Важное донесение

Окрестности форта ***, расположенного у реки Титон на северо-западе, в это время года довольно живописны. Осень, к тому же выдалась теплая, и некоторые трапперы желали осуществить еще одну или две вылазки за шкурами.

Если бы была зима или лето, то нельзя было бы встретить здесь столько людей, говорящих каждый на своем языке.

Тут и там сновали охотники, с подозрением разглядывавшие лица краснокожих и жаждущие поскорее выйти в дорогу, чтобы успеть добыть достаточное количество шкур перед долгой холодной зимой. Кроу, шайенны, несколько черноногих, кри и оджибве1 старались держаться подальше от недовольных охотников и не вступали с ними в разговор без надобности. Однако из этой стаи «краснокожих волков» были и те, кто имел дружеские отношения со многими в форте ***. Чаще всего именно они и выступали в качестве «переговорщиков» между теми и другими. Преимущественно это были женщины, одетые в одежду белых людей и знающие язык.

Постоянная численность населения форта составляла порядка семидесяти человек. Проезжающих мимо, а также всякого рода торговцев, весной насчитывалось от ста до двухсот человек. Сейчас же их было порядка восьмидесяти.

Индейские войны2 не утихали, и по этой причине всякий из живущих в форте, постоянно или временно, имел при себе оружие, а их суровые напряженные лица говорили о готовности воспользоваться им в любой момент.

Индейцы выступали в качестве торговцев пушниной. Они продавали ее или обменивали на другие полезные и необходимые товары: порох, оружие, спиртное… Хотя после заката, по закону форта, все индейцы должны были покинуть его, они не уходили далеко и ютились в своих типи у ворот фактории.

Кто и когда основал форт ***, никто не знает, да и кому хочется вдаваться в такие подробности, если дело твое идет хорошо. Однако все знали начальника форта, прославившегося за свою благосклонность по отношению к торговцам, – капитана Джедедайя Смита.

«Я позволяю вам торговать в своем форте, – говорил он, усмехаясь, – до тех пор, пока вы ведете себя цивилизованно!». Сам капитан был тем еще негодяем. Он брал с торговцев огромные пошлины, и наживался на их товаре как мог. Почему же тогда он приобрел такую «положительную» известность, и почему, несмотря на поборы, торговцы и охотники продолжают свою деятельность?

Торговля рабами была прибыльным законным делом, пусть «джефферсоновские» республиканцы и были других взглядов. Но кому какое дело до республиканцев в этой глуши? Рабы доставлялись французским коммерсантом, с которым Смит поддерживал тесные связи, благодаря которым он и приобрел власть в форте ***. Хотя отношения Америки с Францией были весьма натянутыми (даже слишком) вследствие доктрины Монро3 и некоторых других актов местного значения, это не мешало капитану Смиту иметь торговые отношения с французом. Единственное, что могло напрочь разрушить его карьеру – донос вышестоящему руководству о его делах с внешнеполитическим недругом. К счастью для Смита, правительство было далеко от реки Титон, чтобы наградить его веревкой на шее. К тому же звон монет в кармане ласкал корыстную душу начальника форта так сильно, что заглушал ропот возможных последствий его деятельности.

На севере у реки Мадди-Крик располагался другой форт – форт Риггс, где командовал такой же негодяй, как и Смит, его друг – лейтенант Саблетт. Правда его задачей было наладить отношения с местными племенами, дабы в дальнейшем законно отобрать у них земли.

Саблетт был моложе Смита и глупее, поэтому не всегда справлялся со своей работой. Несмотря на расстояние между двумя фортами в несколько дней, оба офицера поддерживали связи, покрывая друг друга в случае возникновения проблем.

История началась, когда поздним вечером к форту *** подъезжал капрал Джеймс Хоук. Он ехал к своему отцу, жившему уединенно в горах на северо-западе.

Молодой человек на вороном коне приблизился к фактории. Он прошел уже около ста семидесяти миль и изрядно вымотался. Индейцы, сидевшие у своих костров, устремили на всадника десятки любопытных взглядов. Бакенбарды, плавно переходящие в пышные усы, хорошо смотрелись на молодом лице капрала. Особенно хороша была его широкополая шляпа. Молодой человек остановился у одного из типи.

