Быть собой

Письмо

Никто не знает человека лучше, чем он сам. Каждый из нас, особо не задумываясь, сможет сказать, что ему сделать легко, а что неприятно. Что доставит море удовольствия, а от чего пот будет течь градом. Жизнь многих заставляет делать самые разные вещи. Четырнадцать лет я исполнял роль то сына, то школьника, то светского мальчика. И за это время так ничего и не узнал о себе. Ничего не знал о своей сущности, своих желаниях, своих возможностях.

Истинно везёт тем, кто находит своё занятие в жизни. Тем, кто целыми днями с горящими от страсти глазами занимаются любимым делом. Тем, кто проживает жизнь только так, как говорит сердце. Именно это я чувствовал, когда всадил свои клыки в грязную шею вампира, когда перекусывал его хрящи и когда ощущал запах его холодной крови. А потом был ещё один, и ещё. Потом появились адские псы и зомби. Суккубы и кратиксы. Адская армия жаждала мести и с этого дня гонялась за мной даже во сне.

Вы когда-нибудь чувствовали себя довольным от хорошо сделанной работы? Каждый раз, возвращаясь домой и заглушая мотор «Харлея», я улыбаюсь довольно урчащему существу внутри меня. И понимаю, что на эту ночь оно сыто очередным убийством, очередной пыткой. Я – охотник за дьявольскими тварями, я – дневной оборотень.

Не знаю, какой ликан укусил меня, и почему я могу превращаться в любое время дня. Не знаю, почему сохраняю разум при трансформациях и почему убиваю тех, с кем встречусь на безграничных просторах ада. В одном я никогда не сомневался: мне чудовищно нравится то, что я делаю. Последние четыре года наполнены мраком, страхом моих жертв и ярко плещущим фонтаном крови. И только раз в месяц я успокаиваюсь при полной луне и размышляю о вечном.

Я постоянно спрашиваю себя, где предел моих возможностей, сколько можно приходить по локоть в крови? Когда я утолю свой голод, когда человеческое начало возьмет верх? Когда закончится моё одиночество? Но пока кровь волка течет в моих жилах, я буду отвечать тварям той же жестокостью, с которой они по обыкновению обращаются со смертными. Буду сеять смерть.

Глава 1. Дуб на холме

Опавшая листва расплывалась в жёлтых глазах. Чёрные зрачки видели только приближающуюся цель. Трава приминалась под тяжестью огромных ступней. Где-то в паре десятков метров было слышно горячее, но прерывистое дыхание жертвы. Несколько мгновений спустя мохнатая лапа ухватила желаемое за лодыжку. Крик сразил пустоту леса. Сверкнули когти, вскоре окровавленная конечность была в стороне. Жертва больше не могла бежать.

Чудовищный рык сменился звонким человеческим смехом. Изуродованное тело сопротивлялось и, пытаясь отползти в сторону, с ужасом смотрело на беззаботное лицо с горящими от ярости глазами. То был юноша. Едва смех прекратился, как он положил руку на сердце добычи. Всё ещё улыбаясь, хищные глаза с любовью наблюдали последние мучения жертвы.

– Я мог бы погонять тебя ещё, жалкий вампир, – молвил он, поглаживая область сердца. – Но уж слишком тяжко ты дышал.

– Ты никогда не заслужишь рай!

– Рай? Зачем это всё? Мы ещё увидимся, мы все связаны одной плёткой. Но вам, хилые кровососы, ещё придётся постараться, чтобы встретить меня на другой стороне.

– Давай, собачка, чего же ты ждёшь?!

Вампир плюнул в лицо оборотню. Поглаживающая жертву рука тут же вошла внутрь, и на лунный свет появилось чёрствое сердце. Парень утёр лицо и с размаху засунул добычу вампиру в рот.

– Это моё шоу, и не стоит его портить, – философски молвил он.

Малые Карелы удивительно красивы осенью. Валера Карпов обтёр тёмно-красные руки о траву и поспешил найти деревянный домик для ночлега. "Даже не хочется марать такое создание природы своим присутствием", – думалось оборотню. Дома в музее деревянного зодчества совсем не охранялись, и Валера с удовольствием проводил в них летние и осенние ночи. К тому же, Карелы напоминали Карпову о былых победах. Когда-то от его ножей, пуль и когтей здесь пал не один десяток вампиров и прочих порождений ада. С такими мыслями засыпается хищнику много лучше.

