Сон Феникса. Корона Ангела

Жизнь.

Или смерть?

Не важно, что я выберу, ведь случившееся уже не изменить.

Я помню, как он падал. Я помню, как она горела. Я помню, как смерть вырвалась из него.

И мы утонули.

Я исчезла.

И весь мир исчез.

Сначала я потеряла Пандемонию де ла Сию – свою наставницу, свою подругу. Эта женщина заменила для меня мать, пускай мне несколько больно и неприятно это осознавать. Она предала меня еще тогда, когда я была ребенком. Но сейчас это не имеет никакого значения. Все мы ошибаемся. Она была Президентом Лос-Мариса, города, в котором я прожила всю свою сознательную жизнь, и сейчас ее нет.

Больше нет…

Лантан – мой отец. Мой папочка… тот, кто воспитывал и растил меня. Всю мою жизнь он заботился обо мне и всеми силами оберегал от опасности. Помню, как он отговаривал меня от работы в частном агентстве «Сон Феникса» по борьбе с Порождениями Катаклизма. Помню, как он держал в тайне секрет о том, что я – полукровка. Помню, как он молил Пандемонию на коленях не делать из меня оружие против Ван Альго де Кристеллера, Темного Алхимика, моего заклятого врага.

И сейчас его тоже нет…

Существование моего отца оборвалось. Осталась только память.

Что же случилось в те последние секунду существования мира?

Ламберт, демон, которого я люблю больше жизни, принял свой истинный облик – черный ворон с четырьмя лапами по имени Коул. Мы полетели с ним… Он хотел убить Монстра – жуткое древние создание, которого призвали в мир с помощью Огнива Хаоса. Смерть, которую поместили в него Смертоносные Сестры, была готова вырваться наружу.

И она вырвалась.

Это случилось тогда, когда мы оказались внутри Тени.

И все исчезло.

Да… похоже, именно так и было.

Что же случилось потом?

Где оказалась я?

Если я мертва, то могу увидеть… маму… Эта мысль не давала мне покоя. В этот момент, учитывая все это, мне хотелось быть мертвой.

– Вставай, Эмили Элизабет, – сказал мне ее нежный голос, – открывай глаза…

– Мама!

И мир вернулся.

Я поняла, что лежу на холодной земле. На мое лицо падают крупные белые хлопья. Зима еще не закончилась…

Эта зима меня доконает!

Оглядевшись, я понимаю, что нахожусь на главной площади Района Пегаса, самого богатого и престижного района города. Вот недалеко от меня возвышается здание Резиденции Президента.

Сейчас день. Люди спешат на работу. Гудят автомобили. Жизнь идет своим чередом.

А как же…

– Не полагается такой молодой леди лежать в снегу, – произнес кто-то, склонившись надо мной.

Ничего не понимаю!

– Вы упали? Вы не ушиблись? Позвольте мне помочь вам…

Трясу головой, а сама протягиваю руку. Кто-то сильный схватил меня и поднял на ноги – мир перевернулся.

– Так лучше?

Меня заботливо отряхнули от снега.

– Все в порядке, девушка? А то мне надо спешить…

Он посмотрел на часы.

– Я вас… не задерживаю…

Нахмурившись, мужчина кивнул и удалился прочь, смешавшись с уличной толпой богатых жителей Лос-Мариса.

Вновь оставшись одна, я пытаюсь собрать все факты в единую картинку. Ничего не выходит!

Как это возможно?

Мы сражались… здесь собралась армия Порождений и вся Гильдия Серебряных Охотников – государственная организация по борьбе с Порождениями. Ван Альго де Кристеллер и его возлюбленная, Клонд-Альда де Мор'Лиа Бореалис (демонической имя – Хела), намеревались захватить город. Они призвали Тень (иное имя Монстра). Хела… эта тварь убила его…

Она убила моего отца!

Что мне делать? Куда идти?

Я…

– С вами все в порядке? Вы не заблудились?

Ко мне обратился приятный и чертовский знакомый женский голос.

Оборачиваюсь и…

Ох, как же…

Она стоит передо мной. Живая и невредимая… Пандемония де ла Сия собственной персоны! Одетая в голубое пальто, ее светлые волосы заплетены в аккуратный пучок и покрыты капюшоном.

Молчу, не в силах произнести даже звука.

– Как вас зовут? Я могу вам чем-нибудь помочь?

Она жива… Она здесь… и она не помнит меня!

Если это Ад, то я попала…

– Вы помните свой домашний адрес? У вас есть телефон – я могу позвонить вашим друзьям или родным.

