Профсоюзы и «мировая закулиса»

Таким образом, пикового, максимального показателя в XX веке численность членов масонских лож в США достигла в конце 1950-х гг.

Однако вернемся к профсоюзам.

Братство паровозных машинистов (БПМ), став «старейшим … и самым успешным среди различных тайных обществ железнодорожников в Соединенных Штатах»[71], дало своего рода образец организации для других категорий рабочих, занятых на железной дороге. Его примеру вскоре последовали проводники, создавшие в 1868 г. Орден железнодорожных проводников (Order of Railway Conductors), кочегары, сформировавшие в 1873 г. Братство паровозных кочегаров (Brotherhood of Locomotive Firemen) и тормозные кондукторы, учредившие в 1883 г. Братство железнодорожных тормозных кондукторов (Brotherhood of Railroad Brakemen). Эти три профсоюза вместе с машинистами вошли в историю как «Большая четверка» братств, ставшая самым влиятельным профсоюзным объединением в США к началу Первой мировой войны, и оставалась таковой вплоть до первой половины XX века[72]. Кроме того, братства «Большой Четверки» были первопроходцами в этом стиле юнионизма в 1870-е и 1880-е гг.; они «определили преобладающую модель профсоюзного движения в одном из наиболее жизненно важных секторов экономики страны, включив в свое число самые первые успешные профсоюзы на национальном уровне, сыгравшие жизненно важную роль в развитии американского механизма трудовых отношений»[73]. Остальные железнодорожные профсоюзы в конце XIX века «подражали образцу братств, появившихся с 1880-х гг.»[74].

За ними, следуя образцу и примеру своих предшественников, в 1886 г. в виде тайной организации создали свою «Ассоциацию взаимопомощи» стрелочники (Switchmen's Mutual Aid Association), которая затем, в 1894 г. преобразовалась в профсоюз (Союз стрелочников Северной Америки – Switchmen's Union of North America). Основателями Союза стрелочников были члены масонских лож Рыцарей Пифиаса, Древнего ордена объединённых рабочих и Ордена объединённых друзей[75]. Не остались в стороне и вагоновожатые, организовавшие в начале 1890-х гг. свое «Братство» (Brotherhood of Railway Carmen of America), телеграфисты (Order of Railroad Telegraphers), служащие (Brotherhood of Railway Clerks) а также Братство железнодорожных путевых рабочих (Brotherhood of Railway Trackmen) и др., которые затем объединились в профсоюзы национального уровня[76].

«Более явно, чем большинство других американских профсоюзов, железнодорожные братства […] происходили от масонского братства, широко распространенного в Соединенных Штатах в XIX веке. Они практиковали братский ритуал, подчеркивали принципы взаимопомощи и моральной поддержки, […] что помогло им выжить во враждебном политическом и экономическом климате конца XIX века[77], – отмечают авторы «Энциклопедии истории профсоюзов и рабочего класса США», – […] ранние железнодорожные братства в середине – конце XIX века напоминали современные [масонские] братства, в которых братья занимались унизительными и тайными посвящениями, и в которых смешивались элементы розенкрейцерства и масонского ритуала. Братья клялись в соблюдении секретности и бессмертной преданности группе, обменивались секретными рукопожатиями и обязывались работать только с братьями»[78].

В годы, последовавшие за Гражданской войной, при прямом участии масонов были созданы рабочие организации, которые представляли собой не что иное, как масонские ордена в прямом смысле этого слова. Так, в 1868 г. появляются две такие организации – в июле «Рыцари Св. Криспина» и в октябре – «Древний орден объединенных рабочих» (ДООР).

«Рыцари Св. Криспина»[79] (Knights of St. Crispin) были профсоюзом американских сапожников, созданным по организационному принципу масонских лож[80]. «Ритуал – клятвы, тайная работа, тщательно продуманная церемония, – пишет исследовавший его историю Г. Кили, – проходили через всю работу ордена […] во многом они совпадали с традициями масонства»[81]. В 1870 г. его членство составляло около 50 тысяч, и он был, «безусловно, крупнейшим профсоюзом в стране»[82]. Таким образом, появление этого профсоюза отвечало назревшим потребностям организации этой категории рабочих, а его тайный характер и принцип организации демонстрировали в тех условиях свою эффективность. Однако этот профсоюз просуществовал недолго – после экономического кризиса 1873 г. начался его упадок, а к 1878 г. он полностью исчез.

