Психомародеры: Тетрадь Бешенства
- -
- 100%
- +
Именно об этом я и думал.
Не знаю, как ей помочь, но…
– Давай попробуем что-нибудь сделать, если ты этого хочешь.
– Да, хочу. Я хочу узнать саму себя еще лучше. Я хочу понять, на что способна.
* * *
– Обсессивно-компульсивное расстройство – это состояние, болезнь, которая проявляется в навязчивых мыслях – обсессиях,– за которыми следуют навязчивые действия – компульсии. Я очень мнительная. Была, наверное… если моя психика победила болезнь, то вся симптоматика сходит на «нет». Как проявлялась моя болезнь? Во-первых, я всегда боялась микробов. Я боялась прикасаться к немытым вещам. Я постоянно открывала двери, используя влажные салфетки, по девять раз намывала руки двадцать раз за день, не могла есть и пить из посуды в ресторане, ведь до меня ею кто-то пользовался. Словом, я боялась всего того бесконечного множества бактерий, вирусов, грибов, простейших и гельминтов, что нас окружают. А потому я часто использовала горячий пар для обработки своей одежды и других вещей. Во-вторых, я очень мнительная. Я верю во все приметы и суеверия. Стая ворон, черная кошка… если шагнула на люк, если наступила на границу плитки на тротуаре, если встретила женщину с пустыми ведрами – все! Ровным счетом, все самые разные бредовые и бессмысленные суеверия. В-третьих, я девять раз включаю и выключаю свет, выходя из дома, чтобы убедиться в том, что он действительно выключен. Я часто проверяю выключен ли газ и перекрыта ли вода. Я знаю, что уже выключила чайник, но все равно повторяю одни и те же действия много раз. Я даже придумала себе число девять. Девять раз помыть руки, девять раз выключить свет и девять раз перекрыть воду. Даже когда я жду автобус, мне надо девять раз просчитать до девяти. Если не успею – он не приедет. Это и есть четвертое. Я постоянно навязчиво считаю о девяти и всячески играю с этой цифрой. Пятое – мне тяжело понимать, что чувствуют другие люди. Я будто не могу угадать их настроение и эмоциональное состояние. Злятся они или просто устали. Я вообще не знала, как общаться нормально и взаимодействовать с людьми! Мне лучше было находиться одной. И наконец шестое… я постоянно боюсь сойти с ума. Я прекрасно отдаю себе отчет в том, что все мои действия и мысли – ненормально. Это мешало мне жить, но при этом я не могла с собой ничего не поделать. Я ношу с собой большие упаковки влажных салфеток и несколько флакончиков с антисептиками. У меня есть даже несколько упаковок медицинских масок, чтобы не заразиться в общественном месте. Я боялась сойти с ума и скатиться в самую настоящую шизофрению! Вот такая паранойя.
Выслушав все, что она мне рассказала о своей болезни, я задумался о том, что симптоматика весьма разнообразна. Вероятно, у Пандоры скрыта не одна способность, как и у меня.
Нужно исходить из заболевания.
Если у меня каждая альтер-личность дает мне свою силу, то как быть с ее ОКР?
Надо вспомнить другие диагнозы.
Сотис. Раздвоение личности. Призывает двойника.
Саманта. Депрессия. Замедляет ход времени.
Лита. Синдром Алисы в стране Чудес. Изменят форму и размеры предметов.
Юно. Социопат. Управляет огнестрельным оружием.
Кого я еще знаю?
Милиса. Амнезия. Стирает память.
Смагард. Синдром чужой руки. Призывает дополнительные призрачные конечности.
Адо. Арахнофобия. Призывает армию пауков, а из спины растут паучьи лапы.
Ги Осмонд… Нарцисс… огромный потенциал возможностей…
– Есть идеи? – поинтересовалась у меня Пандора.
– Хм, ты сказала, что верила в приметы и боялась столкнуться с черными кошками или стаей ворон?
– Ага… это почти фобия!
– Попробуй обратить ее себе на пользу.
– Что ты имеешь в виду?
– Призови их и заставь себе подчиняться.
Мы стояли на просторной полянке у дома. Пандора с удивлением взглянула на меня. Нас разделяло расстояние в десять метров, чтобы никто из нас не пострадал.
Кивнув, она попыталась собраться с мыслями.
Пандора закрыла глаза, подняла голову к небу и вдруг…
Я услышал вой ворон.
Целая стая черных птиц вылетела из леса и пронеслась у нас над головами. Вороны принялись кружиться над домом чернильным вихрем.