– Не стоит, – собралась я.

– Правда? Простите… вы выглядите потерянной.

– Бывает. Не обращайте внимания. Это проходит. Правда.

Она с подозрением осмотрела меня с ног до головы.

– Полагаю, вы найдете свой дом. Если все хорошо, то я пойду?

– Конечно! Не смею больше вас задерживать, госпожа Президент.

И я тут поклонилась в знак уважения.

– Вы еще помните, кто я, – усмехнулась Пандемония, – значит, память повреждена не сильно. Удачи вам, юная леди.

– И вам хорошего дня, госпожа Президент!

Откланявшись, она направилась дальше в сопровождении высокого громилы в белом костюме. Это точно был Мастер Радон – глава Гильдии Серебряных Охотников, – а я его даже не заметила.

– Видимо, ушиблась, когда упала и поскользнулась, – шептала Радону Пандемония, – бедняжка… надеюсь, она найдет дорогу домой. Выглядит вполне здоровой, но напуганной.

А потом их голоса затмил собой шум моторов.

Она жива!

Черта с два! Почему она меня не помнит?

Что это за место?

И жуткая мысль врезалась в мою голову в тот момент: «Это не мой Лос-Марис».

– Определенно…

Определенно, что-то случилось, когда мы с Коулом врезались в Тень, и смерть внутри него освободилась, выйдя наружу.

Что же могло произойти в тот миг?

Почему бы просто… не спросить у него самого!

– Ламберт!

Я срываюсь с места и бегу. Мигом достигаю дороги и останавливаю первое попавшееся такси. Есть ли у меня деньги? К счастью, завалялась пара купюр во внутреннем кармане пальто – я безумно рада такому стечению обстоятельств. Интересно, как давно они у меня там лежат?

Словом, мне сильно повезло.

Запрыгиваю на заднее сиденье.

– Куда едем, юная леди? – поинтересовался таксист.

– Улица Мандрагор, дом семь.

Автомобиль рванулся с места, и я окуналась в шум города. Выглядывая из окна, я не замечала разительной перемены между тем Лос-Марисом, в котором я жила до вчерашнего дня, и этим, в который я попала сейчас.

Те же дома, те же автомобили, те же баннеры с рекламой, те же магазины и кафе, те же парки и скверы – все на своих местах.

Только не я…

Пока ехала в такси, снова пыталась сложить события в хронологической последовательности и установить причинно-следственную связь. Но все мои попытки закончились провалом!

Почему Пандемония де ла Сия жива? Почему не помнит меня?

Я не могла в этом разобраться… и даже не могу предположить, кто поможет.

– Приехали.

Выглядываю из окна и вижу… та самая дверь, та самая вывеска с надписью: «Частное агентство «Сон Феникса».

Дом, милый дом…

– Этого хватит? – протягиваю несколько купюр.

– Вполне…

Выпрыгиваю из машины и спешно иду к двери Штаба. Потянула ручку – заперто! Сунула руку в карман – ключей нет. Стучусь.

Никто не открывает. Может, они на задании?

Эта единственная разумная мысль, которая смогла прийти мне в голову в тот момент.

Услышав какой-то смех за дверью, я не выдержала и подбежала к окну, через которое просматривался Оранжевый Зал.

Я увидела… Ламберта!

Он радостно кружил в воздухе Киру – мою рыжую бестию – лучшую подругу. Двое весело смеялись, а потом… они поцеловались!

Что за…

Странное чувство, смешанное с болью, непонятным предательством и отчаянием, нахлынуло на меня.

Поцеловавшись, они быстро обменялись словами, и Ламберт, поставив Киру на ноги, направился к двери, чтобы открыть мне.

Не хочу этого…

Что-то здесь совсем не так!

Ламберт с Кирой? А остальные?..

Проклятье!

– Иду-иду! – слышу бодрый голос Блэка за дверью.

Я не выдержала. Я убежала за угол и спряталась…

Дверь открылась, и послышался голос Ламберта:

– Кто здесь? Эй! Если это чья-то шутка…

– Ламберт, закрой дверь – холодно! – голос Киры из дома. – Там никого? Так иди же ко мне! Мы еще не закончили… Элиас и Винсент вернутся из магазина не скоро.

Я услышала, как дверь закрылась.

От ее открытия и до закрытия я стояла, прижавшись спиной к стене дома, задержав дыхание. В глазах у меня застыли слезы.

