Порту. Прага. Рим. Марсель

Марсель взглянул на девушку, пытаясь понять, сколько ей лет. На первый взгляд, он бы дал не больше двадцати четырех, но когда Миша сказала, что проходит тренинг на высокую должность, то усомнился в своих догадках.

– Хочу тебе сразу сказать, что мы очень отстали от плана, подготовка еще даже не началась. Именно поэтому у нас нет времени ехать в офис.

– То есть? – Марсель вздернул брови от удивления, всю неделю он получал сообщения, подтверждающие, что подготовка идет по плану и ему не о чем волноваться, а его визит – всего лишь формальность.

– Думаю, тебе лучше самому это увидеть, Марси.

Марселя передернуло. Его давно никто так не называл. Он хотел попросить обращаться к нему по полному имени, но все же промолчал.

Миша прибавила громкость – до этого музыка в колонках машины играла, но тихо – и начала едва заметно пританцовывать.

Марсель смотрел на пролетающие мимо дома. Знакомства с новыми странами и городами порой привлекали его больше, чем знакомства с людьми. Они с Софи часто путешествовали. Дюпон любил Европу за то, что каждая страна отличалась архитектурой, культурой, все люди были абсолютно разными, со своими привычками, повадками, традициями. Это не могло не удивлять: как на таком маленьком континенте, стеснившись, живет столько народов, каждый со своим языком?

После любого, даже самого короткого путешествия, всегда ощущались изменения в себе, будь то хорошие или плохие, но всегда по-своему приятные. После отдыха глаз начинал замечать новые детали в родном городе и в знакомых людях.

В Праге Марсель был впервые, поэтому наблюдал за происходящим с особым трепетом. Больше всего он любил запоминать первое впечатление от города, чтобы потом можно было сравнить с тем, какое впечатление останется в конце отпуска. Но это был вовсе не отпуск, и, услышав от Миши, что в магазине еще ничего не готово, Марсель подумал о том, что вряд ли сможет насладиться Прагой должным образом.

Черный автомобиль подъехал к пятизвездочному отелю и направился на парковку.

– Я оставлю вещи и сразу приду обратно, – сказал Марсель, выходя из машины.

– Я пойду с тобой. – Миша выскочила из автомобиля и открыла багажник, чтобы достать чемодан.

Марсель опешил. Он хотел что-то возразить, но Миша уже шагала с его сумками к отелю не оглядываясь. Ему стало неловко за то, что хрупкая девушка несла его чемодан.

На рецепции отеля Марселю дали карту от номера. Они с Михаелой поднялись на лифте на пятый этаж и приблизились к двери с номером 515. Всю дорогу Дюпон думал: коллега во-вот скажет, что подождет его в коридоре. Но этого не случилось. Она вела себя настолько самоуверенно, что даже не давала шанса как-то ей возразить.

– Так вот где останавливаются международные гости, – оценивающе произнесла она.

– Ты бы не могла подождать меня внизу? – Слова Марселя прозвучали настолько неуверенно, что ему стало за себя стыдно.

– Пожалуй, могла бы, – ответила Миша, но сама даже не думала уходить.

Марсель от возмущения вздернул брови. Но решил пойти по привычному для себя пути: сделать вид, что ничего не происходит. Он постоянно вел себя так, например когда в ресторанах не нравилась еда: просто молча и покорно доедал ее, боясь озвучить недовольство.

Номер отеля выглядел очень просторным. Весь декор был выполнен в белых тонах. Небольшую гостиную и спальню разделяла стена с аркой без двери. В спальне находилась огромная кровать, и Марсель сразу вспомнил о Софи. Они обожали спать в белоснежных постелях гостиниц.

Когда они жили в Париже, иногда даже снимали комнату в отеле на одну ночь, чтобы просто снова поспать в просторной кровати в новом месте, заказав ужин и бутылку шампанского.

Миша начала ходить по спальне, оставляя грязные следы от обуви. Марсель громко выдохнул, показывая раздражение, о котором не решался заявить прямо, и открыл чемодан, чтобы взять черный свитер – единственную теплую вещь, которая была с собой. Тем временем Михаела направилась в гостиную. Через полминуты раздался громкий хлопок, и она вернулась с двумя фужерами шампанского.

– Тебе даже шампанское дали, – сказала она, протягивая Марселю один. – За нас!

– Я не пью на работе, – резко сказал Дюпон.

Внутри бурлила ярость. Он безумно хотел накричать на Мишу, спросить, какого черта она вытворяет, но что-то заставляло молчать. Чтобы сдержать волну гнева, Марсель старался не смотреть на коллегу.

