К чёрту твои правила

Десерт, я закатила глаза, рассуждая про себя. Смотря, какой десерт. От его поцелуя я бы не отказалась. Признаться, он сводит меня с ума. Сидит тут, передо мной, в одних пляжных шортах, с растрепанной шевелюрой, и горой мускулов. Вроде, он и не качок, но смотреть на него приятно. Особенно, на руки. На мощные бицепсы, что бугрятся под кожей…

И, кажется, я сижу и пялюсь на него, чуть ли не слюну пуская. Господи, да что со мной? Мне нужен этот мужчина… И ещё ответ на вопрос, почему он до сих пор не поцеловал меня? Говорит о втором и третьем свидании, а сам… Может, он хочет, чтобы я сама? Первая? Ладно. Попробуем… Хотя, милостивый боженька, знать бы, как это делается…

– А что у нас на десерт?

Я поерзала на месте, садясь на пятки, и медленно, как мне казалось, весьма соблазнительно, вытаскивала ложку изо рта. Но Стивен громко рассмеялся:

– Мороженое. Думаю, оно поможет охладиться…

Да пошел он! Думаете, я обиделась? О, на все сто! Кем себя возомнил этот сероглазый полубог? Если я ему не нравлюсь или неинтересна, то, тогда к чему всё это? Но и показывать, как меня задело вот такое его поведение, я тоже не собиралась. Спокойно закрыла контейнер и отставила его подальше.

– Спасибо, но… я не люблю мороженое. Так что, – я показала подбородком на салат. – Могу не доедать. Ты наелся?

Заставляет есть меня, а сам, практически, ни к чему и не притронулся. Странный и опасный мужчина. Однозначно.

– Нет. – Стив смотрел на меня таким взглядом, от которого по моему телу разливался жар. И костер разводить не надо: жертва готова. Но эти искорки смеха в его глазах! Как их стереть? – И ты не наелась. И я не думал, что ты откажешься от десерта.

Я бы и не отказалась. Честно говоря, обожаю мороженое! Ванильное. И шоколадное. Да, собственно, любое. Но, двусмысленность его слов начинала меня бесить. Наелся он или нет, его трудности!

Я взяла корзину для пикника и стала убирать в неё остатки еды.

– Фрукты и вино можно оставить.

Стив тряхнул головой, словно избавлялся от какого-то видения и возвращался в реальность. Должна заметить, что его привычка, трясти головой всякий раз, когда он над чем-то задумывается, начинала забавлять.

– Хорошо, оставлю.

Я, стоя на четвереньках и опираясь на колени и одну руку, тянулась за дальним контейнером, в котором были рулетики из ветчины и сыра.

– Попробуй, тебе понравится.

Голос Стива был глубоким и хриплым. Странно. Лагуна была защищена от ветра; да и солнце, хоть и грозилось коснуться линии горизонта, ещё грело. А он, замёрз? Так, надо отвлечься, иначе, я могу, чего доброго, предложить согреть его, а он, судя по всему, в этом не заинтересован. Никогда не испытывала потребность заедать свои проблемы, но… но один рулет, пожалуй, попробовать стоит.

Я пожала плечами, взяла одну трубочку и с удовольствием надкусала. Божественно! Впрочем, как и все блюда у этого повара.

– Вкусно, – я слизывала соус с кончиков пальцев.

– Ещё вина?

И что он смотрит на меня так? Никогда мне не понять этого мужчину. То смеется и предлагает охладиться мороженым, то этот его голодный взгляд, как будто он хочет… А чего, собственно, он хочет?

– Пожалуй…

Я протянула бокал, удивляясь тому, что теперь и мой голос осип. Видимо, это заразно. И лучше не смотреть на него вообще. Я взяла протянутое мне вино и села на полотенце, лицом к океану и спиной к нему. Подтянула колени к груди и обхватила их свободной рукой.

Между нами висела тишина. Не знаю, специально ли Стив молчал, испытывая моё терпение? Но я не могла находиться в такой напряженной атмосфере. Она давила на меня.