Пандора открыла глаза и посмотрела на результат своих усилий.
– Получилось!
И стоило ей расслабиться и воскликнуть это, как вся стая птиц обратилась в облако черного дыма.
Вороны буквально растаяли в воздухе.
Да… у нее получилось…
– Ого! Просто отлично! Как думаешь, с кошками справишься?
– Сейчас попробую!
Не альтеры дают мне силу, а я использую их и создаю свою силу сам. Об этом мне сказал доктор Элеасаро. Можно перефразировать это фразу и сказать так: «не болезнь дает тебе силу, а ты берешь силу из болезни».
Пандора снова сосредоточилась, как сделала это и в первый раз. А потом… я внезапно повалился на землю.
Прямо подо мной пробежала целая свора черных кошек, сбив меня с ног! Они буквально прыгали по мне, направляясь к своей хозяйке.
– Ой, прости меня!
– Ничего-ничего!
Я постарался подняться на ноги и увидел, как Пандора весело смеялась, поглаживая своих питомцев.
Ей удалось это снова.
Так просто!
– Правда, они милые? Смотри, как умеют!
И черные кошки принялись прыгать на задних лапах, словно собаки.
– Ах, мне так смешно!
Но когда Пандора начала звонко смеяться, кошки, как и вороны, испарились, обратившись в струйки черного дыма.
– Ой! Я забываю про контроль!
– У тебя отлично получается, Пандора! Ты уже освоила целых две способности!
– Как думаешь, я способна на что-то еще?
– Это решать тебе. Надо что-то придумать…
Мы оба задумались о том, какой еще симптом болезни может подсказать нам способность.
– Ой! Знаю! Думаю, это отлично подойдет, чтобы сражаться с врагами!
– И что же ты придумала?
– Вот, смотри!
Пандора резко выставила руки вперед, развернувшись в сторону леса. Ничего не случилось.
– Ах, не получается!
У меня тоже как-то не получалось.
– Попробуй в точности представить то, что ты хочешь получить, – дал я совет.
– Ага! Хорошо! Я попробую еще раз…
Пандора заняла боевую стойку. Закрыла глаза, а потом совершила медленный пасс руками, расставив их в разные стороны.
Из обеих ладоней вырвались столбы горячего пара.
Пандора открыла глаза и повертела головой, чтобы успеть посмотреть на свой результат.
– Это был… пар? – удивился я.
– Да! Я просто вспомнила, как обдавала горячим паром одежду. И я подумала: почему бы не обдать им наших врагов?!
Эта девушка окончательно сама разобралась, как действует сила психомародеров. Ее собственная сила.
– Это просто фантастика, Пандора! Правда! Я бы и сам не додумался до такого!
Пришло время пополнить мой список психомародеров.
Пандора. ОКР. Призыв черных кошек и ворон, владение горячим паром.
* * *
Ги Осмонд зашел в круглую темную комнату, из которой под дверь струился синеватый мерцающий свет.
Свет исходил от большого экрана монитора, висящего на стене, с которого транслировалось изображение видеоигры, где герой быстро двигался и использовал самое разное оружие и навыки для сражения с жуткими монстрами и демонами, превращая их в кровавые клочья.
Остальная часть комнаты – множество шкафчиков, полочек и ящиков, заставленных преимущественно дисками с видеоиграми и музыкой. Маленькую комнату наполнял звук сражения и предсмертные вопли демонов из видеоигры.
В самом центре комнаты – скопление мягких подушек и одеял. Вокруг лежат пустые пакеты из-под чипсов, жестяные смятые банки газировки и обертки от конфет.
В этом ложе сидел маленький мальчик лет шести. Светлые волосики, голубые большие глазки. Одетый в толстовку с капюшоном ванильного цвета, короткие черные шортики и белые носочки, он сидел по-турецки и интенсивно нажимал на кнопки на джойстике, управляя персонажем из видеоигры.
Ги Осмонд, войдя в душную комнату, аккуратно закрыл за собой дверь.
– Добрый вечер, господин, – поздоровался с ним игрок, не отрываясь от своего занятия.
– Здравствуй, Мило, – обратился к нему Ги Осмонд в ответ.
– Подождите минутку. Я почти закончил.
– Само собой, конечно.
И Мило прокомментировал происходящее в игре:
– А теперь… Огненный бич! И сдохни! Сдохни! Сдохни! Сдохни! Сокрушительный вихрь и карающий удар! Есть!
Изображение на экране сменилось панелью с заголовком: «Миссия пройдена».
