Ведьма из Луриджаны

В очаге потрескивал огонь, отбрасывая пляшущие тени на лица собравшихся. Среди жителей деревни Луриджаны самой мудрой была старая Агата. Ее глаза отражали само время, а морщинистое лицо было темным, как кора старого дуба. Она начала рассказывать. Ее хрипловатый голос звучал подобно ветру в кронах древних сосен, которые окружали деревню. Взрослые переглянулись, предвкушая очередную страшную историю, а дети прижались поближе к родителям. Даже самые маленькие, обычно шумные и непоседливые, слушали, затаив дыхание.

– Сегодня я поведаю вам о духе Черного озера, – начала бабушка Агата. – Это озеро, скрытое в глубине темного леса, – непростое место. Говорят, что в его водах покоится душа девушки, бедной Элизы, которую убили из-за ее красоты. Она обладала редким даром предвидения. Ее блестящие, как шелк, волосы были цвета воронова крыла, а в глазах словно отражалось глубокое ночное небо. Она умела видеть то, что было скрыто от простых смертных, поэтому ее считали ведьмой.

Бабушка Агата выдержала паузу, позволяя напряжению в комнате нарастать. Гости замерли в ожидании. Наконец она продолжила:

– Многие завидовали дару Элизы, просили научить предвидению, но она отказывалась выдавать свои секреты. Жадность и зависть привели к трагедии. Поздним вечером, когда она гуляла у озера, ее убили. Девушка упала в воды Черного Озера. Ее душа осталась там, а тело так и не нашли. С тех пор из глубин озера по ночам доносятся печальные песни, а над поверхностью при полной луне появляется бледный туман. Считается, что на вечные муки будет обречен тот, кто посмеет осквернить место, где покоится Элиза. Её дух до сих пор ищет справедливости.

Старая Агата замолчала. Дети затаили дыхание, представляя печальные песни из озера и бледный туман. Даже к любопытству взрослых примешивался некий необъяснимый ужас.

– Я знаю и другие истории об этом озере, – продолжала Агата, ее голос перешел на шепот. – Говорят, что из-за проклятия одной старой колдуньи на дно озера погрузился город эльфов. В лунную ночь можно услышать доносящийся из-под воды звон колоколов, только надо очень хорошо прислушаться. А в самую глухую ночь из озера выходит белая лошадь, скачет по берегу, а затем снова исчезает в темных водах.

Бабушка Агата вздохнула. В комнате повисла тишина, огонь в очаге почти потух. Все жители деревни, собравшиеся послушать рассказы старой женщины, погрузились в мир тайных историй и легенд, которые поддерживали в сердцах людей страсть к магии и чудесам. О реальности напоминал только треск затухающего костра. В этой реальности существовали и они, слушатели, расположившиеся вокруг теплого очага, и сами эти фантастические истории.

Солнце скрылось за верхушками сосен, оставив после себя темно-синее небо, усыпанное звездами. Жители Луриджаны, собравшиеся у камина старой Агаты, слушали ее страшные истории и теперь медленно расходились по домам. Дети, напуганные темнотой, жались к матерям. Дом Агаты находился на краю деревни, и каждому, кто выходил из него, приходилось проходить мимо полуразрушенной церкви Святого Антония, покрытой мхом. Напротив церкви возвышался огромный камень, на котором, по легендам, когда-то казнили ведьму Дивину. Изъеденный дождями и временем серый валун казался ничем не примечательным, но его история была известна многим, особенно пожилым женщинам.

Двое молодых людей, парень и девушка, шли по дороге мимо церкви, взявшись за руки. Девушка была одета в платье со шнуровкой, длинный плащ и мягкие кожаные сапожки с короткими голенищами. Юноша носил штаны и тунику, подпоясанную расписным поясом, а также кожаные туфли с острыми носами. Проходя мимо камня, девушка невольно прижалась ближе к своему спутнику:

– Марк! Этот валун каждый раз мне внушает страх!

– Ты же знаешь его историю, Алесса! Всё это давно в прошлом.

– Я слышала ее вкратце от бабушки Агаты еще в детстве. На этом камне сожгли ведьму Дивину, верно? Расскажи мне подробнее, – попросила девушка.