– Я люблю смотреть на океан. Он пугает и успокаивает одновременно.

Я заговорила первая, тихо, не уверенная даже в том, обращаюсь ли к нему или говорю так, для себя. Мне надо было отвлечься. Просто говорить, не важно, о чём.

– У тебя часто это получается?

К чему он спросил? Для себя я решила, что не позволю ему узнать о себе больше, чем это необходимо. Если ему так интересно знать, как я провожу свое свободное время, или сколько работаю, то прямого ответа он не получит.

– Нет, только в выходные. И то, не всегда.

– Ты живёшь рядом с океаном?

– Мои родители. А мы, точнее, я, немного севернее, в соседнем городе.

– Понятно. – Он еле уловимо вздохнул. – Это Тихий океан?

Я открыла рот, чтобы ответить, но тут же прикусила язык: этот проныра пытается узнать, где я живу? Но ничего ответить я так и не успела. Сначала я услышала его дыхание на своем плече, а потом ощутила поцелуй. Не один. Много. Мелкие, словно капли дождя, и легкие, как дуновение океанского бриза, они заставляли мою кожу плавиться в том месте, где губы Стива оставляли свой след. Одна его рука невесомо касалась моего правого плеча, а вторая потянулась за бокалом, что я сжимала дрожащими пальчиками, и забрала его.

Вот оно. Чистое блаженство, что огненной лавинной разливается по всему моему телу. Эти ласки, эти поцелуи, эти поглаживания. Касания… я уплывала в заоблачную даль, закрыв глаза и издавая слабый стон.

– Ох, детка, неужели ты не видишь того, что делаешь со мной? – ладонь Стива легла на мой голый живот, под тканью футболки, обжигая своим прикосновением. – Я схожу с ума. Со мной такого ещё никогда не было. Никогда и ни с кем.

Какое-то неуловимое мгновение, и я уже лежала на спине, на большом полотенце, широко распахнув глаза и схватившись за плечо Стива. Его взгляд поразил меня: тёмный, загадочный, влекущий… Обещающий так много, и пугающий одновременно.

– Стив…

Я сбивчиво произнесла его имя и сама потянулась к его губам, разрывая наш зрительный контакт, и позволяя нашим телам говорить за нас.

– Элла…

Это все, что я услышала перед тем, как губы Стива завладели моими губами. Этот поцелуй не был медленным. Он поглощал меня, изучал, исследовал; проникал в сознание. Он владел мной. И в этот момент я ничего против не имела. Я стонала; я извивалась в его руках, горя от желания. Я не хотела и не могла ждать. Не знаю, что такого было в этом мужчине, но только одним поцелуем он заставил почувствовать саму себя маленькой, хрупкой и желанной; сумел пробить брешь в моей броне и захотеть отдаться ему полностью.

Стив навис надо мной, раздвигая коленом ноги. Сквозь хлопковую ткань шорт, что были на нем, я чувствовала его эрекцию, которая с такой настойчивостью упиралась во внутреннюю сторону моего бёдра. Пальцы его правой руки запутались в волосах у меня на затылке, а левой – стискивали и мяли задницу, проникнув за ткань бикини.

Это было горячо, очень. Настолько, что я плавилась. Хотела большего и была готова к этому. Мои бёдра приподнялись навстречу его силе. Я так хотела ощутить его внутри себя, всего. Моё тело дрожало и просто молило об этом. Но…

Но Стив отстранился, опираясь на вытянутую руку. Я открыла глаза, желая понять, в чём дело, и увидела, как тяжело он дышал, опустив веки.

– Стив, да… я…

– Элла, нет!

На меня как будто вылили ушат холодной воды. Вся страсть, все чувства пропали, кроме одного – унижения. Я уперлась ладонями в сильную грудь Стива только с одним намерением – оттолкнуть! Встать и высказать ему всё, что я о нём думаю.

Но Стив открыл глаза, гипнотизируя меня своим взглядом, и строго сказал:

– Нет. Ты всё не так поняла. Я хочу тебя, очень. Хочу так, что едва сдерживаюсь.

