«Семь ноль-ноль»

Глава 1. Как утро пройдет, так день и проведешь.

– И снова доброе утро, дорогие телезрители! – Начала я привычно бодро, как только раздалась команда «Камера, мотор!». – Если вы сегодня с нами, то Ваше утро действительно будет добрым, потому что в эфире программа «Семь ноль ноль» и я, ее неизменная ведущая, Клава Чиж. И начнем с главных новостей прошедшего дня. В местном зоопарке от зимней спячки проснулись уже два медведя. Это полюбившаяся всем пара Гриши и Маши.

Пока за пределами яркой зеленой площадки работали десятки людей, создавая идеальную картинку в кадре, я широко улыбалась и читала новости, предоставленные редакторами несколькими минутами ранее.

Как Вы уже поняли, я ведущая утренней программы на канале нашего города. Ежедневно встаю ни свет ни заря, собираюсь и еду на работу записывать позитивный эфир для тех, кто в семь включает телевизор, пока пьет кофе за завтраком и готовится поехать в офис.

Моя лучезарная улыбка и рыжие кудряшки, наверное, у каждого жителя города ассоциируются с началом нового рабочего дня и непременно радостными новостями. Разве это не замечательно – нести людям позитив с утра?

– Так что сегодня в регионе прохладно. – Подвела я итог прогнозу погоды. – Зато температура нарастает на кухне в нашей студии, где шеф-повар Максим уже начал готовить невероятно вкусный завтрак. Такой аромат, аж слюнки текут! – Камера переключается на соседнюю локацию, и я выдыхаю и наконец-то перестаю улыбаться. Скоро мышцы сведет, честное слово!

– Клава! – Кричит мне оператор и показывает вверх большой палец. Как будто и без него не знаю, что отвела эфир на все пять баллов.

После кулинарного мастер-класса от Максима я говорю что-то о событиях грядущего дня, желаю всем хорошего настроения и легкой дороги на работу, после чего расслабленно откидываюсь на спинку стула и достаю из ушей жутко красивые, но неудобные сережки.

– Мне срочно нужен завтрак и неделька на Бали. – Заявляю со всей уверенностью Максу, который подсаживается рядом и по традиции отдает мне приготовленный в эфире шедевр. – Слушай, если бы не твои завтраки, я бы уже померла тут с голоду.

– А чего дома не ешь?

– Когда? Встаю в половине шестого, чтобы сюда к началу седьмого приехать. Мне, в отличие от тебя, надо прическу и макияж сделать, одежду подобрать. А у тебя? Лысину пригладил, усы расчесал, а футболку, заляпанную кетчупом от хот-дога, фартук прикроет. – Макс показал мне средний палец и ушел с локации, наверное, собираться домой.

Я бы тоже с удовольствием поехала и поспала еще пару часиков, отобранных будильником в половине шестого утра, но мне предстояло еще записать заставку для рекламы. Ох уж эта жизнь звезды!

– Всем до завтра! – Бросила я, уходя из студии сразу после съемки с пачкой майонеза. Вы не подумайте ничего, просто жировой комбинат – самое богатое предприятие нашего городка. Только они могут себе позволить снимать рекламу со звездой такого уровня!

С работы я уезжала тогда, когда все обычные люди на нее только-только приезжали. Но в какой-то степени такой график жизни нравился мне. Я привыкла просыпаться первой во всем доме и принимать ванну до того момента, пока проснутся соседи и напор воды спадет до минимума.

Мне нравилось идти утром в пустой парк и пробегать пару кругов перед отъездом на канал. Да и к тому же что на работу, что домой я добиралась без пробок. Это ли не счастье?

Вот и сейчас на дорогах было практически пусто. А для меня, как для водителя неопытного, это большущий плюс. Хотя, мне кажется, я в глухом лесу найду кого поцарапать. Ну или в медвежью берлогу въеду….

Но сейчас я царапать никого не собиралась, да и медведей в поле зрения не было. Я ехала в торговый центр, чтобы устроить себе небольшую прогулку по любимым магазинам. Так сказать, насладиться атмосферой шопинга.

Вру! Шоппинг я терпеть не могу. Не понимаю вообще, как это может приносить кому-то удовольствие?! Таскаешься по душным магазинам, пропахшим лаком и искусственной кожей, снуешь между рядов совершенно безвкусной одежды, отбиваешься от навязчивых консультантов.