– Что это за место?

– Форт ***, – сказал один из индейцев.

Капрал знавал много индейцев. Но большую их часть ему приходилось убивать, чтобы выжить. Некоторые сказали бы: «Ты правильно делаешь!», «Нечего жалеть этих дикарей!» «Пусть уходят прочь, если им дорога жизнь». Но капрал был другого мнения. Он считал, что война между белыми и индейцами – вина белых, потому как эта земля принадлежала многим племенам, но уж точно не белому. И тот факт, что англичане, французы и прочие европейцы вторглись на чужую территорию, говорит лишь о варварстве и дикости их самих, но не индейцев.

Темно-синий мундир с золотыми пуговицами означал, что человек на коне никто иной, как офицер американской армии. Когда капрал двинулся в сторону форта, индейцы начали спор:

– Сержант, – твердо сказал воин из племени черноногих.

– Лейтенант первого ранга, – ответил второй.

– Нет такого звания, – поправил третий, старый воин.

– Да много ли ты знаешь, Серая Птица?

– Достаточно, чтобы судить об армии белых. Это капрал. Видите две одинаковые линии, похожие на птиц, улетающих вдаль? Этот знак говорит о звании капрала.

– Капрал – это офицер, так? – спросил молодой воин.

Старый индеец выругался, а затем принялся упрекать молодого за его незнание потенциального врага.

Время было уже позднее, и ворота были заперты.

– Эй! Кто такой? – завопил дозорный.

– Капрал Джеймс Хоук. Прибыл из форта Стюарт.

– Простите, капрал, в темноте не разглядел ваш мундир, – оправдался дозорный и отдал приказ открыть ворота.

Недавно прошел дождь, и площадь форта превратилась в глиняное месиво.

Хоук слез с коня и, прихлюпывая сапогами, подошел к одному из рядовых. Оба отдали честь друг другу.

– Где я могу найти вашего командира, рядовой?

– Да, сэр! Он у себя, сэр! Капрал! – растерялся рядовой, а затем рукой указал на здание.

– Вольно, – ухмыльнулся капрал и потопал к бревенчатому «штабу».

– Так себе погодка, сэр, – проговорил рядовой ему вслед, но тот ничего не ответил. Он и так ясно видел, что «погодка так себе».

Через запотевшее окно источался теплый свет. Хоук постучал, но никто не ответил. Он постучал еще раз. А затем еще.

– Черт побери! – наконец раздался грубый голос. – Кого еще принесло?!

Капрал не счел нужным отвечать на этот вопрос и постучал еще раз, надеясь на приглашение.

– Да войдите уже, черт бы вас побрал!

«Вот оно», – подумал Хоук и вошел. Внутри было тепло, а среди разбросанного на полу мусора, пустых бутылок и тряпья он встретился с капитаном Смитом.

Толстый человек в казенной рубахе, весьма в нетрезвом виде, растянулся на банкетке, беспечно покуривая трубку. Слева от него, в печи, трещали поленья лиственницы, а справа стоял огромный дубовый стол, где небрежно валялись документы.

Увидев капрала, капитан в недоумении взглянул на него своими маленьким хитрыми глазками, не понимая, кто перед ним и откуда взялся. Осознавая всю нелепость положения, он попытался встать, но вдруг подумал: «А с какой стати ему, такому важному человеку, пресмыкаться перед младшим по званию, пусть даже и незнакомцем?». Ведь кроме капрала, он вокруг никого не приметил.

Однако, капитан все же принял сидячее положение. Немного отдышавшись, он вальяжно встал и подошел к своему столу, делая вид, будто бы хотел это сделать еще до прихода незнакомца, а его лицо все больше и больше омрачалось.

– Прошу меня извинить…, – начал было Хоук.

– Вы прибыли по приказу Командующего? – зловеще поинтересовался Смит, кашляя в шелковый платок.

– Нет. Я проездом и…

– Значит, не по приказу? – напряжение как-будто бы спало с лица капитана.

