- -
- 100%
- +
Пролог
В воздухе остро пахло чужой страстью. Запах сладковатый и пряный, он сразу забился в ноздри пришедшим, едва они вышли из слабо светящегося портала. Под Перводревом кто-то был. Какая-то очередная парочка, мечтающая о младенце, исчерпав все возможности, прибегла к последнему средству – соитию у корней священного дерева. Один из пришедших тяжело вздохнул. Каждый эльф знал, что его жизнь и благополучие неразрывно связаны с Перводревом. А Перводрево умирало. Уже пару лет, как не было новых ростков. Сегодня повелителю донесли, что на земле, у кореньев, нашли несколько опавших листьев. Магия иссякала. И стремительно. А сила магии напрямую влияла не только на силу и качество плетений. Но и на рождение новых эльфов. Именно потому они здесь. Чтобы проверить. Чтобы увидеть своими глазами. Убедиться. И принять меры.
Ночной тихий воздух постепенно наполнялся звуками хриплого рваного дыхания и стонами. Пара приближалась к кульминации. Пришедшие тихо переместились так, чтобы их точно никто не заметил. Не то, чтобы они опасались вспугнуть любовников. Просто не хотели, чтобы раньше времени пошли слухи. Паника и отчаяние, навеянные грустными новостями о магии, никому не были нужны.
Эльфийка, прижатая к стволу священного дерева, вскрикнула, выгнулась дугой в руках своего мужчины. Ее длинные, изящные ноги, жемчужно мерцающие в свете полной луны, с силой сжались вокруг его бедер. Следом за ней кульминации достиг и ее любовник. Хрипло застонал, прижал женщину всем телом к дереву, уткнулся лицом ей в шею. На несколько длинных томительных мгновений они замерли. Все затихло. Только рваное дыхание эльфа, казалось, шевелило листья на умирающем Перводреве.
Пришедшие терпеливо ждали. Парочка здесь долго не задержится. А потом можно будет спокойно изучить магический фон и состояние святыни.
И точно. Вскоре мужчина с коротким довольным смешком отстранился, бережно поддерживая свою любимую под бедра. Оправил на ней платье. Ласково погладил по щеке. Ноги девушку не держали. И она снова привалилась к дереву. Мужчина заботливо поддержал ее под локоток. До наблюдающих донесся его ласковый голос:
– Потерпи, Сати, сейчас будем дома.
Эльфийка ничего не ответила. Только слабо кивнула. А мужчина торопливо поправил свои штаны, бережно пряча в них свое главное оружие, а потом сжал в руке амулет, открывая переход. Мгновение, и эльф, подхватив свою пару, исчез в сияющей воронке перехода. На поляне под священным деревом воцарилась тишина.
Двое, прячущиеся в тени священного дерева, подождали для верности несколько минут. Все было тихо. Только жемчужный свет ночного светила умиротворенно лился со спящего неба. Словно дышала ночь.
Двое тихо приблизились к тому месту, где совсем недавно парочка любила друг друга. Один стал делать пассы руками, сплетая невидимые потоки в заклинания. Второй просто запрокинул голову, словно к чему-то прислушиваясь. Буквально через минуту они озадаченно переглянулись:
– Все еще хуже, чем я думал. У нас почти нет времени.
– Значит, жертва?
– Другого выхода нет. И как можно быстрее.
– Хорошо. Я сейчас же дам задание своим людям. К рождению новой луны подходящая девушка будет найдена. Но знаешь, после последнего жертвоприношения прошло совсем мало времени. Тебе не кажется, что события ускоряются?
– Мне не кажется. Я знаю это точно. Последний обряд проводил я. Всего тридцать лет назад. А предыдущее жертвоприношение было за пятьдесят лет до этого.
– Если так пойдет и дальше, то скоро нас уже и обряд не спасет.
В голосе говорившего прозвучала такая тоска, что его собеседник невольно передернул плечами.
– Я старательно гоню от себя мысль, что о преемнике мне, возможно, и не стоит беспокоиться. Что я так и так буду последним. И эльфы скоро совсем исчезнут из этого мира.
– Иногда я жалею, что мы враждуем с драконами. Они же как-то умудряются сохранять свою численность, хоть у них такая же проблема с рождаемостью, как и у нас. Если бы не эта вражда, возможно, опыт драконов нам был бы полезен.
