Песня дождя. Кострома. Повесть

Иллюстратор Елена Вячеславовна Сереберцева

© Ленуш Сердана, 2024

© Елена Вячеславовна Сереберцева, иллюстрации, 2024

ISBN 978-5-0062-8109-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1

Я начал вкуривать, что в моей жизни происходит какая-то дичь, когда вдруг понял выражение «песня дождя». Раньше эти все крылатые, образные выражения лесом шли под руку с олицетворениями и эпитетами. Мне казалось, что в старинищу несусветную, поэтам всяческим заняться было нечем совсем, вот они и пытались друг друга перещеголять идиотскими выражениями, делая, с понтом вид, что понимают это всё, как мы в детстве, разговаривая на кирпичном языке, да ещё и стараясь победить в придурочности, граничащей с полной ахинеей. Я правда так и думал. Хорошо, что не начал разводить дискуссии на эту тему. Потому что общался больше в компании со старшими ребятами, а, выходит, они уже шарили в этом всём, но не показывали виду – не устраивали поэтические вечера с демонстрацией хороших манер, не запотраивали стихо- тошнотворных баттлов с предварительным выкидыванием перчатки в лицо. Фу, прям представил вонючую резиновую пандемийную перчатку ну или шипованную грязную, как у уборщиков и грузчиков. А тут на те! Сижу на веранде дурацкого летнего лагеря и слышу песню дождя! А струйки ливня, будто сплетясь со струнами моей души, в унисон убаюкивают моё израненное сердце. Пипец, да я, по ходу, попал.

2

На практику от универа я ездил каждый год в летний лагерь. Вот и перед финишной прямой в учёбе, я тоже отправился повелевать молодой кровью. Мне это реально нравилось. Я находил общий язык и с подопечными, и с руководством, предпочитая ни с теми, ни с другими сильно не сближаться, вызывая у них тем самым интерес и уважение. Что от меня требовалось я старался чётко выполнять, не давая оставаться у кого бы то ни было в долгу. В этом же году с самого начала всё пошло не так, причём еще до прибытия. Раньше всегда добирались до места водным транспортом, в этот год, вдруг, нас отправили автобусами. В те года я был вожатым у старшаков в первом или втором отрядах, а в этот год меня к малышам в четвёртый вдруг определили. Поменялись повара, а так была славно налажена кормёжка раньше: можно было вечерком даже прийти перекусить какой-то вкусняхой. И полный трындос – сменился директор! Много лет на этом месте был Василий Яковлевич, с ним было привычно, но он уже совсем старенький стал, заболел сильно, вот и отправили его на пенсию, поставив вместо него молодую бабцу, некую Кострову Марину Павловну, которую уболтали всего на одно лето, пока подыскивать кандидатуру будут. Она препод с физмата, я сразу себе нарисовал портрет: окрашенные хной жидкие волосёнки собраны в высокий пучок, старомодные очки не скрывают косоглазия, нос с горбинкой, поблёскивает золотой зуб, тонкая злая нитка красным накрашенных губ, сморщенная шея, живот, кривые ноги, противный визгливый голос, обгрызанные ногти – просто жуть, короче. – А она ниче такая, – вырвал из раздумий Рому, пришедший его напарник, вожатый Костик, с ним они и раньше попадали в одну смену, но в одном отряде еще не были. – Ты про эту старую грымзу? – Хахахаха! Да ну тебя! – залился смехом аж до слёз новый напарник Романа. Они разбирали вещи в выделенной им комнатке, когда вошла очень милая девушка и спросила, нужно ли им что-то ещё. – Ребята, обращайтесь, не стесняйтесь!

«Вау-у-у! Какая девочка. И что меня с этой воспиталкой не поставили? Такая, прям… Как надо!»

Рома никогда не заводил романов с сотрудницами или, тем более, подопечными. А тут, будто амурчик выстрелил. Ромка почувствовал себя глупым, растерянным, несуразным и совершенно точно сильно заинтересованным этой девушкой. – Чё за тёлыч? Клёвая, – обратился он к Костику. – Так грымза старая! – и дико заржал опять.