– Много о Дивине мне рассказывала моя бабушка, которая относилась к ней хорошо. Эта ведьма, как и Элиза, была невероятно красива. На склонах гор, окружающих Луриджану, Дивина собирала целебные травы и варила из них зелья. Она не просто знала свойства всех растений, а умела разговаривать с ними и чувствовать каждую травинку. Самые редкие травы Дивина пересаживала в свой сад за домом. Это было зачарованное место – говорили, что таких растений не росло больше нигде. По ночам ведьма заговаривала свои травы, чтобы усилить их целебные свойства, а колдовским подспорьем ей служила роса и лунный свет. Она умела излечивать неизлечимые раны и помогала роженицам.

Дивина выросла в деревне, где люди сначала верили в народную медицину, однако потом стали относиться к ней с опаской. Но она умела лечить очень сложные болезни, например, лишай или, как его называли местные жители, «огонь Святого Антония». В определенную фазу луны девушка собирала семь разных трав, сушила их и толкла в каменной ступке. На рассвете с листьев папоротника собирала росу, добавляла ее в растолченные травы и эту мазь наносила на пораженные участки кожи, читая при этом заклинание на латыни. Заклинание содержало имена как демонов, так и божеств, что усиливало действие магии. С помощью другого рецепта Дивина лечила «злую кровь» – неизвестную болезнь, сопровождающуюся серьезным воспалением. Лечение заключалось в принятии ванны в отваре из определенных кореньев. Затем на больного накладывался оберег, вырезанный из особого вида дерева, который символически «запечатывал» болезнь.

Жители деревни с недоверием относились к силе Дивины, но потом стали обращаться к ней за помощью и уходили с благодарностью. Однако в древние времена многие боялись того, чего не понимали. В Луриджане жил один священник, завистливый и жестокий человек, который видел угрозу своей власти в Дивине. Он стал распускать слухи, что она лечит с помощью черной магии и колдовства. На своих проповедях священник часто напоминал прихожанам о грехе чародейства и библейских заветах, настраивая людей против Дивины. Доверие людей обернулось ненавистью, а благодарность сменилась страхом.

Однажды жители Луриджаны собрались на площади перед церковью и обвинили ведьму во всех несчастьях, смертях и болезнях. Они поставили ее на камень и стали судить. Дивина смотрела в лица своих мучителей, ее волосы развевались на ветру, а глаза не выражали ни раскаяния, ни страха, только достоинство и печаль. Она не просила пощады, не пыталась оправдываться, а просто молчала. Она знала, что оправдываться бесполезно, Дивина очень устала от непонимания и ненависти.

Камень обложили дровами и подожгли. Девушку быстро охватило пламя. С криками толпы смешался запах трав и горелого дерева. Но спокойствие не изменило Дивине даже в агонии. Говорят, что, умирая, она прошептала заклинание на языке, которого никто не знал. В тот же миг поднялся сильный ветер и задул пламя костра. Но было уже поздно: бездыханное тело Дивины упало с камня к ногам испуганной толпы.

Спустя много лет единственным напоминанием о ведьме остался лишь шепот старых женщин и этот серый камень. Дивина была сожжена заживо за то, что лечила людей. Этот горький памятник оставлен здесь для предостережения будущих поколений, для напоминания о непонимании, жестокости и слепоте, уничтожающей самое ценное. Из этой трагической истории родилась легенда, передающаяся из поколения в поколение, из уст в уста. Теперь Дивину называют не ведьмой, а феей, а камень у церкви Святого Антония, как молчаливый страж, охраняет память о ней. Фея Луриджаны знала тайны лечения травами, но заплатила за свое знание самую высокую цену.

– Марк, а ты знаешь, откуда появился у Дивины этот дар? – спросила Алесса, зябко кутаясь в свой плащ.

– Перед смертью ее мать, старая знахарка Эльвира, передала дочери кожаный фолиант, туго перевязанный выцветшей лентой. Там были не просто записи, а наследие их рода, проклятие и дар одновременно. Сила, заключенная на страницах того фолианта, могла как исцелять, так и губить, поэтому использовать ее необходимо было с большой мудростью. На рассвете Эльвира умерла, оставив дочь перед неразгаданными тайнами старой книги. Чтобы научиться читать этот фолиант, Дивине потребовалось немало времени, таким затейливым и витиеватым почерком он был заполнен. Помимо рецептов мазей и травяных настоек, в нем были описаны ритуалы, больше похожие не на медицину, а на колдовство. Формулы, напоминающие не то знаки алхимика, не то руны, были написаны на каком-то древнем диалекте и на латыни.