Короче говоря, покупки только по списку. От списка никуда. Список – наше все.

Конечно, пару раз я все-таки согрешила, зайдя в бутики и примерив несколько кофточек. Но, увы, купить ничего не купила. Я вообще себе редко одежду покупаю из-за особенностей фигуры.

– Вы же Клава? – Где-то рядом раздался радостный девичий голосок. – Клава Чиж с нашего канала, да?

– Да, она самая. – Услышав свое рабочее имя, я натягиваю улыбку, отбрасываю рыжие кудряшки назад и наклоняюсь к юной фанатке.

– А можно фотографию? Я так люблю смотреть Ваше шоу, когда завтракаю! Вы очень милая и смешная.

– Конечно можно фото. Я для этого и работаю, чтобы нести оптимизм в массы. – Делаю пару кадров с девчонкой и иду дальше по торговому центру с пакетом продуктов из супермаркета.

Популярность – штука такая, нужно всегда быть готовой давать автографы и фотографироваться, улыбаться фанатам. Ведь никому не важно устала ты или чем-то расстроена, люди привыкли видеть тебя веселой и позитивной на экране, а значит требуют этого и в жизни.

Не скажу, что я была звездой какой-то мировой величины, нет конечно. Просто городок у нас совсем маленький, местный канал всего один, да и передач, которые на нем снимаются, не больше трех штук.

Так вышло, что лишь мое лицо мелькает перед людьми ежедневно, именно со мной они начинают свой день, а значит и любят тоже меня.

Периодически ко мне подходят подростки и дети, чтобы попросить фотографию или даже автограф. Я никогда не отказываю. Мне ведь не сложно, а им приятно.

– Да сейчас я еду, Архип Аристархович! Тут меня какая-то овца подперла. Как будто места ей мало. – Только спустившись на подземную парковку, я услышала знакомый голос и знакомое имя в разговоре.

Если закон подлости действительно существует, то прямо сейчас я наблюдаю его в действии.

На огромной подземной парковке торгового центра, рассчитанной на несколько сотен машин, именно в углу, где я оставила свою белую ласточку, скопилось пятнадцать авто.

Я когда парковалась, тут всего один внедорожник стоял черненький. Ну вот и встала осторожно рядом. Поперек трех парковочных мест. Ну что? Как смогла.

И этот внедорожник, конечно, спокойно бы выехал, не повредив мою ласточку, но тут реально какой-то муравейник личного транспорта всех посетителей торгового центра!

– Привет, Сев…. – Здороваюсь я тихо с коллегой, подходя к своей машинке. – А я не знала, что у тебя тачка такая прикольная. – Пытаюсь дружелюбно посмеяться, но на мужчину это не действует. Для него я как красная тряпка для быка, на которую он сейчас набросится.

– Господи, Чижикова…. Скажи мне, почему из всей этой парковки ты выбрала именно место рядом со мной? Три места рядом со мной.

– Так тут сразу съезжаешь и местечко…. Сев, прости, я не знала, что они все тут встанут. – Обиженно обвожу взглядом машины, как будто все они, а не я заперли здесь кастинг-директора нашего канала.

– Если мне Аристархович выговор влепит или штрафанет, я все на тебя переложу. Клянусь. – Я согласно киваю. – Давай выезжай, чего стоишь?

– Так как я выеду?… Тут вон как плотно все стоят. – Еще и сзади какой-то умник на мерсе припарковался. Ну вот кто ставит дорогую машину рядом с моей ласточкой, занимающей три места? Неужели не видно, что баба за рулем.

– Ключи.

– Что?

– Ключи, Клава, давай.

– А, конечно. – Спешно пытаюсь найти в сумочке ключи, но злополучный пакет с продуктами мешается. Да и ключи, блин, куда-то закатились!

– Ты ж вроде не дура, Чижикова. Почему именно сейчас? – Сева отбирает у меня пакет, на дне которого уже образовалась дырка и оттуда выпала упаковка сливочного масла, достает ключи от машины, все это время, оказывается, торчащие из кармана моей куртки, и садится за руль беленькой ласточки.

– Черт, черт, черт! – Ругаюсь, пока Сева выкатывает мою машину. – Как будто все неудачи и нелепости, обходящие меня стороной три года, сейчас резко обрушились сверху на этой парковке! Спасибо.

Поблагодарив коллегу, забираюсь на водительское сидение и аккуратно уезжаю с парковки.