Миша лишь хмыкнула в ответ и осушила один из фужеров.

– Не забывай, что ты за рулем, – сказал Марсель, перекладывая нужные вещи в маленькую сумочку. – А еще о том, что я оставлю обратную связь о твоей работе.

Миша снова ничего не ответила, демонстративно закатывая глаза, и осушила второй фужер. Руки Марселя начали трястись от злости. Он нервно перекинул сумку через плечо и указал непрошеной гостье на дверь, приглашая выйти.

Они спустились на лифте в напряженной тишине, быстро прошли на улицу, где накрапывал дождь, и запрыгнули в машину.

В голове у Марселя крутилось множество мыслей из-за только что произошедшего. Он отлично понимал причину поведения Миши: молодая, навязчивая, не знающая границ, словно все в мире ей обязаны. Софи была чем-то похожа в свои двадцать и привлекла Дюпона этим же, когда они познакомились. Она могла сказать человеку прямо, что тот ей не нравится, не думая о его чувствах, могла высказывать мнение, не боясь выглядеть невоспитанной, нагло добивалась своего, привлекая Марселя свободой. Софи изменилась примерно тогда же, когда повзрослел и Марсель, перестав быть для всех маленьким Марси.

Но было кое-что непонятно: почему Миша, молодая девчонка, занимала столь высокую должность, до которой в лучшем случае можно дорасти за пять лет работы в этой фирме.

«Сегодня же сообщу об этом в офис в Португалии», – подумал Марсель. Эта мысль его успокоила. Да, он не смог высказать все прямо в глаза Мише, но он дал ей понять, что такое поведение отразится на ее репутации.

– Извини, я не думала, что глоток шампанского может так разозлить. – Миша завела машину, и они снова помчались по улицам Праги.

– Ничего, – коротко ответил Марсель, наблюдая, как люди на улице один за другим начали открывать зонтики.

– Ты вообще никогда не пьешь? – Миша снова начала разговаривать непринужденно, будто ничего и не было.

– Пью, но не перед работой, – сухо ответил он.

Снова повисла тишина.

– Это личная машина или служебная? – Марселю стало неловко за свою сухость, и он решил поддержать беседу, задав наконец вопрос, который интересовал его всю дорогу.

– Это машина моего парня, у него две, так что в какой-то степени это моя машина. У тебя есть кто-то?

– Да, я женат. – Марсель обрадовался, что смог сразу сообщить Михаеле свой статус, избежав неловкости.

– Так ты женатик? – воскликнула она, взглянув на Марселя. – Хотя… такие красавчики, как ты, всегда либо геи, либо уже женаты.

Дюпон снова смутился из-за того, как Миша разговаривала с ним. К счастью для него, неловкий разговор закончился: они подъехали к магазину, в котором Марселю предстояло проработать ближайшие несколько дней.

Дверь открыл охранник. И тут Марсель понял, о чем говорила Миша. Его охватил ужас. По магазину носились люди, где-то рабочие окрашивали стены, где-то продавцы выкладывали товар, разбирая его на грязном полу. Мужчина, который явно не понимал языка, возил палету с мебелью, пытаясь выяснить, куда ее поставить. Жуткий гул голосов, крики разносились по всему залу. Казалось, что этот бардак никто не контролировал.

Происходящее не могло не шокировать. Марсель пару минут стоял как вкопанный, пока Миша, которая отошла от него, не привела женщину средних лет, в очках в золотой оправе с покрытыми пылью стеклами. Она явно пыталась привести себя в порядок перед встречей, приглаживая торчащие в разные стороны волосы. По ее красным глазам легко было понять, что она находится здесь уже не меньше суток.

– Добрый день, Марсель, я Мариана, директор магазина. – По тому, как тряслись ее руки, можно было догадаться, что она дико волновалась. Из воспаленных глаз собирались вот-вот брызнуть слезы.

Директор пыталась произвести впечатление серьезной уверенной женщины, которой на самом деле она не была. Очевидно, она бы с большим удовольствием с позором сбежала отсюда, чем стояла перед Марселем, ожидая, когда тот ее отчитает.

– Добрый день, Мариана. – Марсель едва сдерживался, чтобы не начать кричать.

Они обменялись рукопожатием. Дюпон с отвращением почувствовал вспотевшую от волнения ладонь коллеги и незаметно вытер руку о брюки.

– Я все объясню, – начала Мариана, заметив гнев в глазах и голосе босса.