– Скорее преисподняя замерзнет. И демоны попросят прибежища в Вечном лесу. – Голос говорившего был настолько ледяным, что казалось, даже Перводрево ежится от холода. – Уверен, в нашей проблеме виноваты именно драконы. Им известно, что происходит. Поэтому-то они и могут поддерживать свое нормальное существование. А мы вынуждены прибегнуть к проклятым знаниям. И все равно все ближе к краю. За которым ничего и никого нет.
– Скорее бы исполнилось пророчество. – Тоска в голосе говорившего полоснула острым лезвием по нервам.
– Ты в эту глупость веришь? Как там? «Когда трое добровольно наложат на себя узы и подарят священному древу нектар наслаждения, вновь взойдет на небосклоне звезда первородных. И не будет недостатка в магической энергии, пока трое будут беречь покой своих народов» Какая чушь! Идем. У нас много дел.
Говоривший сделал небрежный пас, и прямо перед ним развернулось тусклое зеркало портала. Его сопровождающий завистливо вздохнул. Ему не хватало сил, чтобы открывать переходы без помощи амулетов. Хоть он и числился вторым по силе в Вечном лесу. Еще немного, и магия окончательно отвернется от своих детей. Уже сейчас все больше и больше эльфов вынуждены были отказаться от любых видов магии, кроме стихии земли. Когда и родная стихия их покинет, эльфы просто исчезнут. Мужчина вздохнул, и торопливо шагнул в переход вслед за своим спутником.
Глава 1
– Так, девочки! Не спим! Время идет! За вас никто не создаст зелье для роста волос! – Зычный голос профессора Миранды ветерком пролетел над нашими головами. – Кто быстро справится, тому можно поэкспериментировать над заготовкой выпускного зелья!
Девчонки тотчас зашушукались. Предложение было более, чем щедрым. Конечно, нам всегда предоставлялись лаборатории для экспериментов. Но одно дело возится в пустой лаборатории, на своих ингредиентах, и на ощупь искать нужный результат. И совсем другое дело – лаборатория профессора Миранды. Профессор никогда не запрещала пользоваться академическими ингредиентами. У нее можно было даже выпросить редкий или дорогой компонент. Если грамотно подойти к вопросу просьбы. Но для меня, никогда не знавшей нужды, и всегда имеющей запас самых разнообразных составляющих, ценным было не это. Больше всего я ценила возможность посоветоваться с профессором. Иногда в наших с ней диалогах рождались совсем уж невероятные вещи. Так я изобрела состав для окрашивания волос в золотистый блонд, обсуждая с профессором возможность выведения пигментных пятен с кожи. Когда об этом узнала моя матушка, то тут же потянула меня регистрировать патент. И теперь деньги к нам текли рекой. Все хотели походить на изящных эльфиек. И неважно, что в твое платье, если зашить ворот и рукава, можно отсыпать зерна достаточно, чтобы крестьянской семье хватило хлеба на пол зимы. А карету, в которой ты собралась навестить дорогих подруг, тройка лошадей с места не сдвинет. Главное, волосы светлые и золотистые. И никто не догадается, что цвет тебе не родной. Если конечно, состав вовремя обновлять.
Я хищно прищурилась на свой котелок. Зелье для роста волос невозможно передержать или не доварить. Но не даром его изучают на последнем курсе, уже почти перед выпуском. Есть у этого простенького состава очень хитрый секрет – закрепляющий наговор. Юные ведьмочки, как правило, еще слишком нетерпеливы и порывисты для такого сложного наговора. Помню, как за полгода до поступления в академию я стащила у матушки ее поваренную книгу и решила что-то попробовать сварить. «Чем-то» оказалось именно зелье для роста волос. Вчитавшись в состав, я решила, что мне это на один зуб. Хотелось чего-то посложнее. Но все остальное было слишком для меня сложным. И я взялась за него. А чтобы хоть как-то разнообразить простоту состава, я добавила к прописанному в книге рецепту еще пару хитрых травок, с помощью которых окрашивали ткань в богатые багряно-золотистые оттенки. Подумаешь, волосы отрастут чуть-чуть другого оттенка. Главное, что отрастут!
Легко справляться даже с самой сложной задачей, если у тебя за плечом стоит кто-то более опытный и внимательный. До сих пор, чтобы я не варила, меня всегда страховали мама или бабушка. И у меня все всегда получалось просто на загляденье! Даже составы, сложнее бесового зелья для роста волос раза в три.
