- -
- 100%
- +
Пролог
– Я бы так хотел сделать тебя счастливой, – прошептал мужчина мне на ухо.
– Я и так сейчас очень счастлива. Разве ты нет?
– Я счастлив так, как никогда не был счастлив. Хочу ощущать это сегодня, завтра, через пять лет – всегда!
Прохладный ветер с воды откинул прядь волос с моего лица. По привычке я заправила непослушный локон за ухо и улыбнулась от собственных ощущений.
Был глубокий вечер, точнее говоря, ранняя ночь. Мы вдвоем сидели на берегу пруда и говорили о сущей ерунде, но и впрямь ощущали себя самыми счастливыми на всем свете.
Разве можно быть счастливой рядом с человеком, которого знаешь всего сутки? Оказывается, можно.
– Никто не знает, что будет с нами завтра, да даже через час. Нет смысла загадывать на целую жизнь вперед, – философски изрекла я.
– А я загадаю, и ты меня не остановишь. Смотри, звезда падает! – я подняла взгляд на небосвод, где и впрямь пролетало малюсенькое небесное тело, оставляя за собой бело-пыльный хвост. – Теперь точно сбудется.
– Зачем тебе это? Мы ведь не знакомы даже.
– Я знаю то, что мне нужно. Я влюблен. И обещаю, что сделаю тебя счастливой, чего бы мне это ни стоило.
– Не обманешь?
– Не обману, – мужчина качнул головой и прижался к моим губам с нежным чувственным поцелуем.
И могли ли мы предположить, что через сутки станем мужем и женой, а еще через месяц получим бумагу о разводе? Вряд ли… Мы не могли предвидеть и то, при каких обстоятельствах встретимся спустя многие годы, и что нас по-прежнему прочной связью будет держать рядом друг с другом эта волшебная ночь.
Глава 1
– Ангел мой, это никуда не годится, – сказал редактор и, сняв очки в красной оправе, отложил мои статьи. Выкинул в мусорку, по правде говоря. – Где скандалы? Где сенсации? Кому интересно читать про модные тренды будущего сезона?
– Девушкам, – несмело ответила я.
– Как ты себе это представляешь? Едет она после работы в переполненном автобусе, читает статью в нашем журнале о том, какое пальто лучше выбрать на осень, и вечер её становится лучше? Нет!
Константин Константинович подпрыгнул со своего места и на коротких ножках посеменил к окну, как будто собирался извлечь сенсацию прямо оттуда. Хотя с этого сбудется… Он из объявления про городскую ярмарку раздул скандал с заголовком «Незаконная торговля. Кто уворачивается от уплаты налогов?».
– Нашим читателям хочется увидеть что-то яркое, броское, скандальное! Чем можно поделиться с подругами, обсудить с мамой за чашкой чая. А твои пальто? Это разве обсудишь?
– А о чем мне еще писать? Все мероприятия вы отдаете молоденьким журналисткам, которые еще вчера за зачет преподавателям в универе глазки строили! – саркастично подметила я, намекая на недвусмысленные связи редактора с его подчиненными.
– Если бы кто-то был менее принципиальным, тоже писал бы о концертах звезд мировой величины, а не делал обзоры на ивановский трикотаж.
– Я журналист, а не подстилка. И еще докажу всем, что можно быть акулой пера, не ложась в кровать к старым влиятельным дяденькам!
Схватив со стола стопку статей, которые не успели попасть под раздачу, я походкой победительницы пошла из кабинета. Но от победительницы в этой битве у меня, увы, была только походка…
– Ангел мой, тебя держат здесь только из-за твоего статуса. Лучшим журналистом ты стала три года назад, с того времени утекло много воды. Даю тебе срок в три месяца. Если не увижу сенсаций, мы с тобой попрощаемся.
– От меня, как и от Вашего лишнего веса, избавиться нелегко! – кинула я вдогонку и громко хлопнула дверью. – Старый самодур.
Константин Константинович был мерзким скользким типом, идущим по жизни с девизом «Цель оправдывает средства». Ради успеха и популярности он не пренебрегал грязными методами, сплетнями и слухами.