Мило выпустил джойстик из рук и засунул ладонь в упаковку с чипсами, подобрав остатки.
– Вы что-то хотели?
– Да, Мило. Пришло время использовать твою способность лунатика.
– Кто станет жертвой?
– Новый психомародер из «Скитальцев души».
– Тот, у кого множественное расстройство личности?
– Именно.
– Интересно. В таком случае… вы знаете, что мне нужно.
Ги Осмонд подбросил в воздух флэш-карту, и Мило поймал ее одним ловким движением, даже не поворачиваясь к нему лицом.
Затем Мило поднял голову к потолку, высыпая крошки чипсов себе в рот.
Мальчик встал, прошелся по комнате к компьютеру и вставил флэш-карту в компьютер.
– А вы мне купите пятую часть этой игры? Она поступила в продажу вчера.
– Разумеется, Мило. Завтра утром она будет у тебя.
– Прекрасно.
Мило вернулся на свое ложе из подушек и взял джойстик в руки. Стило ему нажать несколько кнопок, как на экране появилась фотография Листера, который злобно смотрел на него.
– Как вы его сфотографировали?
– Я пристроил камеру к карману своего пиджака.
– Умно. Что ж… фотография – все, что нужно мне, чтобы проникнуть в его сны.
– Отлично, Мило. Помучай его хорошенько и расскажи мне о всех его слабостях и силах.
– Будет сделано, господин. Остается дождаться, когда он уснет.
Ги Осмонд довольно улыбнулся.
И Мило напомнил:
– С вас пятая часть игры.
Глава 13. Тайные сообщники
– Два виски со льдом, пожалуйста.
Сотис и Лютен сидели за барной стойкой в «Таракан в голове». Кроме них в баре больше никого не было. Зал пуст.
– А почему нет посетителей? – поинтересовался Сотис.
Бармен, наливая напитки в стаканы, ответил:
– После того, как люди узнали, что ко мне наведывался сам Ги Осмонд с энергетическими вампирами, они стали реже заходить ко мне.
Изумлению Сотиса не было предела.
– Ги Осмонд? Вы серьезно? – переспросил Лютен.
– Да, – бармен добавил лед и поставил готовые напитки на стойку, – он пришел сюда, сел вон за тот столик, а потом явились вампиры. Меня они попросили выйти, чтобы я не подслушивал их разговор.
– Переговоры с Барбатосом, – догадался Сотис.
– Но вы же что-то слышали, верно? – поинтересовался Лютен.
Бармен протер стол чистым белым полотенцем.
– Да, слышал. Вампиры принесли серебряный кейс. Ги Осмонд не получил то, что хотел. Не знаю, что именно у них там случилось, но глава «Пожирателей мыслей» оказался крайне недоволен. Эти переговоры, как вы сказали, закончились неудачно для обоих сторон. Ни одни, ни вторые не получили желаемого.
Оба: Сотис и Лютен прекрасно знали, что должно было лежать в том серебряном кейсе.
– Спасибо, что рассказали нам, – обратился к нему Сотис.
– Да не за что! Отдыхайте, ребята. Если надо – зовите.
– Благодарим.
И бармен покинул зал, уйдя на кухню.
– Выпьем?
Лютен взял стакан в руки.
– Только за встречу, Лютен. У меня еще много работы.
– Конечно, Сотис. За встречу!
Они чокнулись стаканами и сделали два глотка.
– А теперь рассказывай, что творится в «Последнем синдроме», – начал Сотис.
– Все тихо, но я уверен, что мой босс что-то затевает.
– О чем ты?
– Он крайне недоволен тем, что вы ведете войну с «Пожирателями мыслей». Ваше противостояние мешает ему.
– Мешает?
– Ага, видишь ли, Сотис, Ги Осмонд – хороший поставщик средств. Союз «Пожирателей мыслей» и «Последнего синдрома» дает обоим хорошие плоды. Этот альянс – взаимовыгодное сотрудничество. Без Ги Осмонда моим пришлось бы работать в два раза больше. Обе эти организации – звенья одной цепи. Мы в одной лодке, которая мчит нас в сторону бездны.
– «Бездны»?
Лютен хитро улыбнулся.
– «Скитальцы души», Сотис. Вы, ребята, можете насолить всем организациям Мараканда. Но я не советую сражаться со всеми сразу. Пока ваша цель – «Пожиратели мыслей». Если свяжетесь с нами, то вам несдобровать. Ты же сам знаешь, что мои не уступают Ги Осмонду по силе.