Поминутно воровато оглядываясь на окна лавки, где матушка и бабуля обхаживали очередного богатенького дуралея, я торопливо смешала все ингредиенты. Травки для окрашивания полагалось добавлять в самом конце, в определенной последовательности. Но я, решив, что раз ткани красить не буду, то и последовательность соблюдать не обязательно, кинула их вместе со всеми остальными ингредиентами.
В книге было написано, что зелье нужно медленно помешивать, не меняя направления. И все время варки шептать наговор. Чем дольше шепчешь, тем длиннее волосы отрастут и гуще будут. Читать нужно было размеренно, сосредоточенно, равномерно вкладывая силу. Первые десять минут я честно следила за голосом и потоком силы. А потом мысли как-то нечаянно соскользнули на будущее поступление в академию. Я представила, как приду домой на каникулы. Вся такая нарядная, в мантии лучшей ученицы академии. И вслед мне будут лететь восхищенные шепотки. А красавчик Ирэк, на которого заглядывалась вся наша улица, и с которым я втайне мечтала пройти инициацию, поклянется мне в вечной любви. Я так явно себе представила его склоненную передо мной голову с буйными русыми кудрями, что из груди невольно вырвался восхищенный вздох. А ложка, которой я помешивала зелье, выпала из ослабевшей руки и радостно нырнула в булькающее варево, щедро оросив багряными брызгами очаг позади нашего скромного домика, на котором собственно и варилось зелье. И едва не попав мне на руки.
Я хмуро осмотрела пламенеющие на выбеленном камне очага кляксы. Ну и как объяснить все это матушке? Мне вряд ли попало бы за эксперименты. Но вот за взятую без спросу поваренную книгу и за невнимательность могло влететь знатно. За невнимательность больше всего. Надо отчищать. Благо, что природа силой не обделила. И бытовых заклинаний я знала множество.
Спустя полчаса я уже не была так уверена в своих силах. Я перепробовала все, что знала, щедро вкладывая в плетения сырую магию. Но проклятые пятна, кажется, становились только ярче. Я негодовала. Как так? Я же даже заговор прервала на полуслове, не дочитав до конца! Вон и зелье не удалось. Волосы расти не стали. Я хихикнула, представив увитый кудрями уличный очаг. И тут меня позвала ба.
Оказалось, что богатенький дуралей еще не все монеты у нас потратил. Матушка и бабуля все еще его обихаживали. А тут пришли с постоялого двора, что в начале нашей улицы стоял. Им срочно нужно было средство для выведения крыс. Не иначе постоялый двор кто-то проклял – крысы табунами ходили даже днем, распугивая постояльцев.
Я уже давно помогала торговать в лавке. И получалось у меня это отменно. Иной раз лучше, чем у матушки. Вот и сейчас, мило улыбаясь, я продала дородной хозяйке постоялого двора помимо отличного порошка от крыс еще и зелье для улучшения крепости вина, и амулет на удачу. Впрочем, трактирщица и не сильно сопротивлялась, когда я настойчиво пихала ей изящную безделушку за пять золотых монет. Она на все была согласна. Лишь бы ее проблема благополучно разрешилась. Времени на клиентку я потратила мало. Но и этого хватило, чтобы случилась катастрофа.
Когда я вернулась к очагу, то схватилась за голову: забытое на огне зелье почти выкипело, заплевав алым белоснежный когда-то камень. Остатки варева злобно шипели на меня со дна огненно-красного котелка. А рядом стоял, заинтересованно принюхиваясь и потряхивая жидкой бороденкой, соседский козел.
Замахнувшись подвернувшейся под руку метлой на вредную животину, не единожды забиравшейся к нам во двор и с завидным постоянством объедавший бабулины клумбы с цветами, я сдернула загубленный котелок с огня. Ну и что теперь делать? Ба всегда считала, что очаги должны быть девственно белыми. Чтобы любой, даже самый привередливый клиент, видел: зелья готовятся в идеальной чистоте. А теперь от любимой бабулей белизны только кое-где крошечные пятнышки остались.
Сзади меня весьма неласково толкнули под попу. Да так, что я едва на ногах удержалась. Выругавшись, я обернулась: на меня пристально смотрели наглые козлиные глаза. Подлая животина, увидев, что я обернулась, тотчас же атаковала меня снова. А я метлу откинула в сторону! Пришлось отбиваться тем, что под руку попало. А попал котелок с остатками горячего зелья. Пострадали мы оба: я обожгла руку о не остывшую посудину, козел, получив порцию горячего варева на голову от злой меня, умчался домой, пронзительно вереща.