– Не по приказу. Я хотел бы…

– Так, капрал! Я что-то не понял. Вы прибыли не по приказу и вдруг решили…кх!кх! – задыхался от кашля толстый офицер. – И вдруг решили нарушить мой покой в такой поздний час? Чтобы что? – капитан явно был не в лучшем расположении духа, но Хоук вынужден был продолжить.

– Чтобы попросить вас остаться в форте на ночлег.

– Только и всего?! С чего вы вдруг решили, мой дорогой капрал… как, кстати, вас зовут?

– Капрал Джеймс Хоук, сэр.

– Так вот, дорогой мой капрал Джеймс Хоук, с чего вы вдруг решили, что ваш вопрос важен для меня? Не могло ли это потерпеть, ну, скажем, до утра? – обстановка накалялась.

Хоук снова попытался оправдаться, но ничего не вышло.

– По-вашему, капитан форта бездельничает и нисколько не устает? Быть может, вы полагаете, что я, капитан Джедедайя Смит, должен работать весь день и всю ночь, как какой-то раб? Так получается, капрал Хоук? Джеймс.

– Нет, сэр, – спокойно ответил капрал.

Ему не впервой слышать подобный тон от офицеров. Но это не значит, что ему было приятно выслушивать надменную речь капитана Смита.

– «Нет, сэр!», – заносчиво повторил за ним капитан, а затем вылупился на Хоука, ожидая ответа для дальнейших упреков. Но ответа не последовало.

Спустя некоторое время и длинный, неприятный монолог капитана, наконец начальник форта, смягчив тон, сказал:

– Значит так, капрал. Выйдите во двор и возле конюшни увидите здание. Внутри вы попросите господина Фицпатрика выдать вам ключи от комнаты. Он, разумеется, попросит денег. Скажите ему, что капитан велел дать ключ бесплатно. Завтра утром, не раньше десяти часов, вы придете ко мне и расскажете, куда направляетесь. Возможно, у меня будет для вас важное дело. Но это завтра. А сейчас, будьте так любезны…, – капитан показал рукой к выходу.

Капрал Хоук вышел во двор и быстро отыскал место, куда его направил капитан. Там и правда за стойкой сидел некий господин, укутавшись в грязную шинель. Он спал и звонко храпел. Хоук постучал по стойке, и бренное тело господина Фицпатрика приобрело некоторую живость. Ирландец глубоко зевнул, равнодушно уставившись на капрала.

– Капитан Смит сказал мне, что вы дадите ключ от комнаты.

Ирландец молчал и чего-то ждал.

– Бесплатно, – на всякий случай, уточнил капрал.

Фицпатрик молча нагнулся под стойку, нашел ключ и швырнул его незнакомцу. Затем получше укутался в теплую шинель и продолжил свою серенаду.

В маленькой комнатке не было ни света, ни лампы, ни камина. Стояла одна кровать, и та жутко скрипела, так же, как и пол. Капрала это ничуть не смутило, и спустя всего минуту он захрапел в тон ирландцу.

Ровно в десять утра следующего дня капрал Хоук постучал в двери начальника форта.

– Войдите, – послышался уставший голос.

На этот раз комната была убрана. В камине весело искрило пламя, а за письменным столом сидел капитан Смит. Он перебирал бумаги, разглядывая их очень внимательно, постоянно поправляя очки.

– Ах вот! Вот оно! – громогласно засмеялся большой человек. – Капрал, – обратился он к молодому военнослужащему. – Куда вы направляетесь?

Хоук молча достал из-за пазухи конверт с печатью генерала и протянул ее капитану. Тот вскрыл его и бегло прочитал приказ.

– Тут написано, – начал он. – Что вы были лейтенантом второго драгунского полка, а после – милиционером-конником. А еще, что вы временно отстраняетесь от службы в связи с… с болезнью близкого родственника? Да неужели? – удивился Смит.

– Да, сэр, все верно.

– Допустим. Однако я не мог не заметить еще кое-что важное. Сейчас вы капрал, а были лейтенантом. По какой причине вас понизили в звании?