3

Мы заехали в лагерь, как обычно, за день до приезда детей, чтобы всё подготовить и проверить. Матрасы и одеяла были на местах, нам с Костяном предстояло принести подушки: их новые выдавали, спонсор какой-то закупил, и постельное бельё. Всё остальное в нашем отряде было готово. Мы застелили свои кровати, разложили вещи. Вечером, как обычно должно было состояться ознакомительное собрание и банкет, который всегда был при Яковлевиче: – Думаешь, бухать будем, Роман? – Я тоже об этом гоняю. Такая фифа сто пудов на диете, поди чай со смоквой попьём и спать. Может аккуратно затариться. Один из нас сбегает в санаторий, заодно узнаем, можно ли, как раньше там по магазинной цене алкоголь и сижки покупать. А то вон как всё меняется, отлучились то на годик. – Да уж. Согласен. Давай на суефа, кто побежит. Может, сейчас прям, не теряя времени, а то на собрании не прикроешь? – Да, давай я сгоняю, прикрывай если чё. Костя импонировал мне всегда. Деревенский крупный парень дружелюбного нрава, за этот год ещё больше возмужал. Мне в нём нравилось отсутствие язвительности и стебательности. Прямой, добрый, от такого не ждёшь подлянок и подстав. Я взял дорожную небольшую сумку и рванул старой изведанной тропкой через соседний лагерь. И тут опять пошло не по плану: внезапно, к этой смене, территорию того лагеря тщательно обнесли свеженьким забором. Пришлось делать приличный крюк. В санатории тоже частично поменяли персонал. Знакомых, что помогали с товаром по магазинной цене, не осталось. Пришлось сесть в автобус и доехать до ближайшего магазина. Интересного там ничего не было, пиво тащить было тяжело и далеко, поэтому набрал сигарет, водки пять бутылок, белого и красного вина, мартини и банку оливок. Дорога заняла намного больше времени, раза в три. Костя ждал с огромными глазами: – Ты чё так застрял то? Болтал с Кузей? – Да какое! – Тебя все разыскались, беги к музруку, я сказал, что ты скупнуться на реку пошёл. О, ты как раз сырой, как мышь. – Костян, прикинь, там всё изменилось, я на басике ездил в магаз. Короч, потом расскажу, побежал. Музрук Пал Генадьч напахнул родным перегарчиком, перенеся в былые годы. О, сколько тут в его рубке было выпито! Сколько ржачных историй произошло. Здесь ничего не изменилось, даже дурацкие плакаты из журналов с голыми бабами висели на стенах, почти выцветшие и закрученные на концах. – Смирнов Роман Евгеньевич. Дай обниму!

И Ромка с теплом откликнулся, постучав музрука по широкой спине. Пал Генадьч был маленький коренастый лысеющий и благоухающий перегаром человек. Его никогда не собирались по-настоящему убирать, хотя, частенько стращали. Что он уходил в запой это не правильная формулировка: он пил всегда, но иногда особенно сильно, что вонь многовековым перегарищем вырывалась из комнаты-рубки, которая служила еще и радио по лагерю, и стояла за окном. Поэтому, проходя мимо, тебя окунало в смачные, будто осязаемые пары. Музрук давал горн по старинке. И, только в сильнейшем опьянении, включал его запись по радио. Ну тогда все взрослые, да и прошаренные старшеотрядники, уже знали, дело труба, Пал Генадьч в состояниях. В это время он мог жёстко чудить, но так как был беззлобным, его старались выгородить и помочь. – Ром, завтра на открытии лагеря на тебя рассчитываю, сбацаешь, как всегда, пару песенок? Возьми гитару, настрой сегодня. – Хорошо, конечно. Пойду тогда. До вечера.