Что-то мне подсказывает, что они тоже не смогут меня вспомнить…

Ламберт с Кирой. А Элиас и Винсент одни пошли в магазин? Блэк никогда никого не посылал в магазины. Мы всегда ходили все вместе.

Я уже не спрашиваю себя о том, что случилось. Я спрашиваю другое: «Что мне делать?».

– Возьми себя в руки, Эмили!

Я обняла саму себя. Становилось холодно. Слезы обращались в льдинки на лице.

Оставалось лишь одно место, где меня могут вспомнить. Если нет… не хочу даже думать об этом!

Бегом я неслась через весь город. Минуя улицу за улицей, я даже не позволила себе остановиться, пока не достигла цели. Все смотрели на меня с недоумением. На кой черт этой девушке в пальто понадобилось бежать так быстро и так долго?

Но все мои мысли были забиты лишь одним фактом, который ранил меня до глубины души. Ламберт не помнит меня. Никто не помнит.

Что же я наделала?

Что это за поганый мир?

Наконец мне удалось достигнуть цели. Я быстро поднялась на нужный этаж. Замерла перед дверью. Холодный палец нажал на дверной звонок.

Перевожу дыхание. Если здесь мне не помогут, то…

Дверь открылась быстрее, чем я ожидала.

На пороге квартиры стоял маленький мальчик лет четырех-пяти. С каштановыми волосами, он изумленно улыбался мне.

– Здравствуйте, тетя! – сказал он мне.

Может, я ошиблась адресом?

Не может быть… это квартира, в которой я прожали всю свою жизнь!

– Сколько раз я тебе говорила не открывать незнакомцам? – раздался женский голос из дома.

Этот голос был строгим, но приятным…

В коридор вышла женщина. Одетая в джинсы и голубую блузку, она держала на руках маленького ребеночка, которого поила из бутылочки с соской.

Светлые глаза, золотистые, как у меня, волосы, приятные и нежные черты лица. Знакомая улыбка… И блестящий серебристый демонический хвост.

Наши взгляды встретились. Она посмотрела на меня так, будто пыталась узнать во мне старую подругу, которую сильно потрепала жизнь после их разлуки.

– Здравствуйте, – обратилась она ко мне, – я могу вам чем-нибудь помочь?

Но я не могу вымолвить ни слова.

Неожиданно из соседней комнаты вышел Лантан, одетый в белую футболку и серые спортивки. Почесав затылок, он обратился к этой женщине:

– Что-то случилось, Мерседес?

Мерседес…

Потом отец посмотрел на меня.

Он ведь… падал…

– Чем-нибудь можем помочь? Вы кого-то ищите?

А что я?

Вы можете представить мое состояние?

Я вижу свою мать! Свою родную мать, которая умерла, защищая меня, когда я была младенцем! Я вижу своего отца, Лантана, в смерти которого частично виновата и я сама! Я вижу каких-то детей…

А эти двое…

Они даже не узнают меня!

Как же я хочу кричать и рыдать! Я хочу броситься их обнять и сказать: «Я – ваша дочь! Я – ваша дочь…».

Но этот глупый и дурацкий мир не позволяет мне так поступить.

– Нет, – сказала я вслух сама себе, – вы… не можете мне помочь…

Мерседес и Лантан переглянулись.

– Может, все-таки можем? – наделялась Мерседес.

– Я… пойду… простите… ошиблась дверью…

Лантан кивнул:

– Да, конечно… хорошего дня!

– И вам.

Мальчик, что держал дверь, помахал мне ручонкой:

– Пока-пока!

И дверь закрылась у меня перед носом.

Сдерживаю ли я рыдания?

Уже нет.

Бегу по ступенькам вниз – почти спотыкаюсь. Выбегаю из подъезда – и падаю.

Я не могу сдерживать себя. Больше не могу!

Я просто сажусь на тротуар и плачу. И ничто на всем белом свете не может меня остановить.

Прохожие проходят мимо меня стороной – пусть идут. Все мои друзья не помнят меня – пусть не помнят. Все те, кто были мертвы вчера, сегодня живут – пусть живут.

Мои родители вместе. Они оба живы. Они счастливы. И у них дети.

А что я?

Я уже не их ребенок?

Я вообще чужая!

Мне не место в этом прекрасном мире, где всем… так хорошо без меня.

– Нынче холодно сидеть в снегу, – сказал мне голос, – может, вам помочь?

– Уходи прочь! – рявкнула я.

Незнакомец замер.

Почувствовав себя виноватой, я подняла голову и увидела…

Зеленые волосы, змеиные клыки!