Казалось, парень уже выбрал скромный ночлег: одноэтажный домик на опушке из черноватого прогнившего дерева с чердаком держался ветхо, а на двери висел ещё царских времён большой замок. Внезапно Карпов почувствовал притяжение, но в то же время и неприязнь. Ему страшно хотелось зайти, но другое «я» протестовало. Человеческое начало взяло верх, и Валера попал внутрь.

Карпов хотел было располагаться, но внутреннее беспокойство не давало ему сделать и шаг на новом месте. Валера принялся осматривать дом. И чем ближе охотник подходил к чердаку, тем сильнее становилось волнение, которое постепенно перерастало в навязчивый страх. Он нашёл лестницу, ведущую наверх. Превозмогая внутреннее сопротивление, Карпов начал подниматься.

Скрипнула дверь люка. По пути Карпов не смог представить картины, которая заставила бы его испытывать дрожь. Но более неожиданного Валера всё равно бы не вообразил. Едва он открыл проход, как, ещё стоя на лестнице, охотник громко охнул от удивления. На стенах чердака висели серебряные колы и стрелы. Карпов осторожно осматривал оружие и тщетно пытался прикинуть, сколько веков оно пролежало здесь.

Сознание Валеры что-то искало. На противоположной стене в самом центре висел он. Дыхание Карпова сбивалось, руки инстинктивно тянулись взять это. Полуметровый агрегат выглядел так, будто был сделан вчера. Парень чувствовал исходящий от кола аромат свежей древесины. Валера с чувством важности момента величественно и резко снял оружие со стены.

Все лунные циклы пролетели для Карпова перед глазами. В следующее мгновение он издал звероподобный рык и с ужасом наблюдал, как его пальцы горят в пламени цвета крови. Страх Валеры достиг апогея, и он с криком отбросил кол в угол. Карпов повалился на спину и тихо скулил. Плоть на руках нарастала, но ничто и никогда в жизни не доставляло оборотню столько боли. Ощущение столкновения с чем-то древним и магическим не покидало Валеру. Едва руки были целы, как парень стремглав помчался прочь из ненавистного места. Тайну кола Карпов твёрдо решил унести с собой в могилу, какую бы смерть оборотень ни принял.

Дорога. «Харлей». Полные карманы серебра и рёв мотора. Это всё, что нужно было Валере Карпову, чтобы предвкушать большое дело. Потёртый временем чёрный плащ скрывал пистолет на поясе; ножи с серебряными наконечниками. Осенняя ночь опускалась на город. Это было начало. Начало охоты за дьявольскими тварями.

Борьба порой напоминала Валере сражение с Лернейской гидрой, когда вместо одной отрубленной головы вырастают три. Четыре года Карпов выслеживает тварей преисподней, уничтожая одно логово за другим, но меньше притонов не становится. И в глубине души он был рад этому: хищная натура всегда не против поразвлечься.

Вскоре показался сверкающий в полумраке ночи «Бальмунг». Клинок лучшего друга и напарника Ильи Буслаева для многих тварей становился последним, что они видели в бессмертной жизни. Сам Илюха был ростом выше среднего, двумя руками он опёрся на оружие и с туманным взглядом зелёных глаз ожидал приезда Валеры. Годы охоты подарили парню атлетичное тело, которым он не упускал шанса хвастаться. Увидев друга, напарник убрал клинок за пояс и поспешил сердечно встретить Карпова.

– Опять новая причёска, – критически бросил Валера, посматривая на аккуратно уложенные волосы шатена до плеч.

– Запомни, мы идём только поговорить! – наставлял перед встречей Илюха. – Мы не знаем, что они вампиры и просто хотим разобраться в мелочных жизненных вопросах.

– Будь они и не вампиры, за девушку можно сразу по лицу, – холодно отвечал Карпов.

– Твои отношения вымышлены. Ты никогда не видел эту Лену. Нам всего лишь нужен повод.

– Мне не нужен повод вырвать вампиру сердце.

– Повод поговорить! Узнать, с кем общаются, под кем ходят. Не тебе ведь рассказывать, что у вампиров должна быть крыша. Кто-то же учит их охотиться, пить кровь, не уподобляясь при этом животным инстинктам. И так, глядишь, и выйдем на нужных людей. Работаем в штатном режиме.

Валера слышал это перед каждой охотой, а потому любил работать один, когда никто не будет напоминать про лишний выстрел или взмах ножом. Гуманный подход Илюхи со всякими подсчётами раздражал Карпова, он любил всё упрощать.