4

Я ввалился в вожатскую с гитарой и начал бренчать, настраивая инструмент. – Что решил в этом году спеть? – спросил Костик, который любил мои лабания. – Пока не думал, настрою, может вечер подсказку кинет. Так часто бывает. Задумаешь одно, а потом вдруг услышишь старую классную вещь, про которую давно забыл и охота её спеть. Поэтому и заморачиваться не буду, ничего не всплывёт, дежурный наборчик есть всегда. – Всё, Роман, пошли, время. – Ага, собрание хоть там же? В старом корпусе? – О! Да ты не видел… В новом. Они пошли через корпуса между третьим и первым отрядом, минули арома-рубку, завернули за санчасть и показалось здание, где всегда проходили собрания, банкеты, репетиции номеров на концерты. Точнее, того самого здания, где половина окон была с трещинами и даже разбита, где пахло плесенью и проваливался пол, сцена латана-перелатана, замок не запирался, но посередине стоял страшный чёрный рояль, иногда самопроизвольно издававший звуки, его не было. На месте рухляди стоял новенький деревянный корпус, свежеокрашенный в бело-синий. Он даже попахивал краской, напоминая времена, когда я сам приезжал на первую смену в лагерь, а дешевая краска сохнет несколько дней и запах потом еще дольше стоит, но окутывает обновлением экстерьера и теплым ощущением, что нас здесь ждут. И солнце, и речка, и новые друзья, и целая смена впереди, да и вся жизнь… – Вау, прям! – Ты не расточай пылы. Зайдёшь и поохаешь. Мы вошли в новое здание, там почти весь коллектив уже собрался. Раньше концерты проходили на улице, на деревянной сцене, под которой была площадка, где всем приходилось стоять, ещё там проводились танцы. Теперь сделали сцену, экран, чтобы смотреть фильмы, зал с откидными креслами и поставили синтезатор, были и другие инструменты. Помещение внутри было ярко выкрашено и удобно освещено. Наконец-то спонсоры добрались и до нашего лагеря «Чудный уголок», жаль, что в последний год моего вожатства. Вокруг осматривалось немало знакомых лиц: пятеро девчонок со времён универа ездили вожатыми, теперь уже несколько лет воспитательницами устраиваются, как мне импонирует их постоянство и любовь к лагерю и работе с детьми, я помахал им и растёкся в радостной улыбке. Мне она сразу вернулась умноженная на пять. Медсестра Яна Валентиновна тут, приезжает со своими детьми, сначала сын малюткой с ней жил в комнате, сейчас в моём отряде, а дочка уже в первом. Светленькая безликая женщина с советским взглядом. Физрук Николай Борисыч – подтянутый мужчина за сорок, при усах и волосах, кривоногий, загорелый, любимец женщин. Повара все новые. В том году история неприятная случилась, но уже в смену после меня, в сети рассказали: повара сбывали черешню, клубнику, сливочное масло, мясо, рыбу в санаторий, а заменяли дешевыми продуктами. Оказывается так было много лет, трафик был налажен, а тут пришли молодые парни помощниками, всё просекли, с ними не поделились, они вкорячили всех руководству. В этом году везде поставили видеонаблюдение, особенно в столовой, там слепых зон просто нет. Воспитатели знакомые тоже есть, к нам не пришёл ещё никто, наверно, сейчас распределят. У нас одноэтажные яркие разноцветные корпуса. Посередине широкая прозрачная дверь, ведущая внутрь на большую веранду, чтобы в дождливую погоду дети нашли чем себя занять. На ней есть настольный теннис, два стола и стулья и шкаф с кучей настолок. По левой стене вожатская комната, дальше идут шесть комнат: три – мальчиков, три – девочек, и по правой стене, поменьше нашей, комната для одного воспитателя. В старших отрядах по одному вожатому и воспитателю, раньше я так попадал, а у мелких – двое, ведь за ними глаз да глаз. Равнодушным остаться, видя всю яркость лагеря невозможно, да ещё и воздух целебный тут в сосновом лесу, так и хочется скандировать речевки, внезапно весело подпрыгивать и улыбаться всем вокруг и новому дню.