Кай.

– Эм… простите меня…

Кай – член другого частного агентства «Горгульи Полуночи». В другом мире, моем мире, он уже мертв. Кай предал своих друзей и присоединился к деяниям Темного Алхимика. Когда Хела похитила меня и держала в подвале особняка, в лаборатории, Кай навещал меня.

Он мучил меня. Он целовал меня. Он причинял мне боль и страдания.

Вспоминаю я о тех часах его посещения с содроганием… Именно он оставил на моем лице эти уродливые шрамы, что прибудут со мной до конца жизни, как память о тех ужасных событиях.

О всех тех низостях, что он позволял себе вытворять со мной…

Мой мучитель, тиран и предатель сейчас тянет мне руку помощи.

– Так вам нужна помощь? – настоял он на своем.

Я даже в мыслях не могу представить, что он может еще раз прикоснуться ко мне, к моей коже… Даже в этом мире, когда он совсем другой.

Тем более в этом мире…

– Нет, не стоит, я справлюсь.

– Уверены?

– Кай! – раздался голос у него за спиной.

Там стояли «Пантеры» – черные мотоциклы «Горгулий Полуночи». Своего василиска ждали Мелена (демон с черными косами и красным хвостом) – предводитель агентства и Баггейн – пухлый бритый гомункул в очках.

Василиск обернулся.

– Долго тебя ждать? – спросил Баггейн.

Ничего не ответив товарищам, Кай обратил свой взгляд на меня.

– Вам точно не нужна помощь? – его вопрос.

– Нет, не нужна. Правда. Ступайте.

И я решил встать на ноги, чтобы доказать ему верность своих слов.

– Так уже лучше, – улыбнулся он мне.

Его взгляд застыл на шрамах на моем лице… на шрамах, которые он сам мне оставил в своей другой жизни.

– Кай! – позвала его Мелена снова.

– Иду!

Он попрощался со мной теплым взглядом и вернулся к своим товарищам. Троица «Горгулий» заняла свои «Пантеры» и с ревом умчалась вдаль.

А я пошла по городу.

Знала ли я, куда приведут меня мои ноги сейчас? Скорее всего, нет. Но они привели меня в кафе «У Моти». Это было наше любимое с друзьями кафе.

Моти – хозяин кафе и главный повар – полный темнокожий добрый мужчинка, у которого всегда найдется теплое слово для опечаленного посетителя.

Стулья и столы в главном зале имели дизайн еды (арбузов, сыра, булочек, яблок и бургеров). В детском зале всем заправляли молочные коктейли, мороженое и сахарная вата.

Я села за наш любимый арбузный столик. Здесь, у окна, мы с друзьями весело проводили вечера.

– Что будете заказывать? – передо мной возник Моти.

Видимо, он, как и все, тоже не помнит меня.

– М-м… «Клубничный шейк», пожалуйста.

– Угу… что-нибудь еще?

– Нет, благодарю.

И Моти удалился.

Я сняла курточку и положила ее рядом на кожаный диван в виде хлеба для хот-догов. Руками растрепала непослушные золотые локоны и попыталась отвлечься от всего, чтобы потом снова сосредоточиться на деле.

Забыв обо всех, с кем я встретилась сегодня в этом мире, я дождалась своего шейка.

Высокий стакан, наполненный коктейлем, сверху гора из взбитых сливок и крупные ягоды клубники со сладкой конфетной присыпкой и листочком мяты.

– Ваш «Клубничный шейк», – поставил на стол мой напиток Моти.

– Спасибо.

Хозяин кафе странно взглянул на мое лицо, а потом тактично оставил меня наедине с самой собой.

Коктейль оказался слишком сладким. В другом мире я чувствовала приятную кислинку. Первым делом я решила съесть все ягоды, которые украшали гору взбитых сливок.

В зале приглушенно играла добрая мелодия песен группы «Секрет наслаждений».

Ничего в голову не лезло!

Ничего, что бы могло объяснить все то, что происходит со мной сейчас.

Был бы в этом мире хоть кто-то, кто смог бы мне объяснить, что происходит. Хоть кто-то, кому я могу довериться.

Хоть кто-то…

Я услышала веселый звон колокольчика – дверь в кафе открылась. Вошел новый посетитель.

– Добрый день! – поприветствовал его Моти издалека.

Я не выходила из своих мыслей.

Но знакомый бодрый и явно недовольный голос посетителя, что обратился ко мне, заставил меня вырваться из раздумий и прийти в реальность.

