«Сон Феникса»: Скрижаль Смерти

Глава 18. Иллюзии кошмаров

– Давай же, Эмили Элизабет! Не томи! Расскажи мне все! Я хочу услышать все подробности! Для меня важна любая мелочь! Давай! Давай! Давай! Ты же обещала! Я больше не могу терпеть!

Эта настойчивость Киры меня одновременно веселила и пугала. Мы заперлись в моей комнате. Она прыгала на моей кровати, как сумасшедшая. Я очень боялась, что мальчики могут что-то услышать и раскроют нас.

– Сплетни! Как же я их обожаю! – смеялась Кира. – Начинай же! Итак…

Я ей все рассказала. До мелочей. Правда.

События прошлой ночи я запомнила во всех подробностях. И как он на меня смотрел, и что он говорил, и что я думала о его словах, какая была интонация, какая громкость голоса – словом, я ей развернула те пять минут на все двадцать!

Сама удивляюсь, как так получилось.

Я готовилась к тому, что Кира будет постоянно меня перебивать и заваливать новой порцией вопросов, которые растянут мое повествование. К моему удивлению, ничего подобного не произошло. Моя подруга слушала очень внимательно, старательно прогладывая каждый мой звук.

Когда я закончила, то облегченно вздохнула. Будто камень с души упал! Я так переживала о том, что все нужно рассказать Кире… и я рассказала.

Ее вопрос был странным и даже неожиданным:

– Тебе самой понравилось?

– Да, мне было очень приятно… как думаешь, что могли значить его последние слова?

– О том, что ты самая прекрасная и обаятельная из всех?

– Да, об этом…

– Точно не могу сказать. Но я думаю, что он от тебя без ума. Если вы в ближайшее время не раскроете все карты и не признаетесь друг другу в любви, это будет большая трагедия!

Я испугалась.

– Ты так думаешь?

– Вы добрались до пика, голубки! Осталось удержаться на нем и не упасть. Хватит ходить по краю лезвия, Эмили Элизабет, у тебя есть варианты. Целых два!

– Правда?

– Первый – толкай его, чтобы он сам все выдал. Второй – сама прыгай к нему! Признайся первой.

– Не верю, что ты мне даешь такой совет. Я считала тебя сторонницей того, что все должен делать мужчина.

– Ты меня совсем не знаешь, Эмили Элизабет. Как я всегда говорю об этом, пассивность женщин в таких делах губит их чаще всего. Если бы эти романтичные клуши набрались больше смелости и все сделали бы сами… одиноких было бы меньше.

Что-то я не знала, как к этому относится.

– А ты уверена, что мужчине это понравится? Мы же не должны препятствовать его самореализации себя, как мужчины.

Кира весело, но тихо засмеялась.

– Самец он и есть самец!

– Да… ты совсем не похожа на других девушек…

– Спасибо за комплимент! Я не говорю все делать за него! Дело только в этом маленьком толчке, который должен все перевернуть с ног на голову!

– Думаешь это разумно делать сейчас, учитывая все то, что происходит.

– А чего ты собралась ждать? Всегда эти сроки! Ненавижу их!

– Ты, о чем?

Кира закатила глаза.

– «Начнем с понедельника», «начнем с нового месяца», «начнем с нового года», «Начнем с понедельника нового месяца нового года»… Понимаешь? Точки отсчета. Никаких точек отсчета не существует! Все в твоей голове. Хочешь что-то делать, делай это сейчас! Если уж на то пошло, то по-хорошему, новых годов вообще не существует. И времени тоже, если я начала… Все это условные единицы. Новый год, новая страница, помогает нам остановиться и все взвесить, а потом идти дальше, будто заново… психология, детка! Нет никаких новых страниц. Есть только одна полоса, по которой ты идешь, Эмили Элизабет. И только тебе решать, какой она будет. Поняла меня?

Я кивнула.