5

– Добрый вечер, коллеги! Поздравляю вас с прибытием на первую смену лагеря «Чудный уголок», Василий Яковлевич, крёстный отец этого этого места, к сожалению, ушел на пенсию. Я займу его место только на это лето, пока не найдут постоянного директора. Знаете, ведь я ездила сюда девчонкой при нём, потом дважды на третьи смены приезжала вожатой, хоть и не по профилю, точнее не совсем. Это человек старой закалки, который жил этим детищем и ему сейчас совсем непросто. Врят ли кто-то сможет в полной, мере заменить его на этом месте. У меня чувство, что Яковлевич пришёл сюда, а вокруг него построили этот веселый, крепкий, дружный лагерь. Извините за лирическое отступление, давайте по делу. Итак, вожатые…

Через полтора часа все вопросы были решены, мы с Костяном соображали как пригласить тех пятерых девчонок забухать и где вообще это осуществить, как вдруг: – Друзья! Открою небольшой секрет: видеонаблюдение начинает свою работу выходя на пульт охраны с момента въезда детей. Поэтому, предложение: как насчёт небольшого банкета для знакомства? – спросила Марина Павловна. Все заметно оживились, весело захихикали. – Только убедительная просьба: не пьем больше той дозы, от которой вы не сможете чётко выполнять завтра свои рабочие обязанности. Если это соблюдается, как и потребное поведение, тогда могу обещать, что это не последний банкет. Давайте переместимся в столовую, где есть все необходимое, директриса подмигнула, тем более повара обещали нам приготовить что-то особенное сегодня. Никто уже не сдерживался: – Ура! – Класс – Круто!

И, как кони понеслись заливать в себя радость. В столовой был сделан приятный ремонт, повешены нарядные занавески и даже накрыты столы. Помощники оставались здесь и всё успели за время собрания. Несомненно это было приятно, такой уровень, даже и в голову не приходило нажраться в хрючево с таким отношением. Банкет проходил очень интересно. Даже лучше было, что нас ненавязчиво рассадили по столикам с незнакомыми. После каждого тоста шел дурацкий, но прикольный конкурс, и от них становилось всё веселей, так как мы стали узнавать друг друга, знакомясь ближе. Пал Генадьч приволок инструменты и тут началось самое интересное. Оказалось, в нашем коллективе просто прорва талантов! Каждый и швец и жнец и на дуде игрец! И танцевали, и пели, и играли, и ритм отбивали. Не могу даже припомнить, когда мне последний раз так клёво было и как-то отрадно что ли на душе, я никогда раньше не применял это слово, но думаю, это именно то ощущение. Когда надо было расходится, кто-то предложил искупнуться, чтобы на завтра полегче было. – Нет, ребят! Мы випивши, потом искать кого-нибудь… – Мариночка Пална! В этом году подсветку сделали на пляже, чтобы на прощальном костре никого не потерять, там уххх. Давайте включу, заодно проверим, как работает, а? – Потом всем пересчитаться и мне доложить! – Конечно, конечно!!!!

И так это было красиво! А Пал Генадьч даже музон врубил на пляж. Реально незабываемо! Тёплая безветренная ночь, запах трав и смолы. Мы плавали час, брызгались, как дети, подпевали песням из громкоговорителя, были дружной командой, целостным коллективом. Этакий лайтовый тимбилдинг получился. Ладно где-то на отдыхе там вообще, всё что душе угодно, а начинать так смену в лагере, ну это сказка, даже слов нет!

6

Утром встав, как огурцы, мы с Костяном пошли в столовку ни столько на завтрак, сколько спросить, не нужна ли помощь в уборке. Там уже потихоньку все подходили и тоже предлагали свою помощь. Мы с Костяном потащили инструменты на место, расставили столики, как положено по отрядам и отдельно сдвинули для персонала, выкинули мусор. Все радостно вспоминали вчерашний вечер, посмеивались. Потом встретили детей, разместили их по комнатам, как они пообосновались, отвели на обед. Потом совершили небольшую экскурсию по лагерю, чтобы малыши лучше освоились. – Ребята, сегодня старшие для вас устроят небольшой концерт для знакомства, а завтра уже вы подготовите свои выступления для нас и других отрядов, чтобы представиться. Подумайте пока, кто что умеет: петь, танцевать, рассказывать стихи, знает смешные сценки и этюды…