О его таланте раздувать из мухи слона были наслышаны все, в том числе и его подчиненные, которые непременно перенимали манеру подачи информации.
Во всем немалочисленном издательстве только я отказывалась нагло врать о знаменитостях, придумывать скандалы и плести несуществующие интриги. Я была настоящим журналистом, а не второсортной писакой, готовой на все ради рейтингов.
И во мне ценили именно это!
Пять лет назад я была лучшей из лучших. Мне вручали премии, за мои статьи предлагали огромные деньги, именно мне давали возможность взять интервью у звезд мировой величины.
В узких кругах я сама была своего рода звездой.
Но потом что-то изменилось. В наш бизнес пришли молодые девчонки, готовые на многое, очень многое ради удостоверения журналиста.
Желтая пресса, которую раньше стелили котам в лотки, вдруг вышла на первые полосы. С активным внедрением в нашу жизнь социальных сетей скандалы стали раздувать прямо в комментариях под фотографиями!
Журналисты только и успевали натравлять друг на друга знаменитостей, чтобы собирать материал как грибы после дождя.
Мне же было это чуждо. Я по-прежнему ждала фееричных интервью со звездами, обзоров масштабных мероприятий, чего-то действительно важного и значимого.
Но этого так и не случилось.
Издание, которому я отдала всю свою журналистскую карьеру, из первоклассного глянца превратилось в обычную рядовую газетенку, которую печатают на серых тоненьких листочках.
– И что планируешь делать? – спросила у меня Оксанка, когда поздним вечером мы с ней пили чай с диетическими хлебцами.
– Не стану изменять себе. Если нужна сенсация, она будет. Я ее найду, а не придумаю.
– И где ты собралась её искать? Между обзором городских рынков и интервью главы районного ДК?
– Я же журналист, натура творческая. Есть у меня одна идея, – я подмигнула подруге и в честь такого события достала из шкафа коробку зефира.
– Не нравится мне это все, Геля. Может лучше к нам на кафедру?
– Ни за какие пряники, – сказала я и, чмокнув свою соседку по квартире в макушку, выбежала из кухни.
Ранним субботним утром на своем стареньком ниссане я выехала со двора дома. Как то и полагается женской машине, иномарка была забита до отказа.
В багажнике лежали два чемодана с вещами на первое время, на заднем сидении валялась форма горничной, найденная в ближайшем к дому магазину униформы, а рядом со мной стояла большая плетеная сумка с документами.
Путь мне предстоял неблизкий.
Наша с Оксаной съемная квартира находилась далеко от центра Москвы. По пробкам было быстрее долететь из Москвы в Екатеринбург, чем добраться от нашей квартиры до Красной площади.
А сегодня ехать и вовсе нужно было в область. Меня ждали в элитном поселке Подмосковья на собеседование. На роль горничной.
И нет, я не решила кардинально сменить профессию после творческого кризиса. Работа горничной была частью моего коварного плана по поиску сенсаций.
Я хотела внедриться в элитные круги, под прикрытием стать свидетелем светских встреч, разговоров. Уверена, что жизнь богачей даст мне много материала для интересных статей.
Ну и что, что для этого придется мыть туалеты и полировать пол? Я же журналист! Нас и не к такому готовили.
На трассах Подмосковья было пустынно. Видимо утром выходного дня богачи еще спят. А если редкие машины и встречались, то это были автомобили высшего класса, за рулем которых непременно сидели водители в идеальных классических костюмах.
Я на своей иномарке смотрелась, как минимум, нелепо. Но что с меня взять? Я же всего лишь горничная!
На подъезде к поселку машин становилось больше. Да и что-то менялось в виде из окна.
Как будто трава здесь была зеленее, и деревья сидели ровнее, и даже птицы как на подбор: упитанные, пернатые. Не то что ощипанные голуби в спальных районах Москвы…
– Доброе утро! – я притормозила у обочины, вдоль которой бежал мужчина в спортивной майке и штанах.
На мгновение я даже представила, как буду здесь жить и работать и каждое утро наблюдать за миллионерами, выходящими на пробежку.