– Вот так…

– Но если он сам хочет все сделать? Если я все испорчу…

– А вот тут ты права. Нужно убедиться, что он ничего не задумал. Он еще никуда не звал тебя?

Я покачала головой. Когда бы он успел?

– В любом случае лучше не затягивать… если решили открыть эту дверь, а вы это уже сделали прошлой ночью, то нужно делать это, как следует.

– Правильно ли только это?

– Ты, о чем?

Кира подползла ко мне ближе.

– Я же человек, Кира. Простой человек. А он – демон.

– И что с того?

– Он потеряет меня через несколько лет. Через семьдесят, восемьдесят… он меня потеряет!

Кира не знала, что советовать.

– Мальчики предлагали стать гомункулом.

– «Мальчики»? Ты о Винсенте и Элиасе?

– Ну, да…

– С ума сошла? Ты зачем с ними об этом говорила?!

– Так получалось.

– Вот же дурочка! С ними нельзя о таком говорить!

– Они ничего ему не скажут, Кира, успокойся. Все между нами.

– И ты им веришь?

Уже не очень. В какие-то моменты мне казалось, что я вообще все делаю неправильно, а Кира мне открывает глаза.

– Мужчины куда опаснее нас, женщин, в этих делах! Я не удивлюсь, если эта компашка прямо сейчас сидит через эту стенку и обсуждает тебя. До чего они там договорятся? Винсент посоветует цветы и шампанское? А Элиас предложит заказать яхту? Что скажет сам Ламберт?

Мне стало смешно. Я просто попыталась представить себе такой разговор наших мальчиков. Эти дебаты выглядели бы весьма забавно.

– Ох, Эмили Элизабет, тебя еще столько учить…

– Да, и что делать, если я ему скажу?

– Это уже следующий шаг! Сперва давай сделаем этот. Не беги вперед паровоза. В таких делах нужно действовать осторожно, но уверенно. Так что они говорили тебе?

Я решила признаться:

– Советовали стать гомункулом, чтобы мы могли быть дольше вместе. Детей можно взять в приюте и…

– Они предложили тебе умереть? Лихо! Вот уж не ожидала… признаться честно, я и сама рассматривала такой вариант, но он точно не верный, Эмили! Ты же не можешь закончить жизнь самоубийством, когда Ламберт все-таки умрет… конечно, это случится через пару тысяч лет, не скоро… но все равно случится!

Я всегда приравнивала долгую жизнь демонов к бессмертию, но это неправильно. Только гомункулы бессмертны.

– Но как же быть? Если он любит меня, то с тоски сам не доживет до своей старости!

– Мы не должны загадывать на будущее, Эмили Элизабет. Сейчас мы размышляем о том, что случится через восемьдесят или девяносто лет…

Не думаю, что я столько проживу.

– А важно то, что мы делаем сейчас.

– Но мы обе знаем, что момент придет! Этого мы не можем отрицать.

– Ты права. Но спроси сама себя… ты любишь его?

– Да. И не хочу причинить ему боль.

– Ты неисправима! Итак, ты любишь Ламберта Блэка?

– Да!

Кира даже закрыла мне рот – так это было громко. Самой стыдно.

– Успокойся… если все так, то мы будем работать над этим дальше. Согласна?

Рот мой был все еще зажат, а потому я кивнула.

– Вот и славно… а сейчас нам пора спать! Кто знает, какие сюрпризы нам подарит новый день?

Я проводила Киру до двери своей комнаты, и она поцеловала меня на прощание и пожелала спокойной ночи.

Уже два часа! А я еще не ложилась… долго же мы с ней трещали. Мальчики уже десятый сон видят. Эх… а вот мне бы не видеть эти сны. Одни кошмары!

Я легла и укрылась одеялом. Поймала себя на мысли, что просто боюсь засыпать. Не «не хочу» и не «не могу», а боюсь! За что мне такое?..

Но уснуть все равно пришлось.

* * *

Я начала задыхаться.