– Мы не хотим войны, Лютен.
– Войны? А вот тут ты попал прямо в точку.
Сотис заметно напрягся.
Мысли о надвигающейся войне между всеми организациями психомародеров Мараканда не давала ему покоя.
– Что ты хочешь сказать, Лютен? – озадачился Сотис.
– Мы оба знаем, о чем я, Сотис. Ты же ведь тоже, как и я, чувствуешь надвигающуюся угрозу? Ваша эстафета с «Пожирателями мыслей» – только начало настоящей бури. Тучи сгущаются над Маракандом, Сотис. Помяни мое слово, друг. «Пожиратели мыслей» – необходимый рычаг, который должен существовать. Это нужное зло.
– Нужное зло?
– Именно. И это зло сдерживает собой еще большее зло, позволяя ему оставаться в тени.
– Ты про «Последний синдром»?
– И не только. «Последний синдром» – лишь малая часть большого зла. Настоящее зло кроется в войне, которая захлестнет весь Мараканд, если вы победите.
А вот такая цепочка размышлений Лютена совершенно не нравилась Сотису. Он взял стакан в руки и сделал маленький глоток.
– Говори прямо, Лютен. Я не понимаю.
– Все ты понимаешь, Сотис. Просто не хочешь признавать истину. А истина в том, мой друг, что ваша победа над «Пожирателями» приведет к войне. Вы дернете за этот рычаг и запустите процесс. С каждой победой над меньшим злом, на сцене появляется новое. С каждым поверженным врагом найдется кто-то более сильный и могущественный. Это порочное колесо вам не остановить.
– И что ты предлагаешь? Сдаться?
– Ни в коем случае! «Скитальцам души» надо понять, какая у них настоящая цель. Вы работаете на Когнитивный Департамент, защищаете новых психомародеров, мешая «Пожирателям» пополнить свои ряды, а также охотитесь за психоартефактами. Слишком много работы, Сотис. Я даже тебе сочувствую.
– Не стоит. Я справляюсь.
– Ты тащишь на себе всех «Скитальцев».
– Это не так! Доктор Элеасаро делает для нас очень много. И остальные. Они тоже во всем участвуют.
– Возможно, но все вместе они не делают и половины работы, которую делаешь ты. Взять, к примеру, нашу встречу здесь. Только мы с тобой знаем всю правду обо мне. Лишь ты один рискуешь всем, сидя сейчас в этом баре со мной. И я рискую всем. Но причина нашего риска нам обоим известна.
Они друзья.
Других причин быть не может.
Пускай жизнь разбросала их по разным организациям, они остаются друзьями, несмотря ни на что.
– Ты – умный человек, Сотис, – продолжил Лютен, – ты – мой лучший друг. Я знаю тебя. И я знаю, что ты все сам прекрасно понимаешь. Если вы сотрете «Пожирателей» с лица Земли, то последствия этого будут непоправимы. Тогда вы уже ничего не сможете изменить.
– Новое зло?
– Да, Сотис. Еще более сильное и могущественное. «Пожиратели» – запертые двери, не выпускающие дикого зверя наружу. Вы должны тщательно обдумать свои действия.
– Они не оставляют нам выбора, Лютен. Ты это понимаешь?
– Выбор есть всегда. И ты это знаешь. Вопрос лишь в том, кто примет это решение. Если ты понимаешь то, что происходит на самом деле, не значит, что и остальные понимают то же самое. Сейчас только твое влияние на «Скитальцев» решит исход вашего противостояния с «Пожирателями». Какая твоя цель, Сотис?
– Мне нужно вернуть Листера и Пандору в Штаб, пока Ги Осмонд не добрался до них. Я должен успеть, а потому долго мы с тобой здесь сидеть не можем.
Лютен взял стакан и предложил Сотису еще раз выпить. Они снова чокнулись и осушили стаканы.
Сотис почувствовал жар в глотке. Он сделал слишком большой глоток.
– Как тебе этот Листер?
– Признаться честно, я не встречал психомародера сильнее. Он – единственный, кому удалось сегодня противостоять Ги Осмонду. Он выжил и спас другого человека. Это дорого стоит. К слову сказать, такое мне повторить не удалось. Его способности гораздо сильнее моих.
– А пистолетами и мечом он владеет недурно?
– Тренировки оставляют желать лучшего. Но его дар… Лютен, я чувствую, что этот парень еще не раз скажет свое слово. Когда он поймет, на что способен, то кто знает, чем это обернется?