Вот они. Трое вампиров бодрыми шагами идут навстречу охотникам. Валера ловил каждое движение: он словно чувствовал, как чёрствые сердца перекачивают холодную кровь, как работает ведомый жаждой мозг. Только тонкие струйки пара изо рта и быстро бегающие вокруг зрачки выдавали в них признаки живого.

– Кто из вас Карпов? – спросил средний вампир и, глядя на кивок Валеры, с лёгкой усмешкой добавил: – Это тебя она выбрала в спутники жизни? Кладбище ваше любимое место для свиданий?

– Гонор поубавь, – резко сказал Илюха. – Скажи, чей ошейник глотку режет? Почему пришёл только с двумя? Где остальные серьёзные пацаны?

– Я пришёл, потому что ты мне забил «стрелу». Заметь, ты, а не обиженный и оскорблённый Карпов. Из-за какой-то бабы. Вам надрать здесь и сейчас?

Вспыхнуло пламя, сверкнуло серебристое лезвие ножа. Спустя мгновение Валера рукой выдернул сердце и третьего вампира. Вопрос, который Буслаев хотел задать, так и не успел слететь с его губ.

– Ах, этот запах, – с наслаждением произнес Карпов, поднося окровавленную руку к собственному носу.

– Да пошёл ты! – махнул рукой Илюха. – Хоть кто-нибудь пережил встречу с тобой?

Валера лишь усмехнулся и святой водой поджёг третье тело с вырванным сердцем. До какой «крыши» хочет добраться Буслаев? В этом городе жизнь каждой твари во власти Карпова. Только он решает, кому жить, кому возвращаться в ад. И за всю охотничью жизнь Валера не вынес ни одного оправдательного приговора.

Илюха разочарованно прощался с другом: так и не научился Буслаев переносить методы Карпова. И привычное предложение отметить успех он нарочито вежливо отклонил. Валера лишь развёл руками и повернулся в сторону «Харлея». Работа сделана, пора поднимать бокалы любимых напитков.

– "Джек", сто, – Карпов адресовал бармену привычный заказ.

Через несколько мгновений Валера вдыхал ореховый аромат. Сделав первый глоток, парень повернулся лицом к аудитории и оглянулся. «Темпл-бар» привычно полон посетителей. Какая приятная картина. Люди потягивали пиво и бесконечно говорили, смеялись и провозглашали тосты. Карпов любил быть причастным к жизни.

Оглядывая до зависти позитивные выражения лиц, Валера только спустя несколько минут заметил девушку под боком. Внешность жгучей брюнетки мало заинтересовала охотника. Он с удивлением наблюдал, как она опустошает бокал. Для Карпова девушка с виски была каким-то абсурдом. К соседке подошла администратор бара.

– Марина, на сегодня хватит, давай вызову такси.

– Ну ты представляешь! – подвыпившим голосом восклицала та. – Я для него всего лишь игрушка! Что он о себе возомнил?

– Марина! – строго произнесла администратор.

– Да-да, я скоро, последний глоток.

Но как только администратор отошла, Марина поманила бармена и заказала ещё пятьдесят виски. Валера поднёс к носу опустошённый бокал и поморщился: на средствах барышня явно экономила.

– Запиши на меня, – негромко сказал он. – «Макаллан», восемнадцать лет.

"Эх, я почти его ровесник" – подумалось Карпову. Парень продолжал наблюдать за Мариной. В её поведении было слишком много необычного для Валеры, и это не давало оторвать глаза от девушки. Неожиданно их взгляды встретились, когда она ощутила приятный вкус старого напитка.

– Твой виски? – воодушевлённо спросила Марина. – Я вообще-то не ароматы собралась дегустировать. У меня очередная драма в жизни.

– И это повод пить всякую гадость?

– Женская логика. И к тому же, моего «хочу» достаточно.

– Шопинг, салоны красоты, просто поплакать в подушку. Почему здесь? Почему виски? Признаюсь, ты удивила меня.

– Всё это уже перепробовано много раз, ничего не работает. Я устала так жить. Хочу, чтобы он просто нормально ко мне относился. Неужели я не заслуживаю такой мелочи? Все вокруг встречаются и счастливы. Только у меня всё через пень колода. Я не знаю, не знаю, что делать.

– Сменить обстановку, – улыбнулся Валера. – Пойдём, тебе нужно свежее дыхание.