– Мне неясно одно: почему я узнаю об этой ситуации только сейчас? – Марсель говорил ровным голосом, делая глубокий вдох и выдох в конце каждого предложения, чтобы не создавать еще больше паники.

– Все правда шло по плану, до вчерашнего вечера, когда машины с мебелью опоздали на восемь часов!

– Ладно, – оборвал Марсель, потер лоб, подумав пару секунд, и продолжил. – Я не собираюсь тратить время на ненужные оправдания, я все и так прекрасно вижу. Попрошу вас лишь об одном: собрать всех работников здесь через пять минут, и вместе составим четкий план, кто что будет делать.

Миша и Мариана собрали весь персонал у выхода – в единственном месте, где все могли разместиться: остальное пространство было завалено коробками и стройматериалами. Все встали полукругом и внимательно уставились на Марселя, с интересом разглядывая нового члена команды.

– Уважаемые коллеги! Приближается день открытия, у нас осталось всего четыре с половиной дня на то, чтобы подготовить и довести зал до идеального состояния. Мы люксовый бренд, который не имеет права ошибиться, опоздать или выглядеть не по стандартам. Это первый магазин нашего бренда в Праге, и мы обязаны предстать перед покупателем в лучшем свете. Поэтому предлагаю всем вытереть слезы и заняться работой.

Марсель дал задание сотрудникам и каждого ограничил по времени. Все указания он высказал настолько строго, что никто не осмелился ему перечить.

– Сразу видно, что ты профессионал, – произнесла Миша, когда все в дикой спешке разошлись делать свою работу, и постучала Дюпона по плечу.

Она подошла к нему так близко, что пришлось сделать шаг назад.

– Спасибо, – ответил Марсель. – Для тебя я тоже нашел работу. Ты же не рассчитывала, что будешь просто прохлаждаться?

– Хей, забыла сказать, что вечером будет ужин со всеми менеджерами Чехии, Словакии и Венгрии, так что до ночи работать не получится.

– Отлично, то есть здесь это все-таки нормально, что я все узнаю в последний момент, – раздраженно пробормотал Марсель, но не слишком тихо, чтобы Миша все-таки могла его услышать.

Оставшееся время до ужина они занимались работой, Марсель постоянно отвечал на телефонные звонки, которые весь день не прекращались. Все лишь на полчаса прервались на перекус заказанной едой, поэтому к вечеру сил не было ни у кого. Но Марсель остался доволен проделанной работой, они почти догнали график подготовки.

Все задержались еще на час, чтобы доделать мелкие дела, а Марсель и Миша уехали, чтобы успеть в ресторан.

– Я взяла одежду с собой, если ты не против, я бы переоделась в твоем номере.

Марсель не услышал, что сказала Михаела. Он открыл сообщения от Софи, которые не читал целый день.

«Как тебе Прага?» – единственное, что отправила жена, не считая селфи с щенком. Марсель улыбнулся, думая о том, что скоро тоже познакомится с новым членом семьи. В то же время его огорчали мысли, что раньше, пару лет назад, на телефон бы пришло сообщений сто от Софи, будь он не на связи, но сегодня было лишь: «Как тебе Прага?»

– Так ты не против, если я переоденусь у тебя? – повторила вопрос Миша, когда они остановились на уже знакомой парковке.

– Конечно, не против. – Марсель не сдерживал улыбки, рассматривая снимок, который прислала Софи.

От фотографии настроение сразу поднялось, и Дюпон забыл о злости, которую испытывал из-за Миши.

– Что такой радостный? А ну? – Миша начала нагло заглядывать в смартфон.

Дюпон показал фото.

– Это твоя жена? Она прекрасна! – Михаела говорила так, будто Марсель ждал ее одобрения, но в то же время ему показалось, что Миша говорит с искренним восхищением. – Правда очень красивая.

– Она сегодня забрала щенка, теперь у нас будет собака.

Впервые за день Марсель был даже рад, что с ним рядом Миша и есть с кем поделиться новостями.

Они поднялись в номер. Марсель начал гладить рубашку отельным утюгом, который нашел в шкафу.

– Ты не поможешь? – Миша подошла к нему в платье с расстегнутой молнией на спине.

Ему стало неловко: это выглядело нелепо. Это казалось таким банальным – застегивать молнию на платье незнакомки, будто это была сцена из фильма, где роковая красотка соблазняет мужчину голой спиной. Но все же Марсель застегнул молнию, заметив, что на Мише нет бюстгальтера. Вдоль позвоночника была набита татуировка – длинная надпись, которую Дюпон не успел прочитать, пока язычок молнии шустро проехал вверх по спине.