– Вот ты где! Я весь день тебя по всему городу ищу, Эмили Элизабет!

Точно ко мне обращаются…

– Ну, и дел же ты наворотила!

Глава 2. Высший Демон

Малик.

Его-то я совсем не ожидала здесь увидеть!

Босые ноги, черные джинсы, белая рубашка с закатанными рукавами и принтом в виде кровавой улыбки. Распущенные серебристые волосы по плечи, разноцветные глаза: правый – желтый, левый – зеленый. Вечно довольная хитрая улыбка и немного сумасшедший взгляд. За спиной демона-подростка вилял белый хвост.

Постойте-ка… он помнит меня?

– Как ты меня нашел? – удивилась я.

– Пришлось обыскать весь город, все места, куда ты могла отправиться, а потом я проголодался и…

– Ах, Малик!

Я не выдержала.

Быстро вскочив с места, я бросилась его обнимать. Я была безумно счастлива, что в этом странном мире остался хоть кто-то, кто меня еще помнит.

– Эй-эй, полегче! – Малик пытался избавиться от меня. – Как ты потом будешь в глаза Ламберту смотреть?

Мне стало даже смешно от его сарказма.

– Не обижайся, но мне больше нравятся рыжие, – добавил спешно он.

Это Малик намекал на явную симпатию к Кире.

– Она тебе не по зубам, – ответила я.

– Это мы еще посмотрим.

Я поймала себя на мысли о том, что никогда не думала, что мне захочется так обнимать Малика и радоваться его появлению.

– Что там у тебя? Эм-м… «Клубничный шейк»? Мой любимый!

Малик тут же бросился к мягкому диванчику и подвинул к себе мой коктейль. Я прошла к столику и села напротив демона.

– Вы хотите что-нибудь заказать? – перед нами появился Моти.

– Ах, да… я бы сейчас с удовольствием отведал целую тарелку клубничных, шоколадных и мятных пончиков!

– А пить что будете?

– Плесни-ка мне «Ананасового шейка», дружище!

Приняв заказ, Моти удалился.

Малик зачерпнул на кончик пальца мазок взбитых сливок с моего коктейля и смачно его облизнул.

– Малик, что произошло? – я не выдержала. – Ты должен мне все объяснить!

– Да-да, Эмили Элизабет, но сейчас я ужасно голоден. Моя речь будет более смачная, когда я закушу пончиком. Потерпи, подруга. Этому миру все равно недолго осталось…

«Подруга»?!

– Малик! Нам сейчас не до твоих шуток! С этим миром что-то не так… если Кристеллер…

– Расслабься, крошка, «плохой дядя» давно мертв!

Эта фраза стала для меня грубой пощечиной.

– Мертв? Как мертв?

– Уже как двадцать лет его тело рассыпалось в пепел!

– О… чем… ты?..

– Пока ты болталась неизвестно где, я уже все разведал. Не парься – мы с тобой мигом все исправим. Если, конечно, ты захочешь…

Захочу ли?

Почему он это спрашивает?

Вот к нам подошел Моти с тарелкой, полной разных больших пончиков, и «Ананасовым шейком» внушительных размеров.

– Вот и моя амброзия! – облизнулся Малик, потирая руки.

– Приятного аппетита, – Моти все поставил на стол.

– Будь другом, не уходи далеко. Скоро я захочу повторить свой заказ, и ты должен быть рядом. Смекаешь?

– Эм-м… можете на меня рассчитывать.

Малик отсалютовал Моти, и хозяин кафе удалился, оставив нас одних.

– Кстати, Эмили-дорогуша, платишь ты! Я сейчас на мели немного… у тебя же есть монетка?

А чего мне еще следовало ожидать от этого проворного гаденыша?

– Жуй спокойно, Малик, не подавись, – съязвила я.

– Ути, мой пупсик, не злись…

– Ты получил свои пончики, Малик! Давай, выкладывай!

– Какая ты у нас нетерпеливая особа! И с Блэком точно так же? Интересно, как он с тобой справляется… ладно-ладно, я все расскажу!

Не успела я моргнуть, как с тарелки уже исчез клубничный пончик, а Малик с шипением вытягивал из трубочки свой коктейль.

– Итак, что ты хочешь узнать? – обратился он ко мне.

– Все! Что это за место? Как так получилось? И почему ты меня помнишь?!

– На меня такие штуки не действуют… видишь ли, вы с Ламбертом на битве провернули нехитрое дельце, которое кардинальным образом изменило реальность. Но со мной такие фокусы не пройдут. Скажи мне, что ты уже успела выяснить, пока шаталась по городу?