Через несколько минут Марина позабыла о личных драмах. В необъятные просторы ночного города её нес «Харлей». Девушка ловила порыв встречного ветра и что-то говорила Карпову. Тот лишь улыбался и прибавлял газу. Вскоре она положила голову на его плечо. Спокойное дыхание Марины радовало Валеру.

– Я отвезу тебя домой, – сказал Карпов.

– Не говори ерунды, – возражающим тоном ответила девушка. – Поехали к тебе, ночь в самом разгаре.

Крутой поворот. Валера не хотел думать, какую роль в словах Марины сыграл виски. Сентябрьская погода выветрила лишние мысли, лишний алкоголь. Слезая с байка, девушка улыбалась и расспрашивала Карпова о его жизни. На лестничной клетке пару ждал сюрприз. Соседка Карпова по этажу, пенсионерка Алевтина Олеговна решила в половину третьего помыть пол в коридоре.

– Глядите, опять шалаву какую-то привёл! – воскликнула она, сложив руки в боки. – Что тебе дома с уроками-то не сидится! Всё где-то шляешься! Да ещё и по ночам!

– И вам доброй ночи, Алевтина Олеговна, – грубо сказал Карпов.

В квартире Валера неловко извинился за холостяцкий бардак. Он помог девушке снять плащ и проводил её на кухню. Сам Карпов направился в гостиную и быстро начал скидывать валяющееся на полу оружие в диван. Вскоре парень вернулся к Марине и для поддержания разговора брякнул:

– Ну, вот так я и живу. Пойдём в гостиную. Она стала немного приятнее.

– Какой ты самостоятельный! – удивилась Марина. – Где работаешь?

– Неважно, – махнул рукой Валера. Он не смог придумать денежное занятие, от которого у него появились бы квартира и «Харлей». – Не люблю говорить о том, чем голова и так занята по несколько часов в сутки.

– Твоя бабулька всегда такая сумасшедшая?

– Да, она немного не в себе. Со скуки с ней можно разругаться из-за пустяка.

В гостиной заиграла музыка. Казалось, звуки происходят отовсюду: Карпов считал акустику главным элементом комфорта. Но мелодии остались на заднем фоне. В руки Марины вновь приплыл бокал виски. Танцевальные движения и энергия девушки заводили Карпова. Он положил руки ей на талию. Она дотянулась до ноутбука и включила медленную мелодию. Валера понимал, к чему приближает это знакомство. Марина сделала заметное движение головой, но он отвёл взгляд в сторону и сказал:

– Есть вещи, о которых можно пожалеть в будущем.

– Не грузись. Я бросила его, когда села на мотоцикл. И этой ночью хочу принадлежать только тебе.

Начало учёбы в университете стало для Карпова настоящим испытанием. Каждый будний день новоиспечённый студент спрашивал себя, куда пропадает время. Валера со школы привык вечерами и ночами напролёт колесить с серебром по городу и утолять хищные аппетиты. Но на занятиях приходилось новым людям доказывать свои старые знания. Предстояло потратить ещё много недель, чтобы заработать нужную репутацию.

В одну из больших перемен, которые предназначались для обедов, Валеру в буквальном смысле подловили у дверей столовой.

– Пойдём, уважаемый, нужно поговорить, – недружелюбно заявил бледнолицый, схватив охотника за плечо.

– Остынь, паренёк! – удивлённо воскликнул Карпов. – Какие-то проблемы?

– Теперь у тебя большие проблемы! За ночь с моей девушкой ты жестоко заплатишь! Хотя бы имеешь представление, с кем связался? Я могу превратить твою никчёмную жизнь в вечные мучения!

Но Карпов представлял, с кем связался. Он не обратил внимания на белоснежные кроссовки, зауженные джинсы на худощавом теле и стильную прическу блондина. Чеснок в правом кармане штанов охотник носит всегда. Валера взирал на краснеющую кожу и вполне понимал гонор твари.

– Слушай, я не посмотрю, что ты типа крутой вампир, – холодно сказал он, глядя в серые глаза. – Сколько я зарезал, сколько перерезал. Я заставлю тебя вымаливать серебряную смерть!

– Ах, спаситель человеческих душ, – рассмеялся парень. – Приходи сегодня в десять на набережную Седова. Поговорим о жизни. И запомни, меня зовут Дима. Дима Стрельцов. Это последнее новое имя, которое ты услышишь.