Миша снова налила в два фужера шампанское, которое открыла еще сутра.

– Оно теплое и уже не такое вкусное, но зато теперь настал вечер и время уже не рабочее, так что, может, ты мне не откажешь? – сказала она, кокетливо подмигнув левым глазом, и протянула фужер Марселю.

Он отставил утюг в сторону и все-таки взял фужер.

– За нас, – сказала Миша и своим фужером легонько прикоснулась к его, раздался тихий звон ударяющегося стекла.

Завибрировал телефон, и Марсель очень обрадовался: теперь он сможет избежать всей этой неловкой сцены. Это была Софи.

– Ты решил отдохнуть там от меня? – в шутку обиженным голосом сказала супруга.

– Ты не представляешь, мы целый день работали. Тут просто катастрофа!

Дюпон умоляюще посмотрел на Мишу, чтобы та не шумела. Он понял по незаинтересованному лицу, что она совсем не понимает французский.

– Ты видел его? – Марсель сразу понял, что речь шла про щенка.

– Он прелесть! Уже у нас дома?

– Да, я купила ему миски, расчески, поводок, корм, и мне кажется, ему у нас нравится. – Было слышно, как Софи улыбается, отчего лицо Марселя тоже расползлось в улыбке.

– Нам нужно идти, – прошептала Миша.

Марсель поднес палец к губам и кивнул, дав понять, что разговор долго не продлится.

– Я тебе перезвоню позже, ближе к ночи, мне нужно идти на деловой ужин.

Софи громко вздохнула, чтобы показать свою тоску.

– Хорошо, Марсель, звони, люблю тебя.

– И я тебя, – сказал Дюпон чуть тише и положил трубку.

– Как долго вы вместе? – Миша сидела на постели, закинув ногу на ногу.

– Десять лет.

Марсель старался не переводить взгляд на спутницу. Ее оголенное бедро раздражало. Он посмотрел на выглаженную рубашку, убедившись, что на ней не появились заломы, и зашел в ванную комнату, чтобы не переодеваться при Михаеле.

Одевшись, он взглянул на себя в зеркало. Лицо смотрелось уставшим, на щеках уже появилась щетина, отчего казалось, что он выглядел еще старше, чем обычно. Марсель поправил растрепанные волосы и с неохотой вышел из ванной, мечтая о том, чтобы этот вечер закончился как можно скорее. Миша уже стояла у двери, что-то печатая в телефоне.

– Дойдем туда пешком, дорогуша, это совсем близко.

Марсель ничего не ответил, лишь взял телефон и кошелек, и они вышли из номера.

В лифте Миша убрала телефон и посмотрела на спутника. Ее сладкий парфюм, напоминавший тот, которым пользовалась мать по праздникам, заполнил все пространство кабины лифта и неприятно защекотал в носу.

– Никак не могу понять, сколько тебе лет? – Михаела подошла к Дюпону чуть ближе, заглядывая в его глаза.

Марсель сделал шаг назад, отметив, что подходить к людям вплотную было чертой Миши.

– Тридцать пять, а тебе?

– Отгадай.

– Двадцать пять?

Миша кокетливо рассмеялась.

– Почти угадал. Двадцать четыре.

Они вышли из отеля. К счастью, дождь уже закончился и стало немного теплее. Воздух ощущался очень влажным, и казалось, что одежда стала мокрой и прилипла к телу.

Брусчатка, выложенная по всей улице, в некоторых местах отличалась цветом, создавая рисунок на дорожках.

– Тебе приходилось бывать в Праге? – спросила Миша после затянувшейся паузы.

– Нет. Восточная Европа никогда меня не привлекала, хотя, может, и зря.

– Я бы могла быть твоим гидом. Чехия – удивительная страна.

– Было бы неплохо, я совсем не знаю город. – Дюпон почувствовал, что их отношения налаживаются, а ее манера речи начала казаться даже забавной.

– Тебе повезло, дорогуша, ты живешь в самом центре. – Она подождала, когда проедет трамвай, и продолжила. – Это площадь Республики, названная в честь провозглашения независимости Чехословакии.

Несмотря на плохую погоду, на площади была уйма людей, они шли каждый в своем направлении. Все говорили на разных языках, поэтому Марсель предположил, что большинство были туристами.

– С этой стороны торговый центр «Палладиум». – Миша указала на розовое пятиэтажное здание. – Как тебе?

– Мило, – коротко ответил Марсель, который от усталости уже не вникал в происходящее вокруг.