– Блин! – Выдаю, глядя на пакет, который мирно стоит на соседнем сидении. – Хотя я бы даже удивилась, если не забыла убрать его в багажник.

Знаете, вы можете быть самым удачливым, везучим и собранным человеком в этой Вселенной. Под вашим контролем может быть абсолютно все: от молока на плите до медеплавильного завода. Но настанет тот день, когда в самый неподходящий момент в самом неподходящем месте случится то, что никогда не случалось.

Все вывалится из рук, раскатится по земле, порвутся колготки, сломается телефон и с плиты убежит молоко. Ох, ненавижу такие дни!

Стоп, я говорила, что самое страшное уже произошло? Нет. Пожалуй, вот сейчас. Когда я прозевала зеленый сигнал светофора и через приоткрытое окно услышала отборный мат кастинг-директора.

– Извините, Всеволод Андреевич. – Хотя ему мое «извините», наверное, нигде не уперлось. А если Архип вставит, то Сева меня точно по стенке размажет. Он единственный на канале, кто со мной особо не считается. Ну, кроме директора, конечно.

До дома я доехала тихонечко и без происшествий. По себе знаю, что, если все пошло через задницу, лучше вообще ничего больше не делать и не рисковать. Потому что если утро через задницу, то и весь день туда же.

Еще у моей работы был довольно большой плюс, который одновременно являлся и минусом тоже. Я была занята только несколько часов с утра, а остальной день планировала так, как считала нужным.

Вот только что планировать днем я не знала. Подруги на работе, в ресторанах пусто, клубы не работают. А вечером, когда жизнь у всех только начиналась, я ложилась спать, чтобы ранним утром проснуться по будильнику и поехать на студию.

– Кота себе завести, что ли….

Только вечером мой день наполнился красками вместе со звонком директора канала. Сначала я, конечно, испугалась. Думала, что мне сейчас за Севу влетит, но Архип Аристархович был настроен на позитивное общение.

– Клава, посмотри материалы по завтрашнему эфиру, потому что программа потерпела некоторые коррективы. – С места начал директор. – И завтра ничего не планируй после съемок. Придется долго пробыть на студии.

– Если опять по рекламе геля от геморроя, я уже все сказала! Ни за какие деньги сниматься не буду.

– Да успокойся, сняли они уже свою рекламу. – Ох, хотела бы я это посмотреть! Интересно только какая дурочка согласилась играть звезду на красной дорожке, у которой резко обострилось столь интимное заболевание. – В общем, ты меня услышала. Завтра жду на работе.

Что-что, а директора я нашего уважала. Архип Аристархович никогда не переходил на личности, не обижал работников. Почти всегда присутствовал лично на утренних эфирах, давал советы, если это было нужно. В общем, мужик он хороший.

До самого сна (то беж часов так до восьми) я изучала текст завтрашнего эфира. Это делать я любила. Еще в детстве могла часами кривляться перед зеркалом и нести всякую околесицу. А теперь выросла, еще и деньги за это получаю!

Глава 2. Большие перемены.

В прекрасном настроении я ехала на работу, размахивая неуложенными кудряшками под песни местной радиоволны. Я вообще всегда весело добиралась до студии.

Пока машина во дворе прогревается, я патчи под глаза наклеиваю. Иногда и вовсе в полотенце еду, если волосы досохнуть не успевают. Я, может, не блондинка, но за рулем выгляжу реально как последняя дура. А и пофиг! Все равно никто не видит.

Только переступив порог студии, я попадаю в умелые руки наших мастеров. Девчонки, тоже приезжающие сюда ни свет ни заря, приводят мое лицо в человеческий вид и превращают гнездо на голове в стильную укладку. Настоящие волшебницы!

– Макс, доброе утро! – Машу коллеге, только что занявшему место на своей локации за плитой. – Что у меня сегодня на завтрак?

– Маффины с клубникой.

– Ох, ты чудо! Нужно редакторам подкинуть идею, чтобы ты в прямом эфире еще и кофе вкусный варил. Хотя тогда моя морда рискует не влезть в объектив камеры через пару месяцев….

Как обычно на позитиве я отвожу практически часовой программу, прерываясь только на редкие рекламы и мастер-класс от Максима.

– Стоп, снято! – Говорит оператор и дает отмашку всей площадке.

– Макс, завтрак! – Мужчина ставит передо мной тарелку с аппетитными кексами и присаживается рядом.