Вскоре после своего возникновения «Рыцари Св. Криспина» вошли в состав «Ассамблеи рабочих» – организованной в 1865 г. федерации профсоюзов штата Нью-Йорк. В первые годы «Ассамблеи» «по крайней мере две аффилированных с ней организации были секретными – Рыцари Св. Криспина и Высший Орден механиков Солнца»[83].

Высший Орден механиков Солнца (League of Friendship, Supreme Mechanical Order of the Sun), таким образом, кроме того, что был масонским орденом, идентифицировал себя и как профсоюзную организацию. Это важно отметить, поскольку об этой организации осталось очень мало сведений в истории – она просуществовала только несколько месяцев. Появившись в апреле 1868 г., в октябре того же года она уже прекратила свое существование[84]. «Ревностный и правоверный масон»[85] Джон Апчёрч (John Jordon Upchurch, 1820–1887), возглавивший «Механиков Солнца» в последние месяцы их деятельности, так вспоминал об этих обстоятельствах: «Мне говорили, что это был Орден защиты рабочих. Но я очень скоро обнаружил, что Ложа блуждает в темноте. Мы не могли получить никакой информации от Великого Совета, пока мы не вкладывали больше денег, чтобы получить так называемую степень «Рыцарь Железного Кольца», что требовало дополнительной оплаты в пять долларов. Я пришел к выводу, что все это было гнилым до глубины души, предпринятым с целью мошенничества и, следовательно, недостойным доверия и поддержки рабочих. Я рассказал членам, что я об этом думаю, и многие из них согласились со мной»[86]. Членами Лиги состояли механики, машинисты, кочегары и поденщики, занятые на железной дороге.

В октябре 1868 г. Дж. Апчёрч вместе с другими масонами вышел из «Высшего Ордена механиков Солнца», чтобы основать «Древний орден объединенных рабочих» (ДООР) (Ancient Order of United Workmen)[87]. «В ритуалах и эмблемах Ордена явно [было] видно масонское влияние, – писал об этой организации масон А. Стивенс, – которое оказало влияние на рождение многих братств. Как и масонские, и другие тайные общества, орден имел свои степени посвящения […]»[88]. У. С. Харвуд включил Орден в число других масонских орденов[89].

В конституции ДООР, составленной Дж. Апчёрчем, говорилось, что целью Ордена является «объединение всех механиков для защиты их интересов от любых посягательств, и возвышение труда до такого уровня, на который он справедливо имеет право». Для этого Орден собирался «использовать все законные средства […] для урегулирования всех различий […] между работодателями и работниками […] на основе вечной истины о том, что интересы Труда и Капитала равны и должны получить равную защиту». Конституция исключала возможность использования забастовок «за исключением случаев, когда они становятся абсолютно необходимыми»[90]. Однако через некоторое время, как отмечалось в биографической справке, составленной одним из братьев по поручению Ордена, «Апчёрч с горечью увидел, что его идеал объединения капитала и труда для взаимной выгоды оказался ничтожным»[91].

Таким образом, ДООР не проявлял какого-либо радикализма, тем не менее А. Пинкертон считал его появление результатом «агитации в рабочих кругах […] агентов Коммуны», […] и цель, которая при этом преследовалась, – «уничтожение всех правительств»[92]. Это было уж явное преувеличение.

«Древний орден объединённых рабочих, возможно, является старейшим и наиболее успешным в своем роде в Соединенных Штатах, – отмечал А. Стивенс, – его дела управляются умело, и его членство занимает второе место среди неполитических тайных организаций»[93]. В 1895 году в США насчитывалось 6000 лож ДООР с более чем 318 тыс. членов, а в Канаде – около 32 тыс.; вдовам и сиротам в период с 1869 по 1895 гг. было выплачено более 70 млн долларов[94].