Кое-как прибрав следы катастрофы, я спряталась в своей комнате, печально размышляя о том, как буду оправдываться. А на утро меня разбудили громкие звуки нарастающего скандала. Ругались моя бабуля и матушка с той самой соседкой, хозяйкой подлого козла. Привлеченная шумом, я выглянула в окошко. И увидела самое потрясающее в мире зрелище: рядом с истерично орущей соседкой гордо потряхивал роскошной гривой кудрявых багряных волос тот самый козлище, из-за которого мне пришлось вчера торопливо залечивать ожог. Грива была настолько пышной, что жидкая козлиная бороденка и крутые острые рога почти скрылись в закатных переливах тугих локонов. И только желтые наглые глазенки гордо выглядывали из багряных кучерей. Мол, знай наших!
Я усмехнулась воспоминаниям и принялась за наговор. Тогда меня наказали знатно. И попало мне даже не за взятую без спросу поваренную книгу. А за то, что во время ответственного дела мысли гуляли не пойми где – снять действие зелья с соседского козла не смог никто. И вредная животина еще три года шокировала окружающих львиной гривой роскошного багряного оттенка. Пока однажды зимой не повстречался на пути соседского козла оголодавший волк.
Долго читать наговор я не собиралась. Все равно употреблять зелье внутрь не буду. Главное, чтобы работало. Завершив с наговором, я начала вводить закрепитель. Это была своя, особая изюминка нашей семьи, придуманная в свое время матушкой – зелья с нашим закрепителем обновлять нужно было гораздо реже. Потому и стоили они дороже. Но все равно это было выгоднее, чем каждые две седмицы заново подкрашивать те же волосы.
Закрепитель, простенькое заклинание с хитрым действием, был доведен у меня до автоматизма. И потому, творя плетение, я позволила своим мыслям снова ускользнуть в сторону. Уже который день подряд я вынашивала идею совершенно особого зелья для своей выпускной работы. И даже заготовку сделала. Была только одна закавыка.
Идея была навеяна подслушанным дома разговором. Красавчик Ирэк, о котором я в свое время мечтала, год назад выгодно женился на вдове с тремя детьми и постоялым двором в придачу. Это ей я в тот памятный день продавала амулет удачи. И она до сих пор благодарит меня за него, считая, что именно благодаря этому амулету она избавилась от старого и сварливого мужа и женила на себе Ирэка. Хотя молодость и не помогала Ирэку в исполнении супружеского долга. Я сама слышала, как дородная вдова призовых размеров жаловалась моей матушке, что при живом муже живет соломенной вдовой: Ирэк засыпал по вечерам, едва чмокнув ее в щечку.
Посмеявшись над несчастливой судьбой Ирэка, а сочувствовать ему у меня не получалось – знал ведь куда лезет, я задумалась. А что, если бы существовало такое зелье, выпив которое тот же Ирэк воспылал бы вечной страстью к своей вдове? Насколько бы легче и счастливее была бы их жизнь!
Конечно, такое зелье должно обладать не снимаемым эффектом. Иначе толку от него немного будет. Но даже простейшее приворотное зелье, действие которого заканчивалось через сутки, было запрещенным. А если еще и наносило вред, не важно кому или чему, то и вовсе можно было угодить на каторгу в лишающем силы ошейнике.
Поломав над этой проблемой голову, я пришла к выводу, что зелье должны пить оба из пары. И обязательно добровольно. Осознавая, что они делают и зачем. Вот тут-то и была проблема. Я никак не могла придумать, как же сделать так, чтобы зелье действовало только если будет выпитым добровольно. А если подольют, то никакого эффекта чтоб не было. Иначе меня просто казнят за такое изобретение. Я представила, что будет, если нашему молодому принцу кто-то, да даже и не враги из соседней Ории, а собственные подданные, подольют такое зелье с целью возвыситься. И содрогнулась. И кстати, нужно будет сделать еще так, чтобы зелье действовало только раз в жизни. То есть, привязать себя можно было только к одному человеку. Мдааа…. Задачка…
– Далли, ты о чем мечтаешь? Небось о Регноре? – Ехидный, полный яда голосок моей сокурсницы Толании, остановившейся со своим зельем прямо возле меня, вернул меня с небес на землю. – Так только помечтать тебе и осталось! Я не допущу, чтобы Регнор в твою сторону хотя бы посмотрел!