Капрал ожидал этого вопроса, но сделал вид, будто не был готов к нему. Он переступил с ноги на ногу и ответил:

– Год назад, сэр, по воле случая, мне был дан приказ удержать форт Джонсон в западной части реки Солнца. Враг наступал. Мы потеряли полдюжины хороших людей. Тогда и сейчас я считаю, что поступил правильно, когда приказал своим людям отступать и бросить форт. И не сомневайтесь, что сделал бы это снова, потому как считаю, что жизни людей дороже куска земли, сэр.

Капитан все это время хмуро глядел исподлобья. Он решил не комментировать историю капрала и еще раз внимательно прочитал приказ.

Ну да – ну да, – пробормотал он. – Знаете, капрал, ничего из того, что я здесь увидел, не несет пользы для нашей миссии. Вы может думаете, что война закончилась? Или, что ваши проблемы важнее государственных?

Уставившись на капитана, Джеймс Хоук подозревал, что этому напыщенному толстяку что-то нужно от него.

– Нет, сэр. Думаю, вы правы, что мои проблемы не могут быть важнее государственных. Если вы хотите, чтобы я вам в чем-то помог, то прошу вас сказать мне об этом.

Смит не ожидал такого ответа. Он рассчитывал на жалкий ответ, который мог бы дать, скажем, простой рядовой, сержант или капрал, которых он в своей жизни успел повидать немало, но только не на такой. Впрочем, так было даже лучше, – подумал Смит.

– Что ж, вижу вы умеете признавать свои ошибки. Но теперь к делу.

Капитан достал из ящика металлическую капсулу. Свернув бумагу, которую давеча достал из-под груды документов, он вложил в эту самую капсулу. – Здесь очень важное донесение! – угрожающе произнес он. – Ваша задача, капрал, доставить его в полной сохранности лейтенанту Саблетту в форт Риггс. А потом можете идти на все четыре стороны, как и указано в вашем приказе.

– Где находится форт Риггс? – уточнил Хоук, принимая послание из рук Смита.

– Вы знаете реку Мадди-Крик?

– Да, сэр, знаю. Но никогда не слышал о форте Риггс в тех краях.

– Похоже, давненько вы здесь не бывали. Это на севере отсюда. Если честно, то я сам с трудом бы смог найти это место.

– И как же мне найти его?

– Обычно я посылаю почтальона, но вот загвоздка, он пропал на той неделе. Что с ним сталось, не знаю. Может волки подрали, может проклятые индейцы нарушают наше соглашение. Мне совершенно наплевать. Важно только одно, чтобы вы доставили послание как можно быстрее. Что касается дороги до форта, то беспокоиться вам не о чем. Завтра утром группа трапперов как раз отправляется в ту сторону. Они вас проводят.

– Сколько времени идти до форта Риггс?

– Может пять… шесть дней. Кстати, где живет ваш отец?

– Между реками Титон и Мариас.

– Неужели это тот старый траппер, который живет в лесах, где когда-то проходили Льюис и Кларк?

– Не знаю, какого старого траппера вы имеете в виду, но кроме моего отца и черноногих в тех местах никто не живет. По крайней мере, так было раньше.

– Что ж, капрал, вам как раз по пути. Подумаешь, небольшой крюк длиной в день или два. Ничего страшного. Уверен, что ваш отец сильный человек, и раз уж он столько времени жил там один, то и сейчас справится без вас.

– Могу я идти? – сухо спросил капрал.

– Да. Идите, Хоук. Ах да, чуть не забыл! Чтобы в пути вам было спокойнее, дам вам троих людей. У меня здесь, в форте, хватает солдат. Эти, – махнул он рукой в сторону окна, – пусть идут с вами. Завтра утром они будут ждать вас у гостиницы.

– Это так необходимо? – спросил молодой человек.

Ему не хотелось бы иметь попутчиков. Хоук привык путешествовать один, но раз уж он не знает дороги, пусть лучше будут только трапперы.

Ему было трудно представить подчиненных капитана. Какими они могли быть, если не такими же скверными людьми, как и сам начальник форта? Да и сам форт *** был не самым лучшим местом, чтобы заводить дружбу.