Но, пожалуй, самым грандиозным явлением в профсоюзном движении, возникшим в соответствии с масонскими схемами, был «Орден рыцарей труда». В 1869 г. портной, член братств масонов, «Чудаков»[95] и «Рыцарей Пифиаса»[96] Урия Стефенс (Uriah S. Stephens, 1821–1882) основал «Благородный и Священный Орден Рыцарей Труда Америки» (Noble and Holy Order of Knights of Labor of America). До этого, в период 1853–1858 гг. он совершил путешествия по Мексике, Калифорнии, Центральной Америке, Вест-Индии, Англии, Германии и Бельгии. В Лондоне он познакомился с портным И. Г. Эккариусом[97], сподвижником К. Маркса, и впоследствии членом Генерального совета «I Интернационала». Эккариус «оказал огромное влияние на Стефенса и даже считается, что он познакомил его с Коммунистическим манифестом»[98]. В зарисовке жизни У. Стефенса, опубликованной в 1894 году, говорилось: «Стефенс разработал секретную работу и конституцию Ордена рыцарей труда (ОРТ). Это было сделано во внешней форме тайных обществ масонов, но основывалось на философских принципах социализма»[99].

Такое замысловатое сочетание идеологии масонства и марксизма в сознании Стефенса проявилось и в деятельности созданной им организации, которая в первые годы своего существования представляла собой немногочисленную тайную масонскую секту. «Ранняя история Рыцарей Труда пронизана двумя могущественными идеалами: ритуальным братством и секретностью»[100], – отмечает один из наиболее проницательных исследователей истории ОРТ. Ритуалы ОРТ представляли собой своеобразную смесь из «Рыцарей Пифиаса», «Чудаков» и спекулятивных масонов, причем последние были главным источником вдохновения, идеологические же принципы «Рыцари» позаимствовали у масонов[101].

Рыцари Труда стремились создать единый фронт рабочих, производителей против капиталистов. Орден вел борьбу за установление восьмичасового рабочего дня, упразднение детского труда, повышение заработной платы и улучшение условий труда в целом. ОРТ даже позволил женщинам и афроамериканцам вступать в его ряды. «Рыцари Труда» стремились достичь своих целей, прежде всего, путем бойкота и мирных переговоров, не прибегая к забастовкам поскольку, как считали «Рыцари», они приводят к кровопролитию и усилению напряженности. Но среди них было и немало таких, которые отдавали предпочтение забастовкам.

Стефенс настаивал, чтобы «Рыцари» соблюдали строгую тайну и сложные ритуалы. Он был убежден, что это обеспечивает верность членов профсоюза, защищает их от преследований работодателей и способствует стабильности. Находясь во главе организации, он все время был категорически против любой отмены секретности и ритуалов, потому что, по его мнению, они были необходимы для сплочения разрозненных и деморализованных рабочих[102]. Секретность, заложенная в Ордене вначале, была причиной медленного роста его численности[103]. Орден фактически сам себя поместил в социальную изоляцию, его тайный характер вызывал в окружающих раздражение, неодобрение и даже опасения. «Распространялась тревога, газеты тиражировали абсурдные измышления в отношении его замыслов, в которых были выдвинуты обвинения в коммунизме и подстрекательстве, а католические и протестантские священнослужители поспешили осудить неизвестного монстра»[104], – пишет о настроениях в обществе относительно «Рыцарей» автор – современник тех событий, исследовавший профсоюзное движение в США.

Однако в конце 1870-х годов в организации начали усиливаться настроения в пользу упразднения секретности. Помимо соображений о росте рядов, католических членов «Рыцарей» также беспокоила оппозиция со стороны католической церкви и негативное отношение общественности к секретным организациям после суда и казни членов «Молли Магуайерс»[105].

На специальной сессии Генеральной Ассамблеи ОРТ в июне 1878 г. было принято решение отказаться от секретности и преобразовать Орден в обычную «светскую» организацию. Стефенс, для которого это было потрясением, всячески противился, но не в состоянии преодолеть давление в пользу нового плана, подал в отставку. В сентябре 1879 г. Великим магистром труда (Grand Master Workman) – таково было официальное звание лидера ОРТ – был избран бывший машинист и мэр г. Скрэнтон (шт. Пенсильвания), католик Теренс Паудерли (Terence V. Powderly, 1849–1924), не принадлежавший к масонству[106]. Стефенс же оставался активным членом местной ассамблеи ОРТ до своей смерти в 1883 г. В 1880-е гг. численность Ордена как сначала росла, так и затем уменьшалась впечатляющими темпами: в 1883 г. было 5383 членов, 71 000 членов в 1884 г., 111 000 – в 1885 г. и 711 000 – в 1886 г.[107] В 1881 году право на членство получили женщины. ОРТ приобрел международные масштабы: его филиалы были созданы в Великобритании и Франции (где в 1896 г. насчитывалось ≈100 000 членов), а также в Бельгии, Австралии, Южной Африке, Новой Зеландии и на Гавайях[108].