Чувствую, что не хватает воздуха!

Дышу, дышу… и не могу вдохнуть!

Рот и нос не слушаются… я умираю! Гипоксия… не думала, что умру от гипоксии… только не такая дурацкая смерть!

Прошу!

Что угодно!

Пусть я достойно умру в схватке с Порождением или с самим Темным Алхимиком! Вообще я хочу умереть в своей постели… я и умираю в своей постели! Но я хочу в окружении своих детей и внуков, и желательно еще с любящим мужем…

– Мамочки!

Я вскочила и открыла глаза.

Только дыши… дыши, Эмили Элизабет!

Бросилась к окну, открыла и вдохнула…

Да, я дышу. Я могу дышать. Я не умру от чертовой гипоксии!

– Проклятые кошмары…

А потом я поймала себя на мысли, что болит все мое тело. Оно ревет от боли! Что же это?

Я подошла к зеркалу и включила свет…

Не знаю как, но мне, охваченной ужасом, удалось подавить громкий вопль.

Все мое тело… мое лицо, руки, ноги… всю мою кожу покрывало бесконечное количество кровавых ран… я вся перемазана кровью!

– Что же это?..

Я плакала. Я задрала майку – все исчерчено ранами, будто меня резали, резали, резали…

– Нет…

Повернулась спиной. Там тоже раны! Короткие неглубокие ровные кровоточащие порезы.

Меня скрутило от ужаса, который я испытала.

К Ламберту! Живо!

Я покинула свою комнату и замерла. Мне показалось, или я услышала странные шуршание? Оно доносилось с первого этажа.

Ламберта пока будить не буду. Может, все само пройдет?

Вышла из Желтого Коридора и замерла у винтовой стеклянной лестнице.

Камин… огонь… вся стена охвачена пламенем!

Мы горим!

– Нет!

Я мигом спустилась по лестнице и бросилась к стене, которую охватило рыжее пламя.

Рывок руки, и я уже пускаю мощный водный поток из рук. Не помогает! Стена просто горит… именно! Она горит и не сгорает!

– Что за черт?!

Водная магия не помогала.

Но и огонь не думал распространяться! Вся стена с камином от пола до потолка полыхали жаркими рыжими языками.

– Это ненормально…

Новый звук – открыта входная дверь.

– Кто здесь?

Я бросилась к прихожей и… тут же замерла.

Прямо с улицы в наш дом один за другим заходили… Ламберт, Винсент, Кира и Элиас… но это были не они!

Это их трупы.

Бледные, гниющие, с обнаженными костями и иссохшими сосудами, покрытые трупными пятнами, сухие, с пустыми глазницами… мертвые тела моих друзей направлялись прямо ко мне!

Что же делать?

Я призвала молнию. Посыпались искры. И она не причинила мертвецам никакой вред…

И я не сдержалась.

С диким визгом я бросилась к лестнице! Прочь от этой горящей стены! Прочь от этих зомби! Прочь от кошмара!

Это просто сон! Просто кошмар!

Я бежала и вопила так, насколько хватало силы моего голоса. Я ворвалась в Желтый Коридор, в котором уже появились мои друзья.

Ламберт, Кира, Винсент и Элиас… настоящие! Живые!

Подчиняясь страху и инстинктам, я бросилась в объятия Ламберта. И только тепло его тела заставило меня молчать.

– Эмили Элизабет, что с тобой?

Его ласковый и заботливый голос спасал меня.

Я плакала.

– Там пожар… я видела ваши трупы…

– Пожар? – воскликнул Винсент. – Где?

– Внизу…

Мы все спустились.

Ничего не было.

Ни горящей стены, ни трупов, дверь закрыта, а я… уже не ранена.

– Здесь нет никакого огня, Эмили Элизабет! Что случилось?

Я злостно посмотрела на Винсента. Но почему? Ведь он прав!

– Я не сошла с ума! – выкрикнула я.