Изучая рисунки и описания оберегов в фолианте, Дивина с тревогой поняла, что ошибка в их изготовлении может привести к непредсказуемым последствиям. Особая глава в этой странной книге была отведена заклинаниям. Эти заклинания читались для изгнания духов болезни, и молодую ведьму завораживала их могучая энергия. Однако, читая эти тексты, она сначала испытывала дискомфорт, так как ее мать воспитывала девушку в строгой христианской вере. Она считала себя не ведьмой, а лекаркой, помогающей людям. Дивина прекрасно знала, что мать ходила по тонкой грани между магией и медициной, сочетая христианские традиции со знаниями предков и объединяя их в свой уникальный метод исцеления.

Так Дивина научилась использовать знания, которые передала ей мать. Сначала нерешительно, с сомнениями и боязнью, а потом всё увереннее. Она увидела, как ее целительные способности излечивают тела и души, помогая жителям Луриджаны. Но также девушка понимала, какой огромной ответственности требует от нее сила, заключенная в фолианте. Необходимо было бережно относиться к ней, использовать и хранить с мудростью, ибо это было наследие, а не просто книга с рецептами. И Дивина знала, чтобы полностью раскрыть тайны ее матери, ей предстоит еще многому научиться.

– Марк, я тоже хотела бы научиться исцелять людей! – воскликнула Алесса, завороженная рассказом жениха.

– Это очень опасно. Ты же видишь, как народ относится к тем, кто лечит травами и заклинаниями.

– Но ведь эти методы помогают людям! Сейчас у нас в деревне нет настоящих лекарей. С любыми болезнями люди идут в церковь, где священник только и делает, что изгоняет нечистого.

– Правильно, потому что народ боится, – сказал Марк. – Хотя я понимаю, что ты права.

– Как ты думаешь, где бы я могла научиться лечить людей?

– Возможно, надо поговорить с бабушкой Агатой. Только так, чтобы об этом никто не знал.

– Завтра же зайду к ней, – решительно заявила девушка. – Только днем, когда у нее не собирается толпа любителей послушать древние легенды Луриджаны.

Две женщины шли по лесной тропе вдоль оврага. Шли они медленно, потому что одна из них была так стара, что еле передвигала ноги. Она опиралась на деревянную сучковатую палку, такую же кривую и согбенную, как и ее владелица. Ее потрепанные башмаки тихо шаркали по утоптанной тропе, а полинявшая от времени юбка задевала своими полами росшие по бокам кусты репейника. Другая женщина была молода и очень красива, ее юные черты не скрывал капюшон плаща, который девушка набросила на свои вьющиеся черные волосы. Они разговаривали вполголоса, но говорила в основном старая женщина.

– Алесса, дитя мое, существует множество мест в нашей округе, которые, как верит народ, населены сверхъестественными существами. Я покажу тебе самые опасные из них, чтобы ты была осторожна, когда будешь собирать лекарственные травы. – Они остановились перед небольшой пещерой, едва заметной в зарослях колючего кустарника. – Это «Нора дьявола». С ней связаны особо жуткие легенды. Говорят, эта пещера – портал в преисподнюю. Здесь живут маленькие коварные существа, обладающие невероятной красотой. Но красота их обманчива. Это феи, и они очень любят блеск серебра и золота. Если на эту поляну придёт кто-нибудь, имеющий на себе ценную сверкающую вещь, он может остаться навсегда в этом смертельно опасном месте. Здесь пропало много людей при очень странных обстоятельствах, и предполагают, что они стали жертвами фей. Эти чарующие существа за Я знаю тех, кто рассказывал о страшных звуках, которые доносились из ее недр: скрип металла, как из кузницы, а также рыдания и стоны. Говорят, любой, кто приблизится к этой норе после заката, испытает ужас, который запомнит на всю жизнь. Вечером здесь можно увидеть мелькающие среди деревьев тени и услышать, как кто-то шепчет твоё имя.