– Как по мне, уродство. А это Муниципальный дом. Красиво, но внутри находится самый туристический ресторан, так что не советую. Еще там есть концертный зал, но я об этом мало знаю. Если войдешь внутрь и спустишься по лестнице, найдешь небольшой милый бар. Как раз больше всего посетителей – люди твоего возраста.

То, как Михаела сказала о возрасте, задело. Стало грустно, что для кого-то он может показаться уже не таким молодым, каким бы он хотел быть на самом деле.

Миша говорила о красивом здании, которое, как казалось Марселю, было главной достопримечательностью площади. Они прошли мимо Муниципального дома и свернули с площади у черной готической башни.

– Это Пороховая башня. Если не сворачивать, то мы выйдем на улицу На Прикопе, после которой будет еще одна площадь, площадь Вацлава. – Михаела рассказывала коротко и без особого интереса, словно она говорила это каждый день.

– Ты здесь прожила всю жизнь? – спросил Марсель, заглядывая в окна ресторанов и магазинов.

– Да, я коренная чешка. – Миша рассмеялась. – На самом деле мои родители из Вьетнама, они переехали сюда еще до моего рождения, поэтому по-вьетнамски я говорю очень плохо, хоть мама с папой и пытаются дома не говорить по-чешски. Да и, если честно, мать не особо хорошо владеет языком. Глупая. А отец… его я вижу редко.

Было понятно, что она не хотела говорить о родителях.

– Микела – чешское имя? – Дюпон произнес его на французский манер.

– Да, фамилия – вьетнамская, имя – чешское. Это нормально. Вьетнамцы, которые живут тут давно, не усложняют жизнь детям вьетнамскими именами. Да и те, у кого в паспорте вьетнамское имя, редко им представляются, берут себе как псевдоним созвучное чешское. – Она говорила монотонно и без интереса, но при этом все в той же развязной манере, которая читалась в ее интонации.

– Ты была во Вьетнаме?

– Была пару раз в детстве, хотя совершенно ничего не помню. Единственное, что мне по душе из вьетнамского, так это еда: бун бо нам бо, спринг роллы. – Миша о чем-то задумалась. – Прага очень красивый город, хоть я и не путешествовала много и сравнивать мне особо не с чем. Была лишь в Германии и Италии.

Марсель никогда не понимал людей, которые, имея возможность, не путешествовали по Европе. Ему казалось важным иногда выезжать в незнакомые места, менять обстановку. Это было как глоток свежего воздуха.

– Наверное, каждый человек говорит о своем городе хорошо, – сказал Марсель. – Я тоже считаю Париж красивым.

– Париж – это моя мечта, – воскликнула Михаела и посмотрела на Дюпона горящими глазами. – Я могу приехать к тебе в Париж?

– Сейчас я живу в Порту, так что едва ли. – Марсель был уверен, что она говорила в шутку, не рассчитывая на согласие.

– Ах, Париж! Я бы переехала туда без раздумий.

– Те, кто любит Париж, никогда в нем не жили.

– Как же!

– Да, там красиво, когда ты приехал туристом, походил по музеям, ресторанам, пожил в милом отеле с красивым видом, но, прожив там тридцать четыре года, я никогда не чувствовал себя в безопасности и спокойствии. В Париже есть районы, из которых бы ты не вышла живой.

– Я бы туда не заходила, – отмахнулась Миша, словно маленький ребенок, которому объясняют, что нельзя есть много конфет.

Они остановились у небольшого ресторана, откуда доносился шум гостей, запах еды и дорогого парфюма.

У входа курили люди, собравшись по небольшим компаниям.

– Это региональный менеджер Венгрии и менеджер по персоналу Чехии, – прошептала Миша, прежде чем они оказались рядом с одной из курящих пар.

Когда они все же приблизились, оба менеджера внимательно посмотрели на них, оценивая внешний вид каждого, глядя с презрительной ухмылкой и выпуская сигаретный дым.

Миша сразу представила Марселя:

– Добрый вечер, хочу вам представить Марселя Дюпона, который, как вы слышали, сегодня любезно приехал к нам из Португалии.

– Добро пожаловать в Прагу и приятно познакомиться, Марсель, я Паола Барта, региональный менеджер Венгрии, – произнесла женщина маскулинного телосложения с широкими плечами.

На ней был надет серый пиджак свободного кроя, под ним виднелся шелковый топ в стиле нижнего белья, широкие серые штаны были подобраны в тон пиджаку, образ дополняли черные полусапожки. В одной руке Паола держала наполовину выкуренную сигарету, а вторую руку протянула для рукопожатия.

Примечания