Толания, младшая дочь самого известного в нашем городе ювелира, единственная из родни родилась со слабым ведьминским даром. Зато с огромным запасом желчи и зависти. Папаша Толании сумел все-таки пропихнуть дочурку на обучении в академию. Но дар девушки был настолько слабым, что она вечно ходила в отстающих. Ей редко хватало силы выполнить академическое задание полностью.
Зато Толания всегда блистала в самых модных и дорогих нарядах. И сумела привлечь внимание Регнора – лучшего из студентов-боевиков. Ходил слухи, что Регнор – сын наместника короля в нашем городе. Но точно никто не знал.
Толания, задрав нос, отошла от нашего с Марикой стола. И подруга осуждающе покачала головой. А я ощутила раздражение. Вся академия была в курсе, что профессор Миранда настоятельно рекомендовала мне отложить инициацию до выпуска из академии. И что я до сих пор вынуждена носить ограничитель силы. Историю с тем, как в столовой вся еда превратилась в слабительное, когда Толания разозлила меня на первом курсе, помнят все. И до сих пор. Меня тогда чуть не отчислили. Будь мой потенциал хоть чуть-чуть послабее, я бы тут уже не стояла. Но при проверке выяснилось, что Пресветлая наградила меня ведьмовской силой такого уровня, что даже без инициации я могла легко стереть в порошок пол города. При этом даже не вспотев.
Академики переглянулись между собой. И решили, что меня слишком опасно выгонять. Неумеха с огромной силой хуже, чем армия противника под стенами города. Надели на меня самый сильный ограничитель, запретили до выпуска проходить инициацию под страхом лишения силы, и стали обучать.
И вот теперь через месяц выпускные испытания. У меня есть месяц, чтобы разобраться с дипломным зельем. И найти подходящего кандидата для прохождения инициации. И пройти обряд. Решительно встряхнула головой. Я со всем справлюсь! И моя ночь инициации будет самой лучшей! Я не хочу, чтобы меня поглотила тьма.
Марика, моя подруга с первого дня в академии, сочувственно вздохнула:
– Не обращай внимание на эту дуру. Пусть брызжет своим ядом на кого-то другого. Да на того же Регнора! Он не заслуживает другой участи, если связался с этой ведьмой!
Я рассмеялась:
– Мари, ну а кто она? Ведьма и есть! Так же как ты и я!
Марика смущенно хмыкнула:
– Ну да. Но я не то имела ввиду.
– Да знаю я! Не волнуйся, Толания беспокоит меня в последнюю очередь. Других забот и без нее полно.
– Инициация? – Марика понимающе заглянула мне в глаза.
Сама Марика прошла инициацию со своим парнем еще три года назад. А теперь, после выпуска, они собирались пожениться и вместе отправиться на границу. Парень Марики заканчивал факультет боевиков. Если бы и для меня все так было просто!
– Хочешь, я узнаю у Горша, кто из боевиков еще свободен?
Марика знала о том, что я крайне щепетильно отношусь к этому вопросу. Не хватает еще влюбится в помолвленного, или и того хуже, женатого! Я отчаянно замотала головой. Вот только подачек от друзей мне и не хватает!
– Сама разберусь! Пошли лучше сдаваться. Мы последние остались. И давай ты первая. Мне с профессором Мирандой нужно посоветоваться на счет моего зелья.
– Посоветоваться? Оу! Теперь это так называется? Не знала! – Деланно сочувствующий девичий голосок за спиной заставил нас с Марикой подпрыгнуть на месте. – Скажи лучше, что боишься, что вместо волос твое зелье вырастит рога! Сочувствую тому бедняге, который рискнет попробовать твое пойло!
Я вскипела мгновенно. Да, у меня, как и у всех девчонок в нашей группе, бывали неудачи. Но почему-то именно мои помнили дольше всех. Никто уже не помнит, что без пяти минут выпускница Хейза три дня назад после ссоры со своим парнем с горя на лабораторной перепутала порошок сушеного мухомора с вытяжкой из рога нарвала. И вместо мази от болей в спине у нее получилось… Ну, в общем не вовремя заглянувшая на наш факультет с жалобами на боли в спине повариха приобрела модный в этом сезоне, жизнерадостный апельсиновый цвет кожи. Адепты и рядовые лекари помочь поварихе не смогли. Декан лекарского был в городе у родственников. В общем, Хейза до сих пор прячется от озлобленной поварихи по углам. Но об этой истории уже все забыли. А вот мне до сих пор припоминают все ошибки еще с первого курса!