– Ну, так, в чём дело?

– Дело в том, котёнок, что это неправильно. Убери свои коготки и выслушай меня.

Ага, как же! Убрать коготки и выслушать. Я фыркнула.

И я не котёнок! Не его зверушка! Я не позволю играть с собой!

Я, всё-таки, попыталась оттолкнуть его. Но, куда там! Гора мышц… Чем он занимался там, в своей командировке, столько месяцев? Тягал железо, от нечего делать?

– Пусти!

– Элла! – Его грозный взгляд прожигал меня насквозь.

– Не смей мной командовать! – я стукнула его по груди, но, кажется, нанесла больший вред себе, чем ему. – И не смей указывать, что мне делать! Я не твоя!..

– Женщина! – Его голос был похож на рык. – Ты можешь помолчать?!

В мгновение ока мои запястья оказались в его ладонях. Стив поднял мои руки над головой и прижал их к полотенцу так, что я шевельнуть ими не могла. Ой… Не скажу, что это не возбуждает, но… но это пугает меня.

– Это неправильно: взять тебя тут, на этом пляже. Это не, – мне показалось, что это слово далось ему с трудом. – Не романтично. И уверен, ты этого не хочешь.

– Откуда тебе знать?..

– Помолчи! – Он вздохнул, но я видела, как дрогнули в улыбке его губы. – Этот вечер, океан, свечи, вино – вот это романтика. Но, трахать тебя, словно дикарь, на жестком песке?.. Мне, здоровому мужику, больно от того, что песчинки впиваются в кожу, а что будет с тобой, когда я возьму тебя так, как хочу? Жестко и сильно. И не ойкай! Ты хотела правды, ты её получила.

Он перекатился на спину так, что теперь я лежала на нём. Прижал мою голову к своей груди, обнимая и даря уверенность, и пропускал сквозь пальцы мои волосы. В таком интимном молчании прошло несколько минут. Это помогло всё обдумать, но не успокоиться, а, скорее, задуматься над кучей возникших вопросов. А Стиву выровнять дыхание.

– Всё ещё обижаешься?

Господи! Ну, почему, он, каждый раз, смеётся надо мной? Я досадливо вздохнула:

– Немного. Хотя, нет… Я могу спросить?

Но вместо ответа я услышала усмешку. А потом:

– Смотри, первые звезды. – Я приподняла и повернула голову. Удивляясь, что совсем не заметила наступивших сумерек. – А это значит, что нам пора собираться, здесь темнеет рано и быстро.

Стив легко встал и потянул меня за собой. Быстро собрав остатки в корзину, он заставил меня не только одеться, но и тщательно проверить сумку, убеждаясь, что я ничего не забыла. Вытряхнул полотенце так, что на нём не осталось и песчинки, и протянул мне:

– Укутаешься в машине.

Что ж, пожалуй, он прав, спорить не буду. В его открытом военном джипе я замёрзну в два счёта.

Всю дорогу наверх он тянул меня за руку; усадил в машину, убеждаясь, я надежно защищена от ветра, только затем занял своё место и завел мотор.

Какое-то время мы ехали в полной тишине. Я украдкой наблюдала за Стивом и думала, что он не мог этого не заметить. В какой-то момент он перехватил мой взгляд, улыбнулся и накрыл мою ладонь, что сжимала край полотенца, своей рукой.

– Ты удивительная женщина. – Стив поглаживал мой мизинец подушечкой большого пальца. – Ты не устаешь поражать меня.

– И, чем?

– Ты поехала за десятки миль с человеком, которого знаешь всего несколько часов, в общей сложности.

Я горько усмехнулась, признавая его правоту:

– Это, скорее, безрассудство. И на меня, если честно, совсем не похоже.

– А если бы я оказался психом или маньяком?

Я пожала плечами:

– Говорю же, глупость. Чему тут удивляться?