– Ты должен его направлять, Сотис, чтобы он… не сбился с пути. Большая сила ослепляет. Ги Осмонд – живое доказательство этому. Как это ни парадоксально, но, чем больше у тебя силы, тем меньше ты защищен. Ты начинаешь думать только о нападении и истреблении своих врагов, забывая о защите. Это большой риск. Мальчику придется это понять.
– Он поймет, когда придет время. Да, я верю, что он – способный парень. Он уже начинает понимать, что надо делать. Он оставил меня и Юно там, а сам отправился защищать Пандору. Они даже уехали из Мараканда. Это решение… требует смелости. Я не могу говорить о том, что он бросил нас, понимаешь? Он делал то, что требовал от него долг. Он понимал, зачем мы взяли его на задание. Листер взял на себя полную ответственность за жизнь Пандоры. Когда я знаю, что она с ним, мне спокойно. Я просто знаю, что они не пропадут. Это… удивительно, ты не находишь?
Лютен лишь пожал плечами в ответ.
– Я с ним не встречался, Сотис, а потому не буду судить о нем строго. Если верить твоим словам, то ты возлагаешь на мальчика большие надежды.
– Это так.
– Будь осторожнее с этим. Если начнется война, то мне будет трудно помогать тебе впредь. Ты это знаешь.
– Да, Лютен, конечно. Я все понимаю. Каждую нашу встречу ты рискуешь своей жизнью и своей репутацией.
– Я буду намного важнее вам, оставаясь в тылу. «Последний синдром» пристально следит за вами, Сотис. Не забывай об этом. Они не спускают с вас глаз, изучая, словно муравьев под лупой. Один неверный шаг, и они могут вас прихлопнуть.
– Пусть попробуют!
Но Лютен не смог поддержать оптимизм товарища. Он осознавал всю угрозу происходящих событий.
– Просто не давайте войне развязаться. Если это случится, Мараканд окрасится кровью. И пламя вспыхнет. Тогда вы уже ничего не сможете изменить.
– Хорошо, Лютен. Я тебя понял. Обещаю, что сделаю все возможное.
– Буду тебе благодарен, Сотис. Я верю, что ты справишься.
Сотис взял пустой скатан в руку и поиграл с кубиками льда, оставшимися на дне, покружив стакан в руке, слушая их стук о стенки.
– Ты хотел меня удивить, – вспомнил Сотис, – я готов.
– Ах, да! Спасибо, что напомнил. Мы ведь за этим сюда пришли… полагаю, это поможет вам решить все проблемы. Видишь ли, Ги Осмонд, смотрит на все очень субъективно, как и мои в «Синдроме». Они не видят вещи такими, какие они есть. А энергетические вампиры просто кучка дураков. Барбатос весьма отстает в интеллектуальном развитии. К слову, у них у всех скудный склад ума. Мне удается оставаться в тылу врага и быть незамеченным. И это, мой друг, далеко не все, на что способен мой гибкий ум и мои… ловкие руки.
И в следующий момент Лютен извлек из-под рубашки белый предмет и быстро положил его на стойку перед глазами Сотиса.
Он смотрел на белую тетрадь, лишенную всяких надписей на плотной обложке, обмотанную тонкой серебряной цепочкой.
– Тетрадь Бешенства…
Сотис взял ее в руки дрожащими пальцами и отогнул уголок, чтобы заглянуть внутрь, ведь цепочка не позволяла открыть ее полностью. На белых страницах он увидел часть красной надписи.
– Так это правда… все записи в ней ведутся кровью.
Сотис с широко раскрытыми глазами смотрел на Лютен, который довольно ухмылялся в ответ.
– Как?
– Хитрость. Ловкость. И талант. Я похитил ее у энергетических вампиров и даже заменил куском льда. Ги Осмонд ничего не заподозрил. Это лишний раз доказывает скудность их интеллекта. А я так хотел поиграть…
Сотис до сих пор не мог поверить в том, что его другу удалось все это провернуть и оставить «Пожирателей» и энергетических вампиров с носом.
– Все это время она была у тебя?
– Ага! Прямо здесь!
Лютен похлопал себя по животу.
– Прятал под рубашкой. Цепи всегда холодные. Открывать ее слишком опасно. Никогда не знаешь, когда начнется ее действие. Ты же знаешь, на что она способна?