Впрочем, наверняка не все миллионеры подтянутые красавцы. Большинство из них пузатые старички со стаканом коньяка в руках и повышенным уровнем холестерина в крови.
– Не подскажете, как проехать к улице Солнечной?
Мужчина вынул беспроводной наушник из уха, окинул меня и мою машину каким-то странным взглядом, после чего указал вперед.
– На третьем перекрестке направо.
– Большое спасибо! – крикнула я спортивному красавцу в закрывающееся окно и нажала на педаль газа.
На подъезде к поселку я еще не до конца понимала, куда попала. Но теперь, оказавшись у первых домов, осознала уровень этого места.
Элитный поселок был похож на фешенебельный пригород, который любят показывать в американских сериалах.
Дороги здесь идеально ровные, даже будто бы чистые! Из-под колес машин не вылетает ни пылинки. Кажется, я начинаю понимать, почему богачи не снимают дома обувь…
Весь поселок утопает в зелени: территория каждого участка покрыта идеально ровным газоном, повсюду сидят декоративные елки, цветут цветы в больших каменных клумбах.
Будто бы не обычная улица, а настоящая оранжерея!
Каждый дом обнесен низеньким заборчиком и освещен красивыми коваными фонарями в едином стиле.
Окружен поселок вековым лесом, который защищает местных жителей от всего внешнего мира.
Это буквально оазис красоты в полукилометре от шумной серой Москвы!
– Какой же дом из всех этих мне нужен? – спросила я у самой себя, медленно объезжая улицу уже на второй раз.
В объявлении было сказано двухэтажных коттедж с коричневым фасадом и черепичной крышей цвета молочного шоколада.
Но абсолютно все дома на этой улице были такие! Красивые, ухоженные, будто бы пряничные. Как будто одинаковые, но совершенно разные в своем очаровании.
– Солнечная двенадцать, – прочитала я в заметках после третьего объезда улицы и наконец-то припарковалась у дома с площадкой, вымощенной серой плиткой.
Это здание отличалось от других тем, что в него было два входа. Оба обрамленные выступающими козырьками и искусственными декоративными колоннами.
Дом был не слишком-то большой, двухэтажный, на шесть окон. С ухоженной придомовой территорией, четырьмя небольшими елочками и декоративной композицией из камней вокруг невысокого фонтана.
– Ну точно как в каком-нибудь сериале, – сказала я, стараясь не выдавать своего искреннего восторга.
Наверное, стоит рассказать, как я оказалась в этом поселке.
Когда пришло осознание, что мне нужна сенсация, при том срочно, идеи полезли в голову сами собой. Я решила внедряться в элитные круги, заводить полезные знакомства, подмечать то, что скрыто от посторонних глаз.
Но поскольку быть элитной проституткой не очень-то хотелось, а в любовницы никто из списка Форбс меня не пригласил, пришлось становиться горничной.
К моему счастью, в этом коттеджном поселке одна дама искала себе прислугу.
За вечер мы с Оксаной придумали мне резюме и написали липовые рекомендации с предыдущих мест работы. К утру портфолио было готово, форма горничной лежала на заднем сидении, а вещи для переезда ждали своего звездного часа в багажнике.
Вообще, никто не обещал мне этой должности и уж тем более в объявлении не говорилось о проживании в доме работодателя.
Но я была не из робкого десятка и точно знала, чего хочу. А если я чего-то хочу, этому непременно быть!
Но чтобы не шокировать дамочку, чемоданы решила пока оставить в багажнике…
Поправив скромное черное платье у входа в дом, я нажала на кнопку звонка.
Дверь мне открыли моментально, будто поджидали у двери. Но не успела я переступить порог, как хозяйка дома куда-то умчалась.
– Эм… Доброе утро! Я Ангелина, пришла на собеседование на должность Вашей горничной.
– Проходи на кухню и сделай мне кофе с коньяком, – донеслось откуда-то со второго этажа.
– Это что-то вроде «ты принята, приступай к своим обязанностям»?
Перечить я не стала. Оставила сумку с документами на полочке у входа и пошла делать хозяйке кофе.