В медпункте затем взвесили и смерили рост подопечных, сводили на ужин и настало время концерт. Детей рассадили в новом зале. Акустика хорошая, даже без микрофона звук адекватный и объёмный. Вожатые из старших отрядов отделались сценками. Музрук играл на нескольких инструментах в живую, хотя теперь есть синтезатор со звуками этих инструментов. И это возымело эффект, дети поняли, что помятый толстячок не фрик, а хороший музыкант, виртуоз, человек-оркестр. Одна воспитка играла на гитаре, а повариха пела (это они вчера скооперировались, поварам, так-то, не нужно выступать) песня получилась слезоточивая, я намок глазами, и, чтобы не осрамиться, начал резко завязывать шнурки. Три девочки, из наших пятерых постоянных, танцевали хип хоп. Чувствовалось, что они занимаются хореографией. Дети очень долго аплодировали и оборачивались на героинь дня. Потом была моя очередь. Я спел тягомотную, но красивую песню про святую Анну и нетленную «кукушку» Цоя. Зал подпевал, было приятно. Дети довольные укладывались спать. – Завтра подъем в 7 часов на зарядку. Поэтому, сразу спать без всяких мазаний пастой. – Я хочу домой, – тихо и грустно сказал самый маленький Егорка. – Ну-ну! Мы только приехали! У нас столько приключений впереди, новые друзья, купание в речке, – я помнил, как сначала хочется домой, а потом – не уезжать из лагеря. – Егор, ты что подготовишь на концерт? – спросил я, чтобы отвлечь. – Если мне разрешат, я могу сыграть на синтезаторе. Конечно лучше бы пианино, мне говорили, что тут был старый рояль, я хотел на нём сыграть. – Он уже был расстроенный. Ты занимаешься на фортепьяно? – Да. С четырех лет. Бабушка педагог в музыкальной школе, дома есть пианино, я могу сбацать что-то серьёзное. А хочу – «Лунную сонату» Бетховена, она меня так умиротворяет. – Хорошо, Егор, я завтра договорюсь, если сейчас ты сразу ляжешь спать. – Хорошо. Спокойной ночи, Роман. – Спокойной ночи, ребята. Привыкайте. Высыпайтесь.

Я спозаранку договорился, чтобы мелкий репал на синтезаторе. Растолкав малышню, мы вывели их на зарядку, потом отправили умываться и строится на завтрак. С завтрака, мы с Егоркой пошли репетировать, я Костяна предупредил, чтобы они с воспиткой справлялись вдвоем, пока мы ходим по делам. Кстати, воспитателем нам поставили Юлю из вечной пятёрки девочек, что, несомненно, порадовало. Мы пришли в открытый для нас зал, пацан сходу разобрался с синтезатором сам и заиграл. Я аж вздрогнул, развернулся, замер и стоял так не шевелясь, дабы не осыпалась эта хрустальная атмосфера, напоминающая предоргазменное состояние, которое боишься спугнуть. Это при том, что я не заморачиваюсь классикой, пацан, видимо талант, играет душой. – Рома, вам понравилось? – тихо спросил мелкий кудесник. – Да я… Я в восторге! Это волшебно!!! Нет слов, Егор. Мальчик захлопал глазками и мило покраснел.

7

Юля с девочками разучили хором какую-то попсовую песню. Требовалось по два номера с отряда. К концерту мы были готовы. Уселись на веранде придумывать название для отряда, песню, речевку, девиз. Бойкие пацаны-двойняшки недавно каким-то чудом посмотрели Гардемаринов и предложили так назвать отряд. Для всех это было непонятное новое слово, но за двойняшками очаровашками были готовы идти все. По итогу наш молодой отряд придумал девиз: «Гардемарины, вперёд!». Речевка: «Всегда, при любом раскладе, мы за дружбу в нашем отряде!», ну а песня: «Не вешать нос, гардемарины!». Преданья старины глубокой. Концерт был прикольный, не зевота, а прям на одном дыхании. Все номера получились неплохие, но и девочки наши сбацали, что надо, а уж про Егорку, что и говорить. С первого аккорда все будто перестали дышать. Он держал всю сонату, как гипнотизёр весь зал, никто даже не шевельнулся. Я так был горд за него, будто это мой ученик. Из зала выходили все одухотворённые, как вдруг подбежал рыжий Валерка из первого отряда: – Алина Александровна! Там Кукушкин на дерево залез!