Карпов и Буслаев озадаченно переглядывались. Взгляд Илюхи всё понимал и с укором говорил: "Похоже, ты нажил себе нового врага". Валера всего лишь улыбнулся. Он не только переспал с той симпатичной брюнеточкой, но и нашёл смысл жизни на ближайший вечер.

Ни первая, ни пятая, ни двадцать пятая. Валера сбился со счёту, сколько раз он готовился к подобным «стрелкам». Охотник прекрасно знал, что Стрельцов будет не один. Отлично, не придётся ради одной пешки тратить свой вечер. Карпов накинул поверх кожаного жилета мрачный поношенный плащ, поднял воротник и поспешил к "Харлею".

Прискорбно было осознавать, но погода выдавала последние в этом году тёплые деньки. Это было ещё то время, когда вечером путь освещало солнце, и дул приятный прохладный ветерок. Валера ненавидел холод, снегопады и осенью по обыкновению впадал в уныние. Загруженность в университете этому только помогала. Но Карпов знал, что даже по сугробам будет гоняться за тварями. И это снова возвращало его к мысли о вампире.

Валера оставил «Харлей» на дороге и спустился к каменистому берегу. Около воды на корточках стоял Стрельцов. Он перебирал мелкие камушки в ладони. Услышав шаги, вампир выбросил их в воду.

– Ты Марину со мной собрался делить? – спросил Карпов.

– Нет, я взял от неё то, что хотел. Хочу научить тебя уму-разуму как старший по университету. Четвёртый курс, как-никак.

– И не выгнали ведь ещё, – усмехнулся Валера.

– Да, кровь профессоров такая интеллигентная, своеобразное наслаждение.

– А кровь вампира такая холодная. Как и сердце, когда его вырываешь из бездыханной плоти. И сей триумф…

– Фантазёр, – рассмеялся Стрельцов. – Ты никогда не вырывал сердце вампиру. Что ты знаешь о дьявольских тварях, мальчишка?

Валера мгновенно протянул руку и всадил её в грудину вампира.

– Ты чувствуешь, как я держу твою дешёвую жизнь?

Стрельцов заорал не своим голосом. Карпову в шею прилетел нож, на него кто-то набросился. Рука вышла из плоти вампира, но охотник ощущал пустоту в ладони. Валера достал из-под локтя кинжал и всадил его нападавшему. На свет появился пистолет. Новым движением Карпов прострелил голову следующей жертве. Рядом корчился вампир: серебряный наконечник попал в лёгкое. Охотник перевернул тело и пронзил твари сердце. Плоть разлагалась, но Валера не видел Стрельцова. Он словно испарился. Карпов дико заорал и с досады пнул по кучке камней.

Состояние фрустрации напало на охотника. Он отчаянно не мог понять, как впервые в жизни упустил жертву. Упустить! Как это возможно? Карпов медленным шагом отправился к «Харлею». Рана на шее затянулась, но Стрельцов кое-что знает теперь об охотнике Архангельска. Его нельзя убить простым ножом с кухни. Валера дал полный газ и поклялся, что четвертует треклятого вампира на этой неделе. Никто не должен знать маленький секрет Валеры Карпова.

В комнате в который раз зазвонил будильник. Если Валера Карпов немедленно не поднимет себя с кровати, то получит в университете очередное опоздание. Он дотянулся до телефона и оборвал столь ненавистную мелодию. Охотник разлепил глаза, потянулся, сел в кровати и снова завис, туманным взглядом уставившись в пол. Бродяга почувствовал движение и поднялся на свои четыре лапы.

– Пошли завтракать, – пустым голосом сказал Валера.

Услышав про еду, волк рывком устремился на кухню. Когда Карпов вошёл, он уже отрывал зубами сырое мясо от здорового куска из холодильника. Парень иногда жалел, что учил друга открывать хранилище с едой носом. Валера кинул на сковородку два яйца и кусок хлеба и тоже потянулся к холодильнику. Он выбрал себе кусок куда меньше, но вскоре кухню наполнило громкое чавканье.

"Надо торопиться", – каждое утро вертелось в голове Карпова, когда он смотрел на часы. Лучше вообще не приходить на пару, чем опаздывать. Так могут и за дверью оставить, а это столько потраченного зря времени. Валера заглотил яичницу и поспешил в прихожую. Хоть он и не любил смотреться в зеркало, но у его гардероба оно было от потолка до пола. Каждый раз, когда охотник доставал верхнюю одежду, он невольно наблюдал одну и ту же картину.