Бабушка Агата и Алесса продолжили свой путь и спустились в овраг. Они оказались на поляне, окруженной зарослями диких роз. Через поляну протекал бурный ручей, сходящий с гор. Бабушка Агата остановилась, чтобы отдышаться, а потом продолжила свою экскурсию по заколдованным местам, которую решила устроить для своей молодой подруги. Алесса обратилась к ней с просьбой указать кого-то, кто мог бы научить ее лечебной магии, и Агата, знавшая на своем веку немало местных знахарок, увидела в глазах девушки огонь желания помогать людям.

– Эта поляна, – начала она новый рассказ, – называется «Логово фей». Это одновременно и опасное, и завораживающее место. Здесь обитают коварные феи, которые заманивают людей в ловушку прекрасными песнями и соблазняющей магией. Местные жители лишь изредка находили здесь вещи, принадлежащие пропавшим, но их тела не находили никогда.

– Я буду очень внимательна, бабушка, – тихо сказала Алесса, завороженная рассказом старой Агаты. – А куда мы теперь пойдем?

– Теперь я покажу тебе самое мрачное и темное место – «Пещеру ведьмы». Будь очень осторожна, если тебе потребуется наведаться туда. Это мрачное место на краю болота, где обитает старая колдунья, очень могущественная, обладающая злой магией. Она готовит свои зелья из костей животных и ядовитых трав, а в безветренные ночи на километры вокруг слышен ее смех. У нее пронзительные глаза, излучающие злобу, костлявые пальцы, а одета колдунья в рваный плащ. Никто не знает, сколько ей лет, но ее видела мельком еще моя бабка. Если ей не угодить, она проклянет провинившегося и нашлет на него несчастья и болезни. Местные жители боятся приближаться к ее пещере, но я научу тебя, как умилостивить злую колдунью: приходи сюда всегда с подношениями и бросай монетки у ее логова.

Рассказывая это, Агата провела дрожащую девушку по краю болота. Там они увидели темную пещеру, заросшую мхом, вход в которую был завален полусгнившими стеблями тростника. Обойдя болото, две женщины повернули назад к деревне, но подошли к ней с другой стороны Луриджаны, где располагалось старое кладбище. На его краю Агата остановилась и нагнулась, указывая рукой на необычное растение. Это был бледный цветок с высоким и изогнутым стеблем, похожим на длинный коготь.

– Это «растение-призрак», – сказала старая женщина. – Этот цветок всегда растет в одиночестве. Он раскрывается только в полнолуние, источая одурманивающий аромат. Прикосновение к этому растению может привести к болезням, галлюцинациям и даже к смерти, так как питается оно энергией умерших. Его ни в коем случае нельзя срывать, ведь он оберегает души покойников.

– Бабушка Агата, – спросила Алесса, когда они возвращались домой после посещения всех загадочных мест в их округе, – ты знаешь столько тайн и была знакома со многими целительницами Луриджаны. Почему ты сама не стала заниматься врачеванием?

– Я не обладаю достаточной силой для этого, девочка моя. Да и тебе придется еще проверить свою силу, прежде чем серьёзно заняться магией.

– А как это узнать? И те, кто обладает силой, как они понимают, что имеют магические способности?

– Необычайными качествами обладают, в основном, жители отдаленных деревень, затерянных в лесах или горах. В этом нам с тобой повезло, – улыбнулась Агата, – ведь у нас на много километров вокруг не живет ни одной человеческой души. В каждой деревне люди обладают разными способностями: в одной умеют с невероятной точностью предсказывать погоду, в другой общаются с животными. Луриджана всегда славилась своими целительницами, которые лечили людей с помощью лекарственных трав. Но каждый дар всегда был окутан ореолом тайны, передаётся из поколения в поколение и связан с древними традициями и обычаями.

– Но ни моя мама, ни бабушка не обладали способностями лечить людей, значит, их нет и у меня?

– Не обязательно. Часто подобный дар объясняется генетическими особенностями, а также его можно достичь путем отшельничества. Это не значит, что тебе следует податься в леса и жить там одной. Возможно, в твоем роду были потомственные целительницы, обладающие магическими способностями. Не беспокойся, дитя мое, мы скоро это выясним.