– Никто это не имел в виду, – успокоила меня Кира, – что бы ты нам ни рассказала, мы тебе поверим. Что произошло?

И я им рассказала.

Я рассказала им о том, как начала задыхаться, когда проснулась, рассказала про раны на своем теле, про горящую стену, про их ходячие трупы – про все!

– Что это может значить, Ламберт? – забеспокоилась Кира.

– Точно не знаю… Эмили Элизабет, это же не первая ночь, когда тебя мучают кошмары?

Все напряглись. Они смотрели на меня.

– Нет… но все они были во снах!

– Почему ты ничего нам не говорила, Эмили Элизабет? – ужаснулась Кира.

– Я не хотела вас беспокоить. То были просто сны… сейчас я увидела кошмар наяву! Я так испугалась…

Не могла больше сдерживаться. Слезы градом катились по щекам. Меня обнимал Ламберт и гладил по спине.

– Успокойся. Тише-тише… мы все верим тебе. Правда же, ребята?

Остальные кивнули.

– Мы во всем разберемся, обещаю. Только тише…

Я старалась взять себя в руки.

– Простите, что так напугала вас, – отошла я вот него, вытирая лицо, – не хотела… но это было выше моих сил.

– Мы ни в чем тебя не виним, – серьезно сказал Винсент.

– Верно, – кивнул Элиас, – я считаю, что все это часть происходящего. Помните, что говорил мистер Тоно про отдельные элементы? Я думаю, что эти кошмары Эмили Элизабет как-то связаны с кознями профессора Гаригари…

Эту гипотезу я боялась больше всего.

– И что ты думаешь об этом? – забеспокоился Ламберт.

– Пока только думаю о связи. Мы должны непременно понять, что происходит. Нужно разобраться с этими цифрами, которые мы нашли в лаборатории Темного Алхимика. Профессор Гаригари задумал вернуть своего господина. Мы должны это предотвратить.

Блэк взглянул на Винсента.

– Я непременно займусь этими цифрами. Элиас прав. Если мы поймем, что они означают, то у нас появится шанс что-то сделать.

– Отлично. Эмили, не хочешь пройтись?

Я не стала возражать. Все равно уснуть не получится. Думаю, прогулка сможет отвлечь меня.

Мы с Ламбертом оделись потеплее. Кира подпрыгнула ко мне и быстро шепнула:

– Помни о том, о чем мы говорили.

Я даже кивнуть в ответ ей не успела.

– Ты готова? – приблизился Ламберт.

Он взял меня за руку.

– Да.

Выйдя на улицу, я ощутила приятную прохладу. Мороза не было. Только красивая зимняя ночь.

Этот легкий ветер тут же унес все мои страхи прочь.

– Куда мы пойдем? – поинтересовалась я.

– Давай прогуляемся по Скверу Пылающих Сердец? Ты не против?

– Конечно, нет!

Сквер Пылающих Сердец? Он серьезно? Мы идем в самое романтическое место Лос-Мариса?

Там всегда признаются в любви…

Как же долго я мечтала отправиться туда с Ламбертом! Он вел меня, взяв под руку… мы шли, как настоящая пара! Вокруг никого. Очень тихо. И только хруст снега под ногами.

Мы молчали. И эта тишина начала меня напрягать.

Что мне говорила Кира?

Сделать это самой или дать возможность Ламберту проявить свои мужские качества?

– Тебе уже лучше? – наконец спросил он.

– Да, намного. Спасибо.

Я решила, что он не будет против, если я прижмусь к нему ближе. Надеюсь, я не покажусь ему… навязчивой или некорректной. Не знаю, что он может подумать!

– Тебе холодно?

– Здесь довольно тепло.

– Завтра Винсент займется нашей находкой. Мне тоже не терпится узнать тайну тех чисел. Думаю, это какой код или шифр.

– Ламберт, слушай… что будет, если Темный Алхимик все же вернется?