– Да, я долгое время изучал ее. Тетрадь Бешенства позволят красть у психомародеров их силы. Они записываются в нее красными чернилами. Владелец Тетради может забрать себе любую силу, записанную на ее страницах, прочитав надписи. Тетрадь Бешенства – посредник, который передает силу психомародера от одного к другому. Сначала ты крадешь силу и записываешь ее в Тетрадь. А потом из Тетради забираешь любую силу. Ты также можешь ее вернуть обратно в Тетрадь, если пожелаешь. Эта Тетрадь – нечто вроде шкатулки для способностей психомародеров. Твое личное хранилище даров. Как я понимаю, какие-то силы уже записаны туда. Если Ги Осмонд получит Тетрадь, то сможет забрать их себе, а также украсть навсегда любую силу любого психомародера. И вернуть ее первоначальному владельцу уже никак нельзя. Тетрадь безвозмездно забирает способности.
Лютен уверенно кивнул.
– Ты прав. Тебе же известно про побочный эффект?
– Ах, да! Совсем забыл! Каждая способность психомародера, когда она покидает его сознание, становится болезнью. Присваивая себе его дар, другой психомародер присваивает не способность в чистом виде, а заболевание. Дальше его психика должна справиться с болезнью, чтобы трансформировать ее в способность. Иными словами, чем больше способностей психомародер забирает себе, тем больше нужно силы его психике, чтобы справиться с этими болезнями. Чтобы обладать целым арсеналом способностей, психомародер должен обладать очень сильной психикой. В противном случае, она просто не справится с таким избытком расстройств и не сможет трансформировать какую-то часть из них в способность. Значит, есть простая вероятность элементарно сойти с ума в самом прямом смысле.
– Именно. Ги Осмонд слишком самонадеян, если думает, что может забрать себе все способности. Его собственный эгоизм его же и погубит. Я отдаю Тетрадь вам, Сотис. Пока она у меня, я подвержен большой опасности. Пусть лучше хранится у «Скитальцев» в архиве. Не спешите ее уничтожать, если ты об этом подумал. Тетрадь единственная в своем роде. Других таких просто не существует, как и остальных психоартефактов. Тебе ли, охотнику за сокровищами, не знать, что все они существуют в единственном экземпляре, а потому очень ценные. Эта Тетрадь еще может вам пригодиться. Приберегите ее для нужного момента.
Сотис спрятал Тетрадь Бешенства под свою рубашку, прижав ее к телу. Как он посчитал, так будет надежно.
– Цепи, действительно, холодные… Ты прав, Лютен. Мы позаботимся о том, чтобы эта вещь не попала в дурные руки. Наш Штаб из-за обилия психоартефактов и так уже стал золотой жилой. Мы просто обязаны охранять все то богатство, которое собрали. Вот мои обрадуются новому артефакту! Коллекция пополняется.
Лютен легко усмехнулся и похлопал Сотиса по плечу.
– А теперь нам пора. Ты должен вернуть Листера и девочку. Я желаю вам удачи, друг. Держитесь.
Они встали и крепко обняли друг друга.
– Твоя помощь неоценима, – прошептал Сотис Лютену на ухо, – береги себя, дружище.
– И ты себя, Сотис. В первую очередь. Ты и так делаешь слишком много для других. В этом твоя сила и слабость. Помни это хорошенько.
– А ты такой же зануда, каким и был раньше. Ничего не изменилось.
– И я этому рад.
Лютен похлопал Сотиса по спине.
– Надеюсь, в следующий раз мне не придется спасать твою задницу.
– Все может быть.
– Тогда… до встречи на этом же месте?
– Как всегда.
Так они и распрощались, разойдясь в разные стороны. Никто из них не знал, когда встреча повторится снова.
Глава 14. Энергетические вампиры
Бони и Саманта сидели в засаде, ожидая появления энергетических вампиров. Они спрятались на холме, с которого открывался вид на кинотеатр «Двадцать пятый кадр», расположенный внизу под открытым небом.
Опустилась ночь.
На поле съехались автомобили. Одни зрители предпочли оставаться в салоне машины, а другие выходили на свежий воздух и устраивали настоящий пикник, готовясь к сеансу кино.
С каждой минутой «зал» заполнялся новоприбывшими зрителями и в итоге оказался плотно забит. Все заставлено машинами! Влюбленные пары и семьи с детьми приехали сюда, чтобы отдохнуть и посмотреть хороший фильм.
– Ты что-то чувствуешь? – спросила Саманта у Бони.
– Пока нет, – ответил он, – как почувствую – дам тебе знать.
– Фильм скоро начнется.
– А поэтому нам нужно вооружиться.
Большой экран наконец загорелся. Заиграла веселая музыка, и начались вступительные титры.