Внутри дом, к моему удивлению, не походил на вестибюль Большого театра.
Ни тебе лепнины на стенах, ни свисающей с потолка стокилограммовой люстры, даже полотен в багетных рамах не наблюдалось.
Все было минималистично, стильно, без излишеств. Особенно я оценила, что интерьер выполнен в светлых тонах. Это будто бы визуально увеличивало площадь отнюдь не большого дома.
А вот на кухне места было много. За длинным столом одновременно можно разместить человек пятнадцать, а готовить тут сразу могут и вовсе три профессиональных повара.
Не став задерживаться без необходимости, я сделала кофе и добавила в него побольше коньяка.
– Ваш кофе готов! Мне принести его наверх?
– В этом нет необходимости, – сказала женщина, спускаясь с лестницы. – Я уже иду.
Точно императрица, спускающаяся по главной лестнице Екатерининского двора, хозяйка дома появилась на первом этаже.
Это была женщина лет шестидесяти, которая выглядит максимум на тридцать пять. Боюсь предположить, сколько раз в неделю она посещает косметолога, чтобы иметь такую гладкую кожу! Да у меня морщин больше…
Облачена она была в длинный шелковый халат, тянущийся за ней шлейфом, с меховым обрамлением рукавов.
– Здравствуйте. Ваш кофе, – я мило улыбнулась и протянула женщине чайную пару. Но она лишь жестом указала мне на гостиную.
Видимо, я должна была подать кофе там.
– Можешь называть меня Ольгой Генриховной, – наконец-то представилась дама, делая первый глоток кофе. – Да, без этой чашечки мое утро не могло быть добрым. Напомни, кто ты?
– Ангелина, – спешно представилась я. – Пришла к Вам устраиваться горничной.
– Где до этого работала, Ангелина?
– Три года я была директором ночного клуба в центре Москвы, – без тени стеснения я начинала озвучивать то, что мы с Оксаной вчера так старательно придумывали. – После его закрытия начала работать на знаменитостей. Год была экономкой у одного известного композитора, а три года работала горничной у Седаковой.
– У Анечки? – я кивнула. – Да, она к себе плохих не берет…
– Мы не были знакомы с ей лично, – поспешила оправдаться я, чтобы обман не раскрылся. – Персонал набирал ее менеджер. Но я работала без нареканий, есть рекомендации!
– Оставь при себе. Ты принята. Считай, что твоим испытанием будет поход в магазин и покупка микрозелени мне на завтрак.
– А..
– Все остальное после!
Не став перечить, я схватила сумку и выбежала из дома.
Как я была счастлива! Не описать словами. Я была уверена, что из моей затеи не выйдет ничего хорошего.
А меня взяли! Просто так взяли без испытательного срока и отборочных испытаний. Да это именно то, что мне было нужно!
Осталось задержаться в этом доме на три месяца и уговорить хозяйку поселить меня рядом с ней. Потому что идея добираться каждый день по два часа до работы меня ничуть не радовала.
Идя по улице, я светилась, наверное, не тусклее летнего солнца. Эмоции переполняли, и хотелось приплясывать от радости.
Вот только…
А в какую сторону я собиралась приплясывать? Я же ни одного магазина в округе не видела.
– Девушка, Вы не подскажете, где здесь ближайший магазин? – спросила я у идущей через дорогу молодой девчонки в форме горничной.
Та приветливо мне улыбнулась и перебежала дорогу, не взирая на отсутствие знака пешеходного перехода.
На вид ей было не больше двадцати. Молодая, красивая, с черными как смоль волосами и длинными ресницами. Интересно, почему такая работает горничной?
– Ты тут новенькая? – будто считав, спросила она.
– Да. Меня несколько минут назад приняли на работу и отправили в магазин, а я даже не представляю, где он.
– Идем вместе, я тоже за покупками, – вот так вот просто новая знакомая поманила меня за собой, пообещав показать дорогу и дать пару советов. – Меня, кстати, Ксюша зовут.
– Очень приятно, я Ангелина. Ты давно тут работаешь?