– Слышал, что грядут большие перемены.

– Чего? – Я поднимаю на него свою моську, все перепачканную клубничным кремом, и только отмахиваюсь. – Поменьше слушай всякие сплетни. Я же сказала, что в ближайшее время из перемен только вон, восточный циклон.

– Да на канале у нас перемены, Клав. – А вот тут я напряглась. Перемены…. Архип к себе вызывает…. Что-то мне не нравится.

– А что менять хотят?

– Не знаю. Но мне монтажеры сказали, что Ваську у них уже поперли. Мол, каналу нужны новые лица.

– Слушай, Ваську поперли, потому что его лицо реально старое. И синее постоянно! Меньше квасить надо на рабочем месте. Так что не ссы, Макс, все будет классно. – С этими словами я слопала остатки крема с тарелки и побежала к начальнику, который, наверное, минут пять меня ждет. А Архип ждать не любит….

Пока шла по коридорам действительно слышала перешептывания то тут, то там. Все говорили о каких-то изменениях, сокращении. Неужели я иду на верную гибель?

В кабинете директора не оказалась. Там я обнаружила только уборщицу тётю Люсю, которая сказала, что Архип только утром документы какие-то взял и ушел на третий этаж. Что ж, пойду поищу.

На третьем этаже Архип Аристархович действительно нашелся. Вот только нашелся он не один. Мужчина оказался в кабинете Севы вместе с толпой каких-то незнакомых парней….

– А что тут происходит? – Поинтересовалась я, прошмыгивая среди толпы к рабочему столу Севы. – Кто все эти люди?

– Так, товарищи участники кастинга! Просьба всем выйти и ждать приглашения в коридоре. – Толпа по команде покинула кабинет. От них остался только шум, доносящийся через стеклянные стены, и смешение запахов мужского парфюма. – А это, Клава, кандидаты на роль твоего соведущего.

– Чего?! – Я чуть не присела прямо там, где стояла. А стояла я, между прочим, около огромной кадки с пальмой. Соведущий…. Вот так здравствуйте!

– Клава, девочка моя, рейтинги передачи стали снижаться. Люди все чаще включают государственные каналы или вовсе завтракают в тишине. Нам нужна встряска, глоток свежего воздуха, понимаешь? Люди должны сновать ждать семи часов, чтобы включить телевизор и услышать твое задорное «В эфире программа «Семь ноль ноль»!».

– Изначально мы хотели убрать тебя. – Не скрывая, сказал Сева. – Но рейтинги показали, что зрители любят тебя и не готовы видеть с утра на экране кого-то нового. Поэтому мы решили попробовать дать тебе в пару соведущего и немного изменить формат программы.

– Давайте начнем кастинг. – Предложил Архип Аристархович. – Молодой человек с номером один, заходите! Мы с Севой отобрали самых достойных. Сейчас будем выбирать лучшего из лучших.

– Здравствуйте, представьтесь, пожалуйста и расскажите о себе. – Рогожин лучезарно улыбнулся первому претенденту на место под солнцем. Они такие счастливые тут все. Одна я сижу чернее тучи….

– Доброе утро, меня зовут Костянков Олег, тридцать один год. По образованию я физик-ядерщик….

И понеслось. Один за другим в кабинет входили мужчины и рассказывали о себе всякую ерунду. Мы втроем делали пометки напротив фамилий, кого-то сразу выгоняли. Но, если честно, к финалу проб мне не понравился никто.

Они все какие-то неживые, заторможенные. Как будто караси, которых сначала заморозили, потом разморозили и приказали развлекать нас. Хотя, размороженный карась поинтереснее некоторых кандидатов будет. Может мне реально рыбу в фотошопе соведушим приделать? А что? Свежо, оригинально.

– Ну что? Обсудим варианты, коллеги? Как вам номер один?

– С его лицом в рекламе крема от геморроя сниматься, а не утреннюю передачу вести.

– Хорошо, а второй?

– А второго, кстати, с предыдущего места работы за пьянство уволили. – Сказал Сева, покопавшись в каких-то документах.

– Третий – это вообще трудовик из школы, в которой я училась! – Нет, Геннадий Петрович мужик мировой, конечно, даже веселый, но точно не для телевидения.

Такими темпами мы раскритиковали все двадцать вариантов. Хотя критиковали только мы с Севой, Архип Аристархович как-то со всем соглашался и один за другим вычеркивал кандидатов.