– Этого не случится. Мы остановим профессора Гаригари. Он не успеет ничего предпринять. Других сторонников у Алхимика нет.

– И все же…

– Не хочу об этом думать. Но если ты хочешь узнать мое мнение на этот счет, то… мы его остановим. Не знаю как, но мы это сделаем. Президент поможет нам.

Только ей одной во всем мире под силу убить Темного Алхимика.

– Тебя еще мучают кошмары?

Ох, ну и дура! Зачем такое спрашивать?

– Бывает. Сначала вроде сон хорошо начинается, но перерастает во что-то жуткое. Элиас мне говорил, что ему дурно ночью.

– Правда?

– Да… то жарко, то холодно. Не спит, бедняга. Никогда у него такого не было, говорит. Не знаю, что все это может значить.

Если не у меня одной такие дурацкие ночи, значит, за этим может стоять что-то большее.

Это не простые кошмары. Теперь я в этом точно убеждена.

Снова молчим. Я взяла себя в руки и решила сказать:

– Ламберт…

– Да?

– Помнишь новогоднюю ночь?

– Конечно.

– Наш танец. То, что ты мне сказал…

Он не перебивает.

– Мне было приятно. Очень. Правда.

Снова молчит! Паразит! Мне все самой делать или как?

А если он не думает признаваться? Если он вообще ничего ко мне не испытывает… но почему тогда говорил так тогда?

– Тебе нравится проводить со мной время?

– Больше всего.

– И ты бы хотел, чтобы у нас этого времени было больше?

– Да…

– Значит, я должна стать гомункулом?!

Мы остановились. Он уставился на меня, как психичку, которая сбежала из клиники.

– Что ты говоришь? Эмили Элизабет!

– Я же человек. Я умру скоро… в смысле, скоро для тебя. Мы не сможем быть долго вместе, и я…

– Решила убить себя и сделать бессмертной только ради… Эмили! Даже не думай! Ты не знаешь, чего будешь хотеть через несколько лет! Ты захочешь иметь детей, внуков и…

– Можно взять приемных…

– Это другое! Ты лишаешь себя очень многого! Бессмертие… это тяжкая ноша, Эмили Элизабет. Не обрекай себя на такое наказание.

Он считает бессмертием наказанием.

– А сколько живут демоны?

– Пару тысяч лет…

Столько точно не протяну, оставаясь человеком.

– Если я обрету бессмертие…

– Даже не думай об этом! Тема закрыта. Написать согласие – одно. Но делать это специально… нет… нет, Эмили. Не стоит.

А план был хорош… зачем я ему об этом рассказала?

Наверное, я не могла это сделать без его… мнения, разрешения, участия.

– Поверить не могу в то, что ты думала об этом серьезно…

– Да, думала. И была почти готова сделать!

– Жизнь слишком непредсказуема и многогранна, чтобы принимать такие решения в молодом возрасте. Ты не знаешь, какой станешь через десять или двадцать лет. Твое отношение ко многим вещам может измениться.

И он был прав.

Я действительно хотела детей, например. Своих детей. Думаю, мне будет тяжело с приемными. Я просто не справлюсь.

Нужно понять, ради чего ты умираешь, а потом лишаешь себя способности умереть вовсе.

– Если ты это сделаешь, я точно не одобрю.

– Мне и не нужно это одобрение, – ляпнула я.

Он никак не ответил. Может, сделал вид, что не слышал.

Даже не знаю: стоит ли сейчас возвращаться к теме признания или нет. Насколько это уместно после всего того, что я тут наболтала. Сама все испортила. Не удивлюсь, если он ничего не скажет.

Глупая девочка. Очень глупая.

– Учитывая все происходящее, мы должны обозначить то, что происходит между нами.

Ого! Таких слов я не ожидала услышать.

– И?

– Мы должны сказать друг другу, что…

Его взгляд ушел в сторону, и Ламберт замолчал. Я забеспокоилась. Смотрю в ту сторону – ничего особенного.