В 1893 г. на посту Великого магистра труда Паудерли был сменен Дж. Совереном (James R. Sovereign, 1854–1928), который снова попытался засекретить деятельность Ордена и вернуть его к позициям его основателя. Однако никакие меры уже помочь не могли: ОРТ в 1886 г. прошел пик своей популярности – с этого времени его численность и влияние продолжали неуклонно снижаться. В 1894 г. «Рыцарей» уже было 235 тыс., а в 1897 г. – около 175 тыс.[109] В начале XX в. Орден рыцарей труда еще влачил жалкое существование и вскоре перестал существовать.

Причин краха ОРТ было несколько. Джейсон Кауфман попытался найти ответ на вопрос: «Почему американские профсоюзы пошли по другому пути, чем их коллеги почти в каждой демократической нации в Западной Европе?»[110]

Правящий класс США уже давно искал повод для расправы над «Рыцарями труда»; особенно раздражала их борьба за введение 8-часового рабочего дня. 1 мая 1886 г. в Чикаго была организована очередная массовая забастовка с этим требованием. Это послужило поводом к массовым увольнениям, на что рабочие ответили ещё одной забастовкой 3 мая, во время разгона которой полиция применила оружие, в результате чего были убитые и раненые. 4 мая по призыву анархистов возмущенные рабочие собрались на массовый митинг на площади Хеймаркет, во время которого провокатор бросил в толпу бомбу: были жертвы как среди митинговавших, так и полицейских. Зачинщики митинга были арестованы, 4 из них казнены, среди них – видный деятель ОРТ Альберт Парсонс (Albert Richard Parsons, 1848–1887). В память об этих событиях I конгресс II Интернационала в 1889 г. постановил ежегодно праздновать 1 мая как День международной солидарности всех трудящихся.

События на площади Хеймаркет в 1886 г. потрясли национальное сознание американцев. Хотя участие ОРТ в беспорядках не было доказано, пресса ложно приписала «Рыцарям» призыв к национальной забастовке, работодатели начали систематическую травлю членов профсоюзов (не только ОРТ). В течение 1870-х – 1890-х годов работодатели оказывали ожесточенное сопротивление рабочему движению, подавляя многочисленные забастовки и испытывая волю бастующих рабочих[111]. Частым явлением стали локауты, рабочих заставляли подписывать соглашения о том, что они не будут вступать в профсоюзы, хозяева обменивались черными списками и активно использовали рабочих шпионов (в основном, из агентства Пинкертона). Вся эта антипрофсоюзная деятельность была сосредоточена прежде всего против «Ордена рыцарей труда», из которого, в этих условиях, начинается дезертирство членов.

Была еще одна очень важная причина упадка ОРТ. Речь идет о том, что в 1886 г., когда Орден находился на пике своей славы и влияния, в США появился профсоюзный центр, который довольно скоро вытеснил «Рыцарей» на обочину, а сам стал самым мощным и влиятельным в профдвижении США и остается таковым и посейчас. Это – Американская федерация труда (АФТ), основателем которой стал рабочий сигарной фабрики, эмигрант из Великобритании Сэмюель Гомперс (Samuel Gompers, 1850–1924).

О роли масонства в возникновении и первоначальном развитии АФТ доподлинно ничего до сих пор не известно. Можно с уверенностью говорить лишь о том, что многие члены и функционеры профцентра были масонами, в то время это было вполне закономерно: таково было модное веяние того времени – «золотого века братств».

Что касается С. Гомперса – человека, который основал АФТ и был ее бессменным руководителем на протяжении почти 40 лет (1886–1924), вплоть до своей смерти, то его принадлежность к масонству, судя по всему, не сыграла особой роли в появлении и деятельности АФТ. С. Гомперс, осмыслив сложившуюся в то время ситуацию, не стремился придать АФТ масонский характер – это было и неактуально, и, попросту, не модно.