– Восемнадцатый был ничего, чем-то на богатыря похож. Как раз в пару этому лепрекону. – Сева хохотнул со своей остроумной шутки, а я огрела его папкой по голове. Ну да, рыжая и низкая, но это не повод каждый день придумывать мне новые обзывательства! Я еще от Фионы не отошла.

– Знаете что, друзья мои. – Архип встал с места и уперся кулаками в стол. – А мы не будем никого из них брать. Да.

– Да? – Хором спросили мы с Севой.

– Да! Потому что с завтрашнего дня утренний эфир будете вести вы двое! Чиж и Рогожин. Как по мне, огненное сочетание.

– Архип Аристархович, Вы пошутили сейчас? – Первым из оцепенения вышел Сева. Я, конечно, тоже хотела много вопросов задать, но пока не решалась. Почему-то мне казалось, что Арапов просто пошутил.

– Какие шутки? Один нормальных претендентов найти не может, кастинг-директор недоделанный! Другая этот ей не тот, тот не этот. Раз не смогли определиться, будем работать с тем, что есть! Завтра в шесть оба на гриме.

С этими словами Архип Аристархович вылетел из кабинета, хлопнув дверью так, что мы притихли, а несостоявшиеся ведущие расползлись по домам.

– Это ты во всем виновата! Не могла на кого-нибудь согласиться?

– А ты не мог кого-нибудь нормального найти? – Парировала я. – Как с тобой вообще можно что-то вести?

– Вести? А ты сама хоть что-то вести имеешь? Пока ни машину, ни утреннюю передачу не получается.

– Да ты! – Я уже замахнулась на мужчину, но пока не нашла чем его ударить. – У меня хотя бы высшее образование журналиста есть.

– Зато у меня мозги есть. Их, в отличие от диплома, не купишь. – Какой-то кипой бумаг в Севу я все-таки запустила и с гордо поднятой головой вышла из кабинета. Ничего, этот бедолага рядом со мной и двух эфиров не протянет! Уже завтра сам уволится, а мне наймут нового соведущего. Красивого, умного и с чувством юмора.

На следующее утро я была настроена решительно. Сегодня ничего не должно помешать мне быть главной звездой эфира. Впрочем, как всегда.

Я даже проснулась до будильника и выбралась на утреннюю пробежку вокруг дома. А потом еще позавтракала на всякий случай. Вдруг Макс теперь решит всю еду Севе отдавать? Они вроде друзья закадычные.

Подъезжая к студии, я чувствовала небывалый прилив сил и готовность работать с максимальной отдачей. Ха! Сева еще даже в кадре не появился, а я уже бодра и весела. Может мне действительно была необходима встряска в его лице?

– Доброе утро, коллега. – Лучезарно улыбаясь, новый соведущий поприветствовал меня из своей машины на повороте. Вырядился, блин…. Футболочка белая, пиджачок, очки напялил. Че, популярность слепит?

– Привет. – Пробормотала сквозь зубы, первой устремляясь на парковку рядом со зданием студии.

Несмотря на то, что к парковочным местам я добралась действительно первая, Сева уже как несколько минут наблюдал за тем, как я пытаюсь встать рядом с его уже припаркованным черным конем.

– Тебе, может, помочь? – Себе, блин, помоги. – Давай вылезай из своего драндулета.

Я стиснула зубы, но от помощи не отказалась. Лучше сейчас встану на горло своей гордости, чем потом буду оплачивать ремонт его машины. А она, в отличие от моей ласточки, стоит о-го-го!

Сева очень осторожно поставил автомобиль на стоянку так, чтобы мне потом было комфортно выехать, и походкой победителя пошел в здание. Ну ничего, я тебя еще сделаю!

Феи красоты уже ждали нас двоих, затаив дыхание. Если меня девчонки приводили в порядок каждое утро, то Сева для них был фруктом экзотическим. Хотя, судя по тому, как эти мухи на него слетелись, он был не фруктом, а… липкой лентой для мух, в общем.

Все внимание на площадке действительно переключилось с меня на моего нового соведущего. Над рыжими кудряшками колдовала только беременная Леночка, у которой был очень ревнивый муж. Остальные девчонки терлись рядом с Севой. Как будто этому пижону макияжа больше моего надо! Хотя, чтобы его лицо хоть чуть-чуть преобразить, и тонны косметики не хвати.