– Что случилось? – не выдержала я.

– Пойдем, мне кажется или…

Он повел меня за собой. Ламберт осторожно осматривался по сторонам. Мы приближались к центру Сквера.

Я все еще не понимаю, что так привлекло его внимание.

– Смотри!

Мы дошли до люка, из-под которого просачивалось синее свечение.

– Портал? – удивилась я.

Ламберт немного подвинул крышку люка – голубого света стало больше.

– Похоже да… еще один портал, который никто не охраняет. Мы не можем упустить такой шанс. Утром его могут обнаружить. Если пойдем туда, то еще сильнее приблизимся к разгадке тайн профессора Гаригари.

– Ты прав. Если мы уже решили открыть эту дверь, то нужно делать это как следует.

Он странно взглянул на меня.

– Прости… глупость сморозила… сегодня это часто, не правда ли?

– Нет! Мне нравится. Ты права. Мы должны закончить начатое.

Я залилась краской.

– Давай вернемся домой и соберем остальных. Мы не можем лишить их участия в новом приключении.

– Как в старые-добрые, да, Ламберт?

Ему стало весело.

– Вот именно, Эмили Элизабет, вот именно.

Глава 19. Особняк Забытых Костей

Серый жуткий дом возвышался на вершине холма, пуская мрачную тень на ледяную поляну, окруженную снежным лесом. Пять высоких башенок, множество маленьких окон и два коротких мостика между башнями. Постройка слегка наклонена в сторону.

Мы вышли из голубой дыры в земле, оставив ее позади. Пройдя вперед, я заметила, как в холме вырезаны ледяные ступеньки, которые ведут к поместью.

– А это что еще за домик? – уставился на четырехэтажное здание Элиас.

– Зимняя резиденция Темного Алхимика? – вскоре Кира и сама поняла, что пошутила неудачно.

– Скорее летний домик…

Винсент закатил глаза и опередил нас всех. Он слегка поскользнулся на льду и чуть не упал, что вызвало тихий смешок у Элиаса.

– Болваны! – бросил он в нашу сторону. – Это Особняк Забытых Костей!

Меня передернуло.

– Все-то ты знаешь! – фыркнул Элиас, сложив руки на груди.

– Подожди, Элиас, – Ламберт хотел выслушать Винсента, – что это за место, Винсент?

Гомункул снова посмотрел в сторону дома и дал ответ:

– Дом Коллекционера. Говорят, он покинул его после Катаклизма и не возвращался сюда. Скитается где-то. Коллекционер – дух. Он не человек и не демон. Он не принадлежит нашему миру. Он… существует вне всех миров и в каждом одновременно.

– О! – я не сдержала удивления.

– И что же он коллекционирует? – поинтересовалась Кира.

Мы все направились к холму.

– Разное, – пожал плечами Винсент, – заклинания, древние свитки, магические книги и всякие артефакты. Зайдем и узнаем.

Меня все еще беспокоил один вопрос.

– Почему он так называется, этот дом?

– Говорят, этот особняк целиком и полностью сконструирован из костей простых людей. Каждая доска, каждая половица, каждый шкаф, каждый предмет мебели и дверь… все там из костей!

– Сколько же волшебников полегло, чтобы их кости стали материалом! – удивился Ламберт.

– Нет-нет! Ты не понял… я имею в виду простых людей, а не волшебников. Поколение, которое не обладает магией.

Мы все переглянулись. Доводы Винсент приводили в замешательство.

– Разве такое возможно? – с трудом верила я. – Простые люди исчезли много лет назад. Уже несколько сотен лет все люди владеют магией.

– Конечно, Эмили Элизабет, но этот дом очень-очень старый… очень старый! Понимаете? Коллекционер – дух. Он бессмертен. Лишенный телесной оболочки, он странствует по свету в поисках новых экземпляров, чтобы добавить их в свою коллекцию.