– Второй год на семью Строгановых. Нас там четверо. Потом познакомлю тебя с девчонками.
Я подумала, что лучше бы она познакомила меня со своими работодателями, но об этом тактично умолчала. Решила просто кивнуть на её предложение.
Ксюша оказалась болтушкой. По пути до магазина она рассказала мне столько всего о поселке и его жителях! В какой-то момент показалось, что, если дать Ксюше блокнот и ручку, из-под ее руки может выйти парочка-другая сенсаций.
– Поселок небольшой, всего сорок шесть домов. Местные знают друг друга в лицо, часто собираются на ужины и светские рауты. А у нас своя тусовка. Горничные все хорошие, мы друг друга поддерживаем. Только с поварами не ладим, они тут до жути заносчивые и самоуверенные!
– А вы все живете тут или ездите каждый день?
– Кто как. Я, например, работаю и живу всю неделю в поселке, а на два выходных уезжаю в город. Некоторые богачи против, чтобы прислуга жила с ними под одной крышей. Самодуры!
От Ксюши я узнала много. Очень много. Уверена, что она еще поможет мне найти важную и интересную информацию. С ней непременно нужно подружиться.
Не только из корыстных целей, конечно. Она вообще показалась мне очень милой и дружелюбной девушкой. Будет с кем коротать свободное время.
Магазин, к которому мы, собственно, и шли, находился в конце улицы. Это был элитный супермаркет с продуктами премиум-класса и свежими овощами, выращенными на ближайших хозяйствах.
– Не покупай тут продукты за свои деньги, – шепнула Ксюша, не глядя скидывая продукты с полок в корзину. – Ценник жуткий! Богачам все равно, а нам приходится экономить. Мы с девочками обычно ездим в соседний поселок на рынок за продуктами раз в несколько дней.
От цен я, конечно, тоже была в легком шоке. Оказывается, если написать на упаковке «экологично», то продукт сразу начинает стоить в три раза дороже.
За малюсенькую упаковку микрозелени я отдала столько, что можно было купить целую грядку зелени!
– Ты на кого, кстати, работаешь?
– Она представилась Ольгой, – сказала я, пожимая плечами. – Мы толком не познакомились. Думаю, что сейчас представится.
– Ну хорошо. Ты забегай в гости, как будет время! Изумрудная шестой дом. Наш садовник обычно находится в радиусе видимости, скажешь ему, он пропустит. Садовника, кстати, не трогай! Он мой. Будет моим.
– Хорошо, – с улыбкой произнесла я. – Как расположусь, обязательно загляну.
На перекрестке мы с Ксюшей расстались, и я пошла в сторону дома, где был припаркован мой ниссан.
К моему возвращению Ольга Генриховна уже сидела на кухне в ожидании завтрака. Хозяйка даже не закрыла дверь в дом. Хотя кому придет в голову сюда забираться посередь бела дня?
– Я купила зелень. Что сделать на завтрак?
– Налей мне стакан воды с лимоном, – небрежно бросила женщина. – Нам стоит обсудить твои обязанности.
– Конечно, конечно. Я готова, – по глупости я села за один стол с женщиной, на что одна недвусмысленно покачала головой.
Я тут же исправилась и отошла в сторону. Ох уж эти богачи…
– В доме должно быть чисто, никаких посторонних запахов и тем более повышенной влажности! Мои вещи из шелка ее не терпят. Мытье полов, окон, протирание пыли, стрижка газона… Так, что еще?
– Газон? Разве у вас нет садовника? Я думала, что в мои обязанности входит только убирать дом…
– Дорогуша, за те деньги, что я плачу, ты должна еще плитку во дворе зубной щеткой чистить!
Чтобы сдержаться от рвущейся наружу колкости и глубоко вздохнула и выдавила вымученную улыбку.
Это все за зарплату и ради твоей карьеры журналиста, Ангелина!
– И вообще, ты будешь жить здесь одна. Вряд ли перенапряжешься, если подстрижешь газон раз в неделю! Впрочем, у всех соседей есть садовники… Неужели я беднее их? Так и быть, буду присылать тебе деньги на стрижку газона, – сжалилась женщина.