– Как, бабушка? – спросила несколько обеспокоенная девушка.

– Сегодня вечером я отведу тебя к подруге, которая умеет вызывать духов. Попробуем найти твоих предков, знающих язык трав и цветов. Если такие были в твоем роду, значит, у тебя есть скрытый дар. Мы сумеем его разбудить, поверь мне.

На закате Агата и Алесса пришли к старой Мадине, жившей недалеко от кладбища. Волосы старой женщины были такие седые, что казались белоснежными. Двигалась она, несмотря на свой преклонный возраст, легко, шурша своими многочисленными юбками. Мадина пригласила гостей в комнату с большим дубовым столом, уставленным свечами и глиняными плошками с пучками сушеной травы. На столе лежали деревянные амулеты, незнакомые Алессе.

Хозяйка всего этого богатства пригласила женщин сесть за стол и спросила Алессу:

– Скажи-ка мне, девонька, помнишь ли ты своих дедов и бабок?

– Я помню только бабушку и дедушку по отцовской линии. Родители моей мамы умерли еще до моего рождения. Мама не рассказывала мне ничего такого, что могло бы связывать их с тайнами магии.

– Что ж, мы попробуем выяснить, кем были твои предки и какие истории связывали их с этим миром при жизни.

Мадина зажгла свечи на столе и взяла в руки пучки разных трав. Она закрыла глаза и стала водить этими травами над свечами, не касаясь их. Описывая руками круги над столом, она опускала их всё ниже и ниже. Наконец, один из пучков травы коснулся пламени свечи. Тонкие травинки быстро вспыхнули, и Мадина открыла глаза, заговорив глубоким торжественным голосом:

– Трава-бурьян, догори дотла. Покажи дочери отцов и матерей ее, помоги отыскать ее дар среди преданий былых веков!

Старуха замолчала, вглядываясь в пламя свечей. Алесса и бабушка Агата сидели затаив дыхание. Наконец, Мадина снова заговорила:

– В далекой деревне на вершине холма жила девушка Лилия. Она вышла замуж по любви за доброго и работящего парня и родила ему дочь. Но едва девочке исполнился годик, в тех краях разразилась чума, и Лилия умерла. Ее муж, не в силах больше жить там, перебрался в наши края с годовалой дочерью. Лилия была твоей прабабкой, Алесса. В деревне, где она умерла, до сих пор видят ее призрак. Он не злой, но очень одинокий. Лилия ищет свою дочь, которую отец увез далеко и навсегда. Когда утром опускается туман, ее светящаяся фигура появляется вблизи кладбища. Призрак играет листьями, как бы пытаясь найти друзей, но люди боятся подходить к Лилии, говорят, что от нее можно заразиться чумой. Твоя прабабка, девонька, не могла обладать никаким даром, слишком уж рано она умерла.

Закончив свой первый рассказ, Мадина взяла другой пучок травы взамен сгоревшего и начала проделывать те же манипуляции. Когда ее рука опустилась к свече и трава снова вспыхнула, старая женщина сказала:

– В той же деревне жил один мельник, который погиб, попав под жернова. Его призрак обитает в развалинах мельницы возле шумящего ручья. Он мстителен и злобен и бродит по ночам под бледным светом луны, гремит своими жерновами, мстя за своё имущество. Это твой прапрадед Амалф, милая, отец Лилии.

– Этот мельник вряд ли был ведьмаком, – заметила бабушка Агата. Мадина тем временем уже начала очередной ритуал со своими свечами.

– Мать этого мельника умерла рано, – поведала гадалка, – оставив маленького сына на попечение отца. Ее звали Анна и родом она была из благородной семьи. В фамильном замке ее родителей был прекрасный сад. После смерти ее дух вернулся туда, бродил там, облаченный в белое платье. Ее любимым цветком был жасмин, и в лунную ночь, как только появится привидение, запах этих цветов разносится по всему саду. Те, кто видел призрачную фигуру Анны, утверждают, что она касается цветов в саду и что-то нашептывает им или тихо плачет от тоски.