– Я здесь решаю, что необходимо, а что нет, – разозлился Смит. – И если я говорю, что эти трое доходяг идут с вами, значит, они идут с вами. Это не обсуждается, капрал. Вам ясно?

– Ясно, сэр.

– И да! Советую вам не заглядывать в донесение. На нем печать. Если что, я об этом узнаю.

Хоук только дал знак, что понял слова капитана, и быстро удалился.

Джеймс Хоук – уверенный в себе человек. Его воле можно только завидовать. Он сразу понял, что донесение непременно нужно доставить. И раз никто больше не может этого сделать, то он готов сделать это сам. Так или иначе, все-равно ему почти по пути. Он должен будет сделать небольшой крюк и опоздает всего-навсего на день или два. Разумеется, день или два значили для больного отца гораздо больше, чем можно предполагать. Тем не менее, проклятый командир настаивал на своем.

Хоуку не нравился этот тип людей – начальники и командиры дальних фортов, не знающие чести и достоинства, но повсеместно использующие их в достижении своих зачастую гнусных целей. Сам он никогда и не хотел быть командиром. Случай и приказ заставили его сделать этот выбор. Быть может, ему было бы лучше жить на ферме у своего отца и выживать, торгуя пушниной. Но отец всегда ему твердил: «Ты, сынок, должен быть лучше меня. Ты должен выйти в люди и быть верным себе и своему отечеству».

Капрал – человек серьезный, несмотря на то, что он не такой уж и патриот. Война ему не нравилась. Его должность и звание были заслужены им честно и большой ценой, однако он не стремился к наградам. Своими смелыми и отважными действиями ему удалось спасти от смерти генерала Дюка Сандерса.

Это произошло ночью во время планового совещания. Молодой капрал, как обычно сидел напротив генерала, когда в палатку ворвался индеец-семинол с томагавком и метнул его в Сандерса. Но парень ловко сумел поймать топор перед самым носом генерала. Скрывшийся краснокожий был пойман и незамедлительно предан суду.

С тех пор генерал был обязан жизнью Джеймсу Хоуку.

Как-то капралу пришло письмо от отца, где тот писал, что болен и просил приехать, чтобы в последний раз увидеться. Сандерс, не колеблясь, написал приказ на временное отстранение от службы капрала Джеймса Хоука в связи с болезнью близкого родственника.

Не теряя времени, после разговора с капитаном, молодой капрал отправился к трапперам.

Эван Брикман – глава отряда трапперов, великодушнейший человек, без каких-либо вопросов принял к себе нового товарища. Он радостно сообщил капралу, что поделится с ним припасами и порохом. Когда Эван Брикман узнал, что отец Джеймса Хоука – тот самый Натан Хоук из «Лесов Льюиса и Кларка», то с еще большей любезностью предложил новому другу свою помощь. Но Джеймс Хоук отказался. Он не хотел навязываться и был уверен, что помощь не потребуется. За добрый жест Эвана Брикмана, Хоук предложил скоротать вечер за кружечкой чего-нибудь крепкого. И, поскольку, отряд был уже готов к отъезду, траппер охотно принял предложение.

Они приятно беседовали, расспрашивали друг о друге, придавались разного рода размышлениям о жизни и смерти, дружбе и предательстве, времени и суете… Каждый торопился поддержать разговор, весело перебивая друг друга и поддерживая, словно они всю жизнь молчали, и вот, наконец, плотина рухнула.

Не прошло и часа, как молодой траппер из простого охотника превратился в откровенного философа, и язык его, словно клубок ниток, начал разматываться, исполняя при этом музыку рассуждений о жизни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Племена индейцев, проживавших в штате Монтана в 18-19 веке.

2

Войны американских индейцев – название, обычно используемое в Соединённых Штатах для обозначения конфликтов между колониальным или федеральным правительством и коренными народами Северной Америки с 1609г по 1890г.

3

Доктрина Монро – это позиция внешней политики Соединённых Штатов, выступающая против европейского колониализма в Западном полушарии. Она утверждает, что любое вмешательство иностранных держав в политические дела Северной и Южной Америки является потенциально враждебным актом против Соединённых Штатов.