Наверное, я бы рискнула хорошим настроением профессора Миранды, возможностью получить развернутую консультацию, и вцепилась бы стоящей позади нас Итике в волосы. Но вмешалась всегда тихая и спокойная Марика:
– Итика, а ты уже сдала свое зелье? Или надеешься отработать и эту лабораторную мытьем полов в доме у ректора академии? Ах да, прости-прости, я забыла! Ты же не отрабатываешь! Ты пытаешься соблазнить господина ректора и выгодно пристроиться замуж! Наверное, потная и растрепанная, на четвереньках моющая полы в холле у его кабинета, ты дьявольски привлекательна! Еще разочек помоешь, и ректор точно не устоит перед тобой!
Итика побагровела от злости. Не известно, чем бы все это закончилось, если бы у профессора Миранды не иссякло терпение.
– Девушки! Я долго вас буду ждать?
Резкий окрик потерявшей терпение Миранды мигом охладил и меня, и Итику. Последняя так вообще голову в плечи втянула и торопливо протиснулась мимо меня, устремившись к профессору.
Я с шумом выдохнула, наблюдая за удаляющейся девушкой. Марика рядом со мной покачала головой:
– Не похоже на Итику вот так запросто дразнить тебя. Она ведь гораздо слабее. И в случае чего отпор дать не сможет. Что на нее нашло?
– Понятия не имею. Пошли, пока профессор Миранда не разозлилась. Потом будем с Итикой, и ее непонятным поведением разбираться.
У кафедры все еще стояла, понуро опустив голову Итика. И хмурилась профессор Миранда. Что-то ей не нравилось в зелье адептки.
– Далли, поставь свое зелье и иди сюда. Помоги мне.
На самом деле, я в этом была уверена, помощь профессору не была нужна. Она просто под благовидным предлогом хотела показать мне зелье другой ученицы.
Я огляделась, выискивая место для моего горшочка. Кафедра Миранды была заставлена горшочками с зельями адепток моей группы, реактивами, пустой посудой, и еще Пресветлая знает чем. Свободного места не было.
– Далли! Не копайся! Постав гоблинов горшок туда, – Миранда раздраженно ткнула пальцем себе за спину, – и иди ко мне!
«Туда» – это на стол сбоку от входа. Обычно туда складывали предметы и зелья, мешающие занятиям. Сейчас там одиноко стоял высокий алхимический стакан с непонятной рубиновой жидкостью. Я пристроила рядом свой горшочек и устремилась к Миранде.
С зельем Итики было что-то непонятное. Марике давно надоело стоять безмолвно радом, и она, с разрешения профессора, счастливая, умчалась. Я молча ассистировала, вглядываясь в уверенные пассы Миранды. И мечтая о том дне, когда и я смогу вот так управлять потоками магии. Пока из-за ограничителя для меня это было недоступно.
В тот самый момент, когда Миранде все-таки удалось вычленить чужеродное плетение из зелья Итики, входная дверь в лабораторию распахнулась и над нами пророкотал сочный бас главного боевика академии:
– Рани, дорогая, ты еще долго?
Миранда нетерпеливо отмахнулась:
– Не будешь мешать, скоро закончу.
Боевик смиренно вздохнул:
– Ну ладно, не буду мешать. Попить только что-то дай. А то сегодня похоже погодники завалили зачет – жарища невыносимая.
По академии давно ходили слухи, что Миранда и Баррет, декан боевого факультета, любовники. И сегодня я, кажется, убедилась в этом. Профессор Миранда, не отрываясь от процесса разложения на составляющие чужеродного плетения и шикнув на меня, чтобы стояла смирно, отмахнулась:
– Там, на столе, стоит холодный ягодник. Можешь забирать весь.
Глава 2
Вопль ужаса раздался как раз в тот момент, когда профессору Миранде наконец удалось задуманное: чужое плетение было разложено на составляющие, и среди тающих остатков магии было выделено три характерных участка. Мне это ни о чем не говорило. Но, судя по хмурым бровям и закушенной губе, Миранда знала кому принадлежит это плетение.