Но тут я, конечно, больше наговаривала на Севу. Мужчиной он был очень привлекательным. Всегда улыбался, демонстрируя свои ямочки, темные волосы симпатично зачесывал назад и отращивал брутальную щетину.

За этим кастинг-директором в свое время бегали все кандидатки на роль ведущей. Кроме меня. Я в то время встречалась с директором канала, который был еще до Архипа.

Возможно сейчас покажется, что ведущей я стала через постель, но это не так. Да, у меня действительно были отношения с Владимиром Карловичем, являющимся директором на момент начала моей работы. Но наши отношения начались задолго до моего трудоустройства.

С этим мужчиной, которому по моим меркам было чуть больше тридцати лет, я познакомилась в одном ресторанчике. Потом как-то закрутилось, завертелось, у нас начался роман.

Оказалось, что Владимиру на тот момент было сорок два года. Сей факт стал для меня большой неожиданностью, потому что выглядел мужчина очень молодо. Конечно, я слышала в свой адрес много всего нелестного, но…

Я любила его. Действительно любила человека, годившегося мне в отцы. Но никто в это не верил, да возможно и вы не поверите, но это правда.

И на канал я попала благодаря своим качествам, а не связям с директором. Объективно я веселая, артистичная, организованная. Но кого это волновало, когда каждый вечер с работы я уезжала вместе с директором канала?

В общем, наслушалась я в тот период много всего. Но терпела из-за великой, как мне казалось, любви, закрывала на все глаза. А вот Владимир не терпел. Нашел какую-то молоденькую девицу, готовую в постели на все и пытался протолкнуть ее на мое место.

Но к тому моменту я так полюбила свою работу и канал, что просто так уступать не собиралась. По своим связям нарыла компромат на эту дамочку, навела справки на личность своего благоверного и, не без помощи хороших людей, конечно, выставила этих двоих и с канала, и из своей жизни.

Вот как-то так и получилось…. Выходит, что один только Сева знает, что среди прочих претенденток я была действительно лучшей. Но и он частенько больно подкалывает меня давними связями с начальством.

– Ох, восходящая звезда уже на работе! – К Севе подошел Архип, бодрящийся чашкой кофе из автомата с утра. Я окинула директора ревностным взглядом, но говорить ничего не стала. – Клава, не дуйся. Ты наша горящая звезда! Просто пылающая на весь канал.

– Спасибо, Архип Аристархович. Мне приятно, что Вы меня цените. – Сдержано улыбнувшись, я поправила коротенькие косички и пошла в кадр. Нужно начитать текст еще раз, чтобы нигде не запнуться.

– Ну че, подруга по несчастью, рассказывай как тут дела делают. – Сева тут же приземлился на соседний стул. Высокий он, блин. Ну не стул, в смысле, а Сева. Хотя для меня все, кто хоть немного выше ста семидесяти сантиметров, уже гиганты.

– Может мне стул немного приподнять? – Спросила я у команды.

– А че, комплексуешь?

– Пытаюсь создать гармоничную картинку в кадре. Хотя даже не знаю, что мне нужно сделать, чтобы гармонировать с тобой…. – Стул мне все-таки подняли. Но ситуацию это вряд ли спасло. Потому что Сева до сих пор оставался в кадре.

Последние секунды до эфира я почему-то очень волновалась. Раньше такого не наблюдалось, потому что съемки для меня стали неотъемлемой частью жизни. Ох, нужно успокоиться.

– Три, два, один… Начали! – Раздалось откуда-то из-за аппаратуры.

– Доброе утро, дорогие телезрители. С вами программа «Семь ноль ноль». – Но… это же была моя реплика! Я чуть взглядом не испепелила сидящего рядом мужчину.

– Не беспокойтесь, ваше утро будет действительно добрым, потому что веду ее я, неизменная Клава Чиж. Сегодня, как я и обещала накануне, у нас перемены. И, если за окном перемены в лучшую сторону, то в нашей студии сгущаются тучи. Позвольте представить моего соведущего….

– Клава, не затрудняйся. Я сделаю это сам. – Отобрав у меня слово, сказал Сева. – С сегодняшнего дня ваше утро наполнится не только красками благодаря моей очаровательной улыбке, но и смыслом! Потому что теперь только лучшие новости, самые свежие анонсы и ничего лишнего. И все это со мной, с Всеволодом Рогожиным.