На него смотрел крепкого телосложения стандартного роста около ста восьмидесяти парень с чёрными растрёпанными волосами, едва закрывавшими шею. Карпов быстро отвернулся, накинул куртку с заклёпками и обратился к волку:

– Бродяга! Учти, если сегодня ты съешь мяса больше, чем положено, то холодильник закрою на замок! Ты не один хищник в этой квартире, и делиться нужно, равно как и оставлять на запас.

Валеру иногда пугали аппетиты волка. Он мог не отходить от холодильника, а мог сутками пропадать на улице. Но самое главное, чего боялся Карпов, кажется, всё равно не могло случиться. Бродяга просто не толстел и был самым энергичным созданием, которое парень когда-либо встречал в жизни.

Улица освежила всё ещё сонного и неповоротливого Карпова. Он радостно вдыхал свежий воздух нового дня и вскоре седлал лучшего друга в дороге – «Харлей-Дэвидсон», подарок на шестнадцатилетие от приёмного отца. Опекун наивно полагал, что школьное увлечение Валеры мотоциклами пропадёт к совершеннолетию и на восемнадцать лет подарит машину. Но, кажется, в этом вопросе он слишком плохо знал Карпова.

Одна из радостей в жизни сейчас заревела и испускала клубы дыма. На баке железного коня Валеры огненными буквами высечено название, нарисовано каре тузов. На заднем крыле написано белым по чёрному "дикая жизнь", а рядом красовалась маленькая голова волка с раскрытой пастью. У байка была раздвоенная выхлопная труба и двойная передняя фара, которую Валера с удовольствием включал тёмными ночами.

Карпов вставил в уши наушники от плеера и под звуки металлической музыки выкатил зверя со стоянки.

Архангельский Государственный Технический Университет, или попросту АГТУ. Так называлось учебное заведение, которое выбрал Валера для следующих пяти лет ничего неделания. Он поступил на экономический факультет, чтобы изучать финансы и кредит, с умным лицом строить цифровые прогнозы и получать за это много денег. Ну, по крайней мере, так думает приёмный отец. На самом деле Карпов планировал уже ко второму семестру через пень колода посещать пары и выезжать на зачётах только за счёт имени, на создание которого будет убит первый семестр. Чтобы затем вернуться на любимую дорожку: жестокость, кровь, убийства.

Общество студентов неоднородно, даже если учиться на престижном факультете. Здесь встречается разный народ с разными увлечениями, своими странностями и абсолютно непохожими характерами. В такой обстановке каждый будний день находился Валера. В университете всегда можно было найти друга или врага на всю жизнь.

В школе Карпов постоянно подтверждал статус самого загадочного персонажа. О парне достоверно был известен только один факт: о нём не известно ничего. Весьма странные привычки, действия и образ жизни часто отталкивали собеседников, хотя общаться с ним было довольно приятно, а главное – познавательно. У Валеры на глазах большими буквами написано, что он повидал многое в этой жизни. Не каждый молодой человек обладает взглядом восьмидесятилетнего старца. Собеседникам иногда казалось, что Карпов видит их насквозь, бесцеремонно копаясь в мыслях и эмоциях. Что-то жуткое и неприятное было в этом пронизывающем взгляде. Парень уже привык к тому, что незнакомые люди странно на него косятся, будто он есть воплощение ада на Земле, что не могло не быть правдой.

АГТУ – высшее учебное заведение, школьные привычки придётся забыть, по крайне мере на время. В старших классах учителя прощали опоздания, неподобающее поведение за прилежное отношение к делу. Рисковать в университете Валере не хотелось. Да и кто знает, вдруг экономика будет по-настоящему интересной темой? В придачу, расписание обещало несколько любопытных предметов вроде краеведения, на котором студент просто хотел болтать о своём регионе.

Карпов приближался к главному корпусу. Он проезжал мимо красочной клумбы цветов, за которой следят студенты. Атмосфера старого университета царила вокруг АГТУ, ведь следующей весной заведению исполняется ровно восемьдесят лет, пышные празднования готовились уже сейчас. Рядом находился всегда подстриженный газон, и росли могучие деревья. Валере было лень везти байк на стоянку, а затем идти пешком до входа. Зачем? Карпов оставил «Харлей» у самых дверей и вошёл в просторный холл.