Мадина снова закрыла глаза. Две женщины молчали, глядя на неё вопросительно. Наконец, Агата спросила:

– Так что же, кто из рода Алессы понимал язык трав? Это была Анна, верно?

– Не знаю, Алесса, – ответила Мадина, – унаследовала ли ты способности твоей далекой прародительницы Анны общаться с растениями.

– Что же мне теперь делать? Как узнать мое предназначение? – расстроилась та.

– То, что поведали мне духи, это не просто страшные сказки. Мое общение с ними отражает глубокую связь между мертвыми и живыми, между настоящим и прошлым. Они рассказывают мне о неизбежности смерти, о страхе перед неизвестностью и о тоске по тем, кого потеряли. Духи учат ощущать дыхание вечности в шуме ветра и в шелесте листьев. Эти истории многие считают лишь преданиями, но в Луриджане продолжает жить тайна присутствия призраков. Жди, Алесса. Духи подадут тебе знак, и ты всё узнаешь.

Агата и Алесса возвращались домой после сеанса у Мадины. Алесса была погружена в свои мысли.

– Не переживай, девочка, – успокаивала ее старая женщина, – я тебе помогу. – И добавила уже шутя: – Не зря же я дружила со многими ведьмами.

– Хорошо, бабушка Агата, – улыбнулась в ответ девушка, – я сделаю всё, что ты скажешь. Но где же мне искать этот знак духов, о котором говорила Мадина?

– Как где? В лесу, конечно! Магия леса сильнее всего. Где ж еще, как не в лесу, собирают лекарственные травы, заряжаются энергией и встречаются с таинственным? А где ведьмы на шабаш собираются?

Алесса, наконец, рассмеялась.

– Надеюсь, бабушка, ты не поведешь меня на шабаш ведьм!

– На шабаш не поведу. Я хочу пригласить тебя на менаду.

– Что это такое, бабушка Агата?

– Это ночное шествие потусторонних существ, которое проходит в начале ноября. Завтра на закате приходи к кладбищу. Я буду ждать тебя там.

На следующий вечер Алесса подошла к кладбищенским воротам. Агата сидела на большом плоском камне, опираясь на клюку. Она поманила девушку и велела спрятаться за камень. Они уселись прямо на пожухлую траву, густые еловые ветки полностью скрывали их от посторонних глаз. На кладбище никого не было в этот час: жители деревни прекрасно знали о приближающейся менаде и предпочитали сидеть дома в эту ночь. Алесса слышала легенды о ночных шествиях мертвецов от очевидцев, но считала их выдумками. Однако, она вскоре поняла, что ошибалась.

Неожиданно откуда-то издалека послышался приглушенный стон, нарушив тишину ночи, затем глухой стук, будто на землю упало что-то тяжелое. Постепенно со всех сторон кладбища стали доноситься то шелест, то скрипы, которые отчаянно резали по натянутым нервам девушки. Алесса увидела вдалеке призрачную фигуру, одетую в истлевшие лохмотья, которая скорбно шествовала по тропе между могил. С того места, где сидели две женщины, через открытые ворота была хорошо видна вся главная аллея кладбища. Когда фигура приблизилась к середине аллеи, на тропинке появился еще один силуэт – женский, одетый в черные одежды.

– Кто это, бабушка? – испуганно прошептала Алесса.

– Это главная ведьма, Мна, – так же тихо ответила Агата. – Она собирает свою свиту для шествия.

От могил стали отделяться призрачные фигуры и направляться к главной аллее, где их ждала ведьма. Алесса с ужасом обнаружила, что может разглядеть лица призраков, искаженные гримасами. Одежда и волосы Мны развевались на ветру, как крылья ночных птиц. Она взмахнула руками, и призраки обрели очертания. Они превратились в настоящих мертвецов с истерзанной кожей и пустыми глазницами. Это превращение вселило в девушку настоящий страх, так как несло в себе предчувствие разрушения и смерти.

Чтобы мертвецы шли ровной шеренгой за ней, Мна постоянно зазывала их, размахиваясь своими широкими черными рукавами. Постепенно спонтанное шествие стало более организованным и почти достигло ворот кладбища. У самой последней могилы Мна ненадолго остановилась, чтобы прикоснуться к земле могильного холмика.