– Ну, об этом не переживай, – Стив чуть сильнее сжал мою руку. – Над этим мы поработаем, над твоей глупостью. И всё же… Так почему ты поехала со мной?

– Не знаю, – я отвернулась, смотря в темноту ночи за поднятым стеклом. Что я теряю, сказав ему правду? Ничего. – Возможно, ты мне нравишься. Немного. И… я тебе доверяю.

– Доверяешь? – Он был искренне удивлен моим ответом, так, что даже на миг оторвал свой взгляд от узкой темной дороги, освещаемой только фарами его джипа. – Правда?

– Думаю, да.

– Это очень важно для меня, котёнок, твое доверие. Я буду это знать. И, обещаю, я тебя не подведу.

Я не знала, как реагировать на эти слова. Поэтому, просто молчала, наслаждаясь поездкой и обществом Стива. Вытащила руку из-под теплого полотенца, и обвила его плечо, прислоняясь к нему щекой. Плевать мне, что он думает, или не думает. Что думаю я. Мне хорошо с ним, вот так, даже, не зная его полностью. Настоящего. Я улыбнулась и прикрыла глаза.

Кажется, я задремала. И очнулась, понимая то, что мы уже никуда не едем. Не было слышно ни шума мотора; да и самого покачивания машины я не ощущала. Но и глаза открывать так не хотелось. Тем более, когда я чувствовала тепло большой ладони, что лежала на моей щеке. А когда его большой палец погладил мою нижнюю губу, я улыбнулась и легко поцеловала его.

– Спящая красавица, мы на месте.

Может ли случиться чудо, а? Вдруг, открыв глаза, я пойму, что он привез меня к себе домой, с одним единственным желанием «всё сделать правильно»? Стив легко и невесомо коснулся губами уголка моих губ. И в тоже время настойчивые мужские руки приподняли меня, обняв за талию и попу, и перетащили куда-то.

Я открыла глаза и встретилась с серым металлом невероятно красивых глаз. Протянула руку и погладила Стива по колючей щеке, а потом сама поцеловала его.

Все-таки, подумала я, скрывая улыбку, есть в нём что-то звериное и первобытное. Иначе, откуда тогда тот рык, что вырвался из его горла? Как объяснить ту силу, с которой он прижал меня к своему телу? Ту страсть, которую он вложил в этот поцелуй?

– Уже поздно, котёнок. – Стив прижался лбом к моему лбу, массируя рукой основание шеи. – Тебе надо отдохнуть. Послушай меня, завтра я заступаю на суточную вахту, я обещал приятелю подменить его. Но в субботу я приглашаю тебя на ужин. Будь готова к трём.

– Но, в три же не ужин. – Я не могла сдержать счастливой улыбки. – В три обед…

– Значит, у нас будет и то, и другое.

– Хорошо, – я не могла не пошутить. – Только, если на ужин будут гавайские блюда. Мне понравилось изучать колорит этих островов.

– Детка, не сомневайся, – Стив усмехнулся. – Более того, я познакомлю тебя с тем самым шеф-поваром. Он тебе понравится, я уверен.

– Нет, не хочу знакомиться с ним. – Я закрыла глаза и проводила кончиками пальцев по колючим щекам, наслаждаясь теми ощущениями, что дарили эти прикосновения. – Ты сказал, что он не принимает деньги в качестве оплаты. А я не готова…

– Котёнок, ты думаешь, что я позволю кому-то прикоснуться к тебе? Сладкая, я эгоист…

– Правда? – я не выдержала и оставила легкий поцелуй в уголке его губ.

– Правда. Итак, в три. Быть собранной и ждать меня здесь.

– Хорошо, только… – я вздохнула, расставаться с ним ужасно не хотелось. – Только не называй меня котёнком.

– И не подумаю. – Белозубая улыбка Стива отчетливо выделялась в темноте ночи.

– Ну, тогда я выпущу когти.

Кажется, его громкий смех привлек к себе внимание хозяина отеля и его жены, которые вышли на крыльцо.

– Буду ждать этого с нетерпением! Все, котёнок, иди!