– Простите, Вы сказали, что я буду жить здесь одна?
– Ну да. Я разве не говорила? – я отрицательно помотала головой. – Мой дом давно в Европе. После того как я отсудила у бывшего мужа шале… В Подмосковье я появляюсь пару раз в год, чтобы встретиться со старыми знакомыми. Надоело останавливаться черт знает где, вот я и купила недвижимость.
Все звучало дико. И сказочно. Я не могла осознать услышанное и просто глупо пялилась на женщину, которая как ни в чем не бывало жевала зелень и запивала ее проточной водой.
Выходит, что мне будут платить за проживание в шикарном доме в элитном поселке? Никакого контроля со стороны хозяйки, убирайся, когда хочешь или вообще не убирайся! Да это же мечта.
– Вы купили дом недавно? – решила уточнить я.
– Нет, уже как пару лет. Здесь шел ремонт, я впервые появилась в доме позавчера. Встретилась с друзьями, и завтра я улетаю в Швейцарию. Нужно сказать, жду не дождусь. В этом Подмосковье все так скудно и бедно… Как вы здесь живете?
На риторический вопрос я ответить не успела, хоть и подумывала сказать пару колкостей о прелестях жизнь в Подмосковье. Особенно в Химках или в Бутово…
Женщина, разделавшись с упаковкой зелени, встала из-за стола и грациозно последовала в гостиную, оставляя за собой шлейф приятного парфюма и шелест складок шелкового халата.
Решив, что кухню уберу позже, я последовала за хозяйкой.
– У Вас, должно быть, приличное состояние, раз Вы можете позволить себе такую очаровательную дачу за городом. Вы работали моделью, да?
– Скажешь тоже, – Ольга Генриховна, как то и полагается любой женщине за шестьдесят после лестного комплимента, смутилась и кокетливо улыбнулась. – Когда мне было двадцать, я участвовала в паре съемок. Но это было давно. Кхм, чуть больше десяти лет назад.
– А я всерьез думала, что модные дома борются за право предложить Вам быть лицом их бренда.
– Ох, милая, нам ли с тобой не знать, как в тридцать с небольшим лет трудно конкурировать с молодыми вертихвостками.
Ради собственной выгоды я согласно кивнула, но мысленно высказала этой женщине все, что думаю о ее «в тридцать с небольшим» о моих двадцати семи и ее шестидесяти годах.
– Я писательница, публикую женские романы, эротическую прозу. Между прочим, мои книги являются бестселлерами. Но, увы, делать это приходится практически анонимно, не раскрывая своей личности. Бывший муж, кажется, четвертый по счету, грозился пресечь на корню все мои начинания. Не хочется давать ему поводов это сделать.
– А я тоже мечтала стать писательницей! – в какой-то момент мне показалось, что разговор стал откровенным, и я даже присела на диванчик рядом с хозяйкой дома. – Даже образование журналиста получила.
– Судя по твоей профессии, мыть унитазы у тебя выходит лучше, чем писать тексты. Так что потрудись расписаться в договоре.
Небрежным жестом женщина подала мне бумаги, уже подписанные ею.
Я не подала виду, что оскорбилась. А увидев количество нулей в сумме своей зарплаты, и вовсе подумала, что за такие деньги оскорблять меня она имеет право.
И чего я только надрываюсь в поисках сенсаций? Да можно получать в три раза больше, просто прибирая дорогущий дом.
Пробежавшись по тексту договора, я черканула свою подпись и была довольна тем, что добровольно согласилась полгода жить в этом дивном доме и мыть туалеты пару раз в неделю.
– Мой самолет завтра в девять. Позаботься о такси бизнес-класса.
– Конечно. Будут еще какие-то пожелания?
– В гардеробной я приготовила вещи, которые заберу с собой. Погладь их и сложи в чемодан. И не беспокой меня сегодня, нужно отдохнуть после бурной ночи.
Женщина взяла из бара бутылку виски и медленно удалилась наверх. Я только проводила ее недоумевающим взглядом и, опомнившись, отправилась искать гардеробную в этом доме.