Сэмюель Гомперс, эмигрировав вместе с родителями в США в подростковом возрасте, как и многие другие молодые иммигранты, быстро погрузился в иммигрантскую интеллектуальную и общественную жизнь Нью-Йорка. В период 1863–1880 гг. Гомперс вступил и участвовал в Межнациональном профсоюзе производителей сигар, Древнем ордене лесников[112], Независимом ордене чудаков, входил в Орден Рыцарей труда, Международную ассоциацию рабочих, Общество этической культуры Феликса Адлера, дискуссионный клуб Cooper Union[113] и другие[114].

Таким образом, Гомперс, еще будучи подростком, проявлял склонность к участию в различных общественных, и, в частности, в масонских организациях. Но в масонские ряды он вступил, когда уже был в зените своей славы. Известно, что в 1904 г. (т. е. через 18 лет после создания АФТ), он стал адептом масонской ложи Доусона № 16 (Вашингтон), а в 1906 г. он уже достиг 32° посвящения[115]. В 1920 году он писал: «В своей масонской жизни я посещал ложи во многих странах, и я узнал, что масонство во многих странах, особенно в Латинской Америке, является основным средством, с помощью которого сохраняется свобода совести, мысли и выражения»[116]. Тем не менее, несмотря на все симпатии к масонству, Гомперс создавал АФТ как сугубо светскую организацию.

Выяснение вопроса о роли, месте и значении ОРТ и АФТ в профсоюзном движении США конца XIX в. многое проясняет для понимания связей и взаимовлияния братств, профсоюзов и масонства в развитии этих движений.

«Рыцари», кроме всего прочего, стремились к созданию единого многоцелевого братства американских рабочих по всей стране. «Это поставило их в прямую конкуренцию с процветающим братским движением нации, тогда как более успешная АФТ, которая пережила 1880-е годы и выросла в последующие десятилетия, сознательно избегала такой конкуренции»[117], – отмечает Дж. Кауфман. АФТ «сознательно избегала» того, чтобы идентифицировать себя как братский орден: она организовывала рабочих по профессиям и ее единственное внимание было сосредоточено на получении более высокой заработной платы для своих членов; таким образом, американские рабочие могли оставаться членами АФТ и одновременно участвовать в своих местных братских организациях[118]. АФТ создала новую реальность в профдвижении США, в которой она могла предложить рабочим нечто другое, не противопоставляя себя более популярным братским орденам той эпохи.

АФТ представляла собой пример успешной организации перед лицом конкуренции со стороны братских ассоциаций и противодействия со стороны работодателей. Стратегия Гомперса при создании АФТ заключалась в том, чтобы отказаться от братства, избежать политического позерства и создать «деловую основу для профсоюзного движения». Забастовки, организуемые АФТ, даже если и заканчивались поражениями, тем не менее показывали превосходство профсоюзной формы организации[119].

Одним из факторов краха Рыцарей Труда была его организационная структура, включавшая в себя цели братской ложи и профсоюза. В целом, организация была «ни рыбой, ни мясом» (neither fish nor fowl) – братством без братского плана бенефициаров и профсоюзом без должного руководства[120].

Кроме того, ОРТ раздирали внутренние противоречия и распри. Некатолических членов ордена раздражало стремление католиков упразднить братские обряды и ритуалы. Католики же вне ордена периодически организовывали кампании против «Рыцарей», осуждая орден и угрожая прихожанам отлучением от церкви; в некоторых городах рыцарям-католикам даже отказывали в обряде отпущения грехов и в христианском погребении[121]. К тому же, в годы руководства Паудерли внутри ОРТ образовалась довольно сильная группа радикальных социалистов, противопоставлявшая себя как католикам, так и приверженцам масонства.

Паудерли, таким образом, был поставлен перед необходимостью одновременно умиротворять взаимоисключающие группы набожных католиков, ярых социалистов и почитателей братско-масонских традиций. Чтобы привлечь больше членов, а также смягчить критику со стороны католического духовенства, Паудерли постоянно пересматривал заповеди ордена, сокращая ритуалы и клятвы и отменяя секретность. Хотя сам Паудерли не отвергал социализм, он постоянно пытался уменьшить социалистическое влияние, чтобы успокоить и своих католических критиков, и консервативных масонов[122].

