила чудеса. В стране повального дефицита люди умудрялись иметь всё необходимое и даже то, чего не следовало иметь. То, что находилось в их холодильниках, сервантах и шкафах, невозможно было увидеть на прилавках магазинов. Но становились ли от этого воспитаннее, умнее, просвещённее их дети? Таким вопросом советские матери почему-то не задавались.

Справедливости ради нужно сказать, что профессиональные педагоги не давали всех этих советов. Они доказывали, что суть воспитания заключается в привитии самостоятельности и ответственности перед собой, людьми и обществом. Но мамаши решили, что они лучше знают, как воспитывать: «Пусть эти педагоги своих детей так воспитывают! А это мой ребёнок, и я не позволю!.. Я сама знаю, что ему нужно!»

И такая педагогика победила. Преодолев толщу десятилетий и все перипетии эпохи, она успешно передалась современным российским женщинам. Страны давно нет, а советская система домашнего воспитания цветёт и благоухает. Её всходы дают богатый урожай: иному выпускнику школы обожающие родители дарят автомобиль. Но при этом такой выпускник не в состоянии один раз подтянуться на перекладине, ибо никогда не держал в руках чего-либо тяжелее пульта от телевизора. Он не знает, кто такой Сократ, никогда не читал Петрарку и понятия не имеет, чем отличается опера от оперетты.

Постсоветские мамаши подняли доставшуюся в наследство домашнюю педагогику на куда более высокий уровень. Прослышав о так называемом золотом миллиарде, который будет жить и процветать даже тогда, когда весь мир провалится в тартарары, они заявили: «Я лягу костьми, но мой ребёнок будет в этом миллиарде! Оставьте себе всяких там Пушкиных, Чайковских, Эйнштейнов. Мне дорог мой ребёнок, и он будет в золоте!»

Глава V

Начало славного пути

Детство нашего героя прошло на проспекте Октября, самой протяжённой улице города, в районе универмага «Уфа», где он жил со своей мамой в обычной пятиэтажке-хрущёвке.

Правда, самого универмага тогда и в помине не было. Как не было Южного автовокзала, улиц Рихарда Зорге, Братьев Кадомцевых, 50-летия СССР и нескольких кварталов жилых домов по левую сторону проспекта. На их месте располагался огромный пустырь, оставшийся от бывшего аэропорта.

Краеведы раскопали прелюбопытные факты. Оказывается, в доме, где Пётр вырос, возмужал и состарился, проживали ещё несколько неординарных личностей. Например, тренер волейбольного клуба «Урал» Валерий Багметов, директор городского Дворца культуры Борис Ларионов и известный на весь Ишимбай педагог Юрий Кузнецов. А также уважаемые судьи, следователи и сотрудники МВД. Сверх того, заслуженные деятели культуры и здравоохранения.

Кому-то может показаться, что автор пытается примазаться к знаменитостям, но факты – вещь упрямая, и они говорят: в этом доме с 1962 по 1967 год проживал и я сам.

Как могло случиться, что в неприметной хрущёвке на восемьдесят семей сосредоточилось столько неординарных личностей? На этот вопрос даёт ответ история. Известно, что главная магистраль башкирской столицы возникла на месте тракта, по которому лучший российский генофонд отправлялся в сибирскую ссылку. Данное обстоятельство имело мощный кумулятивный эффект в форме образования особого места силы.

Но это ещё не всё. Именно в районе проспекта Октября находили древние захоронения неизвестных истории народов. Их и сейчас много под толщей асфальта. Ненасытная утроба цивилизации поглотила многоликую историю, заменив её одинаковыми асфальтовыми дорогами, одинаковыми домами, тротуарами, клумбами, машинами, одинаковыми людьми с однообразными выражениями лиц и образом жизни.

Петина средняя школа № 27 на Высоковольтной улице решительно ничем не напоминала те образцовые учреждения, которые демонстрировало советское телевидение. Это было довоенное двухэтажное здание с полами из массивных, выкрашенных в коричневый цвет досок. С годами школа обросла не гармонирующими с ней пристроями. В результате здание приобрело вид буквы «Г».

Совсем непедагогично и неэкологично было строить школу в непосредственной близости от грузовой дороги, каковая и отличала улицу Высоковольтную. Несмолкаемый грохот ЗИЛов и ГАЗов сотрясал окна учебных классов. Учебники на партах подпрыгивали, указка и мел падали с доски.