Мне стоит привыкнуть к такому тону и к этим фразочкам. Взяв себя в руки, я прокрутила в голове весь сегодняшний день выдала:

– Я очнулась в Районе Пегаса. Сначала встретила Пандемонию де ла Сию. Она меня не узнала. Далее я отправилась на улицу Мандрагор. Винсента и Элиаса я не встретила, но вот Ламберт и Кира… они были вместе. В смысле они…

– Кувыркались, как голубки в гнездышке, пока нет посторонних?

Рвотный комок к горлу подошел от такой ассоциации.

– Нет! Но… что-то похоже. Словом, они по уши влюблены друг в друга. И похоже, что в Ламберте уже нет смерти, которую поместили в него Смертоносные Сестры.

– Угу… очень любопытно… что дальше?

– Я пошла в свою старую квартиру, где раньше жила с отцом. Лантан был там. И моя мать… она жива, Малик! Представляешь? И у них дети… двое! Родители… не помнят меня!

С трудом сдерживала слезы.

– Потом я ушла… и встретила «Горгулий». Никто из них не узнавал меня, а Кай даже предложил помощь. Избавившись от них, я пришла сюда, чтобы все обдумать.

– И до чего додумалась?

Я не знала, как ответить. Ни к каким выводам я прийти пока не успела.

– Что ж… – выдохнул Малик, поглотив еще один пончик, – я добавлю к твоей информации следующие сведения. Винсент не гомункул. Кристеллер и Хела давно мертвы. Катаклизм все-таки состоялся, но борьба с Порождениями идет куда более успешнее. Этот мир ограничился лишь первой войной с Темным Алхимиком. Пандемония благополучно убила своего брата двадцать лет назад.

Но что со мной?

– Почему же все…

– А вот это самое интересное! – Малик получал удовольствие от самого себя. – Ты, верно, хочешь узнать, почему все твои друзья и родные сейчас живут припеваючи, а о твоем существовании знать не знают?

Именно этого я и хочу.

– Все дело в том, моя бедная Эмили, что тебя в этом мире не существует.

И этот гребаный мир рухнул в одно мгновение.

– Как это?

– Ну, ты просто не родилась, а отсюда и последствия… ты никогда не рождалась, но война все равно случилась. Твоей матери не пришлось защищать тебя от Кристеллера, и она осталась в живых. Пандемония убила своего брата, а Хела была мертва еще до Катаклизма, ведь твоя мать ее убила еще до твоего рождения. Итог? Темный Алхимик повержен, а твои мама и папа живут мирной жизнью. У них растут два прекрасных полудемона. Что до агентства «Сон Феникса», то они просто-напросто не встретили тебя в той библиотеке, ведь тебя и не было никогда. Винсенту не пришлось тебя спасать от Марбаса, и он не стал гомункулом. А Ламберт и Кира… как видишь, они были бы вместе, если бы не ты. Словом, моя несчастная Эмили, всем в этом мире слишком хорошо без тебя. Пандемония жива и в полном здравии! Кай никогда не предаст свое агентство, и разлуки товарищей не случится впредь. Твои родители живы и счастливы. Ламберт лишен смерти внутри и счастлив с Кирой. Все довольны.

По спине прошла ледяная дрожь. Вся взмокла.

Как так?

Если я не родилась… ничего не было!

Все те ужасы случились по моей вине…

Не могу поверить, что мое «нерождение» в этом мире, могло сделать его таким… совершенным!

– Почему же ты меня помнишь? Ты будто… из моего мира, из бывшего. Как так вышло, Малик?

Отложив пустую тарелку, Малик позвал к себе Моти. Тот незамедлительно подбежал.

– Эй, дружище! Помнишь мою просьбу? Повторишь?

– Как скажите…

Моти забрал тарелку и удалился на кухню.

Я смотрю на Малика, стараясь взглядом развязать ему язык.

– Для меня никаких миров не существует. То, что вы сделали с Ламбертом, изменило реальность. Но меня эти изменения не коснулись. Видишь ли, Эмили, я существую вне времени и пространства. Когда это случилось… я понял, что мир изменился.

– Почему же так? Что в тебе такого особенного?

– Ох, много чего! Начиная с моей невероятной сексуальной внешности и заканчивая первоклассной харизмой! Хорош снаружи и внутри! Сам себе господин и мистер Совершенство…

– Малик!

Моти подошел к нам с новой тарелкой, полной пончиков.