В этой ситуации стали частыми явления дезертирства членов ордена, их перетекание в другие организации (в том числе, в профсоюзы АФТ), которые лучше представляли их интересы, преследуя при этом «менее витиеватые и более разумные цели». В городах, где отмечалось снижение уровня членства «Рыцарей» в условиях начавшихся преследований, наблюдалось аналогичное и пропорциональное увеличение членства в других формах братских и профсоюзных организаций. К примеру, в Ньюарке, штат Нью-Джерси, в 1886 и 1889 годах были свернуты 60 рыцарских лож, и за тот же период было основано 11 новых обществ взаимной выгоды, а также 3 новых братства воздержания (от алкоголя); 5 новых протестантских, нативистских братств; и 18 новых общих братских орденов[123].

То, обстоятельство, доказанное орденом, что масонство и профсоюзная деятельность могут быть объединены в одно целое, несомненно, стало сильным стимулом для многих членов в первый период деятельности ОРТ. Тем не менее, это также оказалось одним из источников упадка «Рыцарей». То, что помогло «Рыцарям труда» вырасти в общенациональную организацию, вскоре привело к их гибели; они были продуктом своего времени, а также их жертвой[124].

Традиции же гражданского общества в Америке, «которыми восторгались Токвиль, Шлезингер, Патнэм и Скочпол, оказали сдерживающее влияние на американское профсоюзное движение в конце XIX века», а «чистый и простой рабочий тип профсоюзного движения оказался единственной жизнеспособной формой организации рабочего класса в Соединенных Штатах, когда начался XX век»[125].

Некоторые историки видели одной из причин неудач «Рыцарей» некомпетентность их лидеров, в частности Т. Паудерли[126], которого попросту считали «пустозвоном»[127].

Еще одной из важных причин упадка ОРТ были новые реалии, в которых ремесленный тип профсоюзов (craft unionism[128]), к которому, безусловно, принадлежали «Рыцари», начал себя изживать. Ему попросту уже не было места в новых условиях, хотя его руководство продолжало цепляться за устаревшие догмы и методы деятельности.

Появляются профсоюзы, которые еще несли отпечаток традиций старых ремесленных гильдий и влияния масонства и были связаны с ними многими нитями (секретный характер деятельности, ритуалы, клятвы, символы, церемонии, регалии), но уже проявляли все больше стремления к тому, чтобы подчеркнуть свою «светскость», хотя бы в названии.

Таковым были профсоюзы: Объединенная ассоциация металлургов (ОАМ) США (Amalgamated Association of Iron and Steel Workers of the United States), основанная в 1876 г., Американский союз стекольщиков (АСС) (American Flint Glass Workers' Union, 1878), Союз стрелочников Северной Америки (СССА) (Switchmen's Union of North America. 1886), Межнациональная ассоциация машинистов (МАМ) (International Association of Machinists, 1888) и др.

ОАМ создавалась как тайная организация, для ее членов были разработаны секретные способы распознавания друг друга. «За десятилетие он стал одним из самых влиятельных профсоюзов в США»[129]. АСС – профсоюз, созданный по системе лож, с ритуалом и другими атрибутами обычного тайного общества. Но, «как ни странно, – отмечает А. Стивенс, – он был связан с несекретной Американской федерацией труда, несмотря на особенности своей секретной работы и церемониальную роль в его создании со стороны Рыцарей Труда»[130]. СССА был секретным профсоюзом, основной целью которого было взаимное вспомоществование; его основателями были члены Рыцарей Пифиаса, Древнего ордена объединённых рабочих и Ордена объединённых друзей (Order of United Friends)[131]. МАМ – «это один из крупных, хотя и более молодых профсоюзов, созданных на основе системы лож, с признаками идентификации членов, известными только посвященным. Он не признает […] прямое происхождение от какого-либо из более старых секретных профсоюзов, однако обладает характеристиками всех из них и фактически является законным преемником таких организаций, как ОАМ, АСС и др.»[132], – так характеризовал этот профсоюз масон А. Стивенс.