И никого уже было не остановить, все ринулись туда. Когда мы бежали, то и предположить не могли, на какое именно дерево он умудрился взобраться. Это оказалась не молодая красавица березка, специальный хоровод которых посажен на территории лагеря. Это была сосна. Огромная. Как он забирался по ней даже непонятно, сучков внизу почти нет. – Кукушка-мать! Ты яйца там свои решил отложить чужим птицам? – выржал рыжий Валерка. Смех раскатился у подножия сосны. – Этот Витька всех достал! – начала всем рассказывать дочь медички Ариша. – Каждый год – какой-то протест, что-то да вычудит. В том году прыгнул за огороженную территорию для купания: сломал палец и срезал камнем кожу на нём, залил кровью весь пляж, пока скорая не увезла, а в позатом…

Подошла директриса. Она была внешне абсолютно спокойна и очень красива. Моё сердце отчаянно забилось. – Кукушкин, я знаю про все твои выкрутасы. Мне в лагере это всё не нужно, нянчиться с тобой я не намерена. Хочешь уехать, валяй, тебя тут не держат. Сейчас вызову спасателей и вперёд! Поедешь домой!!! – А я спрыгну сейчас!

Все прикинули высоту: третий этаж, может чуть выше даже и замерли. – Ну что же, это тоже я никак не могу предотвратить. Но знай, мне придётся всем рассказать, почему ты это делаешь. Приедут телевизионщики, начнётся движуха, ты же это провоцируешь, Кукушкин? – Нет. Марин Пална, я нечаянно! Я больше не буду, мне тут страшно. Я просто забылся, а теперь не знаю, как слезть. – Так бы и сказал. Я помогу тебе. Но один раз! Запомни! – Спасибо, Марин Палн, клянусь!

Все зашептались, а директриса рванула в сторону корпусов. Через несколько минут они бежали втроём с музруком и физруком. Музрук махнул мне и Костику, мы подошли. – Ребят, тут пожарный тент, давайте поймаем кукушонка. Мы быстро разошлись в стороны со своим углом тента. – Прыгай, Кукуха! – крикнул рыжий Валерка. – Витя, не бойся, прыгай, мужчины тебя выдержат, – скомандовала директриса. Кукушкин не стал ломаться, смачно матюгнулся и упал на тент. Ребята зааплодировали. Все стали расходится. Чтобы просто подойти к очаровавшему меня субъекту, я спросил у Марины Павловны, наклоняясь к ней поближе, якобы, чтобы никто не слышал: – Откуда у вас пожарный тент? У нас же только одноэтажные здания. А она, вдруг, ещё ближе наклонившись ко мне, ответила: – Не поверишь, знала про этого чудика и специально привезла. На всякий пожарный, – и засмеялась. А моё сердце провалилось в штаны.

8

После отбоя все были возбужденные вечерним событием. Мы решили укладывать малышей: Юля пошла двум комнатам девочек рассказывать сказки, Костя какие-то истории одной девчачьей, одной пацанячей комнате, а я двум мальчуковым комнатам петь под гитару спокойные песни. Дети были в восторге и попросили нас меняться по кругу и приходить так каждый вечер. А нам и самом то по приколу это.

Утром на зарядке было чудо. Я думал, что недоперепроснулся. Обычно физрук изгалялся, показывая упражнения и весело ииираз-два-трикал, а сегодня его подменила Марина Павловна. В белом спортивном костюме в обтяжку, она была невероятна сексуальной. Так легко делала упражнения, что всех очаровала, грациозностью своей и пластичностью. Зарядка разбудила ребят, дав стимул быть такими же красивыми, как их директриса. И не только детей, конечно, разбудила грация внезапной физкультурницы. – Я в туалет, – бросил Костяну уже на бегу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.